WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

БАБАЙЛОВ Сергей Павлович

МОЛЕКУЛЯРНОЕ СТРОЕНИЕ И ПРОЦЕССЫ ХИМИЧЕСКОГО ОБМЕНА В КООРДИНАЦИОННЫХ СОЕДИНЕНИЯХ d- И 4f-ЭЛЕМЕНТОВ В РАСТВОРАХ ПО ДАННЫМ ЯМР

02.00.04 – физическая химия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора химических наук

Новосибирск – 2008

Работа выполнена в Институте неорганической химии им. А. В. Николаева Сибирского отделения Российской академии наук

Официальные оппоненты:

доктор химических наук, профессор Владимир Кириллович Воронов ГОУ ВПО «Иркутский государственный технический университет» доктор химических наук, профессор Алексей Васильевич Ткачев Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова СО РАН доктор химических наук Александр Григорьевич Степанов Институт катализа им. Г. К. Борескова СО РАН

Ведущая организация:

ГОУ ВПО «Кубанский государственный университет», г. Краснодар

Защита состоится июня 2008 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета Д 003.051.в Институте неорганической химии им. А. В. Николаева СО РАН по адресу: просп. Акад. Лаврентьева, 3, Новосибирск, 6300

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института неорганической химии им. А. В. Николаева СО РАН

Автореферат разослан мая 2008 г.

Ученый секретарь диссертационного совета доктор физико-математических наук В.А. Надолинный

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. Процессы химического обмена и информация о молекулярном строении координационных соединений редкоземельных и переходных элементов в растворах лежат в основе существующих технологий получения фоторезистов в микроэлектронике, препаратов для фотодинамической терапии, контрастных реагентов для магниторезонансной томографии, синтетических моделей для природных ионофоров и сенсоров для биологии и медицины. Исследование лантанид-индуцированных сдвигов в спектрах ядерного магнитного резонанса (ЯМР) на ядрах лигандов позволяет получать качественную и количественную информацию о молекулярном строении комплексов лантанидов в растворе, а также о процессах химического обмена координационных соединений лантанидов с макроциклическими комплексообразующими реагентами – порфиринами и макроциклическими полиэфирами. Анализ данных по химическим сдвигам в спектрах ЯМР и константам межъядерного спин-спинового взаимодействия позволяет решать стереохимические задачи в области химии координационных соединений, в частности для диамагнитных комплексов никеля, палладия и осмия. Интерес к изучению данных соединений связан с тем, что они могут использоваться в качестве модельных систем перспективных катализаторов для синтеза веществ с оптически активными центрами. ЯМР-спектроскопическое определение молекулярного строения диамагнитных координационных соединений Os, Ni и Pd в растворах является существенным для решения фундаментальных проблем физической химии соединений данного класса, их устойчивости и реакционной способности.

К числу актуальных направлений эффективного использования ЯМР относится изучение механизмов фотопроцессов. Необратимые фотопроцессы в диамагнитных системах исследованы в работах Р.З. Сагдеева, Ю.Н. Молина, Т.В. Лешиной и др., вместе с тем процессы темнового химического обмена в парамагнитных соединениях лантанидов и процессы фотоиндуцированного химического обмена в диамагнитных веществах в фотостационарных условиях недостаточно изучены с применением методик ЯМР. Анализ возможности применения методик ЯМР для исследования кинетики фотоиндуцированного химического обмена в диамагнитных системах в фотостационарных условиях, а также для изучения химического обмена в парамагнитных комплексах лантанидов является одной из актуальных задач данного исследования, перспективность которого, в частности, связана с поиском новых фотохромных систем (органических и неорганических) и подходов для решения проблем восприятия оптической информации, в том числе в живых системах.

Методические основания настоящего исследования применительно к парамагнитным комплексам лантанидов (Ln) базируются на анализе лантанид-индуцированных сдвигов (ЛИС) для получения информации о молекулярном строении комплексов в растворе путем компьютерного моделирования, методики которого аналогичны методическим приемам, использованным Дж. Г. Бунзли, И. Бертини, В.К. Вороновым, В.Т. Панюшкиным для изучения иного типа комплексов Ln. Другой, полностью независимый подход к решению проблем данной работы, основан на использовании методов релаксационной спектроскопии ЯМР (PC ЯМР), впервые разработанных для изучения структуры парамагнитных комплексов 3d-элементов в трудах К.И. Замараева, Ю.Н.

Молина, А.Г. Степанова и др. Актуальность предлагаемого исследования обусловлена совместным применением методик анализа лантанидиндуцированных сдвигов в спектрах ЯМР и релаксационной спектроскопии ЯМР на ядрах лигандов для решения задач определения молекулярного строения и кинетики процессов внутримолекулярного химического обмена, протекающих в парамагнитных комплексах лантанидов с 18-членными макроциклическими полиэфирами и порфиринами.

Цели и задачи работы:

– исследование возможности применения таких методик динамического ЯМР, как анализ формы сигнала и гомоядерного двойного резонанса, для изучения кинетики процессов химического обмена (ХО) в парамагнитных соединениях лантанидов в темновых условиях, а также для оценки эффективных констант скоростей и квантового выхода процессов фотоиндуцированного химического обмена (ФИХО) в молекулах диамагнитных веществ в фотостационарных условиях;

– экспериментальное определение методами ЯМР-спектроскопии параметров внутримолекулярной динамики комплексов лантанидов с 18-членными макроциклическими полиэфирами (МЦПЭ) и порфиринами в растворе, а также изучение зависимости пространственной структуры этих комплексов от атомного номера катиона лантанида;

– определение возможности комбинированного исследования структуры кинетически стабильных комплексов лантанидов по данным парамагнитных лантанид-индуцированных сдвигов в спектрах ЯМР и лантанид-индуцированных увеличений скоростей спин-решеточной релаксации на ядрах лигандов;

– оценка значений активационных параметров вырожденных процессов внутримолекулярной динамики макроциклических полиэфиров и порфиринов в комплексах с катионами лантанидов путем анализа формы сигнала (с учетом температурной зависимости лантанид индуцированных химических сдвигов) и с помощью гомоядерного двойного резонанса;

– определение структуры ряда диамагнитных трехъядерных карбонильных кластеров осмия, а также ряда комплексов никеля и палладия с 1,2-гидроксиламинооксимами в растворах.

Научная новизна. Впервые предложен комбинированный метод анализа структуры парамагнитных комплексов лантанидов по данным лантанид-индуцированных сдвигов в спектрах ЯМР и лантанидиндуцированных увеличений скоростей спин-решеточной релаксации.

Детально исследована пространственная структура молекул ряда комплексных соединений лантанидов (Ln = La, Pr, Ce, Nd, Eu, Gd, Ho, Er, Yb, Dy и Lu) с макроциклическими полиэфирами 18-краун-6, диаза-18краун 6 и порфиринами в растворах. Обнаружено, что при взаимодействии 18-краун-6 со смесью комплексов трис--дикетонатов лантанидов в таких растворителях, как хлороформ, хлористый метилен, бензол или толуол, могут формироваться ионные пары (ИП) [LnLiL'(2-i) (18-краун-6)]+[LnLjL'(4-j)]–, катионный фрагмент которых является кинетически стабильным (в шкале времени ЯМР), где L– анионы пивалоилтрифторацетонато (ПТА), а L'– гептафтордиметилоктандионато или гексафторацетилацетонато (ГФА), причем i= 0, 1, 2, а j= 0, 1, 2, 3, 4.

Впервые экспериментально обнаружены два типа внутримолекулярных динамических процессов (псевдовращение и инверсия молекул макроциклов) и определены значения активационных параметров этих динамических процессов в комплексах 18-членных макроциклических полиэфиров с катионами лантанидов. Определены активационные параметры внутримолекулярного вращения фенильных фрагментов в сэндвичевых комплексах лантанидов с порфиринами. Установлено, что увеличение энтальпии активации внутримолекулярного вращения фенильных колец в комплексах [LnH(oep)(tpp)] с ростом атомного номера катиона лантанида связано с незначительным уменьшением межплоскостного расстояния между молекулами порфиринов и обусловлено эффектом лантанидного сжатия, где (oep)– октаэтилпорфирин, (tpp)– тетрафенилпорфирин.

Предложено применение ЯМР и определена возможность использования этого метода для изучения кинетики процессов фотоиндуцированного химического обмена в растворах диамагнитных веществ в фотостационарных условиях.

Практическая значимость работы. Получена информация о строении ряда парамагнитных разнолигандных комплексов лантанидов в растворе. Обнаружена внутримолекулярная конформационная динамика комплексов лантанидов с 18-членными макроциклическими полиэфирами и порфиринами и определены значения активационных параметров этой динамики. Предложенный комбинированный метод анализа строения парамагнитных комплексов лантанидов по данным лантанид-индуцированных сдвигов и увеличений скоростей спинрешеточной релаксации может быть использован для любого класса парамагнитных комплексов лантанидов. Этот метод может рассматриваться как независимый по отношению к известным методам определения молекулярной структуры веществ в растворе. Он апробирован как для кинетически стабильных, так и для нестабильных парамагнитных комплексов лантанидов при наличии внутримолекулярной динамики.

Экспериментально найденные значения констант скоростей и активационных параметров процессов взаимопревращения энантиомеров комплексов нитратных солей лантанидов цериевой подгруппы с МЦПЭ 18-краун-6 и диаза-18-краун-6 могут служить для химиков-синтетиков ориентиром в проблеме селективного выделения энантиомеров в родственных химических соединениях.

