WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

БУРЕНКОВА Светлана Витальевна

«КОНЦЕПТОСФЕРА НАРУШЕННОСТИ»

(на материале немецкого языка)

Специальность – 10.02.04 – германские языки

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Москва  2009

Работа выполнена на кафедре лексики и фонетики немецкого языка факультета иностранных языков Московского педагогического государственного университета

Научный консультант                        доктор филологических наук,

профессор,

заслуженный деятель науки РФ

Девкин Валентин Дмитриевич

Официальные оппоненты        доктор филологических наук,

профессор Ноздрина

Людмила Александровна

доктор филологических наук,

профессор Собянина

Валентина Александровна

доктор филологических наук,

профессор Шувалов

Валерий Игоревич

Ведущая организация  Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

Защита диссертации состоится «  » 2009 г. в 10 часов на заседании Диссертационного Совета Д 212.154.16 при Московском педагогическом государственном университете по адресу: 119571, г. Москва, пр. Вернадского, д. 88, ауд. № 602 .

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского педагогического государственного университета по адресу: 119992, г. Москва, ул. Малая Пироговская, д. 1.

Автореферат разослан «….» …………… 2009 г.

Ученый секретарь

Диссертационного Совета                                                Мурадова Л.А.

Общая характеристика работы

Все сферы человеческой жизнедеятельности зиждутся на возможности общения. Научно-технический прогресс, уничтоживший барьер расстояний, создавший абсолютно новые средства и формы общения, обусловил возникновение проблемы глобализации человеческого общества, превращения мира в единое коммуникативное пространство. Вполне закономерной реакцией на известное обезличивание человека в условиях глобализации является, по справедливому мнению В.И. Карасика, осознание своей национально-культурной идентичности. Понимание собственной этнокультурной принадлежности может произойти только при сопоставлении своих норм, ценностей, стереотипов поведения с аналогичными образованиями другой культуры. В этой связи решающее значение в преподавании немецкого языка как иностранного приобретает межкультурный аспект.

Такой подход предполагает наряду с развитием речевых умений и навыков формирование достаточно полного и адекватного представления о стране изучаемого языка: о её географии, политической, экономической и общественной жизни на современном этапе. При этом особую значимость получает контрастивный анализ материала, в том числе и языкового, что способствует не только знакомству с особенностями чужой культуры, но и более глубокому познанию своеобразия собственной нации, собственного языка. Тем самым поиск новых подходов, а значит и способов улучшения качества подготовки специалистов: переводчиков, преподавателей иностранных языков является в современную эпоху глобализации насущной для лингвистики проблемой.

Актуальность темы исследования. Триумфальное шествие глобализации затруднено межкультурными различиями, провоцирующими непонимания и конфликты. Отличительными могут быть даже, казалось бы, абсолютно идентичные понятия. Вследствие этого приоритетной задачей для лингвистики является изучение национальной специфики лингвокультур, что, с одной стороны, будет способствовать предотвращению конфликтов, а с другой, позволит сохранить своеобразие языков и культур. Фиксируются несоответствия культурных традиций в лексике национального языка.

Именно лексика несет наибольшую долю информации при анализе языкового воплощения национальной концептосферы. В лексике языка находят выражение релевантные для данной лингвокультурной общности нормы и ценности, которые обусловлены совместным существованием людей, исторически сложившимися национальными традициями, а также наличной социально-политической обстановкой.

Как известно, культурные ценности, нормы и правила выявляются зачастую посредством анализа их нарушений. Тем более что в процессе своей жизнедеятельности человек нередко сталкивается с различного рода нарушениями бытующих представлений о норме. Язык, являясь формой выражения сознания человека и общества, изобилует средствами, позволяющими передать то или иное отношение к факту нарушения житейских норм. Логично предположить, что сквозь призму окружающих человека нарушений обыденных – житейских – норм реально воссоздать наиболее значимую и довольно обширную часть антропологической картины мира. Выявление в рамках лингвистических исследований особенностей наивной картины мира, отражающей приоритеты с точки зрения жизненного опыта рядового носителя языка, фиксация результатов наблюдений в словаре приобретают важное значение для практики преподавания языков.

Поскольку каждая культура обладает особой системой организации элементов опыта, то вполне естественно, что немецкая и русская культуры различаются по степени жесткости норм и правил. Явления, рассматриваемые как соответствующие норме в одной культуре, могут нарушать жизненные стереотипы другой культурной общности. К примеру, при сопоставлении культур России и Германии выявляются многие отличия, касающиеся поведения в общественном месте, отношений между людьми, семейного быта, питания, одежды, воспитания детей и т.д.

Сложившиеся национальные стереотипы, предрассудки, различия в системе верований и ценностей способны в значительной степени затруднить коммуникацию между представителями разных наций. Решить проблему конфликта культур позволяет сопоставительное исследование языков. Проводить сравнение всего языка едва ли возможно, поэтому распределение единиц по классам, обеспечивающее нужную системность исследуемого объекта, является необходимой предпосылкой эффективности такого анализа.

Поэтому способ представления лексики приобретает, в том числе и при изучении иностранного языка, особую значимость. Важную роль в этом отношении играют словари идеографического типа, структурными единицами которых выступают полевые образования. Метод поля признан одним из распространённых, достаточно изученных и результативных способов исследования лексико-семантической системы языка, сравнения языков. Систематизация лексики по полям имеет первостепенное значение для изучения лексических закономерностей больших массивов слов и для контрастивного анализа языков. Исследование различных словесных микросистем, в частности полей, позволяет выявить национальную специфику лексических единиц.

Поле представляет собой, с одной стороны, ментальное образование, с другой стороны – структурную единицу идеографического словаря, объединяющую множество лексических элементов. Словари идеографического типа обладают массой достоинств, но вместе с тем они не лишены недостатков, что связано и с особенностями лексико-семантической системы как предмета описания, и с несовершенством выявления конституентов полей.

Поэтому целью настоящего исследования выступает поиск оптимального способа представления лексики национального языка в словаре идеографического типа, призванного воплотить в лексикографической форме немецкую языковую картину мира, а значит, и особенности немецкой национальной концептосферы.

Создание полного словаря немецкой концептосферы, необходимого и в качестве справочного пособия для широкого круга читателей, и в качестве источника сведений для специалистов, – актуальная, весьма трудоемкая и долговременная задача. Для подготовки подобного лексикографического издания необходимы фрагментарные исследования лексики, вследствие этого изучение языковой репрезентации и словарной фиксации фонда лексических единиц, отражающих отдельные нормы и ценности культуры посредством акцентирования их нарушений, представляется важным и актуальным.

Поставленная цель предполагает решение следующих основных задач:

- описать культурные и языковые особенности восприятия окружающего мира вообще и нарушений житейских норм в частности;

- изучить опыт идеографического описания языковых единиц;

- раскрыть значение поля в системном изучении лексики и роль фреймовой концепции в определении состава поля;

- определить концептуальное основание идеографического поля концептосферы «Нарушенность» и представить в виде синопсиса словаря;

- разработать на примере фрагментов поля методику использования фреймов для идеографической разработки актуальной лексики;

- определить возможности применения фреймов в конфронтативном описании лексики;

- выявить национальное своеобразие и особенности речевой реализации отдельных лексических объединений идеографического поля;

- классифицировать речевые стратегии говорящего относительно фактов нарушений норм в типичных повседневных ситуациях.

Объектом исследования является концептосфера нарушений житейских норм, а предметом – лексические средства как единицы лексикографического описания, выражающие отступления от национально-специфических жизненных норм и образующие идеографическое поле.

Научная новизна исследования заключается в том, что моделирование участков поля и изучение их культурной специфики осуществляется на основе теории фреймов. Фрейм рассматривается как способ выявления фоновых знаний, вербализуемых элементами поля.

Диссертация в целом является первым опытом монографического исследования концептосферы нарушенности как составляющей национальной концептосферы в лексикографическом аспекте. В настоящей работе предпринята попытка воссоздать сквозь призму окружающих человека нарушений обыденных – житейских – норм наиболее значимую часть антропологической картины мира.

Оригинальность исследования состоит также в том, что в работе предложена авторская концепция идеографического словаря «Нарушений житейских норм», определены параметры и разработана методика лексикографического описания групп слов на основе существующей типологии фреймов с учетом как общих, так и индивидуальных свойств лексических единиц.

Научная новизна результатов исследования определяется также тем, что в диссертации впервые с ситемных позиций представлен обширный и важный в повседневной речевой практике фонд обиходной лексики, выявлены многочисленные случаи лексических псевдопараллелей, существенных в условиях межкультурной коммуникации.

Теоретическая значимость исследования определяется его вкладом в разработку теории поля – одного из способов комплексного описания лексики национального языка. Поле рассматривается как средство организации ментального лексикона носителя языка (психолингвистическая модель) и как структурный элемент идеографической лексикографии. Методика построения полей при помощи фреймов может быть использована для моделирования других фрагментов лексико-семантической системы на материале разных языков.

В работе рассматриваются актуальные для современной лингвистики проблемы взаимодействия языков и культур, описываются национально обусловленные отличия в понимании норм и ценностей, предлагается комплексное описание релевантного в повседневном общении фонда лексических единиц, вербализующих разного рода отступления от жизненных стандартов культуры и образующих обширный и важный для теоретического и практического переосмысления фрагмент языковой картины мира и национальной концептосферы.

Результаты исследования и материалы к словарю могут быть использованы при решении теоретических и методических проблем общей и немецкой идеографической лексикографии, этики межкультурного взаимодействия, языковой прагматики, при сравнительно-сопоставительном изучении национально-культурной специфики речевого общения, в лингвистическом анализе дискурса.

