WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Жилин Владимир Ильич

ОНТОЛОГИЧЕСКАЯ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКАЯ СПЕЦИФИКА СИНЕРГЕТИЧЕСКОГО СЦИЕНТИЗМА

Специальность 09.00.01 – онтология и теория познания

Автореферат

диссертации на соискание учёной степени

доктора философских наук

Омск – 2011

Работа выполнена на кафедре философии

ФГБОУ ВПО «Омский государственный педагогический университет»

Научный консультант:

доктор философских наук, профессор Денисов Сергей Фёдорович

Официальные оппоненты:

доктор философских наук, профессор

Дмитриева Лариса Михайловна

доктор философских наук,  доцент

Гидлевский Александр Васильевич

доктор философских наук, профессор

Вильданов Урал Салимович

Ведущая организация:

ФГКОУ ВПО «Омская академия МВД России»

Защита состоится 23 декабря 2011 года в 13-00 часов на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 212.177.03 при Омском государственном педагогическом университете по адресу: 644099, г. Омск-99, наб. Тухачевского, 14, ауд. 212.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Омского государственного педагогического университета.

Автореферат разослан  ноября 2011 г.

Учёный секретарь

диссертационного совета                                        Л. А. Максименко

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Жёсткие технологические подходы индустриального общества, культивируемые и в социогуманитарной сфере, как показала практика, оказались не состоятельными. Испробовав различные методологические основы познания и организации практики, исследователи, потеряв фундаментальную платформу своего профессионального бытия, начали генерировать всевозможные идеи и искать спасение вне традиционных методологий. Одним из таких «спасительных средств» была выбрана синергетика.

Зародившись в недрах физики, химии и математики, синергетика, как наука об открытых нелинейных диссипативных системах, позволила исследователям выйти на иной, более фундаментальный, уровень в познании природных явлений. С её помощью оказалось возможным исследовать и описывать явления, ранее выходившие за пределы методологических возможностей физики, химии и математики. Но на определённом этапе своего развития, синергетика стала претендовать на междисциплинарность, активно внедряя свои идеи и методы в традиционно устоявшиеся предметные области. Потеряв методологические ориентиры и не обращая внимания на границы, междисциплинарность очень быстро и практически незаметно для большинства исследователей, особенно в предметных областях, трансформировалась в сциентизм.

Пытаясь аргументировать междисциплинарные претензии, авторы большинства публикаций, в которых идеи синергетики переносятся в социогуманитарную область, как правило, перечисляют условия, ведущие к самоорганизации и саморазвитию в неживой природе. К таковым чаще всего относят открытость системы, нелинейность, кооперативное поведение её элементов, наличие флуктуаций, усиление отклонений от неустойчивых состояний и превышение ими некоторых критических значений. При этом, однако, обнаруживаются неточности в употреблении терминологии, подмена понятий и необоснованный перенос содержаний физико-математических понятий в социально-гуманитарную область. Так переходят в социально-гуманитарную область такие базовые для синергетического течения понятия, как «самоорганизация», «открытая система», «энтропия», «информация», «нелинейность» и др. В этой связи возникает необходимость философского осмысления методологической обоснованности такого рода междисциплинарности.

Следует заметить, что в человеческой истории не в первый раз возникает желание и, соответственно, идеи, теории и модели, претендующие на всеобщий охват в описании мира, его спасение. Это относится и к претензиям некоторых представителей науки, которые воплотились в сциентических настроениях. Механицизм, физикализм, биологизм, кибернетизм, предшествуя синергетизму – современной фазе сциентизма, уже неоднократно демонстрировали не только свою ограниченность в описании мира, но и опасность, которая вытекает из монистического взгляда, особенно при описании социальных явлений.

В этой связи особый интерес, и, соответственно, актуальность приобретает не только выявление идеологических предпосылок синергетического сциентизма, но и выяснение методологических механизмов перерождения вполне либерально-демократического философско-методологического плюрализма в тотальный сциентизм. Это предопределяет насущную потребность в раскрытии методологических приёмов, которые не только деформировали понятия с ясным содержанием и резким объёмом из предметных естественнонаучных областей, сделав их размытыми и неопределёнными, но и трансформировали науку о нелинейных открытых диссипативных системах в сциентическое течение.

Такие приёмы хотя и разнообразны, но счётны и вполне осознаваемы в рамках рационалистической традиции. Среди такого рода приёмов следует признать подмену понятий, созвучие терминов, многозначную трактовку понятий, используемых в синергетике и кибернетике, которая нередко ведёт к смешению понятий, к необдуманному и необоснованному переносу идей синергетики на системы кибернетического типа, системы управляемые и/или саморегулируемые, что предопределяет существенное искажение в описании действительности, и настоятельно требует сравнительного анализа содержания и объёма понятий, представленных тождественными терминами в этих областях.

Особое беспокойство вызывает внедрение деформированных синергетических понятий и идей в образование, в сферу с традиционно сложившейся методологией и моделями, которые отличает целеустремлённость, функционализм, наличие управления, тонкая и деликатная настройка. Это беспокойство обусловлено тем, что попытки синергетизации образования посредством «самоорганизации» «без каких-либо усилий» могут привести к разрушению всего общественного института, созданного человечеством для передачи опыта предшествующих поколений.

Состояние разработанности проблемы. Традиционно сциентизм разворачивался в двух направлениях – направлении редукции (онтологический сциентизм) и системном (общесистемном, междисциплинарном) направлении (методологический сциентизм), которые имели своих сторонников, как в предметных областях, так и в философии. Синергетика, претендуя на междисциплинарный статус, с одной стороны, опирается на фундаментальные работы в области физики, химии и математики по изучению открытых нелинейных диссипативных систем, устойчивости движения, теории катастроф, которые выполнены А.А. Андроновым, В.И. Арнольдом, Г.Б. Басовым, Б.П. Белоусовым, Н.Н. Боголюбовым, Ф. Вареллой, А.М. Жаботинским, Я.Б. Зельдовичем, Г.Р. Иваницким, Ю.Л. Климонтовичем, А.Н. Колмогоровым, Н.С. Крыловым, С.П. Курдюмовым, Э. Лоренцом, А.М. Ляпуновым, Л.И. Мандельштамом, У. Матураной, И.Р. Пригожиным, А.М. Прохоровым, А. Пуанкаре, А.П. Руденко, Ч. Таунсом, А.Н. Тихоновым, Р. Томом, А.М. Тьюрингом, Э. Ферми, Г. Хакеном, Д.С. Чернавским и др., с другой стороны, ссылается на ранее сложившиеся концепции и теории системных исследований, в которых заложены фундаментальные методологические основы в познании и описании систем различного уровня, определён гносеологический статус системного подхода, разработана и утверждена идея о диалектической природе сложных и высокоорганизованных систем, а также идея единства принципов системности и развития (работы В.Г. Афанасьева, Л. фон Берталанфи, Б.В. Бирюкова, И.В. Блауберга, А.А. Богданова, Н. Винера, М. Месаровича, В.С. Тюхтина, А.И. Уемова, Ю.А. Урманцева, Ю.А. Шрейдера, Г.П. Щедровицкого, Б.Г. Юдина и др.).

Системный подход, различные варианты общих теорий систем занимают в своём эпистемологическом и методологическом ранге положение между философией и предметными областями, объединяя различные дисциплины общими понятиями «система» или «объект-система», «связь» или «отношение» и фундаментальной системной методологией переноса знаний через моделирование на основе аналогий и гомоморфизмов. Междисциплинарность синергетики носит иной характер и разворачивается в «горизонтальном направлении». В настоящее время синергетика активно внедряется в социогуманитарную область, стремительно возникают направления социосинергетики и эволюционной экономики, ссылаются на методы синергетики в медицине, психологии, педагогике, лингвистике, истории, искусствознании, антропологии.

