WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

КЕРЕФОВ  Мурат  Анатольевич

ВОСПРОИЗВОДСТВЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ И СТРАТЕГИЧЕСКИЕ ИМПЕРАТИВЫ МОДЕРНИЗАЦИИ РЕГИОНАЛЬНОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПРОСТРАНСТВА

(на материалах Северо-Кавказского федерального округа)

08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством

(региональная экономика)

А в т о р е ф е р а т

диссертации на соискание учёной степени

доктора экономических наук

Шахты – 2011

Работа выполнена в ФГБОУ ВПО

«Московский государственный университет пищевых производств»

Научный консультант:                доктор экономических наук, профессор

Еделев Дмитрий Аркадьевич

Официальные оппоненты:        доктор экономических наук, профессор

Блинов Андрей Олегович

доктор экономических наук, профессор

Елецкий Николай Дмитриевич

доктор экономических наук, профессор

Слепаков Сергей Семёнович

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Ростовский Государственный Экономический Университет(РИНХ)»                

Защита состоится 23 декабря 2011 года в 10.00 часов на заседании объединённого диссертационного совета ДМ 212.313.02 по экономическим наукам при ГОУ ВПО «Южно-Российский государственный университет экономики и сервиса» по адресу: 346500, г. Шахты Ростовской области, ул. Шевченко, 147, корпус 2, ауд. 247.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Южно-Российский  государственный университет экономики и сервиса» (г. Шахты Ростовской области, ул. Шевченко, 147, корпус 2).

Автореферат  разослан  22 ноября  2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета  С.Н. Новосёлов

ОБЩАЯ  ХАРАКТЕРИСТИКА  РАБОТЫ



Актуальность темы исследования. Формирование и развитие экономических систем большой пространственной протяженности, как показывает исторический опыт многих стран, всегда сопровождаются повышенной сложностью в обеспечении целостности и внутреннего единства. При этом усиливаются противоречия между интересами отдельных территорий и общенациональными приоритетами, доходящие порой до гражданского противостояния. Поэтому централизованные организационно-экономические управленческие инструменты оказываются порой более практичными в деле обеспечения целостности экономики, но на более протяженных временных горизонтах они сопровождаются снижением экономической эффективности региональных воспроизводственных комплексов.

Данная проблема в полной мере проявилась в развитии отечественной экономики на региональном уровне в поздний советский и пореформенный периоды. Как известно, на региональном российском пространстве долгие годы планомерно реализовывались генеральные схемы развития производительных сил, посредством которых страна вышла преимущественно на индустриальную стадию социально-экономического развития. В то же время, индустриальный характер производства неравномерно распространялся и концентрировался в пространственном аспекте - формировались как сверхиндустриальные территории, так и сохранялись регионы с преобладанием доиндустриальных типов хозяйствования.

В основном вышеуказанный дисбаланс территориального развития страны применительно непосредственно к каждому региону принципиально нивелировался за счет активного перераспределения национального дохода, что было возможным осуществлять на основе единой общенародной собственности, которая обеспечивала примерно одинаковый уровень заработных плат и социального обеспечения. Но эта система изнутри была антиподом рыночному хозяйству и в коммерческих формах существовать не могла.

Пореформенный период, обычно связываемый с рыночными преобразованиями, принципиально изменил пространственные характеристики национальной экономики. По сути дела, процессы приватизации нарушили региональную сбалансированность, которая обеспечивалась за счет перераспределения результатов производства в едином народнохозяйственном комплексе. В результате большинство территорий, в том числе регионы Северного Кавказа, оказались в более затруднительном стартовом положении при переходе к рыночной экономике. Только отдельные регионы, в которых были сосредоточены углеводородные ресурсы и развита соответствующая добывающая промышленность относительно хорошо адаптировались к их поставкам на внутренний и мировые рынки, чему во многом способствовал растущий спрос на энергоносители.

В целом в стране в пореформенный период сформировалась сырьевая экономика со всеми ее преимуществами и недостатками. Однако большинство российских регионов имеют далеко не сырьевые экономики. Эта ярко выраженная асимметрия общенационального (макроэкономического) и регионального (мезоэкономического) развития стала усугубляться, с одной стороны, значительной сверхконцентрацией финансовых потоков в вертикально централизованной системе. С другой стороны, тем, что регионам и муниципальным образованиям в настоящее время надлежит самостоятельно решать все основные вопросы жизнеобеспечения, которые ранее относились к союзному, а затем к федеральному уровням. При этом необходимого соответствующего перераспределения ограниченных производственных ресурсов в пространственных координатах не произошло.

В итоге, требуемая для единства национальной экономики совокупность самодостаточных и эффективных региональных воспроизводств, органически интегрированных в общероссийскую воспроизводственную систему, не только не сформирована, но и отсутствуют ее необходимые и достаточные предпосылки. В то же время практически сохранились и продолжают действовать факторы утраты эффективности, связанные с прекращением действия прежней общесоюзной системы разделения труда.

Все вышеперечисленное стало имманентными российской экономике факторами последовательного усиления дифференциации регионального развития, доходящей до критического уровня, когда возникает проблема сохранения экономической целостности страны. Экономическое развитие России и ее регионов в настоящее время отличается тем, что по критериям производительности масштабы внутренней дифференциации стали превышать параметры отставания от наиболее развитых стран. Так, уже на протяжении нескольких десятилетий производительность труда на российских предприятиях сохраняется примерно на одном и том же уровне - в три с лишним раза ниже, например, чем в США. На этот факт все больше обращают внимание, когда речь заходит о предстоящей модернизации и переходу к инновационным основам развития экономики.

В то же время, как следует из официальной статистики, размеры производимого валового регионально продукта в расчете на душу населения колеблются по российским регионам от уровня немногим более 36 тыс. руб. в Республике Ингушетия до уровня более чем в 900 тыс. руб. по Чукотскому автономному округу. То есть, разрыв по указанным критериям производительности приближается к тридцатикратному уровню. Таким образом, степень внутренней дифференциации по российским регионам многократно превышает общероссийское отставание от наиболее развитых экономик мира. При этом, образование Северо-Кавказского федерального округа (СКФО), состоящего из наиболее отсталых по основным показателям региональных экономик, привело к усилению степени дифференциации между существующими федеральными округами Российской Федерации.

Эти многократные различия в настоящее время означают, что по сути дела в российском экономическом пространстве сформировались различные по эффективности способы использования ограниченных производственных ресурсов, обуславливающие недопустимую для единой экономики разницу в доходах и качестве жизни населения.

Поэтому, формирование новой, рациональной по рыночным критериям, структуры региональных воспроизводственных подсистем становится основной сущностью современной российской модернизации в контексте экономического пространства. Особенно, если исходить из представления о модернизации как о процессе комплексной общественно-экономической трансформации, который основывается на более эффективных и рациональных формах использования ограниченных производственных ресурсов.

В таких условиях, основной стратегической задачей управления становится определение базовых императивов модернизации экономического пространства региона, реализация которых позволит переломить негативные тенденции регионального воспроизводства и сформировать приоритетную тенденцию опережающего роста предельных параметров создаваемого валового регионального продукта, позволяющей сократить чрезмерную дифференциацию развития российских регионов.

Актуальность темы исследования усиливается тем, что до сих пор на региональном уровне сохраняется управленческий парадокс - преимущественно управление осуществляется непосредственно движением и использованием ограниченных производственных ресурсов, а требуется управлять формированием и развитием эффективных экономических форм и отношений, стимулирующих рациональное по рыночным критериям использование ресурсов в экономическом пространстве. Таким образом, изменение объектной области регионального управления также становится приоритетным направлением модернизации регионального экономического пространства.

Степень изученности проблемы. Примеры исследования вопросов распределения хозяйственных единиц по территориям, особенно в рамках крупных государств, уходят вглубь истории. Так, например, проблемы хозяйственного развития на изменяющихся территориях государств активно изучались античными учеными-энциклопедистами, среди которых были Аристотель, Ксенофонт, Платон, Сенека, Цицерон и ряд др.

Однако наиболее известным ныне историческим направлением региональных исследований стали немецкие штандортные теории, в рамках которых еще с конца девятнадцатого века экономика стала рассматриваться не в качестве набора единиц хозяйствования как точек ведения производства, а в качестве пространственной категории, отражающей проблемы размещения  производства по территории государства. Такие ученые, как А.Вебер, В.Кристаллер, В.Лаунхардт, А.Леш, Ф.Перру, Т.Поландер, А.Предель, И.Тюнен, Ф.Феттер, Г.Хотеллинг и некоторые другие сосредоточили свое внимание непосредственно на территориальных особенностях цен на ресурсы,  функциональном развитии пропульсивности наиболее важных отраслей, на положительном действии "эффекта увлечения" для подъема региональной экономики. Соответственно в рамках экономической науки все более внимательно стали относится к изучению региональных структур, исследованию свойств категории экономического пространства, зональных и поясных структур. Интересными являются также специальные исследования так называемых градиентов цен и рентных платежей, факторов оптимального размещения производства по тем или иным территориям. В новом контексте стали изучаться трактовки как экономического расстояния, так и межрегиональной конкуренции.

Существенным этапом в развитии регионалистики стало выделение региональных экономических проблем в качестве самостоятельного предмета научного исследования. Т.е., региональная экономика стала полноправной наукой с собственным предметом исследования. Это были достижения, которые не утратили своей актуальности и до сегодняшнего дня.

Признанные мировой наукой труды У.Айзарда, Г.Армстронга, Э.Гувера, Ф.Кларка, А.Лаунгарда, Дж.Стюарта, Дж.Тэйлора, Х.Уильямса, Р.Уэстерфилда, С.Харриса, Е.Хоуфа, С.Цамански, О.Энглендера, Д.Якобса и мн. др. заложили основы пространственного размещения производства в контексте выявления полюсов и точек экономического роста. Тогда же были впервые выделены гомогенное, поляризованное и плановое экономические пространства, в рамках которых по-разному развивались предприятия промышленности, сельского хозяйства и организации сферы обращения. Научные исследования распространились на проблемы пространственного движения товаров, работ и услуг, рациональности определенной локализации тех или иных производств. Достаточно остро ставились вопросы разработки и реализации региональной экономической политики, формирования эффективной рыночной региональной инфраструктуры.

Советская экономическая наука, интегрировавшая в свое время и деятельность российских ученых, внесла определенный вклад в развитие современной теории региональной экономики. Это касается планирования генеральных схем размещения производительных сил, что рассматривалось в качестве основной организационно-экономической формы народнохозяйственного управления на региональном уровне. Много внимания уделялось вопросам районирования страны, административному и экономическому деления страны и т.п. Обобщенные итоги развития отечественной регионалистики в семидесятые-восьмидесятые годы прошлого столетия содержатся в работах А.Ведищева, А.Гранберга, Н.Колосовского, Н.Некрасова, А.Пробста, Ю.Саушкина, С.Славина, И.Шилина, Р.Шнипера и др.

Однако в целом было признано, что данное направление региональных исследований оказалось существенно ограниченным в историческом аспекте, так как развивалось только в рамках одной общенародной собственности и не изучало вопросы адаптации региональных социально-экономических подсистем к более эффективным рыночным условиям хозяйствования.

Зарубежные исследователи того времени пришли к общему выводу о том, что региональные исследования необходимо интегрировать с проблематикой экономического роста, разработками которой занимались такие признанные в мире ученые как Дж.Гэлбрейт, Е.Домар, П.Дракер, Дж.Кейнс, Дж.Б.Кларк, В.Леонтьев, А.Маршалл, Дж.Робинсон, У.Ростоу, П.Самуэльсон, Р.Солоу, Ж.Сэй, М.Фридмен, Р.Харрод, А.Хикс и мн. др.