Практическая ценность работы обусловлена возможностью применения её основных положений и выводов в лексикографической практике, в вузовских курсах лексикологии, стилистики, лингвострановедения немецкого языка, русского языка как иностранного, а также при написании исследовательских работ, учебных пособий для изучающих немецкий язык как иностранный.

В диссертации используется комплексная методика исследования, включающая семасиологический и ономасиологический подходы к анализу языковых фактов. В работе предложена методика установления состава поля путём привлечения фреймов, что предполагает применение метода ступенчатой идентификации, методов контекстуального и сопоставительного анализа, элементов интроспекции.

Изучение особенностей национальной концептосферы потребовало использования данных смежных наук: истории, этнографии, культурологии, этнопсихологии, социолингвистики, дающих возможность осмыслить лексические единицы в контексте семиотики национальной культуры.

Материалом исследования послужили немецкие и русские лексические единицы и фразеосочетания, обозначающие различные отступления от привычных культурных представлений о норме в широком смысле слова, словарные толкования этих единиц. Источником фактического материала послужили идеографические, ассоциативные, синонимические, толковые и другие словари. В качестве иллюстраций используются отрывки из произведений немецкой художественной литературы и публицистики.

Достоверность выводов и результатов исследования обеспечивается опорой на основополагающие научно-теоретические положения предшествующих исследований в данной области, а также значительным объемом исследованного материала.

Апробация основных положений и результатов исследования состоялась на многочисленных международных научных конференциях, конгрессах (Москва [МИЛ, 2008; Государственный институт русского языка им. А.С. Пушкина, 2009]; Санкт-Петербург, 2009; Тамбов, 2008, 2009; Челябинск, 2008; Иркутск, 2008; Ульяновск, 2008, 2009; Пермь, 2008; Нижний Новгород, 2008, 2009; Краснодар, 2008, 2009; Набережные Челны, 2008; Курск, 2009; Северодвинск, 2009; Омск, 2005-2008), посредством участия в работе Всероссийских конференций, школ, научно-методических чтений (Екатеринбург УрО РАН/Москва РАН, 2007; Москва [МГПИ], 2008; Пенза, 2008), региональных и межвузовских конференций (Омск, 2005-2008).

Материалы исследования использовались при руководстве курсовыми и дипломными работами, при чтении лекционных курсов лексикологии, теории и практики перевода, лингвострановедения, спецкурса «Немецкая языковая картина мира» на факультете иностранных языков Омского государственного педагогического университета, в Омском филиале Московского института иностранных языков, в Омском институте иностранных языков «Ин. Яз. – Омск».

Основные положения диссертации отражены в публикациях автора. По теме исследования опубликовано 49 работ общим объемом 51, 18 п.л. в региональной и центральной печати, в том числе две монографии, учебное пособие, немецко-русский идеографический словарь фразеологизмов с названиями животных, научные и методические статьи.

На защиту выносятся следующие положения:

Лингвистический анализ окружающих человека нарушений житейских норм представляет собой способ реконструкции знаний человека о норме. Исследование лексических средств, выражающих отношение носителей языка к отклонениям от привычных жизненных стандартов, дает реальную возможность воссоздать наиболее значимую и довольно обширную часть национальной концептосферы, а именно, выявить ценностную картину мира нации.

Сведения о нормативных предписаниях культуры образуют важную составляющую межкультурной компетентности изучающего иностранный язык. Отображение национальной специфики концептосферы нарушений в словаре ономасиологического типа является необходимым в свете современных подходов к преподаванию лексики иностранного языка.

Концептосфера нарушенности образует когнитивную основу одноименного идеографического поля – совокупности тематически сформированного класса слов, коррелирующих по значению с нарушениями бытующих представлений о норме. Поле языковых знаков организует знания носителя языка о концепте, при этом и то, и другое ментальное образование является многомерным, многофокусным. Репрезентация психолингвистической модели поля средствами языка образует его лексикографическую проекцию.

В качестве процедуры, обеспечивающей выявление механизмов вербализации тех или иных когниций, рекомендуется методика фреймового анализа. Сам фрейм как структура актуализации знаний представляет собой реконструируемый языковой текст, состоящий из множества вопросов. При этом релевантными в моделировании фреймов выступают вопросы, диктуемые свойствами самого языка, а именно: валентностью, смысловыми, сочетаемостными и ассоциативными связями лексем, а также прагматическими особенностями их речевой реализации. Ориентированные на сущностные характеристики лексических единиц в системе языка вопросы фрейма выступают схемой реконструкции знаний о концепте и установления состава объективирующего данные знания поля языковых знаков.

Абстрактный характер фрейма, факт заданности вопросов, конституирующих фрейм, свойствами самой языковой системы позволяют считать данную схему объективным методом иерархического упорядочения лексических единиц поля любого языка. В то же время фреймы обеспечивают исчерпывающую характеристику конституентов полевых образований, структурных связей в поле и за его пределами. Все это обусловливает перспективность использования фрейма в качестве унифицированной парадигмы толкования групп лексики в словарях идеографического типа.

Полнота словарного толкования групп лексики в идеографическом словаре обеспечивается не столько количеством единиц словника, сколько информативностью их семантизации, учитывающей важные культурологические и прагматические особенности функционирования единиц в речи. Комплексное исследование концепта должно включать изучение не только языковой фиксации его основных составляющих, но и рассмотрение первопричин явления, его значения для человека, сопутствующих явлению характеристик, как кодифицированных в лексике и фразеологии языка, так и представляющих собой энциклопедические знания, сведения других наук.

Изучение причин и последствий отступлений от норм в конкретной культуре, вербализуемых на уровне языка и речи, позволяет, во-первых, определить значимость норм и правил для представителей лингвокультурной общности, а во-вторых, верифицировать сквозь призму логических отношений типы семантических связей внутри лексической системы.

Сопоставление объёма выраженных лексикой поля фоновых знаний носителя языка о норме и случаях её нарушения предоставляет возможность выявления общечеловеческих и национально-специфичных механизмов познания. Анализ особенностей вербализации основных видов речевых реакций на нарушение норм в разных ситуациях способствует пониманию отличительных черт национального характера и речевого поведения народов, значимости определённых норм в их культуре.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трёх разделов, заключения и библиографии.

СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается выбор темы исследования, определяются цель, задачи, актуальность и новизна диссертации, её теоретическая и практическая ценность, перечисляются методы применяемого лингвистического анализа, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

Первый раздел диссертации посвящен рассмотрению взаимосвязи языка и культуры народа, языковой картины мира и национальной концептосферы. Особое внимание в этой части работы уделяется нормам и ценностям культуры, подчеркивается их исторически, социально и национально обусловленный характер. В качестве способа выявления культурных норм и ценностей предлагается исследование лексических средств выражения разного рода нарушений норм.

Проблема «язык и культура» многоаспектна и издавна привлекает внимание многих известных историков, филологов, философов, психологов, этнографов и литературоведов (А.Н. Афанасьев, Л. Вайсгербер, Я. Гримм, В. фон Гумбольдт, Д.С. Лихачев, А.Ф. Лосев, М.В. Ломоносов, А.А. Потебня, Р. Раек, Э. Сепир, Н.С. Трубецкой, Б.Л. Уорф, Ф.Ф. Фортунатов, А.А. Шахматов, Г. Штейнталь и др.). Неоднозначные взаимоотношения языка и культуры обсуждаются в работах многих отечественных и зарубежных ученых (Ю.Д. Апресян, Н.Д. Арутюнова, Е. Бартминьский, А. Вежбицкая, Е.М. Верещагин, Э. Верлен, В.Г. Гак, В.Д. Девкин, А.А. Зализняк, В.И. Карасик, Ю.Н. Караулов, В.Г. Костомаров, И.А. Стернин, Е.Ф. Тарасов, С.Г. Тер-Минасова, Н.В. Уфимцева, Ю. Хабермас, А.Д. Шмелев и др.).

Общепризнанным фактом является положение о том, что язык выражает культуру и развивается в ней. Язык есть важнейшее средство не только общения и выражения мысли, но и аккумуляции знаний культуры. Будучи одним из признаков нации, он представляет собой главную форму выражения национальной культуры и её существования.

Изучение языка и речи неразрывно связано с культурой народа. Многочисленные лингвистические исследования убедительно доказывают, что для анализа национального своеобразия языков значимую роль играют особенности менталитета нации, национально-культурные ценности и стереотипы. И вместе с тем описание специфики языковых единиц позволяет верифицировать, а порой и дополнять знания о той или иной культуре [см.: Арутюнова 1999; Рахилина 2000; Вежбицкая 2001; Воркачев 2004; Карасик 2004; Бартминьский 2005; Иная ментальность 2005; Леонтович 2005; Прохоров 2006; Языковая картина мира… 2006; Тер-Минасова 2007; Красавский 2008 и др.].

Любое общественное явление, к каковым относятся и язык, и культура, представляет собой сложное образование, а потому использование в изучении подобных феноменов самых разнообразных методов исследования, в том числе и языковых, вполне оправданно и целесообразно. Результаты лингвистических исследований подтверждают, что и факты языка дают ключ к познанию культуры.

Исследование семантики языковых единиц, их смысловых отношений помогает получить доступ к концептам, отражающим культурные идеалы, нормы и ценности. Так, в качестве центральных культурных ценностей немецкой нации изучаются концепты: Angst, Ordnung, Sicherheit, Furcht, Hflichkeit, Trauer, Freude, Pnktlichkeit. Анализ языковых средств объективации того или иного концепта позволяет получить доступ к индивидуальному и коллективному сознанию, тем самым к особенностям мировидения представителей конкретной культуры, а совокупность национальных концептов, образуя концептосферу языка, являет собой, в сущности, концептосферу культуры [Лихачев 1997]. Поэтому необходимость анализа языковой репрезентации концептов обусловлена возможностью реконструировать таким образом концептосферу культуры или какую-либо её часть.