Философская рефлексия по вопросам использования идей и методов синергетики в социально-гуманитарной сфере наблюдается в работах В.И. Аршинова, Э.Н. Богдановой, В.П. Бранского, В.Г. Буданова, И.А. Гобозова, В.Б. Губина, С.Ф. Денисова, М.С. Ельчанинова, М.С. Кагана, С.П. Капицы, Е.Н. Князевой, Г.Г. Малинецкого, С.Ю. Малкова, И.В. Мелик-Гайказян, А.П. Назаретяна, Дж. Николиса, А.И. Пигалева, Е.Я. Режабека, В.С. Степина, А.Д. Урсула, С.С. Хоружего и др. Но, осуществляя перенос выводов, сделанных при познании открытых нелинейных диссипативных систем средствами физики, химии и математики в социально-гуманитарную сферу, многие авторы, как правило, не заботятся об установлении изоморфизмов и гомоморфизмов, которые служат базовыми отношениями при моделировании, хотя В.Г. Буданов, М.А. Дрюк, Е.Н. Князева, С.П. Курдюмов, Г.Г. Малинецкий, Д.С. Чернавский и обращают внимание на недопустимость необоснованных экстраполяций, вольных аналогий и гипотетических проектов связанных с переносом идей и понятий синергетики на гуманитарную сферу, а С.Ф. Денисов открыто называет такого рода переносы сциентизмом.

В.Г. Буданов, вскрывая суть междисциплинарности, выделяет и её типы: междисциплинарность как согласование языков смежных дисциплин, междисциплинарность как транссогласование языков не обязательно близких (трансдисциплинарность), эвристическая гипотеза-аналогия, переносящая конструкции одной дисциплины в другую без должного обоснования, междисциплинарность как конструктивный междисциплинарный проект, организованная форма взаимодействия многих дисциплин, междисциплинарность как сетевая коммуникация.

Д.С. Чернавский, обсуждая онтологические и гносеологические основания междисциплинарности, использует идеи всеединства, трактуемого как стремление понять и представить в рамках единого подхода все явления природы, универсального эволюционизма всё с той же задачей всеединства, но уже с пониманием всеобщности эволюции, физического редукционизма на основе ревизии и расширения физических понятий.

В работах А.И. Бочкарева, Е.Н. Князевой, С.П. Курдюмова, Д.С. Чернавского и некоторых других авторов – методологов синергетического подхода к познанию и описанию всего мира, особые надежды возлагаются на интеграцию наук на синергетической платформе за счёт формирования единого мировоззрения, фундаментальным когнитивным ядром которого является нелинейное мышление. Однако, мировоззренческое «обволакивание» гуманитариев идеями «синергетики» значительно затруднено, что обусловлено, с одной стороны, неприятием профессионалами инородной терминологии (на этот аспект обращают внимание О. Русакова, О. Дука), с другой – эклектичным, и, соответственно, безрезультатным использованием неофитами всё той же инородной терминологии. Но метафоричность, намёк и отдалённая аналогия при рациональном подходе к теоретическому познанию, по мнению Л.Д. Гудкова, предполагает, в конечном итоге, «открытое сравнение», а это не что иное как установление отношений типа гомоморфизма. Неприемлемым средством синергетической методологии междисциплинарности следует признать и деформацию естественнонаучных и математических понятий посредством произвольного расширения их объёма, что ранее уже обсуждалось в работах И. Лакатоса.

В настоящее время в естественнонаучной и философской литературе уже происходит осмысление идей синергетики, и, как результат, складывается критическое отношение к синергетической методологии и терминологии, её эклектизму и мистическому крену (например, в работах В.И. Арнольда, Г.Л.Дж. Ван-дер-Мааса, Дж. Гольдштейна, В.Б. Губина, С.Ф. Денисова, М.А. Дрюк, В. Луговского, В.С. Стёпина, М.И. Штеренберга и др.), то в области социально-гуманитарного познания, и, в частности, в педагогике, за редким исключением (как, например, в публикациях Т.С. Назаровой, В.С. Шаповаленко), наблюдается триумфальное шествие синергетики по монографиям, статьям и учебным пособиям (в работах А.И. Бочкарёва, М.А. Весны, И.О. Елеференко, Г.В. Ивановой, В.А. Игнатовой, И.А. Колесниковой, С.В. Кривых, И.П. Лебедевой, В.В. Маткина, М.В. Мелик-Гайказян, В.Г. Мозгота, Л.И. Новиковой, И. Стекловой, В.А. Рабоша, А.Г. Терещенко, А.П. Усольцева, Т.И. Шамовой).

В мировой и отечественной философской литературе, а также в результате осмысления философско-мировоззренческих и морально-этических проблем естествознания представителями конкретно-научного и художественного познания и описания мира уже неоднократно, начиная со времён Дж. Бруно и Г. Галилея, высказывались с разной степенью остроты опасения по поводу всеохватывающих претензий науки. Такого рода опасения наблюдаются в работах Н. Бора, С.Ф. Денисова, В.И. Иванова, А. Камю, В.И. Корюкина, Г. Риккерта, В.В. Розанова, Дж. Свифта, Е.Н. Трубецкого, И.С. Тургенева, П.Н. Федосеева, П. Фейерабенда, В. Франкла, Л. Шестова, Э. Шрёдингера и др. Однако, проблема, связанная с противостоянием сциентизма и антисциентизма, до сих пор не решена, и, вероятно, она не может быть решена в принципе. Каждое новое поколение приверженцев идеала естественнонаучного знания и познания делает попытку представить весь мир, исходя из ограниченного количества начал. Не оказалась исключением и синергетика. В этой связи и мы не можем и не хотим претендовать на окончательное решение этой проблемы, хотя вскрыть специфику синергетического сциентизма и продемонстрировать необоснованность активного внедрения и использования идей и моделей синергетики в социально-гуманитарной сфере, есть смысл.

Основная проблема исследования. Использование идей синергетики, её физических моделей и математического аппарата в социально-гуманитарной сфере приобрело сциентический характер. Многие исследователи, потеряв, с одной стороны, доверие к методологии, на которую традиционно опиралась та или иная социально-гуманитарная практика познания, а с другой стороны, всецело доверяя опыту и успехам естественнонаучного познания, решили переложить на естественнонаучную основу нерешённые в своей предметной области проблемы. При этом, однако, вскрываются вопросы, на которые необходимо дать ответ, а именно:

  • Каковы предпосылки и условия, способствующие тотальному распространению синергетических идей?
  • Позволяет ли синергетика обосновано свести (редуцировать) объекты и явления социально-гуманитарной сферы к движению и взаимодействию атомов и молекул?
  • Установлены или нет отношения гомоморфности между реалиями (или понятиями) из социально-гуманитарной сферы и сферы естественнонаучной, которые дают методологическое обоснование для моделирования?
  • Насколько правомерно использование идей синергетики для обоснования новых образовательных стратегий?

Цель исследования. Раскрыть онтологическую и методологическую специфику синергетического сциентизма, продемонстрировав необоснованность использования идей синергетики в социально-гуманитарной сфере.

Для достижения поставленной цели, необходимо решить следующие задачи:

  1. Выявить особенности основных сциентических течений в философии, а также причины, ведущие общество по пути сциентизма.
  2. Вскрыть философско-мировоззренческие основания и методологические ориентиры постмодернизма, которые способствовали деформации синергетики в синергетический сциентизм.
  3. Выявить идеологические предпосылки синергетического сциентизма.
  4. Вскрыть онтологические основания синергетики и выявить принципиальные различия между естественнонаучным и сциентически расширенным синергетическим описанием открытых нелинейных диссипативных систем.
  5. Провести сравнительный анализ методологических оснований и проблем, возникающих при редукции, а также переносе физических и математических знаний в виде теоретических моделей из одной естественнонаучной области в другую, а также при использовании моделей и аналогий из естественнонаучной области в гуманитарной сфере.
  6. Раскрыть связь между кибернетическим и синергетическим описанием самоорганизующихся систем, выявить роль информации в этих системах.
  7. Выявить кибернетические и синергетические аспекты образовательных систем.
  8. Вскрыть методологические трудности и логические противоречия педагогической синергетики.