Разработки в рамках кейнсианской (концентрирующей внимание на системном взаимодействии производства, потребления и накопления капитала в условиях хозяйствования в рамках конкретной территории, региональном мультипликаторе, отражающем изменения дохода или занятости в результате роста какого-либо компонента региональных расходов, и повышении эффективности и сбалансированности региональной экономики посредством инвестиций) и неоклассической (исходящей из признания создания цены продукции производственными факторами, равенства цен факторов производства и их предельных продуктов и выражения связи между продукцией и необходимыми для ее изготовления ресурсами в производственной функции) теорий экономического роста стали вескими аргументами для трансформации проводимой государственной региональной политики. Приоритеты были расставлены таким образом, что на первый план вышла стратегическая задача обеспечения потенциально возможного темпа роста региональной экономики. В этом контексте широко стала применяться производственная функция к анализу статистических данных, характеризующих процесс экономического роста в регионах и оценке роли отдельных факторов воспроизводства. Кроме того, проводилось таргетирование самой политики посредством обоснования с помощью принципов теории предельной производительности оптимального уровня цен основных производственных факторов, обеспечивающий их полное использование.

Вместо с тем, необходимо особо подчеркнуть, что приоритет количественных параметров экономического роста в стратегическом управлении, как это подтвердила мировая хозяйственная практика, эффективен преимущественно для тех национальных и региональных экономических систем, которые решили задачу оптимизации использования ограниченных ресурсов на рыночных принципах. В условиях трансформирующихся экономических систем, к которым сейчас относятся все российские регионы, этот подход становится противоречивым - низкая эффективность существующей практики использования имеющихся ресурсов выступает реальной предпосылкой увеличения их нерациональных затрат, обусловленных экономическим ростом. 

Поэтому особенно актуальными для региональных исследований являются разработки в области проблем повышения эффективности стратегического управления, в том числе и на региональном уровне, посредством создания предпосылок для осуществления структурных сдвигов в воспроизводстве, которым посвятили свои труды российские ученые - Л.Абалкин, А.Анчишкин, С.Артоболевский, В.Бочаров, А.Булатов, П.Бунич, А.Водянов, Е.Гайдар, И.Герчикова, Е.Гонтмахер, Р.Гринберг, Л.Игонина, А.Идрисов, С.Картышев, Л.Клименко, В.Косов, В.Кушлин, В.Лившиц, И.Липсиц, В.Макаров, С.Меньшиков, Д.Львов, А.Постников, В.Фальцман, А.Фонотов, В.Шапиро, В.Шеремет, Ю.Яковец, Е.Ясин и мн. др.

Организационно наиболее масштабные региональные исследования сосредоточены в крупных научно-исследовательских центрах. Среди них следует отметить в первую очередь государственное научно-исследовательское учреждение "Совет по изучению производительных сил", ученые и специалисты которого (А.Агеев, А.Адамеску, С.Артоболевский, А.Бедринцев, В.Варнавский, В.Вашанов, Г.Войтоловский, В.Воскресенский, С.Гончаренко, Е.Григорьев, В.Гришин, И.Гришина, О.Колесникова, Ю.Крупнов, Н.Матрусов, М.Михеева, А.Пилясов, В.Суслов, Г.Фетисов, А.Чудин, Б.Штульберг и др.) многое сделали в области анализа, прогнозирования и регулирования территориального социально-экономического развития Российской Федерации, разработки схем размещения и развития производительных сил отдельных регионов, создания эффективной системы природопользования и охраны окружающей среды.

Коллектив Института региональных экономических исследований (П.Бурак, М.Гохберг, Т.Зворыкина, В.Иванов, В.Ияшвили, Л.Коржнева, Э.Котляр, Ш.Магомедов, М.Мазанова, Б.Минин, Ю.Морозов, И.Рождественская, В.Ростанец, Е.Сотникова, И.Томохова, А.Топилин, Е.Чистяков, В.Шульга и др.) сосредоточил свои исследования на мониторинге и анализе хозяйственной ситуации в субъектах РФ, разработках краткосрочных, среднесрочных и долгосрочных прогнозов их развития, составления целевых и инвестиционных программ для региональных, муниципальных и городских территорий. Особое внимание уделяется вопросам социальной защиты населения в российских регионах.

Изучение вопросов государственной региональной политики, комплексное исследование проблем развития макрорегиона Сибири, моделирование пространственной структуры развития экономики осуществляется учеными Института экономики и организации развития экономики промышленного производства Сибирского отделения РАН (К.Вальтух, А.Евсеенко, Ю.Ершов, С.Казанцев, В.Клисторин, В.Кулешов, В.Маркова, В.Маршак, А.Новоселов, В.Селиверстов, В.Суслов, С.Суспицын, В.Титов, Ю.Фридман и др.).

Приоритетные исследования ученых из Института проблем региональной экономики РАН (Б.Гринчель, М.Гусаков, Б.Жихаревич, М.Замятина, М.Колесников, Е.Костяновская, С.Кузнецов, А.Румянцев, И.Сигов, Е.Слуцкий, Л.Тюличева и др.) относятся к проблемам выработки стратегий модернизации и регулирования региональных социально-экономических подсистем, поиска новых эффективных форм территориальной организации общества, институционального развития сферы труда и социального развития.

Наряду с указанными организациями, активные исследования проблем регионального развития осуществляются учеными и профессорско-преподавательским составом из учебных и академических организаций, расположенных непосредственно в регионах, например, Волгоградского государственного университета, Ингушского государственного университета, Кабардино-Балкарского государственного университета, Ростовского государственного экономического университета, Южного федерального университета и мн. др. Большое внимание проблематике устойчивости регионального развития, региональным пропорциям воспроизводства, выработке и реализации государственной региональной политики, оценке хозяйственного потенциала регионов, формированию и развитию рыночной инфраструктуры и малого предпринимательства в регионах посвящены работы П.Акинина, Э.Алаева, М.Аликаевой, С.Бадмаева, М.Балкизова, В.Бильчака, А.Бишенова, А.Блинова, Н.Бреславцевой, А.Бутова, А.Гладилина, К.Гусевой, А.Дикинова, А.Дулина, Д.Еделева, Н.Елецкого, Т.Елисеевой, Р.Жамбековой, З.Жанказиевой, В.Захарова, П.Иванова, В.Игнатова, О.Иншакова, Н.Кетовой, В.Кистанова, З.Клюкович, Н.Колесниковой, А.Колесова, А.Лаврова, В.Лексина, О.Мамедова, Л.Матвеевой, В.Мисакова, В.Овчинникова, В.Попова, О.Причины, М.Россинской, Е.Савватеева, Д.Сергеева, Г.Сигнатуллиной, П.Таова, А.Татуева, Н.Токаева, А.Трейвиша, С.Тяглова, А.Швецова, Р.Хакимова, В.Христенко, Р.Черняевой, А.Чеченова, В.Шевлокова, А.Шидова, Б.Шогенова и мн. др. 

Вместе с тем, практика регионального развития становится все более разнообразной и противоречивой, обостряются проблемы целостности и устойчивости регионального хозяйства, требуются новые стратегические решения вопросов модернизации российского экономического пространства. Соответственно расширяется потребность в дальнейших региональных научных исследованиях. При этом надлежит повысить степень интеграции отечественных и зарубежных научных школ и направлений исследований в области региональной экономики. Особого внимания в современных условиях посткризисного развития требуют вопросы самодостаточности регионального воспроизводства и определения стратегических императивов модернизации регионального экономического пространства, что предопределило выбор темы исследования, его цели и задачи.

Цель и задачи исследования. Главной целью диссертационного исследования является определение основных воспроизводственных тенденций и внутренней структуры развития российских регионов с научным обоснованием концептуальных стратегических императивов модернизации управления экономическими отношениями и стимулами на региональном уровне.

Для реализации главной цели исследования в диссертационной работе последовательно ставились и решались следующие задачи:

- обобщить основные существующие трактовки предмета региональной экономики;

- изучить особенности формирования российского регионального экономического пространства в условиях принципиально различных форм общественного развития;

- установить недостаточно исследованные предметные области региональной экономики с уточнением их содержания и функциональной роли;

- исследовать вопросы кризисов регионального развития в контексте общей теории экономических кризисов;

- выявить существенные характеристики и критерии кризисов регионального развития;

- рассмотреть особенности государственной региональной политики и требования к ней в контексте антикризисных составляющих;

- проработать вопросы методики исследования региональных воспроизводственных процессов;

- определить основные воспроизводственные тенденции в российских регионах;

- выделить основные воспроизводственные противоречия и угрозы национальным и региональным интересам на уровне региональной экономики;

- исследовать структурную динамику воспроизводства в российских региональных хозяйственных системах;

- выявить структурные приоритеты процесса модернизации регионального пространства;

- обобщить основные факторы повышения эффективности региональной экономики;

- изучить институциональные императивы регионального развития с определением возможностей интеграции всех видов интересов на региональном уровне;

- определить стратегические приоритетные императивы регионального развития;

- проанализировать эффективность организационно-экономических инструментов модернизации регионального пространства;

- обосновать необходимые коррективы в программные документы относительно стратегического развития региональной экономики.

Предмет исследования представлен организационно-экономическими отношениями, системно взаимосвязанными со стратегическими процессами модернизации регионального воспроизводства, и управленческими инструментами формирования нового регионального экономического пространства.

Объект исследования представлен социально-экономическими подсистемами федеральных округов и субъектов федерации Северо-Кавказского федерального округа, процессами и механизмами регулирования пространственного социально-экономического развития на региональном уровне, тенденциями и противоречиями регионального воспроизводства. 

Соответствие темы диссертации требованиям Паспорта специальностей ВАК (по экономическим наукам). Исследование выполнено в соответствии с п. 3.10 "Исследование традиционных и новых тенденций, закономерностей, факторов и условий функционирования и развития региональных социально-экономических систем", п. 3.17 "Управление экономикой регионов. Формы и механизмы взаимодействия федеральной, региональной, муниципальной власти, бизнес-структур и структур гражданского общества. Функции и механизмы управления. Методическое обоснование и разработка организационных схем и механизмов управления экономикой регионов; оценка их эффективности", п. 3.1 "Развитие теории пространственной и региональной экономики; методы и инструментарий пространственных экономических исследований…", п. 3.5 "Пространственно-экономические трансформации; проблемы формирования единого экономического пространства в России; региональная социально-экономическая дифференциация; пространственная интеграция и дезинтеграция страны..." Паспорта специальности 08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством (региональная экономика).

Теоретическая и эмпирическая база исследования. Теоретическая и методологическая основа диссертационной работы заключается в фундаментальных достижениях российской и зарубежной экономической науки, представленных в трудах ученых и специалистов как по общей теории региональной экономики, так и по специализированным направлениям - тенденциям и особенностям формирования пространственных экономических структур, эффективному использованию хозяйственного потенциала на региональном уровне, созданию новых механизмов и схем управления и модернизации регионального хозяйства.

В качестве эмпирических данных для обоснования и аргументации выводов и предложений в диссертационном исследовании широко использовались статистические данные, представленные в официальных публикациях Федеральной службы государственной статистики Российской Федерации, Территориальных органов Федеральной службы государственной статистики по федеральным округам и субъектам Северо-Кавказского федерального округа, в отчетных и аналитических материалах ряда научных и общественных организаций.

Методы исследования. Совокупность применяемых методов научного исследования определялась требованиями необходимого и достаточного обеспечения достоверности содержащихся в работе теоретических обобщений, аналитических выводов и практических предложений.

Основными научными приемами исследования являются анализ и синтез, теоретические и эмпирические обобщения, расчетно-конструктивный, статистических группировок, индексный и функционально-структурный анализ, корреляционно-регрессионный, аналитические графические построения.

Общая методология исследования выстраивалась в соответствии с основными положениями системного подхода, требования которого определяли основные причинно-следственные прямые и обратные связи.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в комплексной оценке современного состояния российского регионального воспроизводства с определением основных кризисных тенденций, структуры, противоречий и разработке концепции формирования нового экономического пространства на основе реализации стратегических императивов модернизации управления отношениями с использованием адаптированных к рыночным условиям организационно-экономических инструментов на региональном уровне. 