При принципиальной общности основ человеческой жизнедеятельности многие явления, процессы и предметы, кажущиеся на первый взгляд универсальными, обладают национальной спецификой. В самом деле, действительность неодинаково отражается в различных языках в силу нетождественных условий материальной и общественной жизни людей, и это выражается в различной лексической и грамматической номинации явлений и процессов, в несовпадающей сочетаемости тех или иных значений и т.д.

Рассуждая о национально-специфических различиях в лексическом и грамматическом оформлении сопоставляемых фрагментов картин мира разных языков, исследователи отмечают, что межъязыковые несоответствия могут быть разной степени важности. Контрастные явления, в том числе нарушения межъязыкового параллелизма в области грамматики, оказываются в первую очередь объектом наблюдений лингвистов. Вместе с тем отражение и хранение культурного своеобразия окружающей действительности производится в значительной мере единицами лексического уровня языка.

С помощью лексики фиксируются и передаются из поколения в поколение нормы поведения, этические установки, приоритеты и идеи национального и социального опыта носителей языка. Знание норм и ценностей другой культуры необходимо для адекватного поведения и успешного общения в условиях иноязычной коммуникации.

Каждый социум обладает определенным набором канонов, норм, стереотипов, традиций, установок, содержащих социальную, моральную, эмоциональную оценку фактов и явлений и влияющих на потенциальные формы поведения, в том числе и речевого. Общий запас культурных ценностей – своеобразного инвентаря культуры, транслируемого следующим поколениям через традицию – необходим для нормального развития культуры. Рассмотрение ценностей сквозь призму их функционирования в обществе предполагает изучение форм их существования и реализации, к каковым относятся нормы и правила.

Поскольку человек – существо общественное, то вполне естественно, что его с рождения приучают к сложившимся и закреплённым в сознании данного социума нормам поведения и жизни. Вместе с тем следует отметить, что понятие нормы применимо не только к сознательному поведению и производственной деятельности, оно не ограничивается только предписаниями морали. Норма должна пониматься в самом широком смысле слова, поскольку концепт нормы применим практически ко всем сферам жизни: к артефактам, механизмам, мышлению, языку, к явлениям природы и т.д. [Арутюнова 1988].

Сложившиеся нормы подлежат определённой фиксации, поскольку передача норм из поколения в поколение является важнейшей стороной функционирования общества. Нормы находят свое выражение и в житейских оценках, суждениях, поэтому вполне оправданно выделение особого вида регулятивов – житейских норм. Это обыденные представления, будничные правила, важные в повседневной деятельности людей, суммирующие разные виды норм, социальных конвенций и правил. Будучи индивидуально и общественно значимыми, нормы и ценности находят своё выражение в системе языка, образуя неотъемлемый фрагмент языковой картины мира.

Вместе с тем в процессе своей жизнедеятельности человек нередко сталкивается с различного рода нарушениями принятых норм и бытующих представлений о норме вообще, в широком смысле слова. Различные отступления от норм, будь то трудовая или иная деятельность, поведение, коммуникация, поломки, некачественности артефактов и т.д., затрагивают интересы человека и потому фиксируются многочисленными лексическими средствами и речевыми сообщениями.

В силу того, что ценности образуют основу любой культуры, они находят в лексике языка самое разнообразное выражение, в частности в форме лексических единиц и фразеологических сочетаний, фиксирующих различного рода нарушения бытующих представлений о норме. Нередко причиной нарушений норм жизнедеятельности становится устаревание, изменение нормативных стереотипов, появление новых стандартов и приоритетов. Свидетельством переосмысления жизненных установок становятся анекдоты, карикатуры, псевдопословицы, разнообразные жанры черного юмора.

Специфика восприятия норм и нарушений объясняется во многом особенностями национального характера и менталитета как совокупности психических, интеллектуальных, идеологических, религиозных, эстетических черт поведения и мышления, традиционных реакций народа на окружающий мир. Так, особая приверженность немецкой нации к порядку детерминирует наличие большого количества нормирующих предписаний, установлений, рекомендаций, несоблюдение которых может оцениваться крайне негативно и повлечь за собой нелицеприятные последствия. Относительность отдельных правил для немецкого гражданина превращается чаще всего в обязательность применительно к иностранцу, а потому важность знания норм и стандартов поведения не требует доказательств.

Для изучающего иностранный язык вообще и немецкий в частности наиболее актуальной проблемой выступает вопрос, как вести себя в различных повседневных житейских ситуациях, не нарушая нормы и установки другой культуры, чтобы быть адекватно понятым, не создавать конфликтов в общении. Причиной коммуникативных неудач является зачастую именно незнание социокультурных стереотипов поведения. Поэтому комплексное описание обширного фрагмента языковой картины мира, коррелирующего с концептосферой нарушений, позволит выявить нормы и ценности культуры.

Социокультурные изменения выступают определенное время в качестве характеристик, еще не зафиксированных языком, но они свидетельствуют об изменяемости того или иного концепта. Именно поэтому одних языковых исследований недостаточно для познания особенностей национальной концептосферы. Изучение способа языковой интерпретации действительности должно осуществляться на обширном материале, включающем помимо лексических, грамматических, словообразовательных единиц пословицы, сентенции, прецедентные тексты, фрагменты художественных и других произведений, данные психолингвистических экспериментов, факты других наук.

Таким образом сквозь призму нарушений реально воссоздать наиболее значимую ценностную часть национальной концептосферы, что в свою очередь является определенным вкладом в решение глобальной проблемы структурирования человеческого знания о мире в языке и речи. К тому же традиционное для процесса преподавания иностранного языка знакомство лишь с праздниками и обычаями страны изучаемого языка, пусть даже в лингвострановедческом аспекте, не удовлетворяет насущных ежедневных коммуникативных потребностей иностранца. В то время как исследования лексики и фразеологии языка дают ценную информацию о национально-культурных требованиях и предписаниях, типичных качествах народа и т.д. Релевантные для рядового носителя языка явления, касающиеся наиболее важных моментов организации, нормирования его жизни, имеют первостепенное значение и для иностранца, изучающего эту лингвокультуру.

Выявление и объяснение подобных фактов является одной из важных задач лексикографии, поскольку именно словарь выступает неотъемлемым элементом процесса обучения иностранному языку. В качестве содержательной основы выполненного в данном аспекте словаря можно предложить нормы и ценности национальной культуры, выявить которые позволит анализ лексического и речевого материала, касающегося нарушений разного рода житейских норм.

В свете современных принципов методики преподавания иностранных языков, в частности принципа аккультурации, необходимо составление идеографических словарей актуальной лексики, учитывающих системные, прагматические и культурологические особенности лексических единиц. Фрагментарные лингвистические исследования, нацеленные на изучение национально-специфических особенностей лексики национального языка, коммуникации в той или иной культуре и создающие основу подобных словарей, важны для профилактики сбоев в межкультурном общении и предотвращения культурных конфликтов.

Во втором разделе работы анализируются достижения идеографической лексикографии в решении задачи словарного представления тематически организованных групп лексики национального языка. Отмечается роль культурной информации в содержании словаря, поскольку незнание лексического фона является основной причиной коммуникативных неудач в межкультурном общении.

Обзор имеющихся лексикографических изданий позволяет обнаружить весьма ощутимый на сегодняшний день дефицит словарей активного типа на материале немецкого языка. Практика ономасиологического представления лексики в значительной мере уступает традиционному семасиологическому описанию. Идеографические словари русского языка демонстрируют и количественное преобладание, и качественное преимущество по сравнению с аналогичными немецкими словарями. Используя накопленный опыт лексикографирования слов на понятийной основе, авторы русскоязычных изданий достаточно успешно решают задачу системного описания лексики и фразеологии русского языка [Баранов 1995; Саяхова и др. 2000; Русский семантический словарь 1998; 2000; 2003; Козлова 2001; Большой толковый словарь русских существительных 2005; Словарь-тезаурус современной русской идиоматики 2007; Шушков 2008].

Известные и пережившие несколько изданий идеографические словари немецкого языка [Wehrle/Eggers 1993; Dornseiff 2004] нацелены на установление максимально полного перечня слов, характеризующих то или иное понятие, и ориентированы в первую очередь на пользователей, для которых немецкий язык является родным. Задача данных словарных трудов состоит в том, чтобы напомнить читателю позабытые им способы выражения мысли.

Вместе с тем информативность идеографических словарей для иностранцев не может ограничиваться лишь многотысячным перечнем тематически организованных слов. Говорящий и пишущий на немецком языке как иностранном нуждается в целом пакете сведений о лексических и фразеологических единицах в фонетическом, грамматическом, стилистичексом, культурологическом и прочих аспектах.

Важно учитывать, что за каждой лексической единицей стоит конкретный предмет/явление с присущей ему индивидуальностью, поэтому словарное толкование обязано включать как общие, так и специфические характеристики лексических единиц: семантические тонкости, национальные особенности, свойственные для данного языка коллокации, ассоциации, функционально-стилистические оттенки и прагматические нюансы.

Словарь должен содержать функционально необходимые, актуальные в коммуникативном плане единицы. Упорядочивание тематических групп словаря следует осуществлять, исходя из принципа антропоцентризма и опираясь на факты обыденной, житейской картины мира. При подаче материала в идеографическом словаре необходимо принимать во внимание  семантическую соотнесенность, не только внешние, но и внутренние связи слов в пределах отдельных групп.

Анализ многочисленных словарей ономасиологического типа на материале немецкого и русского языков с точки зрения их информативности для пользователя приводит к выводу об обусловленности недостатков отдельных лексикографических изданий не только позицией лексикографа, но и исключительными особенностями лексико-семантической системы как объекта идеографического описания. Трудности идеографической лексикографии сопряжены в определенной степени со сложностью самого предмета описания – лексики.

