WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

ДЕГТЯРЕВ ЕВГЕНИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ

ЕДИНСТВО ТЕХНОСФЕРЫ: ОНТОЛОГИЧЕСКИЙ
И ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

09.00.01 – онтология и теория познания

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора философских наук

Магнитогорск – 2009

Работа выполнена на кафедре философии

ГОУ ВПО «Магнитогорский государственный университет»

Научный консультант:        доктор философских наук,  профессор Хазиев В.С.

Официальные оппоненты:        доктор философских наук, доцент
Борисов С.В.;

доктор философских наук, профессор Канапацкий А.Я.;

доктор философских наук, профессор Максимов А.М.

Ведущая организация:        ГОУ ВПО «Оренбургский
государственный университет»

Защита состоится 24 декабря 2009 года в 10.00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.112.02 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора философских наук при ГОУ ВПО «Магнитогорский государственный университет» по адресу: 455038, Челябинская обл., г. Магнитогорск, пр. Ленина, 114, ауд. 211.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Магнитогорский государственный университет». Текст автореферата размещен на сайте Высшей аттестационной комиссии http:/vak.ed.gov.ru «____» ____________ 2009 года

Автореферат разослан «_____»  ______________2009 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор философских наук,

доктор филологических наук,

профессор  Слободнюк С.Л.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования. Проблема единства, единства мира, его оснований, единства знаний, единства бытия и познания, единства материального и духовного, единства сущего и должного, необходимого и случайного, конкретного и абстрактного, единства различных сфер действительности и т.п. занимала, в большей или меньшей степени, умы философов на всем протяжении существования философии. Проблема единства – одна из сквозных или «вечных» философских проблем.

Вместе с тем, эта проблема всегда «нова», а следовательно и актуальна как и большинство «неприходящих» философских проблем. Это объясняется тем, что по мере функционирования общества, с появлением и развитием новых сфер действительности, со сменой их приоритетности, смещаются и интересы философов в соответствующую область. За ними смещаются и акценты в осмыслении тех или иных «вечных» философских проблем.

Со становлением и развитием техносферы и появлением соответствующих «угроз и вызовов», актуальной стала проблема осмысления ее единства. Для философии, традиционно, важнейшим всегда было и остается выявление и анализ онтологических и гносеологических аспектов исследуемых феноменов. Данный факт и определил актуальность нашего исследования.

Степень разработанности проблемы. Своими корнями проблема единства, соотношения единого и многого уходит в глубь веков, в античную философию и, даже, в дофилософский период развития человечества. В той или иной мере этой проблеме уделяли внимание уже милетцы, пифагорейцы, представители античного атомизма; позднее это были средневековые схоласты, а также различные представители философии эпохи Возрождения, периодов Нового и Новейшего времени. Среди них величайшие философы «всех времен и народов»: Платон, Аристотель, Фома Аквинский, Ф. Бэкон, Р. Декарт, Г. Лейбниц, Д. Юм, Г. Гегель, О. Конт, Ф. Энгельс и др.

Определенное влияние на формирование новых философских подходов и концепций в осмыслении тех или иных аспектов проблемы единства оказали идеи и труды великих ученых различных эпох: Архимеда, Н. Коперника, Г. Галилея, И. Ньютона, Д.И. Менделеева, Н.И. Лобачевского, М. Планка, А. Эйнштейна, В. Гейзенберга, Н. Бора, П. Теяра де Шардена, В.И. Вернадского, Н. Винера и др.

Плодотворно занимались проблемами интеграции и дифференциации знаний, в том числе технических, их единства, генезиса, структурирования такие отечественные и зарубежные мыслители как: Абрамова Н.Т., Акчурин И.А., Антипенко А.Г., Аршинов В.И., Аскин Я.Ф., Баженов Л.Б., Бирюков Б.В., Бранский В.П., Венцковский Л.Э., Готт В.С., Делокаров К.Х., Депенчук Н.П., Дубровский Д.И., Жог В.И., Зинченко В.П., Каратеев В.П., Кедров Б.М., Ключарев Г.А., Крымский С.П., Лекторский В.А., Лойфман И.Я., Мамчур Е.А., Манасян А.С., Манухин В.Ф., Мелюхин С.Т., Микешина Л.А., Мочалов Н.И., Мудрагей В.И., Никифоров А.Л., Новик И.Б., Новикова Л.И., Новоселов М.М., Овчинников Н.Ф., Панченко А.И., Рузавин Г.И., Сачков Ю.В., Семенчев В.М., Салосин В.Т., Семенюк Э.Д., Степанищев А.Ф., Тищенко Н.Д., Тюхтин В.С., Уемов А.И., Урсул А.Д., Фесенкова Л.В., Цехмистро И.З., Чепиков М.Г., Шинкарук В.И., Широканов Д.И., Щедровицкий Г.П., Юдин Б.Г. и др.; Агасси Д., Вайцзеккер К. фон, Вердес М., Герц Г., Земан И., Кун Т., Лакатос И., Павлов Т., Пауль З., Полани М., Поппер К., Резеберг У., Тулмин С.Э., Фейерабенд П. и др.

В последние десятилетия XIX века возникает новое философское направление – «философия техники». Его «отцами-основателями» традиционно считают немецких мыслителей Э.Каппа и Ф. Дессауэра, а также российского философствующего инженера П.К. Энгельмейера. Наряду с ними у «истоков» этого направления стояли Бон Ф., Ратенау В., Рело Ф., Эспинас А., а среди отечественных философов – Бердяев Н.А., Федоров Н.Ф., Циолковский К.Э.

К философскому осмыслению техники, технологии, технического знания, техносферы и связанной с ней проблематике обращались в разное время такие западные философы как: Агацци Э., Адорно Т., Вебер М., Гелен А., Дюркгейм Э., Лемм Ст., Ленк Х., Маркс К., Маркузе Г., Мэмфорд Л., Ортега-и-Гассет Х., Рапп Ф., Рополь Г., Сколимовски Х., Тоффлер Э., Турен А., Фромм Э., Хабермас Ю., Хайдеггер М., Хунинг А., Хюбнер К., Циммерли В.Х., Шадевальд В., Шельски Х., Шпенглер О., Эллюль Ж., Юнгер Ф., Ясперс К., а также отечественные их коллеги: Алексеева И.А., Альтшуллер Г.С., Багдасарьян Н.Г., Баландин Р.К., Белозерцев В.И., Вахонин А.В., Волков Г.Н., Воронин А.А., Гайденко П.П., Горохов В.Г., Горюнов В.П., Гудожник Г.С., Долгов К.М., Ефременко Д.В., Зворыкин А.А., Иванов Б.И., Иоселиани А.Д., Катасонов А.В., Каширин В.П., Кириллин В.А., Козлов Б.И., Конфедератов И.Я., Кормин Н.А., Кочергин А.Н., Крылова И.А., Кудрин Б.И., Кудрявцев Т.В., Кузнецова Н.И., Курбанов Р.О., Кутырев В.А., Лисеев И.К., Майзель Ю.А., Мамедов Н.М., Мамчур И.А., Мамыкин И.А., Маринко Г.И.,Мелещенко Ю.С., Меркулов И.П., Огурцов А.П., Осипов Г.В., Пигров К.С., Попов Е.В., Порус В.Н., Ракитов А.И., Розин В.М., Сазонов Я.В., Симоненко О.Д., Старостин Б.А., Степин В.С., Татаринов Ю.Б., Тищенко П.Д., Товмасян С.С., Федяев Д.М., Фигуровская В.М., Чешев В.В., Чумаков А.Н., Шитиков М.М., Шухардин С.Б. и другие.

Систематизация и анализ исследований по проблеме единства и философским вопросам техносферы, техники и технического знания свидетельствует о целесообразности философского анализа онтологического и гносеологического аспектов единства техносферы.

Объект исследования. Объектом диссертационного исследования является техносфера как феномен бытия социума.

Предмет исследования. Предметом исследования являются онтологический и гносеологический аспекты единства техносферы.

Цель и задачи исследования. Целью настоящего диссертационного исследования является философский анализ онтологического и гносеологического аспектов единства техносферы.

Цель определила задачи:

- проанализировать проблему единства в ее зарождении, становлении, развитии и современном состоянии;

- исследовать место, роль, статус техники в структуре техносферы;

-произвести анализ техникознания как компонента единства техносферы: рассмотреть его объект и структуру; выявить специфику и особенности технических наук; исследовать гносеологический аспект единства техносферы;

-выявить аспекты единства техносферы: проанализировать «механизм» реализации научного знания в структуре техносферы и онтологический аспект ее единства;

- вскрыть и исследовать основные источники, а также движущие силы функционирования техносферы и онто-гносеологический аспект ее единства;

- исследовать генезис техносферы и перспективы ее развития;

- разработать и обосновать возможную модель генезиса техносферы.

Методология исследования. Методологической базой диссертационного исследования являются традиционные для философии методы: диалектический метод; метод структурно-функционального анализа; метод герменевтической редукции; а также принципы: объективности; единства исторического и логического; единства конкретного и абстрактного. Кроме того, в работе использованы такие общенаучные (общелогические) методы как анализ и синтез, индукция и дедукция, аналогия и сравнение.

Научная новизна.

  1. Разработано авторское определение техносферы. Техносфера– это сфера бытия технического; она представляет собой совокупность технических артефактов, технических операций, технических умений и навыков, а также технического знания и познания.
  2. Предложено рабочее определение «единства техносферы» как такого состояния, при котором различные ее компоненты, прежде всего техника и техническое знание, образуют некую целостность и характеризуются определенной универсальностью, взаимосвязанностью, взаимообусловленностью. Это не столько состояние техносферы, сколько процесс ее функционирования.
  3. Выработано собственное определение техники. Техника – это совокупность навыков, операций, приемов и устройств, созданных обществом для изменения окружающего мира и собственного образа жизни. Определяющим внутренним источником развития техники является основное техническое противоречие.
  4. Разработано определение техникознанческого объекта и выяснено, что он характеризуется единством абстрактного и конкретного, познавательного и преобразовательного, материального и идеального, искусственного и естественного, структурного и функционального аспектов.
  5. Дана авторская трактовка основного технического противоречия как противоречия между «сосуществующими во времени и пространстве» техникой и техническим знанием.
  6. Обнаружен «закон-тенденция», в соответствии с которым каждое определенное разрешение основного технического противоречия с необходимостью влечет за собой последующее его обострение. Причем, если разрешение (снятие) основного технического противоречия произошло в области техники, то его обострение последует в области технического знания, и наоборот.
  7. Обосновано, что техносфера является необходимой и даже единственно-возможной ступенью в процессе трансформации биосферы в ноосферу.
  8. Проделанный анализ позволил сделать вывод о принципиальном онтологизме гносеологии техносферы и принципиальном гносеологизме ее онтологии.
  9. Доказано, что существует «челночный эффект», заключающийся в том, что функциональное единство техносферы обеспечивается «челночными» по своему характеру движениями техники в область технического знания и технического знания – в область техники.
  10. Открыто, что существует закономерность, состоящая в наличии обратно-пропорциональной взаимосвязи между конкретным воплощением и абстрактным проявлением техникознанческого объекта.
  11. Дана авторская трактовка «механизма» реализации научного знания в технико-технологическом производстве.
  12. Разработана и обоснована оригинальная возможная модель функционирования и развития техносферы.

Положения, выносимые на защиту.

-        Техника является мерой второй природы по отношению к первой, а первой – по отношению ко второй.

