WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Сологуб Ольга Павловна

  современный русский официально-деловой текст:
функционально-генетический аспект

Специальность 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Кемерово 2009

Работа выполнена на кафедре русского языка

ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет»

Научный консультант:

доктор филологических наук, профессор

Голев Николай Данилович 

Официальные оппоненты: 

доктор филологических наук, профессор 

Катышев Павел Алексеевич

доктор филологических наук, профессор 

Котюрова Мария Павловна

доктор филологических наук, профессор 

Чернышова Татьяна Владимировна 

Ведущая организация – Томский государственный университет

Защита состоится «__» __________ в ___ час. на заседании диссертационного совета Д 212.088.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора филологических наук в Кемеровском государственном университете по адресу: 650043, Кемерово, ул. Красная, 6

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Кемеровского государственного университета

Автореферат разослан «___» ____________ 2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат филологических наук  О. А. Булгакова

Общая характеристика работы

Актуальность настоящей работы обусловлена факторами как экстралингвистического, так и собственно лингвистического характера. К экстралингвистическим факторам относятся социальные, общекоммуникативные факторы. Официально-деловая речь в современных условиях стала занимать все более значимое положение в коммуникативной практике общества и отдельного человека, что обусловлено активизацией предпринимательской деятельности, расширением и углублением деловых контактов как внутри страны, так и на международном уровне, формированием новых форм деловой коммуникации, актуализацией вопросов эффективного речевого поведения для успешного решения проблем управления обществом, производственными коллективами.

Признание подобного рода деятельности, ее коммуникационной составляющей нашло свое внешнее выражение в различных социальных областях, в том числе и в области образования. В ряде вузов открылись специальности по подготовке кадров, призванных осуществлять процессы документационного управления производством и связанные с ними процессы деловой коммуникации; активизировались формы дополнительной профессиональной подготовки (семинары, курсы, тренинги), предназначенные как для повышения квалификации специалистов по работе с документами, так и для приобретения необходимых профессиональных навыков широкой аудиторией. В целях обеспечения учебного процесса издается литература учебно-методического характера, в которой предлагаются учебные планы, программы учебных курсов, обсуждаются методики проведения занятий, посвященных вопросам работы с документами, в том числе и проблемам документной коммуникации. В последнее время стали появляться многочисленные пособия по деловой речи нормативно-методического, справочного, учебного характера, предназначенные как для специалистов, так и для широкого круга пользователей (П.В. Веселов, А.А. Кузин, Е.Ю. Кукушкина, Л.В. Рахманин, З.С. Смелкова и др.).

Все это послужило основанием для формирования и развития прикладного направления, открывающего новое видение важнейших теоретических проблем в изучении официально-деловой речи, например, таких как создание тезауруса официально-деловой коммуникации в связи с компьютеризацией этой сферы, выделение и описание частных сфер деловой коммуникации (экономической, правовой, коммерческой) и др., и являющегося тем самым одной из движущих сил развития лингвистической теории официально-делового текста.

Научный интерес к проблемам деловой коммуникации обусловлен и собственно лингвистическими факторами, а именно, особенностями сложившейся современной научной парадигмы, ее обращением к процессам функционирования языка в различных условиях, постижением языка как антропологического феномена, – подобные установки предполагают многоаспектный подход к изучаемому объекту, его рассмотрение в контексте частной и социальной деятельности человека (составляющей последней является производственная, административно-управленческая деятельность) и обусловливают новый поворот в осмыслении традиционных проблем. Современные исследования деловой речи органично вписываются в идеи новой научной парадигмы, проблемы деловой коммуникации довольно активно осмысляются с современных исследовательских позиций. Все это создает научную базу для развития теоретического направления по изучению деловой коммуникации. Однако на данном этапе приходится констатировать, что исследование деловой речи осуществляется больше в экстенсивном плане: для анализа привлекаются новые сферы деловой коммуникации, отдельные коммуникативные ситуации делового общения и соответствующие им речевые жанры, различные типы языковых личностей и пр. Сейчас наступило время более интенсивного изучения официально-деловой коммуникации, более системного ее представления.

В функциональном плане эта задача может быть реализована путем системного рассмотрения особенностей генезиса и функционирования официально-делового текста, что позволит представить динамическую картину формирования и развития официально-деловой речи на разных стадиях: от «предофициальной», когда текст еще только «готовится» стать официальным, до этапа его официального функционирования, где он может проходить разные стадии официализации. Во главу угла при таком подходе ставится вопрос о взаимодействии официальной / неофициальной речи, об официально-деловой коммуникации как продолжении естественной коммуникации. Пока мы имеем лишь отдельные замечания относительно характера такого взаимодействия, причем они носят односторонний, прескриптивный, характер: основное внимание уделяется описанию канонов официально-деловой коммуникации, предписывающих характер речевого поведения коммуникантов; обратное движение, связанное с давлением обыденной коммуникации на официально-деловую, трактуется как нарушение этих канонов. Описательно-аналитический подход к явлениям подобного рода реализуется пока в незначительной мере.

Объектом изучения в настоящей работе является официально-деловой текст, определяемый как языковая форма регулирования вопросов производственно-административного характера, оформленная и обработанная в соответствии с интралингвистическими и экстралингвистическими канонами официально-деловой коммуникации.

При таком понимании термин «официально-деловой текст» имеет границы на полюсах своих качеств. На полюсе признака «деловой» располагаются тексты, «обслуживающие» широкий круг деловых отношений, прежде всего это административно-управленческие документы, в частности, деловая переписка оперативного характера; на полюсе признака «официальный» размещаются «надделовые» тексты, к которым в первую очередь относятся законодательные акты. Таким образом, не всякий официальный текст является деловым, как и не всякий деловой текст может быть официальным. Наше исследование сосредоточено как раз на названных полюсах и границах, особенно на границе официального и неофициального, что позволяет через их сопоставление осуществить изучение генезиса официально-деловой речи.

Предмет исследования составляют генезис и функционирование официально-делового текста. 

Методологические основы исследования. Методологически важными для настоящей работы являются следующие три положения. Во-первых, рассмотрение официально-делового текста с позиций функционального подхода предполагает установление его соотнесенности с определенной функцией. В общем виде функциональная предназначенность официально-делового текста заключается в реализации коммуникативной деятельности в системе административно-управленческих органов. Доминирующее положение в ряду коммуникативных функций занимает регулятивная функция, объединяющая в единую систему официально-деловую, государственную, правовую и другие сферы коммуникации. На основании изложенного официально-деловая коммуникация определяется нами как коммуникативное пространство, которое образуется пересечением таких частных коммуникативных сфер, как официальная (документная), деловая, государственная, правовая сферы коммуникации, и в котором доминируют коммуникативные процессы, связанные с реализацией посредством официально-деловых текстов регулятивной функции. 

Во-вторых, методологической значимостью обладает проблема системного представления современного русского делового текста в функционально-генетическом аспекте и в связи с этим интерпретация базовых категорий исследования – «генезис» и «функционирование». Генетическое функционирование рассматривается в работе в синхронном плане и трактуется как реализация динамического потенциала, содержащегося в синхронных единицах. Такой подход отличается от традиционного понимания генезиса, в рамках которого становление, генезис явлений, рассматриваемые как частные случаи развития языка и квалифицируются как диахронные процессы. В современных исследованиях деловой речи последние рассматриваются в качестве непосредственного объекта анализа и к ним обращаются в целях дополнительного объяснения явлений, изучаемых на синхронном уровне. 

Генетическое трактуется в работе в рамках оппозиции «система – деятельность», в соответствии с этим оно рассматривается в деятельностном и системном планах. Деятельностный план предполагает обращение к процессам становления, развития официальности; эти процессы реализуются как в текстопорождающей деятельности (при этом разграничивается первичный генезис – создание текстотипов – и вторичный генезис –  создание деловых текстов на основе усвоенных канонов деловой речи, воплощенных в текстотипах), так и в деятельности по восприятию, оценке, интерпретации деловых текстов. 

В системном плане генезис рассматривается как общеязыковой процесс через сопоставление официального и неофициального в языке. Системообразующим признаком при этом выступает функциональная направленность текста, а в более узком смысле – официальность как конститутивное качество официально-делового текста. Ключевым моментом становится рассмотрение динамики системы официально-деловых текстов, а именно, рассмотрение того, как «предофициальное» становится официальным, как это официальное развивается, усиливается (движение «вверх») либо, напротив, как оно ослабляется, утрачивается (движение «вниз»). На основе рассмотрения этого движения реконструируются общеязыковые процессы официализации – деофициализации. Особую значимость при таком подходе получает метод системного комплексного сопоставления различных проявлений официально-делового стиля как главный способ реконструкции функционально-генетической модели официально-делового текста. Результатом такой реконструкции становится шкала официальности, имеющая градуальный характер. Таким образом, генезис реконструируется нами не в процессуальном смысле, как переход из одного состояния или качества в другое, а как некая непрерывная градуальность, образуемая результатами описания, за которыми скрыты процессы, как внутреннее соотношение явлений, в которых качества и состояния проявляются в разной степени.

В-третьих, в работе делается акцент на детерминационном аспекте официально-делового текста. Трактуя генезис как синхронное явление динамического характера, проявляющегося в виде внутреннего движения в пределах языковой системы, отдельной личности, мы выдвигаем на передний план детерминационную сторону этого движения, что предполагает моделирование детерминационных (причинно-следственных) цепочек, определение характера детерминационных связей, особенностей их проявления.

В общем виде наши исходные исследовательские позиции могут быть представлены следующим образом (рис. 1)1.

Рис. 1. Взаимодействие официального и неофициального в языке

При воплощении обозначенных исследовательских принципов оказались актуальными основополагающие идеи ряда современных лингвистических дисциплин, сформировавшихся или получивших новый импульс развития в условиях современной научной парадигмы. К таким дисциплинам относится в первую очередь функциональная стилистика; положения об экстралингвистической обусловленности функционального стиля, о системе стилевых черт, изложенные в трудах представителей Пермской научной школы: М.Н. Кожиной, М.П. Котюровой, Е.А. Баженовой, Л.Г. Кыркуновой и др., – во многом явились отправной точкой настоящего исследования при определении специфики официально-деловой письменной коммуникации.

Основой ряда теоретических положений диссертационной работы явились достижения лингвистики текста, заключающиеся в разработке принципов структурно-семантической организации текста, вычленении и описании текстовых категорий, определении норм текстообразования и др., также представленные в трудах ученых Пермской научной школы, в работах Т.В. Матвеевой,
М.Я. Дымарского и др.

В диссертации получают развитие и теоретические положения жанроведения, связанные с определением жанровых норм, выяснением процессов межжанрового взаимодействия. Исследование опирается на идеи интерпретационной лингвистики, рассматриваемые в контексте лингвистической теории фрейма. Анализ деловой речи осуществляется в работе также и с позиций таких возникших в последнее время и активно развивающихся научных направлений, как лингводетерминистика, юрислингвистика, лингвоперсонология, направление по исследованию естественной письменной речи (ЕПР), обыденная металингвистика и др.

В качестве единицы анализа выступает единица официального функционирования языка (ЕОФЯ) в аспекте проявления ее функциональных признаков (уровневых и аспектуальных).

Методика исследования. Цель и задачи исследования обусловили комплексный подход к объекту и предмету изучения, включающий лингводетерминационные, коммуникативно-прагматические, социолингвистические, психолингвистические, когнитивные, лингвоперсонологические, юрислингвистические, стилистические аспекты изучения языкового материала. Метод комплексного коммуникативно-лингвистического описания деловых текстов предполагает использование приемов наблюдения, обобщения, интерпретации, классификации и др.; он позволил получить данные для сопоставительного анализа, в результате которого обнаружены специфические и общие черты рассматриваемых групп деловых текстов, явившиеся основой для изучения отношений между ними. Кроме того, метод комплексного коммуникативно-лингвистического описания включает прагматический (с учетом специфики речевой ситуации), функционально-стилистический, дискурсивный анализы. В целях выявления специфики протекания речемыслительной деятельности в актах деловой письменной коммуникации используется прием реконструкции, предполагающий моделирование этой деятельности на основе анализа конкретных деловых текстов. Когнитивный (фреймовый) анализ позволяет раскрыть интериоризованные процессы речемыслительной деятельности субъекта в условиях деловой письменной коммуникации. В работе используется также экспериментальная методика: метод лингвистического эксперимента направлен на выявление особенностей интерпретации делового текста рядовыми носителями языка. При этом используются прием опроса, предполагающий интерпретационный и стилистический анализ текстов, и статистический прием, направленный на выявление доминирующих тенденций в процессах интерпретации делового текста различными группами носителей языка. Статистический прием используется и при определении глубины официализации текста.

Цель работы заключается в построении функционально-генетической модели современного русского официально-делового текста.