Специфика лексической системы проявляется и в огромном количестве её элементов, и в многообразии их отношений. Информация о системных связях слов важна для создания ономасиологического словаря как в теоретическом, так и в практическом плане. Люди не воспринимают мир как множество изолированных предметов, напротив, эти предметы связаны друг с другом многочисленными связями и отношениями. Как следствие, лексические единицы также связаны между собой самыми разнообразными отношениями в рамках структуры языка, внутреннего лексикона, текста. Это значит, что и в словаре идеографического типа данные связи не могут оставаться в стороне, они должны пронизывать содержание словаря. Следовательно, структура словаря призвана отражать взаимосвязи реального мира, которые характеризуют также построение внутреннего лексикона носителя языка.

Рассматриваемые в рамках развивающегося гносеологического подхода к изучению функционирования языковых единиц структурные связи, организующие лексико-семантическую систему и её участки, могут стать ключом к исследованию механизмов познания, создавая отражение реального восприятия человеком многомерности окружающего мира. Описание фрагментов лексики языка, учет опыта передовых идеографических изданий создадут необходимые предпосылки для создания ориентированного на нужды методики преподавания иностранных языков идеографического словаря – компендиума релевантной лингвострановедческой информации.

Теоретические основы идеографического словаря разрабатываются как синтез теории семантического поля с принципами комплексного использования ономасиологического и семасиологического подходов к изучению лексики. Полевая организация лексикона в наибольшей степени соответствует особенностям человеческого мышления. Тем не менее актуальной проблемой в практике составления полей остается вопрос о критериях вхождения той или иной лексемы в поле.

Предметом рассмотрения второй главы данного раздела является в связи с этим поле как один из результативных способов систематизации лексических единиц на понятийной основе. Наряду с достоинствами полевого метода отмечается и известная произвольность в определении состава полей, элиминировать которую предлагается посредством использования фреймов. Данный раздел содержит также синопсис той части идеографического словаря, которая отражает содержание концептосферы «Нарушенность». Для определения состава моделируемого на указанном концептуальном основании поля рекомендуется типология фреймов, разработанная немецким лингвистом К.-П. Конердингом [Konerding 1993].

Метод поля, в определенной степени отражающий строение внутреннего лексикона человека, активно используется сегодня для исследования лексической системы и составления на основе полученных результатов словарей идеографического типа. Полевая организация лексики не случайна. Слова группируются в поля уже в сознании говорящего в силу их тематической близости либо по причине принадлежности к одной области логических понятий или референтов. Объективность существования ментальных полевых объединений подтверждается результатами психолингвистических и нейрофизиологических исследований.

Являясь средством организации ментального лексикона носителя языка, поле рассматривается и как структурный элемент идеографической лексикографии. И это не случайно: в процессе познания человек категоризирует и классифицирует многочисленные формы материи (предметы, явления, процессы, отношения), результаты человеческого познания, зафиксированные в языковых единицах, хранятся в памяти индивида также в схематическом, упорядоченном виде. Аналогичную структуру должен вследствие этого иметь и идеографический словарь, поскольку он призван облегчать нахождение нужного слова, а значит, его построение должно соответствовать естественному членению окружающего мира человеческим сознанием, структуре человеческой памяти.

Вместе с тем более или менее успешная практика описания лексики в ономасиологических словарях свидетельствует о некоторой произвольности в использовании данного метода, о значительной роли субъективного фактора в деле составления таких словарей. В то время как при идеографической организации материала следует учитывать многогранные отношения лексических единиц и их коммуникативно-функциональные особенности. Построение поля сопряжено кроме того с одной из самых трудноразрешимых задач – выявлением национального своеобразия поля. Для этого необходимо обращение к хранящимся в памяти индивида фоновым знаниям, с которыми самым непосредственным образом связан лексический фон значения языковых единиц.

Отмеченные проблемы могут быть решены сегодня благодаря достижениям когнитивной науки, в рамках которой исследуются процессы усвоения, накопления и использования информации человеком. С развитием когнитивного подхода наметились перемены и в способах словарного описания лексики национального языка. Так, средством выявления фоновых знаний, перевода языка ментальных построений в формы естественного языка, выступает теория фреймов М. Минского. Сторонники данной концепции пытаются объяснить, как рядовой представитель определенной культуры понимает и классифицирует мир, как он использует в языке свой жизненный опыт и накапливает знания.

Относительно содержания фреймов следует пояснить следующее. Опираясь на концепции М. Минского и К.-П. Конердинга, мы рассматриваем фрейм в качестве реконструируемого языкового текста, состоящего из множества вопросов. С помощью данной структуры осуществляется в нужный момент реконструкция хранящихся в памяти человека знаний о том или ином концепте, репрезентация их в виде поля языковых знаков, вербализация которых происходит средствами естественного языка.

Понимание фрейма как структуры представления знаний, как языкового текста, содержащего множество вопросов о гипотетической ситуации, стоящей за словом, предоставляет ключ к решению проблемы произвольности в установлении полей.

Релевантными в моделировании фрейма для выявления фоновых знаний можно считать

  1. вопросы, диктуемые валентностью;
  2. вопросы, детерминированные смысловыми, сочетаемостными, ассоциативными связями получаемых в процессе программирования речевого действия во внутренней речи единиц языка ментальных построений;
  3. вопросы, обусловленные ситуацией.

Поясним наш выбор. Валентные свойства лексем обусловлены самим языком, а потому могут рассматриваться в качестве объективного основания построения фреймов. Рассматривая второй тип вопросов, мы исходим из положения, что во внутренней речи слово – сгусток смысла – объединяется разнообразными связями, разноплановыми ассоциациями с другими единицами. Вследствие этого на основе смысловых ассоциативных связей строятся и вопросы фрейма, что в целом отражает ассоциативный характер человеческого мышления. Слово не только указывает на предмет, но и становится центральным узлом для целой сети вызываемых им образов и связанных с ним слов. Необходимость учета компонентов ситуации общения в моделировании фрейма диктуется неразрывной связью между языком и речью.

Заданность вопросов фрейма самой языковой системой, внутрисистемными связями лексики, обстоятельствами речевой ситуации в значительной степени снижает произвольность полевого подхода, а кроме того позволяет отобразить в словаре логические связи реальной действительности, элементов сознания и лексико-семантической системы языка. При таком рассмотрении поля и фрейма вполне оправданно использовать их проекции в качестве структурных элементов словарей, создаваемых на понятийной основе.

Вербализация реконструированных фоновых знаний о ситуации или объекте происходит при использовании языковых выражений, т.е. при предикации. Тем самым вызываемая из памяти информация (ответ на вопрос фрейма) представляет собой множество узуальных предикаций, то есть лексемы поля являются элементарными предикатами для языковой коммуникации. Предполагается, что каждое языковое сообщество координировано до такой степени, что у его представителей предусмотрено определённое количество характерных предикатов для описания типичных объектов или ситуаций.

Поэтому для исследования концептосферы нарушенности предлагается воспользоваться разработанными немецким лингвистом К.-П. Конердингом типами фреймов. Созданная ученым типология фреймов обладает необходимой степенью абстракции, что дает возможность использовать фреймы в качестве унифицированной схемы воссоздания полевых образований на материале разных языков.

Содержательные компоненты исследуемой концептосферы представлены в работе в виде синоптической схемы идеографического словаря. Фрагмент общей схемы словаря построен с учётом того, что нарушать житейские представления о норме могут:

- природные явления, процессы и условия;

- события, состояния, отношения в различных сферах общественной жизни;

- изменения с окружающими человека артефактами;

- человек со своими потребностями, состояниями, качествами и поступками.

Когнитивное основание конструируемого в работе идеографического поля, его психолингвистическая модель, является многомерным, многофокусным. Вследствие этого синопсис разрабатываемого идеографического словаря концептосферы нарушенности включает несколько разделов с входящими в их состав классификационными рубриками, микрополями, тематическими группами и подгруппами в соответствии с типичными случаями отклонений от стандартов в самых разных сферах жизнедеятельности человека. Нарушения норм, а значит и сама норма, охватывают широкий спектр явлений, событий, предметов, состояний и процессов, имеющих самое непосредственное отношение к человеку и вызывающих его разнообразные реакции. Комплексное представление таких значимых сегментов лексической системы в словаре идеографического типа с учетом культурной информации, обнаруженной в ходе конфронтативного исследования языков, позволит воссоздать обширную часть концептуальной картины мира носителя языка.

Третий раздел диссертационного исследования содержит материалы к словарю, полученные в ходе практического применения предлагаемой в работе методики лексикографического описания групп лексики.

Представленное в диссертации понимание целей, структуры, содержания идеографического словаря обусловлено потребностями лексикографической практики и методики преподавания иностранных языков и результирует синтез разнообразных лексикографических идей. Кроме упомянутых ранее лексикографических изданий необходимо назвать отдельные работы, содержание которых имело важное значение в формулировании собственной авторской концепции: [Караулов 1981; Konerding 1993; Добровольский, Шарандин 2003; Бабенко 2006; Баранов, Добровольский 2006; Морковкин 2006; Иорданская, Мельчук 2007].

Анализ проделанной работы позволил выработать ряд обобщений для теории и практики лексикографирования слов на понятийной основе.

Имя лексической группы или подгруппы должно быть идентифицировано с одним из фреймов, ассоциируемых с целым классом однотипных слов. Как указывалось выше, в настоящей работе для моделирования участков полей используется типология фреймов К.-П. Конердинга, которая отражает основные типы лексических единиц (предмет, действие/взаимодействие/общение, лицо, состояние/свойство, организм, событие, институт/социальная группа, окружение человека, часть чего-либо, предмет/состояние/множество). Предпринятое исследование показало, что каждый из фреймов может быть легко соотнесен посредством процедуры ступенчатой идентификации с именем определенной лексической группы.

