WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Богатырев Эдуард Дмитриевич







ЭКСПОРТООРИЕНТИРОВАННАЯ КАЗЕННАЯ
ПРОМЫШЛЕННОСТЬ РОССИИ
во второй половине XVII XVIII веках

Специальность 07.00.02 отечественная история




АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук









Саранск 2010

Работа выполнена на кафедре экономической истории и информационных технологий Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Мордовский государственный университет имени Н. П. Огарева»

Научный консультант:        член-корреспондент РАН,

       доктор исторических наук профессор

  1.        Арсентьев Николай Михайлович
  2. Официальные оппоненты:        доктор исторических наук профессор
  3.        Запарий Владимир Васильевич

доктор исторических наук профессор

Синявский Александр Спартакович

  1.        доктор исторических наук профессор

Первушкин Владимир Иванович

  1. Ведущая организация:        Московский государственный университет
  2. имени М. В. Ломоносова

Защита состоится «___» ___________ 2010 года в 14 00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.117.04 при Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Мордовский государственный университет имени Н. П. Огарева» по адресу: 430005, Республика Мордовия, г. Саранск, ул. Пролетарская, 63 (учебный корпус № 20), конференц-зал (ауд. 408).

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Мордовского государственного университета имени Н. П. Огарева по адресу: Республика
Мордовия, г. Саранск, ул. Большевистская, 68.

Автореферат разослан «____» __________ 2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат исторических наук        Э. Д. Богатырев

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ




Актуальность темы. При изучении проблем экономического развития России XVIII в. основное внимание историками уделялось преимущественно генезису капиталистических отношений и промышленной политике государства, особенностям организации промышленного производства в условиях консервации феодальных отношений и положению рабочих людей. Большая часть исследований строилась на материале ведущих отраслей промышленности – металлургической и суконной – ориентированных в первую очередь на удовлетворение потребностей армии и флота России. Поскольку значительная доля продукции изготовлялась по казенным подрядам, что подразумевает ее гарантированный сбыт, то таким проблемам как организация продажи произведенного товара внимания уделялось крайне недостаточно. При рассмотрении экспорта продукции за рубеж анализировались преимущественно ее структура и объем, таможенная политика.

В настоящее время в отечественной исторической науке широко обсуждается проблема перехода нашей страны от традиционного общества к индустриальному. При этом значительное внимание учеными уделяется особенностям модернизационных процессов в России, в контексте которых рассматривается реформаторская деятельность Петра I.

В то же время выявленные историками общие закономерности все же не полностью раскрывают реальную картину функционирования российской промышленности, поскольку существовали ее отраслевые и региональные особенности. В связи с этим большой интерес в качестве объекта исследования представляет казенная поташная промышленность. Помимо того что в силу ряда причин исследователями не было уделено должного внимания ей и на российском уровне она оказалась практически забыта, производство поташа, осуществлявшееся в широком объеме в первой половине XVIII в., велось исключительно на экспорт, что не типично для данного периода. Это позволяет говорить о поташном производстве как об особой экспортоориентированной отрасли казенной промышленности. Исследование того, какова была стратегия торговли поташом и как непосредственно она осуществлялась, дает возможность получить представление о реализации предпринимательской функции государством при экспорте продукции.

Объектом исследования является казенная поташная промышленность России. Под ней мы подразумеваем непосредственно производство поташа на казенных предприятиях, обеспечение их сырьем и рабочей силой, а также реализацию изготовленного поташа.

Предметом исследования являются структура поташной промышленности, организация производства поташа на предприятиях, подходы в обеспечении их рабочей силой, стратегия и способы реализации продукции, в том числе деятельность российского правительства по продвижению продукции на внешнем рынке, политика государства в области эффективности производства.

Хронологические рамки исследования. Сформировавшись во второй половине XVII в., казенная поташная промышленность вплоть до середины XVIII в. играла большую роль в экономике России. В середине столетия она переживает кризис, который приводит к прекращению крупномасштабного производства поташа. Во второй половине XVIII в. предпринимаются меры по его восстановлению, но уже на иной технологической и организационной основе. Потерпев неудачу, в конце века правительство принимает решение о ликвидации казенных поташных заводов. Именно это определило ограничение хронологических рамок работы второй половиной XVII – XVIII вв. В то же время для более полного представления о факторах, повлиявших на становление казенной поташной промышленности, было необходимо кратко рассмотреть и проблемы возникновения производства поташа в России, что в ряде случаев потребовало выхода за нижнюю грань исследования.

Территориальные рамки исследования. Вся казенная поташная промышленность России была сконцентрирована в пределах бассейнов рек Мокши и Суры и их междуречья. В настоящее время основная часть данной территории входит в состав Республики Мордовия, но она также охватывает и ряд примыкающих к ней районов: северную часть Пензенской, южную часть Нижегородской, восточную часть Рязанской и западную часть Ульяновской областей. За пределами обозначенной территории имелось лишь одно поташное предприятие, находившееся в Свияжском уезде Казанской губернии. Для обозначения этого региона в работе будет использоваться термин «Среднее Поволжье» как наиболее удобный, хотя, конечно, он не является вполне точным. Сбыт продукции осуществлялся через порты Архангельска и Санкт-Петербурга.

Степень научной разработанности проблемы. Специфика избранной для исследования темы требует анализа научной литературы, посвященной не только промышленному развитию, но и внешней торговле России XVII–XVIII вв. Представляется целесообразным три периода: дореволюционный (до 1917 г.), советский (1917–1991 гг.) и постсоветский (с 1991 г. по настоящее время).

Первые труды по истории российской торговли появились уже во второй половине XVIII в.1 Благодаря богатому фактическому материалу в настоящее время они представляют больший интерес не только как исследования, но и как источник. Работы, посвященные изучению российской промышленности и торговли, стали появляться в начале второй половины XIX в.2, интерес к этой проблематике сохраняется до начала XX в.3

Историки второй половины XIX – начала XX в. пытались дать ответ на вопрос об искусственном или естественном пути возникновения и развития крупной промышленности в России. Первой точки зрения придерживались В. О. Ключевский и П. Н. Милюков4, второй – М. И. Туган-Барановский и Н. В. Соколовский5. В целом в историографии этого периода утверждается мнение о крепостном характере российской промышленности XVIII в., хотя А. С. Лаппо-Данилевский что в это время развивается и вольный найм6.

В отношении непосредственно организации поташного производства в России интерес представляет работа И. Забелина, в которой описывается его организация в вотчинном хозяйстве боярина Б. И. Морозова7. Первое специальное исследование, посвященное казенной поташной промышленности, появилось в 1913 г., автором его являлся П. Ф. Симсон8. Его автор не ставил перед собой задачи выявления каких-либо тенденций и изменений в развитии поташной промышленности, основное ее значение – формирование общего представления о поташной промышленности в определенный период и введение в научный оборот конкретных данных по этой проблеме.

Таким образом, в дореволюционной историографии были достигнуты определенные успехи в накоплении фактического материала и его систематизации по проблемам внешней торговли и промышленного развития России в XVII–XVIII вв. В то же время большинство исследований базировалось на использовании в качестве источниковой базы нормативно-правовых актов правительства и сочинений иностранцев. Значительное внимание в них уделялось роли казны в развитии внешней торговли, служившей важным источником поступления денежных средств, и промышленности, стимулом к ускоренному развитию которой стала необходимость обеспечения армии в условиях Северной войны.

В первые десятилетия после установления Советской власти в исторической науке утвердилась теория «торгового капитализма» М. Н. Покровского9. По его мнению, в России шла борьба между торговым капиталом, заинтересованным во внеэкономическом принуждении, и промышленным, нуждавшимся в рынке наемной рабочей силы.

В 1921–1925 гг. при Петроградском губернском совете профсоюзов действовала Ученая комиссия по исследованию истории труда в России, вопросов истории промышленности, формирования рабочего класса и рабочего движения. В изданных по ее инициативе статьях излагались результаты изучения истории промышленности отдельных городов и предприятий. Эти частные исследования способствовали уточнению общей картины промышленного развития страны в период феодализма10. К трудам участников комиссии примыкают некоторые исследования краеведческого характера. В это же время выходит ряд монографий по истории русской промышленности и рабочего класса11.

Проблемы развития поташной промышленности в это время затрагивались лишь в работах более общего характера. Так, М. Е. Слабченко дал картину развития производства поташа в Украине12. Он считал, что на протяжении XVII–первых двух десятилетий XVIII в. именно Украина являлась основным центром производства поташа в России. А. А. Гераклитов, рассматривая причины упадка бортного промысла у мордвы во второй половине XVII в., в качестве одной из них назвал поташную промышленность и дал краткую характеристику производства поташа. По его мнению, преимущественные возможности в его организации имели «представители нарождающегося торгового капитализма», а «самым крупным поташным заводчиком в Арзамасском уезде в описываемую эпоху (в последней трети XVII в. – Э. Б.) был самый крупный капиталист того времени – царь, или, другими словами, казна»13. П. Г. Любомиров, перечисляя существовавшие в то время виды химического производства, лишь мимоходом упомянуло производствепоташа в больших количествах в хозяйствах боярина Морозова и царя Алексея Михайловича14.

В 1930-е гг. внимание историков привлекла история металлургической и текстильной промышленности15. Среди исследователей преобладало мнение о том, что, возникнув как капиталистические, российские промышленные предприятия в условиях отсутствия рынка наемной рабочей силы превращались в крепостные.

История металлургической и текстильной промышленности и в дальнейшем находилась в центре внимания отечественных историков16. Также проводятся исследования солеваренной промышленности17. В то же время выходят обобщающие исследования промышленности России XVIII в.18 Основной целью авторов этих работ являлось выявление генезиса капиталистических отношений в России. Общепризнанным стал вывод о том, что господство феодального способа производства обусловило нехватку наемной рабочей силы для развивающейся промышленности и решение этой проблемы крепостническими методами. Но при этом было отмечено, что оно имело особенности в каждой отрасли, а в некоторых случаях даже в территориальных подразделениях одной, что требует отдельного изучения данного вопроса в каждом конкретном случае.

В 1946 г. были опубликованы две статьи Н. П. Руткевича, посвященные изучению поташной промышленности России19. По его мнению, обеспечение починковских поташных заводов рабочей силой с самого начала осуществлялось за счет приписки к ним ясачных крестьян, причем число их постоянно увеличивалось. Основным недостатком этой точки зрения является, на наш взгляд, то, что автор, пользуясь данными 30-х гг. XVIII в.,  экстраполировал их на весь период деятельности заводов. В 1950 г. вышла в свет монография С. И. Архангельского о формировании пролетариата в Нижегородской области20. В ней исследователь также затронул проблему обеспечения казенной поташной промышленности Поволжья рабочей силой, но в его представлении она решалась совершенно иначе – на основании сведений, относящихся к 1701 г., он считал главной рабочей силой наемных работников. С. И. Архангельский, на наш взгляд, допустил ту же ошибку, что и Н. П. Руткевич, – распространил на весь рассматриваемый период данные по короткому временному отрезку, разница лишь в выборе этого отрезка.

С точки зрения выяснения технологии и масштабов поташного производства рассматривал эту проблему П. М. Лукьянов21. Его главная заслуга заключается в том, что он достаточно подробно показал способы получения поташа, реально применявшиеся в России в разное время.

Дальнейший период до конца 1980-х гг. характеризуется снижением исследовательской активности в рассматриваемом направлении

Параллельно изучению истории промышленности шло изучение и внешней торговли России, но по сравнению с первой ей уделялось гораздо меньше внимания. Здесь следует отметить монографию С. А. Покровского, которая является значительным вкладом в исследование внешнеторговой политики царского правительства22.

Необходимо отметить, что до середины 1950-х гг. данная проблема затрагивалась лишь в отдельных работах научно-популярного и публицистического характера. Но во второй половине XX в. ситуация в корне изменилась. В данный период вышли в свет основанные на основе изучения обширных комплексов архивных материалов работы, в которых исследованы различные стороны торговых связей Российской империи как со странами Западной Европы23, так и Востока24. По его мнению С. М. Троицкого, в XVIII в. торговля казенными товарами в целом и поташом в частности шла очень неудовлетворительно, принося государству лишь небольшую прибыль; ее сохранение поддерживалось стремлением не столько получить прибыль от торговли, сколько заполучить иностранное серебро для чеканки монет25. Заметный вклад в изучение вопроса о роли казны в торговле экспортными товарами внесла Р. И. Козинцева, подвергшая сомнению тезис о преобладании государства во внешней торговле в первой четверти XVIII в.26 Помимо прочего, она дала краткий очерк экспорта поташа в этот период. По ее мнению, вывоз поташа казной был незначителен.

Торговая деятельность западноевропейских купцов на российском рынке была рассмотрена в исследованиях В. Н. Захарова27. Подробнейший анализ внешней торговли через Архангельск и Петербург в1700-е – начале 1760-х гг. предпринял Н. Н. Репин28.

С 1990-х гг. начинается постсоветский этап историографии, который характеризуется появлением новых методологических и теоретических подходов с выходом на новый концептуальный уровень. На рубеже 1980–1990-х гг. появляются первые работы, в которых в контексте обсуждения социально-политических аспектов дореволюционной истории подверглись пересмотру некоторые ставшие уже «классическими», положения советской историографии.

На этом этапе усиливается внимание к социальным аспектам развития промышленности, причем наибольший интерес вызывают проблемы развития предпринимательства, трудовых отношений, трудовой мотивации, хозяйственной этики, экономической ментальности, социокультурных основ хозяйства и других аспектов, которые все больше объединяют представителей различных наук29. Но большинство работ этой направленности относятся к XIX в., лишь часть их касается предыдущего столетия30.

В отношении промышленного развития России интересующего нас периода в основном продолжаются исследования горнозаводского хозяйства31. Из работ, посвященных другим отраслям промышленности, следует отметить диссертации К. Ф. Юрчук и В. В. Кистенева32.

В постсоветский период продолжилось и изучение внешней торговли Российского государства на западном33 и восточном направлениях34. Здесь также происходит усиление внимание к личности предпринимателя35.

Таким образом, в историографии накоплен и рассмотрен значительный материал, характеризующий промышленность, в том числе и казенную, и внешнюю торговлю России XVII–XVIII вв. В то же время основные тенденции промышленного развития определялись на примере отраслей, преимущественно ориентированных на удовлетворение внутренних потребностей страны. При исследовании проблем экспорта российских товаров преимущественное внимание уделялось его структуре, таможенной политике и деятельности купечества. В связи с этим представляет значительный интерес исследование деятельности казенной промышленности, ориентированной на экспорт продукции за рубеж, и стратегии продвижения отечественного товара на внешнем рынке.

Целью данного исследования является выявление причин возникновения казенной поташной промышленности, изучение истории ее становления и функционирования, установление масштабов производства, системы обеспечения его рабочей силой и стратегии торговли поташом, определение факторов, вызывавших их изменения и приведших к прекращению крупномасштабного производства поташа, а также действий, направленных на его восстановление. Достижение ее требует решения следующих задач:

  • выявления технологических особенностей производства поташа, его потребностей в сырье и рабочей силе, их наличия в регионе в течение всего исследуемого периода;
  • определения объемов производства и продаж поташа, его себестоимости, экспортных цен на него и общей рентабельности поташной промышленности, а так же их изменений;
  • исследования способов ее финансирования, обеспечения сырьем и рабочей силой, положения приписных крестьян;
  • выявления взаимосвязей между указанными компонентами.