Реализации цели должно способствовать решение ряда конкретных задач:

  • обоснование проблемного поля в исследовании официально-деловой коммуникации; фиксация в этом проблемном пространстве актуальных подходов к изучению официально-делового текста в направлении от прескриптивного к дескриптивному, от прикладных аспектов к теоретическим, от канонических форм официально-деловой речи к их взаимодействию с периферийными;
  • разработка методологической базы исследования и соответствующей методики анализа;
  • определение исходных понятий работы: «официально-деловой текст», «официально-деловая коммуникация», «официальность», «официализация – деофициализация», «единица официального функционирования языка»;
  • представление внутренней структуры официально-деловой коммуникации, определение характера ее соотношения с другими смежными коммуникативными сферами;
  • описание процессов официализации – деофициализации текста, определение системы детерминант, обусловливающих становление и развитие официальности текста как одного из важнейших его свойств;
  • разработка методики определения глубины официализации текста;
  • создание шкалы официальности текста и на ее основе – типологии текстов по степени их официальности;
  • выявление системы средств выражения официального начала в тексте, представление их полевой структуры;

Материал исследования. В целях представления системы официально-деловых текстов современного русского языка и описания генезиса в системном аспекте в работе используется самый широкий состав документов, функционирующих в сфере официально-деловой коммуникации (от Конституции Российской Федерации до заявлений рядовых сотрудников, направляемых официальным органам и лицам в целях разрешения оперативных вопросов). Наиболее адекватным материалом, способствующим решению указанных целей и задач, являются тексты разной степени официальности, создаваемые в схожих условиях, что позволяет произвести моделирование детерминационных цепочек во всей их полноте и разнообразии. Такого рода материалом послужили документы, создаваемые в рамках коммуникативной ситуации ‘обращение в официальную инстанцию’: это исковые заявления и заявления в милицию, составляемые с участием специалистов-консультантов либо на основе образца; заявления, жалобы в официальные органы рядовых граждан; письма в редакцию, отзывы в «Книге отзывов и предложений», создаваемые, как правило, в неофициальной манере (всего в работе использовано около 900 текстов документов). Обращение к анализу подобного рода текстов предоставляет широкие возможности для наблюдения за особенностями проявления тенденций официализации – деофициализации текста. Материалом для исследования послужили также данные лингвистического эксперимента, проводимого в форме опроса, в котором приняли участие 90 человек, обладающих различными характеристиками (пол, возраст, образование, род занятий). Данные эксперимента позволили создать представление о специфике восприятия, толкования, интерпретации делового текста рядовыми носителями языка, что послужило основой для характеристики процессов деофициализации.

Научная новизна диссертации состоит в реализации системного подхода к официально-деловым текстам русского языка, в рамках функционализма это позволило реконструировать функционально-генетическую модель официально-делового текста. В работе впервые прослеживается на синхронном уровне становление официальности на основе исследования взаимодействия текстов, находящихся на разных стадиях официализации – от ее минимальных проявлений, обнаруживающихся в процессах деофициализации, до максимальных проявлений (высшая стадия официализации). Впервые в практике научного исследования разрабатываются принципы детерминистского описания официально-делового текста, вскрываются детерминационные механизмы, определяющие характер его генезиса и функционирования. При этом динамика становления и функционирования официального начала рассматривается как в направлении «сверху вниз» – от официальной речи к неофициальной, так и в обратном направлении – «снизу вверх», когда происходит давление неофициального на официальное, что влечет за собой приспособление к требованиям, идущим снизу (до сих пор учитывалось лишь первое направление – кодифицирующая деятельность вышестоящих инстанций, заключающаяся в составлении ГОСТов, определении норм официально-деловой коммуникации и доведении их до пользователей делового языка). Таким образом, в диссертации выстраивается двусторонняя модель взаимодействия официального / неофициального, что способствует созданию полной детерминистской картины становления и функционирования официально-делового текста.

Научная новизна исследования заключается также во включении в практику лингвистического анализа нового эмпирического материала – текстов обращений в официальную инстанцию, обладающих разной степенью официальности; обращение к подобного рода материалу позволило определить понятие глубины официализации текста, разработать методику ее определения, обосновать операциональную единицу анализа (ЕОФЯ), выявить состав ЕОФЯ, представить их полевую структуру. 

Впервые детальному рассмотрению подвергается регулятивная функция, и прежде всего функция управления, занимающая доминирующее положение в официально-деловой коммуникации и во многом определяющая характер детерминационных процессов. При этом управление трактуется не как жесткое, волюнтаристское управление, а как управление, учитывающее детерминацию «снизу», считающееся с фактором адресата, – только в этом случае оно признается эффективным. Таким образом, в работе устанавливаются отношения гармонизации детерминант «верх» – «низ», изучаются реальные механизмы их взаимодействия. 

Новые знания об официально-деловом тексте были получены при реализации жанроведческого, когнитивного, лингвоперсонологического подходов. 

Теоретическая значимость работы состоит в создании и описании теоретической модели официально-делового языка в соответствии с основными принципами теоретической лингвистики. В связи с этим определены основные оппозиции и антиномии, определяющие внутреннее устройство официально-делового языка, установлены единицы его функционирования, описаны их системные свойства. Теоретическую модель официально-делового языка дополняет системная модель описания официально-делового текста как следствия и результата функционирования языка. Отличительной особенностью этой модели является рассмотрение официально-деловой коммуникации не в оппозиции с разговорно-бытовой коммуникацией, а во взаимодействии с ней.

В диссертации обоснована методология системного описания официально-деловой речи в ее становлении и развитии, сформулированы основные принципы такого описания. Методологическим основам исследования соответствует многоаспектная комплексная методика, ведущее место в которой отводится сопоставительному методу. Широкое сопоставление фактов официально-деловой коммуникации по степени их официальности в различных аспектах (на уровне языковой системы, сферы коммуникации, коммуникативной ситуации, отдельного текста; в языковом, речевом, коммуникативном планах, с позиций адресанта и адресата и др.) позволяет полно и детально представить картину становления и развития официального начала в современном русском языке. Результатом сопоставительного анализа является определение системы детерминант официализации – деофициализации текста.

Теоретическая значимость исследования заключается также в разработке его логико-понятийного аппарата: в теоретических положениях работы обосновываются понятия официально-делового текста, официально-деловой коммуникации, регулирующей функции официально-деловой коммуникации, официальности, официализации текста, единицы официального функционирования языка и др., – устанавливается их соотношение с рядом смежных понятий.

В работе получает теоретическое осмысление одна из коммуникативных функций языка – регулирующая функция, формирующая сущность официально-деловой коммуникации. При этом характер ее реализации рассматривается как в направлении «сверху вниз», так и в обратном направлении. Подобного рода наблюдения дополняют картину реализации принципа кооперативности (корпоративности) в языке.

Практическая ценность полученных результатов исследования состоит в возможности их использования в процессе преподавания лингвистических курсов «Документная лингвистика», «Стилистика и литературное редактирование», «Активные процессы современного русского языка», «Теория текста», «Психолингвистика», «Социолингвистика», «Когнитивная лингвистика», «Теория коммуникации», «Юрислингвистика» и др. Материалы диссертационной работы могут быть использованы также и в ходе преподавания дисциплин документоведческого цикла: «Документоведение», «Составление и редактирование служебных документов», «Процессы унификации и стандартизации в сфере документоведения», «Теория документа», «История документа в России» и др. Применение результатов диссертации возможно и при составлении справочно-нормативных изданий, как лингвистических (словари, справочники, пособия), так и документоведческих (ГОСТы, методические рекомендации, инструкции по делопроизводству). Разработанные в диссертации положения о жанровых нормах и их конкретной реализации в РЖ ‘жалоба / заявление’ могут послужить базой для создания шаблона обращения в официальную инстанцию и конкретных рекомендаций по его составлению. Материалы исследования могут быть использованы также при разработке учебных курсов, тренингов для административных работников, менеджеров. Положения диссертации имеют прикладное значение при проведении лингвистической экспертизы документа.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные положения диссертации и результаты исследования отражены в докладах, представленных на международных, всероссийских республиканских, региональных межвузовских научных и научно-практических конференциях в Барнауле (2003, 2005), Бийске (2004), Екатеринбурге (2004), Иркутске (2007), Кемерово (2007), Москве (2004, 2006, 2007), Новокузнецке (2007), Новосибирске (2006, 2007), Томске (2005), Челябинске (2003), а также на заседаниях научной сессии Новосибирского государственного технического университета (2004–2008 гг.) и заседаниях кафедр русского языка Алтайского (2004) и Кемеровского университетов (2005, 2008), кафедры филологии Новосибирского государственного технического университета (2008). 

По теме исследования опубликовано 47 работ общим объемом около
55 п. л. в центральной, региональной и зарубежной (Украина) печати, в том числе монография объемом 17 п. л., 6 учебных и учебно-методических пособий.

Материалы исследования легли в основу таких авторских курсов, как «Документная лингвистика», «Речевые жанры деловой письменной речи», «Когнитивная лингвистика: лингвистическая теория фрейма», читаемых автором на факультете гуманитарного образования Новосибирского государственного технического университета студентам, обучающимся по специальности «Филология». Кроме того, результаты работы используются при разработке и чтении курсов «Документационное обеспечение управления в сфере сервиса и туризма», «Теория и практика работы с документами», «Компьютерные технологии в сфере документоведения», предназначенных для студентов, обучающихся по специальностям «Социально-культурный сервис и туризм», «Регионоведение», «Международные отношения», а также для студентов-филологов, обучающихся по специализации «Филологическое обеспечение документоведения». Материалы исследования положены в основу организации учебной и производственной практик студентов-филологов указанной специализации, а также в основу научной деятельности студентов и аспирантов. 

Наиболее существенные результаты исследования сформулированы в следующих положениях, выносимых на защиту.

  1. Официально-деловые тексты представляют собой систему, имеющую свой потенциал функционирования и самостоятельного развития, свои внутренние значимости, свои единицы. К изучению этой системы приложимы основные принципы, выработанные теоретической лингвистикой, к их числу относятся оппозиции и антиномии, лежащие в основе построения теоретической модели официально-делового языка (в первую очередь оппозиция «система – функционирование» и, соответственно, принцип системности и функционализма в их единстве). Единицами системы официально-делового языка выступают ЕОФЯ, образующие оппозиции по степени официальности, нормативности. В сильной позиции ЕОФЯ наиболее ярко обнаруживают свойства, соответствующие сущности официально-деловой коммуникации, в слабой позиции эти свойства нейтрализуются. Между данными противоположными позициями располагаются переходные случаи. 
  2. Функционально-генетическая модель официально-делового текста реконструирует процессы становления и развития официального начала в языке. Создание модели основывается на следующих принципах: представление генезиса как явления синхронного плана, учет взаимодействия неофициального и официального, рассмотрение функционально-генетического в деятельностном и системном аспектах, анализ генезиса и функционирования официально-делового текста с детерминистских позиций.
  3. Официальность есть одно из важнейших конститутивных качеств официально-деловой письменной коммуникации. В функциональном аспекте она определяется как одно из организующих начал текста, регулирующее административно-управленческие, производственные отношения на уровне различного ранга инстанций и должностных лиц, наделенных особыми полномочиями, и предполагающее использование специализированных вербальных и паравербальных средств для выражения нейтрального, подчеркнуто-вежливого, сдержанного тона общения и придания значимости документу.
  4. Динамический характер категории официальности отражают понятия официализации и деофициализации текста. Первая есть ориентация субъекта на выработанные каноны официально-деловой коммуникации при создании и функционировании текста и связана со специализацией естественного языка; результатом действия процесса официализации является текст, приобретающий / усиливающий качество официальности. Деофициализация есть противоположный процесс, заключающийся в подверженности субъекта в своей речемыслительной деятельности действию традиций неофициальной коммуникации, приводящий к ослаблению в тексте официального начала.
  5. Официальность текстов, функционирующих в сфере официально-деловой коммуникации, реализуется в различной степени, что позволяет говорить о глубине официализации текста, определяемой как выражение в тексте силы влияния тенденции официализации на процессы его порождения и функционирования. Показателем глубины официализации текста является характер использования автором документа ЕОФЯ – языковых, коммуникативно-речевых единиц, коррелирующих с канонами официально-делового языка. 
  6. Официально-деловая коммуникация обладает структурой, которую образуют сферы социальной, политической, деловой, государственной, правовой коммуникации; их объединяющим началом выступает регулятивная функция, в частности, функция управления. Центральной составляющей этой структуры является государственная коммуникация, поскольку именно государство, ее субъект, занимая доминирующую позицию в обществе, устанавливает принципы коммуникативной деятельности, способствующие эффективной реализации управленческих функций. Одним из важнейших фациентов государственной коммуникации является государственный язык, выступающий одновременно и как инструмент, и как объект государственного регулирования. Государственный язык пересекается с официальным и деловым языком, его ядро образует юридический язык.
  7. Детерминантами генезиса и функционирования делового текста выступают, с одной стороны, детерминанты имманентно языковые, с другой стороны, экстралингвистические. К имманентно языковым детерминантам относятся, факторы, действующие в рамках языковых антиномий («система – деятельность», «генетическое – синхронно-функциональное», «стихийное – рациональное», «объективное – субъективное», «внешнее – внутреннее», «ономасиологическое – семасиологическое», «регулируемое – нерегулируемое» и др.), заключающие в себе и в отдельных своих членах синергетический потенциал развития языка в изменяющихся внешних условиях. В состав экстралингвистических детерминант включаются как детерминанты широкого плана (система государственного устройства, историко-культурная ситуация в целом), так и более конкретные детерминанты (уровень коммуникации, объект регулирования, функциональное предназначение документа, характер отношений между адресатом и адресантом, канал связи, процедура изготовления документа, субстрат и др.). Одной из главных детерминант официально-деловой коммуникации выступает языковая личность адресата и адресанта. 
  8. Процессы реального функционирования официально-делового текста отражает метаязыковая деятельность рядовых носителей языка, выражающаяся в актах оценки, интерпретации свойств деловой речи. В основе этих процессов лежат лингвокогнитивные механизмы, заключающиеся в формировании в ходе ориентировочных действий динамических стереотипов и приобретении на этой основе навыков автоматического характера. Сформировавшиеся речевые стереотипы образуют базу для оценки канонов делового языка, степень сформированности стереотипов обусловливает степень официальности текста. При лингвокогнитивном подходе актуализируется понятие жанрового фрейма – ментальной структуры, в которой запечатлены представления субъекта о характере речевого поведения в той или иной коммуникативной ситуации. Жанровый фрейм, формируемый в условиях официально-деловой коммуникации (в частности, фрейм ‘обращение в официальную инстанцию’), как правило, обладает сложной иерархической структурой, подвергается влиянию смежных фреймов, что является основанием для формирования его разновидностей: скрипта, контаминированного и альтернативного фреймов, – обусловливающих неоднозначный характер речевого поведения коммуникантов. 