На защиту выносятся:

– методика комбинированного анализа строения парамагнитных комплексов лантанидов по данным лантанид-индуцированных сдвигов в спектрах ЯМР и лантанид-индуцированных увеличений скоростей спин-решеточной релаксации (при наличии внутримолекулярной динамики);

– экспериментальное доказательство стехиометрического состава комплексных ионных пар [Ln(ПТА)2(18-краун-6)]+[Ln(ПТА)4]– и обнаружение монотонного изменения структуры в зависимости от атомного номера лантанида в кинетически стабильных комплексных катионах [Ln(ПТА)2(18-краун-6)]+;

– экспериментальное обнаружение двух типов внутримолекулярных динамических процессов в комплексах лантанидов с 18-членными макроциклическими полиэфирами и процесса внутримолекулярного вращения фенильных колец в комплексах [LnH(oep)(tpp)] (результаты, полученые путем изучения температурного изменения формы сигналов ЯМР, а также интегральных интенсивностей сигналов в условиях переноса спинового насыщения при двойном гомоядерном резонансе);

– экспериментально найденное увеличение энтальпии активации внутримолекулярного вращения фенильных колец в комплексах [LnH(oep)(tpp)] с ростом атомного номера катиона лантанида (обусловленное эффектом лантанидного сжатия);

– эмпирическая закономерность, согласно которой обнаружение лантанид-индуцированных расщеплений сигналов диастереотопных атомов водорода молекул макроциклических лигандов в комплексах с катионами лантанидов является достаточным для иден тификации кинетически стабильных комплексов, имеющих в растворе структуру инклюзивного типа;

– в диамагнитных трехъядерных комплексах осмия, имеющих мостиковые гидридный атом водорода и группу -NH2, экспериментально обнаружено наличие вицинального спин-спинового взаимодействия с константой J 3 Гц между гидридным атомом водорода и протоном группы -NH2, ориентированном в транс- положение относительно плоскости Os-N-Os, при отсутствии вицинального спин-спинового взаимодействия с протоном этой же группы, ориентированном в цис- положение.

Апробация работы. Материалы работы были представлены, доложены и обсуждены на конкурсах-конференциях научных работ имени академика А.В. Николаева в ИНХ СО РАН (Новосибирск, 1985, 1989, 2001, 2002), 3-м, 5-м, 6-м Всесоюзных совещаниях "Спектроскопия координационных соединений" (Краснодар, 1984, 1988, 1990), 6-м Всесоюзном совещании "Химия неводных растворов неорганических и комплексных соединений" (Ростов на Дону, 1987), 16-м Чугаевском совещании "Химия комплексных соединений" (Красноярск, 1987), 9-м Всесоюзном совещании "Физические и математические методы в координационной химии" (Новосибирск, 1987), 9-м, 15-м и 17-м Симпозиумах по химической физике (Туапсе, 1997, 2003 и 2005), 9-й Международной Амперовской школе по магнитному резонансу (Новосибирск, 1987), 26-м Международном коллоквиуме по спектроскопии (София, 1989), 27-м, 28-м и 31-м Амперовских конгрессах по магнитному резонансу и связанным явлениям (Казань, 1994, Кантербери, 19и Познань, 2002 {устный доклад}), Объединенной 29-й АМПЕР-овской и 13-й ИСМАР-овской Международной конференции по магнитному резонансу и связанным явлениям (Берлин, 1998) {устный доклад}, Объединенном межуниверситетском семинаре в Международном центре по магнитному резонансу (Флоренция, 1999) {устный доклад}, 15-й и 16-й Европейской конференции по экспериментальному ЯМР (Лейпциг, 2000 и Прага, 2002), НАТО-вской конференции по магнитному резонансу в коллоидах и на поверхности (Санкт-Петербург, 2001), Специализированном Амперовском коллоквиуме по ЭПР и твердотельному ЯМР в сильных магнитных полях (Штуттгарт, 2001), 26-м Европейском конгрессе по молекулярной спектроскопии (Вильнев Даск, 2002) {устный доклад}, 28-м Международном симпозиуме по химии макроциклов (Гданьск, 2003) {устный доклад}, Международном междисциплинарном симпозиуме «От Экспериментальной биологии к превентивной и интегративной медицине» (Судак, 2005), Специализированном АМПЕР-овском коллоквиуме и Гумбольдтовском симпозиуме «Улучшенные материалы, исследованные спектроскопическими и дифракционными методами» (Вильнюс, 2006), Минисимпозиуме «Координационная химия» в рамках 9-й Евразийской конференции по химическим наукам (Анталия, 2006) {устный доклад}.

Публикации. Результаты опубликованы в 65 работах. Из них 3 обзора (два в отечественных журналах и один в иностранном журнале), 8 статей в зарубежных реферируемых журналах, 18 статей в отечественных реферируемых журналах (список ВАК), 1 статья в тематическом сборнике, 1 тематический отчет (с госрегистрацией), а также 3 статьи в электронных журналах и 31 публикация в материалах конференций. Список основных публикаций приведен в конце автореферата.

Личный вклад соискателя. Все представленные в диссертации результаты получены самим автором, либо при его непосредственном участии, либо под его руководством. Автору принадлежит формулировка темы и задач работы. Он составлял план экспериментальных и теоретико-методических исследований, а также численных расчетов и внес существенный вклад в развитие методики комбинированного анализа строения парамагнитных комплексов лантанидов по данным лантанидиндуцированных сдвигов и увеличений скоростей спин-решеточной релаксации. Кроме того, автор активно участвовал в анализе и интерпретации полученных результатов, формулировке выводов и подготовке публикаций по теме диссертации.

Работа проводилась в соответствии с планами научных исследований ИНХ СО РАН и на отдельных этапах была поддержана следующими грантами (в которых автор выступал в качестве руководителя):

конкурса-экспертизы научных проектов молодых ученых РАН (19и 1999 гг.), РФФИ (96-03-33697, 98-03-42868, 00-03-33011, 04-03-32159) и Международного научного фонда (1992 г.).

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из списка использованных сокращений, введения, восьми глав, заключения, выводов, списка публикаций, списка цитируемой литературы и приложений.

Работа изложена на 293 страницах, включая 18 таблиц, 58 рисунков, 8 схем и 7 приложений. Список литературы состоит из 441 наименования.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, сформулированы цель и задачи исследований, раскрывается научная новизна, отмечена практическая значимость полученных результатов.

В первой главе (литературном обзоре) описано современное состояние ЯМР-спектроскопических методов исследования пространственной структуры и молекулярной динамики химических соединений в растворах. Более детально рассмотрены вопросы, связанные с особенностями применения методик ЯМР для парамагнитных координационных соединений лантанидов. Основное внимание уделено специфике комплексов лантанидов с макроциклическими полиэфирами и порфиринами в слабо полярных растворителях, хотя для сравнения рассмотрены комплексы с другими макроциклическими комплексными реагентами и нециклическими молекулами в водных и неводных растворах.

Описаны некоторые широко используемые ЯМР спектроскопические подходы при изучении молекулярной структуры диамагнитных координационных соединений осмия, никеля и палладия. В этой главе также проанализированы вопросы применения методик ЯМР для изучения кинетики обратимых и необратимых фото-индуцированных химических процессов в растворах.

Во второй главе охарактеризованы использованные в работе: спектрометры ЯМР, спектрофотометры УФ-видимого спектрального диапазона, а также экспериментальная установка по исследованию фотохимических реакций на базе спектрометра ЯМР и источников света (лазеров и ртутных ламп). Помимо этого описаны методики получения и анализа ЯМР-спектральных данных с целью определения стехиометрического состава и термодинамической устойчивости кинетически стабильных и лабильных парамагнитных комплексов лантанидов, а также описаны исходные комплексные соединения d- и 4f-элементов, органические реагенты.

Для определения изоструктурности ряда комплексов Ln использована следующая методика (предложенная и примененная на примере других соединений Ln в работах Дж. Петерса и др.). Общее выражение для ЛИС, которые представляют собой сумму пcевдоконтактных (PC), Фермиконтактных (FC) и диамагнитных ассоциативных (D) химических сдвигов (ХС), преобразуется к виду (1):

(* - D)/ = F + G.k(Ln)/, (1) где k(Ln)– константы Блини, *– экспериментальные ЛИС, = gJ(gJ - 1)J(J + 1), G = C.(3cos2 - 1)/r3 + C’.sin2.cos2/r3, F = (Ae/3kTNh).106.

Здесь А– константа сверхтонкого взаимодействия в энергетических единицах, J– квантовое число полного углового момента для основного состояния 4f электронов, gJ– фактор Ланде, ассоциированный с этим состоянием. Параметры и k(Ln) являются характеристиками катиона Ln и не зависят от лиганда, к которому этот катион координирован. Параметр F описывает относительное контактное взаимодействие между Ln и резонирующим ядром, т.е. этот параметр является, также как и параметр G, характеристикой каждого ядра исследуемого лиганда. Анализируется зависимость ЛИС (1) от парамагнитных свойств катиона Ln, причем критерием изоструктурности ряда комплексов Ln является линейность зависимости (* - D)/ от k(Ln)/, где G и F являются константами исследуемого ряда.

Методика определения эффективных расстояний между катионом Ln и i-м ядром лигандов (ri) методом PC ЯМР (2) основана на анализе парамагнитных дипольных лантанид-индуцированных увеличений скоростей спин-решеточной релаксации (Ri ):

ri/rj = ( Ri/Rj )-1/6 (2) Экспериментальное нахождение скоростей спин-решёточной релаксации на различных ядрах молекул проводилось с помощью известной инверсионновосстановительной последовательности «180°- -90°».