Источниковая база исследования.

Основой источниковой базой диссертации являются как неопубликованные архивные материалы, так и опубликованные ранее данные.

Основная часть архивных материалов извлечена нами из Российского государственного архива древних актов (РГАДА). В нем имеется отдельный фонд Починковской поташной конторы (ф. 1091), в котором содержится свыше тысячи дел, отражающих разные стороны ее деятельности. Все их можно условно разделить на две основные группы. Первую группу составляют материалы о деятельности отдельных поташных предприятий. В подавляющем большинстве они представляют собой рабочую документацию поташных заводов, отражавшую текущее состояние дел и возникающие на них проблемы, а так же доношения надзирателей и поливачей гартов об их постройке и ремонте, количестве сделанных ломок, расходе припасов в них и выходе поташа. Они позволяют определить размеры, устройство и оборудование отдельных предприятий, их производительность, количество и специализацию работников, технологию получения поташа. Сопоставление этих сведений, относящихся к разному времени, дает возможность выявить происходившие изменения. Указанные материалы зачастую фрагментарны и отрывочны, поэтому воссоздание целостной картины на их основе не всегда возможно, для этого требуется привлечение дополнительных данных. Эту проблему помогают решить материалы второй группы, которые включают в себя указы Сената и Коммерц-коллегии о заведении новых гартов и производстве поташа в разные годы, донесения и отчеты Починковской поташной конторы по этим указам, о приходе и расходе припасов и денежных средств, а также источниках их поступления, использовании рабочей силы и затруднениях в работе. Они показывают деятельность казенной поташной промышленности в целом, на их основе можно установить общее количество одновременно действовавших поташных заводов, объемы производства и себестоимость производимого поташа в разные годы, выявить факторы, определявшие их изменения. Кроме документов указанных выше групп, в фонде Починковской поташной конторы имеется ряд дел, касающихся положения приписного населения, наличия и сокращения лесов в окрестностях гартов, а также продажи поташа за границу.

Другим фондом РГАДА, содержащим большое количество материалов по интересующей нас проблеме, является фонд Коммерц-коллегии (ф. 276), в ведении которой с 1723 г. находилось управление казенной поташной промышленностью. В нем содержатся документы о торговле поташом, его цене, затратах на доставку к Архангельску и полученной прибыли. Они позволяют выявить наличие определенной стратегии правительства, а также ее изменение. Другую часть материалов этого фонда составляют дела об обеспечении казенной поташной промышленности припасами, количестве, обязанностях и положении приписных крестьян. Кроме того, здесь же находятся отчеты комиссий Сената о состоянии поташной промышленности в целом, проекты разрешения тех или иных проблем, возникавших в ходе ее деятельности, и данные об ухудшении качества поташа. Они позволяют анализировать эти вопросы в развитии, с привлечением большого числа сведений более раннего по сравнению с их составлением времени, многие из которых не дошли до нас непосредственно. Во многом эти данные дополняют материалы фонда «Финансы» (ф. 19), посвященные поиску выхода казенной поташной промышленности из кризисной ситуации, и фонда Сената и сенатских учреждений (ф. 248). Эпизодические сведения о поташном производстве во второй половине XVII в. находятся в фонде Приказа тайных дел (ф. 27).

Использование всех этих дел дает возможность определить источники финансирования поташной промышленности, подходы правительства к обеспечению поташных заводов рабочей силой, припасами, выявить причины их изменения. Причем если документы фонда Починковской поташной конторы исходили, как правило, из самой поташной конторы, то дела других фондов в основном составлялись в других структурах. Таким образом, они имеют независимые источники и сопоставление данных различных фондов подтверждает достаточно высокую степень их достоверности.

В то же время необходимо учитывать наличие в документах некоторого количества неточностей, вызванных как ошибками при вычислениях и  написании количественных данных, так и стремлением закрыть пробелы, вызванные отсутствием конкретных сведений по определенному периоду при составлении отчетов, подобными цифрами за предыдущие или последующие годы. Поэтому работа с ними требует их проверки и анализа.

Материалы фонда Комиссии о коммерции и пошлинах (ф. 397) РГАДА
позволяют получить представление о состоянии внешней торговли России в целом и о предложениях по ее улучшению.

Кроме фондов РГАДА, отдельные сведения о продаже поташа содержатся в фондах «Дела графа Ф. М. Апраксина» (ф. 233) и «Дела Адмиралтейств-коллегии» (ф. 212) Российского государственного архива ВМФ, а также фондах Архангелогородской губернской канцелярии (ф. 1) и Архангельской портовой таможни (ф. 58) Государственного архива Архангельской области. Часть данных о казенной поташной промышленности второй половины 30-х – начале 40-х гг. XVIII в. извлечена нами из фонда Саранской воеводской канцелярии Центрального государственного архива Республики Мордовия (ЦГА РМ, ф. 2). Основу их составляют материалы расследования деятельности секретаря Починковской поташной конторы Андрея Чикина. Особый интерес они представляют тем, что показывают непосредственную организацию работы поташной конторы и взаимоотношения между различными должностными лицами.

Круг опубликованных материалов, отражающих деятельность казенной поташной промышленности, в целом гораздо уже. Наиболее интересные сведения о промышленности и внешней торговле России XVII–XVIII вв. содержатся в записках иностранцев36. Отдельные указы правительственных органов (императора, Сената, Верховного тайного совета и др.), касающиеся производства и сбыта поташа, содержатся в Полном собрании законов Российской империи37 (правда, необходимо учесть, что далеко не всегда эти указы на практике были реализованы в полной мере). Сведения о заведении поташных заводов в Смоленском уезде были опубликованы в 1935 г. журнале «Красный архив» (№ 71).Также определенную информацию о деятельности правительственных органов по развитию поташного производства можно извлечь из опубликованных бумаг Петра I38. Некоторые сведения приведены также в труде академика П. С. Палласа «Путешествие по разным провинциям Российской империи»39 и в записках И. Лепехина40. Завершают перечень опубликованных источников изданные В. И. Саввой в конце XIX в. приходно-расходные и сметные книги арзамасских и барминских будных станов за 1679 – 1680 гг.41, а также ряд документов, опубликованных в сборнике «Документы и материалы по истории Мордовской АССР»42.

В целом имеющаяся в нашем распоряжении источниковая база позволяет реконструировать интересующие нас явления и события, хотя в некоторых случаях и с долей вероятности.

Методология и методы исследования. Работа основана на принципе экономического детерминизма. Целостное изучение проблемы потребовало расширения формационных методологических установок, распространенных до последнего времени в историко-экономических исследованиях, их корректного сопряжения с модернизационным подходом. Теория модернизации сложилась в рамках особого – «прогрессистского» – стиля мышления, методология которого базируется на предположении о том, что история движется к вершинам прогресса через преодоление многообразия общественного устройства к единому рационально устроенному будущему. Для России «теория модернизации» получила воплощение в концепциях «догоняющего развития» и «перехода к современному обществу». Согласно этим концепциям, Россия в силу ряда причин внешнего и внутреннего характера «задержалась» в развитии по сравнению с передовыми странами Западной Европы. Стремясь ликвидировать «отставание», российское государство время от времени прибегало к политике модернизации страны.

В диссертации применялись проблемно-хронологический, сравнительно-исторический, количественный и структурные методы исследования.

Научная новизна работы заключается в том, что в нем впервые проведено комплексное исследование деятельности казенной поташной промышленности во второй половине XVII – XVIII вв., то есть с момента ее возникновения до ликвидации. В диссертации впервые обосновано положение о том, что казенная поташная промышленность данного времени представляла собой экспорто-ориентированную отрасль промышленного производства, обладавшую рядом специфических черт. Проанализирована роль зарубежного опыта в становлении и развитии поташного производства в России, детально изучены технологические особенности изготовления поташа, выявлены его потребности в сырье и рабочей силе. Впервые подробное рассмотрение получила проблема повышения рентабельности поташной промышленности, исследованы структура управления ею,  государственная политика в области эффективности производства и специфика предпринимательского поведения государства при организации экспортоориентированной промышленности: определены стратегия и способы реализации продукции, проанализирована деятельность российского правительства по продвижению отечественной продукции на внешнем рынке. Также изучены проблемы обеспечения казенной поташной промышленности сырьем и рабочей силой, проанализированы факторы, обуславливавшие использование наемного и подневольного труда на поташных предприятиях.

Исследование проведено в соответствии с современными методологическими подходами, базируется на архивных материалах, значительное количество среди которых впервые введено в научный оборот.

Практическая значимость работы заключается в том, что представленные в ней материалы и выводы могут быть востребованы как в научно-исследовательской, так и в учебно-педагогической практике: при создании обобщающих и специальных трудов по экономической истории Среднего Поволжья и России, в разработке лекционных курсов и учебных пособий по истории промышленности и внешней торговли России.

Новый фактический материал, основные выводы, методы обработки источников использованы при разработке курсов по отечественной истории в Мордовском государственном университете им. Н. П. Огарева, а также при написании учебников «История и культура мордовского края XVII – XVIII веков» (для 7 классов общеобразовательных учреждений, рекомендован Министерством образования РМ) и «История и культура мордовского края» (для вузов, рекомендован УМО по классическому университетскому образованию).

На защиту выносятся следующие основные положения исследования:

– Возникновение поташной промышленности в России происходит в
результате заимствования зарубежного европейского опыта. Но если в России XVII–XVIII вв. традиционно инициатором создания нового промышленного производства являлось государство, как заводившее казенные предприятия, так и стимулировавшее их постройку частными предпринимателями, то в данном случае процесс имел обратную направленность. Первыми начали производить поташ как раз частные предприниматели, лишь затем интерес к нему проявляет государство.

– В конце XVII – первой трети XVIII в. российское правительство стремилось извлекать максимальную прибыль от торговли поташом не за счет количества продаваемого за рубеж поташа, а путем поддержания стабильных высоких цен на него путем ограничения объемов поставок поташа на внешний рынок. Несмотря на это, во второй половине 1710-х – 1720-х гг. происходит снижение спроса на него, что, по-видимому, было обусловлено существованием предложения хотя и менее качественного, но более дешевого поташа из других стран. Кроме того, в указанный период сильно возросла себестоимость продаваемого поташа, что при сохранении прежних цен все равно снижало получаемую казной прибыль.

– В 1732 г. стратегия торговли поташом была кардинально изменена: была предпринята попытка увеличения прибыли от экспорта поташа за счет предельно возможного увеличения объемов производства и продажи поташа при снижении цены на него, то есть повышения эффекта производства за счет снижения его эффективности. Фактически она представляла собой попытку ценовой войны: одним из ее результатов должно было стать вытеснение с европейского рынка конкурирующей продукции за счет продажи отечественной по демпинговым ценам. Понесенные потери планировалось компенсировать за счет резкого повышения цен после завоевания монопольного предложения.

– Результатом данной политики стал системный кризис казенной поташной промышленности, заключавшийся в следующем: 1) были практически полностью уничтожены леса в окрестностях гартов, что сделало их работу невозможной и требовало переноса на новые места; 2) из-за чрезмерной эксплуатации была
подорвана феодально-крепостническая система снабжения гартов припасами и рабочей силой, приписные крестьяне уже не могли справляться с возложенными на них обязанностями; 3) поставка на европейский рынок огромного количества поташа катастрофически снизила спрос на него и сделала невозможным его сбыт в ближайшем будущем.

– Основными причинами неудачи предпринятой в 60-е гг. XVIII в. попытки восстановления производства поташа на прежних гартах и организации его
изготовления по «венгерскому маниру», дававшему возможность осуществлять производство практически круглый год и использовать практически любую золу (в том числе и печную), являлись отсутствие в распоряжении воссозданной
поташной конторы приписных крестьян (что делало крайне проблематичным обеспечения производства сырьем) и нахождение поташных предприятий на территориях, подчиненных другим административным структурам (что порождало конфликты с их руководством и затрудняло деятельность предприятий).





– В целом правительство проявляло гораздо большую заинтересованность в наиболее выгодной реализации произведенной продукции, в то время как
вопросы непосредственно организации производства оставались на втором плане.

– Первоначально при сбыте поташа предпочтительной являлась продажа по долгосрочным контрактам. Затем в условиях снижения спроса более выгодной была признана ежегодная продажа с торгов. Помимо прочего, активность купцов на них позволяла Коммерц-коллегии получить представление об общем спросе на поташ и, исходя из этого, определять примерный объем производства поташа на следующий год. В конце 20-х гг. XVIII в. Коммерц-коллегия была вынуждена прибегнуть к реализации поташа через «комиссию» английских купцов.

– Для привлечения покупателей на российский поташ Коммерц-коллегией предварительно проводились своего рода рекламные акции, заключавшиеся в публикациях в газетах в крупнейших городах России и за рубежом и устных оповещениях иностранных купцов о месте и времени продаж.

– В отношении повышения результативности непосредственно производства предпринимавшиеся меры являлись следствием реагирования на уже не просто возникающие, а обострившиеся проблемы, вызвавшие снижение рентабельности поташной промышленности, и были направлены преимущественно только на ее восстановление. Основной упор при этом делался на снижение текущих расходов за счет поиска наиболее дешевых способов обеспечения предприятий сырьем и как можно более эффективного его использования (что выразилось в жесткой регламентации производственного процесса).

– На протяжении первой трети XVIII в. происходит изменение подходов к обеспечению казенной поташной промышленности рабочей силой и припасами. Первоначально (во второй половине XVII в.) правительство решало задачу обеспечения казенных поташных предприятий припасами в первую очередь за счет найма работных людей для их заготовки. Затем более предпочтительной была признана покупка золы и клепки у окрестного населения. Но в начале 20-х гг. XVIII в. с повышением трудоемкости заготовки золы и клепочных дров из-за сведения ближних лесов поташная контора стала обязывать приписанных к ней для платежа подати крестьян поставлять золу в счет выплаты оброчных денег.

– Главным фактором, который обуславливал выбор того или иного подхода
к решению проблемы с обеспечением казенной поташной промышленности
рабочей силой (наем рабочих, закупка сырья, использование принудительного труда приписных крестьян) было стремление к удешевлению (или предотвращению подорожания) производства.

Апробация работы. Основные положения и выводы настоящей диссертации изложены автором в докладах на международных («Индустриальное наследие» (г. Саранск, 2005 г.; г. Гусь-Хрустальный, 2006 г.; г. Выкса, 2007 г.), «Российское предпринимательство в XIX – первой трети XX века: личности, фирмы, институциональная среда» (г. Санкт-Петербург, 2007 г.) и др.), всероссийских (Социальные конфликты в России XVII – XVIII веков» (г. Саранск, 2005 г.), «Мир крестьянства Среднего Поволжья: итоги и стратегия исследований» (г. Самара, 2007 г.), «Урал индустриальный» (г. Екатеринбург, 2007 г.), «Русь, Россия: средневековье и Новое время» (г. Москва, 2009 г.) и др.), межрегиональных
научных конференциях (Проблемы аграрной истории и крестьянства Среднего Поволжья» (г. Йошкар-Ола, 2002 г.), «Крестьянство и власть Среднего Поволжья» (г. Саранск, 2004 г.), «Аграрный строй Среднего Поволжья в этническом измерении» (г. Чебоксары, 2005 г.) и др.). Основные положения и выводы диссертации отражены в 2 монографиях, 9 статьях в журналах, рекомендованных ВАК РФ, 36 публикациях в прочих изданиях общим объемом около 52 п. л.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, библиографического списка, приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении работы обоснована актуальность темы исследования, охарактеризована степень научной разработанности избранной проблемы, обозначены цель и задачи исследования, конкретизированы его объект и предмет, поясняется выбор временного интервала и территориальных границ, дана характеристика привлеченных источников, указана методологическая основа работы, определены научная новизна и практическая значимость диссертации, сформулированы положения, выносимые на защиту.