Структура работы определяется спецификой поставленных задач, характером объекта и предмета изучения. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, библиографического списка и трех приложений. Во введении определены исходные установки исследования, его цели и задачи. Глава 1 «Основные тенденции изучения официально-делового текста: от предписательного подхода к описательному, от прикладных аспектов к теоретическим» посвящена изложению логики исследования официально-деловой речи, определению актуальных проблем в ее изучении; здесь представлена система официально-деловой речи в системно-структурном аспекте. Главы 2 и 3 посвящены исследованию системы официально-деловой речи в функциональном аспекте. В главе 2 «Функционально-генетические особенности деловой письменной коммуникации и ее структура» описываются основные сферы функционирования официально-деловых текстов, анализируются процессы официализации текста, выявляются лингводетерминационные механизмы, обусловливающие специфику протекания этих процессов. В главе 3 «Функционирование делового текста в сфере обыденного понимания» дается анализ процессов деофициализации текста, раскрываются лингвоконитвные механизмы речемыслительной деятельности субъектов деловой коммуникации.

основное Содержание работы

Во Введении определяются цели, задачи исследования, обосновывается его актуальность, новизна, теоретическая и практическая значимость, излагаются методы и приемы анализа, приводятся положения, выносимые на защиту.

Глава 1 «Основные тенденции изучения официально-делового текста: от предписательного подхода к описательному,  от прикладных аспектов к теоретическим» содержит описание основных этапов изучения официально-деловой речи и отражает логику ее научного исследования.

Стимулом для формирования научных воззрений на официально-деловую речь явился социальный заказ, сформированный в условиях становления централизованного русского государства и его дальнейшего развития, – это вызвало необходимость регулирования процессов деловой коммуникации посредством официально-деловых текстов, эффективная же реализация данной функции потребовала обращения к сущностным свойствам последних. В XV–XVI вв. начинает складываться система работы с документами в виде нормативно-методических актов, содержащих рекомендации по оформлению документов, большое место в них занимали рекомендации лингвистического характера. Подобные рекомендации содержались также и в специальных изданиях, предназначенных для широких масс, имеющих дело с документами (образцовые книги, письмовники, азбуки и др.). В начале ХХ в. стали появляться первые собственно лингвистические исследования деловой письменной речи прикладного характера (П.В. Верховский). Изыскания подобного рода явились основой для формирования прикладного направления по изучению официально-деловой речи. Особенно активно данное направление начинает развиваться в 70-х гг.
ХХ в., что было связано с необходимостью решения проблем профессиональной подготовки специалистов по работе с документами, предполагающей, помимо прочего, и соответствующую лингвистическую подготовку. Данное обстоятельство обусловило становление и развитие прикладной дисциплины под названием «Документная лингвистика», ее целью стала разработка направлений по практическому овладению системой норм официально-деловой речи
(Н.Г. Бландова, П.В. Веселов, Г.А. Дюженко). Прикладное направление по изучению официально-деловой речи продолжает активно развиваться и в настоящее время, поскольку все еще остаются актуальными проблемы подготовки грамотных специалистов в сфере работы с документами.

Описательный подход к изучению официально-деловой речи начинает осуществляться в рамках истории русского литературного языка (И.И. Срезневский, А.А. Шахматов, П.Я. Черных, Б.А. Ларин, В.В. Виноградов и др.). Многочисленные работы, выполненные в рамках исторического направления, посвящены анализу становления и развития деловой речи, ее канонов (Г.И. Багрянцева, О.В. Баракова, Л.А. Глинкина, Л.М. Городилова, Т.В. Кортава,
К.А. Логинова, А.П. Майоров, О.В. Никитин, А.П. Романенко и др.), отдельных жанров (С.С. Волков, А.Н. Качалкин, А.Г. Косов, Е.Н. Рудозуб, О.В. Трофимова, Е.А. Чащина и др.) в различные исторические периоды, а также анализу становления и развития отдельных языковых явлений, присущих деловым текстам (О.В. Баранова, Л.Ф. Копосов, Е.Н. Полякова, Б.И. Осипов и др.). Особенно ценны наблюдения о соотношении официального – неофициального в деловой письменной речи того или иного периода, об изменениях этого соотношения с течением времени (С.С. Волков, С.М. Иваненко, А.Н. Качалкин, А.Н. Мороховский, Ф.А. Хайдаров). Однако в целом работы, посвященные анализу деловой речи в диахронном плане, на данном этапе исследования не решают в полном объеме проблемы ее представления как системы, проблемы генезиса и функционирования делового языка и могут быть использованы в качестве дополнительных источников при решении указанных проблем.

Как самостоятельный, целостный объект теоретического изучения деловая письменная речь начинает выступать с 60–70-х гг. ХХ в., в период формирования в рамках Пермской научной школы функциональной стилистики, реализующей предписательный и описательный подходы к изучению официально-деловых текстов. В рамках функциональной стилистики были определены:

    • система базовых и вторичных экстралингвистических факторов, определяющих сущностные свойства официально-делового стиля;
    • первичные и вторичные стилевые черты официально-делового стиля;
    • языковые параметры официально-делового стиля;
    • функционально-смысловые типы речи официально-делового стиля.

Тем самым усилиями ученых Пермской школы были заложены основы системного изучения официально-деловой речи в функциональном аспекте.

Новым этапом в теоретическом осмыслении деловой речи явилось исследование Т.В. Матвеевой (1990), реализовавшей попытку объединения достижений функциональной стилистики с положениями лингвистики текста и заложившей тем самым основы лингвистики делового текста. Опираясь на ключевое для своего исследования понятие текстовой категории и на положение о том, что функциональные стили имеют своеобразие на уровне текста, а текстовые категории имеют функционально-стилевую специфику, исследователь определяет своеобразие официально-деловой речи путем анализа текстовых категорий «тематическая цепочка», «цепочка хода мысли», «тональность», «оценочность», «локальность», «темпоральность», «композиционная структура». 

Официально-деловая коммуникация довольно активно осмысляется с современных исследовательских позиций, пример тому – монографические исследования последних лет (М.В. Колтунова, Е.В. Комлева, С.П. Кушнерук, Т.А. Милехина, М.Н. Панова, Т.А. Ширяева и др.).

Можно выделить следующие современные направления в исследовании официально-деловой речи:

  • текстоцентрическое (лингвистика делового текста) (Л.Н. Глазко, Т.Б. Иванова, А.В. Исмагилова, А.В. Крымина, Н.И. Кузнецова, С.П. Кушнерук, В.В. Радченко, Н.Н. Разговорова, И.Д. Суханова,  С.Ю. Федюрко, А. Четсумон, Б.С. Шварцкопф, М.А. Ширинкина Е.Е. Шпаковская);
  • риторическое (Т.В. Анисимова, Е.Г. Гимпельсон; Л.А. Введенская, Л.Г. Павлова; П.А. Катышев; Г.Г. Хазагеров, Е.Е. Корнилова и др.);
  • коммуникативно-прагматическое (Т.Н. Астафурова, Н.В. Баско, Т.В. Губаева, З.И. Гурьева, W.C. Himstreet, W. Wells и др.);
  • исследования по межкультурной деловой коммуникации (Т.Н. Астафурова, А.О. Стеблецова, С.Ю. Тюрина K.C.C. Kong и др.);
  • юрислингвистическое (А.С. Александров, К.И. Бринев, Н.Д. Голев, Т.В. Чернышова и др.);
  • речеведческое (Н.А. Карабань, Г.С. Каспарова, Н.Ю. Писарчик, Л.В. Уманец, Н.Ю. Чигридова и др.) и жанроведческое (Т.В. Анисимова, Е.И. Беляева, Е.И. Голубева, З.И. Гурьева, Л.Г. Кыркунова, И.Б. Лобанов, Л.В. Рехтин, Н.М. Татарникова, Фэн Хунмэй, М.А. Ширинкина и др.);
  • дискурсивное (Б.Э. Азнаурьян, Т.А. Петрова, О.С. Сыщиков, F. Bargiela-Chiappini и др.);
  • исследование типов языковой личности делового человека, создание их речевых портретов (К.В. Киуру, М.В. Колтунова, Т.А. Милехина, М.Н. Панова, И.Н. Тупицына и др.);
  • лингвокогнитивное (М.М. Исупова, Т.А. Ширяева, А.В. Юнг) и др.

Накопленные результаты научного исследования создают базу для более системного изучения официально-деловой речи, заключающегося в выявлении ее системообразующих единиц, определении взаимоотношений между ними, описании их лингвосинергетического потенциала, установлении лингводетерминационной обусловленности, – подобный подход предполагает научный анализ как в системно-структурном, так и в функциональном аспектах.

При системно-структурном подходе определяются системообразующие единицы официально-деловой речи, каковыми в работе считаются единицы официального функционирования языка – лингвистические и паралингвистические единицы, коррелирующие с нормами официально-деловой речи, что является основанием для признания официального характера данных единиц.

Выдвижение в качестве основного свойства ЕОФЯ ее нормативного характера делает необходимым рассмотрение системы норм официально-деловой речи, базирующейся на общей системе норм коммуникации. На основе сложившегося понимания нормы, предстающего как соотношение понятий в триаде «норма – система языка – узус (употребление)», выделяются, с одной стороны, языковые нормы, обусловленные собственно языковыми факторами; эмические единицы, соотносящиеся с нормами этого типа, проецируются на ось «язык как системно-структурное образование» и выступают носителями структурной модели-образца. С другой стороны, норма рассматривается на уровне узуса, речевой практики коммуникантов в различных сферах общения, что является основанием для выделения стилистической нормы (трактуемой в последнее время как коммуникативно-речевой), регулирующей целесообразный отбор и употребление языковых единиц в соответствии с условиями коммуникации и способствующей реализации коммуникативно-информативной и коммуникативно-регулирующей функций. Характер действия коммуникативно-речевых норм определяется социальными нормами, регулирующими отношения в социуме и во многом проявляющимися как этические нормы. В отдельных сферах общения особое значение приобретают специальные нормы, способствующие эффективной реализации специализированной деятельности. В связи с тем, что коммуникативные нормы реализуются в конкретных ситуациях речевого общения, актуализируется понятие жанровой нормы, базовой основой которой выступают текстовые нормы, организующие форму и содержание текста и способствующие реализации его основополагающих качеств – связности и целостности, обеспечивающих выход текста в коммуникацию. В итоге складывается следующая система норм (рис. 2).

Рис. 2.  Система норм коммуникации, реализующихся в рамках определенной коммуникативной ситуации

Данной системе норм соответствует система вербальных и невербальных средств их реализации в актах речевой коммуникации. К вербальным средствам относятся языковые и коммуникативно-речевые единицы, реализующие коммуникативно-информативную и коммуникативно-регулирующую функции. Паравербальные средства включают в себя знаковые средства, способствующие организации текста, реализации тех или иных его качеств.

Проекция представленной системы на сферу официально-деловой коммуникации позволяет описать систему ЕОФЯ, характер отношений между ними. Доминантным признаком, по которому ЕОФЯ образуют оппозиции, является признак их официальности, коррелирующий с признаком нормативности. Официальность проявляется в ЕОФЯ в различной степени, и это позволяет представить взаимоотношения между ними в виде полевой структуры.

Максимальной степенью официальности обладают ЕОФЯ, находящиеся в сильной позиции: они наиболее ярко обнаруживают свойства, соответствующие сущности официально-деловой коммуникации, наиболее эффективным образом выполняют свои коммуникативные функции; свойства такой единицы в наименьшей степени обусловлены окружением, контекстом. В эту группу включаются языковые единицы текстового уровня: это, во-первых, обобщенная модель текста документа; во-вторых, модельным характером обладают и отдельные структурно-семантические текстовые блоки – реквизиты: «адресат» (Генеральному директору ЗАО «Сокол», Директорам предприятий Новосибирской области), «заголовок к тексту» (О подготовке к участию в международной выставке), «наименование организации» (ГОУ ВПО «Омский государственный университет им. Ф. М. Достоевского, Магнитогорский металлургический комбинат) и др. Сильную позицию занимают также ЕОФЯ лексического уровня, имеющие постоянную стилистическую прикрепленность к официально-деловому стилю, выступающие в качестве его «опознавательных знаков»: это канцеляризмы типа надлежит, нижеподписавшийся, уведомление, препроводить, ходатайствовать и т. п., особенно активны в этой роли деловые клише (составить акт, гарантировать оплату, наложить резолюцию и т. д.). Данные ЕОФЯ представлены как единицы эмического уровня; соответствующим их статусу мы считаем термин официалема: в его внутренней форме актуализируются такие признаки ЕОФЯ, как ее официальное употребление и абстрактно-типовой характер.

Другой ряд ЕОФЯ также обладает высокой степенью официальности, хотя их употребление уже зависит от окружающего контекста. Это наименования видов документов (заявление, приказ, распоряжение и др.), перформативные глаголы со значением волеизъявления (прошу, приказываю, решил и др.), являющиеся своего рода ключевыми знаками официально-делового текста Официальный характер приобретают также словосочетания, употребление которых в тексте документа в наибольшей степени способствует формированию одного из основополагающих качеств произведений официально-делового стиля – точности. Это имена собственные, обозначающие лиц, географические объекты,  предметы и т. п. в сочетании с именами нарицательными (Генеральный директор В.Р. Львов, Новосибирский завод «Электросигнал», выставка «Современные информационные технологии»). К ним примыкают обозначения определенного количества, дат (пятого февраля, две тысячи пятьсот пятьдесят рублей). Описанные ЕОФЯ, реализуя коммуникативно-информативную функцию, служат средством выражения фактуальной информации.

Другую группу ЕОФЯ высокой степени официальности образуют единицы, выполняющие коммуникативно-регулятивную функцию и несущие коммуникативную информацию; к ним относятся коммуникативы: официальные обращения (Уважаемый господин президент, Глубокоуважаемый  господин Петров) и этикетные формулы официально-делового характера (с надеждой на дальнейшее плодотворное сотрудничество, выражаем глубокое удовлетворение по поводу, с глубоким сожалением вынуждены констатировать и др.).