Определение значений констант скоростей динамических процессов в комплексах [Ln(NO3)3(18-краун-6)] и [Ln(NO3)3(диаза-18-краун-6)] осуществлено посредством исследования формы сигналов ЯМР (V() в выражении Ривса-Шоу (3)) в зависимости от температуры в рамках методики динамического ЯМР для случая эффективного многопозиционного обмена атомов водорода:

V ( )=Im -iC01(i2 En-i+R+X )-1P (3) ( ) Здесь и R – диагональные матрицы соответственно с элементами _ 1,…, n и T-121,…,T-12n; 1– вектор строка с n элементами, равными 1;

_ En – единичная матрица; P – вектор-столбец с элементами p1,..., pn, соответствующими заселенностям позиций. X – квадратная матрица обмена с элементами Хrr= – ksr и Xrs= ksr, где s относится ко всем позициям, s находящимся в прямом обмене с позицией r и krs– константа скорости первого порядка для прыжков из r в s. При этом учитывалось температурное изменение парамагнитной восприимчивости в рамках линейной аппроксимации зависимости от 1/T (где T– температура).

Оценка констант скоростей для двухпозиционного вырожденного химического обмена (АВ) в рамках методики переноса спинового насыщения (двойной резонанс Форсена-Хоффмана) проводилась посредством исследования интегральных интенсивностей сигналов в разностных спектрах ЯМР, используя следующее соотношение (4):

kАВ = 1/[T1A(veff(,B)/veff(,A)– 1)], (4) где veff(,B)– интегральная интенсивность наблюдаемого разностного сигнала в позиции В, которая насыщается вторичным радиочастотным (ВРЧ) полем, veff(,A)– интегральная интенсивность разностного сигнала в позиции A, которая остается без воздействия ВРЧ поля. Разностный сигнал – это разность между спектром, который был получен при насыщении сигнала В ВРЧ полем, и спектром без насыщения (причем время, в течение которого осуществлялось насыщение до момента записи, было значительно больше времени T1A).

Синтез исходных комплексных соединений был осуществлен А.Г. Кутсолелосом (комплексы Ln с порфиринами), Л.Д. Никулиной (трис--дикетонаты Ln, а также комплексы нитратных солей Ln с 18-краун-6 и диаза-18-краун-6), В.А. Максаковым, И.В. Словохотовой и др. (комплексы Os), С.В. Ларионовым и др. (комплексы Ni и Pd).

1 В третьей главе экспериментально исследованы методами Н, С ЯМР комплексы нитратов наиболее легких лантанидов (Ln= La, Pr и Nd) с МЦПЭ 18-краун-6 и диаза-18-краун-6 в диапазоне температур 180330K и концентраций 10–31,4.I0–2 моль/л.

В качестве исходной пространственно геометрической модели молекул комплексов [Ln(NO3)3(диаза-18-краун-6)] при анализе ЛИС в растворе использовали модель, основанную Сна полученных Т.М. Полянской данных РСА для кристаллов инклюзивных комплексов [La(NO3)3(18-краун-6)] (рис.1).

Из табл.1 видно, что рассчитанные в рамках модели и экспериментальные значения ЛИС хорошо согласуются друг с другом для всех атомов водорода комплексов [Ln(NO3)3(диаза-18-краун-6)] (при Т= 303K).

Полученные результаты Рис. 1. Молекулярная структура комплексов [Ln(NO3)3(18-краун-6)]; (- - - -) – условное анализа ЛИС свидетельствуют обозначение координационных связей.

о том, что использованная модель адекватно описывает молекулярное строение комплексов нитратных солей Pr и Nd с диаза-18-краун-6 в растворе. Молекулярная структура [Ln(NO3)3(диаза-18-краун-6)], по-видимому, подобна структуре [Lа(NO3)3(18-краун-6)] в кристаллической фазе. Как можно видеть псевдоконтактные вклады в ЛИС значительно больше по сравнению с Фермиконтактными для всех атомов водорода молекул диаза-18-краун-6, что согласуется с результатами других авторов, полученными в родственных координационных соединениях.

В табл.2 представлены экспериментально найденные значения лантанид-индуцированных увеличений скоростей спин-решеточной релаксации для различных атомов водорода молекулы МЦПЭ, а также определенные на их основе и полученные из модели значения структурных параметров комплексов [Ln(NO3)3(диаза-18-краун-6)]. Исследование проводилось в условиях быстрого взаимопревращения энантиомерных форм комплексов (рис. 2). Видно, что экспериментально определенные значения структурных параметров совпадают (в пределах погрешности определения) с параметрами модели. Таким образом, полученные методом PC ЯМР результаты взаимно согласуются с результатами анализа значений ЛИС, что свидетельствует о возможности использования методики РС ЯМР для независимого определения молекулярного строения парамагнитных комплексов Ln в растворе.

Т а б л и ц а Экспериментальные (э, м.д.)* и рассчитанные (р, м.д.)* парамагнитные вклады в ЛИС в парамагнитных [Ln(NO3)3(диаза–18–краун–6)] относительно диамагнитных [La(NO3)3(диаза–18–краун–6)] и расчетные значения Фермиконтактных вкладов в ЛИС (FC, м.д.)*; растворитель CD2Cl2, температура Т= 303K Коммен- тарий* Ln -NH -N -CH2- -O -CH2- a1, f1 a2, f2 b1,e1 b2,e2 c1,d1 c2,dPr э 28.5 17.9 13.4 2.5 -3.6 -13.1 -21.р 29.2 18.3 13.2 2.9 -3.4 -12.8 -22.FC -8.3 1.4 -0.5 -0.5 -1.0 1.2 0.Nd э 21.1 16.2 12.2 3.1 -0.5 -8.8 -14.р 20.3 15.8 12.3 2.7 -0.8 -9.1 -13.FC -12.7 2.1 -0.7 -0.8 -1.5 1.8 0.Кроме того, вполне возможно комбинированное исследование молекулярного строения на основе анализа парамагнитных ХС и увеличений скоростей спин-решеточной релаксации.

Методом ЯМР установлено, что внутримолекулярная динамика комплексов [Ln(NO3)3(диаза-18-краун-6)] обусловлена взаимопревращением энантиомерных форм комплексов, которое сопровождается изменением позиций (обозначены a1, a2,…, f2 на рис.2) атомов водорода.

Это проиллюстрировано на примере четырех атомов водорода молекулы МЦПЭ, обозначенных а1’, а2’, b1’ и b2’. Таким образом, внутримолеку- лярная динамика комплексов обуславливает эффективный попарный y y' (a2') f1 (a2') (a1') a2 f1(a1') (b1') ae1 f2 aa1 f2 eb2(b2') b(b1') be2 (b2') e2 bN N ddccO O x O O d1 c2 x' c2 dLn c2 ccLn ddcO O O O dbN dN beebba1 f2 eef2 aa2 ff1 aРис. 2. Взаимопревращение энантиомерных форм комплексов [Ln(NO3)3(диаза-18-краун-6)];

NO3 лиганды опущены для простоты; ось симметрии С2 перпендикулярна плоскости рисунка.

обмен атомов водорода между различными позициями (a1f1, a2f2,..., с2d2). Следствием внутримолекулярной динамики является то, что в условиях быстрой динамики, когда значения констант скоростей больше разности химических сдвигов обменивающихся протонов, наблюдается эффективное повышение симметрии спиновой системы, т.е.

Т а б л и ц а Лантанид-индуцированные увеличения скоростей спин-решеточной релаксации Ri, c–1 на атомах Н в комплексах [Ln(NO3)3(диаза–18–краун–6)] (растворитель CD2Cl2, Т= 303K) и отношения эффективных расстояний Ln–H, найденных из эксперимента (ri/rc1= (Ri/Rc1)–1/6) и рассчитанных в рамках модели Ln NH– –N–CH2– –O–CH2– a1, f1 a2, f2 b1,e1 b2,e c1,d1 c2,dPr Ri 56(16) 13(3) 11(2) 10(2) 10(2) 9(2) 9(2) ri/rc1 0.74(7) 0.95(6) 0.96(6) 0.98(6) 0.98(6) 1.00(6) 1.00(6) Nd Ri 330(90) 81(16) 70(14) 48(9) 47(9) 38(8) 43(8) ri/rc1 0.70(7) 0.88(5) 0.90(5) 0.96(6) 0.96(6) 1.0(6) 0.98(6) Мо- ri/rc1 0.76 0.921 0.928 0.956 0.926 1.0 0.9дель ri, 3.3 3.99 4.02 4.14 4.01 4.33 4.дополнительно появляется плоскость симметрии, проходящая через ось симметрии и атомы азота МЦПЭ. Найденное экспериментально значение ‡ энтальпии активации процесса равно H = 22±4 кДж/моль, что согласуется с имеющимися в литературе результатами оценки энергетических барьеров конформационных превращений свободных МЦПЭ.

Внутримолекулярная динамика комплексов [Ln(NO3)3(18-краун-6)] по сравнению с [Ln(NO3)3(диаза-18-краун-6)] имеет свои особенности, что установлено в результате ЯМР исследования эффективного 12-ти позици онного обмена атомов Н молекул 18-краун-6. Необходимо отметить, что динамическая система в комплексах [Ln(NO3)3(18-краун-6)] является вырожденной и характеризуется двенадцатью термодинамически эквивалентными структурными формами. Обнаружено два следующих типа внутримолекулярных динамических процессов. Первый тип процессов обусловлен взаимопревращением энантиомерных форм комплексов и псевдовращением молекулы 18-краун-6 относительно оси симметрии С‡ (энтальпия активации составляет H = 26±4 кДж/моль). Второй тип свя‡ зан с инверсией молекулы 18-краун-6 (H = 46±14 кДж/моль) комплексов.

В четвертой главе изложены результаты исследования термодинамической стабильности, молекулярного строения и внутримолекулярной динамики комплексных продуктов взаимодействия триспивалоилтрифторацетонатов лантанидов с МЦПЭ 18-краун-в зависимости от атомного номера катиона Ln.

