WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

МАЛЫШЕВА Елена Григорьевна

РУССКИЙ СПОРТИВНЫЙ ДИСКУРС: ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ ЛИНГВОКОГНИТИВНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Специальность 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Омск 2011

Работа выполнена на кафедре стилистики и языка массовых коммуникаций ГОУ ВПО «Омский государственный университет им. Ф.М. Достоевского»

Научный консультант:        доктор филологических наук, профессор

                 Кузьмина Наталья Арнольдовна

Официальные оппоненты:        доктор филологических наук, профессор

                                       Вепрева Ирина Трофимовна

                                       (ГОУ ВПО «Уральский государственный

                                       университет им. А.М. Горького)

  доктор филологических наук, доцент

                                       Клушина Наталья Ивановна

                                       (ГОУ ВПО «Московский государственный

                                       университет им. М.В. Ломоносова)

                                       доктор филологических наук, профессор

                                       Манаенко Геннадий Николаевич

                                       (ГОУ ВПО «Ставропольский государственный                                                педагогический университет)

                                       

Ведущая организация:        ГОУ ВПО «Российский университет дружбы                                                народов»

       Защита состоится «26»  апреля 2011 г. в______часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.179.02 по защите докторских и кандидатских диссертаций в ГОУ ВПО «Омский государственный университет им. Ф.М.Достоевского» по адресу: 644077, г. Омск, пр. Мира, 55-а.

       С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского.

       

       Автореферат разослан        «_____»______________2011 г. 

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат филологических наук, доцент                                Никитина Е.А.

                       

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

       



Актуальность темы исследования.

       В современной когнитивной лингвистике, лингвоконцептологии и теории дискурса сегодня активно обсуждаются вопросы, связанные, во-первых, с изучением особенностей функционирования концепта в дискурсивном пространстве и  динамических характеристик концепта; во-вторых -  с описанием когнитивной специфики дискурсов разных типов; в-третьих – с осмыслением разноаспектных подходов к исследованию дискурсов; наконец – с созданием моделей лингвокогнитивного (лингвоконцептуального, лингвокультурологического) анализа дискурсов.

       Следует подчеркнуть, что в большинстве работ теоретического и практического направления в области современной дискурсологии констатируется необходимость «включения» современного дискурс-анализа в лингвокогнитивную  и лингвокультурологическую парадигму, однако  представления о том, каковы цели и методы когнитивного анализа  дискурса,  каковы единицы и категории, которые должны становиться предметом такого анализа,  наконец, каков понятийно-терминологический аппарат исследования дискурса в названном аспекте, являются чрезвычайно разнообразными. 

       Во многом это обстоятельство обусловлено широтой в понимании того, что стоит за термином «когнитивный», и объективной сложностью исследования реальной языковой деятельности как одного из видов  когнитивной деятельности человека. 

       С другой стороны, как справедливо констатирует А.А. Кибрик, «дискурсивные исследования – это молодая область, для которой характерны значительная неупорядоченность и фрагментарность» (Кибрик 2003).

        Актуальность темы настоящего исследования определяется прежде всего акцентом на примате когнитивного в любом типе дискурсивной деятельности; вниманием к проблемам функционирования языка как когнитивного феномена; недостаточной разработанностью раздела науки о языке, связанного с изучением разных типов дискурсов в когнитивно-дискурсивной парадигме, в том числе с точки зрения определения границ дискурсов, способов интердискурсивного взаимодействия, выявления концептуальных доминант дискурса; необходимостью упорядочивания и совершенствования понятийно-терминологического аппарата лингвокогнитивного анализа дискурса, методов и приёмов описания когнитивной специфики дискурсов разных типов; комплексным подходом к объекту исследования – русскому спортивному дискурсу.

       Объектом настоящего диссертационного исследования выступает русский спортивный дискурс, понимаемый как особый тип институционального дискурса, дискурсивное пространство, которое организовано по принципу поля и состоит из системы дискурсивных разновидностей, объединённых прежде всего  общностью спортивной тематики и концептуальных доминант.

       Предметом диссертационного исследования являются концептуальные доминанты русского спортивного дискурса, описанные с точки зрения способов вербально-невербальной организации спортивного дискурса; дискурсивные языковые личности субъектов русского спортивного дискурса.

       Цель данной работы – комплексное лингвокогнитивное исследование русского спортивного дискурсивного пространства.

       Поставленная цель обусловливает решение следующих конкретных задач:

        уточнить понятие дискурс и определить понятия дискурсивное пространство, спортивное дискурсивное пространство (спортивный дискурс); выявить и охарактеризовать соотношение понятий медиадискурс, спортивный дискурс, спортивный медиадискурс, спортивный журналистский дискурс;

        обосновать методику выявления концептуальных доминант дискурса, систематизировать и описать базовые концепты русского спортивного дискурса;

        выявить идеологические характеристики исследуемого дискурса и установить наличие в нём идеологически маркированных концептуальных доминант; выявить и проанализировать когнитивные стереотипы, репрезентирующие компоненты базовых концептов русского спортивного дискурса;

        разработать методику тезаурусного описания лексико-семантической репрезентации концепта в дискурсе;

        составить тезаурус лексических репрезентантов концептуальных доминант русского спортивного дискурса  и исследовать лексико-семантическую специфику объективации названных доминант в русском спортивном журналистском дискурсе;

        теоретически обосновать выделение видов концептуальных моделей – метафорических и метонимических,  определить и охарактеризовать понятие концептуальная метонимическая модель, описать доминантные концептуальные метафорические и метонимические модели русского спортивного дискурса;

        определить понятие дискурсивная языковая личность и разработать коммуникативную типологию дискурсивных языковых личностей спортивных комментаторов, описать основные коммуникативные типы дискурсивных языковых личностей спортивных комментаторов.

       Эмпирическую базу исследования составили печатные и интернет-тексты, а также переведённая в текстовую форму устная телевизионная речь, которая – в зависимости от конкретных исследовательских задач - рассматривалась и как автономное речевое произведение, и как вербальный компонент креолизованного текста.

       Важнейшим критерием  отбора текстов являлся тематический критерий – этот подход определяется нашим пониманием самого феномена спортивного дискурсивного пространства (спортивного дискурса).

       При этом характеристики канала передачи информации в рамках русского спортивного дискурса (печать, радио, телевидение, интернет) не являются для данной работы определяющими или значимыми.

       Для реконструкции фрагмента советской идеологической картины мира, связанной со спортивной сферой, использовались тексты спортивных репортажей советского периода, интервью со спортсменами, тренерами и политическими деятелями, посвящённые советскому спорту, тексты мемуаров советских спортсменов и тренеров, а также тексты документальных фильмов, аналитических статей и монографий, в содержании которых эксплицировано представление субъектов русского спортивного дискурса о специфике когнитивного феномена ‘Советский спорт’.

       I. Телевизионные тексты:

       1. Документальные фильмы и документальные циклы «Живая легенда. Виктор Тихонов» (НТВ); «Особенности национального хоккея» (Первый канал), «Олимпиада как шоу» («Россия-Спорт»); «Собрание Олимпийских сочинений» («Россия-Спорт»); «Петля Корбут» (Первый канал); «Прерванное танго. Пахомова и  Горшков» («Россия»); «Испытание Пекином. Год спустя» (Первый канал); «Вячеслав Фетисов. Полвека славы» (Первый канал); «Вячеслав Быков. В атаку!» (Первый канал); «Раскаленный пьедестал» (Первый канал); телевизионный рекламный ролик об Олимпиаде 2014 «Мы такие» (Первый канал, Россия, Россия-2); «Из истории белых Олимпиад» («Россия-2»).

       2. Телевизионные репортажи хоккейных матчей чемпионата КХЛ 2008-2009 гг.; чемпионата мира по хоккею 2009 г.; чемпионата мира по футболу 2006 г.; чемпионата Европы по футболу 2008 г.; футбольного матча между командами ЦСКА (Россия) - Вольфсбург (Германия) (НТВ, 25.11.2009); хоккейного матча «Сборная СССР – Сборная Мира» на Красной Площади (Первый канал);  чемпионата мира по фигурному катанию 2009 г.; Кубка Дэвиса по теннису 2007 г.; футбольные и хоккейные репортажи разных лет с комментариями Н.Озерова, К. Махарадзе, В. Маслаченко, В. Гусева, В. Уткина, Г. Черданцева.

       3. Телевизионные программы 2006-2010 гг. «Неделя спорта» («Россия-2»- «Спорт»); Дневник чемпионата мира по хоккею»  («Спорт»);  «Сборная России. А. Морозов и И. Ковальчук» («Спорт»); «Футбольный клуб» (НТВ+); «Герой дня» с Антоном Хрековым. А. Проханов» (НТВ); «Пока все дома» с В. Третьяком (Первый канал); «Школа  злословия». Татьяна Тарасова (НТВ); «Сегодня» (НТВ); «Неделя с Марианной Максимовской» (Рен-ТВ); «Время» (Первый канал).

       4. Телевизионные интервью Д.А. Медведева, В.В. Путина, А.Тищенко, Л. Латыниной, С. Журовой, В. Быкова, Н. Дурманова, В. Третьяка, Т. Тарасовой и др.

       II. Тексты печатных СМИ (2001-2010гг.): журналы  «Русский репортер»,  «Time», «Русский Newsweek», «ProSport», журнал-телегид «ТелеШоу», «Esquire»;  газеты «Спорт-Экспресс», «Советский Спорт», «Известия», «Новые известия», «Аргументы и факты», «Российская газета», «Коммерсантъ», «Комсомольская правда».

       III. Тексты интернет-СМИ: блоги журналистов газеты «Спорт-Экспресс» Е. Федякова, Е. Дзичковского, Е. Вайцеховской, И. Рабинера, С. Маламуда; тексты интернет-конференции Е. Вайцеховской; тексты блога В. Уткина «Записки Амбидекстера» и интернет-конференции В. Уткина; материалы сайтов Sport.ru, Чемпионат. ру, Sportbox.ru, livesport.ru, Kachkov.net, сайта Российского союза биатлонистов http://www.biathlonrus.com, сайтов «Медико-биологическое обеспечение» http://sportmedru.blogspot.com и «Спортивная медицина» http://www.sportmedicine.ru, Утро. ru, Lenta.ru, официального сайта партии «Единая Россия» http://er.ru/index.shtml.

       Научно-методологическую основу диссертационного исследования составили труды отечественных и зарубежных филологов, философов, психологов, социологов, культурологов, теоретиков журналистики.

       Прежде всего автор опирался на  теоретические исследования в области семантики, лексикологии, стилистики и грамматики Ю. Д. Апресяна, В.В. Виноградова, Н.И. Клушиной, В.И. Конькова, Э.В. Кузнецовой, Н.А. Кузьминой, Л.П. Крысина, О.А. Лаптевой, М.П. Одинцовой, О.Г. Ревзиной,  Е.Н. Ремчуковой, С.И. Сметаниной, Г.Я. Солганика, В.Н. Телия, А.А. Шахматова и др.; на исследования в области лингвокультурологии и философии языка  Р. Барта, М.М. Бахтина, Н.А. Бердяева, И.Т. Вепревой, С.Г. Воркачёва, Г.Ч. Гусейнова, В.В. Колесова, Н.А. Купиной, Ю.М. Лотмана, Ю. Е. Прохорова и И.А. Стернина,  П. Рикёра, Н.И. Толстого и мн. др;  на работы отечественных и зарубежных когнитологов Н.Д. Арутюновой, А.Н. Баранова, Э. В. Будаева, Л.О. Бутаковой, В.В. Красных, Е.С. Кубряковой, Дж. Лакоффа и М. Джонсона, М. Минского, З.Д. Поповой и И.А. Стернина, Ю.Е. Степанова, А.П. Чудинова и мн.др.; на работы в области  теории дискурса  Н.Ф. Алефиренко Р. Водак, М.А. Гавриловой, Т. А. ван Дейка, В.И. Карасика, Е.А. Кожемякина, В.М. Лейчика, М.Л. Макарова, Г.Н. Манаенко, М.Ю. Олешкова, А.В. Олянича, П.  Серио, М. Фуко, В.Е. Чернявской, Е.И. Шейгал и мн.др.; на исследования в области  жанрологии, прагмалингвистики и лингвоантропологии А. Вежбицкой, Т.Г. Винокур, В.В. Дементьева, О.С. Иссерс, Ю.Н. Караулова, Л.Б. Никитиной, Н.В. Орловой, О.Б. Сиротининой, К.Ф. Седова, Т.В. Шмелёвой и др.; наконец, на работы современных философов, культурологов, теоретиков журналистики, лингвистов, посвящённые анализу разных аспектов спортивного языка и спортивного дискурса М.Б. Бергельсон,  Н. Блейна, Р. Бойла, Х.У. Гумбрехта, И.Е. Дубчак, А.А. Елистратова, В. Зверевой, Б.А. и А.Б. Зильбертов, П. Истрате, О.А. Казённовой, Р.А. Каримовой и Е.Н. Александровой, И.Г. Кожевниковой, С. Кудрина, К. Леша, В.Р. Магнутовой, У. Моргана, И.И. Новиковой, О.А. Панкратовой, Ю.Б. Пикулевой, М.Ю. Прозуменщикова, Н.А. Пром, К.В. Сняткова, С.В. Шарафутдиновой, И.М. Юрковского, R. Boyle, R.Haynes, D. Rowe, D.  Zillmann, J. Bryant, B. S. Sapolsky и мн. др.

       Степень научной разработанности проблемы и научный контекст исследования.

       Развитие лингвистической науки на современном этапе характеризуется поиском нового интегрального подхода, формированием новых парадигм знания, предполагающих отход от идей структурной парадигмы.

       Е.С. Кубрякова впервые в отечественной лингвистике констатировала, что в основе интегральной парадигмы лежит когнитивно-дискурсивный подход к языку и языковым объектам, заключающийся в комплексном междисциплинарном исследовании языковых феноменов с учётом взаимодействия различных лингвистических областей, при котором в качестве основополагающих рассматриваются две функции языка - когнитивная и коммуникативная и согласно которому целью исследования является изучение этих функций «в постоянном взаимодействии и согласовании друг с другом» (Кубрякова 2001).

       Одной из составляющих названного подхода, несомненно, является лингвокогнитивный, или – в иной терминологии – лингвоконцептуальный  анализ дискурса, теоретическое обоснование которого является сегодня содержанием работ многих современных лингвистов.

       Вообще в современной отечественной и зарубежной традиции выработано достаточное количество методов и методик дискурс-анализа разного типа, предложены модели описания отдельных типов дискурсов.

В.И. Карасик  (Карасик 2004) в рамках лингвокультурологии, лингвистики текста и дискурса, социолингвистики обосновал, используя метафору «языкового круга» В. фон Гумбольдта,  взаимообусловленность личности, дискурса и концепта и предложил весьма востребованную и продуктивную модель анализа дискурсов институционального типа. Данная модель включает описание следующих дискурсообразующих признаков коммуникативного и культурологического характера: типовые участники коммуникации, хронотоп, цели, ценности, стратегии, жанры, прецедентные тексты и дискурсивные формулы.  Предложенная В.И. Карасиком модель описания институционального дискурса реализована в монографическом исследовании религиозного дискурса (Бобырева 2007), где в качестве предмета изучения рассматриваются базовые ценности религиозного дискурса, системообразующие концепты, дискурсообразующие жанры, типовые коммуникативные стратегии.

