WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


1

На правах рукописи

УДК 678.061+541.182 Бойцова

Татьяна Борисовна ФОТОСТИМУЛИРОВАННЫЕ ПРОЦЕССЫ СОЗДАНИЯ НАНОМАТЕРИАЛОВ НА ОСНОВЕ КОМПЛЕКСНЫХ СОЕДИНЕНИЙ ПЕРЕХОДНЫХ МЕТАЛЛОВ

Специальность: 02.00.01 – неорганическая химия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора химических наук

Санкт-Петербург 2010

Работа выполнена на кафедре неорганической химии Российского государственного педагогического университета имени А. И. Герцена

Официальные оппоненты: доктор химических наук, профессор МАКАШЕВ Юрий Андреевич доктор химических наук, профессор СКВОРЦОВ Николай Константинович доктор химических наук, профессор ПАК Вячеслав Николаевич

Ведущая организация: Санкт-Петербургский государственный университет

Защита диссертации состоится 17 июня 2010 года в 1515 часов на заседании диссертационного совета Д 212.199.22 Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена по адресу: 191186, г. Санкт- Петербург, наб. р. Мойки, 48, корп. 3, ауд. 21.

С диссертацией можно ознакомиться в фундаментальной библиотеке Российского государственного педагогического университета им. А.И.Герцена Замечания и отзывы по данной работе в 1 экземпляре, заверенные печатью просим направлять по адресу: 191186, Санкт-Петербург, наб. р. Мойки, 48, Российский государственный педагогический университет им. А. И. Герцена, Ученый совет.

Автореферат разослан « ______ » _______________ 2010 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, Д 212.199.22, кандидат химических наук, доцент Ю. Ю. Гавронская

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность работы. Развитие нанофазного материаловедения определяет переход к созданию новых конструкционных материалов для электроники, оптики, медицины. Перспективность использования наночастиц металлов в композитных материалах обусловлена совокупностью уникальных характеристик, не свойственных массивным образцам металла: высокими значениями их удельной поверхности и отношениями числа «работающих» поверхностных атомов к числу атомов в объеме частицы; специфической электронной структурой, приближающейся к полупроводникам; высокой селективностью взаимодействия с адсорбирующимися реагентами, высоким сродством к полимерной матрице и несущей твердой поверхности, и, как следствие, склонностью наночастиц к самосборке и образованию сложных организованных устойчивых структур с органическими и неорганическими молекулами; свойством наночастиц акцептировать электроны, обеспечивая тем самым высокие скорости многоэлектронных реакций с участием органических и неорганических веществ, особенно, радикальных процессов. Вместе с тем, широкому практическому использованию наноформ металлов препятствует их высокая реакционная способность. Размерная зависимость основных физико-химических характеристик наночастиц выдвигает специфические требования к методу синтеза, который должен обеспечивать необходимый для практического использования диаметр частиц и их распределение по размерам, возможность функционализации поверхности, устойчивость частиц в процессе производства материалов, последующем хранении и эксплуатации. Существующие способы получения нанометаллов не обеспечивают требуемой воспроизводимости или слишком дороги для массового применения. Вышесказанное определяет актуальность поиска новых синтетических и методологических подходов и вызывает необходимость создания научных основ управления размером, дисперсностью и пространственной локализацией наночастиц металлов в объеме нанокомпозита. В связи с этим изучение кинетики и механизма образования наночастиц металлов имеет первостепенное и актуальное значение. Актуальность исследований, связанных с разработкой метода получения монодисперсных частиц металлов на поверхности носителей (кварц, диоксид титана, полимеры), определяется необходимостью придания им специальных свойств, востребованных в нанотехнологии. В настоящей работе предложен новый подход к решению проблемы – фотохимический синтез, который может применяться для получения наночастиц металлов, а также нанофазных композитных материалов и катализаторов на их основе.

Диссертационная работа выполнена при поддержке Международного фонда технологий и инвестиций и LG Chem, Ltd. (Корея): (проект № 00063.00002); Федерального агентства по науке и инновациям (Государственный контракт № 02.442.11.7114) на выполнение научно-исследовательских работ по лоту № 2 «Проведение научных исследований молодыми кандидатами наук», выполняемых в рамках федеральной целевой научно-технической программы «Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития науки и техники» на 2002-2006 годы; LLC «RejuveDent» (США) и AO «УНП Лазерный Центр ИТМО»; Российского фонда фундаментальных исследований:

(проект № 02-03-32829); Международной Соросовской программы образования в области точных наук (ISSEP): «Гранты Санкт-Петербурга» 2002, 2003, 2004;

Министерства образования РФ, Администрации Санкт-Петербурга и Российской Академии наук: (проекты М00-2.5П-92; М98-2.5П-15; М97-2.3К-24), Министерства образования РФ в области естественных наук (проект № 97-9.2-77).

Цель работы состояла в выявлении основных закономерностей процессов фотовосстановления металлокомплексов до наночастиц металлов, разработке экспериментально обоснованных моделей механизма и их использовании для решения актуальных задач: технологии металлизации поверхности диэлектриков и получения нанофазных материалов.

В соответствии с поставленной целью в работе решались следующие задачи:

- осуществление синтеза наночастиц меди, серебра и золота путем фотохимического восстановления комплексных соединений данных металлов в различных средах;

- выявление факторов, позволяющих управлять размером, дисперсностью и пространственной локализацией наночастиц металлов в процессе фотохимического восстановления комплексных соединений;

- исследование структурных и оптических свойств, установление качественных и количественных соотношений между структурными характеристиками нанометаллов и спектральными свойствами;

- установление кинетических закономерностей и механизма фотохимического восстановления комплексных соединений меди, серебра и золота;

- разработка способов получения композитных материалов на основе наночастиц металлов с использованием фотохимического метода.

Объекты исследования. Комплексные соединения и частицы переходных металлов, а также синтезированные на их основе композитные материалы.

Научная новизна. Выявлены закономерности фотохимического образования наночастиц меди, серебра и золота в жидких средах, в полимерах и на поверхности раздела раствор (фотолит)/субстрат, позволяющие осуществлять направленный синтез материалов с необходимым комплексом свойств. Разработана методология целенаправленного регулирования размера частиц и уровня дисперсности.

Получены оригинальные данные о механизме фотостимулированного восстановления металлокомплексов, образования и роста частиц металлов.

В результате работы сформировалось новое научное направление – «Фотовосстановление металлокомплексов как способ получения наночастиц металлов». В рамках этого направления впервые экспериментально и теоретически обоснованы: выбор светочувствительных комплексов; применение в качестве инициаторов безэлектродной металлизации нестабильных продуктов фотолиза комплексов; способы прямого фотоинициированного осаждения нанофазных и электропроводящих металлопокрытий на границе раздела жидкость-твердое тело; способы фотохимической пассивации металлических каталитических центров на твердых носителях; способы фотостимулированного «сцепления» каталитических центров с поверхностью диэлектриков и повышения адгезии металлопокрытий; принципы направленного фотохимического синтеза коллоидов металлов IB группы в различных фазовых системах.

Теоретическая значимость. Полученные данные расширяют теоретические представления о взаимосвязи между строением и свойствами исходных комплексных соединений, условиями синтеза и характеристикам целевого продукта – наночастиц металлов, вносят вклад в развитие химии наносостояния вещества.

Практическая значимость. Разработаны оригинальные методики направленного фотохимического синтеза наночастиц металлов в жидких средах, на поверхности диэлектрических носителей, в объеме полимерных материалов, которые могут использоваться для получения функциональных нанофазных материалов на их основе. Определены основные параметры синтеза, влияющие на размер и дисперсность наночастиц металлов. Предложены рекомендации по осуществлению фотохимического синтеза нанометаллов в различных средах.

Разработан способ получения медного активатора для безэлектродной металлизации диэлектриков из растворов химического меднения. Разработаны методики фотоселективного осаждения медных и никелевых покрытий на поверхности диэлектриков. Разработан новый способ получения композитных материалов Ag/TiO2 и Au/TiO2, основанный на прямом экспонировании слоев тетран-бутоксида титана(IV) контактирующих с растворами комплексных соединений серебра и золота.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Механизм фотостимулированного образования наночастиц меди, серебра и золота из комплексных соединений данных металлов.

2. Результаты исследования структуры частиц металлов, образующихся в ходе фотохимического восстановления комплексных соединений меди(II), серебра(I) и золота(III).

3. Методы направленного регулирования свойств частиц металлов: размера, дисперсности и пространственной локализации в процессе фотохимического восстановления комплексных соединений.

4. Механизм реакций фотоинициированного гидролиза тетра-н-бутоксида титана(IV) и осаждения наночастиц металлов с участием тетра-н-бутоксида титана(IV).

5. Практические особенности фотохимического получения композитных материалов на основе наночастиц металлов.

Апробация работы. Результаты исследований были представлены на 11 Международном симпозиуме по фотохимии и фотофизике координационных соединений (Краков, Польша, 1995 г.); III Международной конференции «Наукоемкие химические технологии – 95». (Тверь, 1995 г.); XVIII и XIX Всероссийском Чугаевском совещания по химии координационных соединений (Москва, 1996, Иваново, 1999 г.); XVI IUPAC симпозиуме по фотохимии (Хельсинки, Финляндия, 1996 г.); 13 Международном симпозиуме по фотохимии координационных соединений (Варшава, Польша, 1997 г.); Конференции «Петербургские встречи – 98» (Санкт-Петербург, 1998 г.); Международной конференции «Проблемы сольватации и комплексообразования в растворах» (Иваново, 1998 г.); II, III и IV Международной конференции «Химия высокоорганизованных веществ и научные основы нанотехнологии» (Санкт-Петербург, 1998, 2001, 2004 гг.); 5 Международной конференции по солнечной энергии и прикладной фотохимии» (SOLAR ’99) (Каир, Египет, 1999 г.); I Всероссийской конференции «Химия поверхности и нанотехнология» (Хилово, 1999 г.); II Всероссийском научном совещании «Высокоорганизованные каталитические системы» (Москва, 2000 г.); XIV Международной конференции молодых ученых по химии и химической технологии «МКХТ-2000» (Москва, 2000 г.), XVII Международном Черняевском совещании по химии, анализу и технологии платиновых металлов (Москва, 2001 г.); II Международной конференции по коллоидной химии и физико-химической механике «Коллоид-2003» (Минск, Беларусь, 2003 г.); Конференции «Наноразмерные системы: электронное, атомное строение и свойства», «Нансис-2004» (Киев, Украина, 2004); Международной конференции «Physical-chemical foundation of high technologies of the XXIst century» (Москва, 2005 г.); Заседании Европейского керамического общества «Structural Chemistry of Partially Ordered Systems and Nanocomposites» (СанктПетербург, 2006 г.); 5-ой Курчатовской молодежной научной школы (Москва, 2007 г.); XX Всероссийском совещании по температуроустойчивым функциональным покрытиям (Санкт-Петербург, 2007); 235 Национальной конференции Американского химического общества (Новый Орлеан, США, 2008); 22 Конференции Европейского общества коллоидов и поверхности (Краков, Польша, 2008 г.); Международной конференции «Основные тенденции развития химии в начале XXI-го века» (Санкт-Петербург, 2009 г.).

Личный вклад автора состоял в формулировании направлений исследования, непосредственном проведении экспериментов, анализе и обобщении полученных результатов.

Публикации. По теме диссертации опубликовано 29 статей в отечественных и зарубежных журналах, 27 тезисов докладов на Международных и Всероссийских конференциях, 2 учебно-методических пособия.

Структура и объем диссертации. Диссертационная работа состоит из введения, экспериментальной части (6 глав), выводов, библиографического списка, включающего 317 наименований. Диссертация изложена на 3страницах машинописного текста, содержит 111 рисунков и 39 таблиц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении дано обоснование актуальности темы диссертации, сформулированы цель и задачи работы, научная новизна и практическая значимость ее результатов.

Глава 1 «Оборудование и методы исследований» содержит краткое описание основных реагентов, составов стандартных растворов химического никелирования и меднения, способов подготовки поверхности твердых носителей, оборудования использованного для фотолиза, методов изучения процесса формирования частиц, получения их характеристик и исследования свойств композитных материалов.

В главе 2 «Фотохимический синтез наночастиц переходных металлов I B группы» рассмотрены результаты исследований природы первичных продуктов, кинетики и механизма фотохимического восстановления комплексных соединений меди(II), серебра (I) и золота(III) с образованием наночастиц соответствующих металлов.