Первая глава «Промышленность и экспорт России во второй половине XVII XVIII вв.» посвящена рассмотрению основных направлений промышленного развития и структуры вывоза российских товаров за рубеж.

В первом параграфе первой главы выявляются основные тенденции развития промышленности России во второй половине XVII XVIII вв.

Основу промышленного производства в России в начале XVII в. составляло ремесло, которое постепенно начинает перерастать в мелкотоварное производство. Большое значение здесь имели солеварение, обработка кожи, изготовление льняных тканей и рогож, производство пряжи и сальных свечей, смолокурение. Развитию этих видов производства способствовал спрос на их продукцию на внутреннем и внешнем рынках.

Развитие промышленности привело к появлению мануфактур, часть которых, например, канатные, ориентировались на выпуск продукции на рынок. В то же время большинство возникающих мануфактур было ориентировано на удовлетворение потребностей казны.

Наиболее значимой отраслью промышленности являлась металлургия и металлообработка, от которой зависело обеспечение армии оружием. Для ее развития использовался зарубежный опыт (заведение части мануфактур осуществлялось иностранными предпринимателями, среди мастеров на них также были иностранные специалисты, которым вменялось в обязанность обучать русских работников). Условием заведения металлургических заводов являлось первоочередной удовлетворение потребностей казны. В XVII в. на них применялся как наемный (непосредственно на производстве), так и принудительный труд (для обеспечения вспомогательных работ).

Также на потребности государства ориентировалось производство Золотой и Серебряной палат, Хамовного двора и пороховых мельниц, монетных дворов. По инициативе царя Алексея Михайловича предпринимались попытки заведения производства качественных стеклянных изделий, шелка и сафьяна.

Опыт заводов, ориентированных на казну, перенимали и частные предприниматели, основывавшие свои производства бояре и купцы.

В период правления Петра I роль государства в развитии промышленности еще больше усиливается. Проведение активной внешней политики требовало создания регулярной армии и военного флота, для обеспечения которых оружием, обмундированием и корабельными снастями необходимо было создать соответственную промышленную базу.

Форма, направленность и методы проведенных им реформ во многом были обусловлены сложившейся в начале XVIII в. внешнеполитической ситуацией – поражение под Нарвой наглядно продемонстрировало необходимость быстрейшей реорганизации вооруженных сил России. И если проблему с людскими ресурсами для ее комплектации решить было возможно за счет имеющихся внутренних ресурсов, то с обеспечением ее вооружением и обмундированием дело обстояло гораздо сложнее. До Северной войны Россия не могла обеспечить свои потребности не только в ручном огнестрельном оружии, большая часть которого закупалась за рубежом, но и в сырье для его изготовления, ввозя значительное количество железа из Швеции. Также слабо была развита и суконная промышленность. Поэтому после начала войны Петру пришлось ускоренными темпами развивать отечественное производство.

Преимущественное внимание уделялось металлургической промышленности. Казна как сама основывала предприятия по железоделательные заводы, так и активно способствовала развитию частного производства. Также быстро развиваются суконное, парусно-полотняное, канатное производства. При этом часть казенных заводов для повышения эффективности их деятельности передавалась в частные руки.

Отсутствие в условиях крепостного права рынка наемной рабочей силы вкупе с крайне узким внутренним потребительским рынком, обусловленным господством у подавляющей части населения натурального хозяйства, привело к формированию особой модели организации промышленного производства, которую можно назвать петровской (хотя она надолго пережила своего создателя). Ее характерными чертами было преимущественное развитие тех отраслей, которые были связаны с обеспечением потребностей армии и флота, ориентация их на казенные подряды, а не на рынок (в результате конкуренция между крупными производителями осуществлялась не за потребителя, а за государственный заказ, что во многом лишало их стимулов к снижению себестоимости и повышения качества продукции), использование подневольного труда на предприятиях.

Во втором параграфе первой главы рассматривается структура экспорта российских товаров.

Весь ассортимент экспортируемых Россией товаров в соответствии с предложенной Н. Н. Репиным классификацией можно разделить на шесть групп: 1) предметы промышленного производства (изделия), 2) продукты сельскохозяйственного производства (сырье), 3) продукты охоты и бортничества, 4) продукция речного и морского промыслов, 5) транзитные товары, 6) прочие предметы.

Среди товаров первой группы первой группы ведущие позиции первоначально занимали юфть, льняные ткани, поташ, смола, рогожи, пряжа, рыбий клей, с 40-х гг. XVIII в. резко увеличивается роль железа и парусины. Среди товаров второй группы преобладали пенька, говяжье сало, лен; третьей – воск, пушнина; четвертой – икра, ворвань и рыба; пятой – ревень и шелк.

Значительную роль в экспорте играла казна, которая устанавливала монополию на продажу ряда товаров. При этом если монополия на одни товары (поташ, смольчуг, клей-карлук, икра, льняное семя и др.) действовала в течение длительного времени, торговля же другими – хлебом, ворванью, рыбой – монополизировалась лишь на короткий срок. Также государство участвовало в продаже ряда товаров (металлы, парусина, в ряде случаев юфть, пенька, воск, говяжье сало) наряду с другими торговцами. Апогеем казенной торговли являлись первые два десятилетия XVIII в. В 1719 г. в монополии казны были оставлены лишь поташ и смольчуг, все остальные товары переходили в свободную продажу. Одной из главных причин, побуждавших казну к участию в торговле, являлась потребность в иностранном серебре.

При анализе ассортимента экспортируемых изделий становится видно, что подавляющее большинство из них представляли собой либо продукцию крестьянских промыслов, либо производились на частных предприятиях. На казенных заводах производились лишь железо, часть льняных полотен и поташ. Но если железо и полотно изготавливались на казенных предприятиях, в первую очередь, для удовлетворения внутренних потребностей государства, и лишь излишки поступали на внешний рынок, то производства поташа изначально ориентировалось исключительно на экспорт.

Таким образом, можно сделать вывод, что поташное производство представляло собой особую экспортоориентированную отрасль казенной промышленности. Государство, нуждавшееся в поступлении иностранного серебра в казну, проявляло высокую заинтересованность в своевременном и максимально выгодном сбыте поташа, а так же максимальном снижении его себестоимости.

Во второй главе «Становление и развитие казенного поташного производства во второй половине XVII первой трети XVIII в.» рассматриваются история возникновения поташного производства в России, анализируются причины его перехода в казенную собственность, выявляются основные тенденции его развития и проблемы экспорта поташа в этот период.

В первом параграфе данной главы исследуется становление и развитие казенной поташной промышленности России во второй половине XVII начале XVIII в.

Возникновению производства поташа в России способствовало наличие обширных лесных массивов, являвшихся основной сырьевой базой для его изготовления. Бурное развитие оно переживает в середине XVII в. Во многом это было обусловлено потребностями в поташе суконной промышленности Англии и Голландии. Но, наш взгляд, значительную роль сыграл еще и такой фактор, как знакомство с зарубежным опытом. В пользу этого говорит то, что тот способ, которым изготовлялся в то время поташ в России, назывался «польским маниром», из чего следует, что сюда это производство пришло из Польши. Так же это подтверждает и то, что впервые в России в значительных масштабах производство поташа стало осуществляться на Белгородчине, территориально близкой к владениям Речи Посполитой. Из Польши же приглашали мастеровых первые организаторы поташных предприятий – бояре, имевшие в своем распоряжении как леса, из древесины которых изготовлялось сырье – зола и клепочные дрова, так и большое количество крепостных крестьян, которые являлись основной рабочей силой. Производство и продажа поташа на внешнем рынке приносило огромную прибыль, обусловленную разницей между низкой себестоимостью произведенного продукта и его высокой продажной ценой. Несмотря на это, до конца 60-х гг. XVII в. российское правительство не выказывало заинтересованности в создании казенного поташного производства, тем не менее, стремилось извлечь максимум прибыли от продажи поташа за рубеж путем введения государственной монополии на торговлю им.

Ситуация изменилась в 1668 г., когда после смерти боярина Б. И. Морозова в дворцовое хозяйство были отписаны принадлежавшие ему поташные предприятия. В 1670 г. по инициативе смоленского воеводы князя И. А. Хованского были заведены два поташных завода в Смоленском уезде. Прибыль, получаемая государством от продажи произведенного частными лицами поташа, была не столь высока, как от продажи поташа казенного (в перерасчете на единицу продукции). Высокая рентабельность поташной промышленности определялась рядом факторов: достаточно устойчивым спросом и высокой ценой на поташ на внешнем рынке; технологической простотой производства; наличием огромных запасов леса, служившего источником крайне дешевого сырья, и людских ресурсов, находившихся в распоряжении государства.

Количество поташа, производимого в России в период с 1675 по 1690 гг. было огромным, причем большая его часть производилась на частных предприятиях. В этих условиях, российское правительство оказалось, видимо, в затруднении – с одной стороны, государство получало определенную прибыль от производства поташа частными лицами из-за разницы между ценой, по которой он поставлялся в казну, и той, по которой он продавался за рубеж; с другой стороны, эта прибыль была не столь высока, как от продажи казенного поташа (в перерасчете на единицу продукции). К тому же огромное количество производимого поташа снижало спрос на него и затрудняло реализацию. В результате 1690 было принято решение о монополизации не только продажи, но и производства поташа.

Это решение сопровождалось резким увеличением числа казенных гартов. Причем если ранее увеличение происходило в основном за счет перехода в казенную собственность бывших частных гартов, то сейчас был сделан упор на сооружение новых. Все казенные будные майданы, как отписанные у бывших владельцев, так и вновь заведенные, располагались в пределах бассейнов рек Мокши и Суры и их междуречья (смоленские заводы к этому времени прекратили свою деятельность) и находились в ведении приказа Большой казны.

Для продажи поташа за рубеж поташ по суше доставлялся до Вологды, а далее он транспортировался до Архангельска по Северной Двине. Перевозка поташа производилась зимой на санях. Это было обусловлено как тем, что работы на гартах заканчивались поздно осенью и зимой можно было забрать весь произведенный в течение сезона поташ, так и плохим состоянием дорог. Кроме того, зимой гораздо менее загружены работой были крестьяне, которых можно было тем или иным способом привлекать к перевозке поташа.

После введения монополии на изготовление поташа объем его производства резко сократился. Если в 80-е гг. XVII в. в Архангельск ежегодно привозилось для продажи в среднем более 6000 бочек поташа, то спустя всего два года – только 1100 бочек. При этом цена на него по сравнению с предыдущем временем несколько понизилась. Представляется очевидным, что данное сокращение объемов экспорта поташа было вызвано не производственными проблемами, а падением спроса на него.

Но уже в 1697 г. предпринимаются меры по значительному увеличению объемов производства, что являлось следствием повышения спроса в условиях ограниченного предложения. Помимо увеличения числа поташных гартов, впервые была предпринята попытка унификации их работы путем определения единого штата работников для всех предприятий и выработки рекомендаций для поливочей. В то же время данные о расходе сырья и количестве произведенного на гартах поташа свидетельствует об отсутствии в этот период единых требований к поливачам гартов со стороны государства, т. е. каждый поливач при работе руководствовался исключительно своим опытом и умением, что неизбежно должно было приводить на многих будных станах к напрасному перерасходу припасов.

В процессе расширения сети поташных станов выявилось, что годные на производство поташа леса достаточно интенсивно вырубаются на другие нужды, что осложняло функционирование части гартов. Поэтому в 1700 г. рубка поташных лесов на непроизводственные цели была запрещена.

В начале XVIII в. количество производимого поташа вновь значительно уменьшается, сокращается и количество гартов. Представляется, что резкое увеличение экспорта поташа сбило спрос на него и, как следствие, привело к снижению цен. В этих условиях продолжение работ на наиболее бедных лесом гартах было признано нецелесообразным, и они были отставлены.

Таким образом, можно сделать вывод, что в конце XVII – начале XVIII в. российское правительство, убедившись в выгодности поташной промышленности, стремилось получить максимальную прибыль от торговли поташом не за счет количества продаваемого за рубеж товара, а путем поддержания стабильных высоких цен на него. Поташная промышленность России гибко реагировала на изменения спроса, и количество производимого в этот период продукта определялось преимущественно конъюнктурой европейского рынка.

Производство поташа осуществлялось силами специализировавшихся мастеровых людей и наемных рабочих. Причем при обеспечении производства припасами произошел переход от практики найма работников для их поставки к покупке золы и клепки у всех желающих по установленным ценам. Для удешевления заготовки припасов была запрещена порубка годных для производства поташа лесов на другие цели. Транспортировка произведенного поташа к Вологде, а затем Архангельску также осуществлялась добровольными подрядчиками. Для повышения рентабельности поташной промышленности были предприняты меры по сокращению расходов на производство. В то же время сам процесс производства оставался вне зоны внимания государственных органов.

Во втором параграфе второй главы исследуется производство поташа на казенных предприятиях в 1707 1732 гг.

В 1707 г. была проведена реорганизация системы управления поташной промышленностью для повышения ее эффективности. Поскольку производство поташа было связано с массовой вырубкой лесов, чтобы не нанести в дальнейшем урон корабельным лесам, все будные станы были переданы из ведения приказа Большой казны под управление приказа Адмиралтейских дел. Для лучшего управления деятельностью гартов и предотвращения порубки годных на поташное дело лесов на другие цели была создана специальная контора поташного правления. Ее разместили в с. Починки – административном центре одноименной дворцовой волости. Решение о размещении конторы именно в данном месте объяснялось тем, что эта волость располагалась на стыке ряда уездов – Саранского, Темниковского, Арзамасского, Алатырского и Краснослободского, – в которых находились многие гарты и в непосредственной близости от остальных будных майданов. Таким образом, Починковская волость являлась географическим центром казенной поташной промышленности. Кроме того, все лесные ресурсы и население волости, состоявшее из дворцовых крестьян, находились в полном распоряжении правительства и могли по мере необходимости использоваться для производства поташа.

Первоначально в ведении Починковской поташной конторы оказалось восемь действующих гартов – раньше количество казенных будных станов было значительно больше (в конце XVII в. оно достигало двадцати), но в связи с вырубкой лесов поблизости от них на многих было решено прекратить производство. В условиях сокращения количества функционирующих гартов было решено увеличить изготовление поташа за счет интенсификации производства. Так, указом 1708 г. предписывалось увеличить ежегодное количество ломок (производственных циклов) на каждом гарте с двенадцати (как это делалось ранее) до четырнадцати, и в каждую ломку делать не менее девяти бочек поташа (раньше их число колебалось от семи до десяти). Таким образом планировалось довести объем годового производства до 1 000 бочек. Эта норма рассматривалась как наиболее приемлемая (так как такое количество поташа возможно было производить без излишних затруднений, и оно имело довольно устойчивый спрос).