Лингвокогнитивная парадигма, наряду с семиотической, становится сегодня основополагающей для описания политического дискурса. В работах исследователей названного типа дискурса (В.З. Демьянкова, Е.И. Шейгал, А.П. Чудинова и мн. др.), который, как будет указано ниже, имеет множество «точек соприкосновения» с дискурсом спортивным, констатируется, что когнитивный метод описания дискурса, или лингвокогнитивный анализ дискурса, позволяет выяснить, как в совокупности текстов дискурса, «в лингвистических структурах» (М.В. Гаврилова), репрезентированы структуры знаний человека о мире вообще и об определённой сфере человеческой деятельности в частности. В связи со сказанным уместно процитировать следующее утверждение  М.Ю. Олешкова:  «...в рамках реальной дискурсивной практики концепт выступает интегративным элементом в отношении сознания, культуры и языковой системы в целом» (Олешков 2009).

Однако, несмотря на активное использование элементов лингвокогнитивного анализа при исследовании дискурсов разных типов, нельзя не отметить, что, во-первых, в соответствующих работах далеко не всегда именно когнитивная специфика дискурса становится основным объектом исследования, а во-вторых, задачи такого анализа и его методология сегодня отличаются крайней разнородностью и «мозаичностью».        

       В связи с этим нам кажется весьма важным  и своевременным предложить модель лингвокогнитивного исследования одного из типов институциональных дискурсов, базовой предпосылкой которой становится определяющий характер когнитивных процессов в дискурсивной деятельности, а следовательно, первостепенной задачей такого описания дискурса становится выявление и анализ его концептуальных доминант, моделирование соответствующих этим доминантам фрагментов  картин мира адресантов и адресатов дискурса, а также исследование своеобразия отражения концептуальных доминант в текстах, эксплицированных в дискурсе.

       Поскольку объектом настоящей диссертационной работы является русский спортивный дискурс, то необходимо подробнее осветить вопрос о степени его изученности в отечественной лингвистике вообще и о сложившихся традициях его исследования в частности.

       «Спорт занимает все более важное место в культуре современных обществ, соответственно возрастает и значение научных исследований в этой области» - под этим утверждением Н. Блейна и Р. Бойла (Блейн, Бойл 2005) сегодня готово подписаться всё большее количество ученых-гуманитариев, и в том числе лингвистов, хотя еще недавно о разноаспектном и – что важно – комплексном изучении сферы спортивной коммуникации в рамках современной лингвистической парадигмы говорить не приходилось.

       Впрочем, специфика спортивной терминосистемы, прежде всего с точки зрения особенностей этимологии и лексикографического описания, стилистические особенности спортивных репортажей  и речи спортивных комментаторов изучаются достаточно давно (Авакова 1976, Голуб 1989, Гынин 1988, Емчук 1976, Исабаева 1987, Молдатыев 1969, Солганик 1989, Юрковский 1988 и мн.др.), и современные создатели словарей спортивной лексики и терминологии, исследователи лексики и фразеологии спорта вообще и отдельных его видов в частности, в том числе в сопоставительном аспекте и на материале разных языков, а также особенностей языка и стиля публицистических статей на спортивную тему и речи спортивных комментаторов, во многом опираются на сложившиеся традиции стилистического, лексико-семантического и лексикографического описания спортивной сферы (Богословская, 2002, Буляж 1998, Голодов 1999, Елистратов 2010, Казённова 2009, Кожевникова 2004, Попов 2003, Трубченинова 2006 и мн. др.).

       Кроме того, сегодня весьма активно анализируется прагмастилистическое своеобразие жанровой системы спортивной журналистики, причём анализируются не только базовые жанры – телевизионный репортаж, телевизионный комментарий или аналитическая статья, описанные в том числе с учётом специфики отдельных видов спорта, но и новые «нетипичные жанры», связанные со спортивными шоу или спортивной интернет-коммуникацией (Дубчак, 2006, 2007, Истрате 2006, Панкратова 2005, Пром 2008, Снятков 2008, Шарафутдинова 2010 и др.).

       Разумеется, с точки зрения когнитивно-дискурсивной парадигмы современных лингвистов стали интересовать актуальные вопросы определения границ спортивного дискурса, взаимодействия спортивного дискурса  с другими дискурсами, характеристики дискурсивных признаков и категорий, а также концептуальной и лингвосемиотической специфики спортивного дискурса (А.Б. Зильберт, Б.А. Зильберт, И.Е. Дубчак, И.Г. Кожевникова, Ю. Б. Пикулева, О.А. Панкратова, К.В. Снятков  и др.).

       Наконец, спорт  - прежде всего в работах культурологов, философов, социологов  - исследуется как культурное явление и философский феномен, как сфера репрезентации гендерных и национальных стереотипов, как часть современного медиадискурса (Бергельсон 2006, Гумбрехт 2009, Зверева 2006, Леш 2006, Морган 2006, Новикова 2002, Попов 2003, Прозуменщиков 2004, Харрис 2002, Boyle, Haynes 2000, Rowe 1999,  Zillmann, Bryant,  Sapolsky 1979 и др.).

       Подчеркнём, что в подавляющем большинстве собственно лингвистических работ, так или иначе затрагивающих сферу спортивной коммуникации или специфику спортивного подъязыка,  превалирует лингвостилистический и коммуникативно-прагматический подход и, следовательно, соответствующие методы к описанию избранного объекта, базирующиеся на разном по объёму и качеству языковом материале, кстати говоря, часто иноязычного характера (см., например, диссертационные работы О.А. Панкратовой, С.В. Шарафутдиновой, А.А. Трубчениновой и др.).

       Лингвистов интересует специфика ролей и отношений коммуникантов спортивного дискурса, лингвостилистические и риторические черты центрального жанра спортивного дискурса – спортивного репортажа / спортивного телевизионного комментария.

       Предметом исследования становятся особенности современной спортивной терминологии, спортивного жаргона и сленга, специфика процессов заимствования и освоения иноязычных терминов в спортивной сфере.

       Описание когнитивной специфики спортивного дискурса занимает меньшее место в современных лингвистических исследованиях. Впрочем, справедливости ради следует заметить, что попытки выделения концептуальных доминант дискурса и анализа их языковой репрезентации характеризуют некоторые диссертационные исследования (К.В. Сняткова, О.А. Панкратовой, И.Е. Дубчак), но они не являются в них основополагающими или определяющим; более того – в такого рода исследованиях не ставится задача последовательного описания реализации концептуальных доминант в дискурсе и рассмотрения «дискурсивно-коммуникативной» (М.Ю. Олешков) обусловленности специфики концепта.

       Таким образом, можно констатировать, что, несмотря на стремительно увеличивающееся количество работ разного уровня, посвящённых сфере спортивной коммуникации,  до сих пор не было проведено исследований, где бы в более или менее значительных хронологических рамках и на разнообразном и разноплановом языковом материале системно описывалась когнитивная и лингвокультурологическая специфика современного русского спортивного дискурса, где бы происходила «реконструкция» фрагмента действительности, строящегося «по ходу развёртывания дискурса» (Демьянков 1982).

       Методы и методики исследования.

       В связи с поставленной целью диссертационной работы основополагающим методом данного исследования является концептуальный анализ, который осуществляется путём синтеза когнитивного, лингвокультурологического и прагмастилистического подходов.

       В методологическом арсенале исследования представлены методы и методики, учитывающие особенности объекта и предмета исследования и в каждом случае предопределённые конкретными задачами: 1) общенаучный гипотетико-дедуктивный метод; 2) метод интерпретации текстов различных научных парадигм, обусловленный необходимостью осмысления сущности анализируемого явления; 3) интроспекция; 4) описательный метод, включающий непосредственное наблюдение, анализ, сопоставление, классификацию и интерпретацию языковых фактов; 5) методы лингвистического моделирования, а именно: фреймовый анализ, когнитивное моделирование структуры концепта, конструирование лексико-семантических полей; 6) методики структурно-семантического, компонентного, контекстно-ситуативного, лингвостилистического, прагматического, типологического, композиционного анализа текстов и лексем, использующиеся в связи с анализом способов языковой объективации изучаемых концептов в дискурсе; 7) методика тезаурусного описания концептов с целью характеристики лексико-семантической специфики репрезентации концептуальных доминант дискурса.

       Научная новизна исследования заключается в следующем.

        Предпринято комплексное многоаспектное описание русского спортивного дискурса;

        Выявлена ядерно-периферийная организация спортивного дискурсивного пространства, специфика его состава и функционирования;

        Выявлены и описаны системообразующие составляющие русского спортивного дискурса, включая языковые личности спортивных комментаторов;

        Разработаны критерии описания дискурсивной языковой личности, предложена коммуникативная типология дискурсивных языковых личностей спортивных комментаторов и описаны  - в прагмастилистическом и речежанровом аспектах -  конкретные дискурсивные языковые личности субъектов спортивного дискурса;

        Выявлены и реконструированы доминантные концепты русского спортивного дискурса и исследованы концептуальные модели, в рамках которых они репрезентируются;

        Уточнено понятие идеологемы – устойчивого стереотипного концепта с преобладающим идеологически значимым компонентом – и предложено понимание когнитивного феномена ‘Спорт’ как идеологемы;

        Представлены результаты исследования репрезентации с помощью знаков разных кодов и разных текстовых форм (в том числе в креолизованном тексте) актуальной доминанты современного русского спортивного дискурса – ‘Олимпиада 2014’; охарактеризован перлокутивный потенциал рассмотренных способов экспликации концептуальной доминанты в дискурсе;

        Исследована система концептуальных метафорических моделей, посредством которых происходит интерпретация базовых концептов дискурса, в результате чего выявлена специфика метафорического моделирования соответствующего фрагмента языковой картины мира в русском спортивном дискурсивном пространстве.

        Введено и определено понятие концептуальной метонимической модели, охарактеризованы её дифференциальные признаки и доказано сущностное различие между концептуальными  метафорическими  и метонимическими моделями как принципиально разными способами категоризации действительности.

        Предложена методика анализа лексико-семантической объективации концептуальных доминант в дискурсе – методика составления и описания формально-функционального тезауруса лексических репрезентантов концепта, позволяющая исследовать особенности его языковой экспликации и сделать выводы относительно специфики функционирования концепта.         

       Теоретическая значимость диссертационной работы состоит в развитии         когнитивно-дискурсивной парадигмы исследований и их понятийно-методологического аппарата. В частности, в диссертации предложены новые подходы к определению таких значимых понятий и категорий современной дискурсологии и когнитологии, как дискурсивное пространство, границы и структура дискурса, дискурсивная языковая личность, концептуальные доминанты дискурса, операциональные единицы лингвокогнитивного анализа дискурса. Теоретически обосновано новое для когнитивной лингвистики понятие «концептуальная метонимическая модель»,  расширяющее существующие представления о концептуальном  моделировании. Кроме того, диссертационное исследование вносит определённый вклад в методологическую составляющую дискурсологии: в нём предложена методика тезаурусного описания лексических репрезентантов концепта, позволяющая делать верифицированные выводы о содержательной специфике концептуальных доминант дискурса и о своеобразии их языковой экспликации. Теоретико-методологические результаты данного диссертационного исследования могут быть экстраполированы на изучение дискурсов других типов, и, кроме того, они значимы для смежных научных дисциплин, таких как теория журналистики, прагмастилистика, медиалингвистика.        

       Практическая значимость работы  заключается в том, что полученные результаты могут найти применение в вузовских лекционных курсах по стилистике, лексикологии, лингвокультурологии, в спецкурсах по теории текста, лингвоконцептологии, основам когнитологии, медиалингвистике.

       Результаты данного диссертационного исследования использованы в практике обучения студентов в авторском курсе лекций «Специфика телевизионного дискурса», прочитанном магистрантам кафедры стилистики и языка массовых коммуникаций ОмГУ им. Ф.М. Достоевского, в авторских курсах лекций «Информационное телевидение: содержательная, коммуникативная и языковая специфика»» и «Дискурс спортивных СМИ», которые читаются на 3 и 5 курсах очного и очно-заочного отделения специальностей «Журналистика» и «Издательское дело и редактирование» филологического факультета ОмГУ им. Ф.М. Достоевского.

       Положения диссертационной работы используются в ходе руководства курсовыми и дипломными работами студентов – участников спецсеминара кафедры стилистики и языка массовых коммуникаций по медиадискурсу.        Полученные результаты использованы при создании познавательных телевизионных программ в рамках телевизионного проекта «Говорим и пишем по-русски» (ГТРК «Омск», 2007-2009 гг.) и при создании учебных телевизионных программ в рамках совместного проекта ОмГУ им. Ф.М. Достоевского и Томского государственного университета «Познавательное телевидение: от концепции к модели» (2008 г.).

       Выводы диссертации могут быть полезны практикующим спортивным журналистам для повышения профессионального мастерства.

       На защиту выносятся следующие положения:

       1.  В рамках когнитивно-дискурсивного подхода русский спортивный дискурс предстаёт как        особый тип институционального дискурса, дискурсивное пространство, которое организовано по принципу поля и состоит из системы дискурсивных разновидностей, объединённых прежде всего  общностью спортивной тематики и концептуальных доминант. Исследование спортивного дискурсивного пространства в лингвокогнитивной парадигме включает выявление системообразующих концептов дискурса,  реконструкцию их когнитивных признаков, анализ разнотипных когнитивных структур, в том числе когнитивных стереотипов, в которых репрезентируются  когнитивные признаки концептов, а также описание специфических типов языковых личностей  русского спортивного дискурса.

       2. Мегаконцепт ‘Спорт’ может быть квалифицирован как универсальная идеологема с несомненно положительным аксиологическим модусом; актуализированная практически независимо от общественно-политической ситуации в стране; сохраняющая константные, идеологически маркированные когнитивные признаки; объединяющая советскую и постсоветскую идеологические картины мира; консолидирующая современные политические и идеологические дискурсы представителей разных политических направлений.  В структуре идеологемы ‘Спорт’, которая восходит к советской политической и идеологической картинам мира, происходит реактуализация идеологических когнитивных признаков советской эпохи, а также появляются новые идеологически маркированные когнитивные признаки, обусловленные современными общественно-политическими условиями.

       3. Национально и культурологически релевантные когнитивные признаки системообразующих концептов русского спортивного дискурсивного пространства отражены в когнитивных стереотипах-суждениях. Вербализация когнитивных стереотипов осуществляется в когнитивно-пропозициональных структурах с модусами должествования, констатации и/или оценки, называющих объект или субъект характеризации. Базовыми когнитивными стереотипами-суждениями русского спортивного дискурсивного пространства являются: Русские в спорте – максималисты; Русские часто побеждают не благодаря обстоятельствам, а вопреки им; Спортивные победы для русских почти тождественны военным; Русские спортсмены – «коллективисты»; Русских в мире спорта боятся и не любят / Для победы русскому спортсмену необходимо быть наголову выше всех остальных; Победы в «большом» спорте – это высшее проявление патриотизма.

       4. Операциональными единицами исследования механизмов структурирования фрагментов картины мира являются концептуальные модели разного типа – метафорические и метонимические. Концептуальная метонимическая  модель - это  двухкомпонентная когнитивная структура, организованная по типу простого общеутвердительного (или частноутвердительного) атрибутивного логического суждения, где отношения между означаемым и означающим могут быть охарактеризованы как отношения смежности, то есть тождества, перекрещивания или субординации.





       В русском спортивном дискурсивном пространстве представлены специфические метафорические модели (‘Спорт – это театр’, ‘Спорт – это искусство’, ‘Спортивная команда – это механизм’), специфические метонимические модели (‘Спорт – это национальная идея’, ‘Спорт – это политика’), а также коррелятивные метафорические и метонимические модели, в которых формально означаемое и означающее тождественны, а содержательно принципиально различным оказывается как способ взаимодействия интерпретируемого и интерпретирующего элементов, так и способ языковой репрезентации моделей разного типа (‘Спорт – это смерть’, ‘Спорт – это война’).