Описанные группы ЕОФЯ входят в ядерную зону поля официальности.

В околоядерную зону включаются языковые средства, предназначенные для выражения конститутивных качеств официально-деловой речи: конкретности точности, предписующе-долженствующего характера, – а также вторичной стилевой черты – безличного характера повествования. На лексическом уровне формированию точности способствует такая группа лексики, как наименования должностей (генеральный директор, главный бухгалтер, менеджер по продажам); они активно используются при оформлении реквизитов «подпись», «адресат», а также и в самом тексте документа и включаются в состав жестких десигнатов. В эту зону включается также «производственная» лексика: наименования структурных подразделений, производственных коллективов (отдел планирования, ревизионная комиссия, строительно-монтажная бригада), производственных операций (автоматизация, фильтрация, формовка, монтаж), приборов, инструментов, механизмов (генератор, пневмомолот, фрезерный станок) и пр. На морфологическом уровне выражению волюнтативного начала способствуют модальные слова с семантикой волеизъявления, выступающие, как правило, в сочетании с инфинитивами (необходимо направить, следует признать, должен исполнить). Этой же функции подчинены глаголы в форме настоящего времени, выражающие семантику долженствования (Контроль за обеспечением радиационной безопасности населения осуществляют органы государственной власти). Синтаксические единицы способствуют преимущественно выражению такого качества официально-деловой речи, как безличность повествования. К ним относятся инфинитивные (Контроль за исполнением настоящего приказа возложить на А.С. Волкова), безличные предложения (Удовлетворить Вашу просьбу не представляется возможным), а также страдательные конструкции (осуществляемые мероприятия, руководством намечена программа действий). 

Периферийную зону (зону ближней периферии) образуют языковые средства, характерные не только для официально-делового, но и для других книжных стилей (прежде всего научного). Сюда относится специальная терминология: экономическая (аудитор, акция, дивиденды, инвестиции, активы), юридическая (иск, санкция, юридическое лицо, арендодатель, правопреемник) и др.; слова с абстрактной семантикой, в формировании которой нередко участвуют единицы морфемного уровня (испытаниjе, реорганизациjа, участиjе). На морфологическом уровне характерно употребление производных предлогов (в течение, в связи с, в целях, по причине и т. п.). На синтаксическом уровне книжным характером обладают «цепочки» форм родительного падежа имени существительного, прямой порядок слов в предложениях, причастные и деепричастные обороты, ряды однородных членов, уточняющие конструкции, сложноподчиненные предложения и др. На уровне текста актуальным становится вычленение таких его структурных компонентов, как рубрики, абзацы – это способствует формированию такого качества текста, как его ясность, логичность. Организации книжного текста способствуют и дискурсивы; в официально-деловой речи эту роль выполняют текстовые коннекторы, обеспечивающие связность и членение речи (во-первых, в первую очередь, с одной стороны, итак, таким образом, на основании вышеизложенного, в связи со сказанным).

В зону дальней периферии включаются общеупотребительные слова нейтральной окраски, обладающие денотативной семантикой; их употребление в официально-деловом тексте способствует формированию такого его качества, как конкретность точность. На синтаксическом уровне единицами, входящими в зону дальней периферии, являются простые предложения и такие синтаксические конструкции, как темпоратив и локатив.

Паравербальные ЕОФЯ (герб, эмблема / товарный знак, печати, штампы, буквенно-числовые индексы и т. д.) служат дополнительными средствами формирования и последующего усиления официальности делового текста. 

Описанная система отношений между ЕОФЯ позволяет представить категорию официальности как градуированную категорию; местоположение той или иной ЕОФЯ на шкале официальности определяется в виде числового показателя – индекса официальности. Соотношение между суммарным индексом ЕОФЯ, которые должны быть реализованы в деловых текстах в соответствии с нормами, и индексом официальности реально употребленных ЕОФЯ есть показатель глубины официализации текста.

Рассмотрение системы официально-деловой речи производится в работе и с антиномических позиций, при этом актуализируются такие антиномии, как «генетическое – синхронно-функциональное» и «объективное – субъективное» (и в первую очередь частное ее проявление – «стихийное – рациональное», трактуемое в работе как «неофициальное – официальное»), включающие в себя антиномии более частного характера либо тесным образом сопряженные с рядом смежных антиномий («внешнее – внутреннее», «естественное – искусственное», «синхрония – диахрония», «статика – динамика», «семасиологическое – ономасиологическое» и др.). Перечисленные антиномии квалифицируются как имманентные лингвистические детерминанты генезиса и функционирования официально-деловой речи, на основании чего делается вывод о синергетическом потенциале ее саморазвития. 

Системно-структурное описание официально-деловой речи дополняется функциональным ее анализом, осуществляемым в последующих разделах работы, – в результате мы имеем комплексное представление исследуемого объекта. Комплексный анализ системы официально-деловых текстов предполагает также аспектуальный ее анализ. Однако далеко не все аспекты изучены в теории деловой речи в полной мере, поэтому основное внимание в работе уделяется тем из них, которые позволяют осуществить системный анализ официально-деловой речи на новом качественном уровне. Это лингвокогнитивный аспект, способствующий выявлению и описанию внутренних механизмов речемыслительной деятельности субъектов официально-деловой коммуникации; жанроведческий аспект, позволяющий представить полную жанровую картину официально-деловой коммуникации, а также дополнить и углубить на основе исследования процессов межжанрового взаимодействия анализ процессов официализации текста; лингвоперсонологический аспект, направленный на выявление особенностей речевого поведения различных типов коммуникантов в различных ситуациях делового общения и, соответственно, на выявление различных типов (антропо)текстов, создаваемых в этих ситуациях.

Таким образом, логика движения исследовательской мысли заключается в стремлении исследователей перейти от изучения частных особенностей официально-деловой речи к описанию ее системных свойств, от предписательной модели к описательной, от констатирующего описания к объяснительному, от прикладным аспектов к теоретическим. Настоящее диссертационное исследование находится в русле очерченных тенденций.

Глава 2 «Функционально-генетические особенности официально-деловой письменной коммуникации и ее структура» преследует цель выявления специфики проявления тенденции официализации на уровне сферы коммуникации, коммуникативной ситуации, отдельного текста, а также выявления детерминант, обусловливающих данную специфику.

Поставленные задачи потребовали рассмотрения более общих сфер коммуникации, так как процессы официализации во многом обусловлены их особенностями. Речь идет в первую очередь о государственной коммуникации, поскольку именно государство, занимая доминирующую позицию в обществе, устанавливает принципы коммуникативной деятельности, способствующие сохранению власти и эффективной реализации управленческих функций. Государственная коммуникация, с одной стороны, занимает центральное положение в структуре политической и деловой коммуникации, включенных в свою очередь в структуру социальной коммуникации. С другой стороны, государственная коммуникация обладает внутренней структурой, которую образуют правовая коммуникация, занимающая ядерное положение в силу особой ее значимости и социальной силы, и официально-деловая коммуникация, а именно, та ее часть, которая «обслуживает» административно-управленческую деятельность государственных структур, органов исполнительной власти (исключается, таким образом, негосударственная деловая коммуникация, реализуемая, например, в коммерческих, общественных и других организациях).

Дальнейшее структурирование предполагает учет основных функций, реализуемых посредством государственной коммуникации: организационной, директивной и информативной, – это является основанием для выделения соответствующих частных сфер и функционирующих в них групп документов. Данные функции реализуются как в горизонтальном, так и в вертикальном направлениях. В итоге мы имеем следующую структуру (см. рис. 3).

Государственная коммуникация может быть охарактеризована и как коммуникативная структура, основными фациентами которой выступают субъект – государственные органы различных уровней, объект – граждане государства (коллективы людей, отдельные личности); основополагающим структурным компонентом государственной коммуникации является также язык, выступающий в разных статусах, и прежде всего – в статусе государственного языка, выполняющего различные социальные функции (обеспечение деятельности государственных учреждений, правовой деятельности, осуществление межнациональных отношений, международного общения, образования и др.). Государственный язык, выступая средством государственной коммуникации, одновременно является ее объектом: государство объявляет его официальный статус, регулирует его применение в социальной жизни, в том числе его отношения с другими национальными языками и функциональными разновидностями языка. Последнее особо значимо для настоящего исследования, поэтому вопрос о соотношении государственного языка с другими функциональными разновидностями языка рассматривается более детально.

Рис. 3. Внутренняя структура государственной коммуникации и место в ней официально-деловой коммуникации

Ядерную зону государственного языка образует юридический язык как код правовой коммуникации, обладающий высокой степенью легитимности, задающий образцы нормативности, требования которой отличаются особой жесткостью и обязательностью. Другим важным компонентом государственного языка является деловой язык. В отличие от языка юридического, полностью поглощаемого государственным языком, деловой язык представляет собой явление более широкого объема: «обслуживая», помимо государственных учреждений, институты, легитимизированные государством (коммерческие, общественные организации и пр.), он тем самым выходит за пределы государственного языка. Таким образом, околоядерную зону государственного языка образует та часть делового языка, которая служит средством общения в административно-управленческой сфере государственной коммуникации. Именно она выступает объектом государственного регулирования, осуществляющегося посредством ГОСТов, инструкций и других нормативно-методических актов. Неотъемлемым качеством рассмотренных функциональных вариантов языка является их официальный характер, в связи с чем возникает необходимость установления соотношения терминов «государственный язык» и «деловой язык» с термином «официальный язык». Нередко термин «официальный язык» используется как синонимичный терминам «деловой язык» и «государственный язык», однако более точным является представление официального языка как выходящего за рамки государственного языка (использующегося, например, в сфере межличностного общения); в структуре же делового языка официально-деловой язык образует его ядерную часть, пересекающуюся с государственным языком. Таким образом, официально-деловой язык есть необходимый структурный компонент государственного языка, однако сфера его функционирования не ограничивается только государственной.

Функционируя в сфере официально-деловой коммуникации, официально-деловой язык в различной степени проявляет качество официальности, что является основанием для постановки вопроса о параметрах официализации текста. Одной из главных детерминант, обусловливающей официальный характер текста, является степень регулирующего воздействия со стороны государственных органов на процессы генезиса и функционирования текста. На этом основании выделяются тексты официальные, подвергающиеся регулирующему воздействию на всех этапах их создания и функционирования, и полуофициальные, регулируемые частично.

При дальнейшем рассмотрении важным для формирования качества официальности текста является характер реализации им регулирующей функции. Наиболее официальными следует признать организационные документы (законы, уставы, положения, инструкции и т. д.), устанавливающие общие принципы деятельности учреждения, официального лица. Директивные документы (постановления, приказы, распоряжения и т. д.) преследуют цель организации деятельности по исполнению решений, регулируют решение более оперативных вопросов, что несколько снижает степень их официальности. Информационно-справочные документы (служебные письма, докладные, объяснительные записки, справки т. д.) выполняют регулятивную функцию опосредованно: они предоставляют информацию, необходимую для принятия соответствующих решений, знакомят с актуальными вопросами, – данный факт обусловливает дальнейшее снижение степени официальности данной группы документов. 

Другим важным параметром официализации текста является уровень и сфера коммуникации. Своеобразие официально-делового текста в этом плане выявляется путем сопоставления с другими официальными текстами. Высшая форма официализации возникает в законотворческой деятельности, реализуемой на федеральном уровне и призванной отразить основополагающие принципы существования государства, его взаимоотношения с другими общественными структурами, гражданами; результатом этой деятельности выступают юридические тексты (Конституция, кодексы, законы). Субъектом правовой коммуникации выступают высшие государственные органы и лица, адресатом – все члены государства, все официальные структуры страны. Определенное влияние на характер документа оказывают особенности отношений между адресантом и адресатом. В сфере правовой коммуникации государственные акты предполагают неукоснительное их соблюдение всеми членами общества, нарушения расцениваются как выступление против государственных устоев и вызывают серьезные санкции. Содержание документов отличается масштабностью регулирования правовых отношений, действие юридических норм рассчитано на длительный период времени, они излагаются в систематизированном виде. О высокой степени официальности законодательных актов свидетельствует также такой параметр, как процедура изготовления документа, предполагающая следующие этапы: 1) подготовка законопроекта; 2) рассмотрение проекта Государственной Думой; 3) принятие закона Государственной Думой;
4) одобрение закона Советом Федерации; 5) подписание закона Президентом; 6) опубликование закона. Оформляются документы на гербовых бланках в соответствии с правилами юридической техники и канонами официально-делового стиля. Предназначенность таких документов для сведения всех членов общества предусматривает особые каналы связи: они доводятся до общественности путем опубликования.

Судебные документы весьма разнородны по своему официальному статусу. Так, например, решения Конституционного суда в ряде случаев приближаются к законодательным. Однако большинство судопроизводственных текстов, создаваемых на местном уровне и регулирующих более конкретные вопросы деятельности судебных органов, будет менее официальным, чем юридические тексты, рассмотренные выше. 

Административно-управленческая коммуникация, функционирующая преимущественно на местном уровне, характеризуется еще более узким масштабом своего действия, более низким социальным статусом адресанта и адресата, более упрощенной процедурой создания официально-деловых документов и их обработки. Тем не менее, данная сфера подвергается достаточно жесткому регулированию со стороны государства: здесь действуют ГОСТы, инструкции и другие нормативные документы. Большое место в документообороте занимают документы на бумажном носителе, что также в определенной мере обусловливает высокую степень их официальности. Наиболее официальными являются организационные документы: они составляются компетентными лицами – ведущими специалистами (с обязательным участием юриста), подписываются руководителем, заверяются печатью, имеют гриф утверждения, регистрируются и т. п. Директивная функция осуществляется посредством распорядительных документов, обеспечивающих текущую деятельность государственных структур, что определяет более низкую степень их официальности. Однако реализация данной функции предполагает четкую исполнительскую дисциплину, во многом зависящую от качества исполнения документов, степени их официальности. Многие из этих документов составляются на первом этапе в виде проекта, согласовываются с ведущими специалистами и юристами. Официальность усиливается за счет факта оформления документа на бланке, а также за счет наличия реквизитов (регистрационный номер, печать), призванных придать документу дополнительную юридическую силу. Действие тенденции официализации ослабляется в группе информационно-справочных документов, отражающих текущую деятельность предприятия. Они, как правило, подвергаются более упрощенной процедуре оформления и обработки: могут исключаться такие операции, как согласование, утверждение, заверение печатью; документы могут исполняться на обычном листе бумаги. Хотя при составлении текста и рекомендуется обращение к формуляру-образцу, тем не менее, допускаются отклонения от него (степень официальности текста в этом случае во многом будет определяться уровнем коммуникативной компетенции составителя документа). 