Конституентами искомого поля выступают многочисленные предикаты, отвечающие на тот или иной вопрос фрейма. Способность предикатов служить ответом на вопрос определяется их общим значением и сходной функцией, что, собственно говоря, является сущностной характеристикой полевых образований.

Основные вопросы выбранного для установления состава поля фрейма могут быть дополнены так называемыми факультативными или дополнительными вопросами, необходимость которых определяется прежде всего особенностями конкретных языковых единиц, их индивидуальными семантическими и прагматическими характеристиками.

Таким образом, выбор вопросов фрейма обоснован самой лексической системой с присущими ей стационарными отношениями. Вопросы фрейма детерминированы свойствами языковых единиц: их валентностными, смысловыми, сочетаемостными, ассоциативными связями и ситуативной зависимостью, что позволяет минимизировать степень произвольности в конструировании поля и дать полное представление о содержании концепта.

Полнота словарного описания зависит также от целей и задач лексикографического издания, от потребностей пользователя словарной информации, на которые должен ориентироваться словарь. Следует дифференцированно представлять лексический материал для носителя языка и для изучающего данный язык иностранца. Если для носителя языка достаточно минимума грамматических, семантических и функционально-стилистических сведений о слове, оформленных в виде разного рода помет, то в словаре для иностранцев целесообразно сочетание идей идеографического и толкового словарей. Такой комплексный словарь содержит полное толкование лексем, организованных и представленных в словнике по полевому принципу.

Таким образом предлагаемое описание языковых единиц является по своим задачам интенсивным, направленным на информативность описания, в отличие от экстенсивного лексикографирования, главный приоритет которого заключается в фиксации как можно большего количества языковых единиц.

Полиаспектное представление семантизируемых единиц включает ряд лексикографических параметров, к числу которых относятся:

- характер ударения и произношения слов,

- их грамматические свойства (категориальная соотнесенность, морфологические указания),

- этимологическое значение,

- семантизация, акцентирующая важные нюансы значений для выделения слова из ряда смежных по значению слов,

- стилистическая отмеченность,

- сочетаемость единиц, иллюстрирующая сочетательную ценность,

- культурологическая (страноведческая) информация, содержащая справки энциклопедического характера, прагматические сведения,

- отсылки к группам лексики, связанным по значению,

- перевод.

Важность того или иного параметра определяется особенностями самого семантизируемого материала. Таким образом словарная статья лексической группы содержит сведения о фоно-морфологических, семантических (смысл и коннотации) свойствах лексем и их синтактике (сочетаемостные свойства, включая коллокации, ситуативную характеристику). Словарное толкование предназначено для «рядового» пользователя, поэтому может быть лишено формализованного метаязыка, свойства лексических единиц иллюстрируются в таком случае конкретными примерами и комментариями.

На основе выбранного подхода моделируемые в диссертации фреймы используются как унифицированные схемы словарного толкования групп лексики немецкого языка, а также сопоставительного описания фрагментов изучаемого поля в немецком и русском языках.

Необходимо отметить, что в рамках реферируемой диссертации рассмотреть многочисленные разновидности отклонений от норм не представляется возможным. Признавая актуальность перечисленных в синоптической схеме групп лексики для носителя обыденного, крайне антропоцентричного сознания, мы считаем необходимым ограничиться изучением лишь некоторых лексических объединений, наиболее существенных видов нарушений. Выбор участков поля для анализа обусловлен, во-первых, степенью их разработки в современной лексикографии и в работах идеографического плана, во-вторых, функциональной значимостью явлений, описываемых лексикой соответствующих тематических образований, в житейской картине мира.

Среди разнообразных видов нарушений норм внимания лексикографа заслуживают в первую очередь те, которые непосредственно связаны с жизнедеятельностью человека: отклонения от нормального физического или эмоционального состояния, нарушения этических норм поведения в семье, трудовом коллективе, обществе в целом. Анализу подвергаются значимые в лингвокультурной общности нормы и, соответственно, коммуникативно релевантные лексические единицы, обозначающие отклонения от норм здоровья, говорения, норм трудовой деятельности, негодность качества продуктов, свойств одежды и обуви, нарушения правил поведения и др. Отдельные результаты представлены в виде словарных статей как одно-, так и двуязычного идеографического словаря.

Ставя перед собой задачу раскрыть возможности фрейма в совершенствовании теории поля и практики составления словарей активного типа, мы не стремимся дать полный перечень предикатов той или иной группы. Более важным представляется продемонстрировать перспективы применения фреймов для описания разных участков концептуальной схемы, что позволяет, в свою очередь, верифицировать теоретические предположения о фрейме как способе реконструкции информации о концепте.

В качестве примера представим фрагмент разработанной в ходе исследования словарной статьи «Неумение говорить – Ungeschickte Redeweise». Среди множества тематических группировок изучаемого поля лексическая группа, конституенты которой характеризуют манеру речи, представляет особый интерес для лингвистов. Вместе с тем лексикографическое описание данной группировки лексики предпринимается впервые. Вообще нарушения норм общения и способы регулирования отступлений от коммуникативных стандартов являют собой проблему, недостаточно разработанную в современной идеографической лексикографии. (Знак >> указывает на связи с другими тематическими группами словаря).

[Konzept] Ungeschickte Redeweise (gekrzte Fassung)

[Frametyp] Handlung (mglich: Eigenschaft (von))

[Welche Motive gibt es fr die Handlung? – Prdikatoren zur Charakterisierung von Motiven fr die Handlung]

Das Bedrfnis oder der Wunsch eines Menschen, etwas zu sagen

[In welchen bergeordneten (funktionalen) Zusammenhngen fungiert die Handlung? – Prdikatoren zur Charakterisierung der bergeordneten Zusammenhnge, in denen die Handlung eine Rolle spielt]

menschliche Kommunikation

[Welche wesentlichen Phasen bzw. Teilereignisse/Zustnde weist die Handlung auf? – Prdikatoren zur Charakterisierung der besonders charakteristischen Phasen der Handlung]

Ungeschickte Redeweise kann durch

Unklugheit der Rede oder durch Undeutlichkeit des Sprechens

bedingt werden.

Unkluge Rede [Inhalt der Rede]:

Unsinn reden;

jmds. Ohr beleidigen (ugs.);

faseln (ugs.abw.);

schwafeln (ugs.abw.);

Kohl reden (ugs.abw.);

♦eine Dummheit vom Stapel lassen (ugs.abw.);

der Unsinn;

der Quatsch (abw.);

der Humbug (ugs.abw.);

das Blech (ugs.);

das Blabla (ugs.) usw.

(>> Dummheit)

Unfhigkeit zum Sprechen:

plump (abw.): eine plumpe Bemerkung, Entschuldigung; ♦zu etw. unfhig sein: Er war unfhig, einen klaren Gedanken zu fassen; ♦jmd. kann nicht bis drei zhlen (ugs.);

unbedachte Rede:

entschlpfen: Ihm entschlpfte eine unvorsichtige Bemerkung; herausplatzen (ugs.) usw.

die Unbedachtsamkeit; die Plumpheit (abw.);

unbeabsichtigt:

entfahren jmdm. /D./;

ausstoen: Er stie einen Fluch aus;

ausschwatzen (abw.) [aus Geschwtzigkeit];

sich verplappern (ugs.) [aus Versehen] usw.

fehlerhafte Rede:

versehentlich:

verwechseln:

seine Sprache vernachlssigen;

verballhornen [Wrter o.. entstellen];

sprachwidrig ausdrcken;

Fehler machen usw.

(>> mangelndes Wissen)

sich versprechen;

sich verhaspeln (ugs.) [hastig];

«mir und mich» verwechseln;

sich versehen;

der Versprecher;

die Verwechslung;

das Versehen;

der Schnitzer (ugs.) usw.

Undeutliche Rede [uere Seite der Rede]:

brummen [mrrisch];

lallen;

schluchzen [weinend reden];

nuscheln (ugs.);

brabbeln (ugs.);

♦in den Bart brummen (ugs.) [unzufrieden oder unwillig];

♦einen Klo im Mund[e] haben usw.

fehlerhafte Artikulation (=Sprechmngel):

anstoen; lispeln; nseln; stottern; stammeln [vor Unsicherheit, Erregung] usw.

sehr/zu leise sprechen:

flstern; brummeln; murmeln usw.

das Gemurmel usw.

[zu] schnell sprechen:

heraussprudeln; sprudeln (ugs.); schnattern [aufgeregt ber allerlei <unwichtige u. alberne> Dinge]; plappern (ugs.); haspeln (ugs.) usw.

der Redeschwall (abw.); die Haspelei (ugs.abw.); die Plapperei (ugs.abw.) usw.

unverstndlich sprechen:

kauderwelsch reden [aus mehreren Sprachen gemischt]; Silben verschlucken; abgehackt sprechen;

abgebrochene Stze; das Kauderwelsch usw.

Unangenehm empfundene Rede [Ausdrucksform der Rede]:

ausdruckslos reden:

unnatrlich reden:

[zu] laut reden:

[zu] langsam reden:

unzufrieden reden:

[zu] viel reden:

eintnig; monoton; abgeschmackt: abgeschmackte Worte; die Ausdruckslosigkeit; die Eintnigkeit usw.

ableiern (ugs.abw.) usw.

hochtrabend (abw.): hochtrabende Worte; geschwollen (abw.); gespreizt (abw.); geziert (abw.);

die Unnatrlichkeit; die Gespreiztheit; eine gestelzte (abw.) Ausdrucksweise usw.

trompeten; schreien; brllen; plrren (abw.);

das Geschrei (oft abw.); das Gebrll usw.

dehnen; stocken [nicht flssig reden] usw.

murren; blubbern (ugs.) [rgerlich, undeutlich]

(>> Unzufriedenheit)

schwatzen (abw.); quasseln (ugs., oft abw.) [schnell]; plappern (ugs.) [schnell]; quatschen (salopp abw.) [tricht];

der Klatsch (abw.); das Gequatsche (ugs.abw); der Redefluss (oft abw.) usw.