       5. Репрезентация концептуальной доминанты дискурса исследуется с помощью методики  составления и описания формально-функционального тезауруса лексических репрезентантов, которая – в зависимости от специфики концептов – может рассматриваться и как самостоятельная методика исследования особенностей языковой реализации концепта, и как часть более развёрнутой процедуры, включающей выявление и описание базовых концептуальных моделей, в которых означаемым является анализируемый концепт. Настоящая методика детерминирована представлением о полевой структуре концепта. Состав лексико-семантических групп и подгрупп тезауруса отражает своеобразие узуальной и неузуальной (метафорической и метонимической) экспликации концептуальной доминанты в дискурсе и позволяет судить о содержательной специфике дискурса. 

       6. Тип дискурсивной языковой личности спортивного комментатора  определяется с учётом его коммуникативной и личностной доминанты, которая репрезентирована в дискурсивной деятельности  журналиста, в языковой (прежде всего речежанровой и прагмастилистической) специфике продуцируемых ими текстов. Выделяется семь основных коммуникативных типов языковых личностей спортивных комментаторов: комментатор–«репортёр»; комментатор–«аналитик»;комментатор–«знаток»; комментатор–«ироник»; комментатор-«балагур»; комментатор-«болельщик»; комментатор-«актёр». «В чистом виде» тот или иной коммуникативный тип спортивного комментатора почти не встречается, хотя доминирование определённых признаков характерно для дискурсивной деятельности практически каждого субъекта спортивного дискурса.

       Научно-практическая апробация диссертации.

       Основные теоретические положения и практические результаты исследования были раскрыты в материалах 15 международных и 6 всероссийских, в том числе межвузовских научно-практических конференций. Международных: «Язык средств массовой информации как объект междисциплинарного исследования» (Москва, 2008); «Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическом аспектах» (Челябинск, 2008); «Язык. – Сознание. – Культура. – Социум» (Саратов,  2008); «Актуальные проблемы современного научного знания» (Пятигорск, 2008, 2010); Коммуникативистика в современном мире: регулятивная природа коммуникации» (Барнаул, 2009); «Речевая коммуникация в современной России» (Омск, 2009); «Активные процессы в различных типах дискурса» (Москва, 2009); «Текст и контекст: лингвистический, литературоведческий и методический аспекты. XI Виноградовские чтения» (Москва, 2009); «Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическом аспектах» (Челябинск, 2010); «Медиадискурс и проблемы медиаобразования» (Омск, 2010); «Стилистика сегодня и завтра: медиатекст в прагматическом, риторическом и лингвокультурологическом аспектах» (Москва, 2010);  «Русский язык и культура в пространстве Русского мира. II Конгресс РОПРЯЛ» (Санкт-Петербург, 2010); «Речеведение: современное состояние и перспективы» (Пермь, 2010); «Когнитивная лингвистика и вопросы языкового сознания» (Краснодар, 2010). Всероссийских: «Язык. Человек. Картина мира» (Омск, 2000); «Язык и стиль современных средств массовой информации» (Москва, 2007);  «Политический дискурс в России: X Юбилейный Всероссийский семинар» (Москва, 2007);  «Язык. Человек. Ментальность. Культура» (Омск, 2008); «Актуальные проблемы теории и практики языка и литературы» (Ульяновск, 2008); «Современный русский язык: динамика и функционирование (Волгоград, 2009).

       Основные результаты исследования отражены в авторской монографии «Русский спортивный дискурс: лингвокогнитивное исследование» (Омск, 2011); в коллективной монографии «Медиадискурс: новые явления и новые подходы» (Омск, 2010), где проведена апробация предложенных в диссертации методов и методик анализа концептуальных доминант дискурса (разделы «Концепт ‘Перестройка’ как доминанта публицистического дискурса перестроечного периода (опыт тезаурусного описания)  и «Концепт ‘Криминал’ в современном телевизионном дискурсе: специфика метафорического моделирования»).

       Всего по теме диссертации опубликовано 48  научных работ общим объёмом свыше  50  печатных листов, включая 10 статей, опубликованных в рецензируемых журналах ВАК РФ.

       

       Структура и объём диссертации.

  Изложенная концепция прослеживается в структуре работы. Диссертация состоит из Введения, пяти глав, Заключения, Списка использованной литературы, включающего 418  наименований. Работа изложена на 403 страницах, включая Список использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

       Во Введении обосновывается актуальность темы; определяются изучаемые объект и предмет; формулируются цель и задачи работы; описываются научно-методологическая база, методы и методики, эмпирическая база исследования; рассматривается степень научной разработанности изучаемой проблемы и научный контекст исследования; раскрываются научная новизна, теоретическая и практическая значимость; формулируются положения, выносимые на защиту; указывается научно-практическая апробация диссертации, её структура и объём.

       Первая глава «Русский спортивный дискурс сквозь призму лингвокогнитивного описания: содержание базовых понятий, операциональные единицы и методология анализа» посвящена анализу существующих в науке представлений о дискурсе, об основных подходах к изучению институциональных дискурсов разного типа, о базовых категориях дискурса и параметрах его описания. В данной главе обосновывается лингвокогнитивная концепция исследования дискурса.

       В параграфе 1.1. «Дискурс как объект лингвистического исследования» подчёркивается неоднозначность трактовки понятия «дискурс» в разных отраслях современного языкознания и смежных с ним дисциплин, которая объясняется объективной сложностью данного феномена и многоаспектностью его описания.

А. А. Кибрик и П.Б. Паршин, обобщая существующие в гуманитарных науках подходы к феномену дискурс, связанные с  различными национальными традициями и вкладом конкретных авторов, говорят о «трёх основных классах»  употребления настоящего термина: «собственно лингвистическом», когда дискурс так или иначе соотносится с понятиями речь, текст, диалог; «публицистическом» – восходящем к пониманию французских структуралистов и постструктуралистов М. Фуко, А. Греймаса, Ж. Деррида, М.Пешё и др. и коррелирующим с понятиями стиля  и индивидуального языка; «философско-социологическом» - связанном с именем немецкого учёного Ю. Хабермаса, который ввёл этот термин для обозначения  «вида речевой коммуникации, предполагающей рациональное критическое рассмотрение ценностей, норм и правил социальной жизни» (Цит. по: Красных 2003).

Впрочем, «осложняющим обстоятельством»  для понимания «общей картины употребления термина» является то, что «все три... макропонимания (и их разновидности)» дискурса «взаимодействовали и взаимодействуют друг с другом» (Красных 2003).

Последнее замечание для нас определяющее, поскольку именно взаимодействие первых двух типов подхода к дискурсу в современных лингвистических исследованиях является наиболее частотным. 

       Г.Н. Манаенко утверждает, что в современных определениях дискурса нередко  наблюдается «подмена» терминов «дискурс – текст» и «речь-текст» и происходит «элиминация» важнейшего элемента дискурса – субъекта. 

Нам импонирует мысль М.М. Бахтина, высказанная им еще в конце 20-х годов, об отграничении «действительной реальности языка-речи» от языка как системы форм, от текста как отдельного и изолированного речевого произведения и, наконец, от текущего потока речевого произведения как психологических процессов говорения, письма, слушания и чтения» (Манаенко 2009; см. об этом подробнее также: Волошинов (Бахтин) 1993).

Думается, именно эти воззрения могут быть положены в основу представлений о содержательном своеобразии понятия «дискурс».  Если следовать логике рассуждений М.М. Бахтина (еще не употреблявшего соответствующий термин, но увидевшего суть явления), то в этом случае можно, вслед за современными исследователями, констатировать, что дискурс – это «коммуникативно-прагматическое событие социокультурного характера» (Алефиренко 2002), это своеобразное семантическое единство языковой формы, знаний и коммуникативно-прагматической ситуации, это социальная деятельность людей, в которой ведущая роль принадлежит когнитивным пространствам общающихся (Алефиренко 2002), это «устойчивая, социально и культурно определённая традиция человеческого общения» (Силантьев 2006), наконец, «это система коммуникации» (Шейгал 2004). Заметим, что в этих и других определениях дискурса отмечены его онтологические черты, однако многие дефиниции являются неоперациональными, то есть широкими и трудно применимыми при описании конкретных типов дискурсов.

В данном параграфе диссертационного исследования вырабатывается – с учётом существующих определений Т.А. ван Дейка, Ю.Н. Караулова, В.В. Красных, Г.Н. Манаенко – следующее определение дискурса: это процесс тематически обусловленного общения, детерминированного социально-историческими условиями, специфика которого отражается в совокупности текстов (в широком  - семиотическом -  понимании этого термина), характеризуемых концептуальным, речежанровым и прагмастилистическим  своеобразием.  Принятый подход к понятию «дискурс», думается, позволяет говорить о том, что наиболее показательным и эксплицирующим специфику того или иного типа дискурса объектом исследования является совокупность текстов, которые продуцируются субъектами дискурса в процессе общения в рамках какой-либо сферы человеческой деятельности.

В параграфе 1.2. «Спортивный дискурс: содержание, структура и границы понятия. Спортивное дискурсивное пространство» рассматривается круг проблем, связанных с общетеоретическими вопросами организации дискурсов институционального типа (границы дискурса, его структура и базовые характеристики, концептуальные доминанты дискурса), и эксплицируются представления о спортивном дискурсе, выработанные в ходе настоящего исследования.

       Вопрос о выделении типов дискурсов, о классификационных основаниях такого выделения и о существовании конкретных типов дискурсов вообще в современной лингвистической науке остается открытым и дискуссионным.

       «Полярная» точка зрения, отрицающая саму возможность выделения конкретных типов дискурса, представлена прежде всего в работе В.В. Красных и, судя по всему, не поддержана большинством лингвистического сообщества. Исследователь  полагает, что безусловно можно говорить лишь о «национальном дискурсе». Отдельные типы дискурса В.В. Красных трактует  лишь как «некоторые «модификации» русского дискурса, «определённым образом «адаптированные» в соответствии с той сферой, в которой он функционирует» (Красных 2003).        Заметим, что сложность, с которой сталкивается любой исследователь при определении границ того или иного «типа» дискурса, а также проблема адекватности принимаемых исследователями дискурсивных характеристик заставляет нас задуматься о большой степени правоты взглядов на дискурс В.В. Красных. Однако в последнее десятилетие основания, по которым выделяются конкретные типы дискурсов, множатся, а следовательно, всё возрастает количество описываемых дискурсов и дискурсивных разновидностей (дискурс власти, дискурс рынка, дискурс потребительской культуры, дискурс надежды и отчаяния, диалектный дискурс, общественный дискурс, сказочный дискурс, устный дискурс, патриотический дискурс и мн.др.). Однако традиционно выделяемые институциональные дискурсы (политический, спортивный, медицинский, военный, дипломатический и др.), как правило, изначально задаются темой общения  и представляют собой  сложные дискурсивные образования, дискурсивные пространства - организованные по принципу поля системы дискурсивных разновидностей, объединенные прежде всего  общностью тематики и концептуальной доминанты, репрезентированной в рамках дискурса. В некоторых институциональных дискурсах (таких как религиозный, деловой, дипломатический, военный) периферия не так «разветвлена» и обширна, как в институциональных дискурсах, где  периферия поля в определенных экстралингвистических условиях становится едва ли не более конституирующей для данного типа дискурса, чем собственно ядерная часть. К последним относится и спортивный дискурс  - спортивное дискурсивное пространство. В текстах, эксплицированных в спортивном дискурсивном пространстве, находят отражение многоаспектные проявления  деятельности человека в спортивной сфере, в том числе универсальные и национально специфические представления о спорте и его составляющих как о базовых культурологических и идеологических ценностях. В спортивное дискурсивное пространство входят дискурсивные разновидности, выделяемые по разным основаниям и критериям (тип субъектно-объектных отношений, жанрово-стилевые и прагмастилистические особенности текстов,  опосредованность/неопосредованность средствами массовой коммуникации, тип канала передачи информации и т.п.), но характеризующиеся прежде всего тематической и концептуальной общностью.

В диссертационной работе рассматривается соотношение понятий «медиадискурс» и «спортивный дискурс», «спортивный медиадискурс» и делается вывод о том, что «чистой» разновидности спортивного дискурса не существует в принципе, и её выделение будет не более чем исследовательским конструктом. Однако, по-видимому, можно  говорить о существовании  ядра, ядерной зоны спортивного дискурса - спортивного журналистского дискурса, в рамках которого наиболее полно отражается как концептуальная, тематическая и жанрово-стилевая специфика спортивного дискурса, так и его институциональный характер. Более широкое понятие «спортивный медиадискурс» включает в себя спортивный журналистский дискурс: для последнего медийность является конституирующим признаком, наряду со следующими определяющими эту разновидность спортивного дискурса критериями:  1) критерий субъекта, адресанта спортивного дискурса, выполняющего определенную социальную роль и находящегося в соответствующих статусно-ролевых отношениях с адресатами дискурса – читателями, зрителями, слушателями, пользователями Интернета; 2) критерий жанрово-стилистических характеристик продуцируемых в процессе речемыслительной деятельности текстов. Выделение  в качестве ядра спортивного дискурсивного пространства спортивного журналистского дискурса аргументировано соответствием этой разновидности дискурса большинству дискурсообразующих категорий.  Именно в спортивном журналистском дискурсе дискурсивно маркированными оказываются все основные составляющие:  условия коммуникации, цель коммуникации, субъектно-объектные характеристики общения, совокупность функционирующих в дискурсе текстов, их жанрово-стилистические и прагмалингвистические  характеристики, система репрезентированных в дискурсе концептов.

Понятие «спортивный медиадискурс» шире понятия «спортивный журналистский дискурс»: оно может включать дискурс фанатов, дискурс спортсменов и тренеров, дискурс спортивных чиновников, политиков в том случае, если их речемыслительная  деятельность, связанная со спортивной тематикой, реализуется в сфере массовой коммуникации.  Однако любая из этих разновидностей спортивного дискурса будет характеризоваться пересечением и перекрещиванием с другими дискурсами –  идеологическим, политическим и даже художественным и обиходно-бытовым.  Процесс речемыслительной деятельности на спортивную тематику, как и совокупность произведенных в результате этой деятельности текстов, могут быть не опосредованы средствами массовой коммуникации, то есть могут не входить в сферу спортивного медиадискурса, что не мешает относить их к текстам спортивного дискурса.

Определение перифериипериферийной зоны спортивного дискурсивного пространства  тоже если не проблематично, то весьма условно и в некоторых случаях дискуссионно. 

В диссертационной работе к периферии русского спортивного дискурса относятся те разновидности, которые не удовлетворяют большинству дискурсообразующих категорий и критериев и – более того – по большинству параметров должны быть отнесены к дискурсам другого типа (учебному, научному, политическому, рекламному, развлекательному, художественному, мемуарному, разговорному и пр.), но которые включаются в спортивное дискурсивное пространство согласно критериям  тематической и концептуальной общности.  Таким образом, периферийные разновидности спортивного дискурсивного пространства  - это «гибридные» дискурсивные образования, которые обладают как общими, так и специфическими чертами, детерминированными прежде всего тем типом дискурса, с которым взаимодействует спортивный дискурс.

       Характеризуя институциональность как один из базовых критериев классификации дискурсов, можно подчеркнуть, что даже в ядре спортивного дискурсивного пространства – в спортивном журналистском дискурсе – в дискурсообразующем жанре телевизионного спортивного репортажа, который в целом определяется как институциональный тип общения, обнаруживаются черты неинституционального общения, детерминированные устным характером коммуникации. Таким образом, институциональность дискурса, как правило, носит градуальный характер, эту характеристику относительно русского спортивного дискурсивного пространства нельзя считать безусловной, хотя многие его составляющие представляют собой примеры статусно-ориентированного общения, сложившегося в рамках социального института спорта. 