Наиболее существенные результаты исследования, выносимые на защиту и содержащие элементы научной новизны, представлены в следующих положениях:

- расширена, на основе теоретического анализа и конструктивных логических обобщений, трактовка предмета региональной экономики посредством введения пространственно структурированных экономических отношений с выраженным содержанием регионально ориентированных мотивов хозяйственного и потребительского поведения наряду с традиционными компонентами (экономико-географическими, экономико-правовыми, политэкономическими, неоклассическими, кластерно-полюсными, институционально-эволюционными, пространственно-экономическими и др.), что позволяет системно сформировать рыночные основы целостности национальной экономики на региональном уровне и создать предпосылки получения синергетического эффекта при использовании ограниченных производственных ресурсов;

- обосновано, посредством системного анализа, что региональное экономическое пространство представляет собой сложное иерархическое самодостаточное воспроизводство экономических отношений на основе баланса рыночных спроса и предложения, функционально концентрирующихся на локальной территории, что позволяет определять конкретные регионы не только по территориальному принципу размещения производительных сил, но и по основным критериям эффективного рыночного управления и наличию устойчивых коалиционных компромиссов участников рынка;

- определено, что параметры спроса и предложения (определяемые, прежде всего, структурой расходов домашних хозяйств) в процессе использования валового внутреннего продукта формируются и обретают устойчиво воспроизводимые формы преимущественно на региональном уровне, что позволяет выделить общие системные приоритеты и императивы региональных направлений модернизации российской экономики как многополюсного хозяйственного комплекса;

- дано, на основе компаративного анализа, определение кризиса регионального развития, заключающегося в длительном (как правило, на протяжении нескольких десятков лет) отставании по параметрам экономического роста определенных территорий и перманентном усилении отставания по основным социально-экономическим показателям от среднего по стране уровня (в два и более раза) при наличии общей положительной динамики и сопровождающегося отрицательными совокупными миграционными тенденциями (устойчивое преобладание оттоков труда, капитала и инвестиций), что превращается в основную угрозу единства и целостности национальной экономики;





- определена, посредством статистических сравнений, основная причина кризиса регионального развития СКФО, заключающаяся в нарушениях сбалансированности воспроизводства и обновления основных производственных фондов и выражающаяся в прогрессирующем относительном снижении стоимости основных фондов в расчете на душу населения, что последовательно ведет к ухудшению других макроэкономических показателей (отставание по производству валового регионального продукта в расчете на душу населения, снижение темпов роста средней заработной платы, рост доли населения с доходами ниже прожиточного минимума, рост уровня безработицы среди молодежи, сокращение совокупного спроса на предметы потребления и услуги потребительского назначения) и утрате трудовой мотивации у значительной части населения;

- обоснована необходимость ориентации государственной региональной экономической политики на проблемы преодоления кризиса регионального развития с учетом того, что для Северного Кавказа требуется не просто модернизация экономики, а создание новых производительных сил региона, для чего необходимо формировать предпосылки преодоления высокого уровня процента, блокирующего использование сбережений на инвестиции, и исключить возможности перенакопления готовой продукции инвестиционного назначения, что позволило дополнительно уточнить трактовку категории региональной экономики как пространственной характеристики воспроизводства, обеспечивающего минимально допустимый уровень инвестиционной активности и качества использования ограниченных производственных ресурсов территории; 

- разработана методика выявления доминирующих трендов региональных воспроизводственных тенденций на основе производственной функции и сравнении различных по содержанию социально-экономических показателей, выраженных в несопоставимых единицах измерения, посредством перевода значений множества в значения индекса, что позволяет рассчитывать интегральные индексы по группам показателей, проводить корреляционно-регрессионный анализ и определять характер связей между воспроизводственными факторами и результатами;

- определены, на основе разработанной методики, ключевые воспроизводственные тенденции общие для регионов (прямая зависимость темпов роста валового регионального продукта от обеспеченности основными фондами, уровней инвестиций в основной капитал, занятости трудоспособного населения, жизни населения) и существенно различающиеся (разнонаправленная динамика развития основных факторов производства, превращение, в разной степени, большинства регионов в бюджетных реципиентов и соответствующее ослабление рыночных мотивов регионального развития, многократные и перманентно увеличивающиеся различия в производстве валового регионального продукта на душу населения), что позволяет дать оценку развитию российского регионального экономического пространства по различным структурным уровням и компонентам;

- установлен, посредством системного обобщения региональных воспроизводственных тенденций, факт опережающего нарастания различий в размерах создаваемого валового регионального продукта на душу населения по отношению к абсолютным параметрам этого показателя, что означает формирование негативного результата в форме усиливающейся асимметрии единого экономического пространства на уровне совокупности регионов при положительных характеристиках экономического развития на уровне всех регионов по отдельности; 

- выявлено системное воспроизводственное противоречие регионального развития, представляющее двойную угрозу российской экономической безопасности и национальным интересам, заключающееся, во-первых, в усиливающейся диспропорции между уровнями развития трудовых ресурсов и производственного капитала, во-вторых, в отсутствии связи между уровнем образования населения и созданием валового регионального продукта, что фактически препятствует формированию общества знаний и создает предпосылки консервации в российских регионах доиндустриальных и индустриальных форм хозяйствования;

- раскрыты, структурные особенности воспроизводства северокавказских регионов, заключающиеся в приоритете сельскохозяйственного производства (доля вклада которого в ВРП СКФО более чем в три раза превышает аналогичный показатель по ВРП РФ), в два раза более низком удельном весе вклада обрабатывающего производства в ВРП в субъектах СКФО, чем по России в среднем, практически отсутствующем вкладе добычи полезных ископаемых в СКФО (1%) в отличие от общероссийского (10%) при богатом природно-ресурсном потенциале округа, на фоне, во-первых, наибольшего вклада в ВРП СКФО в расчете на одного занятого в добыче полезных ископаемых, производстве электроэнергии, воды и газа, строительстве, оптовой и розничной торговле, операциях с недвижимостью, во-вторых, доле ВРП на одного занятого в абсолютном выражении в целом по всем видам экономической деятельности в СКФО почти в два раза меньшей, чем в общем по России, что позволяет определить основные проблемы модернизации во всех сферах воспроизводственного процесса федерального округа;

- показано, на основе структурно-инвестиционного анализа, что в настоящее время не существует прямой зависимости между вкладом отдельной сферы экономической деятельности в формирование общего регионального ВРП СКФО и объемом привлеченных инвестиций в данную сферу при наибольшем соотношении произведенного ВРП и вложенных инвестиционных средств в сферах "Оптовая  и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования"  и "Гостиницы и рестораны" (которые составляют в общей структуре произведенного ВРП 21,3% и 2,1% соответственно, а в общей доле инвестиций в основной капитал - 1,8% и 0,1%), и более  диверсифицированной и сбалансированной в целом структуре ВРП СКФО, чем структуры ВРП субъектов СКФО по отдельности, что отражает непропорциональное региональное распределение инвестиций в основной капитал и является воспроизводимой предпосылкой дальнейшего углубления кризиса регионального развития;

- выделены, на основе анализа тенденций социального и экономического развития, институциональные императивы регионального управления, заключающиеся в целесообразности регулирования параметров использования производимого валового регионального продукта на основе социального договора на всех уровнях между администрациями, хозяйствующими субъектами и населением, что позволит скорректировать траекторию осуществляемых структурных сдвигов, ориентированных на снижение социальной напряженности в районе, и интегрировать на уровне региона интересы рыночных, федеральных, этноэкономических и т.п. структур;

- определена особая стратегическая миссия малого предпринимательства в экономическом развитии СКФО в силу того, что только его результативность, в отличие от других организационных форм бизнеса, может проявиться в краткосрочном периоде, а формирование совокупной структуры инвестиционных проектов осуществляется не только по уровню быстрой окупаемости и высокой доходности, но и по дополнительным критериям социально-экономической функциональности (вклад в ВРП, повышение уровня занятости, рост доходов населения, увеличение совокупного спроса), что позволяет создать управленческие предпосылки становления эффективной социально-ориентированной хозяйственной системы  в отстающих регионах;

- аргументирована необходимость определения приоритетного стратегического императива управления в СКФО в повсеместном  повышении функциональной роли малого предпринимательства до половины и более в числе занятых и в создаваемом валовом региональном продукте с превращением данных показателей в основной критерий эффективности деятельности региональных и муниципальных органов власти, что позволит интегрировать в структуру регионального управления ассоциации малого предпринимательства как основных структурных компонентов формируемого гражданского общества с прозрачностью исполнения открыто принимаемых хозяйственных решений; 

- предложен стратегический организационно-экономический механизм взаимодействия участников регионального рынка, который позволит соединить все функции управления воспроизводственными процессами в регионе в рамках единого государственного финансового института - бюджета модернизации (формируемого как твердые квоты основных видов расходов консолидированных бюджетов субъектов федерации), что, во-первых, повысит ответственность государства за эффективность реализации проектов поддержки экономики; во-вторых, строго разграничит модернизационные функции по структурам регионального управления и гражданского общества; в-третьих, облегчит доступ к государственным средствам непосредственных исполнителей инвестиционных проектов; в-четвертых, позволит, благодаря более интенсивному вовлечению банковского сектора во взаимодействие с государством, эффективно задействовать в инвестиционной деятельности денежные ресурсы населения и хозяйственных организаций, в-пятых, реализовать  принцип частно-государственного софинансирования создания основных фондов;

- показано отсутствие системности в "Стратегии-2020: Новая модель роста - новая социальная политика" в региональном разрезе, когда основные вызовы национальной экономике (определенные как "демографический крест", "ножницы конкурентоспособности", "институциональные разрывы" и "сырьевая зависимость") совершенно по-разному проявляются в региональном экономическом пространстве (особенно в СКФО) и предполагают не столько универсальные, сколько специфические для каждой территории стратегические организационно-экономические инструменты их преодоления, что показывает необходимость введения регионального раздела как неотъемлемой части экономической стратегии развития России, интегрирующей программы стратегического развития отдельных регионов (в том числе комплексной стратегии социально-экономического развития СКФО). 

Теоретическая значимость исследования представляется как возможность, эффективность и целесообразность использования теоретических положений и выводов диссертации при дальнейших научных исследованиях проблем модернизации регионального экономического пространства, определении стратегических воспроизводственных императивов развития Северо-Кавказского федерального округа в контексте общего процесса углубления рыночных реформ. Многие теоретические положения диссертации могут оказаться полезными при посткризисной корректировке региональных стратегий социально-экономического развития и общей стратегии модернизации национальной экономики.

Практическая значимость исследования определяется прикладной ориентацией основных выводов и предложений, содержащихся в диссертации, и возможностью  их использования при принятии и реализации управленческих решений с учетом выявленных в диссертации противоречивых тенденций развития регионального воспроизводства в Северо-Кавказском федеральном округе. Обоснованные императивы модернизации регионального пространства позволяют сложные системные преобразования на региональном уровне оценивать достаточно простыми показателями развития экономических и управленческих отношений и гражданского общества.