-        Будучи мерой, в идеале, техника должна обеспечивать единство первой и второй природы, а для этого необходимо, чтобы она не только производила искусственную природу из естественной, но и наоборот – естественную природу из искусственной. Поэтому основополагающим для развития техники должен стать принцип воспроизводства природы.

-        Техника выступает как онтологически связующее начало в системе «наука – технико-технологическое производство», в ней обнаруживается объективная взаимосвязь естественной природы и продуктов человеческого труда. В онтологическом аспекте техника является продолжением дальнейшего развития природы, посредством деятельности человека.

-        В диссертационном исследовании выявлен и проанализирован «механизм» реализации научного знания в технико-технологическом производстве. Этот «механизм» – важнейший компонент онтологического аспекта функционирования техносферы, способствующий ее единству. Данный «механизм» раскрывает то, каким образом происходит реализация научных достижений в технических устройствах: она осуществляется в виде скачка от идеальных форм воспроизведения действительности в фундаментальных науках к результатам деятельности людей в технико-технологическом производстве.

-        Основным техническим противоречием является противоречие между сосуществующими «во времени и пространстве» техникой и техническими знаниями. Его развертывание с необходимостью свидетельствует о существовании онто-гносеологического аспекта единства техносферы.

-        Важнейшей движущей силой функционирования и развития техносферы является техническое знание, порождаемое соответствующим техническим мышлением.

-        В работе выявлены и проанализированы такие виды технического мышления как операционально-сенсорный, образно-модельный, алгоритмически-рецептурный, логически-теоретический вид. В совокупности они образуют целостную систему, которая является важнейшим компонентом гносеологического аспекта единства техносферы.

-        Техническое знание всегда представляет собой единство двух начал – предметного и операционального. Каждое из этих начал имеет собственную определенность. Предметный (или артефактный) аспект онтически определяется объект-субъектным взаимодействием. Операциональный аспект онтически определяется тремя типами взаимодействий: субъект-объектным, субъект-субъектным и объект-объектным.

-        Технические знания охватывают значительно более широкую область, чем технические науки, поэтому в гносеологическом аспекте они могут быть как научными (наукообразными), так и ненаучными (вненаучными). Вне зависимости от этого они могут быть как фундаментальными, так и прикладными.

-        И фундаментальные и прикладные технические знания могут быть знаниями индуктивными и дедуктивными; они могут быть получены как в результате теоретических, так и эмпирических исследований, а также быть заимствованы из повседневного технического опыта.

-        Взаимосвязь, взаимообусловленность теоретического и эмпирического, фундаментального и прикладного, подвижность границ и возможность взаимного перехода, трансформации одного в другое в техническом знании свидетельствует в пользу его единства.

-        Научно-техническое знание взаимосвязано как с наукой, так и с технико-технологическим производством, что является важнейшим гносео-онтологическим аспектом единства техносферы.

Теоретическая и практическая значимость исследования.

Теоретическая значимость данного исследования состоит в том, что материалы диссертации и полученные автором выводы способны внести определенный вклад в дальнейшее развитие как онтологии, так и гносеологии.

Практическая значимость настоящего диссертационного исследования состоит в том, что материалы и полученные выводы будут полезны при чтении базового курса философии, а также при разработке курса «Онтология и теория познания» и соответствующих спецкурсов.

Апробация результатов исследования.

Основные положения диссертации обсуждались на Региональной научно-теоретической конференции «Взаимосвязь науки и практики в процессе перестройки» (Братск, 1987); на Межрегиональной научной конференции «Мировоззрение в развитии: сущность, функции, уровни» (Днепропетровск, 1990); на Всесоюзной научной конференции «Рефлексивные процессы и творчество» (Новосибирск, 1990); на Всесоюзной научной конференции «Проблемы психологии творчества в работе с людьми» (Гродно, 1990); на Региональной научной конференции ФО СССР «Диалектика социальных процессов» (Хабаровск, 1991); на Межреспубликанской научно-практической конференции «Методологические проблемы музыкальной педагогики» (Москва, 1991); на XXX научной конференции преподавателей МГПИ «Наука-школа» (Магнитогорск, 1992); на XXXI научной конференции преподавателей МГПИ «Наука–ВУЗ–школа» (Магнитогорск, 1993); на Межвузовской научной конференции «Методологические проблемы науки и образования» (Магнитогорск, 1997); на Межвузовской научной конференции «Человечество на пороге XXI века» (Магнитогорск, 1999); на Региональной научной конференции «Ценности интеллигибельного мира». (Магнитогорск, 2004); на Российской научной конференции «Философия ценностей» (Курган, 2004); на Международной научной конференции «Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук». (Магнитогорск, 2006); на XLIV внутривузовской конференции преподавателей МаГУ «Современные проблемы науки и образования» (Магнитогорск, 2007); на Всероссийской научной конференции «Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук» (Магнитогорск, 2008); на Международной научно-практической конференции «Социальные проблемы современной молодежи» (Магнитогорск, 2008); на XLVI внутривузовской конференции преподавателей МаГУ «Современные проблемы науки и образования» (Магнитогорск, 2009); На Международной научной конференции «Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук» (Магнитогорск, 2009). Диссертация обсуждалась и получила положительную оценку на заседании кафедры философии Магнитогорского государственного университета. Положения диссертации нашли свое отражение в 45 работах автора по исследуемой теме.

Структура работы. Структура диссертационного исследования определяется его общим замыслом, целями и задачами. Работа состоит из введения, четырех глав, включающих в себя десять параграфов, заключения и списка литературы.

Основное содержание исследования

ГЛ. I. ПРОБЛЕМА ЕДИНСТВА: ЗАРОЖДЕНИЕ, СТАНОВЛЕНИЕ, РАЗВИТИЕ И СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ. §1.1. Зарождение проблемы единства. Многие проблемы носят для философии «сквозной» или «неприходящий» характер. Зарождаясь в глубокой древности, на заре философии или даже в дофилософский период, они модифицируясь в соответствии с требованиями времени, продолжают существовать по сей день. Проблема единства, на наш взгляд, относится к подобного рода феноменам. Проблема единства, соотношения единого и многообразного возникает в глубокой древности. Обусловлена она была не только и не столько «игрой ума» или наблюдательностью наших предков, сколько потребностями общественного производства. Перед древним охотником, ремесленником или земледельцем постоянно вставал (прямо или косвенно) вопрос о том, как, каким образом с помощью ограниченного преобразовывать (а, значит, и познавать) безграничное. Таким ограниченным (конечным) выступал весь арсенал средств воздействия человека на окружающий мир, то есть техника и знания технического характера. Таким образом, посредством техники (конечного) человек осваивает действительность (бесконечное). Процесс освоения действительности (бесконечного) предполагает, помимо того, умение и необходимость выделять сходные явления и объединять их в классы (группы) по тем или иным признакам, тем или иным основаниям, сводить эти многообразные феномены к чему-то единому. Самые первые попытки объяснения многообразия мира посредством сведения его к чему-то единому встречаются уже в древнейших мифах, в мифологии древнего мира. Далее в диссертации мы обосновываем точку зрения, что здесь, на архаичной стадии развития человечества, уже присутствуют в зародышевой форме представления о связи единства всего сущего с деятельностью технического характера.

Идущая на смену мифологии философия предложила принципиально новые, обоснованные и проверенные (по крайней мере, с точки зрения авторов соответствующих концепций) решения тех проблем, которые вставали перед человечеством. Важное место среди них занимала проблема единства и многообразия мира. Ранняя античная натурфилософия рассматривала проблему единства, единой первоосновы всего сущего как одну из центральных. Сам факт существования такого начала, из которого все состоит, решал проблему единства мира по типу: «в мире нет ничего, кроме первоначала, находящегося в различных состояниях». Тем самым, можно говорить о появлении зачатков онтологического аспекта проблемы единства. В силу всеобъемлемости, нерасчлененности античной философии косвенными доказательствами или опровержениями философских доктрин могли служить (и служили) знания технического характера. С другой стороны, технические знания общего характера, теоретического плана не могли быть выработаны в рамках ремесленной, либо какой-либо иной производственной деятельности. Без чего, в свою очередь, невозможен был серьезный успех в развитии технических средств. Для этого была необходима определенная духовная культура, развитие абстрактного мышления, умение провести доказательство тех или иных идей и т.д. Именно этому способствовала античная философия. Философия, требовавшая высокого уровня абстракции и логических доказательств, оказала воздействие на развитие математики, естествознания, а через них и на техническую теорию.

Для античного атомизма характерен аспект конструктивизма: материальные тела «сконструированы» из атомов и пустоты по закону необходимости. Атомы, пустота и необходимость представлялись не только элементами мира, но и были своеобразными мозаичными фрагментами мышления, в силу чего сама познавательная деятельность уподоблялась технике адекватного воспроизводства явлений природы. Тем самым, мы вправе говорить о зарождении зачатков гносеологического аспекта проблемы единства. Техническая мысль в Др. Греции и Др. Риме развивалась вне науки, вне философии, независимо от них. Вместе с тем, сама идея атомизма была стержневой для развития европейского естествознания, а через него и техникознания. Однако таковой она стала на путях единства с творящим началом «линии Платона». Свое воплощение союз «линий» Платона и Демокрита обнаружил уже в учении Аристотеля. Согласно Аристотелю и онтология, и гносеология имеют общее, единое начало. В процессе познания человек фиксирует в понятиях общие свойства предметов. Тем самым, у Стагирита обнаруживаются зачатки онто-гносеологического аспекта проблемы единства. Интересен взгляд Аристотеля на причину возникновения техники. По его мнению, техника изобретена для того, чтобы заполнить природные пробелы. Стало быть, она служит делу развития природы, делу целостности, единства окружающего мира. Таким образом, у Аристотеля прослеживается некоторая взаимосвязь, единство между философскими, а в еще большей степени естественнонаучными, воззрениями и знаниями технического характера. Однако, в наибольшей степени, единство естественнонаучных и техникознанческих воззрений во времена античности было характерно для Архимеда. Начиная с трудов великого сиракузца, на смену случайно-спорадическому решению технических проблем приходит систематическое их решение. В фокусе исследований Архимеда находится «точка равновесия», единства, взаимного перехода естественного и технического. Его естественнонаучные, математические изыскания становятся основой решения технических задач, а технические, механические «доказательства» позволяют решать математические и естественнонаучные задачи. Естествознание и техникознание в трудах Архимеда взаимно обусловливают и взаимно дополняют друг друга, образуют своеобразную систему научных знаний.

Что же касается роли античности в целом в развитии научно-технического знания, то ее трудно переоценить. Именно здесь зарождается научно-техническое знание, предпринимаются первые научные и философские попытки обоснования его взаимосвязи с естествознанием и его единства в системе научного знания. Античность стала основой, своеобразным прототипом (провозвестником) единства науки, науки и техники, научно-технического знания последующих эпох. Именно в античности обнаруживаются робкие зачатки гносеологического и онтологического аспектов единства зарождающейся техносферы.