       Рассматривая вопрос о дискурсивной значимости специального подъязыка, обслуживающего ту или иную сферу общения, можно в определённой степени оспорить мнение некоторых исследователей (В.И. Карасика, А.Б. Зильберта), которые, в силу коммуникативного подхода к дискурсу и «жесткости» в определении статуса институционального дискурса, не рассматривают подъязык как дискурсообразующий фактор. Думается, что специфика спортивного дискурсивного пространства состоит ещё и в том, что, даже несмотря на неинституциональность некоторых его разновидностей (таких, например, как спортивный фанатский дискурс), использование специальной спортивной лексики, в том числе терминов, профессиональных жаргонов и под., в большей или меньшей степени характеризует большинство разновидностей русского спортивного дискурса. Полагаем, что следует согласиться с мнением Е.И. Шейгал, которая предлагает ввести в модель описания институционального дискурса также и подъязык, поскольку очевидно, что использование специального подъязыка при репрезентации специфической тематики и базовых концептуальных доминант может быть ещё одним показателем дискурсивной принадлежности того или иного текста.

В параграфе 1.3. «Система концептуальных доминант русского спортивного дискурсивного пространства» подчеркивается, что вопрос о концептуальной доминанте дискурса является одним из основополагающих как в когнитивной лингвистике, так и в дискурсологии, поскольку именно изучение специфики  дискурсивной реализации базовых концептуальных доминант позволяет в конечном итоге создать «ментальный прообраз» (Е.А. Селиванова) дискурсивного пространства.

В диссертации выработано следующее определение концептуальной доминанты: это базовые, «опорные», системообразующие концептуальные универсалии (концепты, концептуальные модели, когнитивные стереотипы), определяющие специфику данного типа дискурса, проявляющиеся в «когнитивной схеме» дискурса, в его «макроструктуре» (Т.А. ван Дейк, М.Л. Макаров) и «задающие» семантическое и коммуникативно-прагматическое своеобразие текстов, в которых происходит языковая объективация названных концептуальных феноменов.

       Основополагающим вопросом исследования концептуальных доминант является вопрос о методиках и процедурах, в результате которых выявляются названные доминанты. Методологическими критериями, позволяющими верифицировать вычленение системообразующих концептов дискурса, а также концептуальных моделей и когнитивных стереотипов, в которых репрезентирована специфика когнитивной структуры опорных концептов дискурса, являются следующие.

       1. Актуализация концептуальных единиц посредством частотности и разнообразия их языковой экспликации в текстах, репрезентированных в дискурсе. Названный критерий может быть условно охарактеризован как собственно языковой.

       Понятия доминанта и актуализация рассматриваются как детерминированные в лингвопоэтике (Р. Якобсон, работы учёных Пражской лингвистической школы и т.д.). И хотя мы осознаём принципиальную разницу в организации текстов, эксплицированных в спортивном, политическом и других институциональных дискурсах – с одной стороны и в художественном дискурсе – с другой, тем не менее для нас очевидно, что принципы языкового «выдвижения» концептуальных единиц в текстовом пространстве – общее содержание текста, его тематическая отнесённость, синтагматика текста, лексико-семантическое своеобразие текстов, специфика контекстуальных связей  - являются значимыми и для выявления концептуальных доминант институциональных дискурсов, подобных спортивному.

       2. Дискурсивный критерий, под которым подразумеваются типичные для данного дискурса «концептуальные векторы» (А.П. Чудинов), прагматический потенциал соответствующей концептуальной единицы в рамках дискурса,  её продуктивность и активность, обусловленность дискурсивными факторами экстралингвистического порядка, прежде всего социально-историческими, геополитическими, этнокультурными, гендерными и т.д.

       3. Понятийный критерий,  который состоит в том, что когнитивная специфика институционального дискурса определяется его понятийной сферой, как правило, «очерченной», «заданной» тематикой дискурса. Так, для политического дискурса базовым является понятийное поле «Политика» и его составляющие («фреймы» - в терминологии А.П. Чудинова):  субъекты политической деятельности, политические организации, политические институты, политическая деятельность, отношения между субъектами политической деятельности и т.д. Для спортивного дискурса базовым является понятийное поле «Спорт» и его составляющие.

       Таким образом, выявление концептуальных доминант дискурса базируется на детерминированных критериях разного порядка, которые  позволяют верифицировать выделение тех или иных концептов, концептуальных моделей, когнитивных стереотипов в качестве доминирующих в дискурсе.

       Описание концептуальных доминант дискурсов, выделенных не на тематическом основании, вполне осуществимо, однако очевидно, что специфика дискурсов такого типа определяется не системой названных доминант, а иными характеристиками, коррелирующими с основанием выделения дискурса: тип субъекта, его коммуникативная интенция, прагматические и жанровые характеристики репрезентированных в дискурсе текстов и т.д.

Безусловной доминантой русского спортивного дискурса является концепт Спорт, который в современной русской языковой картине мира  представляет собой сложнейшую многоаспектную, полифункциональную концептуальную универсалию, которая в парадигме современной когнитивной лингвистики, лингвокультурологии и лингвоконцептологии может быть охарактеризована с разных точек зрения.

       ‘Спорт’ может быть назван концептосферой – совокупностью концептов, непосредственно или опосредованно соотнесённых с соответствующим видом человеческой деятельности.

       Система концептов, входящих в названную концептосферу, весьма разветвлена и вряд ли поддается полной инвентаризации; во многом «перечень» концептов, включенных в концептосферу ‘Спорт’, детерминирован исследовательскими задачами и способен бесконечно варьироваться в зависимости от направления конкретного описания, объёма и качества рассматриваемого языкового материала.

       Так, в данную концептосферу входят концепты разного типа, соотнесенные с обозначением субъектов спортивной деятельности (‘Спортсмен’, ‘Тренер’, ‘Судья’, ‘Болельщик’, ‘Спортивный комментатор’, Спортивный чиновник’ и под.); её объектов (‘Стадион’, ‘Корт’ и под.); её атрибутов (‘Правила’); действий, характерных для спорта (‘Игра’, ‘Тренировка’, ‘Соревнование’ ‘Судейство’); спортивных событий (‘Чемпионат’, ‘Олимпиада’). В этой концептосфере выделяются концепты, весьма значимые для спортивной сферы, но характеризующие её опосредованно, эксплицирующие атрибутивные (в широком смысле этого термина) характеристики собственно спортивной деятельности как процесса или результата,  а также её основных субъектов. Такие феномены бывают представлены в неразрывном единстве оппозитивных когнитивных структур - концептов и «антиконцептов» (в терминологии С.Г. Воркачёва): ‘Честность’/ ‘Бесчестие’; ‘Патриотизм’ / ‘Отсутствие патриотизма’; ‘Мужество’, ‘Героизм’, ‘Смелость’, ‘Сила’, ‘Выносливость’, ‘Терпение’ / ‘Трусость’, ‘Слабость’; ‘Красота’, ‘Здоровье’, ‘Физическое совершенство’ / ‘Болезнь’, ‘Страдание’, ‘Смерть’;  ‘Свои’ /  ‘Чужие’; ‘Победа’ / ‘Поражение’; ‘Спортивная злость’; ‘Спортивный характер’ и под.  В концептосферу ‘Спорт’ вовлечены частные концепты, содержательная специфика которых позволяет охарактеризовать современные представления о данной сфере в массовом сознании, – это концепты ‘Бизнес’, ‘Шоу’ и пр. Составной частью концептосферы ‘Спорт’ является и частный самостоятельный концепт ‘Физическая культура’, содержание которого сегодня не объективирует даже ядерных признаков изучаемого когнитивного феномена.  Анализ текстов соответствующей тематики приводит к мысли о том, что в структуре концептосферы ‘Спорт’ важное место занимают частные концепты, посредством которых в массовом сознании эксплицируется оппозиция ‘Прошлое/Настоящее’, соотнесенная со спортивной деятельностью. Речь идет  о концептах ‘Советский спорт’, ‘Советский спортсмен’ и под., содержание которых репрезентирует чрезвычайно значимые для современных носителей языка смыслы, связанные со спортивной сферой вообще и со спортом высших достижений в частности.

       В диссертационной работе, однако, не принято употребление термина «концептосфера» применительно к когнитивному феномену ‘Спорт’, поскольку в лингвокультурологии  этот термин традиционно используется в своём исконном значении, приданном ему Д.С. Лихачёвым: концептосфера – это совокупность концептов «языка нации», в которой концентрируется «культура нации». 

       О ‘Спорте’ можно говорить как о сложно организованном, многомерном, внутренне расчлененном культурном концепте, или о мегаконцепте, в структуре которого выявляются взаимообусловленные, взаимосвязанные, диффузные частные концепты. Однако и в этом случае следует подчеркнуть, что методы и методики исследования данной когнитивной единицы обусловливаются избранным аспектом описания.

       Акцентируя внимание на идеологической  составляющей в когнитивной структуре феномена ‘Спорт’, можно рассмотреть этот феномен как универсальную идеологему, относящуюся к мегаконцептам или даже (в терминологии З.Д. Поповой и И.А. Стернина) к концептам-гештальтам, поскольку содержательно она вбирает в себя целостный  комплекс когнитивных универсалий, представленных в языковом сознании и эксплицированных в языке.

В диссертационной работе феномен ‘Спорт’ прежде всего интерпретируется как мегаконцепт, структура которого исследуется посредством выявления и описания базовых концептуальных моделей разного типа. Кроме того, предпринято лингвокультурологическое описание  мегаконцепта ‘Спорт’ как универсальной идеологемы, причём важнейшим аспектом анализа является исследование таких операциональных единиц концептуального характера, как  когнитивные (ментальные) стереотипы, в которых репрезентирована этнокультурная специфика изучаемой доминанты спортивного дискурсивного пространства.

Данный подход определяет дальнейшую логику описания концептуальных доминант русского спортивного дискурсивного пространства. 

В частности, исследована лингвокогнитивная специфика концептов, которые «напрямую» могут не эксплицировать спортивную специфику, но в которых реализуются специфические представления субъектов дискурса о морально-нравственной стороне спортивного состязания, о базовых характеристиках спортивного соревнования, об основополагающих ценностях спортивной деятельности. Важнейшими и определяющими «духовную» специфику спортивной сферы являются концепты Патриотизм и Победа /Поражение, а также концептуальная архетипическая оппозиция ‘Свои / Чужие – и именно специфика репрезентации названных концептуальных доминант лингвокультурного характера в текстах русского спортивного журналистского дискурса стала предметом анализа в диссертации.

Параграф 1.4. «Концептуальный анализ дискурса: методология и операциональные единицы исследования» посвящён обоснованию актуальности лингвокогнитивного описания дискурса и характеристике основных операциональных единиц такого анализа: когнитивному стереотипу, концептуальной модели, лексическим репрезентантам концепта.

Традиция монографического описания определённого типа институционального дискурса в лингвокогнитивной парадигме находится в стадии активного становления, а вопрос о релевантности именно когнитивно-дискурсивной парадигмы исследования дискурса, об описании дискурса в соответствии со схемой «от смысла – к форме», «от когнитивной специфики дискурса – к дискурсивному (в том числе языковому) своеобразию ее воплощения» сегодня является одним из самых актуальных в лингвоконцептологии и  дискурсологии, поскольку, с одной стороны, «динамичность как свойство концепта заключается в дискурсивно-коммуникативной обусловленности его реализации в дискурсе» (Олешков 2009), а с другой – именно своеобразие системы концептуальных доминант, объективированных в дискурсивном пространстве, позволяет сделать адекватные выводы о специфике изучаемого типа институционального дискурса.

Описание  картины мира, репрезентированной в дискурсе, невозможно без учёта специфики языковой личности, и поэтому логическим продолжением лингвокогнитивного исследования дискурса является анализ когнитивно-дискурсивной деятельности базовых субъектов дискурсов институционального типа. Целью такого исследования становится моделирование дискурсивной языковой личности, специфика которой, с одной стороны, определяется дискурсивными факторами, но с другой – детерминируется личностными особенностями адресанта (субъекта) дискурса. Сказанное чрезвычайно актуально для большинства институциональных дискурсов, и в том числе для спортивного, поскольку языковая личность спортивного журналиста / спортивного телевизионного комментатора – это многоплановый феномен, конституирующие черты которого репрезентативны в том числе и при описании жанровой и речежанровой специфики дискурса.

В качестве операциональной единицы лингвокогнитивного исследования дискурса в диссертационной работе рассматриваются когнитивные (ментальные) стереотипы.

       В.В. Красных, рассуждая о понятии «русское культурное пространство», подчёркивает, что в него входит «всё многообразие знаний и представлений носителей русского ментально-лингвального комплекса», а также «стереотипы (стереотипы-образы и стереотипы-ситуации) и культурно значимые фреймы» (Красных 2003). Говоря об опорных, системообразующих концептах дискурсов институционального типа, в том числе спортивного, следует подчеркнуть, что в широком смысле практически каждый концепт такого рода обладает        культурологической спецификой, которая включает и специфику национальную, определённую факторами и внелингвистического, и собственно языкового  порядка.

В связи с  изучением когнитивных стереотипов чрезвычайно актуальным является многоплановое понятие национального менталитета, который «в широком смысле … понимается как образ мыслей, система навыков и установок различных социальных групп» (Вепрева 2002), как «национальный способ восприятия и понимания действительности, определяемый совокупностью когнитивных стереотипов нации» (Прохоров, Стернин 2006). Менталитет нации обнаруживается в «определенной стандартности поведения, действий представителей этнической группы в сходных ситуациях, а также в общении, в коммуникативном поведении народа» (Прохоров, Стернин 2006), иными словами, «в основе мировидения и мировосприятия каждого народа лежит своя система предметных значений, социальных стереотипов, когнитивных схем» (Леонтьев 1993). Национальный менталитет и «этническая обусловленность» мировосприятия обнаруживает себя в том числе в некоторой стандартности и однотипности представлений и, следовательно, суждений,  касающихся различных аспектов жизни и деятельности человека, оценки событий и фактов как исторического, так и современного характера. Кроме того, национальный менталитет проявляется в оценке значимости или незначимости тех или иных сфер человеческой деятельности представителями национально-лингво-культурного сообщества.

Понятие «когнитивный (ментальный) стереотип» неразрывно связано с понятием «концепт»: именно в стереотипах отражается «интерпретация» тех или иных базовых концептов, которая задается всей совокупностью бытовых, социально-экономических, социально-политических, исторических, природных, этнических,  культурологических факторов. Концепты и их стереотипные интерпретации и составляют по сути национальную когнитивную картину мира (Прохоров, Стернин 2006), и в этом смысле когнитивные стереотипы, наряду с концептами, могут рассматриваться в качестве концептуальных доминант дискурсов институционального типа и определять их когнитивную специфику.