После создания поташной конторы расход припасов на производство единицы продукции (бочки поташа) по сравнению с началом века существенно сократился. В то же время у нас нет данных, говорящих о том, что это явилось следствием каких-либо целеноправленных мероприятий Починковской поташной конторы, поскольку наблюдается определенная унификация не самого производственного процесса (так как в ломки продолжали расходовать разное количество материалов), а умения поливачей (в результате увеличения опыта в процессе работ и, вероятно, обмена им), позволявшая добиваться примерно одинакового выхода продукции из одного количества материалов.

Вырубка годные на поташное дело лесов в непосредственной близости от гартов привела к увеличению трудоемкости их заготовки. Чтобы не допустить увеличения текущих затрат, было предписано использовать для производства поташа весь лес «сряду», а не только наиболее подходящие породы деревьев, как делалось до этого. Реализация этого распоряжения привела к обратному результату: ухудшилось качество поташа и сократился его выход из ломки до пяти–шести бочек. Поэтому был произведен возврат к прежнему подходу и золу вновь стали жечь только из определенных пород деревьев.

Кроме перечисленных мер была предпринята попытка устранения серьезнейшего недостатка применяемого в то время в России способа производства поташа: поскольку все сооружения на гартах находились под открытым небом, то его изготовление было возможно лишь в более или менее теплое время, и производительность работ зависела от погодных условий. Воеводе Гавриле Кашкарову в 1708 г. было велено установить на гартах над всеми сооружениями укрытия (амбары). Но затем от строительства защитных сооружений отказались, поскольку в теплое время года они повышали риск пожаров.

Кроме того, эта задача могла потерять свою актуальность в связи с колебаниями спроса на поташ на европейском рынке. В связи с этим гарты не всегда работали в полную силу, в некоторые годы производство на части их сворачивалось. Это приводило к резким изменениям объемов производства поташа: так, например, в 1711 г. его было изготовлено триста бочек, а уже в следующем 1712 г. – девятьсот. В 1712 г. было указано впредь вновь делать по тысяче бочек поташа ежегодно, но уже в 1716–1718 гг. его производилось в два раза меньше.

В конце второго десятилетия XVIII в. вновь возникли проблемы в деятельности казенных поташных предприятий. Из-за сведения лесов поблизости от гартов правительству пришлось пойти на увеличение закупочной цены на золу и клепочные дрова, в связи с чем существенно возросли текущие расходы. В этих условиях правительство инициировало принятие новых мер, направленных на интенсификацию производства, теперь преимущественно за счет повышения материальной заинтересованности поливачей в результатах своей работы (установленное жалование поливач получал в полном объеме лишь при условии изготовления не менее ста двадцати бочек поташа в год) и применения своего рода «ресурсосберегающих технологий», заключавшихся в разработке инструкций по максимально рациональному использованию припасов. Кроме того, была предпринята попытка снижения процента недоброкачественной продукции.

Кроме того, было обращено внимание на деятельность частных производителей поташа в России. При исследовании данного вопроса оказалось, что поташ продавался частными лицами в больших количествах. Поэтому в 1719 г. было принято решение о подтверждении монополии на экспорт поташа, а в апреле 1721 г. последовал указ Петра I об установлении монопольного производства поташа на гартах Починковской поташной конторы. Изготовленный до указа поташ разрешалось продавать только на мануфактуры внутри России. Таким образом российское правительство устраняло внутренних конкурентов и получало возможность в большей степени контролировать предложение.

Наряду с этим происходило увеличение числа казенных поташных гартов. К концу 1720-х гг. их было двенадцать. В это время снова возникли проблемы с реализацией изготовленной на казенных гартах продукции. Это привело к снижению рентабельности казенной поташной промышленности и вновь побудило правительство заняться проблемами эффективности производства, тем более что в 1723 г. значительно пришлось повысить расценки на поставку золы и дров на поташные предприятия.

В результате в 1729 г. были предприняты действия по унификации производства поташа: оно было полностью регламентировано на основе использования опыта наиболее успешных предприятий. Для максимально полной загруженности гартов было установлено время начала работ на них – первые числа апреля. Чтобы не допустить срывов производства из-за нехватки сырья, так как весной заготавливать и завозить припасы на гарты невозможно, их следовало заготавливать предыдущей осенью (золу частично, клепочные дрова – полностью).

Необходимо отметить, что несмотря на указ о производстве поташа исключительно Починковской поташной конторой, в России существовал еще один казенный поташный гарт, находившийся вне ее ведения. В 1719 г. по указу Петра I в Свияжской провинции Казанской губернии при корабельных лесах был заведен Меминский будный майдан, находившийся в ведении Свияжской провинциальной канцелярии. Поскольку сырьем для него служили остатки древесины от корабельного строительства, в 20-е годы XVIII в. себестоимость свияжского поташа была значительно ниже починковского, но после интенсификации производства на починковских поташных заводах ситуация стала противоположной. Поскольку Меминский гарт находился вне зоны внимания поташной конторы, его производительность была гораздо ниже.

Таким образом, мероприятия 1707 – 1708 гг. должны были способствовать повышению эффективности производства посредством улучшения управления поташными предприятиями, интенсификации производства за счет увеличения количества производственных циклов и снижения текущих расходов. Наиболее приемлемым объемом производства в этот период считалось изготовление тысячи бочек поташа в год, но на практике оно, как правило, было ниже. После создания поташной конторы расход припасов на производство единицы продукции (бочки поташа) по сравнению с началом века существенно сократился, как следствие, снизилась и себестоимость произведенного поташа (по сравнению с концом XVII в. – почти в два раза).

Но затем, поскольку в это время в России происходили сильные инфляционные процессы, к тому же возросла трудоемкость заготовки и поставки поташных припасов на гарты, были повышены цены на золу и клепочные дрова. Это в свою очередь привело к повышению себестоимости поташа. Для того чтобы снизить ее, предпринимались меры по повышению эффективности производства. Их итогом стала, в частности, унификация всех производственных процессов и расхода припасов в ломки на всех гартах, позволившая повысить выход поташа.

В третьем параграфе второй главы анализируется организация экспорта поташа в первой трети XVIII века.

В начале XVIII в. экспорт поташа осуществлялся через Архангельск. Здесь он приобретался иностранными купцами. Изначально объемы продаж сильно варьировались: так, в 1701 г. было продано более 80 тыс. пудов поташа, в 1702 г. – чуть менее 65 тыс. пудов, а в 1703 г. – всего лишь 3,3 тыс. пудов. Данное колебание невозможно объяснить проблемами в производстве, также как и представить, что весь проданный в 1701 и 1702 гг. поташ был произведен в эти годы. Данное явление может быть объяснено лишь значительными колебаниями спроса на российский поташ на европейском рынке, в первую очередь, – в Англии и Голландии, являвшимися его основными потребителями. Российское правительство предпочитало дожидаться максимально подорожания поташа, и лишь затем выставляла его на продажу. Но резкий выброс продукции на рынок сбивал спрос на нее, и в последующие годы объемы продаж сокращались. Подобная практика порождала и негативные последствия: поскольку поташ от длительного хранения портился, в случае падения приходилось сокращать или приостанавливать его производство. Это при водило к снижению рентабельности казенной поташной промышленности, поскольку даже во время остановки поташных предприятий приходилось выплачивать жалование работавшим на них мастеровым.

В этих условиях правительство, очевидно, посчитало более выгодным заключать контракты с купцами на поставку им определенного количества поташа в течение нескольких лет (как правило, трех). Это позволяло обеспечить достаточно равномерную загрузку поташных предприятий и поддерживать более-менее стабильный спрос на российский поташ, хотя и привело к некоторому снижению объемов экспорта. В 1704–1710 гг. ежегодно продавалось более 20 тыс. пудов поташа. Основным его покупателем в это время являлся английский купец А. Стельс, приобретавший его по цене от 20 до 21 ефимка за берковец (исходя из стоимости ефимка 85 коп.).

В то же время в 1711 г. продажи поташа не производилось. Это свидетельствует о том, что, несмотря на все старания, спрос на поташ не был устойчивым. Падение спроса сопровождалось снижением цены. Так, в 1712 г. был заключен новый трехлетний контракт на поставку тысячи бочек поташа ежегодно Гутфелю и С. Рагузинскому, но уже по 15 ефимков берковец. Подобный контракт был заключен в 1717 г. с английскими купцами Р. Книппе и Э. Гиббоном (они согласились поднять цену на пол ефимка за берковец). Приобретая поташ по этим контрактам, купцы выдвигали условие, что в период их действия другим лицам поташ продаваться не будет.

Но в 1720-е гг. в связи с тем, что при заключении подобных контрактов купцы стали настаивать на снижении цены, предпочтение стало отдаваться продаже поташа с торгов. Помимо того, что таким образом контракт заключался с тем, чьи предложения признавались более выгодными, на торгах Коммерц-коллегия получала представление об общем спросе на поташ и, исходя из этого, могла заранее определять примерный объем его производства на следующий год.

Для привлечения покупателей предварительно проводились специальные своего рода рекламные акции, заключавшиеся в публикациях в газетах в крупнейших городах России и за рубежом и устных оповещениях иностранных купцов о месте и времени продаж.

В связи с затруднениями в реализации казенного поташа и снижением цены на него, значительно уменьшилась и получаемая государством прибыль. Испытавшее острую потребность в деньгах российское правительство стало искать пути изменения ситуации. Была сделана попытка изучить ситуацию на рынке в стране, потреблявшей наибольшее количество поташа, – Англии. В результате оказалось, что, несмотря на то, что ежегодно здесь потребляется до трех с половиной бочек поташа, продажа российского (лучшего по качеству) затрудняется высокой ценой на него. В этих условиях было обращено внимание на деятельность частных производителей поташа в России. При исследовании данного вопроса оказалось, что поташ продавался ими в количествах, сопоставимых с объемами казенного экспорта. При этом цена частного поташа по сравнению с казенным была примерно на 25 % ниже. Таким образом, частные производители и продавцы поташа создавали серьезную конкуренцию государственной поташной промышленности, способствуя падению спроса и снижению цен на российский поташ за рубежом. Российское правительство решило устранить конкурентов, и в апреле 1721 г. последовал указ Петра I об установлении монопольного производства поташа на гартах Починковской поташной конторы. Изготовленный до указа поташ разрешалось продавать на мануфактуры внутри России.

Для более оперативного решения возникающих вопросов между Коммерц-коллегией и купцами было решено с 1722 г. осуществлять продажу поташа за границу не через Архангельск, а через Санкт-Петербург. Но, так как стоимость транспортировки поташа до Санкт-Петербурга была гораздо выше, чем до Архангельска, то, соответственно, увеличивалась и себестоимость поташа. Поэтому в 1728 г. было принято решение возобновить продажу поташа через Архангельск.

Несмотря на все принимаемые меры, в конце 20-х – начале 30-х гг. XVIII в. значительное количество поташа сразу не удавалось реализовать. В этих условиях Коммерц-коллегия разрешила продажу поташа внутри России на казенные и партикулярные заводы на следующих условиях: покупатель должен заранее сообщить, сколько поташа ему требуется, и использовать его только на своих заводах, не перепродавая, особенно за границу. На внутреннем рынке поташ мог реализовываться только по «указной» цене – «истинная цена» (себестоимость с учетом провоза до места продажи) + 10 % надбавки. Эта мера должна была предотвратить как простои в работе предприятий, так и производство излишнего количества поташа.

В конце 1730 г. Коммерц-коллегия поручила советнику Аленину изучить вопрос о временной приостановке либо сокращении производства. Но ни сокращения объемов производства, ни прекращения поставки поташа за рубеж не произошло.

В 1730 и 1731 гг. было принято решение не продавать поташ по фиксированной цене, а попытаться реализовать его при посредстве «комиссии» иностранных купцов (они брали поташ на реализацию, получая фиксированный процент от выручки). В то же время необходимо отметить, что на протяжении всей первой трети XVIII в. часть поташа, забракованного купцами при приеме продукции, отправлялась российским правительством за рубеж самостоятельно. Примечательно, что в этот менее качественный товар реализовывался там в ряде случаев по более высокой цене, чем высококачественный в России (хотя, конечно, необходимо учитывать, что при этом казна несла и дополнительные расходы, связанные с его транспортировкой).

В 1732 г. Сенат рассмотрел проект английского купца Голдена, направленный на повышение объема продаж российского поташа в Англии. Его главной составляющей было вытеснение с английского рынка конкурирующего с российским эстляндского и польского поташа. Для этого было необходимо максимально увеличить поставки в Англию российского поташа, продавая его по низким ценам. По мнению Голдена, установленная таким образом монополия должна была компенсировать понесенные убытки за счет значительного повышения цены на него впоследствии. Изучив вопрос, Сенат выразил сомнение в его осуществимости, но все же принял решение увеличить производство и продажу поташа в два раза, при этом значительно снизив цену на него. Оно пояснялось тем, что при этом выручка от продажи поташа все равно должна была увеличиться. Таким образом, в стремлении получить больший объем финансовых средств правительство пошло на повышение эффекта производства в ущерб его эффективности.

В целом можно констатировать, что во второй половине XVII – первой трети XVIII вв. российское правительство стремилось получать максимальную прибыль от торговли поташом не за счет увеличения объемов продаж, а путем поддержания стабильно высоких цен на него. Казенная поташная промышленность России гибко реагировала на изменения спроса, и объем ежегодного производства поташа определялся спросом на него на европейском рынке. Для повышения доходности неоднократно вводилась монополия государства на экспорт поташа, которая в XVIII в. сменилась монополией и на его производство. Для того, чтобы не производить излишнее количество поташа, работы на некоторых гартах в отдельные годы останавливались. Но со временем из-за сведения лесов в их окрестностях производство даже такого количества поташа на прежних будных майданах стало затруднено, поэтому в начале 20-х годов XVIII в. число действующих гартов было увеличено.

Происходит поиск оптимальной системы управления производством. Поскольку управление поташными предприятиями из Москвы было крайне затруднено, в непосредственной близости от них создается специальная структура – Починковская поташная контора, которая становится координирующим и контролирующим производственный процесс органом. При этом если первоначально контора являлась лишь одним из подразделений воеводской канцелярии, то затем она получает полную самостоятельность. Так же с целью оптимизации управления меняется ведомственная принадлежность конторы – она передается из ведения приказа Большой казны в приказ Адмиралтейских дел, а затем – в подчинение Коммерц-коллегии. В то же время можно констатировать, что изменение ведомственной принадлежности решало тактические задачи, представлявшие наибольшую важность на текущий момент.

Стратегия, основанная на стремлении поддерживать максимально высокие цены на продукцию путем ограничения ее поставок, должна была обеспечить долговременную перспективу деятельности казенной поташной промышленности, но, поскольку не учитывала существовавшее на европейском рынке предложение хотя и менее качественного, но более дешевого поташа из других стран, на практике привела к снижению спроса на российский поташ, и, как следствие, к уменьшению поступавшей в казну выручки от торговли им. Кроме того, несмотря на все усилия, значительно возросла себестоимость продаваемого поташа, что при сохранении прежних цен все равно снижало получаемую казной прибыль. Поэтому в 1732 г. стратегия торговли поташом была кардинально изменена и был взят курс на продажу большого количества поташа по несколько меньшим ценам, что должно было увеличить объем общей выручки. Это решение было обусловлено потребностью казны в финансовых средствах, а также стремлением найти выход из затруднительной ситуации с реализацией поташа на европейском рынке.