Группа полуофициальных документов включает в себя, с одной стороны, документы, циркулирующие в пределах учреждения, организации и регулирующие производственные отношения (докладные и объяснительные записки, заявления по производственным вопросам); с другой стороны, – обращения в официальные инстанции с вопросами, решение которых относится к компетенции официальных органов, должностных лиц (исковые заявления, обращения в административные органы, учреждения, отзывы в «Книге отзывов и предложений» и пр.). Процессы текстопорождения, а иногда и последующей обработки таких документов регулируются государственными органами не в полном объеме и не столь последовательно, как в предыдущем случае. Авторами полуофициальных документов являются частные лица, выступающие от своего имени и не являющиеся специалистами в сфере официально-деловой письменной коммуникации, что проявляется в манере оформления документов: они могут быть исполнены вручную, на обычном (даже тетрадном) листе бумаги, с указанием самого необходимого числа реквизитов, здесь допускаются многочисленные отступления от канонов официально-делового стиля. В известной мере степень официальности документов может определяться характером инстанции, ее статусом: так, обращения в административный орган в большинстве своем более официальны, чем обращения в ЖЭУ. Другим фактором, влияющим на степень официальности, является временная дистанция между произошедшим событием и фактом создания документа. Как правило, ситуация оформления полуофициальных документов характеризуется незначительной временной дистанцией; при этом, оформляя текст «по горячим следам», авторы нередко находятся в возбужденном эмоциональном состоянии, что, несомненно, накладывает отпечаток на характер текста, снижая уровень его официальности. Полуофициальные документы подвергаются упрощенной обработке: они не утверждаются, не заверяются печатью, не подвергаются процедуре согласования и т. п. Однако они, независимо от уровня их официальности, все-таки обладают официальным статусом в силу того, что функционируют в рамках социального института в соответствии с правилами, установленными государственными нормативно-методическими актами, подлежат обязательному рассмотрению на официальном уровне компетентными государственными органами и лицами, регулируют деятельность официальных органов и лиц, подвергаются некоторой обработке в виде регистрации, контроля, оформления в дела и пр.

Дальнейшее рассмотрение документной системы, типологизация официально-деловых текстов на основе степени их официальности, определение параметров, детерминирующих силу влияния тенденции официализации на процессы генезиса и функционирования текста, предполагает сужение сферы анализа и обращение к документам, функционирующим в ситуации ‘обращение в официальную инстанцию’.

Коммуникативная ситуация обращение в официальную инстанцию’ является одним из компонентов государственной коммуникации, в рамках которого реализуется обратная связь государственных органов с гражданами. По своей структуре коммуникативная ситуация обращение в официальную инстанцию’ является сложным макрообразованием, включающим частные коммуникативные ситуации: ‘обращение в судебный орган’, ‘обращение в орган милиции’, ‘обращение в административный орган’, ‘обращение в учреждение по обслуживанию населения’ (магазины, кафе, ателье и пр.), ‘обращение в редакцию’, в которых создаются тексты, относящиеся к речевым жанрам ‘исковое заявление’, ‘заявление в орган милиции’, ‘жалоба / заявление’, ‘письмо’, ‘отзыв в Книге отзывов и предложений’, ‘письмо в редакцию’ и  функционирующие в различных сферах коммуникации (правовой, официально-деловой, деловой, обыденной). Обращение к текстам подобного рода позволяет дополнить и детализировать как типологию текстов по степени их официальности, так и перечень параметров официализации текста.

Отношения между участниками коммуникации в рамках данной ситуации в большинстве случаев определяются направлением вектора «верх – низ»: адресант, как правило, занимает более низкое социальное положение и вынужден прибегать к помощи официальных лиц, инстанций (адресата). Подобные отношения определяют соответствующий характер коммуникации: между коммуникантами устанавливаются социальная дистанция на отдаление и официальный стиль общения. Однако эта линия поведения выдерживается не всегда, что обусловлено целевыми установками коммуникантов, уровнем коммуникативной компетенции составителей документов. В одних случаях в основе установки коммуникантов (прежде всего адресата) лежит ориентация на сложившиеся каноны официально-деловой письменной коммуникации. В соответствии с этой установкой адресат устанавливает достаточно жесткие требования по отношению к речевому поведению адресанта. Адресант в силу необходимости (иногда это совпадает с его внутренними устремлениями) поддерживает установленный адресатом режим коммуникации. Подобная картина наблюдается в ситуации обращения в судебный орган при оформлении искового заявления. Модус необходимости при этом обусловливает центробежные процессы, предполагающие соблюдение жанровых канонов, «чистоту» жанра. 

В условиях модуса желательности (а значит, и необязательности), устанавливаемого в ситуации обращения в административный орган, возможны широкие отступления от канонов, вызванные неспособностью адресанта к их соблюдению. Подобное речевое поведение сопровождается действием центростремительных тенденций, вызывающим процессы межжанрового взаимодействия. При этом в документах жанровые каноны соблюдаются в различной степени в зависимости от того, с произведением какого жанра взаимодействует исходное речевое произведение – более или менее официальным. Так, высока степень официальности в случае взаимодействия РЖ ‘жалоба / заявление’ с жанрами официально-деловой речи (например, с РЖ ‘деловое письмо’). Степень официальности текста существенно снижается в случае взаимодействия РЖ ‘жалоба / заявление’ с жанрами обыденной коммуникации (‘личное письмо’, ‘бытовая жалоба’). И чем больше субъект коммуникации будет отдаляться от конвенций делового общения (о таком отдалении свидетельствуют замена элементарных речевых жанров в составе комплексного РЖ ‘жалоба / заявление’, введение в его состав новых элементарных жанров либо, наоборот, исключение элементарного речевого жанра), тем в большей степени создаваемые произведения будут приобретать свойства ЕПР.

Наконец, в ситуации обращения в официальную инстанцию возможно почти полное устранение адресата от реализации им функции регулирования процесса коммуникации. Это происходит в ситуациях ‘обращение в учреждение по обслуживанию населения’ и ‘обращение в редакцию’. Но если в первом случае в Книге отзывов задается некоторая форма общения коммуникантов, предусматривающая процедуру рассмотрения жалобы, то при обращении в редакцию устанавливается свободная форма коммуникации. Это позволяет квалифицировать отзывы в Книге как тексты, обладающие в определенной мере качеством официальности; письма же в редакцию таковыми не являются.

Картину синхронного функционирования речевого жанра дополняет его диахронный анализ, в ходе которого установлено, что, формируясь на основе первичного жанра ‘бытовая жалоба’, РЖ ‘жалоба / заявление’ постепенно все более и более становится официальным, а в конце XIX в. степень официальности становится максимальной. В первой половине ХХ в. происходит снижение степени официальности текстов по причине ослабления регулирующей деятельности государства в ситуации обращения в официальную инстанцию, что в значительной мере обусловлено политико-экономической ситуацией. Начиная же со второй половины ХХ в. действие тенденции официализации несколько усиливается, что обусловлено активизацией регулирующей деятельности государства, повышением уровня грамотности населения, развитием материально-технических средств коммуникации. Таким образом, ведущую роль в становлении РЖ ‘жалоба / заявление’ и его дальнейшем развитии сыграла деятельность государства, его институтов по формированию и дальнейшему совершенствованию процессов документирования, характер и объем этой деятельности во многом обусловлен внешними политико-экономическими обстоятельствами. 

Проведенный на разных уровнях анализ позволил в итоге представить типологию текстов по степени их официальности, выявить основные детерминанты официализации текста. В качестве одной из важнейших детерминант отмечалась языковая личность участника коммуникации, ее детальный анализ способствует дальнейшему углублению и детализации анализа, производимого в указанных направлениях. Этот анализ базируется на основных положениях теории языковой личности (Ю.Н. Караулов, С.Г. Воркачев, Е.В. Иванцова,
В.И. Карасик, М.В. Ляпон, К.Ф. Седов и др.), получившей свое развитие в рамках лингвоперсонологии (Н.Г. Воронова, Н.Д. Голев, В.П. Нерознак, Н.В. Сайкова). В.П. Нерознак выделяет две основные лингвоперсонологические тенденции – персонализации / деперсонализации – и два типа языковых личностей – копиальный и креативный. Тенденция персонализации предполагает активное проявление в тексте свойств языковой личности: ее возраста, национальности, профессии, психологических качеств и т. д. При этом проявление личностных качеств чаще всего реализуется копиальной языковой личностью на основе сложившихся традиций речевого поведения. Личностное начало наиболее ярко обнаруживается при оформлении речевого произведения на основе творческого подхода, что служит основанием для выделения креативного типа языковой личности. Тенденция деперсонализации, напротив, предполагает максимальное исключение персонального начала, обращение лишь к фактологической стороне описываемой ситуации, что предполагает, как правило, стандартное речевое поведение, осуществляемое копиальной языковой личностью. Указанную тенденцию реализует и креативная личность, для этого она прилагает осознанные усилия. Таким образом, рассматриваемые тенденции реализует как копиальная, так и стандартная языковая личность. Тенденции персонализации – деперсонализации тесно связаны с тенденциями официализации – деофициализации: официализация исключает персональное начало, деофициализация, напротив, предполагает проявление индивидуальных качеств языковой личности. Определение характера реализации указанных тенденций в рамках анализируемой коммуникативной ситуации служит основанием для выявления и описания основных типов языковых личностей (лингвоперсонем) участников деловой письменной коммуникации, а также типов (антропо)текстов, создаваемых в различных условиях взаимодействия адресата и адресанта. 

Важную роль при обращении в официальную инстанцию играет характер регулирующей деятельности адресата, направленной на организацию процессов коммуникации. На этом основании выстраивается следующая типология.

  1. Адресат, наделенный официальными полномочиями по урегулированию конфликтных ситуаций.
    1. Адресат (судебные органы, органы милиции), регулирующий конфликтную ситуацию на основе научно разработанной общегосударственной правовой системы (законодательства) и устанавливающий в связи с этим строгие правила коммуникации, следование которым должно способствовать квалифицированной правовой оценке ситуации. Позицию адресата детерминируют процессы официализации деперсонализации.
    1. Адресат (административные органы), регулирующий конфликтную ситуацию исходя из своей профессиональной компетенции и определяющий как желательное следование канонам деловой коммуникации. Позиция адресата допускает проявление как тенденций официализации деперсонализации, так и тенденций деофициализации персонализации.
    2. Адресат (учреждения по обслуживанию населения), регулирующий конфликт исходя из своей профессиональной компетенции и выдвигающий необходимым условием получение информации о сути произошедшего, не акцентируя внимания на оформлении речевого произведения. Такая позиция обусловливает доминирование процессов деофициализации персонализации.
  1. Адресат (редакция газеты), выступающий посредником в разрешении конфликта, привлекающий к нему внимание общественности. Характер оформления речевого произведения является несущественным, что обусловливает доминирование тенденций деофициализации персонализации.

Другим важным параметром, определяющим характер соотношения рассматриваемых тенденций, является внутренняя устремленность автора документа, его целевая установка на характер коммуникации, степень его осознанности специфики коммуникативной ситуации и соответствующего речевого поведения в ней. Типы адресантов могут быть представлены следующим образом.

  1. По характеру выполняемой речевой деятельности: относящиеся творчески к процессу деловой коммуникации, развивающие каноны официально-делового языка (креативная языковая личность) и следующие в своей речевой деятельности установленным канонам (копиальная языковая личность).
  2. По степени подготовленности к актам деловой письменной коммуникации: профессионально подготовленные и не обладающие такой подготовкой.
  1. По характеру ориентированности осуществляемых процессов коммуникации: ориентированные на официальное – неофициальное общение.
  1. По уровню коммуникативной компетенции: обладающие высоким – недостаточно высоким – низким уровнем коммуникативной компетенции (данные типы могут быть соотнесены с классификацией типов речевой культуры В.Е. Гольдина и О.Б. Сиротининой).

Участие в рассматриваемой коммуникативной ситуации различных типов языковой личности и особенности их речевого поведения обусловливают создание и функционирование типов текстов различной степени официальности. 

  1. Максимальной степенью официальности обладают тексты исковых заявлений, созданные официально ориентированной копиальной языковой личностью, реализующей свое речевое поведение в соответствии с жесткими требованиями адресата, который способствует реализации строго официального общения посредством предоставления образцов и помощи специалистов. 
  2. Меньшей степенью официальности обладают обращения в милицию, создаваемые в схожих условиях. Степень официальности документов снижается по причине оперативного характера документа, составляемого, как правило, непосредственно после события. 
  3. Несколько снижается степень официальности при обращении в административный орган, в учреждение по обслуживанию населения, в редакцию, когда текст создается в условиях формируемого адресатом модуса желательности соблюдения канонов, а также в условиях слабой регулируемости или полной нерегулируемости характера коммуникации официально ориентированным автором, обладающим высоким уровнем коммуникативной компетенции. Позиция адресата допускает более свободное речевое поведение адресанта. 
  4. Существенное снижение степени официальности текста происходит в условиях желательности соблюдения канонов деловой письменной коммуникации и при создании текста официально ориентированным, однако не обладающим при этом необходимым уровнем коммуникативной компетенции автором (ситуация обращения в административный орган). Языковая личность характеризуется копиальным речевым поведением, она претерпевает при этом влияние традиций как деловой, так и обыденной коммуникации.
  5. Степень официальности минимальна либо равна нулю, когда: а) тексты создаются неофициально ориентированной копиальной языковой личностью, обладающей низким уровнем коммуникативной компетенции, в условиях желательности соблюдения канонов деловой коммуникации либо в условиях отсутствия регулирующего начала; б) в коммуникацию вступает креативная языковая личность, оформляющая обращение в редакцию и рассчитывающая при этом на его публикацию, потому стремящаяся сделать его ярким, привлекающим внимание.