Пришедшее на смену античности европейское средневековье ознаменовало собой наступление нового этапа в развитии представлений о единстве знаний и единстве мира. Средневековье не было просто «зряшным» отрицанием античности: ее достижения, в особенности в области «духа», были не только восприняты средневековьем, но и получили свое дальнейшее развитие. Центральной идеей в проблематике единства для христианского богословия, а вместе с ним и средневековой европейской философии становится идея создания мира Богом по единому плану, замыслу. В божественном единстве едины онтеология и гносеология. В эпоху Средневековья, как правило, единство технических артефактов и соответствующих им знаний не вызывает сомнений, ибо оно обусловлено изначальным пребыванием в душе (уме) Бога. В средневековой философии и теологии получили свое дальнейшее развитие идеи античных авторов об онтологическом (реализм) и гносеологическом (номинализм) статусах проблемы единого и многого, а также идеи Аристотеля о необходимости единства онтологического и гносеологического подходов (см. подробнее в диссертации) при решении данной проблемы (концептуализм). Средневековье не было абсолютно застойным с точки зрения развития техники и технического знания. В средние века осуществляется подлинный переворот в области движетелей технических орудий. Известные в Европе еще со времен античности водяные мельницы получают развитие и распространение только тогда, когда в них появляется производственная необходимость, т.е. в средние века. Мельница замечательна тем, что в ней впервые в истории применен принцип машинного производства. Развитие орудийной техники потребовало увеличения количества выплавляемого металла и улучшение его качества. Это, в свою очередь, повлекло за собой целую «цепочку» соответствующих технических нововведений. Кроме того, в средние века развиваются некоторые естествознанческие представления, имевшие техническое значение. (См. диссертацию). Казалось бы, осмысление единства технического знания должно было подняться на новую ступень. Однако в средние века этого не произошло.





§ 1.2. Становление проблемы единства. Очередной исторический этап в развитии представлений о единстве – эпоха Возрождения. Это «переходный» этап (тип): от донаучной к научной форме представлений о единстве. Онтологический и гносеологический аспекты проблемы единства в эту эпоху обнаруживаются как в рассуждениях философов, так и ученых. (Дж. Бруно, Николая Коперника, Галилео Галилея и др. См. подр. в диссертации) Революционный характер эпохи определяет такую ее черту как двойственность: в ней сплавлены былые общественные отношения, былой способ производства и былые представления с новыми, характерными уже для Нового времени. На смену ремесленной мастерской и цеховой организации труда приходит провозвестник фабричной его организации – мануфактура. Мануфактура, являясь единой производственной ячейкой, двойственна, противоречива по самой своей сути. Эта двойственность мануфактуры проявляется решительно во всем. Она стоит на границе между прошлым и будущим, связывает капиталистический способ производства с феодальным, способствует трансформации последнего в первый. Совокупный рабочий мануфактуры исполняет не свойственную ему, как рабочему, производственную функцию: он не только и не столько обслуживает машину, сколько сам выступает в роли машины. Проблема единства как и многое другое в эпоху Ренессанса также характеризуется двойственностью, противоречивостью. Эта двойственность нашла свое отражение в теориях нового типа, которые нельзя однозначно отнести ни к наукам, ни к имкусствам, таких как баллистика, теория архитектуры, различные теории вакуумных насосов и т.д. Научные воззрения ученых неразрывно связаны с ненаучными, образуя противоречивый синтез, единство алхимических и химических, псевдомедицинских и медицинских, астрологических и астрономических представлений об устройстве тех или иных областей бытия. Сами же возникающие новые теории способствовали как единому взгляду на мир, так и выработке единых подходов в решении технических и естественнонаучных задач. Вместе с тем, неразвитость научных представлений с необходимостью вела к натурфилософскому обоснованию единства мира. Именно натурфилософия выступает в это время как наиболее адекватная форма единства знаний.

Начиная с XVII-XVIII веков и вплоть до второй четверти XIX века включительно, бытовавшие прежде представления о проблеме единства вообще и единства знаний, в частности, претерпевают значительные изменения. Вызвано это было целым рядом факторов, среди которых важнейшими являются: развитие капитализма, развитие наук и, в особенности, механики – отсюда механическая картина мира, как наиболее адекватная для своего времени; рост взаимосвязи и взаимозависимости естествознания и техникознания; новые формы институализации науки и др. В области философии касательно проблемы единства определенный интерес представляют идеи И.В. Гёте, Г. Лейбница, Д. Юма и, в особенности, – Ф. Бекона и Р. Декарта. (См. диссертацию).

В той или иной мере проблемами единства научных знаний занимались Дж. Локк, И. Кант, И.Г. Фихте, Ф. Шеллинг и др. философы XVII - начала ХIХ веков. Однако достаточно четко эта проблема была поставлена лишь основателями эмпиризма и рационализма Нового времени Ф. Бэконом и Р. Декартом. В философии Ф. Бэкона проблема единства научных знаний занимала одно из центральных мест. Английский философ исследовал проблему единства теоретического знания, единства теоретического и эмпирического знания и, в наибольшей степени, единства эмпирического знания. В своих суждениях на сей счет Ф. Бэкон исходил из того, что базой единства научного знания прежде всего должен служить правильно избранный метод (способ) получения научных знаний. Как и большинство философов XVII-XVIII веков, Бэкон решал проблему единства знаний, исходя из признания единства бытия: онтологическое единство – основа единства гносеологического. Французский математик и философ-рационалист Рене Декарт исходил, прежде всего, из единства рациональных, теоретических знаний. Природа, согласно Р. Декарту, представляет собой систему сконструированных по Божественному замыслу машин: растения, животные, тело человека – все это разнообразные механизмы и механические автоматы. Механическая картина мира предстает у французского мыслителя во всем своем многообразии. Поэтому если мир – это совокупность механизмов, а наука, изучающая механизмы – механика, то познание мира следует свести к конструированию из элементарных первоначал, пребывающих в уме человека, определенного варианта мирового механизма. В роли инструмента конструирования как раз и должен выступать метод. Именно последний позволяет превратить наукообразные знания в четко организованную систему научных знаний. Подобная новая система научных знаний позволит не только познавать действительность, но и преобразовывать ее, создавать то, чего еще не существует. Вместе с тем, при анализе единства научных знаний Декарт, как и Бэкон, ограничивался лишь исследованием внутринаучного единства знаний, поскольку проблемы единства наук для них обоих не существовало: такое единство не вызывало сомнений. Задача состояла лишь в его сохранении при классификации наук (Ф. Бэкон) или их изучении (Р. Декарт). Выбор научного метода и его обоснование становятся основанием гносеологического аспекта проблемы единства.

Наиболее последовательными сторонниками материалистической традиции касательно проблемы единства в XVII-XVIII веках, на наш взгляд, были английский философ Т. Гоббс, французские философы-энциклопедисты Д. Дидро, К. А. Гельвеций, П. А. Гольбах. (См. диссертацию). Проблема единства для Т. Гоббса решается, прежде всего, в русле онтологической традиции: мир един, в силу того, что он представляет собой единую субстанцию – вещественные тела, подчиненные исключительно действию механических сил и законов. К идее единства мира мы в состоянии придти благодаря способности нашего интеллекта перерабатывать полученные из ощущений идеи путем их сравнения, сочетания и разделения, а главное – благодаря языку, посредством которого мы получаем достоверные знания, ибо в последнем те или иные наименования предметов становятся системой знаков, фиксирующих общие идеи. Согласно Д.Дидро основой единства мира является не «однородная материя», но качественно различные материальные частицы. Причем эти частицы в будущем могут быть подвергнуты «искусственной операции деления». То есть посредством естественнонаучных и технических знаний человек в состоянии достичь самых глубинных оснований природных образований и даже превзойти в этом саму природу. Дидро настаивает на материальном единстве мира, исходит из признания единой и вечной материи как объективной реальности, не зависимой от чьего-либо сознания, отражаемой в наших органах чувств. Все многообразие мира – это лишь ее проявления, ее формы существования. К. А. Гельвеций также как и Дидро стоял на позициях метафизического и, до известной степени, механистического материализма. Свойства материи – это не только масса или протяженность, но и движение, которое трактуется им не лишь как механическое перемещение, но как всяческое изменение. Единство материи и движения проявляется в том, что одно без другого существовать не может. Это единство – основа единства естественнонаучного и технического знаний. Источник единства знаний, по Гельвецию – их принципиальная сводимость к ощущениям. Материальное единство мира лишь отражается в ощущениях. Во многом аналогичные взгляды были характерны и для П. А. Гольбаха, философско-материалистическое учение которого было, пожалуй, самым последовательным среди французских энциклопедистов. Главный философский труд Гольбаха «Система природы» представлял собой определенную целостность, единство, в коем французский материализм предстал во всесторонне разработанном виде. Известные определения материи и движения, данные П.А. Гольбахом, нашли свое дальнейшее развитие в марксизме: «материя вообще есть все то, что действует каким-нибудь образом на наши чувства…»; движение – это ее «способ существования… необходимым образом вытекающий из сущности материи». Убежденность французских философов в материальном единстве мира, в единстве материи и движения становится основой онтологического аспекта проблемы единства.

Научно-философский синкретизм – характерная черта деятельности многих естествоиспытателей Нового времени, в том числе и деятельности Исаака Ньютона. Его научные и философские воззрения оказали серьезное влияние на проблематику единства, в особенности единства научного знания. Его философские взгляды страдали односторонностью: механическая картина мира, честь создания которой во многом принадлежала Ньютону, с неизбежностью вела к деизму, требовала Божественного первотолчка для своего развития. Дальнейшее развитие механической картины мира определялось не только развитием науки и философии, но и развитием материального производства, техники. Однако большинство изобретений Нового времени основывались не на научных данных, а, прежде всего, на знаниях, полученных из технического опыта. О серьезном воздействии научных знаний на развитие техники в XVII-XVIII веках говорить не приходится. Многие научные исследования начинались, как исследования технических явлений, но затем, они обычно «обретали собственную жизнь», не зависящую от технических проблем. Это касается и внутринаучного развития техники. «Онаучивание» техники, прежде всего, экспериментального инструментария, никак не сказывалось на материальном производстве, однако оно было достаточно продуктивным в смысле создания ряда ранних научных теорий, которые возникали как теории определенных инструментов. Так обстояли дела с возникновением пневматики (теория насоса), а также ранних теорий оптики (теории микроскопа и телескопа) и термодинамики (паровой двигатель). Ориентация науки на технику, обусловленная этим первая в истории «сциентификация» техники, связана была, в основном, с созданием теорий различных технических устройств, с необходимостью изготовления и усовершенствования подобных технических устройств, с тем, что механическая картина мира стала универсальной моделью, идеалом всякого объяснения. Именно механическая картина мира становится на этом этапе исторического развития основным фактором единства научно-технических знаний: природа и техника едины, поскольку они сконструированы по одним и тем же законам, в них действуют одни и те же корпускуло-подобные носители этих законов, а структура объектов природы ничем принципиально не отличается от структуры объектов техники. Отсюда убежденность философов, ученых и инженеров в принципиальном единстве естествознания, единстве техникознания и единстве научно-технического знания. Идеалом построения теорий такого знания является классическая механика. Научные приборы, применяемые в механике, такие как барометр, термометр и др. – материальное воплощение единства естественнонаучного и научно-технического (или технического) знания. Следовательно, механическая картина мира стала основой онто-гносеологического аспекта единства научных и технических знаний, единства природы и техники (а следовательно и становящейся техносферы).