Оказалось, что в случае наиболее легких лантанидов CHCH(Ln= La, Ce, Pr, Nd и Eu) при CH взаимодействии [Ln(ПТА)3(Н2О)2] с 18краун-6 в растворе формируются комплексные ионные пары [Ln(ПТА)2(18-краун6)]+. [Ln(ПТА)4]–.4Н2О. Причем катионные фрагменты ИП имеют структуру инклюзивного типа.

Для получения корРис. 3. 100 МГц 1Н ЯМР спектры смеси комплексов при различном соотношении концен- ректных значений структуртраций исходных веществ [Pr(ПТА)3(Н2О)2], ных параметров, характери[Pr(ГФА)3] и 18-краун-6, соответственно:

зующих эти комплексы, 3:1:2 (1); 1.33:2.66:2 (2); 2.66:1.33:2 (3); 1:3:2 (4).

необходимо было учесть межмолекулярные анионкатионные ЛИС в ИП. С целью решения этого вопроса, а также для анализа стехиометрии ИП, было проведено металлокатионное замещение и определены ХС в комплексах с парамагнитным катионным и диамагнитным анионным фрагментами ИП [Ln(ПТА)2(18-краун-6)]+.[La(ПТА)4]–. 1 4Н2О. Для этого методом Н и F ЯМР были исследованы смеси 18-краун-6 и исходных комплексов [La(ПТА)3(Н2О)2], а также [Ln(ПТА)3(Н2О)2] (при различном соотношении концентраций исходных комплексов La и Ln). В результате обнаружено, что значения межмолеку лярных парамагнитных ЛИС не превышают 3 м.д. и наиболее существенны для протонов МЦПЭ в комплексах Pr по сравнению с другими Ln.

Кроме того, стехиометрия ИП дополнительно была исследована с помощью лигандного замещения. При этом использовалось такое свойство катионных фрагментов, как их высокая кинетическая стабильность (отсутствие быстрого в шкале времени ЯМР обмена лигандов между катионным фрагментом ИП и другими комплексами, включая анионный фрагмент). Предположено, что в результате добавления к раствору исходной смеси [Ln(ПТА)3(Н2О)2] и 18-краун-6 таких комплексов, как [Pr(ГФА)3] установится термодинамическое равновесие в системе, имеющей следующие компоненты: [PrLiL'(3-i)], [PrLmL'(3-m)S], [Pr2LnL'(6-n)S], [PrLjL'(2S]+[PrLkL'(4-k)]– (где i= 03, m= 03, n= 06, j= 02, k= 04, L= ПТА, L'= j) ГФА, S= 18-краун-6). Как видно из рис.3, при различном соотношении концентраций выше указанных реагентов формируется лишь три кинетически стабильных катионных фрагмента различного состава [PrLjL'(2-j)S]+.

Аналогичные результаты были получены, когда вместо [Pr(ГФА)3] использовались комплексы [PrL'3], где L'= гептафтордиметилоктандионато (т.е. также формировался аналогичный набор разнолигандных комплексных соединений). Таким образом, можно сделать вывод о том, что только две молекулы хелатных анионов -дикетонов входят в состав катионных фрагментов ионных пар.

Методом PC ЯМР (табл.3) определены значения структурных параметров катионных фрагментов комплексов, предполагаемая структура Т а б л и ц а Структурные параметры в комплексных катионах [Ln(ПТА)2(18-краун-6)]+ в CDCl3 по данным релаксационной спектроскопии ЯМР * Ln reff(CH3)/reff(CH2) reff(CH2), Ce 4.3(3) 1.29(7) Pr 4.4(3) 1.26(7) Eu 4.5(3) 1.24(4) * В предположении о подобии строения хелатов ПТА и 2,2,6,6-тетраметил-3,5-гептадионато (ДПМ), структура которых найдена методом РСА в комплексах [Pr2(ДПМ)6] (в работе Ц.С. Эразмуса и др.), было рассчитано, что reff(CH3)= 5.56 и определены reff(CH2).

которых представлена на рис.4. Эффективное расстояние от Ln до атомов Н(групп CH2) в [La(NO3)3(18-краун-6)] составляет reff(CH2)= 4.2 (по данным РСА). Эффективные расстояния Ln-H(CH2) в [Ln(ПТА)2(18-краун6)]+ сопоставимы со значением reff(CH2) в комплексах [La(NO3)3(18краун-6)], что свидетельствует о вхождении молекул I8-краун-6 в состав R' R' R" R" R' R' R" R" O O O O O O O O R" R" O Ln O Ln O O R' R' O O O O R' R' R" R" k exo exo * O O O O O O O O O O * endo endo O O Ln Ln O O O O O O O O R' R" R' R" R" R" R' R' S1 SРис. 4. Инверсия молекул 18-краун-6 в ионных парах [Ln(ПТА)2(18-краун-6)]+[Ln(ПТА)4]-, где R'=CF3, R''=C(CH3)3. Координационные связи условно показаны (- - - ).

первой координационной сферы катиона Ln ИП (табл.3). Необходимо отметить, что возможность формирования ИП [Ln(ПТА)2(18-краун6)]+.[Ln(ПТА)4]–.4Н2О в растворе согласуется с результатами более поздних исследований К.Д. Полларда, где было обнаружено образование ИП [Y(ГФА)2(тетраглим)]+[Y(ГФА)4]– при взаимодействии соответствующих трис--дикетонатов Y с родственными краун-эфирам нециклическими полиэфирами глимами.

Найденные методом PC ЯМР значения эффективных расстояний использованы при анализе ЛИС с целью определения координат ядер лигандов () в сферической системе относительно оси симметрии (С2), а также углов (), характеризующих ориентацию плоскости хелатного кольца молекулы -дикетона относительно перпендикуляра к плоскости, Т а б л и ц а Значения геометрических параметров 1(CH), 2(CH2), 3(CH3), 4(CF3), (градусы) в [Ln(ПТА)2(18-краун-6)]+ Ln 1 2 3 4 29(3) 105(4) 53(3) 30(3) –29(3) Ce 36(3) 114(4) 50(3) 44(3) –7(3) Pr 42(3) 117(4) 52(3) 51(3) 0(3) Nd ' k проходящей через ось симметрии С2 и прямую Ln - Н(-СН-). Как видно из табл. 4, структурные параметры монотонно изменяются в зависимости от атомного номера Ln катиона. Монотонное изменение структуры катионного фрагмента в зависимости от атомного номера катиона Ln, видимо, обусловлено эффектом лантанидного сжатия.

Характер изменения структуры в ряду от Се до Nd указывает на увеличение стерического взаимодействия хелатных анионов -дикетонов, а также свидетельствует о незначительном увеличении расстояния между плоскостью молекулы 18-краун-6 и катионом Ln с ростом атомного номера катиона Ln. Это увеличение расстояния, по-видимому, связано с тем, что размеры более легких катионов Ln лучше соответствуют размерам электрон-донор- ной полости из гетероатомов кислорода молекулы 18-краун-6. Этот результат также согласуется с установленным уменьшением термодинамической -устойчивости ИП с ростом атомного номера Ln (так K(Pr)= 35±9 M, -а K(Eu)= 23±4 M ). Необходимо отметить, что для наиболее тяжелых Ln, следующих за Gd, образования кинетически стабильных ИП экспериментально не было обнаружено вообще.

В случае наиболее тяжелых лантанидов (Ln= Gd, Tb, Er, Ho,Yb, Dy и Lu) при взаимодействии [Ln(ПТА)3(Н2О)] с 18-краун-6 в растворе формируются кинетически нестабильные комплексы стехиометрического соотношения 1:1 [Ln(ПТА)3(18-краун-6)].Н2О (установлено путем изучения значений ХС в спектрах Н и 19F ЯМР на ядрах молекул МЦПЭ, ПТА и Н2О в зависимости от соотношения концентраций исходных реагентов). В результате анализа зависимости ЛИС от магнитных свойств лантанидного катиона (1) обнаружена изоструктурность комплексов 1:1 (рис.5). Найденные значения констант устойчивости (17±М-1) согласуются с имеющимися Рис. 5. Анализ изоструктурности комплексов [Ln(ПТА)3(18-краун-6)] путем результатами исследований исследования ЛИС на атомах Н 18-краун-комплексов 18-краун-6 с другими в зависимости от катиона Ln при температу-дикетонатами лантанидов (в раборе 293K; растворитель – CDCl3.

тах В.А. Бидзили и др.).

Методом Н ЯМР экспериментально исследована конформационная инверсия молекул 18-краун-6 в комплексных катионах [Ln(ПТА)2(18краун-6)]+. На рис.6 представлены спектры в зависимости от температуры для групп СН2. Процесс инверсии сопровождается эффективным обменом экзо- и эндо- ориентированных атомов Н молекул 18-краун-6 (см. рис.4).

Как можно видеть из рис.6, при низкой температуре в спектре ЯМР наблюдается дублет, отвечающий медленному обмену, который при повышении температуры проходит точку коалесценции (при 313K) в области промежуточных скоростей химического обмена. При высокой температуре, соответствующей случаю быстрого обмена, дублет трансформируется в синглет. Кроме того, наблюдается существенная зависимость ХС от температуры. В гипотетическом случае отсутствия температурной зависимости ХС при высокой температуре (например, при 382K) Рис. 6. 100 МГц 1Н ЯМР спектры синглетный сигнал групп СН[Nd(ПТА)2(18-краун-6)]+в CD3C6Dобнаруживался бы при -3,6 м.д.

(относительно ГМДС) при различных вместо наблюдаемого смещения значениях температуры:

298K (1), 303K (2), 308K(3), 313K (4), 318K синглета к значению 1,0 м.д.