Теоретико-методологическую основу исследования составили диалектико-материалистическая теория познания и её основополагающие идеи и принципы (отражения, объективности, единства теории и практики, историзма, восхождения от абстрактного к конкретному); системный подход; деятельностный подход; рефлексивный подход. Доминирующим в решении научной проблемы методом выступает логико-методологический анализ в духе рационалистической традиции периода модерна.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:

  1. Установлено, что у сторонников синергетического сциентизма нет оснований ни для редукции, ни для использования теоретических моделей из физики открытых нелинейных диссипативных систем при описании явлений в социально-гуманитарной сфере, так как не установлены основополагающие отношения гомоморфности между понятиями, описывающими эти различные сферы знания и познания, а «междисциплинарность» по наитию не позволяет получить нетривиальные результаты в тех или иных дисциплинарных областях.
  2. Выявлены методологические приёмы, которые используют сторонники синергетизации знания и познания в виде деформации и подмены понятий, введения в оборот многозначных терминов.
  3. Аргументирована необоснованность переноса содержания понятия «информация» из одной научно-практической области в другую посредством использования полисемичного термина.
  4. Зафиксировано, что кроме традиционных социокультурных корней сциентизма, таких как «монистический идеал», «экономия мышления», неудовлетворённость исследователей уровнем и эффективностью существующей и доминирующей на том или ином историческом этапе методологии, существования эффективных методов исследования в других практиках познания, желание исследователей, владеющих эффективной методологией расширить онтологические горизонты своего научного поиска, в условиях постмодернизма появились и иные причины сциентических устремлений, к которым следует отнести претензии различных познавательных практик на научный статус посредством имитации по внешним признакам научной деятельности и повышение собственной статусности за счёт привлечения ранее уже сформировавшегося отношения общества к математизированным естественнонаучным областям знания и познания.
  5. Предложен иной, нетрадиционный для отечественной философии, взгляд на гносеологический анархизм П. Фейерабенда, выраженный в лозунге «возможно всё». В нашей версии, говоря «всё возможно», Фейерабенд не призывает к иррациональности и развалу методологии науки, алогизму, а предупреждает, что возможно всё – обман, лицемерие, невежество, тоталитаризм, дилетантизм и т.п. При этом особенно опасны – воинствующие дилетанты. И уже в рамках выявленной трактовки продемонстрировано, что основанием гносеологического релятивизма внутри частно-научного (например, естественнонаучного или социально-гуманитарного) способа познания мира (перешедшего в конкретику предмета и трансформировавшись, в этой связи, в методологический релятивизм) следует признать либо осознанную мистификацию и интеллектуальную нечестность, либо дилетантизм и безграмотность.
  6. Обосновано, что подмена понятия «саморегуляция» понятием «саморазвитие» посредством отождествления и того и другого понятия с более общим понятием «самоорганизация» выступает в качестве методологического механизма, используемого представителями синергетического течения для утверждения междисциплинарности.
  7. Обосновано, что подавляющему большинству, описанных в педагогической и психолого-педагогической литературе образовательных систем, присущи признаки кибернетических систем (целеустремлённые, функциональные, регулируемые, либо саморегулируемые и т.д.), а также показано, что заимствование синергетической терминологии при описании образовательных систем, чаще всего, не корректно с методологической точки зрения.
  8. Предложено принять в качестве основного методологического средства при междисциплинарном переносе идей из физики открытых нелинейных диссипативных систем в социально-гуманитарную сферу гомоморфные отношения, устанавливаемые между традиционными для той или иной предметной области теоретическими конструктами (или явлениями) и моделями «синергетики».

Положения, выносимые на защиту:

  1. Междисциплинарные устремления представителей синергетического течения, как со стороны естественнонаучной ветви, так и социально-гуманитарной, методологически не обоснованы. Для методологически корректного использования моделей из физики открытых нелинейных диссипативных систем в социально-гуманитарной сфере необходимо установить гомоморфные отношения между соответствующими теоретическими конструктами. Метафоричность, намёк и отдалённая аналогия, на которые делают упор представители синергетического течения, при рациональном подходе к теоретическому познанию предполагает, в конечном итоге, «открытое сравнение», а это не что иное как установление отношений типа гомоморфизма.
  2. Редукция и перенос естественнонаучных и математических знаний в виде теоретических моделей на основе установления отношений гомоморфности в социально-гуманитарную сферу наталкивается на серьёзные трудности и возражения по причине её онтологической и методологической специфичности.
  3. Расширение понятий, которое используется представителями синергетического течения в качестве методологического приёма «междисциплинарности» ведёт к деформации и «размыванию» физико-математических понятий, превращая их в понятия с неясным содержанием и размытым объёмом.
  4. Междисциплинарность синергетики с опорой на мировоззренческое «обволакивание» гуманитариев идеями из области физики открытых нелинейных диссипативных систем на сегодняшний день ещё значительно затруднено, что обусловлено, с одной стороны, неприятием профессионалами инородной терминологии, с другой – эклектичным, и, соответственно, безрезультатным использованием этой инородной терминологии.
  5. Синергетика, имея в качестве прообраза своих идей и основных понятий физические, физико-химические и биофизические явления и процессы, происходящие в «открытых нелинейных диссипативных системах», которые могут быть представлены нелинейными математическими моделями, опираясь на философский плюрализм и гносеологический релятивизм, ослабившие требования к научному познанию, и, прежде всего к его естественнонаучному идеалу, трансформировалась в сциентическое течение с соответствующими амбициями во всех областях знания: истории, политологии, социологии, психологии, экономики, педагогики, лингвистики, философии и т.д.
  6. Успеху синергетики в социально-гуманитарных областях знания способствовал и ряд идеологических предпосылок, среди которых следует выделить идею «прозрения» всего человечества посредством «шоковой терапии», опирающейся на страх людей перед настоящим и, особенно, перед будущим, которое может неожиданно и непредсказуемо измениться; идею социального прогресса на основе научного знания, востребованную уставшим от безысходности ранее научно обоснованного механико-кибернетическими идеями управления тотального контроля всех сфер жизнедеятельности общества, а также неконтролируемого и неуправляемого государством беспросветного рыночного хаоса.
  7. Использование синергетической терминологии при описании образовательных систем чаще всего не обосновано, так как подавляющему большинству из них присущи признаки систем кибернетических (целеустремлённые, функциональные, регулируемые, либо саморегулируемые и т.д.) и именно с системами такого рода может и должен профессионально работать педагог, а уровень «нейронной самоорганизации», а также других неосознаваемых проявлений психики и активности человека следует признать выходящими за рамки его компетенций. Более того, на сегодняшний день нет надёжных экспериментальных данных, подтверждающих наличие процессов самоорганизации синергетического типа в образовательных системах.

Теоретическая и практическая значимость исследования.

  1. Выводы и результаты диссертационного исследования могут найти применение в решении методологических проблем, связанных с редукцией и переносом теоретических моделей из естественнонаучной области в социально-гуманитарную. Методологические ориентиры, выявленные в ходе диссертационного исследования, позволяют определить стратегию конкретно-научных поисков новых методов познания и организации практической деятельности.
  2. Результаты диссертационного исследования могут составить основу для разработки учебных курсов по онтологии и теории познания, философии и методологии науки, культурологии, концепциям современного естествознания, физическим картинам мира, теории информации.