В третьей главе «Развитие казенной поташной промышленности в 1733 1748 гг. Эволюция подходов к обеспечению гартов рабочей силой и припасами» предпринят анализ причин свертывания крупномасштабного производства поташа в середине XVIII в.

Первый параграф третьей главы посвящен исследованию проблем производства и реализации поташа в 1733 1748 гг. В нем рассматриваются новые подходы к его производству, вызванные изменением стратегии торговли поташом, проблемы выполнения взятых на себя Коммерц-коллегией обязанностей по контрактам и связанного с ними ухудшения качества продукции.

Изменение стратегии продажи поташа на увеличение объема при некотором снижении цены сразу же привлекло внимание иностранных купцов. В итоге рассмотрения различных предложений в 1732 г. был заключен контракт с английскими купцами Шифнером и Вульфом на отдачу им в течение пяти лет двух тысяч бочек поташа ежегодно по цене двенадцать ефимков за берковец. При этом купцы освобождались от уплаты таможенных пошлин, а Коммерц-коллегия брала на себя обязательство никому другому российского поташа для вывоза за пределы России не продавать (за исключением забракованного купцами).

Для выполнения обязательств по данному контракту было необходимо в двое увеличить ежегодное производство поташа в России. Для достижения этого были предприняты шаги сразу в двух направлениях: 1) осуществлялась дальнейшая рационализация производственного процесса на основе его унификации; 2) увеличивалось число действующих майданов (с двенадцати до восемнадцати). За счет этих мер в первой половине 30-х гг. XVIII в. удалось значительно повысить производительность гартов и добиться необходимого уровня производства. Однако это потребовало предельного напряжения всех сил поташной конторы, и довольно скоро количество изготавливаемого поташа стало сокращаться.

Несмотря на оговоренный в контракте срок – пять лет, – поташ по этому контракту отдавался Шифнеру и Вульфу по 1739 г. включительно. В общей сложности они получили 13 728 бочек поташа (средний вес поташа в бочке составлял 30 пудов), из которых 2 902 бочки (21 %) забраковали. Очевидно, именно из-за столь высокого процента брака действие контракта растянулось на семь лет вместо оговоренных пяти – чтобы купцы смогли получить не менее 10 000 бочек хорошего поташа, так как контракт предусматривал именно это. Но, несмотря на огромное количество брака, государство получило в итоге значительную прибыль – 330 870 руб. 52 коп. (для сравнения – в 1730 г. прибыль составила 32 500 руб., в 1728 г. – 30 462 руб., в 1723 – 1727 гг. прибыль колебалась от 18 500 до 24 600 руб.).

Поэтому когда в 1739 г. Шифнер и Вульф изъявили желание вновь заключить подобный контракт еще на пять лет, Коммерц-коллегия согласилась на их предложение. Но при этом купцы выдвинули дополнительные условия. Компаньоны заявили, что из-за низкого качества поставляемого им до этого поташа они понесли убытки на сумму 32 547 руб., и требовали возместить их. В противном случае, по их утверждению, они не смогли бы покупать поташ по прежней цене и вынуждены были бы понизить ее до 10 или 11 ефимков за берковец.

Согласно новому контракту, в течение пяти лет, начиная с 1740 г., купцам должны были поставлять по 2 000 бочек поташа ежегодно на прежних условиях по 12 ефимков за берковец. Что же касается возмещения понесенных им убытков, было решено каждый год отдавать им бесплатно поташа на шесть тысяч рублей. Фактически это означало, что две тысячи бочек поташа ежегодно продавались бы им по цене 11 ефимков за берковец и лишь поставляемый сверх этого числа по – 12 ефимков. Но в 1743 г. по инициативе вице-президента Коммерц-коллегии Мелесино это решение было пересмотрено и купцы были обязаны рассчитаться за весь полученный ими поташ.

После окончания второго контракта с Шифнером и Вульфом желающих заключить долгосрочный договор на покупку поташа не оказалось, поэтому было решено изучить положение дел в поташной промышленности и рассмотреть вопрос о целесообразности поддержания его производства на прежнем уровне. В итоге оказалось, что резкое увеличение изготовления поташа привело к истощению всех ресурсов, в первую очередь, – к уничтожению лесов. Дальнейшее производства поташа на многих гартах было фактически невозможно, требовался их перенос на новые места, богатые лесом.

В результате было решено в 1745 г. ограничить объем производства поташа тысячью бочками. Несмотря на все публикации о продаже, за исключением одного из компаньонов – генерал-консула Вульфа – других желающих купить этот поташ не нашлось. Вульф соглашался приобрести его весь – хороший по – 12, забракованный – по 10 ефимков за берковец – но с условием, чтобы с 1747 г. производство поташа и его экспорт были приостановлены на четыре года. Данная просьба объяснялась наличием в Англии большого количества нереализованного поташа. Согласие Вульфа на приобретение его остатков было основано на опасении еще большего снижения цены на него в случае возникновения конкуренции, если он будет доставлен сюда другими купцами.

В итоге изучения этого вопроса Сенат решил принять предложение Вульфа. Коммерц-коллегия предписала делать на гартах Починковской поташной конторы всего по 300 бочек в год только для удовлетворения потребностей российских мануфактур, но по каким-то причинам позднее данное решение пересмотрели и в течение трех лет до 1751 г. поташ на починковских майданах не производился.

Производство поташа на казенных предприятиях сворачивается и уже никогда не будет возобновлено в прежних масштабах.

Во втором параграфе третьей главы прослеживается эволюция подходов правительства к обеспечению казенной поташной промышленности рабочей силой и припасами от ее возникновения до середины XVIII в. Решение не разделять последний вопрос по выделенным нами хронологическим этапам вызвано стремлением не нарушать целостность создаваемой картины.

Первоначально правительство решало задачу обеспечения казенной поташной промышленности рабочей силой для работ на гартах и заготовки золы и клепочных дров за счет найма работных людей за определенную плату на заранее оговоренный срок (оплата труда, таким образом, была повременной). Но уже в первой половине 1680-х гг. был найден более рациональный путь решения данной проблемы и от найма с повременной оплатой, не стимулирующей работника к высокоэффективному труду, стали переходить к закупке поташных припасов.

Из наемных работников на майданах сформировались специальные категории мастеровых, основные функции которых были специализированы. Главную роль в производстве поташа играли наиболее квалифицированные работники – поливачи, которые сами выбирали и обучали себе помощников – податней. Затем из общей массы работников выделились будники и воштари, основные функции которых заключались соответственно в приготовлении припасов и доставке их на гарт. Вплоть до 1707 г. обеспечение поташного производства припасами осуществлялось преимущественно именно их силами. К началу XVIII в. определилась еще одна категория мастеровых – корытники, которые должны были при изготовлении поташа завозить золу в колоды и приготовлять щелока. Кроме них, на майданах существовали и другие категории мастеровых, непосредственно не участвующих в производстве поташа, но связанных с ним. Ими были: кузнецы, обеспечивавшие других работников железными инструментами; бочкари, делавшие бочки под поташ; конюхи, ухаживавшие за казенным тягловым скотом; колесники, изготовлявшие колеса для телег и тачек, на которых завозились припасы.

Все мастеровые люди на гартах были освобождены от уплаты подворного налога и получали за свою работу определенное жалование, дифференцированное в зависимости от их категории. Часть жалования им выплачивали деньгами, часть – продуктами: рожью, крупами (вместо них чаще всего выдавался овес) и солью. Вызвано это было недостаточным развитием товарно-денежных отношений в то время. Финансирование казенной поташной промышленности осуществлялось из приказа Большой казны в Москве. Для сведения к минимуму зависимости себестоимости производства поташа от рыночных цен на зерно в конце XVII в. было решено для выплаты хлебного жалования употреблять зерно, выращенное на казенных десятинных пашнях.

После создания в 1707 г. Починковской поташной конторы подход к обеспечению поташной промышленности припасами был изменен. По настоянию стольника Григория Племянникова все будники и воштари были положены в подворный оклад наравне с дворцовыми крестьянами, с этого времени кормиться они должны были за счет своего крестьянского хозяйства. Было признано более выгодным на собираемые с них таким образом деньги закупать золу и клепочные дрова у окрестных жителей. Исключение было сделано лишь для Учуевского майдана, так как на нем не было пашенных земель и покосов, поэтому на обоих гартах этого майдана заготовка припасов происходила прежним порядком.

Но поступавших от подворного обложения майданов денег было явно недостаточно для полного обеспечения Починковской поташной конторы финансами, а так как остальные села и деревни Починковской волости продолжали находиться в ведении Приказа Большой казны, то в случае нехватки средств, скорее всего, приходилось каждый раз запрашивать их из Приказа Адмиралтейских дел. В условиях, когда объем годового производства менялся очень резко, как происходило в первых десятилетиях XVIII в., это было особенно неудобно, так как очень трудно заранее определить, сколько средств потребуется на закупку поташных припасов и возможную починку гартов. А результате в распоряжение Починковской поташной конторы стали передаваться все деньги, собираемые с крестьян и майданских жителей Починковской, Вадской и Сергацкой волостей (данная система начала действовать не позднее 1714 г.).

Установленная Племянниковым система снабжения казенной поташной промышленности припасами исправно действовала на протяжении более десяти лет, пока поблизости от гартов имелось достаточное количество годных лесов. Но к началу 20-хгг. XVIII в. желающих поставлять золу и дрова с повышением трудоемкости их приготовления из-за сведения ближних лесов практически не стало. В качестве выхода снова было решено возродить заготовку их будниками и воштарями. Однако решить проблему только этим не удалось, и для повышения заинтересованности окрестного населения в поставке припасов были значительно повышены цены на них. Впрочем, несмотря на это повышение, они были гораздо ниже рыночных. Правда, здесь необходимо учитывать, что поставляемые на казенные будные майданы припасы приготовлялись из казенного же леса, в их стоимость входила фактически лишь оплата работы поставщиков и доставки.

После замены подворного налогообложения подушным в распоряжение Починковской поташной конторы стали поступать четырегривенные деньги со всех крестьян, приписанных к Починковской волости, и крестьян ряда сел Вадской и Сергацкой волостей – всего с более чем с семнадцати тысяч душ. Из них 827 душ были определены в счет оброка обрабатывать Кармалеевскую десятинную пашню.

Из этого количества часть приписных крестьян, наиболее близко живущих к майданам, была обязана поставить в счет оброка определенное количество золы, с остальных оброк собирался деньгами для закупки недостающего количества припасов. Но так как ни в одном году желающих добровольно поставить их не находилось, требуемое количество золы распределялось на всех крестьян.

Необходимость увеличения количества ежегодно изготавливаемого поташа более чем до 2 000 бочек, вызванная условиями заключенного в 1732 г. контракта с Шифнером и Вульфом, потребовала нового решения проблемы с поставкой припасов, в первую очередь золы, так как заготовить потребное количество уже имеющихся в распоряжении поташной конторы силами было невозможно. Могло исправить ситуацию повышение цен на золу и клепочные дрова до рыночного уровня, но в таком случае неминуемо произошло бы резкое увеличение себестоимости поташа, а, следовательно, сократилась бы прибыль, поступаемая в казну от его продажи на внешнем рынке. Поэтому в 1733 г. в подчинение Починковской поташной конторе было передано еще более 80 сел и деревень, в которых числилось около 10 тыс. душ мужского пола.

С середины 30-х гг. XVIII в. государство практически полностью заимствовало систему снабжения майданов припасами, действовавшую восьмьюдесятью годами раньше на поташных промыслах боярина Б. И. Морозова – с этого времени к каждому гарту прикреплялись села и деревни с примерно одинаковым общим количеством душ, которые были обязаны таким образом погашать подушную подать. Главным мотивом выбора такого пути решения проблемы являлось стремление не допустить повышения себестоимости продукции, поскольку труд приписных крестьян правительство могло оплачивать по гораздо более низким расценкам, чем вольнонаемных рабочих (соответственно, по гораздо более низким ценам осуществлялась и поставка сырья). Исключение из общего правила составлял лишь Свияжский Меминский майдан, на котором заготовка припасов и все работы на гарте осуществлялись силами будников и воштарей.

Заготовка поташных припасов, в первую очередь золы, была крайне обременительна для крестьян. Положение усугублялось происходившей по разным причинам убылью рабочих рук и произволом администрации поташной конторы и воевод. Итогом стало разорение и обнищание большинства приписных крестьян, в результате чего они уже были не в состоянии выполнять возложенные на них обязанности и платить налоги. Для дальнейшего функционирования казенной поташной промышленности необходимо было выработать другой подход к снабжению ее сырьем.

Таким образом, главным фактором, который обуславливал выбор того или иного подхода к решению проблемы с обеспечением казенной поташной промышленности рабочей силой (найм рабочих, закупка сырья, использование принудительного труда приписных крестьян) было стремление к удешевлению (или предотвращению подорожания) производства. Кроме того, можно выделить еще один фактор, который способствовал переходу к использованию принудительного труда. Дело в том, что после сведения близлежащих лесов проблема поиска рабочих рук стала достаточно часто вставать перед российским правительством, и предпринимаемые каждый раз меры позволяли решить ее лишь на непродолжительное время. Такое же решение проблемы должно было снять этот вопрос с повестки дня на долгий срок.

В связи с этим стоит отметить, что стремление к удержанию себестоимости продукции на прежнем уровне путем использования принудительного труда в долгосрочной перспективе не оправдало себя, так как его итогом в условиях резкого повышения объемов производства стало разорение и обнищание большинства приписных крестьян.

В целом, можно сделать вывод о том, что изменение стратегии продажи поташа привело к повышению получаемой государством прибыли, но при этом потребовало увеличения его производства более чем в два раза, и, как следствие, – предельного напряжения всех сил поташной конторы, которое сопровождались ухудшением качества поташа, истощением как лесных, так и людских ресурсов поташной конторы. В итоге она привела к системному кризису казенной поташной промышленности, заключавшемуся в следующем: 1) были практически полностью уничтожены леса в окрестностях гартов, что делало их работу невозможной и требовало переноса на новые места; 2) из-за чрезмерной эксплуатации была подорвана феодально-крепостническая система снабжения гартов припасами и рабочей силой, она уже не могла справляться с возложенными на нее обязанностями; 3) поставка на европейский рынок огромного количества поташа катастрофически снизила спрос на него и сделала невозможным его сбыт в ближайшем будущем. Кризис привел к свертыванию крупномасштабного казенного производства поташа в России.

Четвертая глава «Казенная поташная промышленность России во второй половине XVIII века» посвящена рассмотрению деятельности по возобновлению крупномасштабного производства поташа с целью его экспорта.

В первом параграфе четвертой главы исследуются поиск путей повышения эффективности работы Починковской поташной конторы и ее деятельность в 1748 1760 гг.

В середине XVIII в. единственным казенным предприятием, где продолжалось изготовление поташа после 1747 г., был Свияжский Меминский майдан. Он и в дальнейшем действовал вплоть до 1767 г. Ежегодно на нем производилось в среднем чуть более шестидесяти бочек поташа, который шел для удовлетворения нужд российских предприятий.