(5), 323K (6), 358K (7), 377K (8), 382K (9).

(рис.6). На рис.7 представлены изменения ЛИС в зависимости от 1/Т. Как можно видеть из рис.7 в исследованном диапазоне температур ЛИС для различных групп лигандов хорошо аппроксимируются линейной зависимостью от 1/Т.

Рис. 7. Линейная зависимость модуля ЛИС в спектрах ЯМР на ядрах 1Н для различных групп CH (•), CH2 (), CH() парамагнитных комплексных катионов [Pr(ПТА)2(18-краун-6)]+ от 1/T;

значения ЛИС относительно соответствующего диамагнитного комплекса La; растворитель – CDCl3.

С помощью исследования изменения формы сигнала были определены значения констант скоростей ХО в зависимости от 1/Т, а затем оценены значения свободной энергии Гиббса активации процессов инверсии ‡ молекул 18-краун-6 G (293K) в комплексах с различными катионами Ln (65±9 (Ce), 64±9 (Pr), 64±9 (Nd), 65±9 (Eu) кДж/моль). Необходимо ‡ отметить, что на примере комплексов Pr найденное значение G было экспериментально подтверждено с помощью методики переноса спиново‡ го насыщения (см. выражение (4)). Как можно видеть величина G (293K) практически не зависит от атомного номера катионов Ln, а сами значения согласуются с энергетическими барьерами инверсии молекул циклогекса‡ на (H = 58 кДж/моль, см. работы Х.М. Пикета, Д. Хофнера и др.) и 1,4,7,10-тетрааза-1,4,7,10-тетракис(карбоксиметил)-циклододекана ‡ (G (278K)= 61 кДж/моль, см. публикации С. Хоефта, Дж.Ф. Дерё и др.).

Пятая глава содержит результаты теоретико-методического исследования возможности применения таких методик ЯМР, как анализ формы сигнала, перенос спинового насыщения и перенос инверсной локальной ядерной спиновой заселенности (ПИЛЯСЗ) для изучения кинетики процессов фотоиндуцированного химического обмена в фотостационарных условиях, а также экспериментальную апробацию методики ПИЛЯСЗ на примере изучения обратимой транс-цис фотоизомеризации 1,2-(2,2’дипиридил)этена.

Установлено (совместно с П.А. Пуртовым), что при фотоиндуцированном химическом обмене в 2N-частичной модели форма сигнала ЯМР в фотостационарных условиях описывается формулами, известными для темнового случая (выражение (3)) с подстановкой вместо констант скоростей темновых реакций химического обмена эффективных констант скоростей процессов. При этом эффективные константы скоростей процессов поправлены на вклад, связанный с фотоиндуцированным каналом реакции, N– это количество невозбуждённых компонент системы, участвующих в химическом обмене, кроме того, в системе имеется такое же количество компонент, находящихся в возбуждённом состоянии. Решением уравнений Блоха найдена аналитическая зависимость интегральных интенсивностей сигналов ЯМР от времени светового воздействия в системе с двухпозиционным фотоиндуцированным химическим обменом при использовании методик двойного ЯМР (переноса спинового насыщения и переноса инверсной локальной ядерной спиновой заселенности).

Получены выражения, описывающие временную зависимость интегральных интенсивностей сигналов в отсутствии спин-спинового расщепления в пределе нулевого насыщения. Это позволяет моделировать изменения интегральных интенсивностей сигналов ЯМР при ФИХО в фотостационарных условиях в зависимости от наличия и отсутствия светового воздействия на химическую систему. По нашим оценкам область эффективного использования методик ЯМР при определении значений констант скоростей процессов фотоиндуцированного химического обмена находится в диапазоне от 10-3 до 102 с-1.

В качестве модельного соединения для ЯМР изучения обратимой фотоизомеризации был использован 1,2-(2,2’-дипиридил)этен, в котором предполагался стильбеноподобный механизм процессов транс-цис фотоизомеризации (схема 1.) при воздействии света с длиной волны 308 нм.

цис-изомер CH=CH- транс-изомер CH=CH- * * , м.д.

Рис. 8. 200 Мгц 1H ЯМР спектры транс-1,2-(2,2’-дипиридил)этена в CD3CN исходного (1), а также после 100 импульсов (2), 200 импульсов (3), 300 импульсов (4), 500 импульсов (5) светового воздействия эксимерным лазером ( = 308 nm), концентрация 5.10-3 М.

Процессы ФИХО в 1,2-(2,2’-дипиридил)этене были экспериментально исследованы тремя независимыми методиками: УФ-видимой спектро- h N N N N Схема 1. Упрощенная схема цис-транс фотоизомеризации 1,2-(2,2’-дипиридил)этена.

фотометрией и ЯМР методикой прямого наблюдения фотопревращения исходного транс-изомера в цис-изомер (в необратимых условиях), а также бирезонансной ЯМР методикой ПИЛЯСЗ в фотостационарных условиях.

На рис.8 представлен фотолиз исходного транс-изомера по данным ЯМР (где 1-й спектр соответствует исходному трансизомеру, а спектры со 2-го по 5-й получены после воздействия лазерного излучения различной продолжительности). Спектры свидетельствуют об увеличении концентрации цис-изомера (при этом концентрация транс-изомера уменьшается) по мере увеличения продолжительности светового воздействия, а, следовательно, о наличии трансцис фотоизомеризации. Оценочное значение квантового выхода процесса составляет тc= 0.35(4).

* * цис-изомер транс-изомер C=CH- C=CH- , м.д.

Рис. 9. 200 МГц 1H ЯМР спектры фотостационарной смеси цис- и транс-1,2-(2,2’-дипиридил)этена при использовании методики ПИЛЯСЗ (при «инвертировании сигнала» групп -HC=CH- транс-изомера) без светового воздействия (1) и разностный спектр между 1-м и спектром, полученным при световом воздействии эксимерным лазером с длиной волны = 308 нм (2); растворитель CD3CN.

Причем, примерно после 500 импульсов эксимерного лазера исследуемая система «выходит» на фотостационарный режим (т.е. при дальнейшем световом воздействии соотношение концентраций между цис- и трансизомерами практически не меняется). Аналогичные результаты были получены спектрофотометрическими исследованиями фотоизомеризации в этой системе в необратимых условиях.

Рис.9 иллюстрирует применение методики ПИЛЯСЗ в фотостационарных условиях. Первый спектр на рис.9 был получен при использовании этой методики в темновых условиях. Второй же спектр является разностью между темновым и ПИЛЯСЗ-спектром при световом воздействии.

N N N N *exo exo N N N N Ln Ln endo * endo N N N N N N N N Рис. 10. Вращение фенильных фрагментов комплексов [LnH(oep)(tpp)].

Второй спектр свидетельствует о наличии переноса инверсной локальной ядерной спиновой заселенности в результате ФИХО. Оценочное значение квантового выхода цис-транс фотоизомеризации оказалось равным cт= 0.17(4). А величина квантового выхода транс-цис фотоизомеризации в фотостационарных условиях составляет 0.34(4) и согласуется со значением, полученным при исследовании в нестационарных условиях. Экспериментально определенные двумя различными способами значения тc согласуются между собой, а также с известными из литературы значениями квантовых выходов для транс-цис фотоизомеризации родственных химических соединений, и в частности для стильбена. Осуществление экспериментальных исследований, содержащихся в этом разделе работы, было в значительной степени обусловлено сотрудничеством с В.Ф. Плюсниным, А.И. Круппой и Е.М. Глебовым.

В шестой главе представлены результаты исследования методом Н ЯМР структуры и внутримолекулярной динамики сэндвичевых комплексов лантанидов иттриевой подгруппы [LnH(oep)(tpp)], где Ln= Dy, Yb и Lu. В частности, путем РС ЯМР-исследования строения парамагнитных комплексов Dy и Yb было обнаружено, что они имеют в растворе подобную структуру.

На основе исследования формы сигналов в зависимости от температуры оценено значение энтальпии активации внутримолекулярного вращения фенильных групп (рис.10) комплексов Lu (H‡= 66±кДж/моль, причем значение константы скорости вращения фенильных групп молекул тетрафенилпорфирина оказалось равным k(298K)= 14±с-1). Путем исследования интегральных интенсивностей сигналов ЯМР в разностных спектрах при использовании методики переноса спинового насыщения (см. выражение (4)) в зависимости от температуры оценено значение энтальпии активации внутримолекулярного вращения фенильных групп парамагнитных комплексов Dy (H‡= 48±6 кДж/моль, причем константа скорости k(298K)= 11±2 с-1). Это увеличение энтальпии активации с ростом атомного номера катиона лантанида (Dy и Lu являются соответственно 9-м и 14-м элементами ряда Ln), видимо, связано с небольшим уменьшением расстояния между плоскостями молекул порфиринов, которое обусловлено эффектом лантанидного сжатия.

Для подтверждения тезиса о возможности уменьшения расстояния между плоскостями молекул порфиринов в сэндвичевых комплексах Ln, мы обратились к результатам РСА для родственных соединений, информация о которых имеется в Кембриджском банке структурной информации. Нами были рассчитаны эффективные расстояния между плоскостями молекул макроциклов в комплексах [Ln(III)(2,3 нафталоцианинато)(2,3,7,8,12,13,17,18-октаэтилпорфиринато)] в кристаллической фазе. Оказалось, что в этих комплексах действительно межплоскостное расстояние монотонно уменьшается на 2,4 пм с ростом атомного номера Ln на единицу.

Нами была произведена сравнительная оценка максимального значения констант скоростей (kmax), которые могут быть измерены в диамагнитных соединениях и в парамагнитных комплексах Ln.