Апробация диссертации. Результаты диссертационного исследования автор докладывал на международных, всероссийских, региональных и межвузовских конференциях и семинарах, в том числе на всероссийской научно-методической конференции «Образование XXI века: инновационные технологии, диагностика и управление в условиях информатизации и гуманизации» (Красноярск, 16 – 17 мая 2000 г.), международной конференции «Физика в системе современного образования» (СПб, 2003), всероссийской научно-практической конференции «Современная астрономия и методика её преподавания» (СПБ, 27 – 29 марта 2002 г.), региональной научно-практической конференции с международным участием (Тара, 24 – 25 мая 2005 г.), региональной научно-практической конференции «Инновационные процессы в теории и практике современного образования» (Омск, 2005 г.), межвузовской научно-практической конференции по проблемам педагогической инноватики «Проблемы естественнонаучного и математического образования» (Тобольск, 2002), межвузовской конференции «Наука и образование: проблемы и перспективы повышения качества образования» (Тара, 10 – 11 мая 2007 г.), межрегиональной научно-практической конференции «Проблемы и перспективы развития математического и экономического образования» (Тара, 2007 г.), всероссийской научно-практической конференции «Современные проблемы и перспективы теории и методики обучения математике» (Тара, 15 января 2010 г.), всероссийской научно-практической конференции «Современное образование в условиях реформирования: инновации и перспективы» (Красноярск, 17 марта 2010 г.), международной научно-практической конференции «Наука и современность – 2010» (Новосибирск, 2010), всероссийской научной конференции «Философия, культура, образование в XXI веке» (Казань, 22 апреля 2011 г.), международной научной конференции «Актуальные проблемы и современное состояние общественных наук в условиях глобализации» (Москва, 14 – 15 мая 2011 г.), I Международной научной конференции «Гуманитарные науки и современность» (Москва, 10 июля 2011).

Структура и объём работы. Структура диссертации определяется логикой исследования, последовательностью решения поставленных задач и состоит из введения, трёх глав, содержащих 9 параграфов, заключения и библиографии. Общий объём диссертации составляет 301 страницу. Список литературы содержит 476 наименований.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы, формулируется проблема исследования, рассматривается степень её научной разработанности, формулируется цель и задачи исследования, формулируются основные характеристики научной новизны диссертации, определяются теоретико-методологические основы, а также теоретическая и практическая значимость исследования.

В первой главе диссертации «Основания синергетического сциентизма» вскрываются социокультурные и методологические основания синергетического сциентизма, которые восходят к идее монизма.

В первом параграфе «Сциентическая традиция в философии» сциентизм рассматривается в контексте становления нового способа познания мира, возникшего в Европе в трудах Г. Галилея, Ф. Бэкона, Р. Декарта, И. Кеплера, Г.В. Лейбница, И. Ньютона и других их современников и последователей, с такими его методологическими особенностями, как отказ от опоры на очевидность обыденного знания и логику здравого смысла, экспериментом и систематическими наблюдениями природы с последующим обобщением их результатов, независимых от воли и желаний исследователя, рационализмом, основанная на «беспристрастном разуме, очищенном от предрассудков», фундаментальными идеализациями, а также дифференциацией объекта изучения и специализацией исследовательской практики с учётом ценностных установок в виде запрета на умышленное искажение истины в угоду внешним для науки ценностям (религиозным, идеологическим, политическим) и запрета на плагиат.

Следует обратить внимание на то, что уже у истоков зарождения идеи монизма, понимание единого не было однозначным. Начиная с античности, прослеживаются две линии в обосновании единства. Истоки одной восходят к милетской школе, в рамках которой все многообразие выводится из некоего «первого элемента», и весь мир условно можно представить в виде древа, имеющего «единый корень». Другой тип модели обоснования единства связан с учением Эмпедокла, в котором за исходный пункт исследования берется целое, являющееся образцом для каждой входящей в него части.

Традиция милетской школы трансформировалась в атомистическую концепцию, в рамках которой понятие атома из умозрительного превратилось в научно обоснованное. Логико-гносеологический опыт данного понимания принципа монизма получил свое отражение в фундаменталистско-редукционистском образе науки. Второй тип моделей нашел свое воплощение в концепциях витализма, холизма, органицизма, гештальтпсихологии, эмерджентной эволюции, системных исследованиях и т.д.

В рамках отмеченных выше традиций монизма, контекстно им, выделяются и два направления сциентизма – онтологический сциентизм, представляющий фундаменталистско-редукционистскую традицию идеи монизма, и методологический сциентизм, представляющий системную ветвь в развёртывании идеи монизма.

В диссертации описаны основные виды сциентизма: механицизм и физикализм, с позиций которых, применительно к живым организмам, занимающим промежуточное положение между неживой материей и человеческим социумом, в природе нет ничего кроме движущейся материи (вещество, поле, энергия), и, в этой связи, для её изучения необходимо и достаточно экспериментирование и измерение, биологизм, как идейный продолжатель физикализма, желающий свести все человеческие проявления к биологическим основам. Согласно сциентической и, прежде всего, физической картине мира, вся природа, в том числе и природа человека, представляет собой царство закона, вечного и неизменного в своей абсолютности.

Необходимо отметить, что у редукционизма есть как противники, так и сторонники. При этом сторонники редукционизма имеют вполне веские, основания для отстаивания собственных позиций. Так, в частности, наглядной иллюстрацией успехов редукционизма может служить кинетическая теория газов, которая через микроскопические характеристики атомов и молекул объяснила макроскопические параметры термодинамических систем – температуру, давление, энтропию и пр.

Рассматривая обоснованность переноса моделей из естественнонаучной области в социально-гуманитарную, следует, прежде всего, обратить внимание на тот факт, что на сегодняшний день природа социального и гуманитарного не формализована. В связи с чем довольно проблематично всерьёз рассматривать возможность переноса моделей нелинейных физико-химических процессов в социогуманитарную сферу. Такому положению дел есть довольно много объяснительных обстоятельств, среди которых «невероятная» сложность социально-гуманитарного объекта, его иррациональность и пр.

Кроме отмеченных выше причин и форм сциентизма есть ещё одно проявление сциентизма – имитационный сциентизм, который нашёл своё отражение в астрологии, уфологии, хиромантии, эзотерике и других, достаточно массово представленных в современном обществе практик познания, активно претендующих на научный статус.

Таким образом, выделяя причины, ведущие общество по пути сциентизма, следует в качестве таковых признать:

  1. Монистический идеал и «экономию мышления», поддерживаемые эффективностью той или иной методологии, побуждающие исследователей, владеющих этой методологией, расширять онтологические горизонты своего поиска.
  2. Неудовлетворённость исследователей уровнем и эффективностью существующей и доминирующей на том или ином историческом этапе применяемой методологии.
  3. Претензии различных познавательных практик (астрология, теология, уфология, хиромантия и т.п.) на научный статус за счёт имитации по внешним признакам научной деятельности, что, с одной стороны, придаёт самим претендентам дополнительную статусность в обществе и, во вторых, даёт возможность либо на привлечение дополнительной прибыли на рынке при продаже своих «научных» услуг, либо на дотации со стороны государства.

Рассмотрению социокультурных условий синергетического сциентизма посвящён второй параграф «Методологический плюрализм как условие и возможность синергетического сциентизма».

Возродившись в гуманитарном познании и получив поддержку со стороны сциентически ориентированных философов, постмодернизм, с его активным отрицанием абсолютной истины, стал распространяться по миру. С точки зрения постмодернистов все попытки научного познания мира социально обусловлены, а значит в той или иной мере искажены социокультурными предпосылками. Возникнув как эмоциональное и интеллектуальное сопротивление модернизму, базирующемуся на идеологии сциентизма и технического прогресса, постмодернизм попытался и пытается ниспровергнуть заслуги науки перед обществом. С точки зрения сторонников постмодернизма наука представляет собой просто очередное повествование, нарратив, а о «пресловутой» объективности они думают только как об интерсубъективности. Отвергая естественнонаучные идеалы познания, постмодернисты отвергают и такие «репрессивные» с их точки зрения начала, как логика, логически функционирующий разум и основанное на них понятие истины.

Одним из сторонников идей постмодернизма выступил П. Фейерабенд, который предложил свой вариант по улучшению эпистемологической обстановки. С его точки зрения это возможно достичь, если признать, что кроме науки в обществе существуют и другие традиции, не менее значимые для человечества, такие как религия, мифология и пр., и принять, что в интеллектуальной сфере допустимо всё.