В качестве исходных соединений для фотохимического синтеза наночастиц металлов нами была выбрана серия комплексов переходных металлов состава:

[MLm]Xn 1. М = Cu2+, L = en, pn, bn, phen, bipy, X = NO3-, SO42-, BPh4- 2. М = Ni2+, L = NH3, en, Cit3-, X = BPh4- 3. М = Ag+, L = H2O, NH3, En, X = NO3-, BF4- 4. М = Pd2+, L = en, X = BPh4- 5. М = Au3+, L = en, X = Cl- 6. M = Ti4+, L = C4H9O- Yn[MLm] 7. Y = H+, Na+, М = Cu2+, L = Edta4-, Cit3-, Tart2-;

8. Y = H+, Na+, М = Au3+, L = Cl- где en – этилендиамин; pn – 1,2-диаминопропан; bn – 2,3-диаминобутан;

phen – 1,10-фенантролин; bipy – 2,2'-бипиридил; BPh4- – тетрафенилборан-ион, B(C6H5)4-; C4H9O- – н-бутоксид; Edta4- – этилендиаминтетаацетат-ион; Cit3- – цитрат-ион; Tart2- – тартрат-ион.

Всего получено и исследовано более 20 комплексных соединений (к.с).

Выбор указанных соединений обусловлен их темновой стабильностью и наличием информации по структуре. Предварительные испытания показали, что все к.с. обладают приемлемой светочувствительностью при ПЗЛМ возбуждении с использованием доступных источников УФ света (ртутные лампы) и световых потоков ~ 1015-1016 квант/см2 с.

Синтезированные к.с. (1-5, 7, 8) позволяют проследить влияние природы металлического центра и природы лиганда на кинетику формирования наночастиц металлов, их размер и свойства. Комплексы с сильным внешнесферным донором электрона BPh4- (1) выбраны как модели для исследования элементарных фоторедокс-процессов. Важным свойством тетра-н-бутоксида титана(IV) (6) является способность образовывать аморфные пленки, применяемые для получения оптических покрытий. Основываясь на известных данных А.И. Крюкова с сотрудниками по фотовосстановлению алкоксидов титана(IV) в растворах представляла интерес возможность осуществления и использования этой реакции в твердом состоянии.

На основании полученных экспериментальных результатов нами предложена схема механизма фотостимулированного образования наночастиц металлов в аэрированных условиях (Схема 1). Образование наночастиц из гомогенного раствора металлокомплекса – сложный многостадийный процесс, где каждая стадия может рассматриваться как динамическое равновесие с участием метастабильных продуктов: низковалентных к.с. и атомов металла, малых кластеров (Mn0, Mnz+), наночастиц (MN0) и продуктов их агрегации (MNN0):

стадия: I II III IV h h [CuII]s [CuI]s [Cu0]s O2, CuII h [AgI]s [Ag0]s +M0 (Mn0)s O2, MII, III h h [AuIII]s [AuII]s [AuI]s [Au0]s OO2, AuIII VI VII h, +МI +Мn0, МN V (МN0)адс (МNN0)адс h h, кварц (Мn0)адс +Мn (МN0)адс (МNN0)адс h VIII IX Схема 1. Механизм фотохимического формирования частиц металлов IB группы.

Для изучения строения и свойств неустойчивых промежуточных продуктов фоторедокс-распада (стадии I-III схемы) металлокомплексов использованы методы ЭПР и спектрофотометрии в сочетании с методиками низкотемпературного матричного изолирования и спиновых ловушек. Используя указанные выше методы, получены доказательства того, что при облучении растворов изученных к.с. в области полос переноса заряда лигандметалл, первичный фотохимический акт представляет собой одноэлектронное восстановление центрального иона металла и окисление внутри- или внешнесферного лиганда:

hПЗЛМ [Mz+LnX]s [M(z-1)+Ln]s + (X•)s (1), hПЗЛМ {[Mz+Ln]X}s [M(z-1)+Ln]s + (X•)s (2) (здесь и далее: S – акцептирующий растворитель, Х – донор электрона, L – какой-либо внутрисферный лиганд).

Для комплексов групп 1 и 6 идентифицированы оба фрагмента гомолиза связи металл-лиганд: метастабильные комплексы Cu(I), Ti(III) и лигандные радикалы:

• • • C6H5 (1), OC4H9 (6), а в спиртовых растворах также радикалы СН2ОН, CH3•СНОН, отнесенные акцептированию первичных радикалов средой:

X• + S: X: + S• (3).

Вторичные радикалы, взаимодействуя с исходным к.с., дают дополнительное количество восстановленных форм металла, в том числе нульзаряженных:

S• + [Mz+Ln]s S: + [M(z-1)+Ln]s (4).

S• + [M(z-1)+Ln]s S: + M0 + nL (5).

Для комплексов групп 5 и 8 спектрофотометрически по спаду в спектре полос ПЗЛМ в области 290-320 нм характерных для к.с. Au(III) показано, что образование наноформ золота осуществляется через стадию ионов Au(I).

Облучение в присутствии акцептирующих матриц, способных выполнять функцию вторичного восстановителя интермедиатов (продуктов одноэлектронного восстановления) приводит к образованию метастабильных кластеров Мnсначала в объеме фотолита (стадия IV), а затем, в отсутствие стабилизаторов, на лобовой поверхности кварцевого реактора (стадия V). Образование кластеров зафиксировано спектрофотометрически в серебросодержащих фотолитах по появлению характерной полосы поглощения при 325 нм, относимой кластеру состава Ag9+. [Бойцова Т. Б., Логинов А. В., Горбунова В. В. // Журн. общей химии. 1997. Т.67. Вып.10. С.1741-1742]. Время жизни кластера в жестких полимерных матрицах ПВС при хранении облученных образцов в темноте на воздухе составило более одних суток. В матрицах промышленного полибутилакрилатного карбоксилированного латекса марки Б-160 методом рентгеновской фотоэлектронной спектроскопии (РФЭС) удалось зафиксировать полосу при 369,0 эВ, величина Оже-параметра которой (722,9 эВ) близка к Ag-O-C (723,эВ). Однако соответствующие значения энергии связи линии Ag 3d5/2 этого соединения (367,8 эВ) существенно меньше измеренного (369,0 эВ). Заметное повышение энергии связи отнесено нами образованию малоатомных кластеров (например, Ag2+-O-C, Ag42+-O-C), фотоионизированные атомы серебра которых проявляют релаксационные эффекты.

Стадиям I-IV соответствует индукционный период в формировании объемной дисперсии металлов, стадиям I-V – индукционный период в осаждении покрытия из частиц металла на стенке кварцевого реактора. Величина индукционного периода зависит от природы металлического центра (наличия промежуточных степеней окисления у иона металла, окислительной способности исходного соединения металла по отношению к интермедиатам), природы лиганда, а также условий фотолиза (например, интенсивности УФ света).

Наличие индукционного периода в значительной степени связано с необходимостью восстановления практически всего исходного комплекса, являющегося, как и кислород, эффективным окислителем промежуточных форм Мn0.

При этом одновременно могут протекать как процессы образования, так и реокисления промежуточных форм, обладающих восстановительными свойствами, исходным к.с. Следовало ожидать, что двухквантовый переход Au(III) Au(0) и высокие окислительные свойства соединений Au(III) по отношению к интермедиатам приведут к значительному увеличению продолжительности индукционного периода в формировании частиц золота, по сравнению с медью и серебром (фотохимический переход Ag(I) Ag(0) является одноквантовым, а в случае меди, за счет меньшего восстановительного потенциала пары [CuII]/CuN0 образование частиц начинается в присутствии исходного к.с. Cu(II) в фотолите). Экспериментальная проверка показала, что при равных экспериментальных условиях имеет место сокращение индукционного периода Au(III) (Aun0)адс в 2-5 раз. Мы объясняем это проявлением в Au(III) эффекта самополяризации, приводящего к росту ковалентности связи M-L и, как результат, повышению T, % эффективности ее гомолиза.

0,Дальнейшие стадии образования и роста частиц на поверхности кварца (VI, VII) протекают эффек1,тивно при облучении УФ светом (Фэф 0,1) и примерно в 50 раз медленнее в его отсутствие (VIII, IX).

10,Фотохимически осажденные покрытия характеризуются меньшим размером составляющих их частиц и более прочным сцеплением с по100,верхностью кварца. Форма кривых 0 20 40 обл, мин распределения частиц по размерам Рис. 1. Кинетические кривые образования позволяет судить о модели роста частиц золота на поверхности кварца: 1 – частиц. Регистрируемое при темноэкспериментальные; 2 – «исправленные» с вой сорбции логарифмически норучетом внутреннего фильтрующего мальное распределение частиц по эффекта.

размерам свидетельствует о том, что преобладающим механизмом роста частиц является коалесценция кластеров.

Распределение частиц осажденных в результате фотолиза, хорошо описывается нормальной гауссовой кривой, что является доказательством роста частиц за счет адсорбции на них одиночных атомов или ионов металла из фотолита.

Кинетические исследования (рис.1), проведенные с учетом внутреннего фильтрующего эффекта покрытий, указывают на фотостимулированный характер процесса роста наночастиц. Полученные результаты дают основания считать, что промежуточные кластеры и малые частицы металлов являются катализаторами фотовосстановления комплексов M(I) из объема фотолита. Ускорение процесса фотохимического восстановления ионов M(I) в этом случае можно объяснить тем, что полученные на первых стадиях кластеры и малые частицы, выполняют роль типичных фотополупроводников:

h (Mn0)адс {Mn0, h+, e-}адс (6).

Фотоэлектронная эмиссия в наночастицах металлов весьма эффективна, вопервых, благодаря низкой скорости термализации носителей заряда (h+, e-), что, в свою очередь, обусловлено низкой плотностью заселения электронных состояний в наноразмерных частицах и, во-вторых, небольшими расстояниями, которые должны быть преодолены носителями заряда, для достижения поверхности частицы. Расчеты показали, что при скорости электрона на уровне Ферми в серебре и золоте равной 1,4 · 108 см/с время диффузии электрона к поверхности частицы радиусом 1,5 нм, составляет 10-15 с, что на три порядка меньше времени термализации 10-12 с.

Фотогенерированные носители заряда инициируют на поверхности наночастиц процессы с участием M(I) или растворителей (стадия VI):

+ М+ {Mn0, h+, e-}адс +, (Mn+10)адс + •S (Мn+20) + … (7).

М S С ростом размера частицы возрастает вероятность рекомбинации электронов и дырок. Отсюда процесс роста частиц является размернозависимым. Размерная зависимость фотокаталитических свойств наночастиц металлов позволяет объяснить образование наночастиц в процессе фотохимического синтеза определенного (фотостабильного) размера. Согласно данным просвечивающей электронной микроскопии (ПЭМ) фотостабильный размер частиц меди составил 40-60 нм, серебра и золота 20-30 нм. Частицы данного размера не активны в процессе последующего фотостимулированного восстановления ионов металлов, что было доказано попытками получении биметаллических структур металлов.

Фотохимическое заполнение поверхности кварца частицами металлов хорошо согласуется с механизмом Фольмера-Вебера и включает стадии формирования изолированных наночастиц приблизительно сферической формы, осаждение новых частиц, их агломерацию с образованием трехмерных структур.

Осаждение покрытия протекает с высокой селективностью только на облучаемых участках поверхности, при этом его топология точно повторяет рисунок пятна облучения.

В работе представлены структурные характеристики фотохимически синтезированных частиц металлов.

Результаты дифракционных исследований показали, что при темновом хранении образцов дисперсий происходит кристаллизация образующихся часа б в 50 нм 1г г Рис. 2. Микродифракционная 1картина от частицы золота в (111) свежеосажденном покрытии (а) 1и через сутки темнового хранения (б). ПЭМ изображение час1(200) тиц золота при темновом хранении в течение одних суток (в).

(220) Рентгенодифракционный (311) спектр покрытия, содержащего наночастицы золота (г).

0 20 40 60 80 2/° Интенсивность, отн.

ед.

D тиц с образованием зерен металла (рис. 2).

2, Кристаллизационные процессы развиваAg ются в течение 1-3 часов после фотоосаждения. При этом наблюдается переход от Au аморфной дифракционной картины (рис.

Cu 2а) к четко выраженной гексагональносимметричной «точечной» дифракции 1,. (рис. 2б), свидетельствующей о высокой степени кристалличности образующихся частиц.

В рентгенодифракционном спектре коллоидных пленок (рис. 2 г) присутствуют интенсивные пики при 2 равном 38, 0, 44, 65 и 78, которые отвечают кубической 4 00 60 0 8 кристаллической структуре меди, серебра , нм или золота по точкам (111), (200), (220) и Рис. 3. Типичные спектры погло(311) с преобладанием кристаллов металла щения фотогенерированных покрыс фасеткой (111) относимой икосаэдричестий меди, серебра и золота на покой и треугольной модификации. Рассчиверхности кварца.