Расчет проводился с помощью приблизительной формулы ПиттаАндерсона:

kmax = 0.5()2(W* - 1/(T2))-1 (5) где W* – полуширина сигнала в спектре ЯМР в условиях быстрого ХО, – разность ХС между обменивающимися позициями при двухпозиционном ХО. Оказалось, что для групп O-СН2 в диамагнитных веществах kmax ~106 с-1, а в парамагнитных комплексах Ln kmax ~1010 с-(для спектрометра ЯМР с рабочей частотой 500 МГц). Итак, в парамагнитных комплексах Ln на несколько порядков расширяется диапазон доступных для измерения констант скоростей ХО по сравнению с диапазоном констант скоростей H (a) в родственных диамагнитных соединениях.

H O (b) O Необходимо отметить, N O O что расщепления сигналов диаOs O Os стереотопных атомов водорода R Os O O макроциклических лигандов, O H O аналогичные расщеплению сигналов экзо- и эндо- ориентированных атомов водорода молекул Рис. 11. Молекулярное строение комплексов 18-краун-6 в ИП (рис.6), наблю[(-Н)Os3(-NH2)(R)(CO)9] далось и в других инклюзивных в растворе (где R= CO, PPh3, Py).

кинетически стабильных комплексах Ln. Данные, представленные в табл.5, взяты как из наших работ, так и из публикаций других авторов. Анализ данных показал, что обнаружение лантанидиндуцированных расщеплений сигналов диастереотопных атомов водорода молекул макроциклических лигандов в комплексах с катионами лантанидов является достаточным для идентификации кинетически стабильных комплексов, имеющих в растворе структуру инклюзивного типа.

Т а б л и ц а Значения лантанид-индуцированных расщеплений сигналов в спектрах H ЯМР (, м.д.), наблюдаемых на диастереотопных атомах водорода различных групп молекул макроциклических лигандов в комплексах с катионами Ln при комнатной температуре Вещество* Ln Раство- Стр-ра** Кинети- Группа Ссылка *** ритель инклю- чеcкая зивного стабиль- типа ность** Desreux [Ln(12-K-4)2](ClO4)2 CD3CN Tm + + CH2 J.F. и др.

Desreux [Ln(NO3)3(ДЦГ-18-К-6)] D3CN/ Pr + + CH2 J.F. и др.

CDClCatton G.A.

[Ln(NO3)2(ДА-18-К-6)]NO3 CDCl Eu + + CH2 и др.

[Ln(NO3)3(ДА-18-К-6)] CD2Cl Pr + + CH2 7 [24,31] [LnL2(18-K-6)]+ CDCl Pr + + CH2 2 [4,31] CDCl[LnLL(18-K-6)]+ Pr + + CH2 2 [4,22] CDCl[LnL2(18-K-6)]+ Pr + + CH2 0 [4,31] [Ln(NO3)3(18-K-6)] CD2ClPr; Nd + + CH2 9 [20,31] CH2 1.6 [17,31] Dy + + Phenyl Dy + + CH2 [LnH(oep)(tpp)] Yb CDCl3 + + CH Lu + + 0.Phenyl Lu + + Bertini I. и [LnH(tpp)2] CDClDy; Yb + + CH2 др.

C6H3- D6- Tashiro K.

[Ln(MOFPP)2] Ce + + и др.

DMSO (OMe) Eu CD3CN/ + + CH2 47 Woods M.

(RRRR)-[Ln(S)] и др.

H2O Yb + + CH2 1[LnL3(18-K-6)] CDCl3 – – CH2 0 [10,31] GdYb Бидзиля [Ln(ФОД)3(18-K-6)] CDCl3 – – Pr; Eu CH2 В.А. и др.

* L – анион ГФА, L – анион ПТА, ДЦГ-18-K-6 – дициклогексил-18-краун-6, (ФОД)– анион 2,2-диметил-6,6,7,7,8,8,8-гептафторо-3,5-октандион ** «+» или «–» – соответственно наличие или отсутствие того или иного свойства *** – при ссылке на публикации других авторов приводится лишь имя первого автора (более детальную ссылку см. в обзоре [31]) В седьмой главе изложены результаты изучения молекулярного строения диамагнитных трехъядерных карбонильных кластеров осмия [(-Н)Os3(-NH2)(R)(CO)9)], имеющих мостиковый гидридный атом водорода и мостиковую группу NH2 (где R= CO, PPh3, Py). Комплексы [(-Н)Os3(-NH2)(PPh3)(CO)9)] дают кристаллы удовлетворительного качества для исследования методом РСА (рис.11), а для комплексов с другими заместителями (т.е. R= CO и Py) кристаллов такого качества получить не удалось. Поэтому даже качественное определение методом ЯМР аналогичности молекулярного строения этих трех комплексов (рис.11) в растворах имеет важное значение для понимания их физико химических свойств. В спектрах 1H ЯМР сигналы, соответствующие гидридному атому водорода класте(b) ров [(-Н)Os3(-NH2)(R)(CO)9)], H (a) расположены в сильном поле H (в диапазоне ХС от –13,23 до 90o –15,48 м.д.) и имеют расщепление Os N за счет вицинального спинспинового взаимодействия лишь 180o с одним из атомов водорода групH Os пы NH2 при величине константы J 3 Гц. Причем, оба сигнала группы NH2 уширены из-за квадOs R рупольного ядра N и расщепления в спектрах H ЯМР на них Рис. 12. Схема координационных связей не проявляется. Методом двойнов комплексах [(-Н)Os3(-NH2)(R)(CO)9)] (одна из связей Os–N перпендикулярна го гомоядерного резонанса было плоскости рисунка, CO лиганды опущены).

установлено, что расщепление сигнала -Н обусловлено именно вицинальным взаимодействием с протоном Ha группы NH2 (сигналы для этих 3-х комплексов лежат в диапазоне ХС от 2,75 до 3,12 м.д.). Атом Ha находится в транс- положении к гидридному атому водорода относительно плоскости Os-N-Os. При такой взаимной ориентации атомов Ha и -Н торсионный угол Ha-N-Os-H близок к 180о (рис.12), а величина вицинального взаимодействия между ядрами, как известно, является максимальной. На рис.12 комплекс изображен вдоль связи Os-N, а торcионный угол Hb-N-Os-H для атома Hb близок к 90о, при этом величина вицинального взаимодействия близка к нулю.

В восьмой главе представлены результаты H ЯМР экспериментального изучения молекулярного строения ряда исходных диамагR C N O H нитных комплексных соединений никеля(II) и палладия(II) с такими H3 C C N O H 1,2-гидроксиламинооксимами, как N-(3-оксимино-2-метилбутилH H C 2)гидроксил-амином (H2A) и N-(1-оксимино-2-метил-1-фенилпропил-2)гидроксил-амином (H2L) (H2Б) (рис.13), а также коорди R = CH3 (H2A) национных соединений, яв R = C6H5 (H2Б) Рис. 13. Схематическое изображение ляющихся продуктами окисле- молекул лигандов.

ния исходных комплексов. Особенностью исследованных комплексов являлось наличие гидроксиламинной и оксимной групп, атомы водорода которых способны формировать внутри и межмолекулярные водородные связи и участвовать в химическом обмене. Необходимо отметить низкую растворимость некоторых из исследованных нами комплексов в ряде растворителей, широко используемых в спектроскопии ЯМР. Тем не менее, удалось подобать растворители, в которых концентрация комплексных соединений была в диапазоне от 5·10-3 до 2·10-2 М, приемлемой для H ЯМР исследования (табл.6).

В спектрах 1H ЯМР соединений H2A и H2Б в D6-ДМСО обнаружены раздельные сигналы атомов водорода обеих групп –ОН и группы –NH.

Спектры ЯМР комплексов [M(HL*)2], образующихся при окислительном дегидрировании бис-хелатов [M(HL)2], имеют лишь один сигнал o o 1.62A 0.90A o o....H 1.31A....H 1.38A O O O O H3C H3C N N C o o C (H) C CH N N CH C A H3C 1.80A 1.H3C Ni CH i N CH i i C (H) N N C C H C N HC C N CH....

3 O H O CH....

O H O а) б) Рис. 14. Схематическое изображение молекул [Ni(HA*)2] (а) и [Ni(HA)2] (б).

в диапазоне ХС от 13,8 до 16,2 м.д. в слабом поле (который относится к атомам водорода оксимной группы –ОН), где M= Pd и Ni. По данным РСА комплекс [Ni(HA*)2] имеет следующее строение в кристаллической фазе (рис.14(а), согласно исследованиям E.O.Schlemper и др.). На основании анализа ЯМР-спектральных данных предположено, что комплексы [M(HA*)2], [M(HБ*)2] в растворе имеют плоское строение, аналогичное комплексам [Ni(HA*)2] в кристаллической фазе. Кроме того, на основании анализа магнетохимических, ИК-спектроскопических данных (полученных С.В.Ларионовым и др.), а также спектров ЯМР предположено, что неокисленные бис-хелаты [M(HL)2] (где HL= HA и НБ, см. рис.13) имеют пространственное строение, представленное на рис.14(а,б).