Термин «философский плюрализм», ставший одной из составляющих постмодернизма, вошёл в употребление к концу XVIII века, которым начинают обозначать философские системы, полагающие, что в основе мироздания лежит несколько независимых и несводимых друг к другу начал. Гносеологическим аспектом плюрализма выступает релятивизм. В основании такой концепции лежит убеждение в том, что объективной истины вообще нет, а если она всё же есть, то всё равно нет теории, которая была бы истинной или, во всяком случае, более близкой к истине, чем некоторая другая теория, и нет никаких способов и средств для ответа на вопрос, какая из этих теорий лучше.

Синергисты решительны в своём понимании истины, полагая, что мы не в состоянии узнать, какой является реальность, а лишь способны на постоянное изобретение и конструирование реальности. И так как мир есть наше изобретение, то каждый познающий его безнадежно когнитивно одинок.

Истоки философского плюрализма и гносеологического релятивизма, которые вскрываются при анализе «революционных» работ синергистов, с одной стороны, напоминают гегелевское «совершенное мышление», в котором «мысли становятся текучими и смешанными», «а истина и ложь не являются резко отделёнными противоположностями», с другой стороны, подмена научных понятий, выработанных в канве рационализма, мистическими, иррациональными словесами, «антиинтеллектуальной философии типа бергсоновской», которая процветает на ошибках и путаницах интеллекта. Следует, однако, заметить, что в настоящее время сопротивление постмодернизму возрастает не только в западной интеллектуальной культуре, но уже и в России. Философы-рационалисты стали заново продумывать «прописные» истины теории познания, возвращаясь к истокам, искать серьёзные контраргументы, вступая в содержательную полемику с представителями ирреализма, иррационализма и постмодернистского релятивизма.

Таким образом, если в качестве основы философского плюрализма признать представление о множественности независимых и несводимых друг к другу начал, что может быть выражено в том числе и в многообразии гносеологических подходов (что вполне оправдано и обосновано), определяющих своеобразие методологий и соответствующих картин мира (естественнонаучных, социально-гуманитарных, религиозных, эзотерических и пр.), то в качестве основания гносеологического релятивизма внутри частно-научного (например, естественнонаучного или социально-гуманитарного) способа познания мира (перешедшего в конкретику предмета и трансформировавшись, в этой связи, в методологический релятивизм) следует признать либо осознанную мистификацию, интеллектуальную нечестность и моральную безответственность («шарлатанство и трюкачество»), либо дилетантизм и безграмотность. Философский плюрализм и гносеологический релятивизм, ослабив требования к научному познанию, и, прежде всего к его естественнонаучному идеалу, позволил синергетике не только «прижиться» на поле социально-гуманитарного знания, но и дать «буйные всходы» по всем направлениям: история, политология, социология, психология, экономика, педагогика, лингвистика, философия и т.д., превратив в итоге науку с вполне очерченной предметной областью (физика открытых нелинейных диссипативных систем) в синергетический сциентизм.

В третьем параграфе «Идеологические предпосылки синергетического сциентизма» рассматривается идеологический контекст и предпосылки распространения идей и понятий синергетики на социогуманитарную сферу.

Идеология, будучи явлением общественного сознания, и, представляя собой систему идей и взглядов, в которых осознаются и оцениваются отношения людей к действительности и друг другу, социальные проблемы, а также представлены цели социальной деятельности, направленные на закрепление или изменение имеющихся общественных отношений, определяется общественным бытиём и, в тоже время, обладает по отношению к нему относительной самостоятельностью. И эта относительная самостоятельность идеологии проявляется в обратном воздействии на общественное бытиё, на всю жизнь общества. Не исключается из такого рода воздействия и наука.

История и социология науки уже накопила большое количество примеров, подтверждающих экстерналистский взгляд на науку. В этой связи, признавая влияние господствующей идеологии в обществе не только на скорость и выбор направления исследования, но и на само содержание научного мышления, оказывается возможным вскрыть и особенности идеологии («тотальной идеологии» и «научного этоса»), которые способствовали широкомасштабному распространению синергетики по различным областям знания и познания.

Появление у нас в стране научно-популярной и философской литературы синергетической направленности (самоорганизация, коэволюция, космизм, устойчивость и т.п.) совпадает с началом Перестройки. Полагаю, что это не случайное совпадение. Именно на этом рубеже произошло кардинальное изменение не только идеологии руководства нашей страны, но и большинства населения. И эта новая идеология не могла не оказать своего влияния и на все сферы интеллектуально-творческой деятельности. Однако и перестроечная идеология выросла не на пустом месте. Не рассматривая хозяйственно-экономическую и политическую ситуацию, в которой оказался Советский Союз к середине 80-х годов XX века, следует отметить в качестве идеологической предпосылки появления «нового мышления» не только у нас в стране, но и во всём мире, просветительско-пропагандистскую деятельность Римского клуба, организаторы которого открыто декларировали свои идеологические устремления направленные на резкое и качественное изменение мышления жителей Земли.

В этой связи в качестве идеологических предпосылок успеха синергетики в области социально-гуманитарного знания, и её деформации в синергетический сциентизм следует выделить:

  1. Идею «прозрения» всего человечества посредством «шоковой терапии», эмоциональной основой которой должен выступить страх людей перед настоящим и, особенно, перед будущим, которое может неожиданно и непредсказуемо измениться и измениться не в лучшую сторону (проявление экологической идеологии1).
  2. Идею социального прогресса на основе научного знания, которая, с одной стороны, чрезвычайно востребована уставшим от безысходности ранее научно обоснованного механико-кибернетическими идеями управления тотального контроля всех сфер жизнедеятельности общества, с другой стороны, неконтролируемого и неуправляемого государством беспросветного рыночного хаоса (столкновение и борьба идеологий консерватизма и либерализма).
  3. Признание ценности научного знания и познания, что в сочетании с надеждой на существующие в природе и обществе законы, следуя которым окажется возможным безбедное, безболезненное, бесконфликтное и не очень трудоёмкое существование («малыми усилиями – большие результаты»).

Во второй главе диссертации «Понятийно-категориальный каркас синергетики как физико-математической науки и его деформации» рассматриваются онтологические основания синергетики и аргументированность претензий сциентически настроенных авторов, использующих аппарат синергетики, на «междисциплинарность».

В первом параграфе «Понятийно-категориальный каркас синергетики как физико-математической науки» сделан краткий экскурс в становление онтологических основ синергетики. Особое внимание обращается на такие основополагающие понятия, как «открытая система», «нелинейность», «обратная связь», «диссипация», «аттрактор», «странный аттрактор», «бифуркация», «автоколебания», «автоволны», «детерминированный хаос». Рассматривается принципиальное устройство и физика лазеров, так как именно лазеры послужили источником широких обобщений для Г. Хакена, и, в этой связи, представляют интерес для понимания основ синергетики.

В результате изучения онтологических основ синергетики необходимо обратить внимание на два важных обстоятельства: во-первых, прообразом идей и основных понятий синергетики служат физические, физико-химические и биофизические явления и процессы, происходящие в «открытых нелинейных диссипативных системах», которые могут быть представлены нелинейными математическими моделями; во-вторых, при описании «открытых нелинейных диссипативных систем» физики не используют информационной терминологии, а авторы текстов по синергетике, подготавливая почву для более расширенного приложения идей, понятий и законов, выработанных исследователями при изучении «самоорганизующихся» систем неорганической природы делают, на первый взгляд незначительные, «информационные» дополнения.