♦wie ein Buch reden (ugs.); Brabbelwasser getrunken haben (ugs.scherzh.) usw.

[Welche wesentlichen Mitspieler/Interaktionspartner fungieren in der Handlung? – Prdikatoren zur Charakterisierung der Mitspieler in der Handlung]

- der redende Mensch (Kind, Erwachsener, Senior; <mnnlich u. weiblich>)

- der Zuhrer oder der Beobachter

[Durch welche Eigenschaften oder Zustnde sind die Mitspieler und ihre Rollen gekennzeichnet? – Prdikatoren zur Charakterisierung der Eigenschaften und Zustnde, die die Mitspieler in der Handlung aufweisen]

Der Zuhrer/Beobachter kann den Sprechenden je nach der Art des Sprechens (s.o.) charakterisieren. Vgl.:

dumm;

tricht;

einfltig;

albern (abw.);

der Dummkopf (abw.);

der Bldian (ugs.abw.);

der Faseler (ugs.abw.);

das Dumm[er]chen (fam.) [klein]; die Gans (ugs.abw.)

[unerfahren, jung, weiblich] usw.

Eigenschaft: Dummheit (>> Dummheit; Unerfahrenheit)

unvorsichtig;

leichtsinnig;

jmd. hat eine lange Zunge usw.

der/die Plauderer/-in;

der/die Schwtzer/-in (abw.) usw.

Eigenschaft: Leichtsinnigkeit (>> Negative Charakterzge)

unaufmerksam;

vergesslich;

ungebildet (oft abw.);

aufgeregt usw.

der/die Lispler/-in usw.;

stotterig;

der/die Stotterer/-in usw.

hasplig (ugs.); plapperhaft (ugs.abw.);

die Schnattergans (ugs.abw.);

die Schnatterliese (ugs.abw.) [Mdchen, Frau] usw.

jmd., der zu viel redet:

der/die Schwatzer/-in;

die Plaudertasche (scherzh.abw.);

der/die Plapperer/-in (ugs.abw.);

das Plappermaul (ugs.abw.);

der Brummbr,

Brummbart (ugs.) usw.

Eigenschaft: Unaufmerksamkeit, Vergesslichkeit, Unwissenheit (>> Unaufmerksamkeit; Vergesslichkeit; mangelndes Wissen; Erregung)

Eigenschaft: Sprechmngel habend

Eigenschaft: Verlegenheit, Aufregung (>> Erregung)

Eigenschaft: Geschwtzigkeit (abw.)

das Plappermulchen (ugs.scherzh.) [Kind];

die Schwatzbase (ugs.abw.);

die Schwatzliese (ugs.abw.) [weiblich];

die Quasseltante (ugs.abw.) usw.

Eigenschaft: Gesprchigkeit

Eigenschaft: Unzufriedenheit, Missfallen, Verdrielichkeit.

[Mgliche Fragen: Wovon zeugt die Handlung? – Prdikatoren zur Charakterisierung von Informationen, die ber die Handlung vermittelt sind]

Z.B.: flstern; leise sprechen        >> heiser (>> krperliches Unbehagen)

[Was zieht die Handlung nach sich? – Prdikatoren zur Charakterisierung der typischen Folgen der Handlung fr die Mitspieler]

Z.B.: nuscheln, etw. nuschelig sagen        >> missverstehen

sich versprechen; Fehler machen                >> korrigieren

schreien, brllen, schnattern                >> unterbrechen usw.

Многоплановость структуры и разнообразие элементов рассматриваемой лексической группы наглядно демонстрируют детальную проработку языковым сознанием участка поля, описывающего нарушения норм в отношении речи людей. В свою очередь это свидетельствует о важности данного концепта для человеческого общения.

В целом результаты применения фреймов для определения конституентов разных участков поля позволяют сделать вывод о перспективности данного способа системного описания лексики с присущими ей особенностями. Использование фреймов позволяет не только выявить структуру, состав той или иной группы слов, но и охарактеризовать элементы данных объединений, выявить их соотнесенность друг с другом и единицами других тематических образований. Тем самым пользователь получает доступ к фоновым знаниям носителя языка.

Вопросы фрейма структурируют информацию по определенным направлениям, помогают упорядочить хаотические и разрозненные единицы, ассоциируемые с рассматриваемыми понятиями. Таким образом индивидуальное знание, состоящее из многочисленных неоднородных блоков информации, сводится посредством вопросов фрейма в единую систему, образуя психолингвистическую модель поля определенного концепта, которая находит свое выражение в единицах естественного языка.

Результаты предпринятого анализа подтверждают, что метод поля обладает рядом преимуществ при сопоставительном изучении лексических систем разных языков. Контрастивный анализ фрагментов поля, описывающих нарушения актуальных для житейского сознания норм, дает возможность выявить важную для изучающего иностранный язык информацию о языке и культуре народа.

Проведенное исследование показало, что различные отступления от норм, будь то состояние здоровья человека, трудовая или иная деятельность, поведение (например шалости и проказы детей), деструкции артефактов, затрагивают интересы человека, служат материалом для критики и в русской, и в немецкой лингвокультуре. Вместе с тем русские более снисходительны к детским шалостям. Понятия «чистый» и «грязный» имеют свои нюансы в обеих культурах. Языковое выражение квалификации поступков, качеств, отношений, отображающее нормы и правила, принятые в данном социуме, формулирует этические приоритеты и склонности носителей языка.

Обнаруживающееся лексическое многообразие в интерпретации отклонений от норм связано отчасти с особенностями национального характера немцев и русских: немецкой аккуратностью, трудолюбием, привязанностью к порядку – с одной стороны, приверженностью русского человека к высказыванию оценок людей и событий, его терпением – с другой.

В наивном языковом сознании русские и немцы воплощают представления об этническом несходстве: Что русскому здорово, то немцу смерть. Так, ведущим принципом для немцев является соблюдение установленного порядка, в нем они видят смысл существования, тогда как русские «”специализируются” на нарушении порядка»[Девкин 2000: 319].

Сопоставительное исследование предоставило дополнительные подтверждения существования лексико-грамматических несоответствий в системах двух языков при характеристике одинаковых житейских ситуаций. Наблюдается несовпадение объема понятий, а следовательно, и их сочетаемостных свойств. Одно и то же явление получает различную оценку в двух языках. Своеобразны ассоциации представителя того или иного народа. Интерес представляют семантические особенности словообразовательных средств. Значительны валентностные, видовые несоответствия и т.д.

Лексика нарушений житейских норм рассматривается в диссертации не только в рамках системы языка, но и в речевом использовании в типичных ситуациях обиходного дискурса, что позволяет систематизировать речевые стратегии русских и немцев в отношении отклонений от норм. Сопоставительное рассмотрение актуальных житейских проблем в рамках значимых областей немецкой действительности необходимо для комплексного лингвокультурологического описания изучаемой концептосферы.

Рассмотренные речеповеденческие модели, выражающие отношение немцев и русских к нездоровью, детским шалостям, неопрятности как нарушениям общепринятых норм, демонстрируют определенные сходства реакций, что обусловлено единством человеческой психики и релевантностью указанных норм для любой культуры. Основными типами речевых стратегий выступают констатация непорядка, оценка ситуации, устранение и возможная профилактика нарушений норм и правил. Данные речевые стратегии могут быть конкретизированы при помощи речевых тактик.

Основные различия обнаруживаются в частотности тех или иных речевых стратегий, способах их вербализации, а также половозрастных, социальных, культурно-специфичных детерминантах, определяющих выбор коммуникативных стратегий и реализущих их речевых действий (как, кому, что, в какой ситуации уместно сказать).

Так, важным отличием реакций немцев на детское непослушание является их более категоричный, нетерпимый характер, что связано с особенностями воспитания в немецкой традиции, со строгой регламентацией немецкой жизни, нарушать которую непозволительно даже детям. Ср.: Sitz gerade! Nimm die Arme vom Tisch! Es wird gegessen, was auf den Tisch kommt! Solange du die Fe unter unseren Tisch steckst, wird gemacht, was wir sagen! Rume deinen Dreck selber weg! Je lieber Kind, je schrfer die Rute. Wer sein Kind lieb hat, zchtigt es. bermut tut selten gut.

Der Streit um laute Kinder landet oft vor Gericht. Wie viel Lrm drfen Kinder erzeugen? In Spandau muss ein Vater 50 Euro Bugeld wegen Lrmbelstigung zahlen, weil seine 16-jhrige Tochter sonntags Klavier bte. Berliner Kinderschutzverbnde und Familienpolitiker beklagen, dass solche Streitigkeiten stark zunehmen [Presse und Sprache 2009].

Более широко представлены в немецком дискурсе речевые стратегии, направленные на профилактику заболеваний, на пропаганду здорового образа жизни, на борьбу с курением, в то время как для русского общения на тему здоровья подобные модели поведения менее типичны. Ср.: Ein Rauchstopp ist das Beste, was Sie fr sich und Ihre Lunge tun knnen [Senioren Ratgeber. Dez. 2002: 34].

Sie sitzen zu viel und haben zu wenig Bewegung? Hren Sie auf den Rat eines Fachmannes und machen Sie regelmig Gymnastik zur Krftigung der Beine. Sie fhlen sich gestresst? Machen Sie eine Gurkenmaske, das ist gut fr die Entspannung des Gesichts und die Pflege der Haut. Sie haben Rckenschmerzen? Hren Sie auf den Rat des Spezialisten: Legen Sie sich auf einen Tisch und lassen Sie den Oberkrper hngen – das Wichtigste ist die Entspannung des Rckens. Das ist besser als die Einnahme eines Medikaments! [Schritte 2007: 34].