В то же время, поскольку оговоренный с Вульфом четырехлетний срок, в течение которого Россия обязывалась не продавать поташ за границу, заканчивался в 1750 г., необходимо было определить дальнейшие перспективы развития казенной поташной промышленности. В 1749 г. Семен Боголюбов представил свой проект, в котором обосновал целесообразность изготовления не более 1 000 бочек поташа в год. По его мнению, только это могло дать возможность подрасти молодому лесу и обеспечить долговременное функционирование гартов; в противном же случае из-за полного истребления лесов производство поташа на всех майданах вскоре стало бы невозможным. Эти меры должны были привести к улучшению качества поташа и снижению его себестоимости, так как производство велось бы только в наиболее благоприятное теплое время. Кроме того, для предотвращения нехватки финансовых средств во время работ он предложил в будущем тратить на производство поташа собираемые Починковской поташной конторой семигривенные деньги, возмещая их затем из полученной от продажи поташа прибыли.

Но изготовление даже тысячи бочек поташа в год было в это время чрезмерным. Поэтому в 1751 г. Сенат рассмотрел другой проект, согласно которому количество ежегодно производимого поташа следовало сократить до 500 бочек. Так как для этого не требовалось привлечения всех приписных крестьян, планировалось разделить их на пять перемен по пять с половиной тысяч душ. Каждая перемена, отработав год при гартах, четыре года занималась бы только своим хозяйством. Однако поташная контора, изучив предложенный вариант, заявила о его нереальности, так как за исключением умерших, старых и молодых крестьян имелось лишь на три с половиной перемены, а заготовить необходимое количество припасов силами одной перемены невозможно.

В итоге было решено до особого определения поташ для продажи за границу не производить и делать его только для удовлетворения нужд российской промышленности по мере возникновения необходимости. При этом производство не обязано было носить ежегодный характер, год и объем его должен был определяться заранее соответствующими указами Сената. Вполне вероятно, что это решение во многом было определено резким увеличением поставок на мировой рынок венгерского поташа. Соответственно этому решению, изготовление поташа на Починковких гартах осуществлялось лишь в 1751 г. (сделано 102 бочки) и 1753 г. (сделано 193 бочки).

Прекращение регулярного производства поташа негативно сказалось на обеспеченности гартов мастеровыми людьми. Поскольку при отсутствии системы подготовки кадров знания и умения приобретались ими лишь в процессе производства, возникла проблема с заменой выбывающих по тем или иным причинам специалистов. Особую остроту ей придало то, что к этому времени большинство мастеровых, активно работавших в 20 – 30-х гг. XVIII в., в силу достижения преклонного возраста стали терять трудоспособность.

В 1755 г. новый командир Починковской поташной конторы Дмитрий Ладыгин подал в Коммерц-коллегию развернутый проект о реформировании поташной промышленности, основной целью которого являлось повышение эффективности поташного производства и возобновление крупномасштабного экспорта поташа. Ряд его положений повторял предлагавшиеся ранее: ремонтировать гарты до начала полевых работ; при сведении лесов или исчезновении воды переводить гарты на новые удобные места; начинать работы на них не ранее середины апреля и заканчивать до заморозков; распределять обязанности по заготовке припасов на приписных крестьян исходя из удаленности их от гартов и т. п. Для снижения себестоимости продукции он предлагал ликвидировать Кармалеевскую десятинную пашню и находившийся при ней конезавод. Он считал более рентабельным сдавать землю и сенокосные поляны в аренду, и производить выплаты хлебного жалования за счет полученных от нее средств. Большое внимание Ладыгин уделил мерам по предотвращению самовольной вырубки годного на поташное дело леса на другие цели, так как она затрудняла долговременную работу гартов, в первую очередь за счет усиления штрафных санкций. Помимо этого, было предложено делать над гартами укрытия, которые позволили бы ликвидировать зависимость производства поташа от погоды.

На практике были реализованы лишь предложения о ликвидации конезавода и сдаче в аренду десятинной пашни. Несмотря на то, что произведенный на Тольском майдане опыт по изготовлению поташа под укрытием оправдал себя, в тех условиях он оказался не востребован.

В 1760 г. в связи с потребностью российских мануфактур на пяти гартах было произведено 383 бочки поташа, но технологически процесс изготовления не изменился. Это объясняется тем, что сооружение защитных сооружений в условиях нерегулярного производства оказывалось экономически нецелесообразным.

Таким образом, в 50-е гг. XVIII в. казенный поташ в России изготавливался исключительно для удовлетворения внутренних потребностей страны. В этот период основная часть поташа производилась на Свияжском Меминском гарте, а починковские майданы участвовали в его изготовлении лишь по мере возникновения нехватки поташа. За время их простоя приходило в негодность имевшееся на них оборудование, старели и умирали мастеровые люди. В течение этих лет вплоть до 1760 г. не происходило принципиальных изменений в подходе к обеспечению поташной промышленности рабочей силой и припасами. Рассматривавшиеся в это время меры по повышению эффективности поташного производства были реализованы лишь в части извлечения прибыли из имеющихся в распоряжении Починковской поташной конторы ресурсов. Само производство так и не было восстановлено, главной причиной чего, судя по всему, являлась неуверенность в успешной реализации изготовленной продукции. В то же время мы не имеем никаких сведений о том, что правительством предпринимались какие-либо меры по выявлению спроса на российский поташ на международном рынке.

Во втором параграфе четвертой главы исследуются проблемы реорганизации казенной поташной промышленности и восстановления крупномасштабного производства поташа.

В условиях остановки крупномасштабного производства поташа в 1760 г. Сенат принял решение передать часть селений Починковской волости (включая с. Починки), ранее приписанные к поташной конторе, под содержание конного завода кавалерийского полка. Оставшиеся приписные крестьяне были переданы в ведение канцелярий тех городов, на территории уездов которых они проживали.

В связи с этим первоначально поташная контора была переведена из Починок в с. Макулово. Но по каким-то причинам оно не устраивало контору и та просила перевести ее в г. Саранск. Такому решению противилась саранская воеводская канцелярия, возможно, из-за нежелания иметь на своей территории неподконтрольное им административное учреждение. Вскоре после этого было принято решение об упразднении поташной конторы.

Несмотря на это, Дмитрий Ладыгин не оставлял попытки организовать широкомасштабное производство казенного поташа для продажи за рубеж и доказывал его перспективность и выгодность. Заручившись поддержкой князя Вяземского, он подал в 1765 г. в Сенат очередной проект о восстановлении казенной поташной промышленности. На этот раз акцент делался им на производство поташа новым способом – так называемым «венгерским маниром», который позволял изготавливать его круглогодично и использовать не только специально нажигаемую из определенных пород дерева золу, но и обыкновенную печную. При этом способе поташ производился не на гартах, а на специальных поташных фабриках. Все оборудование на поташной фабрике находилось под крышей в закрытом помещении. Кроме того, благодаря тому, что поташ после получения кальцинировали в специальных печах, содержание в нем карбоната калия было выше, чем в произведенном традиционным образом (для его обозначения использовался термин «перлаш»). Соответственно, более высокой была и его стоимость.

Ладыгин считал целесообразным изготавливать ежегодно по 2 000 берковцев перлаша и 3 000 берковцев «староманирного» поташа. Для выполнения этой программы следовало запустить семь новых фабрик и задействовать десять прежних гартов. Чтобы не допустить нового истощения лесных ресурсов в районе расположения поташных предприятий, Ладыгин предложил разделить отведенные под поташное дело леса на 100 секторов. Каждый год для работ отводился один сектор, который затем оставлялся для восстановления лесов.

Сенат, рассмотрев предложенный Ладыгиным проект, нашел его перспективным и принял решение воплотить его в жизнь. Поташная контора была восстановлена (скорее всего, она располагалась в г. Инсаре), во главе ее был поставлен Дмитрий Ладыгин. В ее ведение были переданы все казенные поташные заводы, включая Меминский будный стан.

Но реализация на практике этой программы оказалась невозможной. За время простоя практически все деревянное оборудование на гартах пришло в негодность. Также обнаружилась нехватка мастеровых людей в связи со смертью или достижением преклонного возраста. Несмотря на все предпринимаемые усилия, в 1766 г. начать производство удалось только на одном гарте.

Основные усилия Ладыгин сосредоточил на заведении фабрик по венгерскому образцу. Было построено четыре подобные фабрики – Троицкая на Тольском майдане, Салдамановская и Меминская на одноименных майданах и Инсарская. Также было начато строительство еще трех фабрик – в Арзамасе, Муроме и Алатыре, но в действие они так и не вступили.

Поскольку в то время в распоряжении поташной конторы приписных крестьян уже не было, то для обеспечения фабрик припасами пришлось рассчитывать исключительно на их покупку у крестьян окрестных селений по договорной цене. Первоначально крестьяне проявили большую заинтересованность в поставке золы на поташные фабрики, но при условии, что им будет позволено нажигать ее в государственных лесах из годного леса. Но они не выполняли свои обязательства в полном объеме. Заключая подряд, крестьяне получали право на жжение золы в казенных лесах. Но поскольку рыночная стоимость золы была гораздо выше, чем предлагаемая на заводах, то подрядчики, поставив лишь небольшую часть оговоренного количества золы для погашения аванса, в обход договора в больших количествах тайком продавали ее на частные предприятия уже по рыночным ценам

Всего же в течение 1766 – 1767 гг. было произведено всего 362 бочки перлаша весом 8 342 пуда и 156 бочек поташа весом 4 696 пудов. Некоторая часть его была отправлена в Москву в Мануфактур-коллегию на нужды российских предприятий, но основная часть – в Санкт-Петербург в Коммерц-коллегию. Продажа поташа (включая и перлаш) за границу в эти годы осуществлялась через комиссию купца Фридрикса. В 1766 г. им было продано его всего 24 бочки весом 632 пуда (19 – в Лондоне и 5 в – Амстердаме). В 1767 г. им же было продано в Лондоне 119 бочек перлаша весом 2 545 пудов, в 1768 г. – 565 пудов, в 1769 г. – всего 50 пудов. Подобная ситуация, очевидно, обусловлена тем, что в отсутствии на рынке российского поташа ведущие позиции на нем занял товар других производителей (в том числе и американский). Но при этом Фридрикс, ознакомившись с запросами промышленников в Англии, сообщил в 1768 г., что они заинтересованы в поставках староманерного российского поташа, спрос на который должен был быть весьма высоким. Таким образом, налицо была возможность возобновления крупномасштабного производства поташа для продажи за рубеж. Но, несмотря на довольно высокую прибыль –18 руб. с берковца –  оно так и не было налажено.

Так как добиться планируемого Ладыгиным объема производства добиться не удалось и программа, которую он представлял в Сенат, не была выполнена, он был снят со своей должности и вместо него в 1767 г. главным командиром поташной конторы был назначен статский советник Меженинов, не проявлявший большой заинтересованности в производстве поташа.

В условиях, требовавших создания новой системы обеспечения поташного производства сырьем, когда объемы финансовых поступлений в казну в связи с небольшим количеством продаваемого поташа были невелики, правительство отказалось от попыток его восстановления. В 1773 г. Сенат принял решение ликвидировать казенные поташные предприятия путем их продажи с торгов. В будущем в Поволжье будут заводиться казенные поташные предприятия, но объем производства на них будет невелик, действовать они будут разрозненно и поташное производство уже никогда не будет представлять собой отдельную отрасль промышленности.

Таким образом, в 60-е гг. XVIII в. была сделана попытка восстановить производство поташа на прежних гартах и наладить его изготовление в России по «венгерскому маниру», дававшему возможность осуществлять производство практически круглый год и использовать практически любую золу (в том числе и печную). На некоторое время снова была восстановлена поташная контора. Но так как в это время в ее распоряжении не имелось приписных крестьян, возникли серьезные проблемы с обеспечением производства золой. Кроме того, нормальное функционирование казенной поташной промышленности осложнялось тем, что теперь все новозаведенные фабрики и старые гарты находились на территориях, подчиненных другим административным структурам и управление работами на них из одного центра было затруднено. К тому же большинство ранее трудившихся на гартах опытных мастеровых людей уже умерло, а заменить их было некем. Это привело к утрате интереса к казенной поташной промышленности со стороны правительства и ее ликвидации.

В заключении диссертации подведены итоги исследования и сформулированы общие выводы.

Казенная поташная промышленность возникает в России в 60-е гг. XVII в. на базе бывших частновладельческих предприятий. С самого начала существования она фактически представляла собой экспортоориентированную отрасль казенного производства. В условиях модернизации XVIII в. происходит ее быстрое развитие. При этом правительство проявляло гораздо большую заинтересованность в наиболее выгодной реализации произведенной продукции, в то время как вопросы непосредственно организации производства оставалась на втором плане. При сбыте поташа оно, стараясь поддерживать максимально высокие цены, стремилось гибко реагировать на колебания спроса, использовало разнообразные способы продажи (заключение долгосрочных контрактов, продажа с торгов, сдача в комиссию). В отношении повышения результативности непосредственно производства деятельность, как правило, активизировалась преимущественно в случае возникновения каких-либо кризисных ситуаций. Основной упор при этом делался на снижении текущих расходов за счет поиска наиболее дешевых способов обеспечения предприятий сырьем и наиболее эффективного его использования, максимальной интенсификации деятельности предприятий за счет увеличения количества производственных циклов на них. При этом правительство стремилось минимизировать единовременные затраты, связанные с производством, в частности, с переносом гартов на новые места. Другие меры, которые могли бы способствовать повышению эффективности производства (например, улучшение управления им, повышение материальной заинтересованности работников), носили лишь эпизодический характер.

В целом можно отметить, что в совокупности мер проводимая в первой трети XVIII в. российским правительством политика не столько способствовала повышению эффективности производства, сколько стремилась не допустить его снижения. Но в конце данного периода было принято принципиальное решение, связанное с повышением эффекта производства в ущерб его эффективности (увеличение объема производства при снижении цены на поташ). Данное изменение стратегии продажи поташа позволило увеличить получаемую прибыль, но при этом потребовало предельного напряжения всех сил поташной конторы и породило сильнейший кризис, который привел к свертыванию крупномасштабного производства поташа в России. Созданный механизм управления не отличался гибкостью и не позволял эффективно и своевременно учитывать негативные явления на стадии их зарождения и вносить коррективы в организацию производства и сбыта продукции.

В целом же промышленное производство, ориентированное на экспорт, представляло интерес для правительства только при условии получения значительных объемов прибыли при минимальных затратах. Попытки восстановления крупномасштабного производства поташа, предпринимавшиеся в 1760-е гг., не принесли результата в связи с потерей своего сектора на европейском рынке, который был занят иностранными производителями.

Основные положения диссертационного исследования

изложены в следующих публикациях автора


Публикации в периодических научных изданиях, рекомендуемых ВАК

1. Богатырев, Э. Д. Государственная политика в области эффективности производства в России в первой трети XVIII в. (на примере казенной поташной промышленности) / Э. Д. Богатырев // Вестник Санкт-Петербургского университета. – Сер. 2 (История). – 2007. – Вып. 4. – С. 40 – 48 (0,8 п. л.).

2. Богатырев, Э. Д. Использование наемного и подневольного труда на отечественных казенных предприятиях в первой половине XVIII в. (на материалах поташной промышленности) / Э. Д. Богатырев // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. – 2007. – № 18 (4). – С. 127–132 (0,65 п. л.).