Ряд теоретических и практических результатов диссертационного исследования возможно использовать в рамках курсов по региональной экономике в высших учебных заведениях.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные теоретические положения и практические предложения диссертационного исследования докладывались автором на методологических семинарах в Кабардино-Балкарском государственном университете и Московском государственном университете пищевых производств; на республиканской конференции "Экологические аспекты экономического развития КБР" (Нальчик, 2005); на научно-практической конференции "Проблемы социально-экономического развития регионов" (Сочи, 2007); на международной научно-практической конференции "Экономико-правовые аспекты стратегии модернизации России: к эффективной и нравственной модернизации" (Краснодар, 2009); на всероссийской научной конференции "Актуальные проблемы социально-экономического развития" (Кисловодск, 2009); на научно-практической конференции "Актуальные вопросы посткризисной экономики" (Сочи, 2009); на XI международной научной конференции ГУ-ВШЭ по проблемам развития экономики и общества (Москва, 2010); на международной научно-практической конференции "Проблемы функционирования и развития экономики регионов Северного Кавказа и ЮФО: вызовы и решения" (Нальчик, 2010); на международной  научно-практической конференции «Инновационные технологии в производстве, науке и образовании» (Грозный, 2010); на международной научной конференции "Проблемы современной экономики и институциональная теория", (Киев, 2010); на международной научно-практической конференции "Приоритеты и пути развития экономики и финансов" (Сочи, 2010);  на международной научно-практической конференции "Теория и практика модернизации в России" (Сочи, 2011); на 10-ой международной научно-практической конференции "Актуальные проблемы экономики, социологии и права" (Пятигорск, 2011); на всероссийской научно-практической конференции "Золотой треугольник: образование, наука и практика" (Пятигорск, 2011); на всероссийской конференции "Формирование, развитие и прогнозирование социально-экономических систем: методы и способы управления" (Кисловодск, 2011).

Основные результаты и предложения диссертационного исследования представлены в Департамент по экономической и социальной политике аппарата полномочного представителя Президента Российской Федерации в Северо-Кавказском федеральном округе, в Министерство экономического развития Кабардино-Балкарской Республики.

Ряд положений исследования используется в учебном процессе в Кабардино-Балкарском государственном университете и Московском государственном университете пищевых производств.

Публикации. По теме диссертации опубликована 51 научная работа (в том числе 19 - в ведущих рецензируемых журналах из перечня, определявшегося ВАК РФ), в которых отражены основные положения диссертационного исследования. Общий объем - 56,9 п.л. В том числе доля автора - 55,15 п.л.

Структура работы отражает логику исследования и порядок выполнения поставленных задач. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, библиографического списка литературы.

Во введении отражены актуальность темы исследования, его цели и задачи, научная новизна, теоретическая и практическая значимости, апробация работы.

В первой главе диссертации - "Теоретические и методологические основы модернизации регионального экономического пространства" - рассмотрены вопросы трансформации предметной области региональной экономики, которые обусловлены современными проблемами модернизации национальной экономики на региональном уровне.

Вторая глава диссертации - "Сущность современного российского кризиса регионального развития" - посвящена обоснованию содержательных критериев определения и форм протекания региональных кризисов. Особое внимание уделено развитию факторов регионального кризиса в Северо-Кавказском федеральном округе и определению общей стратегии его преодоления.

В третьей главе - "Основные воспроизводственные тенденции регионального развития" - выявлены тенденции и негативные процессы в региональном воспроизводстве, которые в совокупности препятствуют усилению целостности национальной экономики в ее пространственных составляющих. Определено воспроизводственное противоречие регионального развития, представляющее системную угрозу российской экономической безопасности.

Четвертая глава диссертации - "Структурные диспропорции развития региональной экономики" - посвящена выявлению основных характеристик структуры экономики субъектов федерации Северо-Кавказского федерального округа. Показаны основные структурные противоречия использования ограниченных производственных ресурсов.

В пятой главе - "Стратегические императивы модернизации регионального экономического пространства" - определены институциональные императивы регионального управления и раскрыта особая стратегическая миссия развития малого предпринимательства в экономическом пространстве СКФО. Показаны возможности становления ассоциаций малого предпринимательства как основных структурных компонентов формируемого гражданского общества. Особое внимание уделено обоснованию стратегического организационно-экономического механизма эффективного взаимодействия участников регионального рынка.

В заключении изложены основные результаты и выводы диссертационного исследования.

ОСНОВНОЕ  СОДЕРЖАНИЕ  РАБОТЫ

Процессы регионализации экономики, активно развивающиеся в рамках общемировых тенденций, приобрели новый импульс в экономике России в силу рыночных преобразований и ухода от преимущественно отраслевого принципа управления регионами, характерного для административно-командной экономики.

Указанные процессы послужили определенным толчком к возрастанию активного интереса к проблемам регионализации, как со стороны научных кругов, так и со стороны российской государственной власти, особенно в части регулирования экономического развития регионов. Это нашло свое практическое выражение в различных концепциях, федеральных целевых программах развития регионов, федеральных законах.

Современная регионалистика формировалась на основе теоретических исследований об управлении функционированием хозяйства территорий как взаимосвязанных, взаимовлияющих и взаимообусловленных комплексов, образующих единство и целостность воспроизводственного процесса на конкретной территории. 

В то же время, на основании серьезных обобщений в настоящее время отмечается, что параллельное сосуществование достаточно значительного количества методологических подходов и дискуссионность самого термина ведут к появлению большого количества близких по смысловой нагрузке определений, что в определенной мере размывает границы предметной области исследований. При этом выделяются основные подходы: экономико-географический, экономико-правовой, политэкономический, неоклассический, кластерно-полюсный, институционально-эволюционный и пространственно-экономический. Разнообразие трактовок во всех подходах преимущественно обусловлено различным представлением о действии основных факторов. Например, в последнем варианте речь идет о гетерогенном экономическом пространстве, сформированном трансформационными и трансакционными эндогенными факторами, необратимо и неравномерно эволюционирующими в системе экзогенных ресурсов и условий хозяйствования.

В то же время, на наш взгляд, целесообразно ввести интересы населения в процессы формирования основ региональной экономики, с одной стороны, с другой - исследовать основные внутренние мотивационные источники регионального саморазвития. 

Эти интересы населения в рыночных условиях представлены параметрами совокупного спроса. В таком случае, эффективное развитие региональной экономики должно выражаться в сбалансированной концентрации доходов населения на данной территории. Поэтому растущая концентрация доходов, в свою очередь, неизбежно приведет либо к нарушению целостности региональной экономики в случае, если основная часть доходов начнет в виде расходов концентрироваться в другом регионе, либо к усилению ее целостности - когда основная часть расходов населения будет осуществляться в рамках региональной экономики. 

Это означает, что основные статьи расходов населения становятся основными факторами устойчивости или дезинтеграции регионов. Таким образом, в современных условиях складываются новые экономические отношения, связанные с обеспечением устойчивости и сбалансированности социально-экономического развития регионов. Они представлены в пространственных структурах и концентрации доходов и расходов населения. 

Кроме того, следует специально остановится на том, что среди современных теорий особое место в определении устойчивости и сбалансированности равновесия занимает синергетика. Из всего богатства соответствующих методологических идей особо хочется остановиться на подходах к проблеме равновесия и балансов. Они, как известно, занимают важное место почти во всех общественных науках, начиная с экономики (равновесные цены, баланс спроса и предложения и т.п.) и кончая международными отношениями (баланс сил и т.д.).

Рассматривая систему как сложное взаимодействие множества компонентов, синергетика по сути дела, отходит от трактовки равновесия лишь как точки на пересечении двух линий. Существует не одно, а большое количество сочетаний различных взаимосвязей компонентов, при котором сложная система будет находиться в том или ином состоянии равновесия.

Соответственно встречаются самые различные определения состояний равновесия и неравновесия - стабильное (статичное) равновесие, неустойчивое равновесие, устойчивое неравновесие, состояние, далекое от равновесия, ну и далее - хаос, то есть полная потеря равновесия. Каждое из этих состояний предопределяет разные потенциалы и возможности для дальнейшего развития.

В условиях воздействия большого числа компонентов, из которых складывается система, равновесие из точки превращается в пространст­венное понятие, в котором самостоятельное развитие отдельных компонентов и эластичность их взаимосвязей не представляют угрозу дальнейшему существованию основ данной системы. Иначе говоря, - это пространство, в котором имеет место активная взаимная адаптация и в котором самоорганизация системы может осуществляться без вмешательства вышестоящей системы.

При этом важно строго разграничивать системные уровни и понимать их взаимодействие. Система в целом, например, общество, определяет рамки и условия, в которых протекают процессы в подсистемах. Мутации же в подсистемах будут оказывать неодинаковое воздействие на систему в целом. Изменения в одной-двух подсистемах еще не преобразуют существенно систему в целом, например, политические или экономические реформы. Зато более бурные преобразования в большом числе подсистем могут привести к подрыву основ системы в целом, когда происходит потеря контроля над протекающими процессами.

С точки зрения вышестоящей системы - это состояние, далекое от равновесия, на грани хаоса, требующее поиска новых организационно-управ­ленческих форм. С точки зрения подсистем - это период, когда одни подсистемы могут находиться в состоянии определенного неустойчивого равновесия, другие - в состоянии, далеком от равновесия, а третьи - в состоянии хаоса, когда в рамках данной подсистемы уже невозможно восстановить ее функционирование и происходит перестройка взаимосвязей, формирование новых закономерностей развития. Для общественных систем, видимо, особенно характерно сложное сочетание самоорганизующихся процессов на подсистемном уровне с организационно-управляющим воздействием системы в целом.

Методологические синергетические разработки представляют особый интерес, в частности и потому, что они сосредоточиваются на механизме системных преобразований. Они не только дают интересную трактовку причин и механизмов чередования периодов стабильности и периодов интен­сивных преобразований, но и концентрируют внимание на роли равновесий (балансов) в развитии систем. Подчеркивая эластичность взаимосвязей компонентов системы, эта методология сосредоточивает внимание на различной интенсивности их взаимной адаптации, на пределах возможного растяжения или сжатия взаимосвязей, на качественных различных характеристиках равновесия.

Создается картина множества различных форм и качеств равновесия, в которых различные степени равновесия располагаются в соответствии со своей интенсивностью. Представление о равновесии как о результате взаимодействия многих сил предполагает не только отказ от упрощенных ди­хотомий и переход к многовариантному анализу, но и предполагает уточнение важнейших понятий и концепций.

В данном контексте целесообразно расширить трактовку предмета региональной экономики посредством введения пространственно структурированных экономических отношений с выраженным содержанием регионально ориентированных мотивов хозяйственного и потребительского поведения наряду с ранее указанными традиционными компонентами. Это позволит системно сформировать рыночные основы целостности национальной экономики на региональном уровне и создать предпосылки получения синергетического эффекта при использовании ограниченных производственных ресурсов.

Из синергетической концепции равновесия вытекает, что типичными следует считать не изолированные, логически последовательные системные структуры и механизмы, а смешанное общество, смешанную экономику. Центр тяжести экономических исследований должен переноситься с анализа логически последовательных замкнутых систем на выявление компонентов, их взаимосвязей, пропорций, взаимоограничений.

Поэтому, понятие регионального экономического пространства представляет собой сложное иерархическое самодостаточное воспроизводство экономических отношений на основе баланса рыночных спроса и предложения, функционально концентрирующихся на локальной территории. Это, во-первых, позволяет определять конкретные регионы не только по территориальному принципу размещения производительных сил, но и по основным критериям эффективного рыночного управления и наличию устойчивых коалиционных компромиссов участников рынка. Во-вторых, параметры спроса и предложения, определяемые, прежде всего, структурой расходов домашних хозяйств, в процессе использования валового внутреннего продукта формируются и обретают устойчиво воспроизводимые формы преимущественно на региональном уровне. Т.е., именно на региональном уровне сосредотачивается главное содержание модернизации российской экономики как многополюсного хозяйственного комплекса.

При этом, учитывая тенденции нарастающей дифференциации в региональном развитии, которые невозможно преодолеть только за счет повышения темпов экономического роста, именно синергетический эффект становится единственным реальным шансом преодолеть нарастание негативных процессов в ряде российских территориальных образований.

Данный методологический подход позволяет выстроить логику исследования и решения главной проблемы посредством последовательного перехода от рассмотрения региона как специфического экономического пространства к анализу особенностей, тенденций и противоречий воспроизводства российских регионов и выработке основ стратегии их экономической модернизации.