Во втором параграфе «Расширение научных понятий как фактор деформации синергетики» вскрываются используемые синергистами методологические приёмы переноса идей и понятий из физико-математической области в гуманитарную. Сравнивая содержание понятий синергетики, которые используются в физико-математической области при описании открытых нелинейных диссипативных систем с содержанием понятий, обозначаемых аналогичными терминами из социогуманитарной области, следует признать, что одним из распространенных приёмов, которым пользуются синергисты для расширения сферы приложения идей и методов синергетики, является замена того или иного признака-характеристики «классического» понятия на другой признак-характеристику, который, как правило, сам является нечётким, что уже и ведёт к размыванию понятия, превращая его в понятие с неясным содержанием и нерезким объёмом. Этот приём характерен для всех основных понятий синергетики: открытая система, нелинейность, диссипативность, обратная связь и т.д.

Так, например, представители синергетического течения, говоря об открытости систем, как правило, опускают в своих публикациях слово «импульсом», которое входит в характеристику такого рода систем в физике, и добавляют от себя «информацией», хотя, как было выяснено в ходе исследования, термин информация является полисемичным, что, без специальных пояснений, нередко ведёт к неадекватной интерпретации непрофессиональными «информатами». В результате, совершив подмену одной из характеристик в содержании понятия «открытая система», заменив «импульс» на «информация», синергисты, а за ними и другие гуманитарии, использующие терминологию «самоорганизации», уже на этой основе неопределённого (размытого) понятия активно описывают разнообразные процессы.

В третьем параграфе «Методология деформации синергетики» рассматривается методология деформации синергетики. При этом обращается внимание на то обстоятельство, что использование гуманитариями некоторых выводов синергетики при разработке собственных предметных концепций опирается на слабо доказанную идею о методологической функции синергетики, её междисциплинарность. «Междисциплинарность» понимается как перенос методов в «горизонтальном» направлении из одной науки в другую и исходит из более общей идеи соединения, синтеза знаний и познания, их единства.

В настоящее время, как правило, выделяют два типа моделей обоснования единства – фундаменталистско-редукционистский и системный, в каждом из которых по-разному выражена сущность единого и также по-разному строятся доказательства его существования.

Фундаменталистско-редукционистский подход, сводит всё многообразие мира, в том числе и высших форм движения материи, к низшим: биологию к химии, химию к физике, физику твёрдого тела к квантовой механике и т.д. Бесспорно, представляется весьма заманчивым, свести все многообразие спекулятивных знаний к «фундаментальной и надежной» физике. Но, и это осознают сами физики, на пути такого рода фундаментальной редукции стоит проблема эмерджентных свойств.

В отличии от фундаменталистско-редукционистского подхода, системный подход, ориентирован на изучение целостных характеристик сложных объектов, а интерес, который представляют различные варианты общих теорий систем связан с существующей возможностью переноса общесистемных закономерностей на конкретную фактуальную область. В математике такое отображение одного множества в другое называется гомоморфизмом (при взаимнооднозначном отображении – изоморфизмом). Понятие изоморфизма имеет большое теоретическое и практическое значение, так как позволяет представить одну модель с помощью другой.

Но признавая эффективность переноса знаний через моделирование в естественнонаучной, уже давно математизированной области, вместе с тем, следует отметить, что на сегодняшний день не удалось построить математические модели, адекватно отражающие социальные, психические, педагогические и прочие социально-гуманитарные реалии, хотя в этом направлении ведутся интенсивные работы. Есть довольно много объяснительных обстоятельств такого положения дел, среди которых «невероятная» сложность социально-гуманитарного объекта, его иррациональность и пр. Однако сциентически настроенные синергисты (Е.Н. Князева, С.П. Курдюмов, Д.С. Чернавский и др.) настаивают на переносе моделей из физико-математической области в социогуманитарную. При этом отсутствие заметных успехов в установлении изоморфных либо гомоморфных отношений между структурами из различных областей знания вынуждает синергистов говорить о «формировании нового компонента у гуманитариев под влиянием синергетики». В этой связи, гуманитариям полагается, проникнув на мировоззренческом уровне пониманием «нелинейности», иметь в виду, что именно благодаря нелинейности имеет силу «важнейший» принцип «разрастания малого», или «усиления флуктуаций», пороговость чувствительности, дискретность путей эволюции нелинейных систем, возможность неожиданных изменений направления течения процессов и т.п. Однако, и это выявлено в ходе исследования, мировоззренческое «обволакивание» гуманитариев идеями «синергетики» на сегодняшний день ещё значительно затруднено, что обусловлено, с одной стороны, неприятием профессионалами инородной терминологии, с другой – эклектичным, и, соответственно, безрезультатным использованием неофитами всё той же инородной терминологии.

В третьей главе «Кибернетика и синергетический сциентизм в образовательном процессе» обсуждается обоснованность использования идей синергетики для организации образовательного процесса, и, в этой связи, сравниваются позиции педагогов-синергистов с методологией научного исследования и рациональной логикой, демонстрируется абсурдность большинства «синергетических» высказываний применительно к образованию, их неадекватность педагогическим явлениям, результатам «традиционных» дидактических и психолого-педагогических исследований.

В первом параграфе «Самоорганизация в кибернетических и синергетических системах» сравниваются процессы самоорганизации в кибернетических и синергетических системах, рассматривается роль положительных и отрицательных обратных связей, специфика их реализации и обоснованность употребления этой терминологии при описании физических, химических и биологических систем, то есть таких систем, для адекватного описания которых традиционно исходили из принципа Ле-Шателье.

О самоорганизации говорят и пишут в различных областях знания: физике, химии, биологии, кибернетике, педагогике, социологии и пр. При этом нередко можно обнаружить перенос смысла слова «самоорганизация», который вкладывают в него физики или химики в этот же термин, но уже при описании процессов самоорганизации, протекающих в области, которая изучается социологией, педагогикой и т.п.

Первоначально термин «самоорганизация» получил широкое распространение в технике: при описании цифровых вычислительных программ, управляющих систем с обратной связью, систем распознавания образов, электрических сетей и др. Обычно в технике самоорганизующимися считаются системы, основанные на биологических принципах. Характерная особенность таких систем – непрерывная приспособляемость к изменяющимся внешним и внутренним условиям и непрерывное совершенствование функционирования при неизменных условиях с учётом прошлого опыта. Анализ работ по кибернетической тематике вскрывает такие характеристики кибернетических систем, как устойчивость и управляемость (внешнюю или внутреннюю). В этой связи использование одинаково звучащих терминов (полисемичных) для описания и кибернетических, и синергетических систем не указывает на эквивалентность самих систем. Системы кибернетического типа – функциональные (направленные на выполнение определённой функции) гомеостатичные (homeo – подобный, постоянный; stasis – состояние) системы, в которых со стохастичностью и изменением параметров происходит борьба. Наиболее важной чертой саморегулирующихся систем является способность воспринимать определённую информацию, сохранять эту информацию в памяти, передавать её по присущим данной системе линиям связи и перерабатывать её в сигналы, направляющие деятельность системы. При этом, любая функциональная система различного уровня организации строится по принципу саморегуляции, а, говоря о процессах самоорганизации в синергетическом контексте, важно понимать, что возникновение пространственного порядка из начального беспорядка происходит в отсутствии организующих (задающих структуру) воздействий.

В результате рассмотрения самоорганизующихся систем, следует констатировать, что в широко представленном классе кибернетических (целеустремлённых) систем решающую роль в самоорганизации играет именно отрицательная обратная связь, которая обеспечивает системе стабильность параметров функционирования, жизнеустойчивость, в отличие от «положительной обратной связи» систем синергетических, ведущих через нестабильность к развитию или разрушению системы.

Таким образом после рассмотрения различных подходов к определению понятия «самоорганизация», используемых в различных областях знания, во избежании путаницы и далеко идущих искажений, следует принять точку зрения В.С. Степина, который предлагает классифицировать системы на саморазвивающиеся (изучает синергетика) и саморегулирующиеся (изучают в биологии, кибернетике, теории информации и теории систем).