В слабом поле в спектрах 1Н ЯМР [M(HL)2] наблюдаются два сигнала, относящиеся к протонам как –NH, так и –ОН групп анионов HL–. Сигналы в диапазоне от 12,6 до 14,7 м.д. относятся к атомам водорода оксимных групп, что согласуется с положением сигналов этих групп в диалкилдиоксиматах Ni(II), известного из литературы. Второй сигнал в слабом поле в диапазоне от 7,7 до 8,7 м.д. в спектрах [M(HL)2] относится к группам –NH. Спектры 1Н ЯМР [M(HL)2] показывают, что при образовании бис-хелатов сигналы протонов как –NH, так и –ОН групп анионов HL– смещаются в слабое поле. Смещение сигнала протонов групп –NH бис-хелатов [M(HL)2] в слабое поле по сравнению с положением сигнала в спектре H2L дополнительно указывает на участие атомов азота этих групп в координации. Образование внутримолекулярной водородной связи О–Н….О в бис-хелатах Pd(II) и Ni(II), видимо, приводит к дезэкранированию оксимного протона и сдвигу сигнала (по сравнению со свободным лигандом) в сторону слабого поля. Сигнал протонов оксимных групп в [М(НL*)2] сдвигается в слабое поле по сравнению с положением этого сигнала в спектрах [М(НL)2], что, видимо, указывает на усиление внутри молекулярного водородного связывания в [М(НL*)2] по сравнению с [М(НL)2].

Т а б л и ц а Химические сдвиги (, м.д.) в спектрах 1Н ЯМР 1,2-гидроксиламинооксимов и их комплексов с Ni(II) и Pd (II) относительно ТМС, растворитель Д6–ДМСО ГРУППА Вещество CH3 R(CH3) R(C6H5) C=N–OH C–N–OH –C–N–H | | H2A 1,03 1,69 10,3 5,46 6,Ni(HA)2 1,14 1,69 14,7 7,Ni(HA*)2 1,16 2,09 16,2 – Pd(HA)2 1,30;1,47 1,75 12,8 8,Pd(HA*)2 1,25 2,24 13,8 – H2Б 1,07 – 7,26 10,4 5,2 7,Pd(HБ)2 1,16 – 7,33 12,6 8,# Pd(HБ*)2 1,39 – 7,43 14,0 – – # Ni(HБ*)2 1,29 – 7,36 16,# спектры сняты в CDCl3.

Итак, результаты H ЯМР исследования свидетельствуют, что все нами изученные комплексы [М(НL)2] и [М(НL*)2] (табл.6) имеют в растворе квадратно-плоскостную координацию центрального атома (подобно комплексу [Ni(HA*)2] в кристаллической фазе) с формированием двух внутрикомплексных водородных связей О–Н….О между 1,2-гидроксиламинооксимными фрагментами.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ВЫВОДЫ 1. Показано, что при использовании ЯМР для изучения кинетики процессов химического обмена на ядрах лигандов в парамагнитных комплексах лантанидов на несколько порядков расширяется диапазон доступных для измерения констант скоростей по сравнению с диапазоном констант скоростей в родственных диамагнитных соединениях.

2. Апробированы методики переноса спинового насыщения и анализа формы сигнала ЯМР для определения констант скоростей и энтальпии активации процессов химического обмена в кинетически стабильных парамагнитных комплексах лантанидов. С помощью этих методик:

— определены значения активационных параметров процессов внутримолекулярного химического обмена, обусловленного конформационной инверсией, взаимопревращением энантиомеров и псевдовращением молекул макроциклов в комплексах 18-членных макроциклических полиэфиров с катионами лантанидов (Ln= La, Ce, Pr, Nd и Eu), а также оценено характерное время жизни энантиомерных форм комплексов в этих системах;

— обнаружено увеличение энтальпии активации вращения — фенильных колец в комплексах [LnH(oep)(tpp)] с ростом атомного номера катиона лантанида, которое связано с незначительным уменьшением межплоскостного расстояния молекул порфиринов и обусловлено эффектом лантанидного сжатия, где oep – октаэтилпорфирин, tpp – тетрафенилпорфирин.

3. Применена методика релаксационной спектроскопии ЯМР 3.

на ядрах 1Н лигандов (ранее использовавшаяся для изучения растворов кинетически нестабильных парамагнитных комплексов 3d-элементов и гадолиния) для определения молекулярного строения кинетически стабильных парамагнитных комплексов лантанидов (Ce, Pr, Nd, Eu, Yb и Dy) при наличии внутримолекулярной конформационной динамики.

4. Предложен комбинированный метод определения молекулярной структуры парамагнитных комплексов лантанидов по данным парамагнитных лантанид-индуцированных сдвигов в спектрах ЯМР и лантанид-индуцированных увеличений скоростей спин-решеточной релаксации. С помощью этого комбинированного метода исследования:

— обнаружено, что кинетически стабильные инклюзивные комплексы [DyH(oep)(tpp)] и [YbH(oep)(tpp)] имеют подобную структуру;

— установлено, что структура инклюзивных кинетически стабильных комплексов нитратных солей Ce, Pr и Nd с диаза-18-краун-6 в растворе подобна структуре [Lа(NO3)3(18-краун-6)] в кристаллической фазе;

— найдено формирование комплексных ионных пар [LnLiL'(2-i)(18краун-6)]+[LnLjL'(4-j)]– при взаимодействии трис--дикетонатов лантанидов с 18-краун-6 в среде слабо полярных растворителей типа CDCl3, CD2Cl2 и CD3C6D5 (для наиболее легких лантанидов), однако для наиболее тяжелых лантанидов формирования ионных пар такого типа не было обнаружено, что может быть одним из проявлений эффекта гадолиниевого скачка, где L= анион пивалоилтрифторацетонато (ПТА), а L'= анион гептафтордиметилоктандионато или гексафторацетилацетонато (i= 0, 1, 2, а j= 0, 1, 2, 3, 4);

— обнаружено, что изменение псевдоконтактных владов ЛИС в зависимости от атомного номера катиона Ln в неинклюзивных комплексах [Ln(ПТА)3(18-краун-6)] соответствует прогнозу по Блини, а в инклюзивных комплексах [Ln(ПТА)2(18-краун-6)]+ и [LnH(oep)(tpp)] отличается от прогноза.

5. Установлена эмпирическая закономерность, согласно которой обнаружение лантанид-индуцированных расщеплений сигналов диастереотопных атомов водорода молекул макроциклических лигандов в комплексных соединениях с катионами лантанидов является достаточным для идентификации кинетически стабильных комплексов, имеющих в растворе структуру инклюзивного типа.

6. Определена возможность применения таких методик динамического ЯМР, как исследование формы сигнала ЯМР, гомоядерный бирезонансный перенос спинового насыщения и перенос инверсной локальной ядерной спиновой заселенности (ПИЛЯСЗ) для оценки эффективных констант скоростей и квантового выхода фото-индуцированного химического обмена. Методика ПИЛЯСЗ экспериментально апробирована на примере исследования цис-транс фотоизомеризации 1,2-(2,2’дипиридил)этена.

7. Методом 1Н ЯМР установлено:

— бис-хелатные комплексы [М(НL)2], а также их производные [М(НL*)2], полученные путем окислительного дегидрирования, имеют в растворе квадратно-плоскостную координацию центрального атома (подобно комплексу [Ni(HA*)2] в кристаллической фазе) и характеризуются наличием двух внутрикомплексных водородных связей О–Н….О между 1,2-гидроксиламинооксимными фрагментами (где НL= депротонированный N-(3-оксимино-2-метилбутил-2)гидроксиламин (HA) или N-(1-оксимино-2-метил-1-фенилпропил-2)гидроксиламин, а М= Ni, Pd);

— в трехъядерных комплексах осмия [(-Н)Os3(-NH2)(R)(CO)9)], имеющих мостиковые гидридный атом водорода и группу –NH2–, экспериментально проявляется вицинальное спин-спиновое взаимодействие с константой J 3 Гц между гидридным атомом водорода и атомом водорода группы –NH2–, ориентированном в транс- положение относительно плоскости Os-N-Os, однако не проявляется аналогичное взаимодействие с атомом водорода этой же группы, ориентированном в цис- положение (где R = CO, PPh3, Py).

Основное содержание диссертации изложено в следующих публикациях:

1. Максаков В.А., Ершова В.А., Голубовская Э.В., Подберезская Н.В., Байдина И.А., Корниец Е.Д., Бабайлов С.П., Семенов Л.А., Губин С.П.

Введение аминокислот в качестве лигандов в кластерные соединения:

синтез, строение и стереохимия производных HOs3(CO)10-кластера // В сб.

Проблемы современной био-неорганической химии, Новосибирск: Наука.

– 1986. – С. 195-202.

2. Мартынова Т.Н., Данилович В.С., Никулина Л.Д., Бабайлов С.П. и др.

Разработка процессов и материалов для сухой технологии производства интегральных схем // Тематический отчет, Новосибирск: № госрегистрации 01813012164. – 1986. – С.1-32.

3. Бабайлов С.П., Глухих Л.К., Косарева Л.А., Ларионов С.В. Спектры ПМР координационных соединений Ni(II), Pd(II) с 1,2-гидроксиламинооксимами // Изв. СО АН СССР, Сер. Хим. Наук. – 1987. – Т. 5.– № 2.– С. 65-68.

4. Бабайлов С.П., Кригер Ю.Г. ЯМР-исследование разнолигандных комплексов лантанидов. Структура и стехиометрия хелатов цериевой подгруппы с 18-членными макроциклическими полиэфирами // Журн. структур. химии. – 1993. – Т. 33. – № 3. – C. 156-159.

5. Бабайлов С.П., Кригер Ю.Г. Вопросы использования методов динамической спектроскопии ЯМР для изучения обратимых фотохимических реакций // Журн. структур. химии. – 1995. – Т. 36.– № 4. – C. 753-757.

6. Максаков В.А., Подберезская Н.В., Голубовская Э.В., Кирин В.П., Бабайлов С.П., Губин С.П. Синтез трехосмиевых кластеров с аминокислотными лигандами. Кристаллическая структура (-Н)Os3(NHCH(CH3)CO2Et)(CO)10 // Журн. неорган. химии. – 1996. – Т. 41. – № 1. – С. 64-70.