§ 1.3. Развитие и современное состояние проблемы единства. Во второй четверти XIX – первой половине XX века претерпевают радикальные изменения философские представления об устройстве и единстве мира, о роли и месте науки и техники, о единстве знаний. Наибольший интерес в этом смысле представляют, на наш взгляд, позитивистский и марксистский подходы. Будучи разновидностью эмпиризма, позитивизм «первой волны» фактически трактовал любое научное знание как эмпирическое. Не отрицая наличия научных теорий, позитивисты отказывали им в качественном своеобразии: теория лишь своеобразная форма существования эмпирии и принципиально может быть сведена к последней. Кроме того, проблема единства научных знаний позитивизмом решалась с позиций гносеологизма: фактически отрицалось наличие, какой бы то ни было, связи между единством научного знания и устройством мира. В середине XIX века позитивизм обращает внимание на особую разновидность проблемы единства научных знаний – проблему единства наук. Разрешить последнюю и призвана философия. Философия должна заниматься синтезом единства различных наук, через синтез полученных ими исследовательских результатов. Средством получения синтеза (единства) различных наук и научных данных выступает, согласно позитивизму, позитивный метод. С точки зрения неопозитивизма методы обобщения эмпирии если и были приемлемы при разработке неклассических теорий ХХ века, то лишь в их сочетании с принципиально иными методами построения теоретических знаний. В число таких новых методов, обеспечивающих внутреннее единство теоретического знания, прежде всего, был включен гипотетико-дедуктивный метод. Поэтому научная теория не привязана «жестко» к эмпирическим фактам и, как правило, носит лишь вероятностно-истинный характер. «Инструментом» создания «унифицированной», единой науки неопозитивизмом (логическим позитивизмом) был признан также особый язык науки. Результатом введения унифицированного языка должна была стать единая наука. Разные представители философии постпозитивизма стоят на разных методологических основаниях, а потому ими создаются различные концепции науки и ее развития. При этом в них есть и нечто общее. Оно состоит в том, что в отличие от неопозитивизма, интересы мыслителей смещаются в области исследования развития научного познания и его истории. Факты и теория всегда взаимозависимы (едины), ибо научные факты не существуют сами по себе, вне их «теоретической нагруженности». Научные факты всегда несут на себе печать конкретной теоретической интерпретации и вне ее не существуют. Постпозитивизм «стирает» границы и между философией и наукой, столь старательно возводимые классическим позитивизмом и неопозитивизмом. Более того, не только наука и философия, но и религия и мифология представляют собой некое идеологизированное единство, избавиться от иррационально-идеологического влияния которого – важнейшая задача человечества. Как отмечает П. Фейерабенд: «наука гораздо ближе к мифу, чем готова допустить философия науки». Мы определяем подобный тип единства как противоречиво-полифонический, поскольку отсутствие монолитности в научном знании (в том числе в научно-техническом) здесь компенсируется его единством в «эмпирическо-теоретическом» и «парадигмально-установочном» планах; а отказ от признания «адекватного» порождения научных знаний (в том числе, научно-технических) существующими фактами и артефактами, компенсируется признанием возможности («пост-фактум», если речь идет об артефактах) более или менее правдоподобных их объяснений. Кроме того, «идеологический аспект» объединяет, порождает «нетрадиционный» тип единства – науки, философии, религии. По своей сути это единство по-преимуществу гносеологического характера. Впрочем «гносеологизм» характерен и для неопозитивизма, и для позитивизма «первой» и «второй» волны. Таким образом, в интересующем нас контексте, мы можем констатировать гипертрофированность гносеологического аспекта в понимании проблемы единства философией позитивизма в целом.

Марксизм был другим философским учением, возникшим почти в то же время, что и позитивизм. В отличие от позитивизма, отбросившего вопрос о соотношении материи и сознания как «псевдонаучный», марксизм однозначно решил его в пользу первичности материи и возможности адекватного познания мира. Это определило все другие аспекты в решении проблемы единства, принципиально отличные от позитивистских. Единство знаний, в том числе, научных и технических, согласно марксизму, производно от материального единства мира. Единство мира, и, тесно связанное с ним единство знаний, не просто методологический принцип, но и идеал, к которому объективно стремится научное знание; это и основа будущего состояния наук. В марксизме единство обретает тотальный характер: оно является одновременно онтологическим, гносеологическим, онто-гносеологическим (единство мира – основа единства знаний) и, даже гносеологически-онтологическим в области техносферы (единство технических знаний порождает единый «мир техники»). Хотя, конечно же, в основе этого тотального единства лежит материальное единство мира, а потому, в конечном счете, мы должны констатировать приоритетность онтологического аспекта в решении проблемы единства (в том числе, единства техносферы) в марксизме. Более того, на наш взгляд, для марксизма характерен определенный онтологический гносеологизм.

Огромное влияние на проблему единства, на формирование новых подходов в ее исследовании оказали идеи и научные теории выдающихся ученых: Н.И. Лобачевского (единая, для пространств любой кривизны, геометрия, включающая в себя евклидову как частный случай), Д. И. Менделеева (единая периодическая система химических элементов), М. Планка (единство прерывного и непрерывного в физических процессах), А. Эйнштейна (единство пространства, времени и движущейся материи в ОТО), П. Теяра де Шардена и В.И. Вернадского (идея ноосферы) и многих других. Достижения науки кардинальным образом изменили всю систему взглядов на мир, его единство. Целостность и процессуальность мира (т.е. его единство) становятся не декларативными, а научно-обоснованными. То же можно сказать и о совокупности знаний человечества, отражающих эту целостность. Она все более становится: во-первых, научной – различные знания, включая философские, базируются на данных науки в большей степени, чем наука на знаниях из этих областей (религии, философии, мифологии и т.п.); во-вторых, наукообразной – методы и подходы науки (прежде всего, естествознания и технических наук) становятся все чаще эталоном получения новых знаний в других областях (в философии, общественных и вообще гуманитарных науках и т. п., вплоть до теологии). КМ – картина мира человечества все более превращаются в НКМ – научную картину мира.

В это же историческое время зарождается и развивается философия техники. Ее основатель Эрнст Капп несомненно испытал на себе влияние не только научных, но и философских идей своего времени. Для Э. Каппа вообще свойственно характерное для науки и философии того времени уподобление объекта исследования организму. Ссылаясь на Л. Фейербаха, Капп заключает, что техника, творения человека «являются ничем иным, как объективной человеческой сущностью». Поэтому единство технических артефактов и знаний о технике, т.е. единство техносферы, базируется на единстве, целостности человеческого организма. Подход Э. Каппа мы трактуем как антропологизм онтологического и гносеологического аспектов единства техносферы.

Этап НТР, который начался в середине XX века и продолжается до сих пор, характеризуется новым типом единства, имеющим онтологический статус: временное совпадение революций в науке и технике привело к явлению резонанса – совместного, взаимообусловленного, единого скачкообразного, качественного развития обоих этих феноменов. Онтологическое единство науки и техники в эпоху НТР прежде всего носит процессуально-функциональный характер: революционные преобразования в науке вызывают революционные же изменения в технике, которые в свою очередь служат предпосылкой новых открытий в науке. Новые объекты науки, такие как космические программы, противоракетные комплексы, глобальные территориально-производственные объединения порождают новый тип научных исследований. Принципиальная новизна таких научных изысканий заключается в том, что они всегда уникальны и многоосновны. Новый исторический тип единства имеет не только онтологические, но и гносеологические основания: таковыми являются: системно-структурная методология (прежде всего исследования французских структуралистов 60-х годов Леви-Стросса, Фуко, Лакана, Барта); новые подходы к исследованию развития науки (Кун, Лакатос, Фейерабенд); кибернетический принцип исследования управления сложными системами (Винер); идея телематики (Нора, Минк, Квортруп) и др.

В период НТР философия, наука и техника взаимообусловливают друг друга, что сказывается на развитии представлений о единстве: единство функциональное, структурное, операциональное, аксеологическое, многоосновное и т.д. Возникшие в лоне конкретных наук идеи информации, симметрии, энтропии, управления и др. приобретают новый, как минимум предфилософский, общенаучный понятийный статус. Эти понятия выполняют функцию синтеза, объединения различных наук и вообще различных областей знания: естествознания, техникознания, обществоведения, искусствоведения и т.д. Значит развивается понятийное единство знаний. Усиливающийся процесс дифференциации наук сопровождается еще более мощным процессом интеграции научных знаний. Момент интеграции, интегративного единства знаний проявляется в междисциплинарных интегративных тенденциях и интегративных тенденциях между различными областями знаний.

Гл. II ТЕХНИКА И ГЕНЕЗИС ТЕХНОСФЕРЫ. §2.1. Техника в структуре техносферы. Понятие «техносфера» получило широкое распространение как в философии техники, так и за ее пределами. Вместе с тем, общепринятого, «устоявшегося» определения данного феномена нет. Что касается соответствующей научной литературы, то здесь, как правило, либо данное понятие вообще не определяется, словно «по умолчанию» предполагается очевидным его смысл, либо вместо определений даются те или иные его описания; указывается на его характерные особенности; выявляются аспекты генезиса и прочее; либо, приводимые дефиниции грешат теми или иными изъянами. Исходя из этого мы анализируем в диссертации существующие на сей счет точки зрения. В результате чего приходим к выводу, что техносфера – это сфера, охваченная «техническим» или сфера технической реальности. Поэтому, на наш взгляд, она может быть определена следующим образом: «Техносфера – сфера бытия технического; она включает в себя технические артефакты, технические операции, технические умения и навыки, а также техническое знание и познание». «Техническое» же, в самом общем виде, охватывает и технические артефакты, и технические операции, и технологию, и технические умения и навыки, и технические знания, и техническое познание (в том числе, научно-техническое). В связи с подобным многообразием технического, то есть компонентов техносферы, встает вопрос о ее единстве. Поскольку отсутствие последнего, либо даже его неадекватная трактовка, с необходимостью, влечет за собой невозможность удовлетворительного онто-гносеологического анализа техносферы и, как следствие этого, получения соответствующих адекватных философских выводов. В структуре техносферы взаимосвязаны, нерасторжимо сопряжены техника и техническое знание. В отличии от природы и естествознания, они не существуют друг без друга и уже в этом смысле – едины. Это единство носит синкретический характер, ибо технические знания не существуют без техники (точнее вне техники, независимо от ее создания, существования, функционирования, эксплуатации), а техника – вне соответствующих знаний. Данный факт приводит нас к мысли о том, что онтологический (то есть, в основном, обусловленный бытием техники) и гносеологический (то есть, преимущественно, связанный с техническим знанием) аспекты техносферы взаимосвязаны, сопряжены друг с другом. Следовательно мы должны сделать вывод о принципиальном онтологизме гносеологии техносферы и принципиальном гносеологизме ее онтологии. Поэтому, в соответствии с самой логикой исследования онтологических и гносеологических аспектов единства техносферы, акценты в анализе должны, соответственно, смещаться либо в область техники, либо в область технического знания (техникознания).