танные по данным спектра постоянные решетки частиц серебра и золота составили 4,0862 и 4,0764 , соответственно, что хорошо согласуется с параметрами массивных образцов. По данным (РФЭС) значения энергии связи 3d электронов серебра (Ag 3d5/2 367,2 эВ) и 4f золота (Au 4f7/2 84,3 эВ) в покрытиях с размером частиц 20-40 нм соответствуют таковым для массивных образцов металла. В то же время, полученные пленки, состоящие из 6-8 монослоев наночастиц, не обладают электропроводностью (R > 108 Ом), характеризуются интенсивным поглощением (рис. 3) в видимой области спектра (плазмонамакс = 5200 (Au), 5800 (Ag), 6400 л/моль см (Cu)).

Фотоосажденные покрытия золота, серебра и меди на поверхности кварца выдерживают легкие механические воздействия. Адгезия к поверхности кварца увеличивается в ряду Au < Ag < Cu пропорционально повышению сродства атомов данных элементов к кислороду, в том числе поверхностных Si-O-H и =Si=O групп.

Отражательная способность покрытий усиливается с увеличением количества осажденных слоев и достигает 40-50%.

Частицы в виде компактных нанофазных покрытий на кварце при хранении в темноте при комнатной температуре не меняют своих свойств более 10 лет.

В данной главе подробно рассмотрены факторы, определяющие кинетику и механизм фотовосстановления металлокомплексов.

Энергия света. Природа фотоактивных ЭВС. Вопрос о природе фотоактивных ЭВС является одним из наименее изученных в координационной фотохимии. Зависимости квантового выхода фотовосстановления от энергии света в значительной степени определяются составом к.с. и ближайшего окружения и рассмотрены в работе применительно к каждой группе изученных соединений с учетом их спектральных особенностей. Показано, что фоторедокс-распад к.с.

протекает из ПЗХМ-состояний диссоциативного типа. Эти состояния наиболее эффективно заселяются из спектроскопически регистрируемых ПЗХМсостояний типа Франка-Кондона, что следует из роста Ф с увеличением энергии возбуждения в пределах полосы переноса заряда лигандметалл. Для к.с. с высоковалентными связями М-X заселение ПЗ* возможно также из низколежащих ЭВС другой природы, например, внутрилигандного (ВЛ) типа (n* en, * BPh4-), а также с помощью внешнесферных доноров электронов. Для к.с.

с внешнесферным донором электрона фотоактивные ПЗХМ-состояния диссоциативного типа могут заселяться непосредственно при фотовозбуждении, об этом свидетельствуют значения квантовых выходов первичного фотохимического акта, достигающие 1.

Природа координированных лигандов. Обратимость каждой из стадий в представленной схеме механизма предъявляет определенные требования к к.с.

Систематические данные, необходимые для анализа влияния лиганда получены для к.с. меди(II). Во-первых, собственно фотохимическая стадия процесса (стадия I) должна протекать с высоким квантовым выходом. Предварительные испытания различных к.с. показали, что в качестве исходных могут использоваться комплексы, для которых квантовый выход реакции Cu(II)Cu(I) Ф 0,5.

Во-вторых, образующиеся соединения меди(I) должны легко диспропорционировать на темновой стадии (стадия II), увеличивая тем самым выход меди(0). В-третьих, для получения устойчивых дисперсий желательно чтобы выбираемый лиганд выполнял функции стабилизатора формирующихся наночастиц. Соблюдению данных условий отвечают комплексные соединения меди(II) с лигандами донорами электронов во внутренней сфере:

- хелатиующими диаминами – этилендиамином, 1,2-диаминопропаном, 2,3диаминобутаном и т.п. Комплексные соединения с этими лигандами характеризуются достаточно высокими квантовыми выходами образования Cu(I) из водных растворов. В ряду аминокомплексов комплексов с внешнесферным сульфат-ионом [Cuen2]SO4, [Cupn2]SO4, [Cubn2]SO4 ФCu(I) составляет 0,3; 0,5 и 0,8, соответственно.

- анионами карбоновых и аминокарбоновых кислот, например, Edta4-, Cit3-, Tart2-. Квантовые выходы образования Cu(I) при фотолизе комплексов с лигандами Cit3-, Tart2- достигают 0,7. Фотопревращения в к.с. с тетрадентатным лигандом Edta4- характеризуются низкими ФCu(I) 10-3 – 0,01, что может быть обусловлено их повышенной устойчивостью. Анионы карбоновых и аминокарбоновых кислот являются хорошими стерическими и зарядовыми стабилизаторами малоатомных кластеров и образующихся частиц, что способствует образованию устойчивых к агрегации коллоидных дисперсий.

- комплексные соединения меди(II) с донорами электронов во внешней сфере.

ФCu(I) при фотолизе к.с. с тетрафенилборатным ионом, например, [Cuen2](Bph4)2, достигают 0,8.

При анализе влияния природы координированных лигандов на характер Таблица 1. Зависимость эффективных квантовых выходов образования наночастиц меди от природы комплекса Комплекс ФCu(I) Фэф макс инд, мин [Cuen2]SO4 0,3 0,02 590-610 0,6 [Cupn2]SO4 0,5 0,04 610-620 0,3 [Cubn2]SO4 0,8 0,07 630-660 0,1 0,[Cuen2](BPh4)2* 0,8 0,12 630-660 2,0 - Na2[CuEdta] 0,01 0,01 570-580 2,5 Na[CuCit] 0,4 0,08 610-620 1,0 Na2[CuTart2] 0,7 0,12 620-650 0,1 0,.

возб 254 нм, Cк.с. 0,01 моль/л в H2O(*– N,N-диметилформамид (ДМФА)); Iсвета 4,2 10квант/см2 ·с фотохимического формирования наночастиц меди при прочих равных экспериментальных условиях нами были обнаружены следующие закономерности (табл. 1).

Увеличение числа донорных –CH3 заместителей в ряду однотипных диаминов en < pn < bn способствует увеличению эффективных квантовых выходов образования частиц меди Фэф. (Под эффективным квантовым выходом понимается интегральный квантовый выход процесса [Mz+LnX] ([Mz+Ln]X) Мn0).

Данные представленные в табл. 1 демонстрируют, что усиление донорных свойств лиганда имеет результатом сокращение индукционного периода в формирования наночастиц меди (инд), увеличение их среднего размера (критерий макс плазмонного поглощения) с одновременным расширением их распределения по размерам (критерий – отношение полувысоты полосы плазмонного поглощения в области максимума к его полуширине, измеренной на половине высоты). При этом имеет место переход от преимущественного образования покрытий из частиц меди на поверхности кварца в случае этилендиаминовых комплексов к формированию объемной дисперсии меди при фотолизе 2,3диаминобутановых. Поскольку интенсивность проникающего света снижается при прохождении через слой фотолита, то фотореакции с участием [CuL2]2+ протекают преимущественно в тонком приповерхностном слое фотолит/кварц.

Рост ФCu(I) свидетельствует об уменьшении содержания в фотолите исходного к.с. – окислителя интермедиатов (малоатомных кластеров), как следствие, создаются благоприятные условия для формирования и роста частиц в объеме фотолита. Последствием низкой степени фотоконверсии Cu(II)Cu(I) является окисление интермедиатов диффундирующих в объем фотолита исходным комплексом; в данном случае роль стабилизатора выполняет лобовая стенка кварцевого реактора.

Увеличение дентатности лиганда в ряду Tart2- < Cit3- < Edta4- вызывает уменьшение квантовых выходов образования как меди(I), так и меди(0). При этом продолжительность индукционного периода в формировании частиц увеличивается; средний размер частиц уменьшается, а их распределение по размерам становится более узким. Последнее можно объяснить снижением скорости образования Cu(I) с ростом прочности комплекса, а, следовательно, возрастанием эффективности процессов окисления образующихся кластеров и частиц исходным соединением меди(II). В ряду комплексов с данными лигандами наблюдается переход от формирования быстро седиментирующих объемных дисперсий меди (при фотолизе Na2[CuTart2]) к покрытиям на кварце (Na2[CuEdta]).

Рост агрегативной устойчивости объемных дисперсий обусловлен улучшением стабилизации частиц органическим анионом при увеличении основности карбоновой кислоты.

Лиганды, в которых донорный атом содержит пару электронов, участвующую в образовании -связи и низко энергетическую вакантную -орбиталь (2, 2'-дипиридил и 1,10-фенантролин), не пригодны в качестве исходных соединений для получения наночастиц меди. Вывод основан на анализе результатов фотолиза водных растворов [Cu(bipy)3]Cl2 и [Cu(phen)3]Cl2]).

В отличие от к.c. Cu(II) соединения Au(III) с диаминами и анионами карбоновых и аминокарбоновых кислот неустойчивы вследствие высокой ковалентности связи М-L и самопроизвольно восстанавливаются до Au0 в темновых условиях. Эта способность возрастает с увеличением донорной способности координированных лигандов.

Способность бидентатных диаминовых лигандов образовывать мостиковые структуры с ионами серебра(I), объясняет регистрируемые с помощью ПЭМ цепные агломераты серебра.

Природа ближайшего окружения и жесткость матрицы. Образование частиц меди, серебра и золота наблюдается в растворителях с донорным числом DN < 20. Замена растворителя практически не сказывается на энергии ЭВС, но существенно влияет на соотношение эффективных квантовых выходов. При равенстве условий фотолиза [Cuen2](BPh4)2 Фэф наночастиц меди в ряду дихлорэтан – ацетонитрил – метанол находятся в примерном отношении 1 : 0,75 : 0,50, что обусловлено увеличением эффективности перекрывания орбиталей X и Мz+ при уменьшении координирующей способности молекул растворителя. Аналогичные зависимости получены для к.с. Ag(I) и Au(III).

Выявлено снижение Фэф образования частиц металлов в растворителях с DN > 20 (ДМФА, диметилсульфоксид, тетрагидрофуран). Координация данных растворителей к исходному к.с. приводит к понижению заряда металлического центра и, как результат, снижению притяжения Х.

При анализе роли среды необходимо учитывать также способность молекул растворителя и других частиц, присутствующих в фотолите, акцептировать первичные фотопродукты (уравнение 3), в том числе «окислительные» радикалы (Cl•, Cl2-•, •OH, O2-• и т.п.). Увеличение в ряду пропанол-2 – этанол – метанол реакционной способности образующихся при отщеплении Н• радикалов вызывает повышение Фэф образования частиц. (ФэфAg в данных растворителях составляют 0,24; 0,36 и 0,45, соответственно). Отсюда, отсутствие атома водорода в положении 2-метилпропанола-2 объясняет экстремально низкие Фэф (10-3).

Использование вязких сред усиливает стабильность интермедиатов и, как Таблица 2. Эффективные квантовые выходы образования покрытий меди из растворов [Cuen2](BPh4)2 в зависимости от вязкости фотолита (возб 254 нм) Iсвета, квант/см2 с Растворитель 8,0.1014 3,0.1015 6,0.1015 7,0.10ДМФ <10-3 0,04 0,22 0,ДМФ: 30 : 1 0,01 0,45 0,56 0,глицерин 5 : 1 <10-3 0,40 0,44 0,(объемн.) 2 : 1 <10-3 0,38 0,30 0,следствие, квантовый выход процесса до тех пор, пока диффузия не начинает лимитировать рост наночастиц (табл. 2). При высоком содержании глицерина или этиленгликоля в жидких фотолитах (50% и более) и в твердых растворах полимеров диффузия кластеров к поверхности радела фаз становится невозможной и процесс протекает только в объеме раствора. Этот подход нами использован для получения устойчивых объемных дисперсий.

Возможности направленного синтеза. Все рассматриваемые фотопроцессы характеризуются хорошо выраженным порогом интенсивности света (Iпорог), который при возб 254 нм составляет ~ 1015 квант/см2 с, ниже которой устойчивая генерация наночастиц в фотолите не достигается. Рост сильнопоглощающих пленок, меди, серебра и золота продолжается до тех пор, пока интенсивность света, падающего в фотолит I0-Iпогл Iпорог. Это подтверждается совпадением экспериментально измеренных и рассчитанных по высоте плато на кинетических кривых величин Iпорог. С ростом I возрастает толщина получаемого покрытия и эффективный квантовый выход, это согласуется с многоквантовым механизмом процесса (Схема 1). Изменяя интенсивность света можно управлять не только скоростью роста, но и дисперсным составом получаемых коллоидов. Это иллюстрируется данными табл. 3. В области интенсивных световых потоков наночастицы металлов обладают собственной светочувствительностью, зависящей от размера частиц. Данная особенность позволяет варьировать дисперсность системы, в частности, трансформировать полидисперсные металлические коллоиды, полученные традиционными химическим и физическим способами в монодисперсные формы, представляющие наибольший интерес для практического применения [Логинов А.В., Горбунова В.В., Бойцова Т.Б. // Журн. общей химии. 1997. Т.67. Вып.2. С.189-201; Бойцова Т.Б., Логинов А.В., Горбунова В.В. // Журн. прикладной химии. 1997. Т.70. N10.