7. Бабайлов С.П., Кригер Ю.Г., Резникова Е.Ф, Игуменов И.К. Фотоиндуцированное взаимопревращение цис- и транс-изомеров бис-(1,1,1трифтор-5,5-диметил-2,4-гексадионато)-платины(II) по данным динамической спектроскопии ЯМР (ДЯМР) // Изв. АН. Сер.Хим. – 1997. – Т. 5. – С. 1076-1077.

8. Максаков В.А., Словохотова И.В., Вировец А.В., Бабайлов С.П., Кирин В.П., Подберезская Н.В. Синтез и некоторые свойства кластера (-Н)Os3(-NH2)(CO)10. Молекулярная структура (-Н)Os3(NH2)(PPh3)(CO)9 // Координационная химия. – 1998. – Т. 24. – №7. – С. 536-541.

9. Бабайлов С.П., Гаун Д.Д., Кригер Ю.Г. Модернизация установки ядерного магнитного резонанса на основе компьютеров IBM PC // Приборы и техника эксперимента. – 1998. – Т. 6. – С. 1-2.

10. Бабайлов С.П., Кригер Ю.Г. ЯМР спектроскопические методы исследования молекулярной структуры парамагнитных комплексных соединений лантанидов в растворах и их использование для комплексов с краун-эфирами // Журн. структур. химии. – 1998. – Т. 39. – № 4. – С. 714-730 (обзор).

11. Babailov S.P., Krieger Yu.H. Photoinduced molecular Dynamics by the dynamic NMR: Spin saturation transfer method application // Proceed. Joint 29th Ampere– 13th ISMAR Intern. Confer. on Magn. Reson. and Related Phenomena.- Berlin. – 1998. – V. 1. – P. 230-231 (устный доклад).

12. Бабайлов С.П., Гаун Д.Д., Кригер Ю.Г. Установка для изучения фотоиндуцированного химического обмена на основе спектрометра ЯМР и лазера // Приборы и техника эксперимента. – 1999. – Т. 3. – С. 164-165.

13. Подберезская Н.В., Максаков В.А., Словохотова И.В., Бабайлов С.П., Вировец А.В., Кирин В.П. Синтез и строение трех изомерных кластерных комплексов (-Н)Os3{-O2CC5H4Mn(CO)3}(PPh3)2(CO)8 // Журн. структур.

химии. – 1999. – Т. 40. – № 6. – C. 1128-1142.

14. Бабайлов С.П., Кригер Ю.Г. ЯМР-исследование разнолигандных комплексов лантанидов. Особенности динамической структуры бетадикетонатов цериевой подгруппы с макроциклом 18-краун-6 // Журн.

структур. химии. – 2000. – Т. 41. – № 3. – C. 657-659.

15. Бабайлов С.П., Кригер Ю.Г. Фотоиндуцированная молекулярная динамика по данным динамической спектроскопии ядерного магнитного резонанса // Химическая Физика. – 2000. – Т.19. – № 3. – C. 35-38.

16. Максаков В.А., Словохотова И.В., Бабайлов С.П. Фотохимическая реакция гетерометаллического комплекса (-H)Os3{O2CC5H4Mn(CO)3}(CO)10 c PPh3 // Изв. АН, Сер.Хим. – 2000. – Т. 49. – № 4. – С. 747-752.

17. Бабайлов С.П., Кригер Ю.Г. Некоторые теоретические и методические вопросы применения двойного ядерного магнитного резонанса для исследования кинетики фото-индуцированного химического обмена в растворах // Журн. структур. химии. – 2001. – Т. 42. – № 2. – C. 373-377.

18. Babailov S.P., Coutsolelos A.G., Dikiy A., and Spyroulias G. A.

Intramolecular Dinamics of Asymmetric Lanthanide(III) Porphyrin Sandwich Complexes in Solution // Eur. Journ. of Inorganic Chem. – 2001. – V. 1. – P. 303-306.

19. Бабайлов С.П. Модернизация импульсных спектрометров ЯМР на основе персонального компьютера и АЦП с сигнальным процессором // Журн. структур. химии. – 2001. – Т. 42. – № 4. – C. 4 (обложки).

20. Максаков В. А., Словохотова И. В., Головин А. В., Бабайлов С.П. Протонирование и ацелирование гетерометаллических комплексов (H)Os3(-O2CC5H4Fe-Cp)(CO)10 и Fe{(-O2CC5H4)(-H)Os3(CO)10}2 // Изв.

АН, Сер.Хим. – 2001. – Т. 12. – С. 2340-2347.

21. Babailov S. P., Nikulina L.D., Krieger J. H. Intramolecular Dynamics of Lanthanide(III) Tetraoxadiaza Macrocycle Complexes in Solution as Studied by NMR // J. Incl. Phenom. Macrocyclic Chem. – 2002. – V. 43. – P. 25-29.

22. Babailov S. P., Krieger J. H. NMR Applications for a Study of Converted Photochemical Processes Kinetics // Applied Magn. Resonan. – 2002. – V. 22.

P. 589-595.

23. Babailov S. P., Mainichev D.A. NMR Studies of Mixed-Ligand Lanthanide(III) Complexes. Peculiarities of Molecular Structure, Dynamics and Paramagnetic Properties for Cerium Subgroup Chelates with Crown Ethers // J. Incl.

Phenom. Macrocyclic Chem. – 2002. – V. 43. – P.187-193.

24. Babailov S.P. NMR Applications for a study of converted photochemical processes kinetics. A novel version of the method of double resonance radiofrequency labelling of molecules // Abstr. 26th Congr. on Molecular Spectrosc.

(Edited by S. Turrell, O. Poizat.). Villeneuve d’Ascq: Univ. des Sciences et Technologies de Lille. – 2002. – P. 75 (устный доклад).

25. Babailov S. P., Mainichev D.A., Nikulina L.D. and Petrova S.S. Intramolecular Dynamics and Molecular Structure of Europium(III) Chelate Complexes with Crown Ethers as Studied by NMR Spectroscopy // J. Incl. Phenom. Macrocyclic Chem. – 2005. – V. 51. – Nо 1. – P. 73-78.

http://www.springerlink.com/index/10.1007/s10847-004-2385-26. Babailov S. P., Nikulina L.D. NMR Studies of Mixed-Ligand Lanthanide Complexes in Solution: Pseudorotation and Ring Inversion of 18-Crown-Molecule in Cerium Subgroup Chelates // J. Incl. Phenom. Macrocyclic Chem.

– 2005. – V. 51. – Nо 1. – P. 103-109.

http://www.springerlink.com/index/10.1007/s10847-004-4673- 27. Бабайлов С.П., Клименко Л.С., Майнагашев И.Я. Исследование фотоизомеризации 1-арилоксиантрахинонов по данным спектроскопии ЯМР и УФ спектрофотометрии // Журн. структур. химии. – 2006. – Т. 4. – С. 682-686.

28. Бабайлов С.П. Применение динамического ЯМР для изучения кинетики процессов молекулярного фотоиндуцированного химического обмена (ФИХО) в растворах // Изв. АН, Сер.Хим. – 2006. – Т. 10. – С. 1631-16(обзор).

29. Babailov S.P., Mainichev D.A. NMR in Photo-Induced Chemical Exchange Systems. Theoretical Basis of Double Resonance Inverse Fractional Population Transfer // Concepts in Magn. Resonan. – 2006. – V. 28A. – Nо 4. – P.299-305.

http://www3.interscience.wiley.com/cgi-bin/abstract/112703067/ABSTRACT 30. Бабайлов С.П., Майничев Д.А. Временная зависимость формы сигнала ЯМР в системе с химическим обменом в приближении нулевого насыщения // Журн. структур. химии. – 2006. – Т. 3. – C.459-4http://www.springerlink.com/content/m068t5wtg3r61n12/ 31. Babailov S.P., Kruppa A.I., Glebov E.M., and Plyusnin V.F. NMR in PhotoInduced chemical Exchange Systems. Double-Resonance Inverse Fractional Population Transfer Application for Investigation of 1,2-(2,2’-Dipyridyl) Ethane Photoisomerization Kinetics // Concepts in Magn. Resonan. – 2006. – V. 28A. – Nо. 5. – P. 337-346.

33. Babailov S.P., Mainichev D.A. Lanthanide contraction effect on the structure and intramolecular dynamics of sandwich porphyrin complexes in solution and solid state by NMR and X-ray crystal structure studies // Abstr. 9-th Eurasia Conf. on Chem. Sciences “Innovations in Chem. Biology”. Antalya. – 2006.

– P. 62 (устный доклад).

34. Babailov S.P., Mainichev D.A., Purtov P.A. NMR Application for a Study of Reversible Photochemical Kinetics: Multi-Site Case // Concepts in Magn.

Resonan. – 2007. – V. 30A. – Nо 3. – P. 140-146.

http://www3.interscience.wiley.com/cgi-bin/abstract/114250452/abstract 35. Babailov S.P. Lanthanide Paramagnetic Probes for NMR spectroscopic studies of Molecular Conformational Dynamics in Solution. Applications to Macrocyclic molecules // Progr. Nucl. Magn. Reson. Spectrosc. – 2008. – V. 52. – Nо 1. – P. 1-21 (обзор, doi:10.1016/j.pnmrs. 2007.04.002) http: //dx.doi.org/10.1016/j.pnmrs.2007.04.0 Изд. лиц. ИД № 04060 от 20.02.20Подписано к печати и в свет 29.02.20Формат 6084/16. Бумага № 1. Гарнитура “Times New Roman”.

Печать оперативная. Печ. л. 2,25. Уч.-изд. л. 2,0. Тираж 120. Заказ № Институт неорганической химии им. А.В. Николаева СО РАН.

Просп. Акад. Лаврентьева, 3, Новосибирск, 630090.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.