Но, что же такое техника? Для ответа на этот вопрос автор обращается к этимологическому и типологическому анализам техники, а также анализирует существующие определения данного феномена. Среди западных мыслителей наиболее распространена точка зрения на технику, как на определенную совокупность приемов, навыков, умений, направленных на достижение тех или иных целей. В отечественной философской литературе техника чаще всего трактуется как «совокупность вещей, создаваемых и применяемых человеком на основе целенаправленного использования материалов, законов и процессов природы и выступающих в качестве материальных средств целесообразной (прежде всего трудовой и особенно производственной) деятельности людей». В этом, как и во многих других определениях техники отсутствует такой, важнейший на наш взгляд, момент, как тот, что создание техники основывается не только на познанных законах природы, но и на основе знания закономерностей, норм, запретов социального плана (экологических, эстетических, этических и пр.). Кроме того, природные закономерности, вскрываемые естествознанием, конечно же, продолжают действовать и в «мире техники», но здесь они носят «вторичный», «подчиненный» характер по отношению к закономерностям, нормам, правилам «собственно техническим». Кроме того, в подобных определениях отсутствует указание на источник развития техники, каковым, на наш взгляд, прежде всего должно быть основное техническое противоречие. Понимая, что в дефиниции нельзя охватить всего богатства определяемого феномена, тем не менее мы считаем, что указание на источник развития должно обязательно присутствовать если не в самом определении, то хотя бы в анализе важнейших характеристик феномена (в нашем случае – техники). Помимо того, в таких определениях никак не нашла своего отражения операциональная сторона техники, представленная (правда, зачастую в гипертрофированном виде) в некоторых определениях техники западных мыслителей. «Онтологическим местом» техники выступает единство: субъекта (сознание индивида); субъект-субъектного отношения (процесс общения индивидов в ходе передачи знаний и навыков технического характера, а также межсубъектные операции технико-технологического плана); объекта (множество существующих и создаваемых технических артефактов и операций); субъект-объектного отношения (в его рамках происходит как создание, так и функционирование технических устройств). Проделанный в диссертации этимологический и типологический анализ техники, а также анализ ее определений с необходимостью привел нас к следующему определению техники: техника – это совокупность навыков, операций, приемов и устройств, созданных обществом для изменения окружающего мира и собственного образа жизни. Глобальным внутренним источником развития техники является основное техническое противоречие. Технике принадлежит особая роль как в формировании «второй» природы, так и во взаимосвязи общества и природы. В данной роли техника предстает как граница, а следовательно – мера второй природы по отношению к первой, а первой – по отношению ко второй. В мировоззренческом плане история взаимодействия общества и природы может быть представлена как увеличение своего рода «оазиса» второй природы, а значит, и как увеличение ее «границы» – техники. Бесконечность «естественной» природы предопределяет не только ее неоднородность, но и энергетическую и вещественную «неэнтропийность», существование в виде локализованных пространственных образований (ойкумена, континент, биосфера, звездная система и т.д.). Это, в свою очередь, делает возможным фактически полное превращение (трансформацию) «естественной» природы в «искусственную» в пределах определенных локальных образований. Это «зряшное» отрицание второй природой природы первой: отрицание «без снятия», отрицание «как уничтожение», исключающее момент развития. Для развития же необходимо сосуществование «естественной» природы и возникающей и функционирующей на ее основе «искусственной» природы. Для того, чтобы отрицание не выродилось в «зряшное», необходимо, что бы мера (граница), т.е. техника обеспечивала единство «первой» и «второй» природы, а для этого, в свою очередь, необходимо, дабы она (техника) производила (способствовала производству) не только «искусственную» природу из «естественной», но и наоборот – «естественную» из «искусственной». Значит, основополагающим принципом функционирования совокупной техники, а следовательно и техноферы, должен стать принцип воспроизводства природы. Итак, сама техника может (а в идеале и должна) выступать в роли фактора, не разъединяющего, а объединяющего общество и природу, обеспечивать их действительное, подлинное единство.

§2.2. Генезис техносферы: возможная модель и перспективы развития.

В диссертации мы обосновываем мысль о возможности проведения параллели меду концепцией эволюции живых организмов и развитием техносферы (технической реальности). В современной биологии наиболее распространенной является точка зрения, в соответствии с которой выделяется три типа эволюционных изменений: параллелизм, конвергенция и дивергенция.

Биологический прогресс представляет собой такой путь эволюции живых организмов, который ведет к возрастанию их приспособленности к окружающей среде и, как следствие этого – к увеличению численности и ареала обитания. Основными путями достижения биологического прогресса являются ароморфоз (морфофизиологический прогресс), идиоадаптация и общая дегенерация. Как нам представляется, возможная модель функционирования и развития техносферы могла бы вобрать в себя определенные аналогии как типам, так и направлениям эволюции биосферы. Поэтому факторы, соответствующие в генезисе техносферы процессам (явлениям) эволюции биосферы мы будем помечать индексом «т»: например: «т-параллелизм», «т-ароморфоз» и т. д. Исходными установками нами избраны, во-первых, всеобщий характер основных (главных) законов диалектики, а, во-вторых, принципы возникновения высшего на базе низшего и несводимости высшего к низшему. В качестве допущения нами взят и, как мы надеемся, в диссертации достаточно обоснован возможный параллелизм в развитии техносферы и эволюции биосферы. Исходя из этого, интересующая нас модель генезиса техносферы может быть представлена нижеследующим образом. Закон «единства и борьбы противоположностей» в данной модели исполняет роль источника развития техносферы. Он отвечает на вопрос «почему?», то есть почему происходит ее развитие. Нам представляется, что в данном случае в «единстве» и в «борьбе» находятся две пары «противоположностей»: человек и его техника, а также техника и технические знания. Вопрос почему идет развитие техносферы трансформируется в вопросы «как?» и «куда?» в двух других законах диалектики. Закон «перехода количественных изменений в качественные», отвечает на вопрос «как?» идет развитие техносферы: через «т-параллелизм», «т-конвергенцию» и «т-дивергенцию» объектов техносферы. Закон «отрицания отрицания» отвечает на вопрос «куда?» идет развитие техносферы: оно идет в трех направлениях: в направлении «т-ароморфоза», «т-идиоадаптации» и «т-дегенерации». Важнейшим, определяющим компонентом технической реальности (техносферы) является техника, а потому и генезис первой не возможен без генезиса последней. Поэтому появление нового типа техники, как правило, скорее не столько уничтожение ее старого типа, сколько доминирующая тенденция, приоритетное направление технической эволюции. В интересующем нас контексте, появление нового, более прогрессивного типа техники, как правило, может быть уподоблено ароморфозу или морфофизиологическому прогрессу в эволюции живого. Ароморфоз (от греч. airomorphosis – поднимаю форму) – магистральное направление эволюции живого. Ароморфозы ведут к повышению уровня организации организмов; существенно меняют их структуру и функциональные особенности (например, вскармливание молоком, возникновение волосяного покрова, развитие головного мозга и т.д. у млекопитающих). Посредством ароморфозов образуются крупные таксономические группы, статусом выше семейства. Двум другим направлениям эволюции живого – идиоадаптации и общей дегенерации могут быть уподоблены возникновения новых видов техники. Идиоадаптация (от греч. idios – свой, своеобразный и лат. adaptation – приспособление) – мелкие, частные изменения в строении и функционировании органов при сохранении уровня организации организмов; ведет к увеличению приспособленности исходного вида к различным условиям обитания и, как следствие этого – к образованию новых родственных видов (всем известен «школьный» пример о различных видах вьюрков, обнаруженных Ч. Дарвином на Галапагосских островах). Общая дегенерация (от лат. degenero – вырождаюсь) – это эволюционные изменения, обусловленные вырождением многих органов и функций, обычно сопровождающиеся формированием различных приспособлений к узкоопределенным, относительно стабильным условиям обитания, чаще всего, при переходе к паразитическому образу жизни (например, в ходе общей дегенерации, в прошлом, усоногий рак трансформировался в паразита крабов – саккулину, особый организм, представляющий собой мешок, наполненный половыми продуктами и своеобразную «корневую систему» пронизывающую тело хозяина). Исходя из этого, мы можем обозначить как «т-ароморфоз» –техническую революцию, коренной перелом в развитии техники, ведущий к возникновению принципиально нового типа технических устройств и переходу техники и техносферы в целом к новому этапу (периоду) развития. Однако, как и в эволюции живого, соответствующую роль здесь обязаны сыграть «т-идеоадаптации» и «т-дегенерации». Именно они ведут к появлению новых видов техники на базе определенного ее типа. Так, отделение ремесла от земледелия и скотоводства может быть охарактеризовано как «т-ароморфоз» – по сути дела первая не только социальная но и собственно-техническая революция. Дальнейшая дифференциация уже собственно-технической ремесленной деятельности и соответствующей техники, может быть охарактеризована как «т-идеоадаптация» (при условии преимущественного воплощения подобных ремесленных техник в предметы потребления, а не составные части (детали) других предметов потребления). В противном случае, имеет место быть «т-дегенерация» – упрощение сложной ремесленной техники, низведение ее до элементарных, либо узкоспециализированных технических инструментов и операций. Таким образом, «т-ароморфоз», «т-идеоадаптация» и «т-дегенерация» дают приемлемый ответ на вопрос «куда?» – куда идет развитие техники (а, следовательно и техносферы). Оно идет в этих трех основных взаимосвязанных направлениях и представляет собой своеобразный модус закона отрицания отрицания. В соответствии с предложенной нами логикой, ответ на вопрос «как?» – как идет развитие техники (а, соответственно и техносферы), сопряжен, преимущественно, с «т-параллелелизмом», «т-конвергенцией» и «т- дивергенцией». Он представляет собой своеобразный модус другого всеобщего закона диалектики – закона перехода количественных изменений в качественные. В результате «т-ароморфоза» в эпоху Ренессанса бывший ремесленник трансформируется не только в представителя компании, но, параллельно и в «рядового» работника мануфактуры, а позднее и в фабричного рабочего, и далее – в оператора- наладчика (или программиста). Тем самым, налицо «т-дивергенция» в развитии субъектов технической деятельности, сопряженная как с «т-конвергенцией», так и с «т-параллелелизмом». В дальнейшем, в ходе последующей «т-дивергенции» представитель компании трансформируется в капиталиста-управленца производством и изобретателя-инженера. Одновременно, в результате «т- дивергенции», происходит «членение», и дифференциация фабричного рабочего по профессиям и специальностям. Этот процесс продолжается и в дальнейшем – на этапе техники автоматов. Накапливаемые постепенно изменения в процессе функционирования субъектов технической деятельности ведут к формированию их новых качественных образований. Еще в период превалирования ремесленного труда и техники происходит первоначальное выделение элементарных базовых операций, позволивших создать мануфактуру, затем фабрику и, позже, автоматическое производство. В основе возникновения всех этих образований лежит конечно же «т-ароморфоз», но порожденный предшествующей «т- идеоадаптацией» и, даже, «т-дегенерацией», благодаря которым во многом, становится возможным четкое выделение базовых операций. Попытка дать ответ на выше означенный вопрос «как?», наряду с «т- дивергенцией», о которой уже было сказано и которая в данном случае ведет к образованию на основе базовых операций производства и в виде мануфактуры, и в виде фабрики, и в виде автомата, следует отдать должное и «т- конвергенции» и «т-параллелелизму». Действительно, во всех этих трех случаях возникает необходимость в сходных образованиях – базовых операциях, но их выполнение осуществляется качественно различным образом. То есть, перед нами ничто иное, как «т-конвергенция». Она же обнаруживается и в структурном сходстве «устройства» мануфактуры, машинной фабрики и автомата: энергоисточник – двигатель (привод) – рабочее орудие. В мануфактуре, соответственно, это сила мускулов (или энергия воды) – телесная организация или вращающийся вал – рабочие инструменты (или рабочие орудия); в фабричной машине, это прежде всего, сила пара, тепла или электричества – механический или электрический привод – рабочие орудия или механизмы; в автомате – автоматизированные инструменты (или орудия). «Т-параллелелизм» проявляется в том, что все три вышеозначенных образования это, по своей сути, образования технические (или даже техногенные), все это машина. «Классическая» (без рабочего двигателя) мануфактура – это «живая» машина, образуема человеком, состоящая из людей. «Классическая» фабричная машина – это машина созданная человеком, состоящая из технических артефактов и человека, превращенного в подобный артефакт машиной. Автоматическое производство – машины, объединенные и контролируемые человеком. Что касается вопроса «почему?» – почему идет развитие, то ответом на него, в нашей логике, должен стать соответствующий модус закона единства и борьбы противоположностей. Ибо, именно этот закон, указывает на источник развития (саморазвития) всех явлений и процессов. В эволюции живого исходным пунктом развития является изменчивость: либо мутационная изменчивость генофонда; либо изменчивость среды обитания, не позволяющая выжить видам, либо даже надвидовым таксонам в неизменном, традиционном состоянии; либо, что случается по всей видимости чаще – изменчивость того и другого. «Положительная», т.е. прогрессивная изменчивость закрепляется устойчивостью, иными словами, генетической наследственностью, благодаря естественному отбору, в ходе борьбы организмов за существование. То есть, в интересующем нас техническом контексте, следует выделить два фактора, которые, в данном случае, необходимо пометить индексом «т»: «т-изменчивость» и «т-отбор».