С.1585-1590]:

h Mn0 Mn+ + e- (8), Mn+ Mn-10 + M+ (9).

Общая для трех металлов закономерность: чем выше интенсивность облучения, тем меньше средний размер частиц и уже распределение их по размерам.

Нефильтрованный свет ртутных ламп высокого давления (например, ламп марки ДРШ) приводит к образованию частиц металлов в объеме фотолита.

Незначительный вклад УФ составляющей в общем световом потоке (менее Таблица 3. Зависимость среднего размера частиц (d), квантовых выходов образования (Фэф) покрытия меди от интенсивности УФ света (254 нм) Iсвета, квант/см2 с Фэф d, нм 4,2. 1016 0,45 20-25 2,8,0. 1015 0,43 30-40 1,6,0. 1015 0,22 40-50 1,3,0. 1015 0,04 60-80 0,30%; линия 254 нм – 3,9% мощности излучения) определяет энергию, величина которой недостаточна для активации поверхности кварца. При облучении, использованных к.с. меди(II) и золота(III) светом с 365 нм фотовосстановление завершается на стадии образования к.с. Cu(I) и Au(I). Дальнейшие переходы М(I)М(0) в этих условиях могут быть осуществлены с помощью оптических сенсибилизаторов.

Вторым по значимости фактором, влияющим на кинетику образования и дисперсность коллоидов, является концентрация исходного комплекса. Увеличение концентрации Au(III) и Cu(II) в фотолитах вызывает одновременный рост индукционного периода и эффективного квантового выхода на стадии фотокаталитического роста наночастиц. В гомогенных «жестких» матрицах (ПВС, желатин, глицерин), где путь роста частиц за счет коалесценции подавлен из-за низких коэффициентов диффузии, уменьшение концентрации в диапазоне 0,250,01 моль/л позволяет плавно уменьшать средний размер частиц. Общим для всех рассматриваемых систем является наличие достаточно узкого, примерно в пределах порядка, индивидуального для каждого к.с. диапазона концентраций, где фотосинтез наночастиц дает успешный результат.

Простые расчеты показывают, что в условиях фотосинтеза наночастиц концентрация интермедиатов, необходимая для начала процесса, достигается в тонком слое фотолита ~ 1 мм. Увеличение толщины слоя более 2 мм нецелесообразно, т.к. приводит к диффузии в объем раствора и окислению части интермедиатов. Деаэрирование фотолита позволяет частично снять эти ограничения, однако, и в этом случае за счет фотоинициированной сорбции стабилизация и осаждение наночастиц происходит только на лобовой стенке реактора.

Регулирование дисперсного состава синтезированных систем. Для практического применения, например, в катализе или оптике, важно чтобы частицы металла обладали узким распределением по размерам. Агломераты, в отличие от изолированных частиц характеризуются широким плазмонным поглощением, обусловленным межчастичным контактом. Принимая во внимание размерную зависимость свойств наночастиц, в том числе, окислительно-восстановительных, нами была разработана методика регулирования дисперсного состава, направленная на снижение вклада в плазменные осцилляции взаимодействия больших по размеру частиц металла. Специальная серия экспериментов показала пригодность использования в качестве окислителей ионов металлов, частицы которых не обладают собственным поглощением в видимой области D Рис. 4. Изменение спектра поглощения пленок 0,серебра, контактировавших с 1,0 · 10-5 М раствором Pd(ClO4)2 в ДМФ, при хранении в темноте в течение: 1- 0; 2 – 0,1; 3 – 2 часа.

0,спектра (например, Pd, Pt). На примере систем Pd(ClO4)2/Agn0 продемонстрирована воз0,можность повышения «степени монодисперсности» (критерий ) покрытий серебра в 5 раз в результате контакта с ионами 0,Pd(II). Результатом растворения поверхностного слоя частиц составляющих агломераты, а также растворения фракции мел0,ких частиц и кластеров (до 10 нм диамет400 600 8, нм ром) является образование на подложке изолированных частиц серебра с узким распределением по размерам (по данным ПЭМ средний размер составил 25 нм).

Pd2+ + Agn0 Pd+(Pd0) + Ag0n-1 + Ag+ (10).

«Улучшение» дисперсного состава покрытий регистрируется спектрофотометрически по росту интенсивности плазмонного поглощения частиц серебра и гипсохромному сдвигу, достигающему 70-100 нм (рис. 4). Последующая фиксация структур УФ облучением позволяет предотвратить процесс окисления и стабилизировать спектральные характеристики покрытий.

В главе 3 «Модификация поверхности полимерных микросфер наночастицами и нанослоями переходных металлов» рассмотрены результаты исследований кинетики и механизма фотолиза комплексов переходных металлов IB группы в дисперсиях микросфер полимеров. Впервые показана возможность осаждения частиц металлов на поверхность микросфер фотохимическим методом. С целью апробации фотохимического метода для осаждения наночастиц металлов была выбрана серия полистирольных (ПС) латексов различного диаметра (100-1140 нм) (синтез микросфер осуществлен сотрудниками Научноисследовательского института высокомолекулярных соединений, РАН, СанктПетербург). ПЭМ изображения, представленные на рис. 5, демонстрируют результаты фотовосстановления для осаждения наночастиц меди, серебра и золота. Характер распределения по размерам свидетельствует о формировании однородных по размерам фракций частиц металлов.

Установлено, что формирование частиц на поверхности микросфер включает стадию образования промежуточных соединений между ионами металла и функциональными группами полимера и/или стабилизатора. Отсюда, увеличение степени заполнения поверхности частицами металла достигается, во-первых, введением в поверхностный слой микросфер полимеров функциональных групп, например, карбоксильных, тиольных, альдегидных, во-вторых, гидрофилизацией поверхности полимерных микросфер. Гидрофилизация может быть достигнута переходом от частиц ПС к частицам менее гидрофобных полимеров типа ПММА или введением в их поверхностный слой гидрофильных полиме300 нм 300 нм а 3в б 300 нм нм нм 100 нм n/N, % n/N, % n/N, % 80 40 40 20 20 0 0 d, нм d, нм d, нм 10 30 50 70 0 25 35 45 6 10 14 Рис. 5. Микрофотографии и гистограммы наночастиц серебра (а), золота (б) и меди (в), осажденных на поверхности микросфер ПС.

ров-стабилизаторов с функциональными группами типа ПВС и поливинилпирролидона (ПВП). Связанные таким образом с поверхностью ионы металлов выступают в качестве центров нуклеации, последующее формирование кластеров и их рост протекает непосредственно на поверхности микросфер.

Наряду с перечисленными в Главе 2 факторами, определяющими кинетику фотовосстановления, важным параметром в процессе синтеза наночастиц металлов является диаметр микросфер полимеров. Варьирование диаметра микросфер, а также осаждение слоя металла на их поверхность, позволяет изменять оптические свойства в широких пределах и в первую очередь положение и ширину фотонной зоны, синтезируемых на их основе трехмерных структурированных систем типа «опалов» и «обратных опалов», обладающих фотонно-кристаллическими свойствами.

При анализе зависимости характера изменении спектров плазмонного поглощения и ПЭМ изображений частиц металлов от размера микросфер полимера установлены следующие закономерности (табл. 4). Увеличение диаметра микросфер ПС вызывает:

- увеличение индукционного периода в формировании частиц до 200 мин, что обусловлено снижением интенсивности проникающего в фотолит света как за счет собственного поглощения ПС основой, так и за счет рассеяния микросферами. Рассеяние света увеличивается пропорционально росту размера микросфер и достигает 20% на микросферах диаметром 300 нм;

- понижение относительной скорости формирования коллоидной металлической фазы после индукционного периода. Значения оптических плотностей уменьшаются от 2,0 до 0,1 отн. ед. Это связано, как с возрастанием процессов седиментации при увеличении размера, и, как следствие, массы микросферы, Таблица 4. Зависимость среднего размера (d) осаждаемых частиц металла, максимума плазмонного поглощения (max) и степени заполнения поверхности металлом от природы и размера микросфер полимера.

Металл Медь Серебро Золото d, % max, d, нм % max, d, % max Полимер нм заполн. нм заполн. нм нм заполн., нм ПС 100 нм 10±4 10 580 15±4 75 445 25±8 25 5ПС 300 нм 12±3 15 580 30±10 50 475 30±5 60 5ПС 500 нм 15±3 15 590 32±15 35 490 35±8 20 5ПС 1410 нм 15±5 12 595 30±7 30 490 30±5 15 5ПС/ПВП - - 600 нити 25 520 30±7 35 51140 нм 15нм ПММА/АК - - 595 35±8 35 480 35 65 5680 нм Условия фотолиза: концентрация полимера 5,0 · 10-3 масс.%; толщина слоя фотолита 1,0 см;

возб 254 нм; I света 3,0 · 1016 квант/см2 с.

так и светорассеянием системой, приводящем к снижению эффективности процессов фотовосстановления;

- увеличение среднего размера частиц металлов с одновременным уширением их распределения по размерам при снижении удельной поверхности гидрофобных частиц в ряду ПС 100 – 300 – 500 нм. Снижение размера частиц при переходе к ПС диаметром 1410 нм, полученных в присутствии ПВП, очевидно, обусловлено способностью цепей ПВП к комплексообразованию с ионами M(I), способствующему формированию большего числа центров нуклеации в объеме гидрофилизированного поверхностного слоя;

- уменьшение доли наночастиц осажденных на поверхности полимера, что обусловлено уменьшением удельной поверхности частиц полимера и количества функциональных групп.

- уменьшение Фэф образования частиц от 0,03 для ПС с размером микросфер 100 нм до 10-3 – для 500 нм.

Степень заполнения поверхности металлом при фотохимической металлизации микросфер ПС с диаметром 100 и 300 нм в 2-3 раза превышает результаты химического восстановления соединений металлов в латексах подобного типа, при этом полностью исключается образование свободных частиц металлов в объеме дисперсии.

С учетом выявленных закономерностей, нами была разработана методика проведения фотолиза, позволяющая формировать сплошные покрытия из монослоев частиц металлов на поверхности микросфер полимеров диаметром 2-мкм, основанная на двухстадийном фотохимическом/химическом восстановлении HAuCl4 и AgNO3. Фотохимическое восстановление позволяет сформировать на поверхности микросфер кластеры-зародыши серебра или золота. Это смещает процесс последующего химического восстановления в поверхностный а б в Au Рис. 6. СЭМ изображения микросфер после покрытия наночастицами золота методом последовательного фотохимического/химического осаждения (а) и ПЭМ изображения тонкого среза микросфер с осажденными частицами (б, в).

слой микросфер и обеспечивает формирование на них сплошных покрытий толщиной 100-150 нм. Результаты представлены на рис. 6.

В Главе 4 «Фотохимический синтез наночастиц металлов в твердых пористых и полимерных матрицах» представлены результаты исследования кинетики и механизма фотохимического образования частиц серебра и золота в объеме гомополимеров (ПВС, полиэтиленгликоля) и синтетических латексов различной природы (бутилакрилатного (Б-160) и бутадиенстирольного (CКC65ГП), а также в пористых интеркаляционных системах типа гость-хозяин (пористые кремнеземные стекла и органические фторуглеродные мембраны).

Настоящая работа является первым исследованием процессов синтеза наночастиц металлов в промышленных синтетических латексах.

Облучение УФ светом эластомерных пленок бутилакрилатного и бутадиенстирольного латексов, модифицированных к.с. Ag(I) и Au(III), приводит к формированию в объеме полимера наночастиц металлов. Установлены следующие особенности процесса:

- при прочих равных экспериментальных условиях продолжительность индукционного периода в образовании частиц серебра и золота составляет 1 и 10 мин в бутилакрилатных пленках и 7 и 20 мин в бутадиенстирольных, соответственно;

- достигаемые значения оптических плотностей в бутадиенстирольных латексах в 8-9 раз ниже, чем в бутилакрилатных;

- с ростом продолжительности фотолиза уменьшается средний размер образующихся частиц металла, что выражается в гипсохромном сдвиге плазмонных полос поглощения, например, в бутилакрилатных пленках, содержащих серебро, полоса сдвигается от 457 до 434 нм, золото – от 542 до 527 нм за 60 минут облучения. Учитывая матричные эффекты, возрастание доли частиц меньшего размера при увеличении продолжительности УФ экспонирования объясняется сочетанием затрудненного массопереноса со снижением концентрации свободных ионов металла в клетке полимерной матрицы. Методом РФЭС установлено, что облучение пленок Б-160 приводит к постепенному уменьшению интенсивности О 1s сигнала при 532.2 эВ соответствующего C=O, O-C=O и С 1s сигнала при 286.4 эВ, соответствующего С-О-С связям. Это вызвано отрывом сложноэфирных групп полибутилакрилата согласно уравнению:

CH2 CH h + CH2 CH COOC4H (11) COOC4Hи образованием «срединных» радикалов состава CH2 CH Образующиеся.