Когнитивный стереотип -  это «содержательная форма кодирования и хранения информации» (Красных 2002), «некий устойчивый фрагмент картины мира, хранящийся в сознании» (Вепрева 2002). Он характеризуется относительной устойчивостью и повторяемостью, схематичностью, стандартизированностью, однозначностью, массовостью, оценочностью, национально-культурной спецификой. Утверждая, что «сознание человека всегда этнически обусловлено» (Леонтьев 1993), можно говорить и о том, что практически любой когнитивный стереотип, который «интерпретирует» содержательную структуру концептов, обладает – в большей или меньшей степени – этнокультурной спецификой, проявляющейся в отражении особенностей  мировидения и мировосприятия национально-лингво-культурного сообщества. Однако вовсе не в каждом дискурсивном пространстве названные когнитивные феномены эксплицируются так явно и частотно и с таким языковым разнообразием, как это происходит в спортивном дискурсе, поскольку, «модели освещения в СМИ спорта становится источником – возможно, уникальным источником – информации о том, каковы наши убеждения и мнения, какова наша культура в широком смысле этого слова» (Блейн, Бойл 2005).

В связи с предложенной в диссертационной работе методикой  анализа национально и культурологически релевантных когнитивных признаков универсальной идеологемы ‘Спорт’ посредством выявления и описания когнитивных стереотипов, интерпретирующих названный феномен, выделена специфическая разновидность стереотипов-представлений (термин В.В. Красных) - стереотипы-суждения, которые определяются как схематичная, типизированная, национально маркированная интерпретация содержания абстрактных концептов, прежде всего этических и  идеологических. Стереотипы-суждения – это своего рода стереотипные модели, некоторая область пересечения стереотипных частей базовых концептов дискурса. Применительно к русскому спортивному дискурсу можно  говорить о «пересечении» содержательной структуры доминирующих концептов ‘Спорт’, ‘Победа/Поражение’, ‘Спортсмен’, ‘Свои/Чужие’ и т.д. В  определённом смысле стереотипы-суждения (стереотипные модели) коррелируют с более широким понятием «концептуальная модель», хотя, безусловно, и не тождественны ему.

Метаязык описания когнитивных стереотипов-суждений состоит в формулировке «этической максимы» (Н.А. Кузьмина) - высказывания, в котором отражена семантическая специфика выделенного стереотипа. Названное высказывание характеризуется модусами должествования, констатации и/или оценки и представляет собой когнитивно-пропозициональную структуру, называющую объект или субъект характеризации и его доминирующий признак (признаки). Лексическими и лексико-синтаксическими маркерами когнитивных стереотипов в тексте являются частотно повторяемые, отчасти клишированные высказывания, коррелирующие с пропозициональной структурой формулировки стереотипа, и разнообразные сегменты текста (словосочетание, предложение, несколько взаимосвязанных предложений), в которых репрезентируется содержательная структура стереотипа.

В настоящем параграфе разработана методика составления и описания формально-функционального тезауруса лексических репрезентантов, посредством которых  вербализуется концептуальная доминанта дискурса. Данная методика коррелирует с по'левыми описаниями специфики лексико-семантической организации текста и детерминирована представлением о полевой структуре концепта. Поскольку языковая объективация концепта в тексте и дискурсе происходит прежде всего на лексико-семантическом уровне, полагаем, что элементы ядра и периферии поля концепта реализуются в лексико-семантических группах лексем – лексических репрезентантах, заданных семантикой концепта. Термин «лексические репрезентанты» понимается в широком значении, так как если формальный тезаурус лексических репрезентантов концепта  представлен группами лексем, которые манифестируют содержание концепта непосредственно, узуально,  то функциональный тезаурус лексических репрезентантов концепта представлен лексическими единицами, опосредованно, метафорически и метонимически,  объективирующими концепт. Функциональный тезаурус лексических репрезентантов концепта отражает специфику интерпретационного поля концепта и эксплицирует прагматические составляющие семантики исследуемого концепта, эксплицированного в определенном типе дискурса. «Закрытость» или принципиальная «открытость» формально-функционального тезауруса лексических репрезентантов концепта находится в прямой зависимости от типа дискурса, в котором объективируется концептуальная доминанта. Так, для художественного дискурса характерна закрытость тезауруса, а значит, релевантен такой показатель словаря, как частотность. Для публицистического, спортивного и других подобных типов дискурсов важным, определяющим  критерием тезауруса является его принципиальная открытость,  незамкнутость, динамичность. Количественный и  качественный состав выделяемых исследователем лексико-семантических подгрупп формально-функционального тезауруса лексических репрезентантов концепта является не константным и единообразным, а вариативным и специфическим относительно описания лексической репрезентации тех или иных когнитивных единиц. Важнейшей частью исследования лексико-семантической специфики реализации концепта является собственно прагмалингвистический комментарий, в котором анализируются лексико-семантические, стилистические и  - отчасти - грамматические  особенности составленного формально-функционального тезауруса.

В диссертационной работе доказывается, что объективно сосуществуют различные способы познания, освоения и понимания действительности -  метафорические и  метонимические, неметафорические, рациональные по своей сути, основанные на  логических методах обнаружения связи между концептами, между означаемым и означающим.  Утверждается необходимость исследования специфических для каждого из названных способов когнитивного освоения действительности механизмов структурирования фрагментов картины мира, соотнесенных с тем или иным концептом и репрезентированных в разных дискурсах. Операциональными единицами описания такого рода механизмов являются концептуальные модели разного типа метафорические и метонимические, посредством которых объективируются концепты  в зависимости от специфического способа осмысления их «содержательного объёма». Под концептуальной метафорической моделью в данной работе понимается двухкомпонентная когнитивная структура, где отношения между означаемым и означающим, «областью цели» и «областью источника» строятся на основе метафорического принципа подобия. В качестве методики описания концептуальных метафорических моделей с означаемым - базовым концептом спортивного дискурсивного пространства - избрана методика исследования языковой репрезентации фреймово-слотовой структуры метафорической модели, поскольку именно она объективно отражает как специфическую процедуру обработки названных структур знаний, так и результат метафорического моделирования концепта носителями языка, эксплицированный в текстах. Под концептуальной метонимической  моделью (термин предложен Н.А. Кузьминой) в данной работе понимается двухкомпонентная когнитивная структура, организованная по типу простого общеутвердительного (или частноутвердительного) атрибутивного логического суждения («S – это P», «S есть (суть) P»), где отношения между означаемым и означающим, «субъектом» и «предикатом»  могут быть охарактеризованы как отношения смежности в широком понимании этого термина, а именно как отношения тождества (эквивалентности), перекрещивания (частичного тождества) или субординации (подчинения объема понятий).  Методика лингвокогнитивного анализа концептуальных метонимических моделей включает несколько этапов, а именно: выявление доминантных для данного типа дискурса метонимических концептуальных моделей; лексико-семантический, в том числе компонентный, текстовый, прагмастилистический, композиционный  анализ специфики вербальной и лексико-синтаксической репрезентации изучаемой когнитивной структуры в текстах; выделение  концептуальных признаков в полевой структуре концепта-означаемого, обусловленных особенностями взаимодействия понятийных областей означаемого и означающего (субъекта и предиката). Термины «означаемое» и «означаемое» употребляются в настоящем диссертационном исследовании в значении, отличном от семиотического понимания: означаемое здесь – это «тема, понятие, подвергаемое… интерпретации» (Кузьмина 1999), означающее – это «некоторое обобщение, накопленный опыт, совокупность данных» (Арутюнова 1988).

       Во второй главе «Спорт как универсальная идеологема. Этнокультурная специфика концептуальных доминант русского спортивного дискурса сквозь призму когнитивных стереотипов» рассматривается круг теоретических вопросов, связанных с определением лингвокогнитивного статуса идеологемы, предлагается типология идеологем, определяются подходы к лингвокультурологическому описанию идеологемы, анализируется лингвокультурологическая и национальная специфика идеологем ‘Спорт’ и ‘Олимпиада 2014’.

В параграфе 2.1. «Идеологема» обсуждается вопрос о соотношении феноменов «идеология» и «идеологема», анализируются представления философов, культурологов, социологов, лингвистов об идеологеме, вырабатывается дефиниция названного понятия.

       Под идеологемой в диссертации понимается единица когнитивного уровня - особого типа многоуровневый концепт, в структуре которого (в ядре или на периферии) актуализируются идеологически маркированные концептуальные признаки, заключающие в себе коллективное, часто стереотипное и даже мифологизированное  представление носителей языка о власти, государстве,  нации, гражданском обществе, политических и идеологических институтах. Идеологема как ментальная единица характеризуется национальной специфичностью, динамичностью семантики, повышенной аксиологичностью, частотностью и разнообразием способов репрезентации знаками различных семиотических систем,  прежде всего языковой. Идеологемы репрезентируются не только в базовых дискурсах (идеологическом, политическом, информационно-массовом, публицистическом), но и в других типах дискурсов: рекламном, спортивном, учебном, научном, религиозном, развлекательном, бытовом. В разряд идеологем в разные периоды  существования государства могут попадать концепты, содержательно не связанные с идеологической или политической сферой жизни. Это происходит в случае выделения в структуре данного концепта идеологически маркированного признака/признаков (последним примером такого рода когнитивных процессов является идеологизация концепта ‘Олимпиада 2014’, который может быть назван новоидеологемой).

Рассмотрев существующие в современной отечественной лингвистической науке подходы к типологии идеологем, можно предложить классификацию изучаемого феномена по нескольким основаниям. С точки зрения сферы употребления и понимания носителями языка выявлены идеологемы общеупотребительные/понимаемые по-разному, общеупотребительные/понимаемые одинаково,  ограниченного употребления/понимаемые одинаково. С учетом прагматического компонента (оценочного потенциала, специфики  восприятия носителями языка, в т.ч. представителями разных политических партий) могут быть выделены идеологемы с положительным аксиологическим модусом, с отрицательным аксиологическим модусом, со смешанным аксиологическим модусом. С точки зрения актуальности/неактуальности идеологемы в современной идеологической картине мира охарактеризованы идеологемы-историзмы,  новоидеологемы (или современные идеологемы), реактуализованные идеологемы,  универсальные идеологемы.

Под универсальными идеологемами понимаются такого рода идеологемы, которые актуализированы в идеологической картине мира независимо от  общественно-политического строя и воззрений политической элиты. При этом следует отметить, что семантика универсальных идеологем, присущий им аксиологический модус коррелируют с принятой в тот или иной период «системой ценностей» и с политическими и идеологическими представлениями тех или иных носителей языка, в том числе представителей правящей партии. Система универсальных идеологем – это набор «идеологических констант», которые, независимо от изменения их содержательной специфики и способов языковой репрезентации, всегда являются современными, актуальными и востребованными национально-лингво-культурного сообществом вообще и представителями различных политических партий и направлений в частности.

В параграфе 2.2. «Универсальная идеологема Спорт в русском спортивном дискурсе: лингвокультурологический анализ» обосновывается избранный аспект описания, в том числе и с точки зрения экстралингвистических факторов.

Мегаконцепт ‘Спорт’ рассматривается как универсальная идеологема, репрезентация которого в рамках русского политического, идеологического  и  тесно связанного с ними спортивного дискурсов весьма частотна.

‘Спорт’ в этом качестве характеризуется следующими признаками: 1) общеупотребительная идеологема; 2) с несомненно положительным аксиологическим модусом; 3) актуализированная практически независимо от общественно-политической ситуации в стране; 4) сохраняющая константные, идеологически маркированные когнитивные признаки; 5) объединяющая советскую и постсоветскую идеологическую картину мира и соответствующие виды дискурсов; 6) консолидирующая современные политические и идеологические дискурсы представителей разных политических направлений.  Статус идеологемы данный мегаконцепт приобрёл в советской политической и идеологической картинах мира и в соответствующих типах дискурсов. Именно в советский период в семантической структуре названного феномена были актуализированы и репрезентированы в текстовом пространстве СМИ концептуальные признаки ‘Политическая борьба иными средствами’, ‘Показатель силы государства’, ‘Национальная объединяющая идея’, ‘Проявление патриотизма’. Современными общественно-политическими условиями обусловлено  появление новых когнитивных признаков в содержании идеологемы ‘Спорт’: ‘Национальная объединяющая идея’,  ‘Национальная политика’, ‘Национальная идентификация’, ‘Имиджеобразующий политический фактор’. Универсальный характер исследуемой идеологемы определяется особым набором идеологических признаков, репрезентированных в структуре этого концепта, и корреляцией этих признаков с базовыми  национальными стереотипами и элементами русского национального сознания,  которые манифестированы на различных языковых уровнях, и прежде всего в текстах русского спортивного дискурсивного пространства.

В параграфе 2.3. «Этнокультурная специфика концептуальных доминант русского спортивного дискурса» подчёркивается, что идеологическая составляющая концепта ‘Спорт’, как и содержательная специфика других концептуальных доминант русского спортивного дискурса (концептов ‘Победа’/ ‘Поражение’, ‘Патриотизм’, ‘Спортсмен’, ‘Свои’/ ‘Чужие’) отчётливо демонстрирует национальную специфику содержательной структуры данных феноменов, обусловленную целым комплексом внелингвистических факторов. При описании национально и культурологически значимых когнитивных признаков концептуальных доминант русского спортивного дискурса использована методика выявления и анализа когнитивных стереотипов, интерпретирующих содержательную специфику изучаемых когнитивных единиц.

       Несмотря на то что традиционно верификация выводов об этнокультурном своеобразии  концептов осуществляется путём сравнения аналогичных объектов в русской и других лингвокультурных системах, полагаем, что сопоставительное исследование не является единственно возможным для того, чтобы были достигнуты объективные результаты анализа национальной специфики стереотипных компонентов культурных (в том числе идеологических) концептов. Доказательством правоты вышесказанного считаем следующие факторы: а) в теоретических положениях современной лингвокультурологии и когнитологии акцентировано внимание на аксиоматичности признака «национальная специфичность» при определении таких понятий, как  «менталитет нации», «русское культурное пространство», «когнитивный стереотип», «культурный концепт»; б) полученные нами выводы подтверждаются данными многочисленных исследований, в том числе сопоставительного характера, посвящённых изучению особенностей русской ментальности, русского коммуникативного поведения, «русскости» и т.д.; в) в ходе нашего исследования привлекались данные научных источников, в которых эксплицированы представления о когнитивном феномене ‘Спорт’ в других лингвокультурах; г) убедительными нам кажутся и данные нашего весьма  разнообразного эмпирического материала, в котором в том числе обнаруживается явная репрезентация рефлексии субъектов русского спортивного дискурса по поводу национальной специфики высказываемых ими суждений относительно спортивной сферы, оценки тех или иных спортивных реалий, спортивных событий, субъектов спорта, их качеств и т.д.

В диссертационной работе выделено четыре группы когнитивных стереотипов, которые описывают представление носителей языка о спорте как таковом и о  спортивных победах; о советском спорте и о советских и российских спортсменах и тренерах;  об отношении граждан других государств к нашей стране вообще и ее спортсменам в частности; наконец, представление о нашем государстве и его чиновничьем аппарате, опосредованное спортивной сферой.  Полагаем, что принципиально закрытого списка этого рода когнитивных феноменов, представленных в виде сформулированных исследователем высказываний – типовых логических суждений, не может быть создано, поскольку открытый и даже динамический характер носит и система когнитивных стереотипов нации вообще, и совокупность когнитивных стереотипов, объективирующих базовые концепты того или иного фрагмента наивной картины мира, в том числе мегаконцепт ‘Спорт’. Из всех выделенных когнитивных стереотипов лишь два характеризуются модусом должествования, остальные носят констатирующий характер, однако аксиологический модус присущ всем описываемым стереотипам без исключения.

Базовые когнитивные стереотипы, посредством которых объективируется этнокультурная специфика мегаконцепта ‘Спорт’, следующие:

1. Когнитивные стереотипы, репрезентирующие концепты Спортсмен и Тренер: Русские спортсмены должны победить любой ценой / Русские спортсмены должны быть всегда готовы к спортивному подвигу; Русские в спорте – максималисты / Русские спортсмены признают только победу; Русские спортсмены – «коллективисты» / У русских спортсменов сильнее других развит «командный» дух, чувство коллектива / Для русских спортсменов подвести команду страшнее, чем проиграть, выступая «за себя»; Русский спортсмен должен быть патриотом / Русский спортсмен должен побеждать прежде всего ради престижа государства;  Русские тренеры  - лучшие в мире.