Нам представляется, что противопоставление «техносфера – ноосфера» не должно носить абсолютного характера. Это обусловлено тем, что техника не противоположна разуму. Техника (в особенности как основание техносферы) базируется на разуме, а разум (опять таки, тем паче, в условиях техносферы) опирается на технику, тем более, если речь идет о разуме в научном познании. В диссертации мы обосновываем мысль о том, что верна не оппозиция «техносфера – ноосфера», а другая оппозиция «биосфера – ноосфера», в которой техносфера исполняет роль промежуточного, необходимого, объективно-обусловленного, связующего звена. Техносфера вполне может трактоваться (и мы это доказываем в работе) как путь или ступень в трансформации биосферы в ноосферу. Исходя из этого, можно говорить о некоем единстве, целостности, неразрывной цепочке, образующей триаду «биосфера – техносфера – ноосфера». В ней каждое последующее звено образуется на базе предыдущего, но не сводимо к нему. В этой триаде ярко проявляются три главных (основных) закона диалектики, а сама она может быть уподоблена модусу гегелевской диалектической триады развития: «тезис – антитезис – синтез». Соответственно, тезис воплощается в биосфере, это исходный «момент» развития данной триады. Антитезис – соответствует техносфере. В ней отрицается, но не в плане полного уничтожения, а в плане диалектического «снятия» биосфера. Наконец, в синтезе отрицается техносфера, но опять таки не в плане уничтожения, а в смысле диалектического «снятия», с возвращением к «якобы старому», но на уровне нового, более совершенного качества. «Закон отрицания отрицания», в данном контексте, в ходе развития Земли, в том числе, как «части Космоса», проявляется в закономерном, обязательном отрицании биосферы техносферой, а ее, в свою очередь – ноосферой. «Закон единства и борьбы противоположностей», в данном контексте, может быть рассмотрен сквозь призму отношений «человек – мир» (или «человек – Земля», как «часть Космоса»). На уровне биосферы это отношение развивается от тождества к противоположности между 1-ой или естественной природой и создаваемой человеком 2-ой или искусственной природой. На уровне техносферы оно видоизменяется в направлении от противоположности к противоречию между 1-ой, естественной и 2-ой, искусственной природой. Наконец, на уровне ноосферы, оно должно будет трансформироваться из противоречия в качественно новое тождество, единство 1-ой и 2-ой природы. «Закон перехода количественных изменений в качественные», в интересующем нас контексте, трансформирует накопившиеся в биосфере «количественные» изменения «технического характера» в изменения «качественные» – в техносферу. А затем, в ходе «количественных» изменений в техносфере, в виде «роста разумности» (т.е. осознания атрибутивных изъянов техносферы большинством человечества), в будущем, данный закон должен будет привести к трансформации техносферы в ноосферу.

ГЛ. III. АСПЕКТЫ ЕДИНСТВА ТЕХНОСФЕРЫ. §3.1. «Механизм» реализации научного знания в структуре техносферы: онтологический аспект единства. В параграфе автор обосновывает мысль о том, что возникновение технических новшеств детерминировано не только и не столько тем, на сколько развита наука (естествознание), сколько реальными противоречиями в технико-технологической практике, разрешение которых требует применения полученных наукой данных в создаваемых новых технических объектах. Анализ техники и технического знания показывает, что они тесно взаимосвязаны как с наукой, ( в особенности, в современных условиях) так и с материальным производством. В связи с этим встает вопрос о том, каков «механизм» реализации научного знания в технике, в материальном производстве? Подобный «механизм», особенно в современных условиях, является важнейшим онтологическим аспектом (компонентом) функционирования техносферы. Поэтому автор разрабатывает собственную концепцию подобного «механизма» и исследует особенности его функционирования. В результате он приходит к выводу о том, что в процессе функционирования техносферы, в онтологическом аспекте, в рамках системы «наука – технико-технологическое производство», в развитии как техники, так и науки (научно-технического знания) можно выделить особые циклы: научные, технические, а в связи со все большим сближением науки и техники и научно-технические, в которых осуществляется связь технических наук с производством. Эта связь осуществляется не непосредственно, а опосредованно: через научно-технические разработки (а отчасти и через саму новую технику), которые и играют роль связующего звена между наукой и технико-технологическим производством. Эта связь, а также и сами циклы являются компонентами онтологического аспекта функционирования техносферы, способствующими ее единству. В структуре «большого» (см. о нем подробнее в диссертации) научно-технического цикла можно выделить периоды и этапы его развития, характеризующие степень развитости данного цикла. Кроме периодов и этапов в структуре «большого» цикла целесообразно выделять своеобразные «каналы» реализации знания (цели деятельности, способа деятельности и собственно научно-технического знания), каждый из которых претерпевает определенные метаморфозы в процессе адаптации к каждому из этапов «большого» научно-технического цикла. Эти каналы также представляют собой компоненты онтологического аспекта функционирования техносферы, обеспечивающие ее единство. В технических науках завершается в идеальной форме «доразвитие» объективного мира до состояния, необходимого обществу. Для них характерен гносеологический онтологизм. В технических науках в идеальной форме субъект изменяет действительность (должное), как преобразованное сущее, т.е. познание действительности здесь выступает как ее преобразование. В этом проявляется функциональный аспект технических наук. Диалектическое единство этапов и «каналов» и представляет собой сущность «механизма» реализации научного знания в системе «наука – технико-технологическое производство». А сами эти этапы и каналы, как и весь «механизм» являются компонентами онтологического аспекта функционирования техносферы, обеспечивающими ее единство.

§3.2. Источники и движущие силы функционирования техносферы: онто-гносеологический аспект единства. Важнейшими внутренними источниками всякого развития являются противоречия. Среди различных видов противоречий особое место занимает основное противоречие. «Проявление» основного противоречия на том или ином этапе развития явления или в той или иной его области можно определить как главное противоречие данного этапа или области. Под «техническими противоречиями» мы понимаем как противоречия в области техники, так и противоречия в техническом знании. В силу этого сама «область поиска» внутренних технических противоречий в самом общем виде представляется как «объединение» «области техники» и «области технического знания». Структурная модель «области поиска» носит «пардигмально-установочный» характер и представляется в самом общем виде как иерархически организованное, трехчленное образование, своеобразный «треугольник», основания которого представляют собой соответственно область техники и область технического знания, а вершина – техносферу. Связи между «основаниями» треугольника носят «координационный» характер, а «вершина треугольника» – это объединенная, суммарная «целостность» нового порядка. Связи между вершиной и каждым из оснований носят «субординационный» характер, т.е. объединение областей определяет каждую из областей. Данная модель – это инструмент анализа технических противоречий. Используя ее мы разрабатываем собственную трактовку основного технического противоречия (см. диссертацию). Мы определяем «основное техническое противоречие» (ОТП) как противоречие между сосуществующими «во времени и пространстве» техникой и техническими знаниями. Между двумя крайними областями (техники и технического знания) через область их пересечения осуществляются челночные» по своему характеру движения техники в область технического знания и технического знания в область техники, движения, посредством которых организуется функциональная целостность (функциональное единство) всей области объединения техники и технического знания, всей техносферы. Таким образом, мы обнаруживаем, что основное техническое противоречие, будучи определяющим источником развития техносферы, местом своего пребывания и развертывания имеет онто-гносеологическое единство последней. Поскольку без подобного единства произошел бы раскол на два изолированных друг от друга «бытия»: технику (без технических знаний) и технические знания (без техники). Поскольку и то и другое «бытие» абсурдны, то следует признать, с необходимостью, наличие онто-гносеологического единства техносферы. Процесс разрешения технического противоречия и неразрывно связанного с ним развития техники и технического знания представляет собой единство эволюционных и скачкообразных моментов. Сами скачки неоднородны. Наиболее существенные из них тесно связаны с этапными периодами в истории развития человечества. Можно выделить такие «этапные» скачки, совпадающие с этапами в развитии человечества и обусловленные разрешениями основного технического противоречия, как: скачок, обусловивший возникновение техники и технического знания, способствующих переходу человечества от присваивающего производства к производству производящему; скачок, обусловивший отделение ремесла от земледелия и скотоводства; скачок, обусловивший отделение умственного труда от физического (т.к. конечная причина его – развитие общественного производства и, естественно, техники и знаний); скачок, знаменующий переход к машинному производству в технике и к науке как способу организации знаний; скачок, связанный с переходом к качественно-новой (автоматической) технике и соответственно, к новым формам технического знания (новые, комплексные технические дисциплины; дискеты, диски и программы для ЭВМ как носители и «производители» технического знания; автоматизированное проектирование и проч.). На каждом из этапов, в том числе и не столь глобальных, как перечисленные выше, скачок, являющийся формой и результатом разрешения основного технического противоречия, оказывается неравнозначным для техники и технического знания. Как правило, наблюдается уклон в ту, либо в другую область, а это, в свою очередь, ведет к тому, что основное техническое противоречие вновь обостряется, уже в силу данного несоответствия, неравновесности этих областей. Тем самым, можно сделать вывод о существовании закона-тенденции, в соответствии с которым, каждое определенное разрешение основного технического противоречия с неизбежностью влечет за собой последующее его обострение. Причем, если разрешение (снятие) основного технического противоречия произошло в области технического знания, то его обострение последует в области техники. И наоборот: если разрешение произошло в области техники, то обострение последует в области технического знания.