радикалы рекомбинируют, приводя, таким образом, к темновой сшивке полимера:

CH CHCH2 C (12), CH2 CH H что выражается в усилении С 1s сигнала при 285.0 эВ соответствующего С-С и С-Н связям. Образующиеся радикалы выступают в качестве потенциальных восстановителей ионов серебра. Результаты РФЭС исследований облученных пленок CКC-65ГП, содержащих ионы Ag+ и AuCl4-, также указывают на сшивку полимера. В данном случае в сшивке также может принимать участие стабилизатор – алкиларилсульфонат натрия. В течение 10 мин облучения наблюдается снижение интенсивности пиков S 1p3/2 при 168.5 эВ и O 1s при 531.8 эВ соответствующих S=O связям в алкиларилсульфанатных группах. По всей видимости, это обусловлено выделением SO2. Образующиеся при этом радикалы С6H5– R–O рекомбинируют с алкильными радикалами, приводя к появлению пика при 533.0 эВ, соответствующего образованию С-О-С связей;

- формирование частиц протекает в объеме полимерной матрицы. По данным РФЭС при облучении систем до 60 мин наблюдается уменьшение интенсивности сигнала Ag 3d5/2 при 368.2 эВ, соответствующего металлическому серебру, что связано с постепенным внедрением образующихся коллоидных частиц в объем полимера за счет его поверхностной сшивки под действием УФ облучения. По данным электронной микроскопии металлические частицы равномерно распределены в объеме полимерной матрицы, изолированы друг от друга и имеют сферическую форму. Размер частиц составляет 25-30 нм;

- фотоокисление полимера при облучении свыше 60 минут, что подтверждается уменьшением сигнала при 285.0 эВ, соответствующего связям С-С/С-H и увеличением сигнала при 288.8 эВ, отнесенного C=O/О-С=О связям в РФЭ спектре. При этом процесс, вероятно, протекает через промежуточное образование гидроксопероксидных групп с их последующей трансформацией в карбонильные и карбоксильные. Окислителем может служить кислород, выделяющийся при разрушении нитрат-ионов. Окисление может происходить также за счет фотораспада эфирных групп с разрывом С-О-С связей и образованием – • СО радикальных групп, которые также превращаются в карбоксильные или карбонильные. Окисление наиболее эффективно протекает в пленках бутадиенстирольного латекса, что обусловлено присутствием двойных связей в основной цепи, остающихся в звеньях бутадиена и способных окисляться даже на воздухе. Смещение полосы поглощения полимера до 330 нм свидетельствует об образовании хиноидных структур в боковой цепи полимера.

Различия в кинетике формирования частиц обусловлены рядом факторов и в первую очередь природой полимера. Фотохимия полиакрилатов определяется главным образом присутствием карбонильного хромофора сложноэфирной группировки, максимум поглощения которого находится в ближней УФ области. Структура бутадиенстирольного латекса обеспечивает его устойчивость к прямому фотолизу, что существенно снижает эффективность образования частиц по сравнению с полиакрилатной матрицей. Второй немаловажный фактор – относительное влагосодержание. Являясь гидрофильными, акрилатные латексы (10-15%) по относительному влагосодержанию на порядок превосходят гидрофобные бутадиенстирольные (1-3%). Вместе с тем, наличие воды в полимере определяет способность ионов металла к диффузии и, как следствие, возможность кластерообразования. Третий фактор: рН композиции латекса: рН(Б-160) = 5, рН (CКC-65ГП) = 8. Высокое значение CКC-65ГП латекса способствует образованию оксидных форм серебра. Рассчитанные эффективные квантовые выходы образования частиц серебра и золота в бутилакрилатном латексе составили 0,22 и 0,17, соответственно; в бутадиенстирольном 0,004 и 0,005.

Показано, что управление остаточным влагосодержанием в эластомерной пленке при фотохимическом восстановлении ионов металла является удобным фактором регулирования концентрации и размера частиц металла, а иммобилизация наночастиц металлов позволяет повысить прочность эластомерных материалов и их термическую устойчивость.

В пористых стеклах и мембранах размер получаемых наночастиц золота, серебра и меди определяется диаметром пор и практически не зависит от концентрации исходного к.с. за исключением тех случаев, когда используются высокие интенсивности света (~1016 квант/см2 с). Из-за нарушения равновесий массообмена в микрообъемах фотолиз вызывает образование побочных нерастворимых и смолистых продуктов.

Представленные результаты фотолиза комплексных соединений в пористых материалах свидетельствуют о том, что обоснованный выбор матриц типа хозяин позволяет синтезировать частицы металлов (гостя) необходимого диаметра, ограниченного размером соответствующих полостей и каналов внутренней структуры носителя.

Фотоиммобилизация частиц металлов в матрицы синтетических латексов позволила изменить деформационно-прочностные характеристики латексов и их термическую устойчивость. Исследования проводились на базе СПбГТИ(ТУ).

Результаты исследований прочности на разрыв эластомерных необлученных пленок (разрывная машина Zwick-1445), содержащих ионы серебра, показали экстремальный характер зависимости прочности от концентрации вводимого AgNO3. Увеличение концентрации от 1.10-3 до 1.10-2 моль/л приводит к росту прочности полимера по сравнению с немодифицированным, вследствие донорно-акцепторного взаимодействия ионов серебра с неподеленными Таблица 5. Зависимость прочности на разрыв (МПа) эластомерных пленок от природы полимера и времени облучения.

Латекс Б-160 CКC-65ГП чистый модифицированный чистый модифицированный обл, мин Ag+ AuCl4- Ag+ AuCl4- 0 0.04 0.06 0.04 0.11 0.33 0.10 0.05 0.07 0.09 0.14 0.45 0.60 0.06 0.09 0.20 0.16 0.48 0.240 0.09 0.10 0.22 0.20 0.60 0.электронными парами карбонильных групп соседних цепей полимера (-ROС=O-Ag+O-=COR-). Введение Ag+ ионов в концентрации выше 1.10-моль/л (до 2,0.10-2 моль/л) снижает прочность вследствие частичной коагуляции латекса и возникновения дефектов в структуре пленок. Введение HAuCl4 в данном концентрационном интервале не влияет на прочность пленок, что по нашему мнению связано с координационной насыщенностью к.с. Au(III).

Облучение как чистых, так и модифицированных ионами Ag+ и AuCl4- пленок латексов, приводит к увеличению их прочности по сравнению с необлученными (табл. 5).

Показано, что пленки латекса марки Б-160 с внедренными наночастицами обладают большей эластичностью по сравнению с чистым полимером, причем наибольших значений относительного удлинения достигают пленки, модифицированные наночастицами серебра (табл. 6). По нашему мнению увеличение прочности и, как следствие, уменьшение относительного удлинения, происходит в результате, во-первых, собственной фотосшивки полимера, что подтверждено результатами исследования методом РФЭС в процессе фотолиза пленок.

Наличие двойных С=С связей в структуре СКС-65ГП обуславливает более эффективное сшивание полимерных цепей и, как следствие, большую прочность эластомерных пленок. Во-вторых, данный факт объясняется сшивкой полимера при непосредственном участии наночастиц металла. Координационно-ненасыщенные поверхностные атомы металла наночастиц взаимодействуют с атомами кислорода карбонильных групп полибутилакрилата. Увеличение количества частиц по мере облучения приводит к увеличению числа связей при их участии Таблица 6. Зависимость относительного удлинения (%) эластомерных пленок от природы полимера и времени облучения.

Латекс Б-160 CКC-65ГП чистый модифицированный чистый модифицированный обл, мин Ag+ AuCl4- Ag+ AuCl4- 0 >4400 >4400 >4400 250 200 110 >4400 >4400 3450 210 180 160 1800 2800 2500 120 160 1240 1600 1700 1600 50 150 1Mn0(O=COR-)m. Высокая прочность образцов, модифицированных золотом, обусловлена его более высоким поляризующим действием, и, как следствие, образованием более прочных связей Aun0-O-C=OR-. Большая прочность и меньшее относительное удлинение пленок латекса марки СКС-65ГП обусловлены гидрофобным характером взаимодействия металла с полибутадиенстиролом.

Исследование термической стабильности пленок латекса марки Б-160 методом дифференциально-сканирующей калориметрии показало уменьшение константы скорости термодеструкции (k0) и увеличение энергии активации (Ea) при увеличении концентрации AgNO3 как в необлученных, так и в облученных образцах (табл. 7). Увеличение lnk0 с ростом концентрации частиц серебра свидетельствует о возрастании скорости процессов термодеструкции. Иммобилизация частиц серебра способствует быстрому распространению тепловой волны в образце при увеличении концентрации металла и возрастанию энтропийного фактора разлагающегося образца. Этим также обусловлено снижение верхней границы температур разложения при увеличении содержания наночастиц металла от 446,4 до 419,2о С. Рост температуры начала термодеструкции приблизительно на 40 оС и увеличение Ea могут быть следствием уплотнения структуры полимера за счет взаимодействия Ag(I) ионов и частиц металла с полимером. Вычисленный при максимальной температуре тепловой эффект реакции разложения увеличивается от 3,5 кДж/г для немодифицированных и необлученных образцов до 4,0 кДж/г для образцов, содержащих 1.10-2 моль/л AgNO3 и облученных в течение 60 мин.

Основными продуктами разложения исследуемых образцов являются оксид углерода (II), углеводороды и металлическое серебро.

Таблица 7. Кинетические параметры термораспада латекса марки Б-1модифицированного AgNOС (AgNO3), обл, мин T, C Ea, Порядок lnkмоль/л кДж/моль реакции 0 0 338,2-446,4 263,8 1,57 42,60 366,4-424,8 262,8 1,7 42,2.10-3 0 367,2-424,7 257,8 1,18 40,60 369,6-417,3 267,8 1,20 42,1.10-2 0 370,1-419,8 334,1 1,35 54,60 374,6-419,2 457,6 1,69 77,Глава 5 «Светочувствительные слои на основе тетра-н-бутоксида титана(IV)» посвящена исследованию природы первичных продуктов, кинетики и механизма фотодеградации твердых светочувствительные слоев (СЧС) тетра-н-бутоксид титана(IV) (БТ). Представлены результаты разработки методики формирования СЧС путем послойного осаждения БТ из спиртовых растворов на поверхность диэлектриков (кварц, керамика, стекло).

В основу СЧС для безэлектродной (химической) металлизации диэлектриков положена известная способность некоторых переходных металлов и их ионов в низших степенях окисления инициировать автокаталитическое осаждение меди и никеля из ванн химической металлизации, называемых также физическими проявителями:

Cuaq2+ + Redaq (CH2O, N2H4, …) тв Катализатор Cu + Oxaq (13) Cu0,Pd0,Fe2+,Ti3+ Niaq2+ + Redaq (H2PO2-, N2H4, BH4-,…) тв Катализатор Ni + Oxaq (14).

Ni0,Pd0,AgАнализ научно-технической литературы показал, что наиболее актуальными проблемами современной технологии фотоселективной металлизации диэлектриков являются: исключение из техпроцесса благородных металлов;

увеличение адгезии металлопокрытий к базовым диэлектрикам и сплошности металлизации.

В результате экспериментального поиска в качестве светочувствительной компоненты и материала, формирующего каталитические центры, выбраны алкоксиды Ti(IV). Фотослои получали из растворов методом обновления поверхности с использованием специального технологического оборудования (spincoating метод).

Известно использование алкоксидов Ti(IV) для гидролитического получения оптических пленок гидроксида-диоксида титана:

Ti(OC4H9)4 TiO2 · nH2O + 4C4H9OH (15).

+H 2O 150-4500C Нами установлено, что аналогичный процесс можно осуществлять избирательно, облучая свежеприготовленные аморфные БТ светом с < 300 нм, соответствующим переходам с ПЗХМ. Изучение механизма процесса методами ЭПР и спектрофотометрии в сочетании с низкотемпературным матричным изолированием показало, что в аэрированных условиях он может быть представлен следующей схемой:

+H2O [TiIV(OC4H9)4] h [TiIII(OC4H9)3] + •OC4H9 [TiIII(H2O)x(OH)6-x] + О+О +H2O [TiIII(OC4H9)4] + … [TiIV-O2-] [TiIVOx(OH)4-x] (16).

Первичные продукты фотолиза – координационно ненасыщенные формы Ti(III) – в присутствии атмосферной влаги и кислорода последовательно трансформируются в октаэдрические аквагидроксокомплексы Ti(III), биядерные (димерные) комплексы Ti(III) и Ti(IV) и оксо-гидрококомплексы титана(IV).

Промежуточными продуктами окисления тетраэдрических к.с. Ti(III) являются короткоживущие гидропероксидные радикалы TiIV-•O2H (g = 2.012; g|| = 2.032), являющегося результатом протонирования супероксидного O2•- радикала.