К этой же группе когнитивных стереотипов относятся стереотипы, репрезентирующие представления носителей языка об отношении к русским сквозь призму спортивной сферы: Русских в мире спорта боятся и не любят / Русских спортсменов всегда засуживают / Русскому спортсмену, чтобы победить, необходимо быть наголову выше всех остальных.

2. Когнитивные стереотипы, репрезентирующие концепты Спорт и Победа: В спорте ярко выражено объединяющее начало; «Большой» спорт – это политика и идеология / Победы в спорте - это прежде всего политические победы; Победы в «большом» спорте – это высшее проявление патриотизма; Спортивные победы для русских почти тождественны военным; Русские часто побеждают не благодаря обстоятельствам, а вопреки им.

По сути, все группы выделенных когнитивных стереотипов репрезентируют специфику коллективного представления о составляющих мегаконцепта ‘Спорт’, таких как основные субъекты спортивной сферы (спортсмен, тренер, чиновник, в это число попадает и «субъект» государство),  событийные, нравственные и мировоззренческие категории, связанные со спортом (победа, поражение, патриотизм), наконец, идеологемы-историзмы, значимые для спортивной сферы (СССР). Однако условно можно выделить во второй группе базовые стереотипы, в которых эксплицировано коллективное представление носителей языка о спорте, рассматриваемом как идеологическом и культурологический феномен, тем более что  эти стереотипы (В спорте ярко выражено объединяющее начало; «Большой» спорт – это политика и идеология) детерминированы стереотипным отношением русских к феномену победы.

3. Когнитивные стереотипы, репрезентирующие концепты Государство и Чиновник: Российское государство «неблагодарное» по отношению к спортсменам и тренерам / Российское государство не ценит великих спортсменов и тренеров; Русские спортивные чиновники не выполняют возложенных на них обязанностей.

4. Когнитивные стереотипы, репрезентирующие концепт СССР: СССР был самой мощной спортивной державой; Современный российский спорт силён традициями советского спорта.

       Актуализация, деактуализация и реактуализация коллективных представлений об окружающей действительности, их стереотипизация находится в зависимости от целого комплекса этнокультурных, национальных, исторических, религиозных, этических, общественно-политических факторов и условий.

Наиболее устойчивые и частотно реализуемые в русском спортивном дискурсе  когнитивные стереотипы-суждения исследованы в разделе 2.3.2. «Доминантные когнитивные стереотипы русского спортивного дискурсивного пространства».

Раздел 2.3.3. «Концепт Олимпиада 2014 в русском спортивном дискурсе: репрезентация в креолизованном тексте с опорой на национальные культурные коды» посвящён анализу наиболее показательных, в том числе креолизованных, текстов русского спортивного дискурса, в которых репрезентирована одна из общеупотребительных новоидеологем современного периода  - национально специфический концепт ‘Олимпиада 2014’. Отмечено, что коммуникативные усилия адресантов русского спортивного дискурсивного пространства направлены на изменение «классификационного» статуса изучаемой идеологемы в массовом сознании: посредством использования национальных культурных кодов в когнитивной структуре идеологемы ‘Олимпиада 2014’ не столько актуализируются, сколько добавляются к ней такие концептуальные идеологически маркированные признаки, как ‘общенациональное событие’, ‘объединяющая’, ‘национально значимая’, ‘соответствующая национальному характеру’.

       В главе третьей «Концептуальные модели с означаемым Спорт» исследуется специфика репрезентации доминанты спортивного дискурсивного пространства в разнотипных концептуальных моделях.

       В параграфе 3.1. «Концептуальные модели как доминанты русского спортивного дискурса» делается вывод о том, что мегаконцепт ‘Спорт’ объективируется в текстах как посредством концептуальных метафорических и метонимических моделей коррелятивного типа (‘Спорт есть смерть’/ ‘Спорт подобен смерти’  и ‘Спорт есть бизнес’/ ‘Спорт подобен бизнесу’; ‘Спорт есть шоу’/ ‘Спорт подобен шоу’ и  ‘Спорт есть война’/ ‘Спорт подобен войне’), так и посредством моделей только метафорического (‘Спорт – это театр’, ‘Спорт – это искусство’, ‘Спортивная команда – это механизм’) или только метонимического (‘Спорт – это национальная идея’, ‘Спорт – это политика’) типов.

       В параграфе 3.2.  «Концептуальные метафорические модели с означаемым Спорт в русском спортивном журналистском дискурсе» предпринято описание наиболее характерных и показательных для изучаемого дискурсивного пространства концептуальных метафорических моделей с означаемым ‘Спорт’: ‘Спорт – это война’ и ‘Спорт – это смерть’.

Анализ фреймово-слотовой структуры метафорической модели ‘Спорт – это война’, репрезентированной в русском спортивном журналистском дискурсе (раздел 3.2.1.),  позволяет следующим образом реконструировать соответствующий фрагмент русской языковой картины мира, объективированный в названном типе дискурса: спортивная деятельность человека, которая априори считается деятельностью, направленной на созидание, демонстрацию уровня человеческих возможностей, развитие человека, а также на уважение к людям другой расы, вероисповедания и пр. (ср.: «О Спорт, ты -  мир!»; «О Спорт, ты - вдохновение!»), тем не менее регулярно осмысляется и адресантами, и адресатами спортивного дискурса в терминах войны: в спортивных сражениях, баталиях, войнах есть противники и сторонники, «свои» и «чужие», победители и побежденные; спортивные армии, полки, дивизии, армады состоят из воинов и бойцов, солдат и генералов,  героев, совершающих спортивные подвиги; для победы необходима боеспособная команда и арсенал вооружения, превосходящий арсенал противника; спортивные бои и поединки заканчиваются победой одних и разгромом других; наконец, в результате спортивных побед завоевываются кубки, медали, трофеи. Таким образом, конституирующий и универсальный характер военной метафоры применительно к языковой объективации мегаконцепта ‘Спорт’ является несомненным и определяется в том числе диалектическим характером соотношения военной и спортивной деятельности, которые, при всей их оппозитивности, обладают очевидным концептуальным сходством.

Исследовав метафорическую модель ‘Спорт – это смерть’ (раздел 3.2.2.), можно сделать вывод о том, что данная модель весьма частотно и разнообразными лексическими средствами эксплицируется в русском спортивном журналистском дискурсе, она достаточно детализирована и имеет разветвлённую фреймово-слотовую структуру. Изученная концептуальная метафора «Спортивная смерть» коррелирует с метафорой «Спортивная жизнь», подобно тому как  концепты ‘Победа’ и ‘Поражение’, имеющие непосредственное отношение к специфической семантике изучаемых когнитивных феноменов, являются взаимообусловленными и пересекающимися. Следует также отметить, что метафорическая категоризация окружающей действительности  прежде всего связана с онтологически значимыми оппозициями, такими как ‘Жизнь’ / ‘Смерть’, и поэтому весьма показательно, что названная оппозиция играет весьма важную роль в репрезентации того фрагмента картины мира, который связан с мегаконцептом ‘Спорт’ и эксплицирован в русском спортивном журналистском дискурсе. Кроме того, можно констатировать, что сегодня метафора смерти, наряду с морбиальной метафорой, является одной из самых продуктивных, «востребованных» и частотных в разных типах дискурсов – и дискурс спортивный в этом смысле не стал исключением.

В параграфе 3.3. «Концептуальная метонимическая модель Спорт это смерть» доказывается тезис о том, что в настоящее время в обыденном сознании субъектов русского спортивного дискурсивного пространства - журналистов, болельщиков, тренеров, самих спортсменов - существует устойчивая корреляция понятий ‘Спорт’ и ‘Болезнь’, ‘Спорт’ и ‘Страдание’, ‘Спорт’ и ‘Смерть’.

Возникновение такого рода современного восприятия связано с несколькими взаимообусловленными факторами, прежде всего социально-экономического, политического, медико-биологического, информационно-технологического характера. В диссертации названы ключевые экстралингвистические причины того, что понятия ‘Спорт’ и ‘Болезнь’, ‘Спорт’ и ‘Смерть’ стали смежными, начали частично отождествляться или, по крайней мере, концептуально «перекрещиваться» в современном русском спортивном дискурсе.

Весьма показательными с точки зрения языковой объективации  изучаемой концептуальной доминанты являются  репрезентирующие исследуемые смыслы заголовки статей в газетах, журналах и на интернет-порталах, которые трактуются в работе как сверхтексты.

         В проанализированных заголовках (равно как и в собственно текстах, репрезентированных в русском спортивном дискурсивном пространстве) актуализируются доминантные когнитивные признаки, объективирующие как инвариантную концептуальную метонимическую модель ‘Спорт  есть смерть’, так и ее варианты ‘Большой спорт есть причина смерти’, ‘Профессиональный спорт есть причина смерти’. На периферии когнитивной структуры концепта ‘Спорт’ выделяются такие концептуальные признаки, как ‘вредный’, ‘опасный’, ‘причина смерти’. Смерть в спорте наделяется, с одной стороны, признаками ‘частотная’,  ‘обыденное явление’, с другой - ‘внезапная’, ‘непредсказуемая’, ‘трагичная’.  «Жертвами»  смерти  в спорте становятся молодые люди и даже подростки, возраст которых диссонирует с представлениями о естественной смерти. В русском спортивном журналистском дискурсе объективированы представления о причинах корреляции и детерминированности понятий ‘Спорт’ и ‘Смерть’: это запредельные физические нагрузки, отсутствие объективных данных о здоровье молодых спортсменов, низкий уровень спортивной медицины.

Частотными лексико-семантическими и прагмастилистическими средствами экспликации содержательной специфики изучаемой нами концептуальной метонимической модели являются 1) использование в заголовках текстов соответствующей тематики и в самих текстах прецедентных феноменов – имен, ситуаций, текстов («идущие на смерть», «о спорт, ты – смерть»); 2) употребление  оксюморонных сочетаний («убийство по правилам»); 3) использование квазиантонимичных конструкций, отражающих смысловую оппозицию когнитивных признаков как одного концепта (‘Спорт’), так и разных (‘Спорт’ и ‘Смерть’);  4) наконец, «сведение» в малом контексте слов, относящихся к лексико-семантическим полям ‘Спорт’ и ‘Смерть’. Субъекты русского спортивного дискурса – журналисты - оперируют «языковыми коррелятами» логических атрибутивных суждений, которые конкретизируют семантику выделенных концептуальных метонимических моделей: «спорт – это смертельное занятие», «спорт – это убийство по правилам»,  «смерть в спорте – обыденное явление», приходя к многократно повторяемому в сильной позиции текстов констатирующему выводу – «Спорт, ты – смерть».

Глава четвертая «Лексико-семантическая объективация концептов Патриотизм и Победа в русском спортивном журналистском дискурсе: тезаурусное описание» посвящена исследованию лексико-семантической специфики концептуальных доминант дискурса на основе предложенной в работе методики составления и анализа формально-функционального тезауруса лексических репрезентантов концепта.

В параграфе 4.1. «Лингвокультурная идея Патриотизм в русском спортивном дискурсе: содержательная специфика» рассматривается круг проблем, связанных с осмыслением феномена «патриотизм» в русской лингвокультуре. Полагаем, что в конце первого десятилетия XXI века не вполне верифицированным является вывод об «общем кризисе русской идеи патриотизма конца ХХ века» (С.Г. Воркачёв). Как кажется, сегодня в русском национальном сознании происходят достаточно серьёзные изменения, связанные с переосмыслением представлений об универсальных духовных категориях, таких как ‘Родина’, ‘Нация’, ‘Патриотизм’, и не в последнюю очередь это связано не только с социальными, политическими и экономическими процессами, происходящими в России и в мире, но и с событиями спортивными. Считаем, что языковая экспликация феномена ‘Патриотизм’ в русском спортивном дискурсе, в целом коррелируя с выделяемыми социологами, психологами, лингвокультурологами и лексикографами базовыми концептуальными признаками, отличается вполне определённой спецификой и ментальным своеобразием, а анализ  соответствующих текстов позволяет выявить чрезвычайно важные, объективно существующие и до сих пор не описанные в лингвокультурологии динамические процессы, которые связаны с трансформацией понятия патриотизм, произошедшей в русском языковом сознании, и которые  существенно дополняют представления современной науки о «состоянии» русской идеи патриотизма.

Феномен спортивного патриотизма сегодня - чрезвычайно идеологизированное понятие.  Представление о патриотизме в спорте напрямую связано с такими концептуальными метонимическими моделями и стереотипными моделями, как ‘Спорт – это политика’, ‘Спорт – это идеология’, ‘Победы в «большом» спорте – это высшее проявление патриотизма’, а также со стереотипными представлениями о том, что спорт, с одной стороны, является источником патриотических чувств и настроений, а с другой – способом публичного проявления патриотизма. «Спортивный патриотизм» становится поводом к рассуждениям о сути патриотизма вообще, а также причиной экспликации собственных представлений журналистов о патриотизме, не всегда совпадающих со стереотипной точкой зрения. В аналитических текстах, которые репрезентированы на периферии  русского спортивного дискурсивного пространства, пересекающейся с политическим и идеологическим дискурсами, обнаруживаются часто противоположные точки зрения на понимание феномена патриотизм. Одни адресанты трактуют спортивное проявление патриотизма как псевдопатриотизм, или эрзац-патриотизм, и даже противопоставляют понятия патриотизм и любовь к родине как антонимичные; другие – вербализуют стереотипные представления о проявлении патриотизма в спорте (и спортсменами, и болельщиками)  как о «первом шаге» на пути к возрождению любви к родине:

«По-моему, самый честный патриотизм спортивный. И может быть, именно из спортивного патриотизма может вырасти даже и любовь к родине. Ведь не секрет, что сейчас с любовью к родине и с патриотизмом в целом у нас напряженка. А спортивный патриотизм он на физиологическом уровне. Потому что когда смотришь гонки, надо за кого-то болеть. И выбираешь того, с кем у тебя больше общего, своего. И вот уже ты выпрямляешь спину при звуках гимна…» («О спортивном патриотизме», Журнал-телегид «ТелеШоу», №9, 27.02.2008).

Таким образом, состав формально-функционального тезауруса  лексических репрезентантов рассматриваемого концепта напрямую зависит от избранного материала исследования: так,  в составленном нами тезаурусе, материалом для которого послужили тексты газеты «Спорт-экспресс», не отражены многие специфические лексико-семантические средства, с помощью которых в упомянутых типах дискурсов объективируется неоднозначное представление о патриотизме в спорте.

Однако  представленный в диссертационной работе словарь позволяет сделать вывод о том, что в русском спортивном журналистском дискурсе, во-первых,  не подвергается сомнению «истинность» набора базовых когнитивных признаков в концепте ‘Патриотизм’; во-вторых, подчеркивается конституирующая важность  этого понятия как для адресантов, так и для адресатов русского спортивного журналистского дискурса; в третьих, происходит постоянная апелляция к данному понятию в связи с описываемыми и комментируемыми спортивными событиями.

В параграфе 4.2. «Лексико-семантическая специфика репрезентации концепта Патриотизм в русском спортивном журналистском дискурсе» представлен формально-функциональный тезаурус лексических репрезентантов одной из доминант спортивного журналистского дискурса – концепта ‘Патриотизм’.