Разразившийся в последние годы глобальный экономический кризис постепенно преодолевается в российской экономике. Но при этом не следует упускать из виду сохраняющийся и усиливающий свое значение воспроизводственный кризис российского регионального развития, который представляет серьезную угрозу целостности и единству национальной экономики. 

К настоящему времени в экономике России накоплен ряд воспроизводственных проблем, которые практически никак не связаны с последним мировым кризисом и обусловлены давними тенденциями экономического развития страны в территориальном контексте.

Современной науке известно множество типов экономических кризисных процессов, но при этом недостаточно представлено направление, связанное с теоретической разработкой именно региональных кризисов. Это особенно актуально для российской экономики, отличающейся не только большими пространственными параметрами, но и чрезмерной дифференциацией по итогам хозяйственной деятельности. Если обратиться к статистическим показателям по производству валового регионального продукта по субъектам федерации в расчете на душу населения в год, то почти тридцатикратный нарастающий внутренний разрыв показывает явную несбалансированность регионального воспроизводства.

При этом, линейные тренды на ближайший пятилетний период показывают однозначную воспроизводственную угрозу дальнейшего нарастания запредельной региональной дифференциации (см. диаграмму 1).

На наш взгляд, именно превышение внутренней дифференциации экономического развития регионов России над степенью ее отставания от наиболее развитых экономик мира свидетельствует о превышении естественного и необходимого для рыночной экономики уровня различий. В таком случае ставится вопрос о возможности нарушения целостности и единства национальной экономики. 

Одновременно это свидетельствует и о затянувшемся кризисе регионального развития. Важной характеристикой кризисов регионального развития является длительное, как правило, на протяжении нескольких десятков лет, отставание экономической динамики по определенным территориям, нарастание разрывов по социально-экономическим показателям. При этом по временному и производительному тренду эти кризисы не вписываются в традиционную цикличность, связанную с абсолютными параметрами сокращения и роста объемов производства, хотя последние часто тоже имеют место.

Кризис регионального развития заключается в длительном (как правило, на протяжении нескольких десятков лет) отставании по параметрам экономического роста определенных территорий и перманентном усилении отставания по основным социально-экономическим показателям от среднего по стране уровня (в два и более раза) при наличии общей положительной динамики и сопровождающегося отрицательными совокупными миграционными тенденциями (устойчивое преобладание оттоков труда, капитала и инвестиций).

На этом фоне развиваются сопутствующие явления, присущие традиционным экономическим кризисам – высокий уровень процента, блокирующий использование сбережений на инвестиции, перенакопление готовой продукции инвестиционного назначения, увеличение безработицы или перманентное сохранение ее высокого уровня, относительное снижение средней заработной платы, сокращение совокупного спроса на предметы потребления и услуги потребительского назначения, что дополнительно способствует сдерживанию развития производства.

Обострения региональных кризисных тенденций вызываются общими экономическими кризисами, но выход из них происходит по другой траектории. Поскольку поиском этих траекторий практически занимались недостаточно, то и действенность российских антикризисных мер, за исключением выделения дополнительных средств регионам, оказывается незначительной.

С учетом состояния мирового рынка после преодоления глобального кризиса получается, что цены на сырье и энергоносители увеличиваются быстрее, чем цены на отечественную продукцию и услуги, что способствует дальнейшему снижению конкурентоспособности региональных товаропроизводителей. В итоге получается, что формируется достаточно острая воспроизводственная угроза для регионального экономического развития.

Диаграмма 1. Динамика показателей валового регионального продукта в расчете на душу населения по федеральным округам и отдельным регионам РФ в 1998-2009 гг. и линейных трендов на пятилетний период, рублей

(построена автором по данным: http://gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/main/account/#)

Таблица 1 - Валовой региональный продукт и основные фонды на душу населения по отдельным регионам РФ в расчете на душу населения (рублей)

ВРП на душу населения

Основные фонды (ОФ) на душу населения

Корреляции между ВРП и ОФ

1998

2009

1998

2009

1998-2009

руб.

в % к РФ

руб.

в % к РФ

руб.

в % к РФ

руб.

в % к РФ

Российская Федерация

15371,1

100,0

226 007,5

100,0

96602,2

100,0

581653,8

100,0

0,985425

Центральный федеральный округ

16564,4

107,8

308 331,0

136,4

94840,7

98,2

729420,0

125,4

0,975347

Московская область

12329,5

80,2

227 343,2

100,6

73503,5

76,1

586742,1

100,9

0,989876

г.Москва

33887,4

220,5

679 340,7

300,6

125126,5

129,5

1485005,8

255,3

0,950850

Северо-Западный федеральный округ

16592,8

108,0

253 214,4

112,0

102378,5

106,0

597318,9

102,7

0,993801

г.Санкт-Петербург

18024,9

117,3

320 916,4

142,0

88891,9

92,0

505003,5

86,8

0,992534

Южный федеральный округ

8596,4

55,9

145 007,2

64,2

65249,4

67,5

369130,4

63,5

0,992932

Северо-Кавказский федеральный округ

6 807,6

44,3

86 266,1

38,2

52814,4

54,7

223931,0

38,5

0,994658

Республика Дагестан

3589,4

23,4

97 299,5

43,1

51297,5

53,1

224892,7

38,7

0,991758

Республика Ингушетия

3428,9

22,3

36 405,9

16,1

13591,2

14,1

79996,1

13,8

0,976126

Кабардино-Балкарская Республика

6611,7

43,0

74 377,8

32,9

48813,0

50,5

152439,5

26,2

0,989287

Карачаево-Черкесская Республика

6391,3

41,6

90 335,3

40,0

68422,7

70,8

262489,5

45,1

0,984778

Республика Северная Осетия-Алания

5727,5

37,3

92 881,4

41,1

57183,6

59,2

216139,6

37,2

0,958954

Чеченская Республика

-

-

51 138,9

22,6

-

-

167556,9

28,8

0,919372

Ставропольский край

10363,8

67,4

102 414,9

45,3

78672,3

81,4

295277,1

50,8

0,993799

Приволжский федеральный округ

13489,1

87,8

163 270,3

72,2

91185,0

94,4

437754,0

75,3

0,986552

Уральский федеральный округ

25102,2

163,3

358 389,4

158,6

144754,4

149,9

1185183,5

203,8

0,975467

Сибирский федеральный округ

14627,1

95,2

173 383,9

76,7

100245,5

103,8

423851,1

72,9

0,980744

Дальневосточный федеральный округ

20356,7

132,4

268 344,3

118,7

122464,6

126,8

664082,4

114,2

0,992986

таблица составлена и рассчитана автором по данным официального сайта Федеральной службы государственной статистики (www.gks.ru) http://gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat/rosstatsite/main/account/#; Российский статистический ежегодник. 2002: Стат. сб. / Росстат. - М., 2003. - С. 301-302; Российский статистический ежегодник. 2005: Стат. сб. / Росстат. - М., 2006. - С. 82-83, 337-338; Российский статистический ежегодник. 2007: Стат. сб. / Росстат. - М., 2007. - С. 334-335; Российский статистический ежегодник. 2008: Стат. сб. / Росстат. - М., 2008. - С. 84-85, 326-327.

В целом, основная причина кризиса регионального развития СКФО, заключающаяся в нарушениях сбалансированности воспроизводства и обновления основных производственных фондов и выражающаяся в прогрессирующем относительном снижении стоимости основных фондов в расчете на душу населения (см. таблицу 1). Это последовательно ведет к ухудшению других макроэкономических показателей (отставание по производству валового регионального продукта в расчете на душу населения, снижение темпов роста средней заработной платы, рост доли населения с доходами ниже прожиточного минимума, рост уровня безработицы среди молодежи, сокращение совокупного спроса на предметы потребления и услуги потребительского назначения) и утрате трудовой мотивации у значительной части населения.

Соответственно необходимо сориентировать государственную региональную экономическую политику на проблемы преодоления кризиса регионального развития с учетом того, что для Северного Кавказа требуется не просто модернизация экономики, а создание новых производительных сил региона. Это является достаточным аргументом для дополнительного уточнения трактовки категории региональной экономики как пространственной характеристики воспроизводства, обеспечивающего минимально допустимый уровень инвестиционной активности и качества использования ограниченных производственных ресурсов территории; 

Для более подробного исследования предпосылок и факторов кризисных тенденций, в диссертации была разработана методика выявления доминирующих трендов региональных воспроизводственных тенденций на основе производственной функции и сравнении различных по содержанию социально-экономических показателей, выраженных в несопоставимых единицах измерения. Подобную задачу позволяет решить широко используемый метод перевода значений множества X в значения индекса, которые находятся на отрезке от 0 до 1, и рассчитывается по формуле:

,  (1)

где: I(x) – значение рассчитываемого индекса для каждого значения из множества X;

min(X) – минимальная величина показателя, по которому рассчитывается индекс;

max(X) – максимальная величина показателя, по которому рассчитывается индекс.

Наряду с этим, в работе предложено дополнение, связанное с расчетом агрегированных показателей и индексов с помощью широко используемых статистических методов, в итоге чего получаются показатели и индексы, отражающие не только сводную характеристику текущего уровня развития производственного капитала или трудовых ресурсов, но и учитывающих изменение совокупности этих показателей в течение определенного промежутка времени. В результате получаются агрегированные индексы, на основе которых можно произвести сопоставление уровня экономического развития различных территорий с уровнем развития отдельных воспроизводственных факторов.

Это позволило рассчитывать интегральные индексы по группам показателей, проводить корреляционно-регрессионный анализ и определять характер связей между воспроизводственными факторами и результатами. При этом наиболее распространенным способом установления корреляционной связи между величинами, выраженными в абсолютных показателях, является использование коэффициента Пирсона. Однако формула для расчета этого коэффициента предполагает только нормальное распределение анализируемых величин, что не всегда удобно. Поэтому в работе использовался аналог этой формулы, полученный с помощью математических преобразований:   (3)

По этой методике был проведен анализ показателей, характеризующих трудовые ресурсы в регионах Российской Федерации в 2009 году, и изменение этих показателей за десятилетие с 2000-2009 годы. С другой стороны – проанализированы показатели, характеризующие состояние производственного капитала в соответствующих регионах за тот же период времени.

Расчеты производились из совокупности показателей удельного веса детей, обучающихся в общеобразовательных учреждениях, численности обучающихся в образовательных учреждениях, реализующих программы начального профессионального образования, численности студентов государственных (муниципальных) учреждений среднего профессионального образования, численности студентов государственных (муниципальных) и негосударственных высших учебных учреждений с учетом прироста этих показателей 2009 года к 2000 году. Индексы рассчитывались по всей совокупности регионов, а весовые коэффициенты определялись исходя из значимости каждого уровня образования для процесса производства экономических благ.

Агрегированные показатели уровня развития производственного капитала в регионах Российской Федерации в 2009 году и изменение этих показателей за десятилетие с 2000 по 2009 годы рассчитывались с учетом данных о наличии основных фондов по полному кругу организаций по полной учетной стоимости, данных о наличии основных фондов по полному кругу организаций по полной учетной стоимости в расчете на душу населения в трудоспособном возрасте, данных о наличии основных фондов по полному кругу организаций по полной учетной стоимости в расчете на душу населения в трудоспособном возрасте в 2009 году в стоимостных показателях 2000 года, данных о приросте показателей наличия основных фондов по полному кругу организаций по полной учетной стоимости в расчете на душу населения в трудоспособном возрасте 2009 года по отношению к 2000 году, данных об инвестициях в основной капитал, данных об инвестициях в основной капитал в расчете на душу населения в трудоспособном возрасте, данных об инвестициях в основной капитал в расчете на душу населения в трудоспособном возрасте в 2009 году в стоимостных показателях 2000 года и данных о приросте объема инвестиций в основной капитал в расчете на душу населения в трудоспособном возрасте за рассматриваемый десятилетний период.