Если основным источником развития технического знания и техники является основное техническое противоречие, то основной движущей силой развития технического знания, а, следовательно, (в конечном счете) одной из движущих сил развития техники является техническое мышление. Сегодня в техническом мышлении сосуществуют три его основных формы: «обыденное» (вненаучное) техническое мышление, «классическое» (научное) техническое мышление и «современное научное» (нетрадиционное научное) техническое мышление. Все эти формы мышления разнятся как по своему генезису, так и в содержательном плане. Генетически эти формы представляют собой своеобразные ступени в развитии технического мышления человечества. (См. подробнее в диссертации). Система технического мышления и порождаемого им технического знания является важнейшим компонентом гносеологического аспекта единства техносферы. Она представляет собой совокупность специфических видов мышления и синтезируемого этими видами мышления знаний: операционально-сенсорный вид мышления. Такой вид мышления способствует формированию элементов технического знания операционально-двигательного типа. Развитию подобного мышления способствует работа человека с различного рода тренажерами (авиа-, авто- и т.д.); работа на станках, управление транспортом и т. д. Это суть осознание двигательных навыков и реакций организма и способов их совершенствования. Этот вид мышления формирует в основном знание того, «как» делать нечто, но не «почему» это надо делать так, не «каковы законы», на основании которых надо делать «так, а не иначе»; образно-модельный вид технического мышления. Это оперирование со всевозможными схемами функционирования и устройства. Схемы играют роль репрезентантов и могут существовать как в форме только чисто мыслительных конструкций, так и в материальном обличии: на экране дисплея, в виде плоских и объемных действующих (чаще всего «масштабных») моделей, что, в свою очередь, находит отражение в соответствующих мыслительных образах и операциях с ними. Этот вид мышления формирует наглядные представления о технических устройствах, схемах их строения и функционирования; алгоритмически-рецептурный вид технического мышления. Так же, как и операционально-сенсорный, данный вид мышления способствует выработке знания типа «как», но не «почему» и формирует знание, построенное по принципу «если…, то …». Такое мышление характерно для представителей таких профессий, как различные операторы (оператор ЭВМ, оператор прокатного стана), наладчики, ремонтники и др. Например, «как» отремонтировать бытовой электрический прибор? Если нет напряжения, то смотри, нет ли обрыва в цепи. Это мышление способствует как выработке техникознанческих представлений, так и понятий; логически-теоретический вид технического мышления – вид мышления типа «почему». Этот вид мышления способствует формированию, а в еще большей степени осмыслению фундаментальных техникознанческих понятий, их взаимосвязи и выявлению условий их применения и пр.; разработке технических теорий, идей и гипотез (например, теорий прочности, надежности; соответствующих идей и гипотез). Многообразное единство всех перечисленных выше видов технического мышления и формируемого им знания образуют вместе с формами технического знания целостную систему (единство) технического знания (мышления) человечества.

ГЛ. IV. ТЕХНИКОЗНАНИЕ КАК КОМПОНЕНТ ЕДИНСТВА ТЕХНОСФЕРЫ.§4.1. Технические знания в структуре техносферы: гносеологический аспект единства.

Проблема единства многогранна, многоаспектна: во-первых, проблема единства – это проблема идеала, идеального состояния к которому стремится всякая система достаточно развитых знаний, в том числе и знаний технических (в особенности научно-технических); во-вторых, единство – это эталон, абстрактное эталонное состояние технического знания, с которым сравнивается каждое данное состояние техникознания; в-третьих, это проблема реального состояния технического знания (есть единство, нет единства, единство в определенных областях или видах технического знания и т.д.); в-четвертых, это проблема определения тех областей технического знания, его видов (типов) и форм, в которых принципиально возможно или действительно существует единство технического знания; в-пятых, это выявление возможных оснований единства технического знания, источников и механизмов становления такого единства, а также выяснение критериев единства технического знания; в-шестых, это определение тех областей действительности, сфер общественного сознания, становление и развитие которых способствует (может способствовать) становлению единства технического знания (например, развитие техники, науки, искусства и т.д.), а также становление «пограничного» с этими областями единства технического знания (технико-техникознанческого единства, единства научного и технического знания, промышленный или технический дизайн, как форма единства искусства и технического знания и т.д.). В большинстве работ, посвященных проблеме единства знаний, анализируется, как правило, научное знание в целом или отдельные научные дисциплины. На наш взгляд, представляется целесообразным выделить: основания единства; источники единства; критерии единства; виды, типы, формы и уровни единства технического знания. Основания единства технического знания подразделяются на онтологические (единство мира, в том числе мира техники как результат единой – технической – деятельности человека) и гносеологические (единство знаний – теоретическое, эмпирическое, методологическое, образно-понятийное, нормативное, целевое …). К числу источников единства технического знания принадлежат: развитие философии, науковедения, науки, междисциплинарных научно-технических исследований, развитие технических наук, становление общей теории технических систем (ОТТС), техникознанческие противоречия и др. Кроме того, необходимо выявить роль и место основных источников и движущих сил р а з в и т и я техникознания в свете проблемы его единства. Критерии единства техникознания включают в себя, во-первых, его универсальность (соответственно всеобщую, внутри- или междисциплинарную и т.д.), во-вторых, непротиворечивость каждой области (каждого фрагмента, элементарной ячейки технического знания) по отношению к другим областям техникознания, в-третьих, взаимосвязь, взаимообусловленность каждого фрагмента технического знания с другими его фрагментами. Кроме того, надлежит исследовать критерий принадлежности знания к техническому знанию, представляющий собой, в свою очередь, единство следующих аспектов: познавательного и преобразовательного, естественного и искусственного, функционального и структурного, предметного и операционального. Данный анализ необходим для того, чтобы выяснить, может ли критерий принадлежности применяться (и если может, то когда, в каких условиях) в качестве критерия единства технического знания. Среди видов единства технического знания можно выделить принципиальное, потенциальное и актуальное единство. Принципиальное единство обусловлено спецификой технического единства, тем, что техника и техникознание не существуют друг без друга, а т.к. совокупная техника, созданная гением человека в принципе едина, то в принципе едино и совокупное техническое знание. Единство совокупной техники обусловлено, в свою очередь, во-первых, целевым единством техники – конечная цель техники – преобразование действительности (за исключением некоторых видов измерительной и операциональной техники); во-вторых, генетическим ее единством (вся техника создана в ходе истории человеком и благодаря человеку); в-третьих, ее местом (между человеком и миром); в-четвертых, ее ролью (это проводник воздействий, средство для достижения цели); наконец, в-пятых, техника едина по своей принадлежности к миру техники, к техносфере. Отсюда мы можем сделать вывод о принципиальном онтологизме гносеологии в философских исследованиях технического знания, а, следовательно, и техносферы в целом. Принципиальное единство технического знания, в конечном счете, обусловливает его потенциальное и актуальное единство, является их необходимым, хотя и не достаточным условием. Среди форм единства технического знания можно выделить: научные или наукообразные формы единства техникознания (научно-техническая картина мира, общая теория технических систем, единство различных научно-технических дисциплин, единство технических теорий, понятийного аппарата, закономерностей и т.д.); вненаучные формы единства техникознания (общие представления об устройстве, способах создания, ремонта, эксплуатации технических систем; единство умений и навыков ремесленного характера и т.д.). По типам единства техническое знание может быть классифицировано следующим образом: генетический тип единства техникознания (связь и преемственность техникознания в ходе истории); локальный тип единства (внутриотраслевой, внутридисциплинарный, единство знаний в пределах отдельной технической науки, теории, в пределах того или иного ремесла, определяемый целостностью, единством соответствующей науки, теории и т.д.); общетехнический тип единства (междисциплинарный, межотраслевой, единство различных технических теорий, технических наук, обыденного, профессионально-технического и научно-технического знания). Различные типы, формы и виды единства технического знания специфически проявляются на различных уровнях техникознания (глобальном или общетехническом, на уровне инженерного и профессионально-технического знания и пр.). Помимо того, все виды, типы и формы единства техникознания, на всех его уровнях, должны отвечать критерию принадлежности, единству операционного и предметного, структурного и функционального, естественного и искусственного, познавательного и преобразовательного аспектов. Несмотря на многообразие работ по проблематике единства, крайне затруднительно дать определение единства каким-либо традиционно-научным образом (и прежде всего через род и видовые отличия). Связано это, на наш взгляд, с философско-категориальным статусом понятия «единство». Исходя из этого, а также учитывая приведенные в диссертационном исследовании точки зрения и рассмотренные нами выше аспекты проблемы единства техникознания, мы предлагаем следующее рабочее определение: единство технического знания– это такое его состояние, при котором различные элементы, области, уровни этого знания характеризуются известной универсальностью, непротиворечивостью, взаимосвязанностью, взаимообусловленностью. Вместе с тем, единство технического знания – это не только состояние, но и процесс становления целостности тех или иных технических наук, технических теорий, областей техникознания, техносферы в целом. Аналогично, единство техносферы – это такое ее состояние, при котором различные ее компоненты, прежде всего техника и техническое знание, образуют некую целостность и характеризуются определенной универсальностью, взаимосвязанностью, взаимообусловленностью. Это не столько состояние техносферы, сколько процесс ее функционирования. Онтологический аспект этого единства, по преимуществу, обнаруживается в технике, гносеологический, опять таки, по преимуществу – в техническом знании.

§4.2. Объект и структура техникознания в свете проблемы единства техносферы. Каждое из двух начал (артефактное и деятельностное) технического знания (мышления) имеет собственную онтическую определенность. Предметный (или артефактный) аспект технического знания онтически определяется объект-субъектным взаимодействием. То есть воздействием технического объекта на познающего субъекта в рамках единой системы, например, системы типа «человек – машина». Операциональный аспект технического знания (мышления) онтически определяется тремя видами взаимодействия: субъект-объектным, субъкт-субъектным и объект-объектным. Операциональный аспект технического знания (мышления) определяется субъект-объектным взаимодействием двояко: как тогда, когда познающий субъект находится в рамках единой (с объектом) системы, так и когда он находится вне ее, осуществляя познавательный акт из-за пределов системы субъект-объектного взаимодействия. Другим определяющим моментом операционального аспекта технического знания является субъект-субъектное взаимодействие. Третьим определяющим моментом операционального аспекта технического знания является объект-объектное взаимодействие. Такое взаимодействие может выступать в качестве одного из оснований операционального аспекта технического знания лишь при наличии познающего субъекта, непосредственно или опосредованно рефлексирующего сам акт подобного взаимодействия. Единство операционального и предметного аспектов в техническом знании хотя и важнейшая, но лишь одна из его (знания) характеристик. Для выяснения и анализа других особенностей технического знания автор обращается к его объекту. Предельно-общей областью знания, в которой представлено в «снятом» виде техническое знание, является философия. В философии техникознанческий объект представлен в предельно-абстрактном и предельно-обобщенном виде. Следующей по степени общности и масштабам обобщенности является находящаяся ныне в стадии становления особого рода интегративная наука, которую различные авторы называют по-разному: «единая техническая наука» (В.Г. Горохов), «общая теория технических систем» (Г.И. Шеменев), а также «техниковедение», «техноведение» и т.д. Объектом этой области знания предстает «техносфера в целом». Объектом познания технических наук являются законы создания, функционирования и эксплуатации технических систем в широком смысле слова, т.е. включая сюда природные и социальные процессы и закономерности, используемые в технике. Связующим звеном между научным и вненаучным («практическим») техническим знанием является область инженерного знания. Последующая трансформация техникознанческого объекта связана с профессионально-техническим знанием, носителями которого являются ремесленники и слесари, токари и водители, наладчики и операторы и т.д., т.е. все те люди, которые профессионально занимаются созданием, управлением, эксплуатацией различных технических систем. Наконец, обыденному (непрофессиональному) техническому знанию соответствует фрагментарное, феноменальное, «внешнее» проявление технического объекта. Это обусловлено самим характером такого знания, его предельной конкретностью и тем, что это прежде всего знание типа «как», а не знание типа «почему». «Вненаучный» характер таких технических знаний не делает их менее ценными для общества, поскольку с их помощью создаются многие «шедевры» технического творчества, такие как уникальные музыкальные инструменты, изделия «народного промысла» и т. д. Такие знания также не менее истины, нежели научные. В пользу их истинности говорит «основной критерий истины» – практика.