Отмечено, что изучаемый концепт может быть репрезентирован в русском спортивном журналистском дискурсе разнообразными языковыми средствами, в число которых не обязательно будут входить те частотные лексические единицы, которые зафиксированы в тезаурусе лексических репрезентантов данного концепта.

Причины этого - в специфике содержания самого концепта, который обладает чрезвычайно разветвленной и подвижной периферийной концептуальной зоной, не всегда отчётливо вербализованной.

В формальный тезаурус словаря лексических репрезентантов концепта ‘Патриотизм’ входят: 1) лексико-семантическая группа «Номинативы», включающая лексико-семантические подгруппы наименований субъектов, объектов, атрибутов, узуально связанных с семантикой концепта, а также абстрактную номинацию патриотизм, которая является лексическим маркером исследуемого концепта; 2) лексико-семантическая группа «Атрибутивы» (свой, наш, русский, отечественный, родной, советский и т.д.).

Функциональный тезаурус лексических репрезентантов изучаемого концепта более обширен и детализирован. В него входят: 1) лексико-семантическая группа «Номинативы», включающая лексико-семантические подгруппы субъектов, объектов, абстрактных наименований с положительным прагматическим компонентом в значении, абстрактных наименований с отрицательным прагматическим компонентом в значении, абстрактных наименований, безоценочных и/или с контекстуально зависимым прагматическим компонентом; 2) лексико-семантическая группа «Атрибутивы», в которую входят лексико-семантические подгруппы наименований  с положительным и отрицательным прагматическим потенциалом; 3) лексико-семантическая группа «Предикаты», включающая лексико-семантическую подгруппу «Предикаты с семантикой «чувства, эмоции, переживания и их оценка». 

Продемонстрируем своеобразие прагмастилистического комментария составленного нами тезауруса лексических репрезентантов концепта ‘Патриотизм’ на примере анализа весьма показательной лексико-семантической подгруппы «Субъекты», актуальной и для формальной, и для функциональной части тезауруса.

Номинации субъектов в формальном тезаурусе представлены формами личного местоимения первого лица мы, нам, нас, а также субстантивированным притяжательным местоимением наш (наша, наши).

Употребление именно этих местоимений в функции называния субъектов, непосредственно связанных с семантикой концепта ‘Патриотизм’, далеко не случайно, поскольку дифференциальной семой первого из них – мы – является ‘объединение говорящего и других лиц’, а дифференциальной семой второго – наш – ‘принадлежащий говорящему и другим лицам’. В силу специфики русского спортивного журналистского дискурса и особенностей как феномена патриотизм, так и феномена болельщик (а именно он прежде всего является адресатом данного вида дискурса), репрезентация объединяющего начала в номинациях субъектов чрезвычайно важна. Кроме того, номинация наш, являющаяся «усеченным» вариантом номинативных сочетаний наш спортсмен или наш болельщик, напрямую указывает на общность не национальной, но государственной принадлежности адресанта и адресатов и играет определяющую роль в экспликации семантической оппозиции ‘свой’/’чужой’, имеющей непосредственное отношение к «когнитивной и культурно-языковой «проекции дискурса», которая связана с сознательным позиционированием человека (носителя определенного языка и культуры) в системе заданных  «координат» -  ‘свой - чужой’» (Жданова 2006). Функцию актуализации координаты ‘свой’ выполняют традиционные для спортивного дискурса вообще номинации  русский, россиянин (-е), россиянка, соотечественник, которые почти во всех других типах дискурса являются или неприемлемыми, или некорректными, или малоупотребительными, книжными, а в изучаемом типе дискурса обладают несомненной положительной коннотацией и естественны, а потому и частотны как в письменном, так и в устном тексте.  Субстантив русский употребляется в русском спортивном дискурсе в более широком, чем узуальное, значении:  русский или русские здесь – это не «народ, составляющий коренное население России» (Ожегов, Шведова 1995), а гражданин России, то есть соотечественник говорящего. Причём показательно, что именно в спортивном дискурсе важность национальной принадлежности и адресанта, и адресата деактуализируется, нивелируется: доминантной оказывается только названная выше дифференциальная сема.

Лексико-семантическая подгруппа «Субъекты», входящая в функциональный тезаурус лексических репрезентантов концепта ‘Патриотизм’, представлена гораздо бо'льшим количеством лексем, означивающих субъектов русского спортивного дискурса.  В данной подгруппе представлены а) номинации  объединений спортсменов (сборная, команда); б) наименования объединений болельщиков (народ, трибуна, болельщик  - все в собирательном значении); в) номинации отдельных субъектов, в том числе включающие оценочные компоненты смысла  положительного характера (атлет, спортсмен, гимнаст; герой, надежда и под.). Во всех этих лексемах актуализация соответствующих изучаемому концепту когнитивных признаков в значении происходит за счёт контекстного окружения  - сочетаемости с прилагательными российский, советский, русский или с притяжательным местоимением наш. Примечательно, что в лексико-семантическое поле концепта ‘Патриотизм’ «вовлечены» и номинации, связанные с СССР и советским спортом.

В параграфе 4.3. («Концепт Победа в русском спортивном журналистском дискурсе: формально-функциональный тезаурус лексических репрезентантов») и в параграфе 4.4. («Лексико-семантическая специфика репрезентации концепта Победа в русском спортивном журналистском дискурсе») представлен соответствующий словарь и проведён его лексико-семантический анализ.

В русском спортивном дискурсе преобладает метафорический и метонимический способ объективации концепта ‘Победа’: номинативы, атрибутивы и предикаты, входящие в функциональный тезаурус концепта, отличаются разноплановостью, семантической осложнённостью. По преимуществу функциональным тезаурусом представлены достаточно многочисленные лексико-семантические подгруппы «Абстрактные наименования  с семантикой действия/результата действия» и «Абстрактные наименования с семантикой качества, свойства, характеристики, состояния». Специфика этих подгрупп состоит в том, что в них  находит свое системное лексико-семантическое выражение частотная смысловая оппозиция ‘Победа’/’Поражение’: победа, успех, звездный час, удача, везение, фарт, удовлетворение, радость, упоение, шквал оваций, восхищение болельщиков  в спортивном дискурсе всегда сопоставлены с осечкой,  поражением, провалом, невезением, ударами судьбы, разгромом, черным днем в спортивной карьере. Причём грань между победой и поражением может оказаться очень зыбкой, расплывчатой, а в пережитом спортсменами поражении может быть больше пользы, чем в «быстрой» победе.

Предикаты, объективирующие исследуемый концепт в русском спортивном журналистском дискурсе, чаще всего характеризуют либо процесс (собственно соревнование, сражение, борьбу) получения результата – победы, либо констатируют достижение/не достижение этого результата, либо обозначают эмоции и чувства, вызванные победой/поражением. Показательно, что лексико-семантическая подгруппа функционального тезауруса «Предикаты с дифференциальной семой ‘победить’» является самой обширной по количественному составу (она включает 46 лексем и устойчивых сочетаний), тем более что и качественно лексемы названной подгруппы обнаруживают стилистическую и семантическую многоаспектность. В состав анализируемой подгруппы входят только глаголы и глагольно-именные устойчивые сочетания, в то время как остальные лексико-семантические подгруппы предикатов включают именные (быстрее, умнее, боевитее, без ума от счастья, быть довольным) и даже междометные (браво) предикаты.  В лексико-семантических подгруппах предикатов функционального тезауруса преобладают стилистически маркированные (прежде всего разговорные и просторечные) слова и словосочетания, в том числе идиоматические:  задрать соперника, мочить соперника, доскакать до финиша (о фигурном катании), не тянуть на золото, победа была в кармане, прыгнуть выше головы, профукать победу. Отличительной чертой рассмотренных лексико-семантических подгрупп является наличие большого количества фразеологизмов, включающих метафорические предикаты (ринуться в бой, переломить ход борьбы, вырвать победу), а также актуализация семантики сражения,  военных действий, преодоления  физической боли в выявленных предикатах,  что позволяет ещё раз верифицировать выводы о конституирующем характере метафорической модели ‘Спорт – это война’ для русского спортивного журналистского дискурса.

В параграфе 4.5. «Концептуальные метонимические модели с означаемым Победа в русском спортивном журналистском дискурсе» выделены и охарактеризованы базовые концептуальные метонимические модели - ’Победа – преодоление’, ’Победа – необходимость’, ‘Победа – расчёт’, ’Победа – случайность’.

       «Преодолеть усталость и боль.  Преодолеть обстоятельства. Преодолеть себя. Твоя победа – в твоих руках»  - в данном рекламном тексте  хоккейного клуба КХЛ «Авангард» (ГТРК «Омск», октябрь 2009), организованном посредством градации и синтаксического параллелизма, эксплицированы основные направления, «семантические векторы», которые заданы  исследуемой метонимической моделью. В русском спортивном журналистском дискурсе концепт ‘Победа’ обретает дополнительную смысловую нагрузку. Победить – это значит преодолеть не только видимые преграды (противника, неблагоприятные условия, физическое недомогание, травмы), но и скрытые, в числе которых могут быть морально-психологические факторы.

       При языковой реализации концептуальной метонимической модели ’Победа – необходимость’ в семантической структуре концепта ‘Победа’ обнаруживаются специфические смысловые признаки: победа может характеризоваться не как конечный результат в спортивном состязании, а как этап, как последняя возможность продолжить борьбу  и в конце концов окончательно «победить». Важным семантическим признаком, актуализированным данной концептуальной метонимической моделью, является осознание необходимости победы для спортсмена, понимание того, что она – своеобразный допинг, настраивающий на борьбу за результат, подстёгивающий, не дающий расслабиться: Сам ты постоянно твердишь себе: я обязан бороться за победу, обязан («СЭ», 24.04.04).

Концептуальная метонимическая модель ‘Победа – расчёт’ реализует смысл, который сближает её с метафорической моделью ‘Спорт – это война’: победа – закономерный итог реализованной стратегии. Тренеру или самим спортсменам необходимо поставить перед собой цель - победить, разработать стратегию (план действий), осуществить ее. Однако сопоставление исследуемой метонимической модели с метафорической не означает, что термины войны становятся источником для языкового означивания концепта ‘Победа’ и его осмысления как суммы расчетливых действий. Победа может быть тождественна расчёту, залог победы – в правильном расчёте – так можно сформулировать смысл выделенной концептуальной метонимической модели. Часто посредством концептуальной метонимической модели ‘Победа – расчёт’ в русском спортивном журналистском дискурсе актуализируется представление о том, что творцом победы в спорте, при правильном расчёте,  может быть и один человек. Кроме того, в спортивном журналистском дискурсе реализуется семантика победы как прогнозируемого результата. Развёртывание анализируемой модели может происходить и в иной плоскости: расчёт на победу, «медальный план» может существовать у самих спортсменов, тренеров и спортивных чиновников, государственных деятелей.

В противовес предыдущей концептуальная метонимическая модель ’Победа – случайность’ актуализирует в концепте ‘Победа’ смысловой компонент случайности, непредсказуемости. Фавориты, лидеры могут проиграть, а «темные лошадки» – победить. Представление о победе как о случайности приобретает соответствующие фоновые смыслы: победить неожиданно – значит ошеломить, сотворить чудо, сенсацию, вызвать ажиотаж. Концептуальная метонимическая модель ‘Победа – случайность’ репрезентирует один из доминантных смыслов рассматриваемого концепта: главное для каждого спортсмена – это высший результат, то есть победа: 

«В спорте самое главное - сделать максимум того, на что способен, в единственно нужный момент: в олимпийском финале» («СЭ», 13.02.06).

Но ни один спортсмен никогда не может быть окончательно уверен в своей победе, потому что она никогда не просчитывается до конца, она все-таки непредсказуема.

Таким образом, каждая из проанализированных метонимических моделей по-своему представляет содержание исследуемого концепта, актуализируя в его структуре ядерные и периферийные концептуальные признаки, и в конечном итоге даёт возможность реконструировать фрагмент языковой картины мира, связанный с представлением о победе и объективированный в русском спортивном журналистском дискурсе.

  В главе 5 «Дискурсивная языковая личность спортивного комментатора: типологическое описание» делается вывод о том, что лингвокогнитивное исследование дискурса, непосредственно связанное с  реконструкцией соответствующего фрагмента языковой картины мира, не может проводиться в отрыве от анализа специфики субъекта дискурса – дискурсивной языковой личности. Поэтому данная глава посвящена описанию языковой личности спортивного комментатора и созданию типологии названных дискурсивных языковых личностей.

       В параграфе 5.1. «Определение понятия «дискурсивная языковая личность» обсуждаются актуальные для современной лингвоантропологии и лингвокультурологии подходы к определению понятий «языковая личность», «дискурсивная языковая личность» и рассматриваются возможные критерии и параметры анализа названных феноменов. 

       Сегодня лингвисты исследуют языковую личность в рамках двух основных подходов - системно-ориентированного и дискурсивно-ориентированного, которые взаимосвязаны.  Однако изучение дискурсивной языковой личности не может ограничиваться только учётом влияния на произведённые языковой личностью тексты дискурсивно заданных параметров, таких как  эмоциально-стилевой формат общения (коммуникативная тональность дискурса), система принятых в дискурсе речевых жанров и дискурсивных формул. Очевидно, исследование реализации конкретной языковой личности в дискурсе должно учитывать множество параметров иного типа, таких как психологические, социопрагматические, коммуникативные, когнитивные характеристики языковой личности. В реальных дискурсивных практиках, которые характеризуют даже дискурсы со строго регламентированными статусно-ролевыми отношениями участников коммуникации, наблюдаются многочисленные отступления от регламентации, ритуализации, стереотипизации общения, вплоть до полного размывания границ институциональности. Полагаем, что важную роль в этом процессе играют характеристики конкретных языковых личностей, которые хотя и учитывают специфику дискурса, в пространстве которого происходит общение, однако  привносят в это общение «богатство личностных характеристик» (Карасик 1999). Особенно интересно интерпретировать данное положение с точки зрения таких разновидностей институциональных дискурсов,  в конституирующие характеристики которых «заложена» некоторая дестандартизованность формы и содержания, персонификация, речетворчество и лингвокреативность субъекта, повышенная аксиологичность высказывания, речежанровое и стилистическое разнообразие. К такого рода дискурсам относится прежде всего медиадискурс, одной из разновидностей которого  является спортивное дискурсивное пространство.

       С учётом сказанного выше в диссертационной работе сформулировано определение понятия «дискурсивная языковая личность», которое релевантно для описания модели дискурсивной языковой личности не только спортивного, но и других типов институциональных дискурсов. 

       Под дискурсивной языковой личностью понимается такая языковая личность, специфические индивидуальные характеристики и коммуникативные компетенции которой проявляются        в дискурсивной деятельности в рамках дискурса определённого типа.

       Очевидно при этом, что следует говорить о существовании специфических моделей дискурсивных языковых личностей, значимых прежде всего для институциональных дискурсов.

       Типологические характеристики моделей дискурсивных языковых личностей, с одной стороны, будут задаваться совокупностью дискурсивных характеристик (прежде всего коммуникативной и жанровой спецификой дискурса), а с другой – будут детерминироваться совокупностью индивидуальных особенностей языковой личности.

       Параграф 5.2. «Дискурсивная языковая личность в русском спортивном дискурсе» содержит два раздела:  5.2.1. – «Параметры типологического описания» и 5.2.2. – «Коммуникативные типы дискурсивных языковых личностей спортивных комментаторов».