Процессы гидролиза и геометрической перестройки в течение нескольких минут медленно продолжаются в темноте и завершаются образованием полимерной пленки гидроксида-оксида Ti(IV), нерастворимой в воде, прочно «сшитой» с поверхностью кремнеземной подложки. Последнее подтверждается появлением в ИК спектре облученных образцов характеристической полосы 930 см-1, отнесенной мостиковым группам Si-O-Ti:

h [TiIV(OC4H9)4] [TiIII(O C4H9)3] + •OC4H9 (17), кремнезем–Si-O-H + •OC4H9 кремнезем–Si-O• + C4H9OH (18), кремнезем–Si-O• + [TiIII(O C4H9)3] кремнезем–Si-O-TiIV(OC4H9)3 (19).

При комнатной температуре скорость фотостимулированного гидролиза пленок БТ даже при невысокой (~1015 квант/см2 с) интенсивности возбуждающего света на два порядка превышает скорость их темнового гидролиза. Это позволяет фотоселективно наносить покрытие из соединений титана на поверхность кремнезема и другие базовые материалы.

Формирование каталитических центров на поверхности СЧС на основе БТ подтверждено прямым фотостимулированным восстановлением ионов серебра (I) и золота(III) из водных растворов AgNO3 и HAuCl4. Вследствие низкой стабильности наночастиц, как в случае никеля и меди, и автокаталитического характера их роста использование растворов химической металлизации для этих целей весьма проблематично.

Методом энергодисперсионного рентгеноспектрального микроанализа образцов показано, что полученный композитный материал представляет собой гидроксид-оксид титана(IV) модифицированный серебром и золотом, обнаруживаемыми по хорошо разрешенным полосам L серии при 2,98 кэВ и M серии при 2,12 кэВ серебра и золота, соответственно. Содержание серебра и золота достигает 30 и 60 масс.%.

Металлы осаждаются на поверхности СЧС в виде изолированных островков, диаметр и высота которых по данным АСМ достигает 300 и 25-нм в случае серебра и 80-120 и 15-20 нм – золота. Фэф образования островков серебра, их размер и заполнение поверхности СЧС не зависит от концентрации ионов металла в диапазоне 5,0 10-4 – 1,0 10-1 моль/л. В случае золота имеет место экстремальная зависимость данных характеристик от концентрации.

Фэф образования частиц серебра на поверхности CЧC БТ превышают расчитанные при осаждении на поверхности кварца (Фэф 0,01) в 25-30, а частиц золота – в 3-5раз.

Повышение Фэф по сравнению с немодифицированным кварцем указывают на участие каталитических центров CЧC на основе БТ в восстановлении ионов металлов, а отсутствие выраженной зависимости заполнения поверхности металлом от концентрации в случае серебра на их ограниченное количество.

Причины различий в характере осаждения серебра и золота, по нашему мнению, вызваны формой существования используемых к.с. Катионная форма Ag(I) предполагает координацию к атому кислорода алкоксидной группы с образованием ассоциативных комплексов состава [(OBu)3TiIV-BuO···AgI(Н2O)].

Рост зародышей на соседних центрах сопровождается коалесценцией при их контакте с образованием островковой структуры покрытия металла. Форма существования соединения золота – анионный комплекс AuCl4- – затрудняет хемосорбцию на поверхности БТ, как следствие, осаждению предшествует фотохимическое превращение Au(III) в Au(I) и Au(0) в фотолите, конкурирующее с процессами окисления Au(0) исходным к.с. и растворенным кислородом (стадии I – III, схема 1). Результат: снижение ФэфAu(0) по сравнению с ФэфAg(0).

Достигаемое 50%-ное заполнение поверхности СЧС металлами в 2 раза превышает необходимое для устойчивого автокаталитического формирования покрытий никеля из растворов химической металлизации. Величина в 25% установлена в модельных экспериментах автокаталитического осаждения никеля из растворов никель-гипофосфитного физического проявителя (NiГФП) на кварце.

В данной главе представлены результаты разработки метода прямой фотоинициированной металлизации модифицированной БТ поверхности диэлектриков из растворов.

В известных фотографических процессах с физическим усилением операции экспонирования и проявления разделены во времени. В результате часть потенциальных каталитических центров гибнет или переходит в менее активную форму. Например, нестабильность к.с. Ti(III) и оксибутильных радикалов, генерируемых светом в БТ, не позволяет реализовать высокий восстановительный потенциал в традиционном способе. Представляет интерес возможность прямой фотоинициированной металлизации твердых материалов, контактирующих с растворами химической металлизации. Данный принцип реализован нами впервые в трех техпроцессах, схематично представленных на рис. 7.

По ТП-I на поверхность подложки из стекла, кварца или керамики наносят тонкий слой БТ, помещают материал в раствор NiГФП и избирательно облучают поверхность источником УФ света. Через 5-30 с возникает видимое металлическое изображение, которое в том же растворе усиливается до требуемой толщины в отсутствие света (рис. 7).

h h ТП I II III Рис. 7. Процессы прямого фотоинициированного никелирования: 1 – фотошаблон; – слой БТ; 3 – подложка (стекло, керамика); 4 – раствор NiГФП; 5 – покрытие металлического никеля.

Предварительное облучение слоя БТ дезактивирует его восстановительную способность. При этом относительная скорость постэкспозиционного осаждения никеля на пленке БТ уменьшается с ростом продолжительности экспозиции на стадии первого экспонирования, отражающей степень фотохимической конверсии БТ в гидратированный оксид титана(IV). Установлено, что на стадии первого экспонирования интенсивность света практически не влияет на пороговую энергию, необходимую для фотохимической пассивации пленки БТ. Пороговая энергия сохраняется равной ~ 1,4 Дж/см2 при изменении интенсивности света в 20 раз. Эти результаты стали основой для позитивного процесса ТП-II. При первом «сухом» экспонировании через позитивную копию оригинала пленку БТ на облученных участках переводят в инактивную форму, помещают образец в раствор NiГФП и вторично экспонируют поверхность раздела неизбирательно до появления видимого позитивного изображения. Усиление проводят как в ТП-I. Интересно, что фотолиз пленки БТ на стадии «сухого» экспонирования сопровождается симбатным ростом ее гидрофильности. Контактный угол капли воды нанесенной на поверхность покрытия после экспонирования снижается от 60о до 1о. Последнее обусловлено, во-первых, отщеплением неполярной органической составляющей БТ и, во-вторых, кинетической координацией молекул воды на вакансии, образующиеся на поверхности покрытия при фотогенерации пар электрон-дырка в TiO2.

При разработке ТП-III исходили из предположения, что генерация предкаталитических зародышей может происходить не только в твердом фотослое, но и в объеме ФП. Их стабилизация и дальнейший рост достигаются за счет адсорбции на подложке. Опытная проверка подтвердила, что такой механизм возможен при использовании светочувствительных проявителей и стеклянных и керамических подложек, не модифицированных слоем БТ. Разработан оригинальный состав никель-гипофосфитного физического проявителя содержащий травящие добавки (фториды), усиливающие сорбцию и адгезию продуктов фотолиза к подложке. Скорость процесса возрастает при предварительной активации NiГФП путем кратковременного облучения (до порога саморазложения раствора). Осаждение никеля по ТПмкм мкм III происходит с высокой селектив0,ностью только на облучаемой поверхности раздела твердое тело-раствор, 1,что указывает на фотохимический 0,15 механизм адсорбции и/или созрева1,ния предкаталитических зародышей на твердом носителе.

0,Техпроцессы I-III просты и тех0,нологичны. Полный цикл получения никелевого рисунка толщиной 2 мкм 0 0,5 1,0 1,5 мкм занимает менее 30 мин. Исключается применение благородных металлов и Рис. 8. АСМ изображение фрагмента дорогостоящего вакуумного оборудопокрытия никеля, осажденного из расвания. Разработанный метод позвотвора NiГФП.

а б в Рис. 9. Микросферы натрийбросиликатного стекла до (а) и после (б) прямой фотоинициированной металлизации. (в) СЭМ изображение металлизированной микросферы.

100 мкм ляет получать: (1) штриховые изображения с разрешающей способностью 5мм-1 и рисунки в негативном и позитивном вариантах в фотоселективном режиме экспонирования; (2) сплошные мелкозернистые покрытия никеля с толщиной металлического слоя от 1 до 20 мкм в зависимости от продолжительности проведения автокаталитического осаждения в неселективном режиме (рис. 8.). Прочность никелевых покрытий на истирание – до 80% от прочности напыленных в вакууме хромовых покрытий. Отражательная способность составила 40-60%. В зависимости от состава NiГФП они имеют сопротивление в диапазоне 10-104 Ом/. Рассмотренные процессы могут применяться в производстве износостойких фотошаблонов, пленочных нагревательных элементов, оптических линеек и других функциональных рисунков.

Метод прямой фотоинициированной металлизации с использованием СЧС БТ успешно применен (рис. 9) для нанесения проводящих покрытий на поверхность полых натрийборосиликатных микросфер совместно с сотрудниками СПбГТИ(ТУ).

Часть главы посвящена результатам фотохимического осаждения наночастиц меди серебра, золота на поверхность покрытий фотохимически полученного диоксида титана.

Повышение фотокаталитической активности суспензий диоксида титана осуществляется путем нанесения наночастиц переходных металлов (родия, платины), которые выполняют роль разделителей заряда снижая возможность рекомбинации электрон-дырка. Аккумулированные частицами металлов электроны участвуют в процессах восстановления адсорбированных на их поверхности соединений. Разработка метода получения пленочных форм TiO2 актуальна, поскольку использование закрепленной системы устраняет ряд проблем, возникающих при работе с суспензиями TiO2: необходимость отделения катализатора от реакционной смеси; трудность использования катализатора в непрерывном процессе; агломерацию частиц катализатора. В результате, проигрывая по эффективности, диоксид титана в форме пленок имеет больший потенциал для практического применения перед суспензиями. Нанесение частиц серебра и золота перспективно для создания бактерицидных самоочищающихся покрытий на основе TiO2.

Методами ИК спектроскопии, энергодисперсионного рентгеноспектрального микроанализа и дифракции медленных электронов установлено, что результатом фотохимических процессов при длительном (более 2 часов) УФ облучении СЧС БТ приготовленных из абсолютных спиртов интенсивными световыми потоками в атмосфере инертного газа (аргон) является формирование в слоях кристаллической структуры с содержанием TiO2 более 80% масс. Слои характеризуют выраженным «точечным» рефлексом в дифракционных картинах, соответствующем дифракционным плоскостям (101) и (112) модификации анатаза/рутила. В ИК спектре полученного титансодержащего покрытия зафиксированы присущие анатазу полосы при 500, 600-670 и 1560-1650 см-1. Достоинством метода является возможность получения гладких, «сшитых» с поверхностью носителя покрытий: диапазон изменения профиля (1000 1000 нм2) по данным АСМ не превышает 25-30 нм, толщина покрытий в зависимости от экспериментальных условий варьируется от 100 до 1500 нм. Особенностью частиц серебра и золота, осаждающихся при фотолизе покрытий контактирующих с растворами AgNO3 и HAuCl4 является их малый размер (10-15 нм). Фэф образования частиц серебра в 4, а золота в 1,раза превышают рассчитанные при осаждении частиц на поверхность кварца.

Причинами низких Фэф образования частиц серебра и золота могут являться, вопервых, дезактивация фотоэлектронов на ловушках, роль которых выполняют примеси или вакансии в решетке оксида. Во-вторых, превышение достигнутой степенью заполнения металлом поверхности TiO2 (25-30%) критического для рекомбинации электронов и дырок значения. Несмотря на низкую квантовую эффективность рассмотренных процессов, фотохимически синтезированные Ag/TiO2 и Au/TiO2 композитные материалы по содержанию металла на порядок превосходят аналоги, полученные металлизацией кальцинированных порошков и пленок TiO2.

Глава 6 «Способ получения стабильных медных коллоидов и исследование их свойств» посвящена результатам разработки состава для получения стабильного высококонцентрированного коллоида меди и исследованию возможности его использования в качестве активатора химического осаждения покрытий меди на поверхность диэлектриков из растворов медного физического проявления.

В основе разработанного способа получения устойчивого высококонцентрированного коллоида меди лежит классическая методика, заключающаяся в восстановлении сульфата меди, CuSO4 щелочным (pH = 11-12) раствором тетрагидробората натрия, NaBH4:

2Cu2+ + BH4- + 4OH- 2Cu0 + B(OH)- +2H2 (20).

Введение в исходную композицию зарядового стабилизатора частиц меди – цитрат-ионов и использование принципа матричного изолирования, в частности, осуществление реакции в водно-глицериновом или водно-этиленгликолевом (ЭГ) растворах, позволило получить устойчивые до 1 месяца коллоиды меди высокой концентрации (3,7 г/л).