Во втором параграфе «Кибернетизм и синергетизм образовательных систем» на основе выводов, сделанных при сравнении кибернетических и синергетических систем, происходит выявление свойств и выяснение принадлежности систем образовательных, описанных в педагогической литературе, к одному из двух классов – кибернетическому, либо синергетическому. Здесь же обсуждается и аргументированность попыток организации образовательного процесса на основе идей анархизма и экзистенциализма (так называемое личностно ориентированное образование), на пример которого ссылаются педагоги-синергисты, как образец образовательного процесса синергийного характера.

В публикациях по педагогической синергетике авторы, обозначая открытость образовательных и/или педагогических систем, их нелинейный характер и другие характеристики, как правило не указывают конкретно о какой системе идёт речь. Эта конкретизация крайне необходима, так как в образовании и педагогике существует сложная и неоднозначная по своим определениям иерархия систем. В результате рассмотрения различных уровней системы образования мы можем констатировать, что большинство из них носят целеустремлённый характер с внутренней или внешней регуляцией (управлением) и, в этой связи, их следует отнести к кругу кибернетических систем.

Но этот вывод не означает, что в обучении и воспитании безраздельно господствует кибернетизм. Возможно существуют и другие варианты освоения исторического опыта, тем более, что не стоит переоценивать степени сознательности и самостоятельности человеческой индивидуальности вообще и в обучении и воспитании в частности.

В ходе проведённого исследования оказалось, что «самоорганизация» в образовательном процессе, реализуемая через «самообразование» представляет собой «саморегуляцию» со всеми атрибутами и этапами кибернетизма.

Особый интерес в связи с попытками найти синергетические основы самоорганизации учебной деятельности могут представлять различные модели организации обучения в рамках личностно ориентированного подхода к образованию, которые последние десятилетия активно разрабатываются и пропагандируются в России. При этом, как было выявлено в ходе анализа педагогической литературы, во всех вариантах реализации личностно ориентированного подхода в образовании предполагается субъектность учащегося, что в очередной раз уводит нас из области синергетической самоорганизации учебной деятельности.

В последнее время к понятию «самообразование» подходят ещё с одной, не совсем традиционной, стороны, делая ставку, либо на неосознаваемые внутренние механизмы развития, либо на витающие в мировом пространстве архетипы. Но и в этом случае анализ педагогических источников вскрывает полную рассогласованность между красивыми философско-мировоззренческими идеями, которые теоретики педагогики хотели бы использовать в качестве знамени (знамён) для своих конструкций, деятельностным подходом, культивируемым в отечественном образовании вместе с «непреложным» фактом вскрытым Л.С. Выготским о ведущей роли обучения в развитии ребёнка и реалиями отечественной школы.

Таким образом, заканчивая рассмотрение кибернетических и синергетических начал, присущих образовательным системам, следует признать:

  1. Подавляющему большинству, описанных в педагогической и психолого-педагогической литературе образовательных систем, присущи признаки кибернетических систем (целеустремлённые, функциональные, регулируемые, либо саморегулируемые и т.д.).
  2. В публикациях, рассматривающих возможные причины «хаотизации» и пути (средства, механизмы) борьбы с ней, авторы также исходят из кибернетических представлений об образовательных системах.
  3. Попытки внедрения в качестве организационных и дидактических начал обучения идей анархизма и экзистенциализма (так называемое личностно ориентированное обучение) носят характер утопий и не могут быть реализованы в учебном процессе.
  4. Заимствование синергетической терминологии при описании образовательных систем чаще всего не обосновано, так как, выше уже отмечалось, образовательные системы, как правило, являются системами кибернетического типа и именно с системами такого рода может и должен профессионально работать педагог, а уровень «нейронной самоорганизации», а также других неосознаваемых проявлений психики и активности человека следует признать выходящими за рамки компетенций педагога.

В третьем параграфе «Критика основных положений педагогической синергетики» проведён философско-методологический анализ текстов по педагогической синергетике.

Как правило, в большинстве публикаций, в которых идеи синергетики переносятся в область педагогики перечисляются условия, ведущие к самоорганизации и саморазвитию в неживой природе, среди которых называют открытость систем, их нелинейность и хаотичность, кооперативное поведение элементов. Предполагается, что эти условия присущи и образовательным системам.

Детальное рассмотрение существующих вариантов переноса синергетических идей в область педагогического знания и познания наглядно демонстрирует отмеченные выше особенности «новой методологии». При этом понятия из физики и математики с ясным содержанием и резким объёмом, которые используются для описания открытых нелинейных диссипативных систем («энергия», «энтропия», «флуктуация», «диссипация», «бифуркация», «нелинейность», «хаос», «порядок», «беспорядок» и пр.) размываются и становятся неопределёнными, а авторы-синергисты из области педагогики не дают им собственных трактовок. В научно-педагогической литературе синергетического толка нередко можно встретить высказывания типа «современное образовательное пространство вполне можно представить в виде диссипативной системы, преобразующей энергию хаоса в энергию упорядоченного движения…», «синергетическое образование или образование через синергетику – это то, что помнишь, когда уже всё забыл», «образовательный процесс, чтобы постепенно становиться инновационным, должен всё более ускоряющимися темпами включать то, что пока ещё не существует, но появится или может появиться в будущем», «исходя из принципа темпоральной целостности, следует считать, что в образовательном процессе должна передаваться информация  не только от прошлых поколений к нынешним, но и совершенно новая – от пока не существующих будущих поколений к настоящим», «от учителя исходит поток информации и энергии, побуждающих самоорганизацию и саморазвитие ребёнка, становление его индивидуальности», «энергия профессионального знания», «почти мгновенно» самоорганизующихся конференций и дискуссий в образовательном пространстве открытого информационного сообщества, а также различные варианты самообразования без дидактического сопровождения, без какой-либо теории педагогики, которая в это время занята собой и не описывает подобные явления», «истинная самоорганизация предполагает управление коллективом» и тут же «в синергетике возникновение порядка, нового состояния системы возможно только благодаря внутренним тенденциям и свойствам, без воздействия извне – со стороны внешнего «организатора», «вовлечение (втягивание) ученика и учителя в синхронизм означает подчинение общей цели, завершается образованием интеллектуального «аттрактора» как некоего динамически устойчивого состояния системы», «цель следует понимать как выход на аттрактор, обеспечивающий дальнейшее устойчивое развитие всей системы», «уже научно доказано, что «элементарные частицы» мысли – нервные импульсы имеют солитонную природу», «следует вводить в образовательный процесс катастрофы, чтобы вывести систему из равновесия и придать ей импульс к саморазвитию».

Не находит подтверждения и надежда авторов на «большие эффекты» от «малых причин». Авторы-синергисты, отмечая оптимистическую сторону применения постнеклассической методологии, полагают, что «малыми усилиями можно достигнуть желаемого»

Своеобразно педагоги-синергисты трактуют и нелинейность. С их точки зрения нелинейность «мышления», «педагогических законов» и «педагогических систем» заключается в «нетрадиционности», «оригинальности», «множественности педагогических приёмов», «многовариантности и непредсказуемости перехода системы из одного состояния в другое», «периодическом изменение соотношения порядка и хаоса в системе», «разностороннем подходе к изучению объектов и явлений». Не вдаваясь в выяснение сути и статуса «педагогических законов», следует отметить, что анализ формулировок законов и закономерностей, которые описаны в педагогике, показывает, что среди них нет нелинейных. Чаще всего это либо прямо пропорциональная зависимость, как, например, «результаты обучения прямо пропорциональны продолжительности обучения», либо обратно пропорциональная зависимость, типа «продуктивность усвоения заданного объема знаний, умений обратно пропорциональна количеству изучаемого материала», либо форма зависимости вообще не указывается, как, например, «результаты обучения зависят от применяемых методов». Следует также отметить, что основная форма представления педагогических закономерностей представляет собой словесные описания, а что касается их математического отражения, на основе чего можно было бы судить об их линейности или нелинейности, то необходимо признать, что сложность педагогических явлений накладывает на их количественное представление определённые ограничения.