       На наш взгляд, специфика дискурсивной языковой личности спортивного комментатора определяется следующими факторами преимущественно дискурсивного порядка: 1) общими характеристиками современного медиатекста; 2) особенностями дискурсообразующего жанра – спортивного репортажа – и его «индивидуально-авторской» модификацией; 3) спецификой базовой для дискурса коммуникативной интенции и особенностями ее индивидуально-авторской реализации, в том числе речежанровой; 4) принадлежностью спортивного комментатора к тому или иному типу по коммуникативной стратегии речевого поведения и доминированием в языковой личности спортивного комментатора фатической или информативной составляющих речевой коммуникации; 5)  прагмастилистическими особенностями речи субъекта дискурса. Полагаем, что выделенные исследователями параметры характеристики языковой личности спортивного комментатора (среди которых названы, например, сдержанность и непредвзятость оценок; когнитивная и аксиологическая компетентность; психологическая и лингвистическая толерантность и др.) (Панкратова 2005) являются попыткой создания «идеального» образа спортивного комментатора, обязанного «исполнять» названные функции, которые в реальной дискурсивной практике в лучшем случае модифицируются, если не реализуются «с точностью до наоборот». Тем не менее подчеркнём, что спортивный журналист должен обладать дискурсивным мышлением и что он находится в дискурсивной «зависимости» от заданных параметров базового жанра спортивного журналистского дискурса – спортивного репортажа.  Как значимые  для описания функций, задач и специфических признаков спортивного репортажа могут рассматриваться такие параметры, как особенности языковой личности спортивного комментатора, специфика используемой в рамках спортивного репортажа системы первичных речевых жанров разных типов. Спортивный репортаж, в том числе телевизионный, рассматривается в диссертационной работе как вторичный речевой жанр, состоящий из первичных речевых жанров разного типа.

       Таким образом, тип дискурсивной языковой личности спортивного комментатора определяется в диссертационной работе с учетом прежде всего коммуникативной и личностной доминанты спортивного комментатора, которая находит отражение в дискурсивной деятельности  журналиста, в языковой (прежде всего речежанровой и прагмастилистической) специфике продуцируемых ими текстов прежде всего устного характера. Полагаем, что предлагаемая в данной диссертационной работе типология нуждается в дальнейшем уточнении и корректировке потому, что в исследовании анализировались тексты спортивных репортажей, статей и т.д., связанные преимущественно с командными игровыми видами спорта – хоккеем и футболом, хотя выделенные типы и могут быть экстраполированы на тех спортивных комментаторов, что специализируются на репортажах, связанных с неигровыми и индивидуальными видами спорта. В диссертационной работе выделены семь основных коммуникативных типов языковых личностей спортивных комментаторов: комментатор«репортёр»; комментатор«аналитик»;комментатор«знаток»; комментатор«ироник»; комментатор-«балагур»; комментатор-«болельщик»; комментатор-«актёр». Существенным является замечание о том, что «в чистом виде» тот или иной коммуникативный тип спортивного комментатора почти не встречается, хотя доминирование признаков характерно для дискурсивной деятельности практически каждого субъекта русского спортивного дискурса.

       В разделе 5.2.2. даны общие характеристики всех семи коммуникативных типов дискурсивных языковых личностей спортивных комментаторов и описаны – на конкретных примерах дискурсивной деятельности комментаторов В. Гусева, В. Маслаченко, К. Махарадзе, Н. Озерова, Г. Орлова, В. Уткина, Г. Черданцева – наиболее актуальные для современного спортивного дискурса и характеризующиеся разнообразием языковой и речежанровой экспликации коммуникативные типы комментатора-«репортёра», комментатора-«актёра», комментатора-«знатока», комментатора-«ироника», комментатора-«болельщика».

       В заключении подводятся основные итоги проведённого исследования и намечаются перспективы дальнейшей разработки его положений.

       

       Содержание диссертации отражено в публикациях автора, основные из которых следующие:

       Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах, определённых ВАК РФ:

  1. Малышева Е.Г. Универсальная идеологема ‘Спорт’ в спортивно-идеологическом и политическом дискурсе СССР и современной России // Личность. Культура. Общество. М., 2009. Т. 11. Вып. 1(46-47). С. 330-337 (0,4 п.л.).
  2. Малышева Е.Г. Метафорическая модель ‘Спорт – это война’ в журналистском спортивном дискурсе (на материале текстов
    современных печатных и электронных СМИ) // Вестник Томского государственного университета. Томск, 2009. № 328, ноябрь. С. 14-20 (0,4 п.л.).
  3. Малышева Е.Г. Специфика лексико-семантической репрезентации концепта «Патриотизм» в спортивном дискурсе (на основе данных формально-функционального тезауруса) // Личность. Культура. Общество. М., 2010. Т. 12. Вып. 1 (53-54). С. 296-303 (0,4 п.л.).
  4. Малышева Е.Г. Лингвокультурная идея ‘Патриотизм’ в спортивном дискурсивном пространстве: содержательная специфика. Статья 1 // Вестник Омского университета. Омск : Изд-во ОмГУ им. Ф.М. Достоевского, 2010.

№ 2. С. 194-199 (0,4 п.л.).

  1. Малышева Е.Г. Лингвокультурная идея ‘Патриотизм’ в спортивном дискурсивном пространстве: особенности лексико-семантической реализации. Статья 2 // Вестник Омского университета. Омск : Изд-во ОмГУ им. Ф.М. Достоевского, 2010. № 3. С. 98-104 (0,4 п.л.).
  2. Малышева Е.Г. Языковая объективация концептуальной рациональной модели ‘Спорт – это смерть’ в спортивном дискурсивном пространстве // Вестник Северо-Осетинского государственного университета им. К.Л. Хетагурова. Владикавказ : Изд-во Сев.-Осет. гос. ун-та им. К.Л. Хетагурова, 2010. № 1. С. 193-199 (0,4 п.л.).
  3. Малышева Е.Г. Концепт-идеологема ‘Олимпиада 2014’ в спортивно-идеологическом дискурсе: языковая репрезентация с опорой на национальные культурные коды // Личность. Культура. Общество. Москва, 2010. Т. 12. Вып. 4 (59-60). С. 347-353 (0,4 п.л.).
  4. Малышева Е.Г. Универсальная идеологема ‘Спорт’: этнокультурная специфика // Политическая лингвистика / гл. ред. А. П. Чудинов. Екатеринбург : ГОУ ВПО «Урал. гос. пед. ун-т», 2010. Вып. 3 (33). С. 163-170 (0,4 п.л.).
  5. Малышева Е.Г. Своеобразие языковой репрезентации концептуальной метонимической модели «спорт - это смерть» в текстах спортивного дискурса // Вестник Пермского университета. Российская и зарубежная филология. Пермь : Изд-во Перм. ун-та, 2010. Вып. 6(12). С. 37-43 (0,4 п.л.).
  6. Малышева Е.Г. Виды концептуальных моделей: различение понятий «метафорическая модель» и «метонимическая модель» (на примере когнитивных доминант спортивного дискурса) // Вестник Северо-Осетинского государственного университета им. К.Л. Хетагурова. Владикавказ : Изд-во Сев.-Осет. гос. ун-та им. К.Л. Хетагурова, 2011. № 1. С. 152-159 (0,4 п.л.).

Монографии:

  1. Малышева Е.Г. Русский спортивный дискурс: лингвокогнитивное исследование: научная монография. Омск : Изд-во Омск. гос. ун-та, 2011. 324 с. (21,6 п.л.).
  2. Малышева Е.Г., Шульгина (Сорокина) Л.С. Концепт ‘Перестройка’ как доминанта публицистического дискурса перестроечного периода (опыт тезаурусного описания) // Медиадискурс: новые явления и новые подходы : коллективная монография / под ред. Н.А. Кузьминой. Омск : И.П. Баловнева. 2010. С. 115-133 (1,1 п.л.).
  3. Малышева Е.Г. Концепт ‘Криминал’ в современном телевизионном дискурсе: специфика метафорического моделирования // Медиадискурс: новые явления и новые подходы : коллективная монография / под ред. Н.А. Кузьминой. Омск : И.П. Баловнева. 2010. С. 134-145 (0,7 п.л.).

Статьи в научных журналах и научных изданиях:

  1. Малышева Е.Г. Попытка описания языковой личности (на материале высказываний спортивного комментатора Омского телевидения Андрея Блохина) // Язык. Человек. Картина мира: Материалы Всероссийской научной конференции / под ред. М.П. Одинцовой. Ч.1. Омск : Омск. гос. ун-т, 2000. С.127-130 (0,2 п.л.).
  2. Малышева Е.Г. Специфика лексики современного спортивного издания (на материале газеты «Спорт-Экспресс» // Язык и стиль современных средств массовой информации : межвуз. сб. науч. тр. Всероссийской конференции, посвящ. 80-летию профессора Н.С. Валгиной. М. : МГУП, 2007. С. 223-230 (0,4 п.л.).
  3. Малышева Е.Г. Концептуальная доминанта дискурса и ее репрезентация в формально-функциональном тезаурусе (на примере концепта ‘Победа’ в журналистском спортивном дискурсе) //  Вестник Омского университета. Омск : Изд-во Омск. гос. ун-та, 2008. № 2. С. 77-88 (0,7 п.л.).
  4. Малышева Е.Г. Метафорическая модель ‘Спорт – это политика’: новое или возрожденное старое? (на материале текстов современных телевизионных СМИ) // Язык средств массовой информации как объект междисциплинарного исследования : материалы 2-й Международной конференции (Москва, филологический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова, 14-16 февраля 2008 г.) / сост. М.Н. Володина. М. : МАКС Пресс, 2008. С. 437-439 (0,1 п.л.).
  5. Малышева Е.Г. Журналистский спортивный дискурс сквозь призму типологических характеристик языковой личности спортивного комментатора // Вестник Омского университета. Омск: Изд-во Омск. гос. ун-та, 2009. № 3 (53). С. 160-169 (0,6 п.л.).
  6. Малышева Е.Г. Идеологема как лингвокогнитивный феномен: определение и классификация // Политическая лингвистика / гл. ред. А.П. Чудинов. Екатеринбург : ГОУ ВПО «Урал. гос. пед. ун-т». 2009. Вып. 4 (30). С. 32-41 (0,6 п.л.).
  7. Малышева Е.Г. Лингвостилистическая специфика спортивного репортажа (на материале текстов  Василия Уткина) // Актуальные проблемы современного научного знания : материалы II Международ. науч. конф. / под общ. ред. Н.А. Стадульской. Пятигорск : ПГЛУиздат, 2009. С. 99-104 (0,3 п.л.).
  8. Малышева Е.Г. Этнокультурная специфика концепта  ‘Спорт’ сквозь призму когнитивных стереотипов (на материале текстов СМИ) // Речевая коммуникация в современной России : материалы  I Международной научной конференции (Омск, 27-29 апреля 2009 г.) / под ред. О.С. Иссерс, Н.А. Кузьминой. Омск : Изд-во Омск. гос. ун-та, 2009. С.183-189 (0,4 п.л.).
  9. Малышева Е.Г. Границы и структура спортивного дискурса // Активные процессы в различных типах дискурсов: функционирование единиц языка, социолекты, современные речевые жанры : материалы международной конференции 19-21 июня 2009 года / под ред. О.В. Фокиной. М.-Ярославль: Ремдер, 2009.  С. 315-320 (0,3 п.л.).
  10. Малышева Е.Г. Когнитивные доминанты спортивного дискурса // XI Виноградовские чтения. Текст и контекст: лингвистический, литературоведческий и методический аспекты. Том 1. Текст и контекст в лингвистике.  М. : МГПУ, Ярославль : Ремдер, 2009. С. 203 – 208 (0,3 п.л.).
  11. Малышева Е.Г. Коммуникативные типы спортивных комментаторов // Университетская филология – образованию: регулятивная природа коммуникации : материалы Второй международной научно-практической конференции «Коммуникативистика в современном мире: регулятивная природа коммуникации» (Барнаул, 14-18 апреля 2009 г.) / под ред. Т.В. Чернышовой. Часть 1. Барнаул : Изд-во Алт. ун-та, 2009. С.176-180 (0,4 п.л.).
  12. Малышева Е.Г. Универсальная идеологема ‘Спорт’ как объект лингвокультурологического исследования // Политика в зеркале языка и культуры: сборник научных статей, посвященных 60-летнему юбилею проф. А.П. Чудинова / отв. ред. М.В. Пименова. М. : ИЯ РАН, 2010. С. 481-489 (0,5 п.л.).
  13. Малышева Е.Г. Репрезентация метафорической модели ‘Спорт – это смерть’ в журналистском спортивном дискурсе // Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическом аспектах : сб. статей участников  V Международной научной конференции (Челябинск, 26-27 апреля 2010 г.). Т.1 / редкол.: д.филол. н., проф. Е.Н. Азначеева [и др.]. Челябинск : Энциклопедия, 2010. С.89-94 (0,4 п.л.).
  14. Малышева Е.Г. Формально-функциональный тезаурус лексических репрезентантов концепта: методика составления и описания // Современные проблемы лингвистики и методики преподавания русского языка в вузе и школе: Сборник научных трудов. Выпуск 11 / под ред. докт. филол. наук, проф. О.В. Загоровской. Воронеж : Научная книга, 2010. С.11-21 (0,6 п.л.).
  15. Малышева Е.Г., Самбур В.Г. Дискурсивная языковая личность спортивного комментатора-болельщика (на материале текстов Г. Черданцева) // Современные проблемы лингвистики и методики преподавания русского языка в вузе и школе : сборник научных трудов. Выпуск 12 / под ред. докт. филол. наук, проф. О.В. Загоровской. Воронеж : Научная книга, 2010. С. 115-126 (0,7 п.л.).
  16. Малышева Е.Г. Когнитивный стереотип как операциональная единица лингвокогнитивного описания (на материале интерпретации концепта ‘Спорт’ в спортивном дискурсе) // Концептуальные исследования в современной лингвистике : сборник статей / отв. ред. М.В. Пименова. Санкт-Петербург-Горловка : Издательство ГГПИИЯ, 2010. C. 338- 345 (0,4 п.л.).
  17. Малышева Е.Г. Репрезентация этнокультурного стереотипа  ‘Русские спортсмены - коллективисты’ в спортивном дискурсе // Стилистика сегодня и завтра: медиатекст в прагматическом, риторическом и лингвокультурологическом аспектах : доклады Международной научной конференции. М. : Факультет журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова,  2010. С. 170-175 (0,3 п.л.).
  18. Малышева Е.Г., Луданова А.Ф. Лексико-семантическая специфика репрезентации концепта ‘Спортсмен’ в современном спортивном дискурсе (опыт тезаурусного описания) // Современные проблемы лингвистики и методики преподавания русского языка в вузе и школе : сборник научных трудов. Выпуск 13 / под ред. докт. филол. наук, проф. О.В. Загоровской. Воронеж : Научная книга, 2010. С. 37-52 (0,9 п.л.).
  19. Малышева Е.Г. Специфика спортивного дискурса // Речеведение: современное состояние и перспективы : материалы международной научной конференции, посвященной юбилею М.Н. Кожиной (Пермь, 16-20 ноября 2010 г.) /отв. ред. Е.А. Баженова. Пермь : Перм. гос. ун-т, 2010. С. 243-247 (0,25 п.л.).
  20. Малышева Е.Г. Дискурсивная языковая личность: содержательная специфика понятия // Русский язык и культура в пространстве Русского мира : материалы II Конгресса Российского общества преподавателей русского языка и литературы. Санкт-Петербург, 26-28 октября 2010 г. / под ред. Е.Е. Юркова, Т.И. Поповой [и др.]. В двух частях. Т. 1. СПб. : Издательский дом «МИРС», 2010. С. 206-213 (0,4 п.л.).        





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.