На основе исследования влияния природы и концентрации компонентов реакционной смеси, pH раствора был отработан оптимальный состав и определены условия синтеза, обеспечивающие получение устойчивого медного колD n/N, % в а 0,0,0,d, нм 5 30 50 70 90 10,б 500 600 700 , нм Рис. 10. Гистограммы распределения частиц по размерам в исходном полидисперсном (а) и фототрансформированном (б) Cu-коллоиде. (в) Изменение спектра поглощения полидисперсного Cu-коллоида (кривая 1) при УФ облучении (кривые 2-4) в течение 30 мин d, нм (возб 254 нм).

5 30 50 70 90 1лоида. Согласно результатам ПЭМ глицериновый (ЭГ) коллоид является полидисперсным и содержит частицы меди размером 5-70 нм. При исследовании светочувствительности коллоидных систем был обнаружен неизвестный ранее эффект медных коллоидных растворов подвергаться фотохимической модификации. При облучении нефильтрованным световым потоком, а также монохроматическим светом устойчивые полидисперсные медные коллоиды трансформируются в малоустойчивые ( 10 часов), легкоокисляющиеся красные коллоиды, средний размер частиц которых составляет 50 нм, спектры поглощения характеризуются интенсивной полосой с максимумом при 600 нм. Данные рис. 10 иллюстрируют фотохимическую трансформацию. Одновременно примерно в 2,5 раза возрастает активность раствора как активатора химического осаждения меди, приближаясь к активности Pd-Sn-активатора (3,2 и 3,5 мкм/ч, соответственно).

Зависимость скорости меднения от предварительного облучения медного коллоида носит экстремальный характер (табл. 8). По мере увеличения времени экспонирования скорость металлизации сначала увеличивается за счет образования монодисперсной формы, а затем снижается за счет процессов окисления сформированных при облучении «активных» коллоидных частиц меди кислородом воздуха. Полученные значения скорости металлизации сопоставимы с реализуемыми при использовании палладиевых активаторов. Полученные данные указывают на целесообразность стадии экспонирования УФ светом коллоидных слоев меди в процессе химической металлизации диэлектриков.

Установлено, что ЭГ коллоиды обладают рядом преимуществ перед глицериновыми при использовании их в качестве активирующих систем в процессе химической металлизации. Так, применение ЭГ коллоида значительно Таблица 8. Зависимость скорости меднения диэлектрических материалов от времени экспонирования слоя коллоидной меди нефильтрованным светом (время проявления в медном физическом проявителе (МФП) 30 мин) Время Скорость Толщина слоя Материал экспонирования, металлизации, меди, мкм мин мкм/ч СТЭК-1.5 – 1,60 3,2 1,82 3,5 2,50 5,10 2,35 4,Полиэфирное – 0,32 0,полотно 2 0,72 1,5 1,25 2,10 0,95 1,20 0,12 0,улучшает смачиваемость поверхности диэлектрика, резко сокращает время сушки слоя коллоидной меди (30 мин на воздухе), в 4 раза уменьшает индукционный период, характеризующий начало металлизации (5 мин) и в 2 раза время проявления в растворах МФП (30 мин).

Немаловажным для практического использования медных коллоидов является возможность их регенерации путем добавления щелочного раствора NaBH4. При этом каждая последующая регенерация восстанавливает снижающуюся в результате окисления первоначальную степень активности коллоида в процессе металлизации.

Основные результаты и выводы работы:

1. Разработаны оригинальные методики фотохимического получения стабильных частиц меди, серебра и золота в виде нанофазных покрытий на поверхности кварца, диоксида титана, микросфер полимеров, стеклосфер и объемных дисперсий в пористых неорганических и органических материалах, в жидких средах и в объеме синтетических латексов.

2. Выявлены основные стадии фотохимического синтеза частиц меди, серебра и золота. Показано, что возбуждение светом в области полос переноса заряда лигандметалл комплексных соединений элементов IВ группы приводит к эффективному одноэлектронному восстановлению центрального иона металла, которое при использовании акцептирующих матриц, способных выполнять функцию «вторичного» восстановителя интермедиатов, завершается образованием стабильных частиц металлов с узким распределением по размерам. Промежуточными продуктами фотолиза являются малоатомные кластеры, а также метастабильные частицы. Образование и рост наночастиц протекает путем фотостимулированного восстановления на их поверхности ионов Cu(I), Ag(I) и Au(I) из объема фотолита. Устойчивый рост кластеров наблюдается при интенсивности света выше пороговой величины (~1015 квант/см2 с) в тонком слое фотолита (1 мм). Растворенный кислород, исходные комплексы Cu(II) и Au(III) способствуют окислению кластеров, а их стабилизация достигается путем фотостимулированной адсорбции на поверхности носителя (кварц, диоксид титана) и путем увеличения вязкости фотолита. УФ возбуждение стимулирует процессы одноэлектронного восстановления комплексов Cu(II), Ag(I) и Au(III), промежуточных форм Cu(I) и Au(I), а также процессы адсорбции и роста метастабильных кластеров. При высоких интенсивностях света проявляется эффект фотофрагментации агрегатов и больших частиц, что позволяет получать монодисперсные формы коллоидов.

3. Показано, что для стабилизации фотогенерируемых частиц металлов может использоваться метод матричного изолирования, а в качестве рабочих матриц могут применяться: граница раздела фаз жидкость-твердое тело, мембраны, высоковязкие жидкие среды, пористые кремнеземные стекла. Сочетание методик фотохимического синтеза и матричного изолирования позволяет исключить применение химических стабилизаторов, изменяющих донорно-акцепторные свойства и подавляющих каталитическую активность наночастиц.

4. Установлено, что фотоосаждение покрытий меди, серебра и золота на поверхности кварца и диоксида титана на начальных стадиях хорошо описывается механизмом Фольмера-Вебера. Формирование покрытий сопровождается кристаллизацией частиц с образованием зерен металла, характеризующихся гексагонально-симметричной дифракцией по точкам (111), (200), (220) и (311).

Постоянные решеток и энергии связи 3d5/2 и 4f7/2 электронов в частицах серебра и золота диаметром 20-30 нм соответствуют значениям массивных образцов металлов.

5. Предложены экспериментальные модели механизма роста и способы регулирования дисперсного состава частиц меди, серебра и золота, которые могут использоваться для направленного фотохимического синтеза нанофазных материалов. Основными факторами, определяющими скорость роста и дисперсный состав коллоидов, являются интенсивность, энергия света, концентрация и природа исходного комплексного соединения, жесткость матрицы. Изменение этих параметров позволяет варьировать средний диаметр частиц в диапазоне от 4 до 50 нм. В пористых материалах размер частиц определяется диаметром полостей.

6. Экспериментально обоснован механизм фотографического эффекта в слоях на основе тетра-н-бутоксида титана(IV). Установлено, что облучение в области собственного поглощения пленки тетра-н-бутоксида титана(IV) (возб < 300 нм) вызывает локальный гидролиз, сопровождающийся сшивкой с поверхностью кремнеземной основы. Промежуточными стадиями процесса являются:

фотовосстановление Ti(IV) до Ti(III), ассоциативный гидролиз алкоксида титана(III), сопровождающийся перестройкой тетраэдрических форм в октаэдрические, окисление Ti(III) до Ti(IV) молекулярным кислородом, которое в случае тетраэдрических форм титана (III) включает образование неустойчивого супероксида. Фотолиз УФ светом тетра-н-бутоксида титана(IV) в инертной атмосфере приводит к образованию покрытий, содержание диоксида титана в которых превышает 80%.

7. Впервые проведено систематическое изучение кинетики фотопревращений комплексных соединений серебра и золота в присутствии микросфер полистирола и полиметилметакрилата. Показано, что размер частиц металла и степень заполнения ими поверхности микросфер полимера определяется концентрацией привитых функциональных карбоксильных групп и степенью гидрофилизации поверхности полимера поливинилпирролидоном. Разработан принципиально новый способ получения сплошных слоев серебра и золота толщиной 100-150 нм на поверхности микросфер полимеров, основанный на двухстадийном фотохимическом /химическом восстановлении. Сформированные в течение «фотохимической» стадии на поверхности микросфер кластеры металла, выполняют функции центров роста наночастиц на «химической» стадии.

8. Установлено, что фотоиммобилизация наночастиц серебра и золота в эластомерные пленки промышленных бутилакрилатного и бутадиенстирольного латексов позволяет улучшить их деформационно-прочностные характеристики: прочность на разрыв в 2,5-5 раз, относительное удлинение в 1,5 раза, повысить температуру начала термодеструкции на 40 оС.

9. Впервые установлен эффект фототрансформации полидисперсных химически полученных медных коллоидов в монодисперсные формы, активность которых в процессах химического меднения в 4 раза превышает таковую для необлученных аналогов. Разработан состав для получения стабильных в течение 1 месяца высококонцентрированных (3,7 г/л) медных коллоидов, активность которых в реакциях химического меднения диэлектриков (полиэфирное полотно и стеклотекстолит) не уступает традиционным Pd-Sn-активаторам.

10. Разработан новый способ получения композитных материалов Ag/TiO2 и Au/TiO2, основанный на прямом экспонировании слоев тетра-н-бутоксида титана(IV) контактирующих с растворами соединений серебра и золота.

11. Разработан принципиально новый способ селективной металлизации диэлектриков путем прямого фотоинициированного осаждения металла из растворов никелирования, контактирующих с твердым носителем. Разработаны оригинальные позитивные способы металлизации поверхности диэлектриков, основанные на пассивации слоев тетра-н-бутоксида титана(IV) под действием УФ излучения в области собственного поглощения. Выполненные разработки содержат новые решения актуальных задач технологии металлизации диэлектриков: упрощение процесса, исключение благородных металлов, повышение адгезии металлопокрытий.

Основные результаты диссертации изложены в следующих публикациях:

1. Логинов А. В., Алексеева Л. В., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б., Шагисултанова Г. А. Стабильные медные металлические коллоиды: получение, фотохимические и каталитические свойства. // Журнал прикладной химии. – 1994. – Т. – 67. – N 5. – С. 803-808. (0,75 п.л./0,15 п.л.) 2. Логинов А. В., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотостимулированное образование сульфидов переходных металлов в бинарных системах: комплекс – тиоацетамид / Материалы конференции «Петербургские встречи – 98». «Химия и применение фосфор-, сера- и кремнийорганических соединений». СПб. – 1998. – С. 234. (0,13 п.л./0,05 п.л.) 3. Boitsova T. B., Loginov A. V., Gorbunova V. V. Role of solvent in the process of photochemical preparation of colloidal gold particles / Book of Abstracts of International Conference “The Problems of Solvation and Complex Formation in Solutions”. Ivanovo, Russia. – 1998. – P. 362. (0,13 п.л./0,05 п.л.) 4. Boitsova T. B., Loginov A. V., Gorbunova V. V. Photochemical Synthesis of Bimetallic Colloidal Films on Quartz / Book of Abstracts of 2-nd International Conference "Chemistry of Highly-Organised Substances and Scientific Principles of Nanotechnology". St.-Petersburg, Russia. – 1998. – P. 185. (0,13 п.л./0,05 п.л.) 5. Loginov A. V., Boitsova T. B., Gorbunova V. V. Photochemical synthesis of colloidal metals // Macromolecular Symposium. – 1998. – V. 136. – P. 103-107.

(0,31 п.л./0,10 п.л.) 6. Polyakova V. V., Loginov A. V., Gorbunova V. V., Boitsova T. B.

Photochemical preparation of Pd colloids in different matrices / Book of Abstracts of the Fifth International Conference on Solar Energy and Applied Photochemistry (SOLAR ’99). Cairo. Egypt. – 1999. – P48 (0,13 п.л./0,03 п.л.) 7. Бойцова Т. Б., Логинов А. В., Горбунова В. В., Иванова Н. И.

Фотохимическое получение биметаллических Ag-Cu коллоидов на кварце. // Журнал физической химии. – 1999. – Т. 73. – N 6. – С. 1127-1128. (0,25 п.л./0,п.л.) 8. Бойцова Т. Б., Логинов А. В., Горбунова В. В. Кинетические особенности и механизм фотохимического образования коллоидных металлов / Материалы XIX Всероссийского Чугаевского совещания по химии координационных соединений. Иваново. – 1999. – С. 350. (0,13 п.л./0,05 п.л.) 9. Полякова В. В., Орлова Р. В., Кроль И. М., Горбунова В. В., Бойцова Т.