Диаграмма 2. Графическое представление значений агрегированных индексов уровня развития трудовых ресурсов и уровня развития производственного капитала в субъектах Российской Федерации в 2009 году и их развитие за период 2000-2009гг. По оси OX отражены субъекты РФ, по оси OY отражены значения рассчитанных агрегированных индексов.

Графическое представление значений агрегированных индексов показано на диаграмме 2. График показывает, во-первых, что регионы России значительно отличаются по тенденциям развития основных факторов производства. При этом у одних регионов наблюдается схожесть в значениях рассматриваемых параметров, а у других, напротив, - показатели по рассчитанным индексам различаются по нарастающей. 

Во-вторых, общей и явно выраженной тенденцией регионального развития в последние годы стала усиливающаяся диспропорция в уровнях развития трудовых ресурсов и производственного капитала. Это, по сути дела, становится самым серьезным противоречием регионального воспроизводства и социально-экономического развития, поскольку непосредственно отражается на структуре создания и первичного присвоения валового регионального продукта. Кроме того, невозможность полной реализации совокупного трудового потенциала территорий сохраняет то положение дел, когда основная часть доходов российского бюджета формируется за счет платежей нескольких монополистов, в основном связанных с первичной добычей природных ресурсов.

Соответственно, большинство регионов России при таком положении оказываются в роли бюджетных реципиентов. Бюджетные доходы формируются по регионам преимущественно вне зависимости от результатов производства и, трансформируясь в соответствующий совокупный спрос населения, ослабляют рыночные мотивы регионального развития.

В-третьих, нарастающая диспропорция развития основных факторов региональной экономики отрицательно сказывается на формировании экономического мышления нового поколения, которое начало вступать в фазу активного трудового процесса. В последние годы завершает образование то поколение, которое полностью получило его в постсоветский период. Восприятие ценностей демократического развития и рыночной экономики, на что сейчас активно обращается внимание в научных публикациях и средствах массовой информации,  должно для этого поколения подкрепиться возможностью получать такой уровень трудовых доходов, который мог бы позволить обеспечить основные потребности молодых семей. Однако на средние российские трудовые доходы по регионам молодая семья не сможет полностью справиться со своими потребностями. Поэтому, негативные последствия, обусловленными неприятием требуемого рыночного экономического мышления молодежи, не заставят себя ждать со всеми вытекающими отсюда последствиями. Особенно это чревато для южных регионов России, что обусловлено демографической ситуацией и значительной безработицей среди молодежи.

Последствия выявленной нарастающей диспропорции развития основных факторов региональной экономики заключаются не только в социально-экономической несбалансированности регионального воспроизводства, но и особенно негативно проявляются в процессах развития человеческого капитала и формирования экономики знаний, которые в свою очередь выступают приоритетными факторами создания валового регионального продукта. На это следует обращать первостепенное внимание при разработке и реализации стратегий регионального развития.

В таблице 2 произведено сопоставление показателей обеспеченности основными фондами и произведенным ВРП по федеральным округам, в 2009 году.

Таблица 2 – Показатели обеспеченности основными фондами и произведенный ВРП по федеральным округам, в 2009 году*

Наименование федерального округа

Валовой региональный продукт на душу населения, тыс. руб. на человека

Наличие основных фондов по полному кругу организаций по полной учетной стоимости, млрд. руб.

Численность постоянного населения в трудоспособном возрасте (16-54 для женщин, 16-59 для мужчин), тыс. чел.

Наличие основных фондов в расчете на душу населения в трудоспособном возрасте, тыс. руб. на человека

Центральный

308,3

26,8

22,9

1173,9

Северо-Западный

253,2

8,0

8,4

955,3

Южный

145,0

5,1

8,4

604,5

Северо-Кавказский

86,3

2,1

5,7

358,8

Приволжский

163,3

13,2

18,7

705,0

Уральский

358,4

14,5

7,8

1864,3

Сибирский

173,4

8,3

12,3

672,9

Дальневосточный

268,3

4,3

4,1

1036,6

* таблица рассчитана и составлена автором на основе данных ЦБСД Федеральной службы государственной статистики. – Режим доступа: http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/

DBInet.cgi?pl=2409022; http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi?pl=2409025; http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi?pl=1002002

На основе этих данных был построен график, отражающий зависимость между показателями обеспеченности основными фондами и произведенным ВРП по федеральным округам, в 2009 году (рисунок 1). На графике нанесена аппроксимирующая прямая y=4,7631x-124,21, с величиной достоверности аппроксимации R2=0,9008 (высокая достоверность). Также, с помощью средств MS Excel между отраженными показателями был рассчитан коэффициент корреляции, который оказался равен 0,95 единицам, т.е., весьма высокая степень связи.

Рисунок 1. Зависимость между показателями обеспеченности основными фондами и произведенным ВРП по федеральным округам, в расчете на душу населения, в 2009 году (график построен на основе данных таблицы 2)

Таблица 3 – Сопоставление показателей инвестиций в основной капитал и произведенным ВРП по федеральным округам, в 2009 году*

Наименование федерального округа

Валовой региональный продукт на душу населения, тыс. руб. на человека

Инвестиции в основной капитал, млрд. руб.

Численность постоянного населения в трудоспособном возрасте (16-54 для женщин, 16-59 для мужчин), тыс. чел

Инвестиции в основной капитал в расчете на душу населения, тыс. руб. на человека

Центральный

308,3

1870,0

22,9

81,8

Северо-Западный

253,2

911,2

8,4

108,3

Южный

145,0

682,4

8,4

81,5

Северо-Кавказский

86,3

261,1

5,7

45,5

Приволжский

163,3

1255,7

18,7

67,1

Уральский

358,4

1279,9

7,8

164,3

Сибирский

173,4

831,5

12,3

67,5

Дальневосточный

268,3

838,5

4,1

202,6

* таблица рассчитана и составлена автором на основе данных ЦБСД Федеральной службы государственной статистики. – Режим доступа: http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi?pl=2409022, http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/

DBInet.cgi?pl=2409025. Регионы России. Социально-экономические показатели. 2010: Стат. сб. - М.: Росстат, 2010. – С. 932-933.

Обобщая полученную информацию, следует подчеркнуть, что между показателями обеспеченности основными фондами в расчете на душу населения и произведенным ВРП по субъектам Федерации существует весьма высокая прямая связь. Поэтому модернизация экономики в региональном контексте должна основываться на том, что уровень результатов производства в значительной степени зависит от уровня обеспеченностями основными фондами.

Рисунок 2. Зависимость между показателями инвестиций в основной капитал и произведенным ВРП по федеральным округам, в расчете на душу населения, в 2009 году (график построен на основе данных таблицы 3)

В таблице 3 отражено сопоставление показателей инвестиций в основной капитал и произведенным ВРП по федеральным округам в 2009 году. На основе этих данных также был построен график, отражающий зависимость между показателями инвестиций в основной капитал и произведенным ВРП по федеральным округам, в расчете на душу населения, в 2009 году (рисунок 2).

Таблица 4 – Сопоставление показателей доли безработного населения среди населения в трудоспособном возрасте и произведенным ВРП в расчете на душу населения по федеральным округам, в 2009 году*

Наименование федерального округа

Валовой региональный продукт на душу населения, тыс. руб. на человека

Численность безработных граждан, тыс. чел.

Численность постоянного населения в трудоспособном возрасте (16-54 для женщин, 16-59 для мужчин), млн. чел

Доля безработного населения среди населения в трудоспособном возрасте, %

Центральный

308,3

334,4

22,9

1,5

Северо-Западный

253,2

162,1

8,4

1,9

Южный

145,0

594,7

8,4

7,1

Северо-Кавказский

86,3

475,5

5,7

8,3

Приволжский

163,3

368,0

18,7

2,0

Уральский

358,4

190,6

7,8

2,4

Сибирский

173,4

316,1

12,3

2,6

Дальневосточный

268,3

118,3

4,1

2,9

* таблица рассчитана и составлена автором на основе данных ЦБСД Федеральной службы государственной статистики. – Режим доступа: http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/

DBInet.cgi?pl=2409022; http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi?pl=2409025; http://www.gks.ru/dbscripts/Cbsd/DBInet.cgi?pl=2223012

Кроме того, в таблице 4 произведено сопоставление показателей доли безработного населения среди населения в трудоспособном возрасте и произведенным ВРП в расчете на душу населения по федеральным округам, в 2009 году.

Используя полученную информацию, следует сказать, что между показателями доли безработного населения среди населения в трудоспособном возрасте и произведенным ВРП в расчете на душу населения по субъектам Федерации существует заметная обратная связь.

Следовательно, можно утверждать, что уровень результатов производства в значительной степени зависит и от уровня использования имеющихся трудовых ресурсов (в данном случае – населения в трудоспособном возрасте).

Таким образом, детерминирующими воспроизводственного развития российских регионов в настоящее время являются традиционные основные фонды и инвестиции в основной капитал. Поэтому говоря о результатах приватизации, которые достаточно активно исследуются до сих пор, надо учитывать, что в дореформенное время все региональные экономики развивались в рамках единого народнохозяйственного комплекса.

Рисунок 3. Зависимость между показателями доли безработного населения среди населения в трудоспособном возрасте и произведенным ВРП в расчете на душу населения по федеральным округам, в 2009 году (график построен на основе данных таблицы 4)

Поэтому ряд преимуществ от концентрации и специализации производительных сил получали все регионы. Т.е., значительные централизованные капитальные вложение в отдельные, например ресурсодобывающие территории, непосредственно работали на все региональные экономики. Соответственно, последовавшая в пореформенный период ликвидация единого народнохозяйственного комплекса, который преимущественно был сформирован на протяжении 50-х-80-х годов в бывшем союзном государстве, обусловленная в основном причинами формирования рыночной экономики как основной цели общественного развития того времени, никак не учитывала дальних региональных последствий. А именно эти последствия и привели к недопустимому разрыву в обеспеченности регионов основными фондами.

Таблица 5 – Основные фонды на душу населения

по РФ и субъектам СКФО в 1980-1990 гг.*

1980

1985

1990

руб.

в % к РФ

руб.

в % к РФ

руб.

в % к РФ

Российская Федерация

8005,8

100,0

10450,9

100,0

12867,2

100,0

Республика Дагестан

3685,5

46,0

4568,8

43,7

5488,5

42,7

Республики Ингушетия и Чечня

5190,3

64,8

6504,1

62,2

7003,9

54,4

Кабардино-Балкарская Республика

5997,0

74,9

6925,2

66,3

7874,0

61,2

Республика Северная Осетия-Алания

5068,0

63,3

6493,5

62,1

7861,6

61,1

Ставропольский край (с КЧР)

8450,7

105,6

10376,1

99,3

12305,1

95,6

*таблица составлена и рассчитана автором на основе данных: Российский статистический ежегодник. 2002: Стат. сб. – М.: Росстат, 2003. – С.82-83, 301-302

Сложность ситуации с параметрами производства регионального ВРП усугубляется тем, что данные тенденции сформировались под воздействием долговременных факторов и корнями уходят еще в период планового ведения народного хозяйства. Для иллюстрации данного утверждения обратимся к показателям обеспеченности населения северокавказских регионов основными производственными фондами (таблица 5). Как видно из данных таблицы разрыв в обеспеченности регионов основными фондами существенно увеличивался в годы последних советских пятилеток. Соответственно накапливались предпосылки для последующего пореформенного регионального кризиса.

Следовательно, без преодоления отсталости ряда регионов по обеспеченности основными фондами, что соответственно потребует значительных дополнительных финансовых источников, невозможна реализация основных стратегических задач социально-экономического развития.