Говоря о «нелинейном мышлении» следует отметить, что оно не имеет отношения к «нелинейной физике», которая является одной из онтологических составляющих синергетики. В значительно большей мере оно исходит из понятия «разветвляющихся алгоритмов», принятых в информатике и понимаемых как такой алгоритм, в котором выбирается один из нескольких возможных путей (вариантов) вычислительного процесса. В этой связи следует более чётко понимать, что «разветвление» не является сущностью «нелинейности». Разветвление можно, и даже лучше, выразить термином «непрямолинейность». При этом «непрямолинейность» и «нелинейность» не одно и тоже.

Таким образом, в результате анализа работ по педагогической синергетике выявлено, что термины, заимствованные из естественнонаучной области используются некорректно, экспериментальных данных, подтверждающих наличие процессов самоорганизации синергетического типа нет. Однако, если отказаться от генетической связи «педагогической синергетики» с физико-химическими основаниями синергетики, то всё её содержание, подвергшееся в этой главе критике с позиций онтологии и методологии физической нелинейности можно принять и признать именно как «Педагогическая синергетика», которая не имеет ничего общего с исследованием процессов самоорганизации и саморазвития в их фундаментальных проявлениях, и, исходя из которых, применительно к образованию можно было бы строить «Синергетику образования».

В Заключении подводятся итоги и обобщаются результаты диссертационного исследования.

Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях:

Монографии:

  1. Жилин В.И. Синергетический сциентизм: Критический анализ философско-методологических оснований. – М: КРАСАНД, 2011. – 192 с.

Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК РФ для размещения материалов докторских диссертаций:

  1. Демин С.В., Жилин В.И., Вербанов В.С., Маргулис М.А. Сонолюминесценция, возникающая при гидродинамической кавитации // Журнал физической химии. – 1992. – Т.66. – № 3. С. 764 – 770.
  2. Жилин В.И. К вопросу об онтологических основах синергетики // Вестник Читинского ГУ. – 2010. – №8 (65). С. 3 – 9.
  3. Жилин В.И. К вопросу о нелинейности законов // Омский научный вестник. – 2010. – №2 (86). С. 147 – 150.
  4. Жилин В.И. О «нелинейном мышлении» в педагогике // Высшее образование в России. – 2010. – №6. С. 85 – 87.
  5. Жилин В.И. К вопросу о самоорганизации в кибернетических и синергетических системах // Вестник Ленинградского государственного университета им. А.С. Пушкина. – 2010. – №2. Т.2. Философия. С. 142 – 149.
  6. Жилин В.И. Образовательные системы: кибернетизм и синергетизм // Философия образования. – 2010. – №2 (31). С. 49 – 56.
  7. Жилин В.И. Анархо-экзистенциальная утопия личностно ориентированного образования // Омский научный вестник. – 2010. – №3 (88). С. 152 – 156.
  8. Жилин В.И. К вопросу о вероятностно-статистическом характере законов // Власть. – 2010. – №7. С. 85 – 89.
  9. Жилин В.И. Философский плюрализм, гносеологический релятивизм или банальное научное невежество? // Известия Волгоградского ГПУ. – 2010. – №7 (51). С. 12 – 16.
  10. Жилин В.И. О методологической обоснованности синергетизации педагогики // Вестник Челябинского ГУ. – 2010. – №20 (201). С. 104 – 109.
  11. Жилин В.И. К вопросу о конструктивной роли хаоса // Учёные записки Орловского ГУ. – 2010. – №3 (37). Ч.I. С. 136 – 141.
  12. Жилин В.И. Синергетическая панацея // Вестник Вятского ГГУ. – 2010. – №4 (4). С. 46 – 50.
  13. Жилин В.И. К вопросу о многозначности трактовки понятия «информация» // Вестник Челябинского ГУ. – 2010. – №31 (212). С. 116 – 122.
  14. Жилин В.И. Идеологические предпосылки синергетического сциентизма // Europen Social Science Journal (Европейский журнал социальных наук). – 2011. –№2. С. 14 – 22.
  15. Жилин В.И. «Против метода» П. Фейерабенда как предупреждение – «возможно всё» // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. – 2011. –№3 (9). Ч.1. С. 40 – 44.
  16. Жилин В.И. Полемические заметки об использовании понятия «аттрактор» в педагогике // Известия Волгоградского ГПУ. – 2011. – №4 (58). С. 14 – 18.
  17. Жилин В.И. Подмена научных понятий – методологический приём синергетики // Europen Social Science Journal (Европейский журнал социальных наук). – 2011. –№3. С. 42 – 49.

Публикации в других изданиях:

  1. Жилин В.И. О некоторых проблемах формирования в сознании учащихся естественнонаучной картины мира // Естественные науки и экология: Ежегодник. Вып.7. Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2003. С.287 – 290.
  2. Жилин В.И., Тюменцев С.Н. Простые математические и компьютерные модели при изучении динамики популяции // Естественные науки и экология: Ежегодник. Вып.8. Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2004. С.138 – 144.
  3. Жилин В.И., Тюменцев С.Н. Имитационная компьютерная модель «хищник – жертва» // Естественные науки и экология: Ежегодник. Вып.8. Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2004. С.145 – 152.
  4. Жилин В.И. О некоторых проблемах формирования вероятностно-статистических представлений школьников // Естественные науки и экология. Вып.11: Ежегодник: Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2007. С. 135 – 137.
  5. Жилин В.И. Отражение идей и основных понятий синергетики в предметном содержании естественнонаучного образования // Естественные науки и экология. Вып.13: Ежегодник: Межвузовский сборник научных трудов. – Омск: Изд-во ОмГПУ, 2009. С. 175 – 178.
  6. Жилин В.И. Полипарадигмальность как философско-мировоззренческая основа личностно ориентированного обучения // Материалы региональной научно-практической конференции с международным участием 24 – 25 мая 2005 г. – Тара, 2005. C. 10 – 23.
  7. Жилин В.И. Проблема реализации межпредметных связей: антагонизм структур // Наука и образование: проблемы и перспективы. Материалы региональной научно-практической конференции. Ч.1. Гуманитарные науки. – Омск: Изд – во ОмГТУ, 2006. С. 12 – 19.
  8. Жилин В.И. Взаимосвязное обучение биологии и физике: редукционизм и системный подход // Мониторинг экосистем. Материалы научно-практической конференции 16 мая 2006 года. – Омск: Изд-во ОмГТУ, 2006. С. 199 – 205.
  9. Жилин В.И. Полипарадигмальность, конвенционализм и роль научных школ в гуманитарном познании // Современные проблемы и перспективы теории и методики обучения математике: Материалы Всероссийской научно-практической конференции, посвящённой 60-летнему юбилею д.п.н., профессора В.А. Далингера / Отв. ред. Н.Д. Шатова. – Омск: Полиграфический центр КАН, 2010. С. 30 – 35.
  10. Жилин В.И. Ситуативный подход как альтернатива псевдосинергизму в педагогике // Современное образование в условиях реформирования: инновации и перспективы: Материалы I Всероссийской научно-практической конференции 17 марта 2010 г. / под общ. ред. А.И. Таюрского. – Красноярск: В 3-х ч. 2010. – Ч.3. С. 61 – 64.
  11. Жилин В.И. Расширение и деформация научных понятий в синергетике // Наука и современность – 2010: сборник материалов V Международной научно-практической конференции: в 3-х ч. Ч.3. – Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2010. С. 93 – 96.
  12. Жилин В.И. Синергетическая трактовка понятия «коэволюция» // Философия, культура, образование в XXI веке: сборник статей и тезисов докладов Всероссийской научной конференции. (22 апреля 2011 г., г. Казань). – Казань, ТГГПУ, 2011. С. 58 – 59.
  13. Жилин В.И. Скептические основания эволюционной эпистемологии гипотетического реализма // Общественные науки. – 2011. – №3. С. 42 – 50.

1 Горелов А.А. Социальная экология. – М.: Моск. Лицей, 2002. – 408 с.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.