Б. Фотохимический синтез металлических коллоидов из комплексов переходных металлов / Материалы I Всероссийской конференции «Химия поверхности и нанотехнология». Хилово. – 1999. – С. 82-83. (0,25 п.л./0,05 п.л.) 10. Бойцова Т. Б., Логинов А. В., Горбунова В. В. Фотохимическое образование нанофазных пленок золота на кварце. // Неорганические материалы. – 1999. – Т. 35. – N 12. – С. 1449-1454. (0,75 п.л./0,25 п.л.) 11. Бойцова Т. Б., Логинов А. В., Горбунова В. В. Дисперсии коллоидов меди, серебра и золота в твердых пористых и полимерных матрицах // Журнал общей химии. 1999. Т. 69. Вып. 12. С. 1937-1943. (0,88 п.л./0,30 п.л.) 12. Бойцова Т. Б., Логинов А. В., Горбунова В. В. Фотохимическое получение биметаллических Au-Ag коллоидов на кварце. // Неорганические материалы. 2000. Т. 36. N 6. С.686-689. (0,50 п.л./0,17 п.л.) 13. Горбунова В. В., Логинов А. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический синтез каталитически активных коллоидов переходных металлов / Материалы II Всероссийского научного совещания «Высокоорганизованные каталитические системы». Москва. – 2000. – С. 198. (0,06 п.л./0,02 п.л.) 14. Бурак Е. Г., Зенина Е. В., Шульга Н. А., Бойцова Т. Б. Фотохимический метод синтеза металлических коллоидов и нанофазных материалов на их основе / Материалы XIV Международной конференции молодых ученых по химии и химической технологии «МКХТ-2000». Москва. – 2000. – С. 142. (0,п.л./0,02 п.л.) 15. Волкова Е. И., Зелезинский А. Л., Бойцова Т. Б., Горбунова В. В.

Влияние природы комплекса на фотоинициированное образование ультрадисперсных частиц платины / Материалы XVII Международного Черняевского совещания по химии, анализу и технологии платиновых металлов. Москва. – 2001. – С. 53. (0,06 п.л./0,02 п.л.) 16. Бойцова Т. Б., Волкова Е.И., Горбунова В. В., Зелезинский А. Л., Зенина Е. В. Методы регулирования дисперсного состава наноструктур переходных металлов / Материалы III Международной конференции «Химия высокоорганизованных веществ и научные основы нанотехнологии» Петергоф, СПб. – 2001. – C. 94-96. (0,38 п.л./0,08 п.л.) 17. Бойцова Т. Б., Горбунова В. В., Воронин Ю. М. Коллоидный палладий:

фотохимический синтез и оптические свойства // Оптический журнал. – 2001. – Т. 68. – N 10. – С. 81-86. (0,75 п.л./0,25 п.л.) 18. Бойцова Т. Б., Горбунова В. В., Волкова Е. И. Фотохимический метод регулирования дисперсного состава наноструктур переходных металлов // Журнал общей химии. – 2002. – Т. 72. – Вып. 4. – С. 688-703. (2,0 п.л./0,7 п.л.) 19. Loginov A. V., Boitsova T. B., Gorbunova V. V. Photochemical synthesis and properties of colloidal copper, silver and gold adsorbed on quartz // Journal of Nanoparticle Research. – 2002. – V. 4. – N 3. – P. 193-205. (1,63 п.л./0,54 п.л.) 20. Санатин Е. М., Левечева Н. В., Савина Ю. В., Волкова Е. И., Бойцова Т.

Б., Горбунова В. В. Модификация синтетических латексов коллоидным серебром // Журнал прикладной химии. – 2003. – Т. 76. – Вып. 2. – C. 313-316.

(0,5 п.л./0,08 п.л.) 21. Бойцова Т. Б., Волкова Е. И., Горбунова В. В., Петрий Н. А., Смирнова Н. В., Суконцева М. П. Фотохимическое получение имплантированных в полимерные матрицы коллоидов переходных металлов / Материалы II Международной конференции по коллоидной химии и физико-химической механике «Коллоид-2003». Минск. Беларусь. – 2003. – С. 34. (0,13 п.л./0,02 п.л.) 22. Смирнова Н. В., Бойцова Т. Б., Горбунова В. В., Волкова Е. И.

Фотохимическое получение наноразмерных частиц никеля. Каталитические свойства // Журнал общей химии. – 2004. – Т. 74. – Вып. 3. – С. 368-371. (0,п.л./0,13 п.л.) 23. Волкова Е. И., Горбунова В. В., Суконцева М. П., Бойцова Т. Б.

Фотохимическое получение имплантированных в полимерные матрицы коллоидов переходных металлов / Материалы IV Международной конференции «Химия высокоорганизованных веществ и научные основы нанотехнологии».

Петергоф, СПб. – 2004. – С. 40. (0,06 п.л./0,02 п.л.) 24. Волкова Е. И., Суконцева М. П., Бойцова Т. Б., Горбунова В. В.

Фотохимический метод получения гибридных материалов на основе латексов и наночастиц серебра / Материалы конференции «Наноразмерные системы:

электронное, атомное строение и свойства», «Нансис-2004». Киев, Украина. – 2004. – С1-1. (0,06 п.л./0,02 п.л.) 25. Issaeva E. I., Kim M. Yu., Svistunova O. B., Gorbunova V. V., Boitsova T.

B. Properties of elastomeric nanocomposites modified by transition metal particles / Book of Abstracts International Conference “Physical-chemical foundation of high technologies of the XXIst century”. Moscow, Russia. – 2005. – P. 139. (0.п.л./0,01 п.л.) 26. Исаева Е. И., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б., Суконцева М. П., Меньшикова А. Ю., Скуркис Ю. О. Фотохимический синтез наночастиц серебра на поверхности глобул полистирола // Журнал общей химии. – 2005. – Т. 75. – Вып. 9. – С. 1412-1417. (0,75 п.л./0,13 п.л.) 27. Исаева Е. И., Горбунова В. В., Щукарев А. В., Сиротинкин Н. В., Бойцова Т. Б. Исследование процессов фотохимического образования наночастиц серебра в эластомерных пленках // Журнал общей химии. – 2006. – Т. 76. – Вып. 5. – С. 723-729. (0,88 п.л./0,18 п.л.) 28. Исаева Е. И., Бойцова Т. Б., Горбунова В. В. Фотохимический синтез наночастиц золота в латексах // Журнал прикладной химии. – 2006. – Т. 79. - Вып.4. – С. 683-685. (0,38 п.л./0,13 п.л.) 29. Boitsova T. B., Issaeva E. I., Kim M. Yu., Roslov I. I., Gorbunova V. V.

Photochemical synthesis and properties of latex/metal particles hybrid materials / Book of Abstracts of Topical Meeting of the European Ceramic Society “Structural Chemistry of Partially Ordered Systems and Nanocomposites” St.Petersburg, Russia.

– 2006. – P. 21. (0,13 п.л./0,03 п.л.) 30. Smirnova N. V., Boitsova T. B., Gorbunova V. V., Alekseeva L. V., Pronin V. P., Kon’uhov G. S. Nickel films: nonselective and selective photochemical deposition and properties. // Thin Solid Films. – 2006. – N 513. – P. 25-30. (0,75 п.л./0,п.л.) 31. Исаева Е. И., Ким М. Ю., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б.

Фотохимический синтез наночастиц золота в водных дисперсиях карбоксилированного полистирола // Журнал общей химии. – 2007. – Т. 77. – Вып. 5. – С. 710-716. (0,88 п.л./0,22 п.л.) 32. Исаева Е. И., Свистунова О. Б., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б.

Фотохимический синтез наночастиц золота в эластомерных пленках полибутилакрилатного латекса // Журнал общей химии. – 2007. – Т. 77. – Вып.

12. – С. 1968-1971. (0,5 п.л./0,13 п.л.) 33. Свистунова О. Б., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический синтез наночастиц золота в эластомерных пленках полибутилакрилатного латекса / Материалы 5-ой Курчатовской молодежной научной школы. Москва.

– 2007. – С. 139. (0,13 п.л./0,04 п.л.) 34. Рослов И. И., Лифанова Е. А., Шаповал Л. В., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический способ металлизации диэлектриков / Материалы XX Всероссийского совещания по температуроустойчивым функциональным покрытиям. СПб. – 2007. – С. 31-32. (0,25 п.л./0,05 п.л.) 35. Свистунова О. Б., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимическое получение имплантированных в полимерные матрицы наночастиц золота / Материалы XX Всероссийского совещания по температуроустойчивым функциональным покрытиям. СПб. 2007. С. 32-33. (0,25 п.л./0,08 п.л.) 36. Roslov I. I., Boitsova T. B., Bartak D. Photochemical synthesis silver/titanium butoxide(IV) composites / Book of Abstracts of 235th ACS National Meeting, USA, New Orleans, LA. – 2008. (0,13 п.л./0,04 п.л.) 37. Menshikova A. Yu., Evseeva T. G., Issaeva E. I., Gorbunova V. V., Boitsova T. B. Plating of Gold Nanoparticles on the Surface of Polymeric Microspheres / Book of Abstracts of 22nd Conference of the European Colloid and Interface Society & COST D43 Workshop: Colloid and Surface Science for Nanotechnology, Poland, Cracow. – 2008. – Р. 342. (0,13 п.л./0,03 п.л.) 38. Свистунова О. Б., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Флуоресценция микросфер полистирола при фотохимическом синтезе наночастиц золота // Оптика и спектроскопия. – 2009. – Т. 106. – N 1. – С. 72-76. (0,63 п.л./0,21 п.л.) 39. Рослов И. И., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический метод осаждения серебра на модифицированную полибутоксититаном поверхность кварца. // Журнал общей химии. – 2009. – Т. 79. – Вып. 4. – С. 547-552. (0,п.л./0,25 п.л.) 40. Рослов И. И., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический метод осаждения частиц меди, серебра и золота на модифицированную бутоксититаном поверхность кварца / Материалы Международной конференции «Основные тенденции развития химии в начале XXI-го века» СПб. – 2009. – С.189. (0,13 п.л./0,04 п.л.) 41. Шаповал Л. В., Свистунова О. Б., Лифанова Е. А., Исаева Е. И., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический способ получения наноразмерных композитных материалов со структурой «диэлектрическое ядро-металлическая оболочка» / Материалы Международной конференции «Основные тенденции развития химии в начале XXI-го века» СПб. – 2009. – С.

190. (0,13 п.л./0,02 п.л.) 42. Лифанова Е. А., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический синтез нанофазных пленок палладия на кварце // Журнал прикладной химии. – 2009. – Т. 82. – Вып. 5. – С. 859-862. (0,5 п.л./0,17 п.л.) 43. Бойцова Т. Б., Горбунова В. В., Щукарев А. В. Метод регулирования размера фотохимически осажденных на кварце частиц серебра // Журнал общей химии. – 2009. – Т. 79. – Вып. 5. – С. 705-709. (0,5 п.л./0,17 п.л.) 44. Шаповал Л. В., Горбунова В. В., Сенкевич С. В., Сиротинкин Н. В.

Бойцова Т. Б. Осаждение серебряных покрытий на поверхность микросфер натрийборосиликатного стекла // Журнал прикладной химии. – 2009. – Т. 82. – N 11. – С.1770-1774. (0,63 п.л./0,13 п.л.) 45. Бойцова Т. Б., Горбунова В. В. Способы получения наноразмерных систем (учебно-методическое пособие). СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2009. – 86 с. (5,38 п.л./2,69 п.л.) 46. Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Лабораторные методы исследования наноразмерных частиц (учебно-методическое пособие). СПб.: Изд-во РГПУ им.

А. И. Герцена, 2009. – 34 с. (2,13 п.л./1,07 п.л.) 47. Исаева Е.И. Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический синтез наночастиц меди в водных дисперсиях полистирола // Журнал общей химии. – 2009. – Т. 79. – Вып. 11. – С. 1761-1765. (0,63 п.л./0,21 п.л.) 48. Рослов И. И., Горбунова В. В., Бойцова Т. Б. Фотохимический метод осаждения частиц меди на модифицированную полибутоксититаном поверхность кварца. // Журнал общей химии. – 2009. – Т. 79. – Вып. 12. – С.

1958–1964. (0,88 п.л./0,29 п.л.) 49. Меньшикова А. Ю., Бойцова Т. Б., Шевченко Н. Н., Шабсельс Б. М., Евсеева Т. Г., Исаева Е. И., Горбунова В. В. Модификация поверхности полимерных микросфер наночастицами золота // Российские нанотехнологии. – 2009. – Т. 4. – Вып. 11-12. – С. 841-850. (1,25 п.л./0,18 п.л.) 50. Boitsova T., Roslov I., Bartak D. Precipitation of gold nanoparticles on the quartz surface modified by titanium(IV) butoxide // Journal of Nanoparticle Research. – 2010. On-line версия: http://www.springerlink.com/openurl.asp?genre= article&id=doi:10.1007/s11051-009-9719-






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.