По сути дела, национальная экономика нашей страны в настоящее время оказалась перед необходимостью комплексного воспроизводственного развития ее региональных компонентов. Для этого потребуются разработка и реализация субфедеральных и надрегиональных целевых программ по развитию производительных сил в отстающих регионах с расширительным компонентом в форме государственно-частного партнерства. Подобные программы должны быть жестко увязаны с формированием нового экономического регионального пространства и являться связующим элементом региональных стратегий социально-экономического развития. Это позволит и более системно увязать федеральный и региональный уровни экономического управления.

Таблица 6 – Показатели агрегированных индексов, отражающих уровень образования трудовых ресурсов по федеральным округам Российской Федерации в 2009 году и его изменение за период 2000-2009 годов*

Наименование федерального округа РФ

Агрегированный индекс охвата населения в трудоспособном возрасте образованием (значения показателя за 2009 год, единиц)

Агрегированный индекс прироста охвата населения в трудоспособном возрасте образованием (значения 2009 года к 2000 году, единиц)

Центральный

0,615

0,371

Северо-Западный

0,548

0,256

Южный

0,397

0,776

Северо-Кавказский

0,032

0,607

Приволжский

0,591

0,564

Уральский

0,544

0,639

Сибирский

0,591

0,255

Дальневосточный

0,576

0,914

* таблица рассчитана и составлена автором на основе данных ЦБСД Федеральной службы государственной статистики. – Режим доступа: http://www.gks.ru

В исследовании выявлено системное воспроизводственное противоречие регионального развития, представляющее двойную угрозу российской экономической безопасности и национальным интересам, заключающееся, во-первых, в усиливающейся диспропорции между уровнями развития трудовых ресурсов и производственного капитала, во-вторых, в отсутствии связи между уровнем образования населения и созданием валового регионального продукта, что фактически препятствует формированию общества знаний и создает предпосылки консервации в российских регионах доиндустриальных и индустриальных форм хозяйствования.

В диссертационном исследовании были проведены расчеты индексов охвата трудоспособного населения образованием по совокупности показателей удельного веса обучающихся в общеобразовательных учреждениях, численности обучающихся в образовательных учреждениях, реализующих программы начального профессионального образования, численности студентов государственных (муниципальных) учреждений среднего профессионального образования, численности студентов государственных (муниципальных) и негосударственных высших учебных учреждений с учетом изменения этих показателей в 2009 году относительно 2000-го года. Индексы рассчитывались по всей совокупности федеральных округов, а весовые коэффициенты определялись исходя из значимости каждого уровня образования для процесса производства экономических благ (см. таблицу 6).

Одновременно были рассчитаны индексы, характеризующие динамику показателей валового регионального продукта на душу населения по федеральным округам за период 2000-2009 годов (таблица 7).

Таблица 7  – Показатели производства валового регионального продукта на душу населения по федеральным округам Российской Федерации и их динамика за период 2000-2009 годов*

Наименование федерального округа РФ

Валовой региональный продукт на душу населения (значения показателя за год, тыс. руб. на человека)

Индекс объема ВРП на душу населения (значения показателя за 2009 год, единиц)

Валовой региональный продукт на душу населения (значения показателя за 2009 год в ценах 2000 года, тыс. руб. на человека)

Прирост ВРП на душу населения (значения показателя 2009 года в ценах 2000 года, к показателям 2000 года, %)

Индекс прироста объема ВРП на душу населения (значения 2009 года к 2000 году, единиц)

2000

2009

Центральный

48,2

308,3

0,816

89,0

84,6

1,000

Северо-Западный

40,6

253,2

0,614

73,1

80,1

0,891

Южный

23,4

145,0

0,216

41,8

78,7

0,856

Северо-Кавказский

13,8

86,3

0,000

24,9

80,3

0,897

Приволжский

32,8

163,3

0,283

47,1

43,7

0,000

Уральский

69,3

358,4

1,000

103,4

49,2

0,134

Сибирский

33,7

173,4

0,320

50,0

48,5

0,119

Дальневосточный

44,9

268,3

0,669

77,4

72,3

0,701

* таблица рассчитана и составлена автором на основе данных ЦБСД Федеральной службы государственной статистики. – Режим доступа: http://www.gks.ru

На рисунке 4 отражено графическое представление связи между показателями агрегированного индекса прироста результатов производства и агрегированного индекса прироста уровня образования населения по федеральным округам Российской Федерации за десятилетний период (с 2000 по 2009 годы), которые были рассчитаны и отражены в таблицах 5 и 6.

Рисунок 4. Графическое представление связи между показателями агрегированного индекса прироста результатов производства – (значения по оси ординат – OY) и агрегированного индекса прироста уровня образования населения – (значения по оси абсцисс – OX) по федеральным округам Российской Федерации за десятилетний период с 2000 по 2009 годы

Очевидно, что связь между представленными значениями определить не представляется возможным. С помощью средств MS Excel между отраженными показателями была произведена попытка расчета коэффициента линейной корреляции, который оказался равен 0,07 единицам, что, по существующим в настоящее время критериям может быть охарактеризовано как отсутствие связи. То есть, в настоящее время изменение параметров производимого валового внутреннего продукта практически никак не связано с изменениями в уровне образования трудоспособного населения по российским регионам, что является острым противоречием развития регионального пространства. 

В работе раскрыты структурные особенности воспроизводства северокавказских регионов, заключающиеся, во-первых,  в приоритете сельскохозяйственного производства - доля вклада которого в ВРП СКФО более чем в три раза превышает аналогичный показатель по ВРП РФ (см. рисунок 5). Во-вторых, в два раза более низком удельном весе вклада обрабатывающего производства в ВРП в субъектах СКФО, чем по России в среднем, практически отсутствующем вкладе добычи полезных ископаемых в СКФО (1%) в отличие от общероссийского (10%) при богатом природно-ресурсном потенциале округа.

Данные структурные асимметрии сформировались на фоне, во-первых, наибольшего вклада в ВРП СКФО в расчете на одного занятого в добыче полезных ископаемых, производстве электроэнергии, воды и газа, строительстве, оптовой и розничной торговле, операциях с недвижимостью, во-вторых, доле ВРП на одного занятого в абсолютном выражении в целом по всем видам экономической деятельности в СКФО почти в два раза меньшей, чем в общем по России.

Рисунок 5. Структура ВРП субъектов СКФО, ВРП РФ и ВРП СКФО в 2009г. (диаграмма построена автором на основе официального сайта Федеральной службы государственной статистики. – Режим доступа: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/vvp/otr-stru09.xls)

В настоящее время не существует прямой зависимости между вкладом отдельной сферы экономической деятельности в формирование общего регионального ВРП СКФО и объемом привлеченных инвестиций в данную сферу. Наибольшее соотношение произведенного ВРП и вложенных инвестиционных средств (см. рисунок 6) в сферах "Оптовая  и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования"  и "Гостиницы и рестораны" (которые составляют в общей структуре произведенного ВРП 21,3% и 2,1% соответственно, а в общей доле инвестиций в основной капитал - 1,8% и 0,1%).

Рисунок 6. Показатели прироста ВРП на единицу инвестиций в основной капитал по видам экономической деятельности в РФ и СКФО, руб. ВРП на 1 руб. инвестиций (диаграмма рассчитана и построена автором на основе данных официального сайта Федеральной службы государственной статистики. – Режим доступа: http://www.gks.ru/free_doc/new_site/vvp/otr-stru09.xls и статистического сборника «Регионы России. Социально-экономические показатели. 2009: Стат. сб. – М.: Росстат, 2010. – С.946-949»)

При этом более  диверсифицированной и сбалансированной в целом является структура ВРП СКФО, чем структуры ВРП субъектов СКФО по отдельности, что отражает непропорциональное региональное распределение инвестиций в основной капитал и является воспроизводимой предпосылкой дальнейшего углубления кризиса регионального развития.

ОСНОВНЫЕ  ВЫВОДЫ И ПРЕДЛОЖЕНИЯ

Во-первых, следует принципиально изменить вектор стратегического управления на региональном уровне. Прежде всего, стратегии социально-экономического развития российских регионов должны преимущественно ориентироваться на новые объекты управления - формирование новых региональных пространств экономических отношений, позволяющих и мотивирующих участников регионального хозяйства на высокоэффективное использование имеющего потенциала ограниченных производственных ресурсов.

Во-вторых, институциональные императивы регионального управления должны заключаться в целесообразности регулирования параметров использования производимого валового регионального продукта на основе социального договора на всех уровнях между администрациями, хозяйствующими субъектами и населением. Это позволит скорректировать траекторию осуществляемых структурных сдвигов, ориентированных на снижение социальной напряженности в районе, и интегрировать на уровне региона интересы рыночных, федеральных, этноэкономических и т.п. структур.  Данная форма управления позволяет переместить центр ответственности непосредственно в регионы и повысить степень самодостаточности регионального воспроизводства. 

В-третьих, малое предпринимательство в экономическом развитии СКФО имеет особую стратегическую миссию в силу того, что только его результативность, в отличие от других организационных форм бизнеса, может проявиться в краткосрочном периоде. При этом, формирование совокупной структуры инвестиционных проектов в среде малого бизнеса осуществляется не только по уровню быстрой окупаемости и высокой доходности, но и по дополнительным критериям социально-экономической функциональности - вклад в ВРП, повышение уровня занятости, рост доходов населения, увеличение совокупного спроса.

В-четвертых, необходимо и эффективно выделение приоритетного стратегического императива управления в СКФО в повсеместном  повышении функциональной роли малого предпринимательства до половины и более в числе занятых и в создаваемом валовом региональном продукте с превращением данных показателей в основной критерий эффективности деятельности региональных и муниципальных органов власти.

В настоящее время функциональная роль малого бизнеса в российской экономике по доле занятых составляет около двадцати процентов, по доле производства ВВП – около пятнадцати процентов, а в северокавказских регионах и того меньше. Если учитывать, что в развитых странах мира эти показатели варьируются в диапазоне пятидесяти-восьмидесяти процентов, то имеется реальная возможность практически трехкратного увеличения данного сектора национальной экономики, а по ряду регионов Северного Кавказа - десяти-двадцати кратного.

В целом это позволит интегрировать в структуру регионального управления ассоциации малого предпринимательства как основных структурных компонентов формируемого гражданского общества с прозрачностью исполнения открыто принимаемых хозяйственных решений. 

В-пятых, целесообразно сформировать стратегический организационно-экономический механизм взаимодействия участников регионального рынка, который позволит соединить все функции управления воспроизводственными процессами в регионе в рамках единого государственного финансового института - бюджета модернизации, формируемого как твердые квоты основных направлений расходов консолидированных бюджетов субъектов федерации.

Это, прежде всего, повысит ответственность государства за эффективность реализации проектов поддержки экономики. Будет последовательно формироваться практика строгого разграничения модернизационных функций по структурам регионального управления и гражданского общества.

Наряду с этим, в определенной мере будет облегчен доступ к государственным средствам непосредственных исполнителей инвестиционных проектов. А благодаря более интенсивному вовлечению банковского сектора во взаимодействие с государством, возможно эффективно задействовать в инвестиционной деятельности денежные ресурсы населения и хозяйственных организаций.

В-шестых, в Комплексной Стратегии социально-экономического развития Северо-Кавказского федерального округа до 2025 года указывается, что главной целью является обеспечение условий для опережающего развития реального сектора экономики в регионах СКФО и создания новых рабочих мест. Однако, при реализации оптимального сценария развития предполагается, что ВРП на душу населения в СКФО увеличится с 79 тыс. рублей на человека в 2008 году до 219 тыс. рублей к 2025 году. По сути дела это означает, что в 2025 году северокавказские регионы выйдут по основным показателям на уровень развития РФ в среднем за 2008 год, который, в свою очередь, был адекватен уровню советской экономики конца восьмидесятых годов прошлого столетия.