3. Богатырев, Э. Д. Крестьянская семья в имперском социуме: трансформация структуры традиционной крестьянской семьи в XVIII – первой половине XIX в. (по материалам мордовского края) / Э. Д. Богатырев, С. В. Першин, Т. А. Першина // Вестник Чувашского университета. – 2006. – № 6. – С. 23 – 28. (0, 4 п. л. / 0,18 п. л.).

4. Богатырев, Э. Д. Поиск путей повышения эффективности работы Починковской поташной конторы в 50-х гг. XVIII в. / Э. Д. Богатырев // Традиция и модернизация в развитии регионов: философия, политика, социология, история (прил. № 7 к журн. «Регионология»). – Саранск, 2006. – С. 125 – 142 (0,76 п. л.).

5. Богатырев, Э. Д. Приписное крестьянство мордовского края в контексте развития казенной поташной промышленности России / Э. Д. Богатырев, С. В. Першин // Вестник Чувашского университета. – 2006. – № 6. – С. 18 – 23 (0,42 п. л. / 0,21 п. л.).

6. Богатырев, Э. Д. Организация экспорта поташа в первой половине XVIII в.: стратегия и способы реализации продукции / Э. Д. Богатырев // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. – 2008. – № 3 (22). – С. 124 – 127 (0,5 п. л.).

7. Богатырев, Э. Д. Развитие казенной поташной промышленности России в 30 – 40-х гг. XVIII века: от расцвета к кризису / Э. Д. Богатырев // Вестник Санкт-Петербургского университета. – Сер. 2 (История). – 2008. – Вып. 4. Ч. 1. – С. 86 – 92 (0,6 п. л.).

8. Богатырев, Э. Д. Поташ во внешней торговле России в первой половине XVIII века / Э. Д. Богатырев // Известия Самарского научного центра РАН. – 2009. – Т. 11. – № 2 (28). – С. 30 – 34 (0,5 п. л.).

9. Богатырев, Э. Д. Экспортоориентированная казенная промышленность России в условиях модернизационных процессов конца XVII – первой половины XVIII века / Э. Д. Богатырев // Вестник РУДН. – Сер. История России. – 2009. – № 3. – С. 65 – 75 (0,76 п. л.).

Монографии

1. Богатырев, Э. Д. Для умножения казны государевой: казенная поташная промышленность России в конце XVII – третьей четверти XVIII века / Э. Д. Богатырев. – Саранск : Изд-во Мордов. ун-та, 2005. – 248 с. (12,24 п. л.).*43

2. Богатырев, Э. Д. Экспортоориентированная казенная промышленность России во второй половине XVII – XVIII веках / Э. Д. Богатырев ; Издат. центр ИСИ МГУ им. Н. П. Огарева. – Саранск, 2010.

Публикации в прочих научных изданиях

1. Богатырев, Э. Д. Расширение поташного производства в 1732 – 1733 гг. (проблемы увеличения числа гартов) / Э. Д. Богатырев // Исследования П. Д. Степанова и этнокультурные процессы древности и современности : материалы междунар. науч. конф., посвящ. 100-летию П.Д. Степанова. – Саранск, 1999. – С. 229 – 232 (0,25 п. л.).

2. Богатырев, Э. Д. Расширение поташного производства в 30-е гг. XVIII в.: проблемы реализации поташа и положения приписных к Починковской поташной конторе крестьян / Э. Д. Богатырев // Финно-угорский мир : история и современность : материалы II всерос. науч. конф. финно-угроведов. –  Саранск, 2000. – С. 95 – 98 (0,3 п. л.).

3. Богатырев, Э. Д. Проблемы повышения рентабельности поташной промышленности в России в первой половине XVIII в. / Э. Д. Богатырев // Общество в контексте экономической и социальной истории : сб. науч. ст., посвящ. 90-летию со дня рожд. проф. А. В. Клеянкина. – Саранск, 2001. – С. 84 – 93 (0,54 п. л.).

4. Богатырев, Э. Д. Эволюция подходов к обеспечению казенных поташных предприятий рабочей силой и припасами в конце XVII – первой половине XVIII века / Э. Д. Богатырев // Материалы VI конференции молодых ученых (Мордовский госуниверситет) : в 2 ч. – Ч. 1. – Саранск, 2001.– С. 45 – 48 (0,2 п. л.).

5. Богатырев, Э. Д. Организация и деятельность Свияжского Меминского поташного гарта / Э. Д. Богатырев // Проблемы аграрной истории крестьянства Среднего Поволжья : сб. материалов VI регион. науч. конф. историков-аграрников Среднего Поволжья. – Йошкар-Ола, 2002. – С. 55 – 63 (0,4 п. л.).

6. Богатырев, Э. Д. Становление казенной поташной промышленности в России / Э. Д. Богатырев // Человек и общество: социально-экономические
аспекты развития в интерпретациях историков : сб. науч. ст. по ист. демографии, эконом. и соц. истории, посвящ. памяти проф. А. В. Клеянкина. – Саранск, 2002. – С. 87 – 91 (0,31 п. л.).

7. Богатырев, Э. Д. Факторы формирования в Среднем Поволжье центра поташной промышленности России / Э. Д. Богатырев // XXXI Огаревские чтения: материалы науч. конф. : в 2 ч. – Ч. 1. Гуманитар. науки – Саранск, 2003.– С. 17 – 21 (0,3 п. л.).

8. Богатырев, Э. Д. Казенное поташное производство в структуре промышленности России конца XVII –XVIII века: постановка проблемы / Э. Д. Богатырев // Волжские земли в истории и культуре России : материалы всерос. науч. конф., посвящ. 10-летию создания РГНФ : в 2 ч. – Ч. 1. – Саранск, 2004. – С. 78 – 83 (0,72 п. л.).

9. Богатырев, Э. Д. Повинности приписанных к Починковской поташной конторе дворцовых крестьян в структуре обеспечения функционирования казенной поташной промышленности России / Э. Д. Богатырев // Крестьянство и власть Среднего Поволжья : материалы VII межрегион. науч.-практ. конф. историков-аграрников Среднего Поволжья. – Саранск, 2004. – С. 44 – 60 (0,74 п. л.).

10. Богатырев, Э. Д. Рост социальной напряженности среди приписных к Починковской поташной конторе крестьян (20 – 40-е гг. XVIII в.) / Э. Д. Богатырев // Социальные конфликты в России XVII – XVIII веков : материалы всерос. науч.-практ. конф. – Саранск, 2005. – С. 324 – 334 (0,62 п. л.).

11. Богатырев, Э. Д. Реорганизация управления казенной поташной промышленностью России в начале XVIII века: задачи, их реализация и результаты / Э Д. Богатырев // Крестьянин в миру и на войне : материалы III Меркушкин. чтений. – Саранск, 2005. – С. 384 – 393 (0,71 п. л.).

12. Богатырев, Э. Д. Изменение стоимости российского рубля по отношению к ефимку в конце XVII – первой трети XVIII века / Э. Д. Богатырев // XXXIII Огаревские чтения : материалы науч. конф. : в 2 ч. – Ч. 1. Гуманитар. науки. – Саранск, 2005. – С. 4 – 5 (0,1 п. л. ).

13. Богатырев, Э. Д. Кармалеевская десятинная пашня в структуре казенной поташной промышленности России / Э. Д. Богатырев // Аграрный строй Среднего Поволжья в этническом измерении : материалы VIII межрег. науч.-практ. конф. – М., 2005. – С. 197 – 206 (0,5 п. л.).

14. Богатырев, Э. Д. Обеспечение казенной поташной промышленности рабочей силой и сырьем в конце XVII – первой трети XVIII века / Э. Д. Богатырев // Индустриальное наследие : материалы Междунар. науч. конф., Саранск, 23 – 25 июня 2005 г. – Саранск, 2005. – С. 108–118 (0,93 п. л.).

15. Богатырев, Э. Д. Казенная поташная промышленность России в условиях кризиса середины XVIII века: состояние будных станов и деятельность Починковской поташной конторы в 1748 – 1753 гг. / Э. Д. Богатырев // Россия – крестьянская страна: материалы III Клеянкин. науч. чтений. – Саранск, 2005. – С. 57 – 70 (0,78 п. л.),

16. Богатырев, Э. Д. Организация доставки продукции с казенных поташных гартов к пунктам продажи в конце XVII – первой половине XVIII века / Э. Д. Богатырев // Историко-культурные аспекты развития полиэтничных регионов России : материалы X Сафаргалиев. науч. чтений. – Саранск, 2006. – С. 397 – 403 (0,45 п. л.).

17. Богатырев, Э. Д. Попытка повышения производительности гартов Починковской поташной конторы в начале 40-х гг. XVIII в. / Э. Д. Богатырев // Цивилизации народов Поволжья и Приуралья : сб. науч. статей по материалам междунар. науч. конф. – Т. 2, ч. 3. Проблемы истории и геополитики. – Чебоксары, 2006. – С. 49 – 56 (0,45 п. л.).

18. Богатырев, Э. Д. Проблема обеспечения российской казенной поташной промышленности рабочей силой во второй трети XVIII века / Э. Д. Богатырев // Индустриальное наследие : материалы II Междунар. науч. конф., г. Гусь-Хрустальный, 26 –27 июня 2006 г. – Саранск, 2006. – С. 105 – 115 (0,8 п. л.).

19. Богатырев, Э. Д. Поташная Починковская контора как региональный центр управления казенной промышленности России XVIII в. / Э. Д. Богатырев // Проблемы развития регионального социума : материалы Междунар. науч.-практ. конф. : в 2 ч. – Ч. 2. – Саранск, 2006.– С. 433 – 437 (0,3 п. л.).

20. Богатырев, Э. Д. Казенная поташная промышленность России в конце XVII – начале XVIII века: проблемы становления / Э. Д. Богатырев // Индустриальное наследие : материалы III Междунар. науч. конф., г. Выкса, 28 июня – 1 июля 2007 г. – Саранск, 2007. – С. 336 – 346 (0,82 п. л.).

21. Богатырев, Э. Д. Приписанные к Починковской поташной конторе крестьяне: формирование и изменение численности / Э. Д. Богатырев // Мир крестьянства Среднего Поволжья: итоги и стратегия исследований : материалы I всерос. (IX межрег.) конф. историков-аграрников Среднего Поволжья. –Самара, 2007. – С. 148 – 154 (0,4 п. л.).

22. Богатырев, Э. Д. Историография казенной поташной промышленности России конца XVII – XVIII века / Э. Д. Богатырев // Урал индустриальный.
Бакунинские чтения : материалы VIII всерос. науч. конф., г. Екатеринбург, 27 – 28 апреля 2007 г. : В 2 т. Т. 2. – Екатеринбург, 2007. – С. 447–352 (0,57 п. л.).

23. Богатырев, Э. Д. Развитие казенной поташной промышленности России в контексте петровской модернизации / Э. Д. Богатырев // Модернизационные парадигмы в экономической истории России : материалы всерос. науч. конф., г. Саранск, 20–21 июня 2007 г. – Саранск, 2007. – С. 84 – 96 (0,88 п. л.).

24. Богатырев, Э. Д. Реализация предпринимательской функции государством при экспорте продукции в первой половине XVIII в./ Э. Д. Богатырев // Российское предпринимательство в XIX – первой трети XX века: личности, фирмы, институциональная среда : материалы Междунар. науч. конф. – СПб., 2007. – С. 82 – 85 (0,3 п. л.).

25. Богатырев, Э. Д. Проблема профессиональной подготовки мастеровых казенной поташной промышленности в XVIII в. / Э. Д. Богатырев // XXXVI Огаревские чтения : материалы науч. конф. : в 3 ч. – Ч. 1. Гуманитарные науки. – Саранск, 2008. – С. 5 – 8 (0,2 п. л.).

26. Богатырев, Э. Д. Попытка реформирования казенной поташной
промышленности и восстановления крупномасштабного производства поташа в 60-х гг. XVIII в. / Э. Д. Богатырев // Приволжский федеральный округ: социально-экономические векторы развития : материалы всерос. науч. конф. , г. Саранск, 15–16 мая 2008 г. – Саранск, 2008. – С. 45 – 58 (0,98 п. л.).

27. Богатырев, Э. Д. Специфика предпринимательского поведения государства при организации экспортоориентированной промышленности в конце XVII – XVIII вв. / Э. Д. Богатырев // «Жизненная история» провинциального предпринимателя : материалы всерос. науч. конф., г. Саранск, 10 – 12 июля 2008 г. – Саранск, 2008. – С. 55 – 71 (1,25 п. л.).

28. Богатырев, Э. Д. Роль зарубежного опыта в развитии поташного производства в России в XVII – XVIII вв. / Э. Д. Богатырев // Исторические записки : межвуз. сб. науч. тр. ; ПГПУ. – Пенза, 2008. – Вып. 12. – С. 32 – 39 (0,46 п. л.).

29. Богатырев, Э. Д. Государство и крестьянин в системе взаимоотношений «предприниматель – работник» в первой половине XVIII в. (по материалам Починковской поташной конторы)/ Э. Д. Богатырев // «Жизненная история» провинциального предпринимателя: материалы всерос. науч. конф., г. Саранск, 10 – 12 июля 2008 г. – Саранск, 2008. – С. 318 – 328 (0,8 п. л.).

30. Богатырев, Э. Д. Организация зернового производства в структуре казенной поташной промышленности России в конце XVII – первой половине XVIII в./ Э. Д. Богатырев // XXXVII Огаревские чтения: материалы науч. конф. : в 3 ч. – Ч. 1. Гуманитарные науки. – Саранск, 2009. – С. 4 – 6 (0,1 п. л.).

31. Богатырев, Э. Д. Экспорториентированная казенная промышленность России конца XVII — XVIII века: особенности организации / Э. Д. Богатырев // Русь, Россия: средневековье и Новое время : Чтения памяти академика РАН Л. В. Милова : материалы к конф. – Москва, 2009. – С. 70 – 72 (0,15 п. л.).

32. Богатырев, Э. Д. Наемные работники и приписные крестьяне на казенных поташных предприятиях в XVIII в. / Э. Д. Богатырев // Проблемы изучения взаимосвязей города и деревни Среднего Поволжья : материалы II Всерос. (X межрег.) конф. историков-аграрников Среднего Поволжья, г. Йошкар-Ола, 20–21 ноября 2008 г. / Мар. гос. ун-т. – Йошкар-Ола, 2009. – С. 61 – 68 (0,48 п. л.).

33. Богатырев, Э. Д. Мордовский край в XVII в. / Э. Д. Богатырев, Н. В. Заварюхин // История и культура мордовского края ; Издат. Центр ИСИ МГУ им. Н. П. Огарева. – Саранск, 2008. – С. 76 – 100 (1,9 п. л. / 1 п. л.).

34. Богатырев, Э. Д. Мордовский край в XVIII в. / Э. Д. Богатырев, Н. В. Заварюхин // История и культура мордовского края ; Издат. Центр ИСИ МГУ им. Н. П. Огарева. – Саранск, 2008. – С. 101 – 122 (1,5 п. л. / 0,7 п. л.).