Итогом рассмотрения процессов официализации текста и выявления ее параметров явилась широкая типология текстов по степени их официальности, позволяющая реконструировать процессы становления и развития официально-делового языка и на этом основании создать функционально-генетическую модель официально-деловой речи. Эта модель существенным образом дополняется в ходе рассмотрения самостоятельной большой проблемы – проблемы деофициализации, связанной с функционированием официального текста в сфере обыденного понимания, где он может непроизвольно обретать иное качество. Рассмотрению этой проблемы посвящена глава 3 «Функционирование делового текста в сфере обыденного понимания».

Обращение к анализу процессов, связанных с особенностями функционирования языковых средств, речевых произведений в той или иной сфере коммуникации, актуализирует понятия метаязыковой и интерпретационной деятельности коммуникантов, между которыми устанавливаются отношения включения: метаязыковая деятельность, помимо интерпретационной деятельности, в основе которой лежит осознанное отношение к языковым фактам к своему и чужому речевому поведению, включает в себя также виды речемыслительной деятельности, носящие неосознаваемый, непроизвольный характер.

Метаязыковую деятельность совершает как адресат – получатель речевого сообщения, выступающий в качестве традиционного объекта интерпретационных исследований, так и адресант, реализующий свое понимание внеязыковой ситуации и способов ее языкового оформления. В ситуации официально-делового общения метаязыковая деятельность адресанта состоит в оценке и выборе языковых средств, используемых при создании текста, с точки зрения соответствия их канонам официально-делового языка, она может носить как осознанный, так и неосознанный характер. Метаязыковая деятельность адресата состоит в его толковании, оценке используемых языковых средств, избранной стратегии речевого поведения; эта деятельность нередко совершается профессионально подготовленными лицами, например, при осуществлении правки, редактировании документов, при проведении лингвистической экспертизы и пр. Метаязыковая деятельность рядовых носителей языка чаще всего носит латентный характер, хотя иногда они могут и эксплицировать оценки тех или иных качеств документа, которые в естественных условиях коммуникации с трудом поддаются фиксации и научному наблюдению.

В силу того, что выносимые субъектом речи оценки используемых в тексте документа языковых средств, всего речевого произведения в целом во многих случаях не эксплицированы, становятся востребованными такие методы лингвистического анализа, как метод лингвистической реконструкции и метод лингвистического эксперимента. Посредством метода лингвистической реконструкции воспроизводятся как неосознаваемые, так и осознанные речемыслительные действия, носящие имплицитный характер. Использование данного метода предполагает психолингвистический аспект анализа. Метод лингвистического эксперимента имеет целью создание таких условий, в которых участники эксперимента должны осуществить акты интерпретации и эксплицировать свое отношение к тем или иным фактам деловой речи. С помощью этого метода возможно выявление особенностей осознания свойств делового текста носителями языка, что актуализирует лингвокогнитивный аспект исследования. 

Исследования метаязыковой деятельности в сфере деловой коммуникации в психолингвистическом аспекте приобретают особую направленность – обращение к механизмам стереотипизации. В основе стереотипной деятельности лежат психические процессы ориентировки, многократное повторение которых приводит к формированию устойчивых стереотипов (П.Я. Гальперин). В речевой деятельности стереотипы формируются на основе повторяющихся ситуаций коммуникации или их элементов (А.А. Леонтьев, Н.Н. Перчаткина, Н.М. Разинкина). Процессы стереотипизации приобретают особенно ярко выраженный характер в сфере официально-деловой коммуникации в связи со стремлением субъектов коммуникации привести к единообразию деловые отношения, упорядочить, организовать этот процесс в целях осуществления эффективной управленческой деятельности. Результатом этих процессов являются типичные ситуации деловой коммуникации, для которых сложившиеся стереотипы поведения (в том числе и речевого) выступают в качестве канонов, определяющих характер и направление метаязыковой деятельности.

Метаязыковая деятельность составителей документов при обращении в официальную инстанцию может реализовываться в широком объеме и в активной форме, когда автор стремится соответствовать стереотипам официально-делового общения. В этом случае происходит оценка и последующее корректирование речевых действий, связанных со строгим отбором языковых средств, соответствующих характеру коммуникативной ситуации. Об этом свидетельствует корректное использование ЕОФЯ различных уровней, что определяет высокую степень глубины официализации текста. Такого рода деятельность носит преимущественно ориентировочный характер. В случае многократного повторения однотипных ситуаций деятельность субъектов приобретает автоматизированный характер, ориентировочная деятельность осуществляется в незначительном объеме, однако имеет место непроизвольная метаязыковая деятельность. Языковая рефлексия субъекта деловой письменной коммуникации в максимальной степени ослаблена в случае исполнения документа по образцу либо с помощью специалиста-консультанта. В большинстве же случаев речевое поведение коммуникантов в рассматриваемой ситуации носит ориентировочно-автоматизированный характер: для него характерны многочисленные искажения стереотипов деловой речи, смешение их со стереотипами обыденной коммуникации, что свидетельствует о непроизвольной деофициализации текста. Реконструкция речемыслительной деятельности участников деловой письменной коммуникации позволила выявить качества официально-делового языка, которые усвоены ими в большей или меньшей степени. Так, большинство составителей обращений имеют представление о форме документа и достаточно последовательно воспроизводят схему заявления, выделяя необходимые реквизиты и правильно располагая их в текстовом пространстве. Другое яркое качество деловой речи – необходимость использования официально-деловой лексики – также достаточно ясно осознается коммуникантами. И, наконец, составители обращений стремятся к соблюдению основного качества деловой речи – ее точности, конкретности. В меньшей степени участники деловой письменной коммуникации обращают внимание на синтаксическую организацию языковых единиц, на логико-композиционное построение текста, на необходимость соблюдения таких качеств текста, как краткость, полнота, ясность и др.

В ряде случаев коммуниканты выражают результаты своей рефлексии по отношению к тем или иным качествам делового текста в эксплицитном виде, что свидетельствует о реализации ими интерпретационной деятельности. Исходными установками ее анализа явились основные положения интерпретационной лингвистики и в первую очередь положение об интерпретационной деятельности языковой личности, интерпретирующей свое либо чужое речевое поведение (А. Вежбицка, Т.Г. Винокур, М.В. Ляпон, И.П. Матханова, Т.А. Трипольская, Н.Е. Сулименко). Эта идея получила свое развитие в связи с активизацией исследовательского внимания к языковой личности рядового носителя языка, ее метаязыковому сознанию, что способствовало формированию нового направления лингвистических исследований – обыденной металингвистики (О.И. Блинова, Н. Д. Голев, Е.В. Ейгер, Д. Ю. Полиниченко, А.Н. Ростова, Е.В. Ухмылина и др.). Проблема метаязыковой деятельности в сфере деловой коммуникации, интерпретации делового текста обыденным языковым сознанием представляется значимой в силу того, что ее решение должно способствовать выявлению специфики реализации процессов деофициализации – процессов «внедрения» неофициального начала в официальное при освоении делового языка рядовыми его носителями – и определение тем самым тех качеств деловой речи, которые, по представлению носителей языка, составляют ее онтологическую сущность и являются существенными для ее функционирования, а также качеств менее доступных либо вовсе недоступных для обыденного метаязыкового сознания. Таким образом, мы получаем возможность выявления реальной картины функционирования деловой речи.

Объектом интерпретации, реализуемой в сфере деловой коммуникации, выступает официально-деловой язык, его каноны; маркерами интерпретационной деятельности в условиях естественной коммуникации служат метатекстовые компоненты, в условиях лингвистического эксперимента – высказывания метатекстового характера. Метатекстовые показатели крайне редко встречаются в естественных условиях деловой коммуникации. Основной причиной их появления является контроль носителей языка за своим речевым поведением, за правильностью речи, стремление сгладить коммуникативные погрешности. Имеющиеся примеры (эти торгаши, а на вашем языке коммерсанты; спасибо за понимание, написала как смогла, я не очень то привыкше писать Вам; не обессудьте писала как умею; учитывая Вашу занятость буду краток; Извините за то, что отвлеклась; Извините, я не знаю Ваших имени и отчества, поэтому обращаюсь просто так) свидетельствуют о невысоком уровне усвоения авторами документов канонов деловой речи, о слабой представленности официального начала в их коммуникативном опыте и, следовательно, о преобладании тенденции деофициализации в их речемыслительной деятельности.

На современном этапе развития лингвистической науки положения о характере осуществления речемыслительной деятельности субъектами коммуникации, совершаемой ими при порождении текста либо его восприятии, толковании, оценке, получили свое развитие в когнитивной лингвистике, что дает основание говорить о лингвокогнитивных основах речемыслительной (и интерпретационной как ее составляющей) деятельности. В рамках настоящего исследования лингвокогнитивный подход в сочетании с интерпретационным способствует разработке методики когнитивного анализа интерпретационной деятельности субъекта, углублению и дополнению картины функционирования делового языка в среде рядовых его пользователей, выявленной в ходе предшествующего психолингвистического анализа. В качестве исходной единицы лингвокогнитивного анализа избрана такая ментальная структура, как фрейм – наиболее признанная в когнитивной лингвистике форма репрезентации знаний о стереотипных ситуациях.

Осмысление понятия «фрейм» в когнитивно-коммуникативном аспекте вызвало его корреляцию с широко используемыми в речеведческих работах понятиями «речевое поведение», «жанровое мышление», «речевой жанр» и появление таких терминов, как речеповеденческий фрейм (А.А. Пушкин), интерактивный фрейм (А.Н. Рамазанова), фреймы речемыслительной деятельности (А.Г. Баранов). Наиболее удачным представляется использованное К.Ф. Седовым в одной из его работ (пока еще не в терминологическом смысле) словосочетание жанровый фрейм, в основу которого положена идея о тесной взаимосвязи категорий «фрейм» («сценарий») и «речевой жанр». Развивая эту идею и постулируя неразрывную связь таких категорий, как коммуникативная ситуация, фрейм и речевой жанр, мы приходим к обоснованию жанрового фрейма как коммуникативно-когнитивной модели, детерминирующей характер речемыслительной деятельности субъекта, его речевого поведения в рамках определенной коммуникативной ситуации и имеющей результатом своего действия речевые произведения определенного типа (РЖ). Фреймовый анализ, направленный на выявление мысленного образа ситуации, сложившегося в сознании участников деловой коммуникации, а также их представления о возможных способах осуществления в ней речевого поведения, должен способствовать углублению представлений об особенностях функционирования официально-делового языка, о специфике реализации тенденции деофициализации. 

Жанровый фрейм является достаточно общим понятием. В речевой практике он реализуется в виде вариантов: фрейма-образца и скрипта, носящих прототипический характер как лучшего образца (в первом случае) и как наиболее типичного способа поведения (во втором случае), а также контаминированного фрейма как результата наложения одного фрейма на другой и альтернативного фрейма, реализующегося путем отказа от одного и поиска другого фрейма.

Основываясь на положениях М. Минского о структурно-иерархической организации фрейма, а также учитывая процессы фреймового варьирования, мы можем представить фреймовую модель коммуникативной ситуации ‘обращение в официальную инстанцию’, отражающую особенности речемыслительной деятельности коммуникантов в сфере делового общения. Верхний уровень фреймовой модели образует суперфрейм ‘жалоба’, реализуемый макропропозицей, включающей в себя основную и дополнительные пропозиции – П-1: S-1 (= О-2, О-3) – P-1 – A-1 (= S-3) – O-1 (← К = S-2)2 (субъект жалуется адресату на события, виной которых является каузатор); П-2: S-2 (= К) – P-2 – O-2 (= S-1) (субъект оказывает негативное воздействие на объект); П-3: S-3 (= А-1) – P-3 – O-3 (= S-1) (субъект находится в состоянии долженствования оказания помощи объекту). Данная модель являет собой интерпретацию прототипической ситуации ‘жалоба’, которую, следуя теории семантических примитивов А. Вежбицкой, можно представить путем вербализации дискретных семантических признаков следующим образом: Х жалуется У-у = Х-у нанесен моральный или физический урон в силу определенных обстоятельств или действий какого-либо лица, он испытывает по этой причине комплекс негативных эмоций; Х сообщает об этом У-у потому, что ожидает от него реакции в виде сочувствия, нередко и помощи. Исходя из вышесказанного, структуру суперфрейма ‘жалоба’ можно определить как состоящую из следующих терминальных узлов: субъект – лицо, которому нанесен психический и/или физический урон; речевое действие – сообщение (устное, контактное), относящееся к разговорной сфере функционирования языка, о физических и/или психических страданиях субъекта, вызванных негативным воздействием на него; каузатор – что-то или кто-то, оказавшие негативное воздействие на субъекта; адресат – лицо, занимающее более высокую позицию по отношению к субъекту (в физическом, психологическом, социальном или каком-либо другом отношении), от него ожидается реакция в виде психологической и/или физической поддержки.

Второй уровень модели образуют фреймы, отражающие более конкретные случаи реализации макрофрейма. Макрофрейм ‘жалоба’ реализуется в двух основных фреймах: ‘бытовая жалоба’, функционирующая в сфере обыденного общения, и ‘официальная жалоба’, которая в случае исполнения документа в соответствии с канонами официально-делового стиля по сути перестает быть жалобой, поэтому более уместно ее обозначение ‘обращение в официальную инстанцию’. При этом если фрейм ‘бытовая жалоба’ повторяет структуру макрофрейма, поскольку является исконной, прототипической структурой, то в организации фрейма ‘обращение в официальную инстанцию’ появляется определенная специфика, связанная с деловой сферой интеракции: структура фрейма усложняется, появляются такие структурные компоненты, как сообщение, выполненное в письменной форме и официальной манере, пространственная и временная дистантность, соответствующая компетенция адресанта3. 