С другой стороны, отсутствует системность в федеральной "Стратегии-2020: Новая модель роста - новая социальная политика" в региональном разрезе. Прежде всего потому, что основные вызовы национальной экономике, определенные как "демографический крест" (число занятых сокращается и обязательства бюджета растут), "ножницы конкурентоспособности" (высокие издержки при слабых институтах), "институциональные разрывы" (отсталые институты при высоком качестве человеческого капитала) и "сырьевая зависимость") совершенно по-разному проявляются в региональном экономическом пространстве (и особенно в СКФО). Поэтому в рамках региональной политики следует предполагать не столько универсальные, сколько специфические для каждой территории стратегические организационно-экономические инструменты их преодоления в связи с неэффективностью федеральной вертикали управления экономическими процессами в регионах.

При этом следует учитывать довольно уникальную возможность для отсталых по социально-экономическому развитию регионов, обусловленную возможным обесценением традиционных основных фондов, перейти на новый уровень экономической цивилизации – к постиндустриальной экономике знаний.

Список публикаций по теме диссертации

Монографии

1. Керефов М.А. Концептуальные основы внутренней интеграции региональной экономики. Нальчик, 2008. - 6,2 п.л.

2. Керефов М.А. Кризис регионального развития: сущность и инструменты преодоления. Нальчик, 2009. - 7,2 п.л.

3. Керефов М.А. Воспроизводственные особенности российского регионального экономического развития. Нальчик, 2010. - 10,5 п.л.

4. Керефов М.А. Стратегические императивы модернизации регионального экономического пространства. Москва, 2011. - 11,5 п.л.

Публикации в ведущих рецензируемых журналах, определенных ВАК

5. Керефов М.А. Тенденции социализации региональной экономики// Terra economicus («Пространство экономики»). 2009.  Т.7.  № 2. - 0,5 п.л.

6. Керефов М.А. Социализация региональной экономики// Terra economicus («Пространство экономики»). 2009. Т.7. № 3. - 0,5 п.л.

7. Керефов М.А. Бюджет модернизации для регионального развития // Финансы и кредит. 2009. № 46 (382). - 0,5 п.л.

8. Керефов М.А., Тарасов Н.А. Актуальные проблемы региональной экономики и пути их решения // Национальные интересы: приоритеты и безопасность.  2009. № 24 (57).-  0,5 п.л. (в том числе автора - 0,25 п.л.)

9. Керефов М.А. Сущность экономического кризиса регионального развития // Финансы и кредит.  2009.  № 47 (383). - 0,5 п.л.

10. Керефов М.А. Стратегические проблемы регионального развития // Экономический анализ: теория и практика. 2009. № 36(165). - 0,5 п.л.

11. Керефов М.А. Татуев А.А., Нагоев А.Б. Модернизация структуры регионального воспроизводства на Северном Кавказе // Финансы и кредит. 2010.  № 21.-  1,2 п.л.  (в том числе автора - 0,4 п.л.).

12. Керефов М.А. Некоторые подходы к модернизации региональной экономики Северного Кавказа // Известия Кабардино-Балкарского научного центра РАН.  2010.  №2 (34). 0,6 п.л.

13. Керефов М.А. Исторические факторы современного регионального развития // Terra economicus («Пространство экономики»). 2010.  Т.8. № 4. - 0,5 п.л.

14. Керефов М.А. Приоритеты модернизации экономического развития Северного Кавказа // Вестник Института дружбы народов Кавказа «Экономика и управление народным хозяйством».  2010.  № 4. - 0,45 п.л.

15. Керефов М.А. Приоритетные факторы создания валового регионального продукта // Региональная экономика: теория и практика. 2011.  № 26 (209). - 0,7 п.л.

16. Керефов М.А. Стратегические приоритеты модернизации регионального экономического развития // Terra economicus («Пространство экономики»). 2011.  Т. 9.  № 2. - 0,5 п.л.

17. Керефов М.А. Структурные противоречия регионального развития // Вопросы экономики и права. 2011. № 4(34). - 0,4 п.л.

18. Керефов М.А. Основное требование к стратегическому управлению в контексте расширения предмета региональной экономики // Экономические науки.  2011. № 5 (78). - 0,45 п.л.

19. Керефов М.А., Еделев Д.А. Противоречивые тенденции развития российского регионального экономического пространства // Экономические науки. 2011. № 5 (78). - 0,45 п.л. (в том числе автора - 0,25 п.л.).

20. Керефов М.А. Воспроизводственные угрозы и императивы стратегии регионального развития // Вопросы экономики и права. 2011.  № 5(35). - 0,4 п.л.

21. Керефов М.А., Татуев А.А. Стратегические императивы регионального развития Северного Кавказа // Вопросы экономики и права.  2011. № 5(35). - 0,4 п.л. (в том числе автора - 0,2 п.л.).

22. Керефов М.А., Татуев А.А. Основа стратегии развития Северного Кавказа - в новых отношениях пространственной экономики // Terra economicus («Пространство экономики»). 2011. Т. 9. № 3. - 0,5 п.л.  (в том числе автора - 0,3 п.л.).

23. Керефов М.А. Основные детерминанты воспроизводственного развития российских регионов // Экономические науки. 2011.  № 6 (79). - 0,45 п.л.

Публикации в других научных изданиях

24. Керефов М.А. Взаимосвязь экологических факторов с интенсификацией экономического роста республики/ Материалы республиканской конференции «Экологические аспекты экономического развития КБР».  Нальчик, 2005. - 0,2 п.л.

25. Керефов М.А. Факторы углубления кризиса регионального развития / Материалы научно-практической конференции «Проблемы социально-экономического развития регионов» (22-24 октября 2007г.).  Сочи: Академия повышения квалификации руководящих работников и специалистов курортного дела, спорта и туризма, 2007. - 0,4 п.л.

26. Керефов М.А. Конкурентоспособность как фактор преодоления современных противоречий развития региональной экономики / Тенденции, проблемы и перспективы развития социально-экономических систем: межвузовский сборник научных трудов. М..: Международный институт системной организации науки, 2008.- 0,45 п.л.

27. Керефов М.А. Организационно-экономические инструменты повышения конкурентоспособности региональных экономик / Материалы международной научно-практической конференции «Экономико-правовые аспекты стратегии модернизации России: к эффективной и нравственной модернизации». Сборник научных статей, часть 3.  Краснодар, 2009. - 0,45 п.л.

28. Керефов М.А. Направления социально-экономического развития регионов // Современные научные исследования.  2009. № 3.- 0,55 п.л.

29. Керефов М.А. Усиление социального вектора региональной экономики / Материалы Всероссийской научной конференции «Актуальные проблемы социально-экономического развития», (16-18 апреля 2009г.).  Кисловодск: Издательский центр «КИЭП», 2009. - 0,5 п.л.

30. Керефов М.А. Основные предпосылки повышения конкурентоспособности региональной экономики // Современные научные исследования. 2009. № 4.- 0,45 п.л.

31. Керефов М.А. Проблемы модернизации экономики Северного Кавказа / Межвузовский сборник научных трудов «Теоретические и прикладные аспекты современной экономики». Черкесск: Карачаево-Черкесская государственная технологическая академия, 2009. - 0,4 п.л.

32. Керефов М.А. Кризисные тенденции регионального развития и основы их преодоления / Материалы научно-практической конференции «Актуальные вопросы посткризисной экономики», (16-20 ноября 2009г.). Сочи: Академия повышения квалификации руководящих работников и специалистов курортного дела, спорта и туризма, 2009.- 0,4 п.л.

33. Керефов М.А. Пути преодоления противоречий реформирования региональной экономики на муниципальном уровне / Сборник статей КБНЦ РАН. Нальчик, 2010. - 0,4 п.л.

34. Керефов М.А. Региональные проблемы современного общественного развития / Материалы XI Международной научной конференции ГУ-ВШЭ по проблемам развития экономики и общества. М.: ГУ-ВШЭ, 2010. - 0,4 п.л.

35. Керефов М.А. Развитие малого предпринимательства как основа модернизации региональной экономики Северного Кавказа / Материалы Международной научно-практической конференции «Проблемы функционирования и развития экономики регионов Северного Кавказа и ЮФО: вызовы и решения». Нальчик, 2010. - 0,4 п.л.

36. Керефов М.А. Современные проблемы модернизации региональной экономики Северного Кавказа//Современные научные исследования.2010. № 1.- 0,45 п.л.

37. Керефов М.А. Императивы развития регионального образовательного пространства / Материалы Международной  научно-практической конференции «Инновационные технологии в производстве, науке и образовании», посвященной 90-летию Грозненского государственного нефтяного института имени акад. М.Д. Миллионщикова, (7 -9 октября 2010 года). - Грозный: ГГНИ, 2010. - 0,4 п.л.

38. Керефов М.А. Институциональные императивы трансформации регионального экономического пространства / Сборник научных трудов Киевского национального экономического университета по материалам VIII Международной научной конференции «Проблемы современной экономики и институциональная теория», (14-15 октября 2010 г.). Киев, 2010 - 0,55 п.л.

39. Керефов М.А. Воспроизводственные приоритеты регионального экономического развития / Тезисы докладов участников Международной научно-практической конференции  «Приоритеты и пути развития экономики и финансов», (6-9 декабря 2010 г.). Сочи: СГУТиКД, 2010. - 0,4 п.л.

40. Керефов М.А. Стратегические императивы трансформации региональной экономики / Материалы международной научной конференции «Экономико-правовые аспекты стратегии модернизации России - к эффективной и нравственной экономике», (30 сентября - 4 октября 2009 года, г. Сочи). Краснодар: изд-во Южного института  менеджмента, 2010. - 0,45 п.л.

41. Керефов М.А. Приоритеты модернизации воспроизводственной структуры региональной экономики / Материалы международной научно-практической конференции «Теория и практика модернизации в России», (26-28 января 2011г.).- Сочи, 2011.- 0,4 п.л.

42. Керефов М.А. Трансформация предмета региональной экономики / Материалы 10-ой Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы экономики, социологии и права». Пятигорск: Международная академия финансовых технологий, 2011. - 0,45 п.л.

43. Керефов М.А., Татуев А.А. Противоречия сбалансированного развития региональной экономики / Материалы 10-ой Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы экономики, социологии и права». Пятигорск: Международная академия финансовых технологий, 2011. - 0,4 п.л. (в том числе автора - 0,2 п.л.).

44. Керефов М.А. Образовательные факторы устойчивости региональной экономики / Материалы Всероссийской научно-практической конференции «Золотой треугольник: образование, наука и практика», (28 апреля 2011 г.). Пятигорск, ИНЭУ, 2011.- 0,3 п.л.

45. Керефов М.А. Образовательные вызовы регионального развития / Материалы Всероссийской конференции «Формирование, развитие и прогнозирование социально-экономических систем: методы и способы управления». (Кисловодск, 21-22 апреля 2011 г.). Кисловодск: КИЭП, 2011. - 0,35 п.л.

46. Керефов М.А. Ключевой фактор регионального воспроизводства // KANT.  2011.  № 2. - 0,4 п.л.

47. Керефов М.А., Татуев А.А. Современная российская специфика производства валового регионального продукта // KANT.  2011.  № 2. - 0,3 п.л.  (в том числе автора - 0,2 п.л.).

48. Керефов М.А. Кризисные тенденции регионального развития // Экономический вестник ЮФО. 2011.  № 5. - 0,45 п.л.

49. Керефов М.А. Императивы посткризисного развития регионов Северного Кавказа // Современные научные исследования. 2011. № 2.- 0,4 п.л.

50. Керефов М.А. Основные воспроизводственные тенденции северокавказских регионов // Сборник научных трудов. Сочи: Академия повышения квалификации руководящих работников и специалистов курортного дела, спорта и туризма, 2011. - 0,4 п.л.

51. Керефов М.А. Расширение функциональной роли малого предпринимательства в региональном воспроизводстве // Альманах Ростовского государственного экономического университета (РИНХ).  Ростов-на-Дону, 2011. № 7. - 0,4 п.л.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.