§4.3.Специфика и особенности технических наук в контексте проблемы единства техносферы. Особый интерес представляет исследование структуры научно-технического знания, выявление места и роли технических наук. Автор исходит из того, что техническое знание, техническое исследование может быть как фундаментальным, так и прикладным. Подобно тому, как естествознание исследует мир природы, технические науки исследуют мир технических объектов. Техническое знание – область, значительно более широкая, нежели научно-техническое знание или тем более научно-техническое исследование. Его фундаментальный уровень включает в себя помимо знаний, полученных в результате научных (в том числе и научно-технических) исследований, знания, полученные в ходе практической, технической деятельности Человечества. По преимуществу это знания типа «как», а не «почему», знания рецептурного характера. Например, различного рода «профессиональные секреты». Несмотря на то, что зачастую технические знания не только не облечены в научную, наукообразную форму, но и вообще, порой даже не вербализованы, тем не менее, многие из них могут быть отнесены к фундаментальным. Фундаментальность таких «ненаукообразных» технических знаний определяется тем, что они являются основой, базой для других знаний технического характера. Последние будут иметь статус прикладных по отношению к первым. «Ненаукообразные» фундаментальные технические знания со временем могут приобрести наукообразную форму, стать научными. Однако это не говорит о том, что прежде они не были фундаментальными. Они просто не были достижением науки, хотя могли быть ее достоянием. Для того, чтобы выяснить специфику теоретического и эмпирического уровней технического знания, автор обращается вновь к его объекту. Он обладает интересной особенностью по сравнению с объектом естествознания: как правило, этот объект не наблюдаем до тех пор, пока его не создали. Это ведет к возрастанию роли идеального объекта, выступающего прообразом будущего технического объекта, либо его будущих свойств. Идеальный объект технической теории может существовать в виде чертежа, графика, конструкции и т.д., причем по своей структуре он изоморфен тем инженерным объектам, которые описываются средствами данной технической науки.

С возникновением техники, мы имеем дело с качественно-новой «технической» реальностью. «Прежние» законы (выявлением которых и занимается естествознание) не исчезают, но с изменением условий (развитием техносферы) они проявляются в специфических формах, в «снятом» виде, носят подчиненный характер. Подобно тому, как это происходит, например, при переходе от неживой природы к живой. Основной, главной функцией технического знания является преобразовательно-практическая, основными компонентами ее выступают проектирование и конструирование. Причем проектирование представляет собой переходный этап от теоретического уровня научно-технического знания к его эмпирическому уровню. На стадии конструирования структурно-функциональные характеристики технического устройства, как правило, проявляются при создании чертежа реального технического объекта с соответствующими ему типоразмерами, монтажной схемой, перечнем элементов. Взаимосвязь, взаимообусловленность теоретического и эмпирического, фундаментального и прикладного, подвижность границ и возможность взаимного перехода, трансформации одного в другое в техническом знании говорит в пользу единства последнего. Анализ структуры научно-технического знания показывает, что оно взаимосвязано как с наукой, так и с технико-технологическим производством, что является важнейшим онто-гносеологическим фактором единства техносферы.

Заключение. В заключении подводятся итоги исследования, проведенного в диссертационной работе.

Наиболее значимые работы автора, в которых нашли отражение основные положения диссертации:

  1. Дегтярев Е.В. Единство техносферы: онтологический и гносеологический аспекты: монография. - Магнитогорск, 2009. – 267 с.
  2. Дегтярев Е.В. Объект и структура техникознания в свете проблемы техносферы // Проблемы истории, филологии, культуры, 2006. – XVI/2- Москва – Магнитогорск – Новосибирск. – С. 438-445. (Перечень ВАК).
  3. Дегтярев Е.В. Технические знания в структуре техносферы: гносеологический аспект единства // Проблемы истории, филологии, культуры, 2006. – XVI/2- Москва – Магнитогорск – Новосибирск. – С. 445-451. (Перечень ВАК).
  4. Дегтярев Е.В. Проблема единства технической реальности в контексте философских учений Нового и Новейшего времени // Проблемы истории, философии, культуры. – Вып. XVII. – Магнитогорск, 2006. – С. 141-149. (Перечень ВАК).
  5. Дегтярев Е.В. Проблема единства знаний в контексте развития науки и техники времен античности // Проблемы истории, философии, культуры. – Вып. XVII. – Магнитогорск, 2006. – С. 149-157. (Перечень ВАК).
  6. Дегтярев Е.В., Вильданов Х.С., Вильданова Г.Б. Роль и значение рефлексии в аксиологическом познании и в формировании системы ценностей человека // Вестник Челябинского государственного университета, 2008 – Вып.9. – С. 20-26. (Перечень ВАК).
  7. Вильданова Г.Б., Вильданов Х.С., Дегтярев Е.В. Гносеологический анализ взаимоотношения понятий «истина» и «мудрость» // Вестник Челябинского государственного университета, 2008. – Вып. 10. – С. 99-105. (Перечень ВАК).
  8. Дегтярев Е.В. К вопросу о структуре и некоторых особенностях технического знания // Вестник Оренбургского государственного университета, 2009. – №5. – С. 11-16. (Перечень ВАК).
  9. Дегтярев Е.В. Техническое мышление: аспект единства // Вестник Челябинского государственного университета, 2009. – Вып. 13. – С. 91-94. (Перечень ВАК).
  10. Дегтярев Е.В. Проблема техносферы в контексте воззрений В.И. Вернадского на ноосферу // Вестник Челябинского государственного университета, 2009. – Вып. 13. – С. 140-144. (Перечень ВАК).
  11. Дегтярев Е.В. Развитие науки и проблема единства научного знания и познания // Вестник Оренбургского государственного университета, 2009. – №7. – С. 139-142. (Перечень ВАК).
  12. Дегтярев Е.В, Единство объекта технического знания: некоторые особенности и аспекты // Вестник Оренбургского государственного университета, 2009. – №9. – С 4-8. (Перечень ВАК).
  13. Дегтярев Е.В. Единство техносферы: к вопросу о возможной модели исследования // Социально-гуманитарные исследования, 2009. – № 10. – С. 62-68. (Перечень ВАК).
  14. Дегтярев Е.В. О некоторых аспектах технического знания // Вестник Челябинского государственного университета, 2009. – Вып.14. – С. 130-134. (Перечень ВАК)
  15. Дегтярев Е.В. Тенденции взаимопроникновения философии и науки – важнейший аспект единства познания // Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: сборник статей Международной научной конференции: в 2 т. – Магнитогорск: МаГУ, 2006. – Т. 1. – С. 3-6.
  16. Дегтярев Е.В. Развитие науки и проблема единства технического знания и познания // Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: сборник статей Международной научной конференции: в 2 т. – Магнитогорск: МаГУ, 2006. – Т. 1. – С. 179-183.
  17. Дегтярев Е.В. Объект технического знания как предмет философского анализа // Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: сборник статей Международной научной конференции: в 2 т. – Магнитогорск: МаГУ, 2006. – Т. 1. – С. 195-199.
  18. Дегтярев Е.В., Теплых Д.А.Единство новаций и опыта – основа научного творчества // Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: сборник статей Международной научной конференции: в 5 т. – Магнитогорск: МаГУ, 2009. – Т. 1. – С. 3-7.
  19. Дегтярев Е.В.Развитие техники и модель генезиса техносферы (технической реальности): к вопросу о наполнении конкретным содержанием // Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: сборник статей Международной научной конференции: в 5 т. – Магнитогорск: МаГУ, 2009. – Т. 2. – С. 94-104.
  20. Дегтярев Е.В. Ценностные установки мыслителя и проблемы генезиса науки.// Философия ценностей. Материалы Российской конференции. Курган: КГУ, 2004. – С. 125-128.
  21. Дегтярев Е.В., Теплых Д.А. Творческий союз философии и конкретных наук: возвращение к «якобы старому» // Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук. Сборник статей Всероссийской научной конференции в 2-х томах. Том 1. – Магнитогорск: МаГУ, 2008. – С. 3-6.
  22. Дегтярев Е.В. Возможная модель генезиса техносферы (технической реальности) //Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук. Сборник статей Всероссийской научной конференции в 2-х томах. Том 1. – Магнитогорск: МаГУ, 2008. – С. 157-161.
  23. Жог В.И., Дегтярев Е.В. Своеобразие и единство технического знания и технического мышления.// Наука и технология: методологические и социально-экономические аспекты взаимодействия. – Москва: Наука, 1990. – С. 4-10.
  24. Дегтярев Е.В., Жог В.И. К вопросу о своеобразии технического знания.// Диалектический материализм и философские вопросы естествознания (методы и формы научного познания). – М.: Прометей, 1991. – С. 77-87.
  25. Дегтярев Е.В. К вопросу об объекте технического знания.// Диалектический материализм и философские вопросы естествознания (философский анализ науки). – М.: Прометей, 1992. – С. 68-75.
  26. Дегтярев Е.В., Жог В.И. Источники развития техники и технического знания.// Философия, человек, наука. Межвузовский сборник научных трудов. – Москва: Прометей, 1992. – С.48-60.
  27. Дегтярев Е.В., Жог В.И. Роль и место основного противоречия в системе источников развития техники и технического знания. // Философия. Наука. Личность. – Москва: Прометей, 1992. – С.54-56.
  28. Дегтярев Е.В. Симбиотическая взаимосвязь мышления и реальности: к вопросу о концепциях развития науки.// Новые идеи в философии. Межвузовский сборник научных трудов. – Вып. 13. – В 2-х т. – Т. 2. Пермь: ПГУ, 2004. – С. 179-185.
  29. Дегтярев Е.В. Ценностные установки науковедения и анализ концепций генезиса науки.// Ценности интеллигибельного мира. Вып. 1. – Магнитогорск: МГТУ, 2004. – С. 131-136.
  30. Методологические проблемы науки и образования /под ред. З.М. Уметбаева и Е.В. Дегтярева. – Магнитогорск: МГПИ, 1998. – 97 с.
  31. Человечество на пороге XXI века / под ред. З.М. Уметбаева и Е.В, Дегтярева. – Магнитогорск: МаГУ, 1999. – 120 с.
  32. Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: в 2 т. / под ред.Е.В. Дегтярева. – Магнитогорск: МаГУ, 2006. – Т.1. – 327 с.; Т.2. – 337 с.
  33. Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук / под ред.Е.В. Дегтярева. – Магнитогорск: МаГУ, 2007. – Вып. 2. – 202 с.
  34. Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: в 2 т. / под ред.Е.В. Дегтярева, Д.А. Теплых. – Магнитогорск: МаГУ, 2008. – Вып. 3. – Т.1. – 203 с.; Т.2. – 223 с.
  35. Философские вопросы естественных, технических и гуманитарных наук: в 5 т. / под ред.Е.В. Дегтярева, Д.А. Теплых. – Магнитогорск: МаГУ, 2009. – Вып. 4. – Т.1. – 138 с.; Т.2; – 151 с; – Т.3. – 155 с; – Т.4. – 151с; – Т.5. –146 с.

Регистрационный № 0250 от 27.07.2006 г. Подписано в печать 16.09.2009 г.
Формат 60×841/16. Бумага тип № 1. Печать офсетная.
Усл. печ. л. 2,00. Уч.-изд. л. 2,00. Тираж 100 экз. Заказ № 492.
Бесплатно.

Издательство Магнитогорского государственного университета
455038, Магнитогорск, пр. Ленина, 114
Типография МаГУ

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.