Фрейм ‘обращение в официальную инстанцию’ предусматривает, в свою очередь, также несколько вариантов реализации, что вызывает необходимость введения третьего уровня во фреймовой модели – уровня субфреймов, в качестве которых выступают субфреймы ‘обращение в судебный орган’, ‘обращение в административный орган’, ‘обращение в редакцию’, ‘обращение в предприятие по обслуживанию населения’. Терминальными узлами данных субфреймов4 являются компоненты, определяющие специфику каждой из рассматриваемых ситуаций. Так, например, субфрейм ‘обращение в судебный орган’ содержит в себе следующие терминальные узлы: исполнение ролей, предусмотренных сферой правовых отношений (субъект истец, адресат – судебный орган, мировой судья, каузатор – ответчик), необходимость исполнения документа – искового заявления – строго по заданной форме и в соответствии с канонами официально-делового стиля. Каждый из субфреймов обладает своим набором слотов (кроме субфрейма ‘обращение в судебный орган’, структура которого не включает в себя слоты, так как в данной ситуации действия субъекта максимально регламентированы и отличаются жесткостью, однозначностью). Слоты, отражающие переменные ситуаций, могут относиться к субъекту (возраст, образование, темперамент, уровень коммуникативной компетенции и т. д.), адресату (уровень требований к речевому поведению субъекта), временной дистанции (короткая или более продолжительная) и др. Таким образом, макроситуация ‘жалоба’ представлена в сознании субъекта как иерархическая система фреймов, в которой ‘обращение в официальную инстанцию’ занимает статус фрейма, включающего в свою очередь ряд субфреймов.

Фрейм ‘обращение в официальную инстанцию’ характеризуется как внутрифреймовыми, так и межфреймовыми связями. Связи первого типа устанавливаются между субфреймом ‘обращение в административный орган’ и субфреймами ‘обращение в предприятие по обслуживанию населения’ и ‘обращение в редакцию’. В межфреймовые связи вступают фрейм-сценарий ‘бытовая жалоба’ с его субфреймом ‘жалоба-просьба о помощи и наказании’ и фрейм ‘обращение в официальную инстанцию’ с его субфреймами. 

Представленная фреймовая модель ситуации ‘обращение в официальную инстанцию’ позволяет констатировать, что коммуниканты по-разному воспринимают и интерпретируют данную ситуацию и, соответственно, актуализируют в своей речемыслительной деятельности различные типы фреймов. Главной детерминантой, определяющей характер функционирования данной когнитивной модели, является адресат, устанавливающий требования, предъявляемые к речевому поведению адресанта. Жесткие требования обусловливают необходимость актуализации жанрового фрейма-образца. В случае установления модуса желательности исполнения документа в соответствии с установленными канонами фактор адресата теряет свою значимость и на первое место выдвигается фактор адресанта: его интенции, способность переходить на иные регистры общения, уровень подготовленности к актам официально-деловой письменной коммуникации. Речевое поведение адресанта становится более свободным и разнообразным. Коммуниканты с высоким уровнем коммуникативной компетенции активизируют в своей речемыслительной деятельности фрейм-образец. В сознании авторов, не обладающих высоким уровнем коммуникативной компетенции, но стремящихся реализовать в своем речевом поведении стратегии деловой коммуникации, активизируется либо контаминированный, либо альтернативный фрейм. И, наконец, авторы, у которых не сформировано представление о специфике коммуникативной ситуации ‘обращение в официальную инстанцию’ как о ситуации официально-делового общения, осуществляют свою речемыслительную деятельность на основе фрейма-скрипта.

Представленная фреймовая модель коммуникативной ситуации ‘обращение в официальную инстанцию’ выступает в качестве ментальной основы интерпретационной деятельности участников деловой коммуникации. Возможности исследования интерпретационной деятельности ограничены в силу их латентного характера, однако такого рода деятельность может быть эксплицирована в ходе осуществления эксперимента, позволяющего выявить особенности представления рядовых носителей языка о специфике деловой речи и существенным образом дополнить данные, полученные в предшествующих разделах работы. Методом осмысления результатов эксперимента является фреймовый анализ, в основу которого положено понятие жанрового фрейма ‘обращение в официальную инстанцию’, точнее, его терминальный узел – «текст документа», представленный в типовом его варианте, т. е. как речевой жанр. Содержание данного узла образуют жанровые нормы, представленные в различных нормативных пособиях: словарях, грамматиках, справочниках. Данные этих пособий позволили сконструировать терминальный узел «текст документа» фрейма-образца ‘обращение в официальную инстанцию’. Целью эксперимента является определение на основе выносимых участниками эксперимента оценок качеств деловых текстов разной степени официальности того, насколько полно и детально сформирован в сознании рядовых носителей языка указанный терминальный узел, какие качества делового текста усваиваются в первую очередь, а на какие обращается меньше внимания либо они не усваиваются вовсе. Эти данные существенным образом дополняют анализ результатов эксплицитной метаязыковой деятельности рядовых носителей языка, а также анализ реконструкции процессов речемыслительной деятельности участников официально-деловой письменной коммуникации.

Ход эксперимента. Испытуемым предлагалось ознакомиться с тремя текстами, составленными в ситуации ‘обращение в официальную инстанцию’, в которых в разной степени соблюдены жанровые каноны официально-деловой коммуникации. После ознакомления с текстами респонденты должны были выполнить два задания: 1. Ответьте на вопросы: Являются ли предложенные Вам тексты официальными? (прокомментируйте свой ответ); Какими признаками, по-Вашему,  должен обладать официально-деловой текст? 2. Расположите предложенные тексты по степени официальности. Прокомментируйте свое решение.

Участники эксперимента комментировали предложенные тексты на основании представлений о подобного рода документах, указывая закрепившиеся в их языковом сознании признаки делового текста и «заполняя» тем самым терминальный узел «текст документа».

Состав участников эксперимента. В эксперименте принимали участие четыре группы по 15 чел.: школьники (16–17 лет), студенты технических специальностей (19–21 год), пенсионеры (60–78 лет), служащие торговых учреждений (35–45 лет). Участники эксперимента не обладают специальной подготовкой, особыми навыками работы с деловыми текстами; они имеют разный жизненный опыт, опыт деловой коммуникации. Для сравнения использовались данные опроса студентов (две группы по 15 чел.), определенным образом подготовленных к работе с нехудожественным текстом: одни получают подготовку в рамках специализации «Филологическое обеспечение документоведения», другие обучаются по специальности «Издательское дело и редактирование».

Результаты эксперимента. Результаты интерпретационной деятельности рядовых носителей языка, трактуемые с позиций фреймового анализа, свидетельствуют об активных процессах деофициализации, заключающихся во влиянии традиций обыденной коммуникации на оценку средств официально-делового языка. Представления рядовых носителей языка о свойствах делового текста отличаются неполнотой, некоторой упрощенностью, схематизмом. Во-первых, в их сознании актуализируются не все каноны официально-делового текста; во-вторых, степень актуализации канонов различна; в-третьих, степень детализации усвоенных носителями языка канонов невысока. Наиболее актуализированными оказались каноны, касающиеся: 1) отдельных лексических норм языкового и коммуникативно-речевого планов – уместность словоупотребления и необходимость использования официально-деловой лексики (и, соответственно, отсутствие разговорных элементов, эмоционально-оценочной лексики); 2) структурных особенностей текста (выделение необходимых реквизитов); 3) коммуникативных качеств делового текста (прежде всего его ясность и краткость). Таким образом, рядовыми носителями языка усвоены в первую очередь те качества документа, которые являются наиболее внешними, лежащими на поверхности. Менее актуальны для рядовых носителей языка такие, например, нормы официально-деловой коммуникации, как логическое построение текста, орфографические и пунктуационные, этикетные и специальные нормы: их соблюдение требует особой языковой подготовки, навыков делового общения. Практически не фиксируются обыденным сознанием морфологические и синтаксические нормы (да и на лексическом уровне отмечается лишь одно из наиболее ярких требований к составлению делового текста). Нередко свойства официально-делового текста осознаются носителями языка в самом общем виде: отмечаются необходимость оформления документа в официально-деловом стиле, соблюдения логики, недопустимость ошибок и пр. Подобные результаты детерминированы в первую очередь спецификой обыденного сознания, для которого характерны чувственно-предметная очевидность (наглядность), эталонность (стереотипность и нормативность), созерцательность, практическая ориентированность, избирательность, объективность, ясность, упрощенность и т. д. Другими детерминантами недостаточной сформированности терминального узла «текст документа» выступают отсутствие необходимого коммуникативного опыта в сфере делового общения и недостаточная подготовленность граждан к осуществлению письменных речевых актов в сфере официально-деловой коммуникации. 

Второй этап эксперимента предполагает определение степени официальности предложенных текстов. Большинство респондентов наиболее официальным признают Текст 3, несмотря на наличие в нем разговорных элементов. При этом для рядовых носителей языка оказываются важными такие внешние атрибуты документа, как наличие печати, наличие официального обращения, представление документа в печатном виде (два других документа были рукописными). Важным аргументом в пользу признания Текста 3 официальным документом является четкость и ясность изложения. Наименее официальным признан Текст 1 (официальным его считают лишь часть школьников и пенсионеров). Хотя автор Текста 1 и старается придерживаться правил внешнего оформления, называет текст заявлением, но, тем не менее, большинство участников эксперимента не считают этот текст официальным по причине его ярко выраженной эмоциональности. Но, несмотря на наличие в Тексте 1 разговорной, эмоционально-оценочной лексики, отступлений от основной темы, грамматических ошибок, участники эксперимента указали на важные для квалификации текста как официального качества: выделение реквизитов и их правильное расположение, употребление официально-деловой лексики, официальная тональность общения. Неоднозначно отношение участников эксперимента к Тексту 2, в котором, с одной стороны, наблюдаются многочисленные отступления от канонов деловой речи (он изобилует разговорными выражениями и оформлен как личное письмо), с другой стороны, он свободен от эмоционально-оценочных моментов и посвящен объективному анализу сложившейся ситуации. Официальным этот текст признают 31 % респондентов. На их решение повлиял тот факт, что текст обладает свойствами конкретности, ясности, т. е. для рядовых носителей языка оказалось важным оформление содержательной части документа.

Представленные ответы с обоснованием причин отнесения текста к официальному или неофициальному позволили ранжировать эти причины по степени значимости и тем самым выявить детерминанты, обусловливающие специфику проявления тенденции деофициализации. Главной детерминантой, обусловливающей снижение степени официальности текста, испытуемые считают факт наличия большого количества разговорных элементов в тексте. Второй по значимости детерминантой признается излишняя эмоциональность текста. Далее можно указать нарушения структуры документа. Детерминантами, повышающими степень официальности (и, соответственно, ослабляющими процессы деофициализации), участники эксперимента считают прежде всего беспристрастный характер изложения (официальная тональность). Важным моментом в формировании официального характера текста являются структурирование текста и выделение в нем необходимых реквизитов. Эти наблюдения в основном совпадают с результатами первой части эксперимента, что позволяет сделать вывод о таких наиболее актуальных для рядовых носителей языка качествах официально-делового текста, как употребление официально-деловой лексики, расчленение текста на реквизиты в соответствии со стандартом, выражение официальной тональности.

В Заключении излагаются основные выводы диссертационного исследования, намечаются перспективы дальнейшего изучения официально-деловой речи.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях.

Монография

  1. Сологуб О. П. Русский деловой текст в функционально-генетическом аспекте: монография [Текст] / О. П. Сологуб. – Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2008. – 332 с. (17 п.л.)

Учебно-методические пособия и статьи

  1. Сологуб О. П.  Мистер Крэнк изучает русский язык. Как говорят деловые люди [Текст] / О. П. Сологуб, Т. И. Стексова,  М. Ю. Труфанова. – Новосибирск: Фирма «Экор», 1994. – 37 с. (1 п.л.).
  2. Сологуб О. П. Русский язык и культура речи: учеб. пособие [Текст] / Г. В. Дроздецкая, Н. В. Отургашева, О. П. Сологуб, Ю. А. Тимофеева / под ред. Н. В. Отургашевой. – Новосибирск; СибАГС, 2003. – С. 69–107 (1 п.л.).
  3. Сологуб О. П. Система подготовки филолога-документоведа: учеб. пособие [Текст] / Т.А. Дементьева, Н.П. Матханова, О. П. Сологуб, Л.С. Тихомирова. – Новосибирск, 2004. – 125 с. (3 п.л.).
  4. Сологуб О. П. Документационное обеспечение управления в сфере социально-культурного сервиса и туризма: сб. упр. и ситуационных задач [Текст] / О. П. Сологуб. – Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2005. – 46 с. (1,6 п.л.).
  5. Сологуб О. П. Делопроизводство: составление, редактирование и обработка документов: учеб. пособие [Текст] / О. П. Сологуб. – М.: Омега-Л, 2006. – 265 с. (10 п. л.).
  6. Сологуб О. П. Система работы с документами (программа спецкурса для студентов филологического факультета) [Текст] / О. П. Сологуб // Юрислингвистика-9: истина в языке и праве: межвуз. сб. науч. ст. / под ред. Н. Д. Голева. – Кемерово – Барнаул: Изд-во Алт. гос. ун-та, 2008. – С. 69–82 (0,7 п.л.).
  7. Сологуб О. П. Система подготовки филолога-документоведа [Текст] / О. П. Сологуб // Документация в информационном обществе: парадигмы ХХI века: докл. и сообщ. на десятой междунар. науч.-практ. конф., Москва, 25–26 нояб. 2003 г. – М., 2004. – С. 180–185 (0,2 п.л.).
  8. Сологуб О. П. Компьютерные технологии в преподавании документоведения [Текст] / О. П. Сологуб // Современные технологии документооборота в бизнесе, производстве и управлении: сб. материалов IV междунар. науч.-практ. конф., Пенза, 23–24 марта 2004 г. – Пенза, 2004. – С. 55–57 (0,1 п.л.).. 
  9. Сологуб О. П. Программа курса «Актуальные проблемы современного жанроведения» [Текст] / О. П. Сологуб // Человек – Коммуникация – Текст: сб. ст. / под ред. А. А. Чувакина – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2006. – Вып. 7. – С. 194–202 (0,4 п.л.).
  10. Сологуб О. П. Документоведение и лингвистика: возможности интеграции [Текст] / О. П. Сологуб // Модернизация национальной системы высшего образования и проблемы интеграции вузов в мировое образовательное пространство: сб. ст. – Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2005. – Т. ХVII. – С. 406–413 (0,6 п.л.).