Offenbar sind immer mehr Menschen davon berzeugt, dass sie mit Sport und gesundem Essen das Optimale fr ihre Gesundheit tun [ebd.: 37].

Сложившиеся стереотипы об исключительной чистоте и опрятности немцев находят свое подтверждение и в речеповеденческих стратегиях, выражающих не только констатацию нарушения норм чистоты, но и необходимость их устранения. В русской среде более типичны констатации и оценки подобных фактов. Ср.: Setze deine Mtze zurecht. Vergiss nicht deine Schuhe zu putzen! Bringe die Flecken weg!

… in einem anstndigen Haushalt msse es dermaen sauber sein, dass man vom Fuboden essen kann [Kusche 1972: 25].

Изучение типичных реакций на нарушения житейских норм важно с точки зрения выявления норм и ценностей общества. Степень серьезности реакции свидетельствует о серьезности нарушения, а значит об особой значимости соотвествующих норм для представителей той или иной культуры. Свойственные носителям языка характерные реакции на нарушения норм возможно выявить не только посредством классификации коммуникативных клише, но и при помощи интепретационного анализа описывающих культурные особенности текстов. Данные такого исследования важны для лексикографирования национально-специфичных норм, а также вообще для понимания особенностей речевого поведения народов, а следовательно, для усвоения соответствующих нормам иноязычной культуры правил общения и поведения, для преодоления ложных этнических стереотипов и формирования адекватных представлений о национальном характере народа.

В заключении подводятся итоги исследования.

Предпринятый в рамках диссертации анализ лексики в культурологическом аспекте позволяет обнаружить многочисленные фоновые различия даже в средствах вербализации так называемых универсальных концептов. Изучение сквозь призму лексики языка восприятия времени, пространства, оценки физиологических и эмоциональных состояний, поведения в социуме свидетельствует о национальном своеобразии контентов данных концептов. Специфика их лексической репрезентации становится очевидной при конфронтативном рассмотрении. Различия в лексико-фразеологической номинации и дескрипции нарушений житейских представлений о норме являются следствием проявления специфических черт национального характера языка.

И хотя социосемантические расхождения в русском и немецком языках не носят принципиально непримиримого характера и нивелируются в некоторой степени в процессе интеркультурной коммуникации, они представляют определенные проблемы при переводе и изучении языка. Вследствие этого использование в процессе преподавания языка результатов исследований лексики важно в плане предотвращения возможных недоразумений и сбоев в межкультурной коммуникации.

Насущной задачей лексикографа является в этой связи поиск оптимального способа презентации фоновых различий. Работа с разного рода словарями представляет собой неотъемлемый элемент освоения любого языка, особенно если это освоение осуществляется самостоятельно и в условиях оторванности от языковой среды. Фиксация словарями культурной информации поможет изучающему иностранный язык правильно ориентироваться в другой культуре и языке. Выявление фоновых отличий языковых единиц, в частности культурологических особенностей лексики языка, осуществляемое в рамках фрагментарных лингвистических исследований, служит необходимой основой и для лексикографической практики.

Подача слов в словаре должна соответствовать современным требованиям методики преподавания языка, тем более что усвоение лексики – основы языка – во многом зависит от способа ее представления. Облегчить изучение языка, как родного, так и иностранного, призваны словари идеографического типа.

В качестве универсальной парадигмы описания лексики национального языка в идеографическом словаре может с достаточной эффективностью использоваться концепция фрейма в сочетании с теорией поля. Именно фреймы выступают средством выявления полевых образований, репрезентирующих фоновые знания индивида о том или ином концепте. Предпринятое исследование доказывает, что фрейм помогает выявить фоновые знания носителей языка о норме, поскольку выступает средством реконструкции и полевой репрезентации сведений о случаях ее нарушения.

На основе имеющегося опыта лексикографирования слов по понятийному принципу в диссертации на конкретном лексическом материале разработана методика построения фрагментов полей при помощи фреймов, определены параметры словарного описания групп лексики с учетом как общих, так и специфических характеристик лексических единиц.

Полнота идеографического описания группы слов мыслится как максимально полное представление соотношений слов в пределах группы и за ее рамками и как обусловленная такой презентацией информативность зон словарной статьи. Лексика при таком лексикографировании не только предъявляется, но и объясняется, что достигается посредством характеристики существенных ее свойств.

Сопоставление объема выраженных лексикой поля фоновых знаний представителей разных культур о нормах поведения, специфике жизнедеятельности, глубинных ценностях нации позволяет получить доступ к знаниям, наиболее актуальным для повседневного общения в условиях иноязычной культуры. К тому же подобное исследование весьма перспективно, поскольку человек всегда стремится в той или иной мере нормировать все, что его окружает.

Библиография содержит список использованной научной литературы, перечень лексикографических источников и список художественных произведений, публицистических текстов, привлекаемых в качестве иллюстративного материала.

Основные положения и результаты диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:

I. Монографиях:

1. Буренкова С.В. Структурные и содержательные аспекты идеографической лексикографии: монография.– М. – Омск: МПГУ, Изд-во ОмГПУ, 2006.– 166 с. (10, 3 п.л.).

2. Буренкова С.В. Немецкие жизненные нормы сквозь призму лексики языка: монография.– М. – Омск: МПГУ, Изд-во ОмГПУ, 2008.– 196 с. (12, 25 п.л.).

II. Статьях, опубликованных в ведущих научных рецензируемых журналах и изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ для публикации основных положений докторской диссертации:

3. Буренкова С.В. Проблемы идеографической лексикографии в свете современных подходов к преподаванию иностранных языков // Преподаватель XXI век. Общероссийский научно-практический журнал о мире образования. № 3. 2007. C. 180187. (0, 75 п.л.).

4. Буренкова С.В. Зооморфные образы немецкой и русской фразеологии // Вестник Челябинского государственного университета. Научный журнал. Серия «Филология. Искусствоведение». № 30 (131). Выпуск 26. 2008. С. 2939. (0, 9 п.л.).

5. Буренкова С.В. Комизм псевдопословиц как способ переоценки витальных ценностей // Преподаватель XXI век. Общероссийский научно-практический журнал о мире образования. № 4. 2008. C. 8086. (0, 75 п.л.).

6. Буренкова С.В. Репрезентация детских шалостей в немецкой и русской лингвокультурной традиции // Вопросы когнитивной лингвистики. № 3. 2008. С. 1621. (0, 8 п.л.).

7. Буренкова С.В. Традиционное и новое в идеографической лексикографии (на примере русских и немецких словарей) // Вестник Тамбовского государственного университета. Серия «Гуманитарные науки». Вып. 8 (64). 2008. С. 167174. (1 п.л.).

8. Буренкова С.В. Адаптация немецких пословиц к условиям современной жизни // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. № 2(36). 2009. С. 103106. (0, 4 п.л.).

9. Буренкова С.В. Фрейм как способ моделирования фрагментов поля в идеографической лексикографии (на примере ЛСГ «Неуклюжесть») // Вопросы когнитивной лингвистики. № 2. 2009.  С. 7381. (1, 2 п.л.).

10. Буренкова С.В. Лексические средства выражения обмана в немецком языке (в сопоставлении с русским) // Вестник Челябинского государственного университета. Научный журнал. Серия  «Филология. Искусствоведение». № 5 (143). Выпуск 29. 2009. С. 3742. (0, 75 п.л.).

III. Научных статьях, опубликованных в сборниках:

11. Буренкова С.В. Влияние немецкого национального характера на природу номинаций // Вопросы лингвострановедения и лексикологии. Межвуз. сб. ст., аннот., рецен. и библ. под ред. В.Д. Девкина.– Москва: Прометей, 2003.– С. 124–129. (0, 4 п.л.).

12. Буренкова С.В. Бытовые неудачи на материале лексико-семантической группы «Неряшливый внешний вид, износ одежды, обуви» // Вопросы филологии и методики преподавания иностранных языков: Межвуз. тем. сб. Вып.5 / Под общ. ред. Т.А. Поздняковой.– Омск: Изд-во ОмГПУ, 2004. – С. 113–120. (0, 44 п.л.).

13. Буренкова С.В. Виды информации для словаря идеографического типа // Вопросы филологии и методики преподавания иностранных языков: Межвуз. тем. сб. Вып.5 / Под общ. ред. Т.А. Поздняковой.– Омск: Изд-во ОмГПУ, 2004.– С. 9–13. (0, 3 п.л.).

14. Буренкова С.В. Здоровье/нездоровье в языковом сознании русских и немцев // Вопросы лингвистики, перевода и межкультурной коммуникации: Сб. науч. статей. Вып. 1.– Омск: Изд-во «Ин.яз-Омск», 2005.– С. 90–99. (0, 6 п.л.).

15. Буренкова С.В. О взаимовлиянии языка и культуры народа (на материале немецкого языка) // Вестник муниципального института права и экономики (МИПЭ).– Вып.2.– Липецк: НОУ «Интерлингва», 2005.–  С. 220–228. (0, 44 п.л.).

16. Буренкова С.В. Речь человека в фокусе нормы // Вопросы филологии и методики преподавания иностранных языков: Межвуз. тем. сборник. Вып. 6 /под ред. И.И. Гузик.– Омск: Изд-во ОмГПУ, 2005.– С. 45–51. (0, 4 п.л.).

17. Буренкова С.В. Роль культурной информации в практике международного общения // Современные тенденции и перспективы развития образования в высшей школе. Форум «Омская школа дизайна». II Международная научно-практическая конф-я: сб. ст. / под общ. ред. ректора ОГИС, проф. Н.У. Казачуна.– Омск: ОГИС, 2005.– С. 191–192. (0, 25 п.л.).