35. Богатырев, Э. Д. Организация управления казенной поташной промышленностью России в условиях модернизационных процессов первой половины XVIII века / Э. Д. Богатырев // Экономические реформы в России: история, современная практика, перспективы : материалы Всерос. науч. конф., г. Саранск, 20 – 21 ноября 2009 г. – Саранск : Изд. центр ИСИ МГУ им. Н.П.Огарева, 2008. – С. 90 – 96 (0,5 п. л.).

36. Богатырев, Э. Д. Деятельность российского правительства по продвижению отечественной продукции на внешнем рынке в первой половине XVIII в. (на примере экспорта казенного поташа) / Э. Д. Богатырев // Россия и страны Центральной и Восточной Европы: история, политика, право : материалы Всерос. науч. конф., посвящ. 70-летию проф. В. Д. Мозерова (г. Саранск, 21–22 декабря 2009 г.). – Саранск : Изд. центр ИСИ МГУ им. Н. П. Огарева, 2010. – С. 87–98 (0,9 п. л.).

Всего по теме диссертации опубликованы 2 монографии и 45 статей

общим объемом 52 п. л.


1 Чулков М. Историческое описание российской коммерции при всех портах и границах от древних времен до ныне настоящего, и всех преимущественных узаконений по оной Государя Императора Петра Великого и ныне благополучно царствующей Государыни Императрицы Екатерины Великой : в 7 т. СПб. Т. 1, кн. 1: 1781–1788; Его же. История краткая Российской торговли и др.

2 Семенов А. В. Статистические сведения о мануфактурной промышленности в России. Спб., 1857; Его же. Изучение исторических сведений о российской внешней торговле и промышленности с половины XVII столетия по 1858 год : в 3 ч. СПб., 1859; Костомаров Н. И. Очерк торговли Московского государства в XVI и XVII ст. Спб., 1862.

3 См.: Козловский И. П. Краткий очерк истории русской торговли. Спб., 1898; Фирсов Н. Н. Правительство и общество в их отношениях к внешней торговле России в царствование императрицы Екатерины II. Казань, 1902; Мельгунов П. П. Очерки по истории русской торговли IX–XVIII вв. М., 1905; Довнар-Запольский М. В. Торговля и промышленность Москвы XVII–XVIII вв. М., 1910; Любименко И. И. Торговые сношения России с Англией при первых Романовых // Журнал Министерства народного просвещения. М., 1915. Вып. XI; Смирнов П. П. Экономическая политика Московского государства в XVII веке. Киев, 1912.

4 См.: Ключевский В. О. Курс русской истории // Собр. соч. : в 8 т. М., 1958. Т. 4; Милюков П. Н. Государственное хозяйство в России в первой четверти XVIII ст. и реформа Петра Великого. Спб., 1892.

5 См.: Туган-Барановский М. И. Русская фабрика в прошлом и настоящем. Историко-экономическое исследование. Т. 1. Историческое развитие русской фабрики в XIX веке. Спб., 1898; Соколовский Н. В. К вопросу о состоянии промышленности в России в конце XVII и первой половине XVIII столетия // Ученые записки Казанского университета. Казань, 1890.

6 См.: Лаппо-Данилевский А. С. Русские промышленные и торговые кампании в первой половине XVIII ст. Исторический очерк. Спб., 1899.

7 См.: Забелин И. Большой хозяин в своем вотчинном хозяйстве // Вестник Европы. 1871. Январь – февраль.

8 См.: Симсон П. Ф. Поташное дело в Московском государстве на пороге XVIII в. // Журнал Министерства народного просвещения. М., 1913. Вып. V.

9 См.: Покровский М. Н. Русская история с древнейших времен // Избр. Произведения : в 4 кн. М., 1966. Кн. 1.

10 См.: Столпянский И. Из истории производств в С. Петербурге за XVIII век и первую четверть XIX века // Архив истории труда в России. 1921. Кн. 2; Цвибак М. Некоторые данные о фабриках в 1767 г. // Там же. 1922. Кн. 2; Архангельский С. Возникновение пролетариата в Павловском промышленном районе // Труд в России. 1924. Кн. 1; Любомиров П. Первые 10 лет существования Иркутской казенной фабрики (1793–1802) // Там же. 1925. Кн. 1 и др.

11 См.: Гессен Ю. И. История горнорабочих России до конца 60-х гг. XIX в. М., 1926; Сыромятников Б. И. Очерк истории русской текстильной промышленности в связи с историей русского народного хозяйства. Иваново-Вознесенск, 1925;Лященко П. И. История русского народного хозяйства. М. ; Л., 1927 и др.

12 См.: Слабченко М. Е. Организация хозяйства Украины от Хмельницкого до мировой войны. Ч. 1: Хозяйство гетманщины в XVII–XVIII столетиях. Т. 2: Судьбы фабрики и промышленности. Одесса, 1922.

13 См.: Гераклитов А. А. Арзамасская мордва по писцовым и переписным книгам XVII – XVIII вв. Саратов, 1930.

14 См. Любомиров П. Г. Очерки по истории русской промышленности (XVII, XVIII и начала XIX века). М., 1947.

15 См.: Кашинцев Д. А. История металлургии Урала. Т. 1: Первобытная эпоха XVII–XVIII вв. М. ; Л., 1939; Ситов С. П. Очерки по истории горнозаводской промышленности Урала. Свердловск, 1936; Любомиров П. Г. Очерки по истории металлургической и металлообрабатывающей промышленности в России (XVII, XVIII и начала XIX века). Л., 1937; Дмитриев Н. Н. Первые русские ситценабивные мануфактуры XVIII в. М. ; Л., 1935.

16 См.: Кафенгауз Б. Б. История хозяйства Демидовых в XVIII–XIX вв. Опыт исследования по уральской металлургии. Т. 1. М. ; Л., 1949; Павленко Н. И. Развитие металлургической промышленности в первой половине XVIIIв. Промышленная политика и управление. М., 1953; Струмилин С. Г. История черной металлургии в СССР. М., 1954. Т. 1; Глаголева А. П. Олонецкие заводы в первой четверти XVIII в. М., 1957; Пажитнов К. А. Очерки истории текстильной промышленности дореволюционной России. Шерстяная промышленность. М., 1955; Его же. Очерки истории текстильной промышленности дореволюционной России. Хлопчатобумажная, льнопеньковая и шелковая промышленность. М., 1958.

17 См.: Устюгов Н. В. Солеваренная промышленность Соли Камской в XVII веке: К вопросу о генезисе капиталистических отношений в русской промышленности. М., 1957; Рабинович Г. С. Город соли – Старая Русса в конце XVI – середине XVIII вв. (К вопросу о генезисе капитализма в русской промышленности). Л., 1973; Харитонова Е. Д. Солеваренная промышленность Прикамья в XVIII веке : дис. … канд. ист. Наук. Пермь, 1971.

18 См.: Заозерская Е. И. Мануфактура при Петре I. М., 1946; Полянский Ф. Я. Экономический строй мануфактуры в России в XVIII в. М., 1956; Дружинин Н. М. Генезис капитализма в России. М., 1955.

19 См.: Руткевич Н. П. Починковские поташные заводы XVIII в. // Записки МНИИЯЛИЭ. Вып. 6. Саранск, 1946. С. 45 – 53; Его же. Положение приписного населения // Записки МНИИЯЛИЭ. Вып. 6. Саранск, 1946. С. 54 – 63.

20 См.: Архангельский С. И. Очерки по истории промышленного пролетариата Нижнего Новгорода и Нижегородской области XVII – XVIII вв. Горький, 1950.

21 См.: Лукьянов П. М. История химических промыслов и химической промышленности России до конца XIX века : в 6 т. Т. 2. М. ; Л., 1949; Лукьянов П. М., Соловьева А. С. История химической промышленности СССР. М., 1966.

22 См.: Покровский С. А. Внешняя торговля и внешняя торговая политика России. М., 1947.

23 См.: Никифоров Л. А. Русско-английские отношения при Петре I. М., 1950; Рубинштейн Н. Л. Внешняя торговля России и русское купечество во второй половине XVIII в. // Исторические записки. М., 1955; Сарычев В. Г. Русско-английские экономические отношения в XVIII в. к вопросу о роли русского экспорта в экономике Англии : дис. … канд. ист. наук. М., 1954; Некрасов Г. А. Торгово-экономические отношения России со Швецией в 20 – 30-х годах XVIII в. // Международные связи России в XVII – XVIII вв. (Экономика, политика и культура). М., 1966; Золотов В. А. Внешняя торговля южной России в первой половине XIX века. Ростов н/Д., 1963 и др.

24 См.: Люстерник Е. Я. Русско-индийские экономические, научные и культурные связи. М., 1966; Куканова Н. Г. Очерки по истории русско-иранских торговых отношений в XVII – первой половины XIX века (По материалам русских архивов). Саранск, 1977; Соколов А. Я. Торговая политика России в Средней Азии и развитие русско-афганских торговых отношений. Ташкент, 1971; Бабаходжаев М. А. Русско-афганские торгово-экономические отношения во второй половине XVIII – начале ХХ в. Ташкент, 1965.

25 См.: Троицкий С. М. Финансовая политика русского абсолютизма в XVIII в. М., 1966.

26 См.: Козинцева Р. И. Участие казны во внешней торговле России в первой четверти XVIII в. // Исторические записки. Т. 91. М., 1973.

27 См.: Захаров В. Н. Торговая деятельность западноевропейских купцов в России в конце XVII – первой четверти XVIII в. : дис. … канд. ист. наук. М., 1983.

28 См.: Репин Н. Н. Внешняя торговля России через Архангельск и Петербург в 1700 – начале 60-х гг. XVIII в. : дис. … д-ра ист. наук. Л., 1986 и др.

29 См.: Русский путь в развитии экономики: Сб. статей. М., 1993; Организация труда и трудовая этика: Древность. Средние века. Современность: Сб. статей. М., 1993; Менталитет и культура предпринимателей России XVII – XIX вв.: Сб. научных статей. М., 1996; Этика и организация труда в странах Европы и Америки. Древность, средние века, современность: Сб. статей. М., 1997; Зарубина Н.Н. Социально-культурные основы хозяйства и предпринимательства. М., 1998; Вьюнов Ю.А. Российское предпринимательство и менталитет, традиции народа. М., 1999; Брянцев М.В. Религиозно-этические основы предпринимательства в России (XIX в.). М., 2000. и др.

30 См.: Арсентьев Н. М. Замосковный горный округ: заводовладельцы и рабочие. Саранск, 1994; Арсентьев Н. М., Дубодел А. М. Во славу России… Трудовая мотивация и образ отечественного предпринимателя конца XVIII – первой половины XIX века. М., 2002; Арсентьев Н. М., Макушев А. А. Хрустальные короли России: Промышленное хозяйство и предпринимательская деятельность Мальцовых в XVIII – XIX веках. М., 2002; Дубодел А. М. Заводовладельцы Замосковного горного округа в конце XVIII – первой половине XIX века: социокультурная и техническая среда предпринимательской деятельности. Саранск, 2004.

31 См.: Кантеев А. В. Становление и развитие горно-металлургического производства в Западной Сибири (конец XVII – первая половина XVIII в.) : автореф. дис. … канд. ист. наук. Барнаул, 1997; Курлаев Е. А. Металлургические заводы Урала XVII – начала XVIII веков : автореф. дис. … канд. ист. наук. Екатеринбург, 1998; Запарий В. В. Черная металлургия Урала. XVIII – XX вв. Екатеринбург, 2001; Кулбахтин Н. М. Горнозаводское строительство на башкирских землях в XVIII в. : дис. … д-ра ист. наук. Уфа, 1997; Башкаев А. А. Складывание и функционирование горнозаводского хозяйства гороблагодатского округа Урала в XVIII – первой половине XIX вв. : дис. … канд. ист. наук. Екатеринбург, 2006.

32 См.: Юрчук К. Ф. Вотчинные мануфактуры в стекольной промышленности России во второй половине XVIII – первой половине XIX в. : дис. … д-ра ист. наук. Ярославль, 1993; Кистенев В. В. Создание промышленного производства в Среднем и Нижнем Поволжье в первой четверти XVIII в. : дис. … канд. ист. наук. Самара, 2009.

33 См.: Шаскольский И. П. Экономические отношения России и шведского государства в XVII в. СПБ., 1998; Демкин А. В. Внешняя торговля России XVII–XVIII вв.: западное и Северо-Западное направления: Очерки. М., 1995; Космынин А. В. Внешнеторговая политика русского правительства во второй половине XVIII века (по материалам третьей Комиссии о коммерции) : автореф. дис. … канд. ист. наук. Воронеж, 1998; Пак Чжи-Бэ Российский экспорт в Великобританию в 1760–1825 гг. : дис. …. канд. ист. наук. СПб, 2005; Кузьмина С. В. Экспорт российской металлургии на западноевропейский рынок в XVIII – первой половине XIX века : дис. …. канд. ист. наук. Саранск, 2005.

34 См.: Рябцев А. Л. Торговля России со странами Востока через Астрахань во второй половине XVIII века : автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1995; Шкунов В. Н. Торгово-экономические отношения Российской империи с сопредельными странами Востока во второй половине XVIII – первой половине XIX в. : дис. … д-ра ист наук. Саранск, 2009;

35 См.: История предпринимательства в России. Кн 1. От средневековья до середины XIX века. М., 2000; Захаров В. Н. Западноевропейские купцы в российской торговле XVIII века. М., 2005; Велувенкамп Я. В. Нидерландские предприниматели в России. 1550–1785. М., 2006; Перхавко Б. В. История русского купечества. М., 2008.

36 См., например: Курц Б. Г. Сочинение Кильбургера о русской торговле в царствовании Алексея Михайловича. Киев, 1915; Перри Дж. Состояние России при нынешнем царе. М., 1871; Грунд Г. Доклад о России в 1705–1710 гг. : в 2 ч. М. ; СПб, 1992; Юль Юст. Записки датского посланникав России при Петре Великом // Лавры Полтавы. М., 2001; Уитворт Ч. Россия в начале XVIII в. М. ; Л., 1988; Донесения посланников республики соединенных Нидерландов при русском дворе. Отчет Альберта Бурха и Иогана фан Фелдтриля о посольстве их в Россию в 1630 и 1631 гг. с приложением очерка сношений Московского государства с республикой соединенных Нидерландов до 1631 г. Спб., 1902.

37 См.: Полное собрание законов Российской империи. СПб., 1830. Т. I, IV, V, VI, VII, VIII, X, XVI, XVII, XIX, XX, XXI.

38 См.: Бумаги императора Петра I. Спб., 1873.

39 См.: Паллас П. С. Путешествие по разным провинциям Российской империи. СПб., 1809. Ч. 1.

40 См.: Лепехин И. Дневные записки путешествия доктора и Академии Наук адъюнкта Ивана Лепехина по разным провинциям Российского государства. СПб., 1771.

41 См.: Савва В. И. Арзамасские и Барминские будные станы. Приходно-расходные и сметные книги 1679 – 1680 гг. // Сборник РИО. СПб., 1871. Т. 8.

42 См.: Документы и материалы по истории Мордовской АССР. Т. 1. Саранск, 1940; Т. 2. Саранск, 1940; Т. 3, ч. 1. Саранск,1939; Т. 3, ч. 2. Саранск, 1952.

* В 2006 г. по результатам Всероссийского конкурса молодых ученых «Лучшее исследование года по экономической истории», проводящегося Научным советом РАН по проблемам российской и мировой экономической истории, монография была удостоена диплома победителя.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.