Научные статьи, опубликованные в рецензируемых изданиях, рекомендуемых ВАК

  1. Сологуб О. П. О генезисе речевого жанра (на материале обращений в официальные инстанции) [Текст] / О. П. Сологуб // Вестн. Новосиб. ун-та. Сер.: История, филология. – 2005. – Т. 4. Вып. 2: Филология. – С. 68–73 (0,6 п.л.).
  2. Сологуб О. П. О глубине официализации делового текста и методике ее измерения [Текст] / О. П. Сологуб // Вестн. Помор. ун-та. Сер.: Гуманитарные и социальные науки. – 2006. – № 6. – С. 248–251 (0,3 п.л.).
  3. Сологуб О. П. Коммуникативная категория тональности и е роль в формировании официального характера делового текста [Текст] / О. П. Сологуб // Вестн. Помор. ун-та. Сер.: Гуманитарные и социальные науки. – 2006. – № 7. – С. 157–160 (0,3 п.л.).
  4. Сологуб О. П. Структурно-семантические принципы организации делового текста (на материале судебных исков и обращений в официальные инстанции) [Текст] / О. П. Сологуб // Сибирский филологический журнал. – 2007. – № 1. – С. 107–118 (1 п. л.).
  5. Сологуб О. П. Деловой текст в функционально-генетическом аспекте (лингводетерминационный анализ) [Текст] / О. П. Сологуб // Вестн. Том. ун-та. – 2008. – № 312. – С. 18–24 (0,7 п.л.). 
  6. Сологуб О. П. Особенности проявления тенденции официализации в различных типах деловых текстов (на материале обращений в официальные инстанции) [Текст] / О. П. Сологуб // Вестн. Челяб. ун-та. – 2008. – № 26. Вып. 25. – С. 126–137 (0,8 п.л.).
  7. Сологуб О. П. О единицах официального  функционирования языка [Текст] / О. П. Сологуб // Мир науки, культуры, образования: междунар. науч. журнал. – 2008. – № 5 (12). – С. 79–83 (0,7 п.л.).
  8. О. П. Сологуб Особенности реализации жанрового фрейма в коммуникативной ситуации ‘обращение в официальную инстанцию’ [Текст] / О. П. Сологуб // Вопросы когнитивной лингвистики. – 2009. – № 2 (0,9 п.л.).

Опубликованные доклады, представленные на научных конференциях, и статьи в научных сборниках

  1. Сологуб О. П. Записная книжка бизнесмена как речевое произведение [Текст] / О. П. Сологуб // Языки профессиональной коммуникации: материалы междунар. науч. конф., Челябинск, 21–22 окт. 2003 г. / отв. ред. Е. И. Голованова. – Челябинск, 2003. – С. 431–436 (0,5 п.л.).
  2. Сологуб О. П. Специфика современной деловой речи (нормативный аспект) [Текст] / О. П. Сологуб // Русский язык и культура речи как дисциплина государственных образовательных стандартов высшего профессионального образования: опыт, проблемы, перспективы: материалы Всерос. науч.-практ. конф, Барнаул, 7–11 апр. 2003 г. / под ред. А. А. Чувакина, И. Ю. Качесовой. – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2003. – С. 250–256 (0,3 п.л.). 
  3. Сологуб О. П. Естественная деловая письменная речь как объект лингвистического исследования [Текст] / О. П. Сологуб // Естественная письменная русская речь: исследовательский и образовательный аспекты / под ред. Н. Д. Голева. – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2003. – Ч. II: Теория и практика современной письменной речи. – С. 125–135 (0,6 п.л.).
  4. Сологуб О. П. Обращение в официальные инстанции: жанроведческий анализ [Текст] / О. П. Сологуб // Актуальные проблемы русистики: материалы междунар. науч. конф., Томск, 21–23 окт. 2003 г. / отв. ред. Т. А. Демешкина. –Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003. – Вып. 2. Ч. 1. – С. 263–270 (0,5 п.л.).
  5. Сологуб О. П. Деловой текст как антропотекст [Текст] / О. П. Сологуб // Проблемы интерпретации в лингвистике и литературоведении: материалы Четвертых Филологических чтений, Новосибирск, 23–24 нояб. 2003 г. – Новосибирск: Изд-во НГПУ, 2003. – Т.1: Лингвистика. – С. 152–158 (0,4 п.л.). 
  6. Сологуб О. П. Соотношение стихийного и регулируемого начал в современной деловой речи (на материале обращений в официальные инстанции) [Текст] / О. П. Сологуб // Изв. Алт. ун-та. –2004. – Вып. 4. – С. 52–57
    (0,7 п.л.).
  7. Сологуб О. П. Проявление индивидуальных свойств языковой личности в деловом тексте [Текст] / О. П. Сологуб // Образ человека и человеческий фактор в языке: словарь, грамматика, текст: материалы расширенного заседания теоретического семинара «Русский глагол», Екатеринбург, 29 сент. –
    1 окт. 2004 г. / под ред. Л. Г. Бабенко. – Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2004. – С. 163–165 (0,1 п.л.).
  8. Сологуб О. П. Взаимоотношения автора и адресата в сфере письменной деловой коммуникации (на примере обращений в официальные инстанции) [Текст] / О. П. Сологуб // Диалог языков и культур в гуманистической парадигме: материалы междунар. науч. конф., Челябинск, 5–6 окт. 2004 г. / отв. ред. Н. А. Новоселова. – Челябинск, 2004. – С.157–160 (0,3 п.л.).
  9. Сологуб О. П. Особенности речевого поведения при обращении в официальные инстанции [Текст] / О. П. Сологуб // Языковая картина мира: лингвистический и культурологический аспекты: материалы II междунар. науч.-практ. конф., Бийск, 22–24 сент. 2004 г. – Бийск: НИЦ БГПУ им. В. М. Шукшина, 2004. – Т. 2. – С. 85–92 (0,4 п.л.).
  10. Сологуб О. П. Коммуникативное давление на адресата при обращении в официальные инстанции [Текст] / О. П. Сологуб // Словарь, грамматика, текст в свете антропоцентрической лингвистики: сб. статей / под ред. О. Л. Михалевой. – Иркутск: Иркут. ун-т, 2005. – Вып. 3. – С. 152–164
    (0,7 п.л.).
  11. Сологуб О. П. Психолингвистические основы стереотипной деятельности в деловой письменной коммуникации (на материале обращений в официальные инстанции) // Университетская филология – образованию: человек в мире коммуникаций: материалы междунар. науч.-практ. конф., Барнаул, 12–16 апр. 2005 г. / под ред. А. А. Чувакина. – Барнаул, 2005. – С. 126–130
    (0,5 п.л.).
  12. Сологуб О. П. О коммуникативной компетенции языковой личности в деловом общении (на примере обращений в официальные инстанции) [Текст] / О. П. Сологуб // Языки профессиональной коммуникации: материалы II междунар. науч. конф. Челябинск, 1–2 нояб. 2005 г. / отв. ред. О. В. Демидов. – Челябинск, 2005. – С. 71–76 (0,2 п.л.).
  13. Сологуб О. П. Степень владения жанровыми нормами как показатель уровня коммуникативной компетенции языковой личности (на материале обращений в официальные инстанции г. Новосибирска) [Текст] / О. П. Сологуб // Актуальные проблемы русистики: материалы междунар. науч. конф., Томск, 9–11 нояб. 2005 г. / отв. ред. Т. А. Демешкина. – Томск, 2005. – Вып. 3: Языковые аспекты регионального существования человека. – С. 453–460
    (0,4 п.л.).
  14. Сологуб О. П. Эволюция речевого жанра «обращение в официальные инстанции» (историко-лингвистический очерк) [Текст] / О. П. Сологуб // Lingua mobilis: науч. журнал. – Челябинск, 2006. – № 2. – С.152–169 (1 п.л.).
  15. Сологуб О. П. Исковое заявление: жанроведческий анализ [Текст] / О. П. Сологуб // Юрислингвистика-7: Язык как феномен правовой коммуникации: межвуз. сб. науч. ст. / под ред. Н. Д. Голева – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2006. – С. 118–127 (0,5 п.л.).
  16. Сологуб О. П. Коммуникативные нормы в деловом письменном общении // Речевая коммуникация на современном этапе: социальные, научно-теоретические и дидактические проблемы: материалы междунар. науч.-метод. конф., Москва, 5–7 апр. 2006 г. – М., 2006. – Ч. 1. – С. 147–153
    (0,5 п.л.).
  17. Сологуб О. П. Речевое поведение авторов писем-жалоб (на примере писем в редакцию газет) [Текст] / О. П. Сологуб // Антропотекст-2: сб. науч. тр. – Барнаул, 2006 / отв. ред. Т. В. Чернышова. – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2006. – С. 114–124 (0,6 п.л.).
  18. Сологуб О. П. Деловой текст в лингвоперсонологическом освещении [Текст] / О. П. Сологуб // Вопросы лингвоперсонологии: межвуз. сб. науч. тр. – Барнаул: Изд-во АлтГТУ, 2007. –Ч.1. – С. 80–89 (0,6 п.л.). 
  19. Сологуб О. П. Документная лингвистика: становление и развитие новой научной дисциплины [Текст] / О. П. Сологуб // Уч. зап. Таврич. ун-та. – Т. 20 (59). – № 1. Филология. – Симферополь, 2007. – С. 215–220 (0,4 п.л.).
  20. Сологуб О. П. Документная лингвистика как наука о деловой письменной коммуникации [Текст] / О. П. Сологуб // Русский язык: исторические судьбы и современность: III Междунар. конгр. исследователей рус. яз., Москва, 20–23 марта 2007 г.: тр. и материалы. – М.: МАКС Пресс, 2007. – С. 630–631 (0,2 п.л.).
  21. Сологуб О. П. Интерпретация делового текста обыденным сознанием (на примере обращений в официальные инстанции) [Текст] / О. П. Сологуб // Системное и асистемное в языке и речи: материалы междунар. науч. конф., Иркутск, 10–13 сент. 2007 г. – Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 2007. – С. 222–228 (0,4 п.л.).
  22. Сологуб О. П. Текстовые нормы в деловой письменной коммуникации (на материале исковых заявлений) [Текст] / О. П. Сологуб // Функциональный анализ значимых единиц русского языка: межвуз. сб. науч. ст. / отв. ред. С.П. Петрунина. – Новокузнецк, 2007. – Вып. 2. – С. 157–162 (0,3 п.л.).
  23. Сологуб О. П. Государственная коммуникация (параметры официализации текста) [Текст] / Н. Д. Голев, О. П. Сологуб // Стереотипность и творчество в тексте: сб. науч. тр. – Пермь: Перм. гос. ун-т, 2007. – Вып. 11. – С. 47–57
    (0,6 п.л.).
  24. Сологуб О. П. Жанровые каноны деловой письменной коммуникации (на материале обращений в официальную инстанцию) [Текст] / О. П. Сологуб // Культура народов Причерноморья: научный журнал. – Симферополь, 2007. – № 119. – С. 96–99 (0,4 п.л.).
  25. Сологуб О. П. Характер интерпретационной деятельности различных типов языковых личностей в сфере деловой письменной коммуникации (на примере обращений в официальную инстанцию) [Текст] / О. П. Сологуб // Комментарий и интерпретация текста: межвуз. сб. науч. тр. / под ред. Т.А. Трипольской. – Новосибирск: Изд-во НГПУ, 2008. – С. 246–255 (0,5 п.л.).
  26. Сологуб О. П. Деловой текст в представлении рядовых носителей языка [Текст] / О. П. Сологуб // Обыденное метаязыковое сознание и наивная лингвистика: межвуз. сб. науч. ст. / отв. ред. А.Н. Ростова. – Кемерово; Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2008. – С. 317–327 (0,6 п.л.).
  27. Сологуб О. П. Характер межжанрового взаимодействия как показатель официальности текста (на материале обращений в официальные инстанции) [Текст] / О. П. Сологуб // Кафедра: проблемы, поиски, перспективы: сб. ст. / под общ. ред. О.П. Сологуб. – Новосибирск: Изд-во НГТУ, 2008. – С. 104–112 (0,5 п.л.).
  28. Сологуб О. П. Официальное функционирование языка в сфере государственной коммуникации [Текст] / Н.Д. Голев, О. П. Сологуб // Юрислингвистика-9: Истина в языке и праве: межвуз. сб. науч. ст. / под ред. Н.Д. Голева. – Кемерово; Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2008. – С. 70–88 (0,8 п.л.).

1 Горизонтальные стрелки обозначают детерминационные связи – параметры официализации – деофициализации текста.

2 Используемые сокращения означают: П – пропозиция, S – субъект, Р – предикат, А – адресат, О – объект, К – каузатор.

3 Выделяемые компоненты структуры являются одновременно и терминальными узлами (на уровне фрейма), и слотами (на уровне суперфрейма).

4 По отношению к фреймам они будут являться слотами.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.