18. Буренкова С.В. Нормы и ценности национальной культуры – содержательная основа антропоцентрического словаря // Омский научный вестник.– № 8 (45). 2006.– С. 176–178. (0, 6 п.л.).

19. Буренкова С.В. К вопросу оптимизации процесса преподавания иностранных языков в условиях глобализации // Наука и технологии. Труды XXVII Российской школы.– М.: РАН, 2007.– С. 519–526. (0, 5 п.л.).

20. Буренкова С.В. К проблеме словарного описания лексики национального языка // Теоретические проблемы лингвистики, перевода и межкультурной коммуникации.– Мат-лы межвуз. научно-практ. конф. Омский ин-т ин. яз. «Ин. Яз. – Омск».– Ред. Ржаницына Н.М. и др. Омск: Вариант – Омск, 2007.– С. 100–111. (0, 6 п.л.).

21. Буренкова С.В. Преимущества электронных словарей при изучении иностранных языков // Учебно-методическое обеспечение профессиональной образовательной программы лингвистического вуза. Мат-лы межвуз. уч.-метод. конф.– Омск: Изд-во «Ин.яз-Омск», 2007.– С. 46–50. (0, 25 п.л.).

22. Буренкова С.В. Труд в языковом сознании русских и немцев // Гуманитарные исследования. Ежегодник. Вып 12. Межвуз. сб. науч. тр.– Омск: Изд-во ОмГПУ, 2007.– С. 122–126. (0, 5 п.л.).

23. Буренкова С.В. Фрейм как способ актуализации фоновых знаний и организации конституентов поля // Вопросы филологии и методики преподавания иностранных языков: Межвуз. сб. науч. тр. Вып. 7 / Отв. ред. Л.Ю. Семейн.– Омск: Изд-во ОмГПУ, 2007.– С. 31–38. (0, 5 п.л.).

24. Буренкова С.В. Электронные словари как эффективный способ изучения иноязычной лексики // Современные тенденции и перспективы развития образования в высшей школе. Форум «Омская школа дизайна». V Междунар. науч.-практ. конф.: сб. ст. под ред. проф. Н.У. Казачуна.– Омск: ОГИС, 2007.– С. 102–104. (0, 25 п.л.).

25. Буренкова С.В. Ordnung ist das ganze Leben? О моральных устоях современного немецкого общества // Язык и межкультурная коммуникация: Мат-лы регион. науч. конф., посв. 75-летию ОмГПУ. 15 нояб. 2007 г.– Омск: Изд-во ОмГПУ, 2007.– С. 22–25. (0, 2 п.л.).

26. Буренкова С.В. Вербализация страха в лексике и фразеологии немецкого языка (материалы к словарю) // Слово, высказывание, текст в когнитивном, прагматическом и культурологическом аспектах: сб.ст. участников IV междунар. науч. конф. 25–26 апр. 2008 г., Челябинск. Т.3 / [редкол.: д.филол.н., проф. Л.А. Нефедова (отв.ред.) и др.] – Челябинск: ООО «Изд-во РЕКПОЛ», 2008.– С. 69–72. (0, 3 п.л.).

27. Буренкова С.В. Значение опрятности в немецкой лингвокультуре // Язык. Культура. Коммуникация. Материалы международной заочной науч.-практ. конф., г. Ульяновск, март 2008 г. / Отв. ред. проф. С.А. Борисова.– Ульяновск, 2008.– С. 29–32. (0, 3 п.л.).

28. Буренкова С.В. Категория вежливости в немецкой и русской лингвокультуре // Научный потенциал высшей школы для инновационного развития общества. VI Междунар. науч.-практ. конф. Омск, 8–10 дек. 2008. Сб. ст. Под общ.ред. Н.У. Казачуна.– Омск: ОГИС, 2008.– С. 299–301. (0, 25 п.л.).

29. Буренкова С.В. Нарушения норм как способ выявления культурных ценностей // Лингвистические парадигмы и лингводидактика: Мат-лы XIII Междунар. науч.-практ.конф., Иркутск, 20 июня 2008 г.– Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2008.– С. 26–29. (0, 3 п.л.).

30. Буренкова С.В. Национальная специфика коммуникативных стратегий (на примере сферы «Здравоохранение» // Международная научно-практическая конференция «Германистика на рубеже тысячелетий» / под ред. Ю.Б. Ясаковой.– Набережные Челны: Издательско-полиграфический отдел НФ ГОУ ВПО НГЛУ им. Н.А. Добролюбова, 2008.– С. 96–98. (0, 2 п.л.).

31. Буренкова С.В. О роли и назначении словарей в процессе изучения иностранного языка // Профессиональное лингвообразование: материалы второй междунар. научно-практ. конф. Май 2008 г.– Н. Новгород: Изд-во Волго-Вятской академии гос. службы, 2008.– С. 17–20. (0, 25 п.л.).

32. Буренкова С.В. О специфике коммуникативного поведения немцев и русских // Язык в пространстве современной культуры: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Краснодар, 19–20 июня 2008 г., КГУКИ, 2008.– С. 13–16. (0, 25 п.л.).

33. Буренкова С.В. Пространство и время в немецкой языковой картине мира // Русский язык как неродной: новое в теории и методике. Первые научно-метод. чтения: Художественный текст: чтение, комментирование, межкультурная коммуникация. Сб. науч. статей / ред-сост. М.С. Берсенева.– М.: МГПИ, 2008.– С. 146–150. (0, 3 п.л.).

34. Буренкова С.В. Псевдопараллели в области лексики // Вопросы теории и практики перевода: сб. статей Всероссий. науч.-пр. конф.– Пенза, 2008.– С. 18–20. (0, 2 п.л.).

35. Буренкова С.В. Пути исследования национального характера и менталитета в современной лингвистике // Вопросы лингвистики, перевода и межкультурной коммуникации: материалы межвузовской науч.-практ. конф.– Омск: Изд-во «Ин.яз-Омск», 2008.– С. 13–24. (0, 5 п.л.).

36. Буренкова С.В. Schwierigkeiten im Fremdsprachenerwerb // Совершенствование технологий обеспечения качества образования: опыт, проблемы и перспективы. Междунар. науч.-метод. конф.: сб. ст. Под общ. ред. Н.У.  Казачуна.– Омск: ОГИС, 2008.– С. 31–32. (0, 25 п.л.).

37. Буренкова С.В. Woanders kocht man anders – некоторые особенности питания немцев // Актуальные направления современной лингвистики: сб. материалов междунар. науч. конф. «Иностранные языки и литературы: актуальные проблемы образования и науки» / Перм. гос. ун-т.– Пермь, 2008.– С. 10–13. (0, 5 п.л.).

38. Буренкова С.В. О национально-культурной специфике лексики // Lingua mobilis. Научный журнал. № 1 (15) 2009. Челябинск.– С. 26–30. (0, 4 п.л.).

39. Буренкова С.В., Коротких И.Н. Reprsentation der Konzepte “Zeit” und “Raum” in der deutschen Gegenwartssprache anhand der Phraseologismen // Вопросы лингвистики, перевода и межкультурной коммуникации: материалы межвузовской науч.-практ. конф.– Омск: Изд-во «Ин.яз-Омск», 2008.–  С. 7–12. (0, 4/0, 2 п.л.).

40. Буренкова С.В., Кощеева О.В. Коммуникативные неудачи в практике межкультурного общения // Вопросы филологии и методики преподавания иностранных языков: Межвуз. тематический сборник. Вып.6 /под ред. И.И. Гузик.– Омск: Изд-во ОмГПУ, 2005.– С. 194–201. (0, 5/0, 25 п.л.).

IV. Тезисах докладов научных конференций:

41. Буренкова С.В. Роль словарей активного типа в преподавании немецкого языка как иностранного // Проблемы совершенствования качества подготовки специалистов высшей квалификации. Форум «Омская школа дизайна». IV Международная научно-практ. конф-я: сб. ст. / под общ. ред. проф. Н.У. Казачуна.– Омск: ОГИС, 2006.– С. 337–338. (0, 15 п.л.).

42. Буренкова С.В. К вопросу оптимизации процесса преподавания иностранных языков в условиях глобализации // Наука и технологии. Секция 5. Новые технологии.– Краткие сообщения XXVII Российской школы.– Екатеринбург: УрО РАН, 2007.– С. 76–78. (0, 2 п.л.).

43. Буренкова С.В. Проблемы преподавания немецкого языка как иностранного в эпоху глобализации // Совершенствование технологий обеспечения качества образования. Междунар.научно-методическая конф-я: сб. ст. / под ред. проф. Н.У. Казачуна.– Омск: ОГИС, 2007.– С. 231–232. (0, 12 п.л.).

44. Буренкова С.В. Роль фрейма в процессе полевого представления содержания концептов // Международный конгресс по когнитивной лингвистике: Сб. мат-ов / Отв. ред. Н.Н. Болдырев.– Тамбов: Изд. дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2008.– 746–749. (0, 13 п.л.).

45. Буренкова С.В. Лексическая репрезентация нарушений житейских норм как доступ к ценностям национальной культуры // Тезисы участников Третьей Международной конференции «Общество – Язык – культура: актуальные проблемы взаимодействия в XXI веке» Москва, МИЛ 26 ноября 2008: http://www.inyaz-mil.ru/node/196. (0, 06 п.л.).

V. Учебно-методических работах:

46. Буренкова С.В. Немецкие жизненные нормы и их языковое выражение: Учебное пособие.– М. – Омск: МПГУ, Изд-во ОмГПУ, 2006.– 116 с. (7, 25 п.л.).

47. Буренкова С.В., Сенюк Е.Ю. Немецко-русский идеографический словарь фразеологизмов с названиями животных (проект).– Омск: Изд-во ОмГПУ, 2008.– 90 с. (5, 6/2, 8 п.л.).

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.