WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ РАН

На правах рукописи

       

СОБОЛЕВ Александр Валерьевич

РАЗВИТИЕ ТЕОРИИ КООПЕРАЦИИ

В ИССЛЕДОВАНИЯХ УЧЕНЫХ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ

Специальность 08.00.01 – Экономическая теория

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора экономических наук

Москва –  2011

Диссертация выполнена в Центре исследований реального сектора  экономики Учреждения Российской Академии наук Институте экономики РАН.

Официальные оппоненты        Доктор экономических наук, профессор

                                       Рудык Эмиль Николаевич

                                       Доктор экономических наук, профессор

                                       Шаркова Антонина Васильевна

                                       Доктор экономических наук

                                       Егоров Юрий Николаевич

Ведущая организация                кафедра истории экономической науки

                                       Российского экономического университета

                                       им. Г.В. Плеханова

Защита состоится 3 ноября 2011 года в ___ часов на заседании диссертационного совета Д. 002.009.04 по защите докторских и кандидатских диссертаций по специальности 08.00.01 – экономическая теория при Учреждении Российской Академии наук Институте экономики РАН по адресу: 117218, Москва, Нахимовский проспект, 32.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ИЭ РАН по адресу: 117218, Москва, Нахимовский проспект, 32.

Автореферат разослан «___» _________________________ 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета,

кандидат экономических наук, доцент                       Серебренникова Т.И.

  1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Одним из важнейших достижений человечества является кооперативная идея, предлагающая на основе совместной деятельности осуществлять взаимопомощь различных социальных слоев, объединяя их силы и средства в рамках разнообразных форм кооперативных организаций. Кооперативная идея многоаспектна: объединение и солидарность слабых для приобретения большей силы, справедливое распределение выгод от совместной деятельности, взаимопомощь, коллективизм, союз лиц, связанных решением общих проблем, предпочтение человека деньгам, борьба за общество без эксплуатации и многое другое, вплоть до поисков утопии.

Реально кооперативная мысль воплотилась в кооперативных организациях и кооперативном движении. Особое значение кооперативные организации приобрели в сельском хозяйстве, где их роль признается повсеместно. В развитых странах они получили общественное признание как третий сектор экономики наряду с частным и государственным секторами.

Значительное место разные формы кооперативов занимали в дореволюционной России. В современных условиях в стране объективно усиливаются институциональные потребности возрождения и развития кооперативов в различных сферах экономики, но эти потребности остаются мало реализуемыми. Кооперативы, функционируя формально, не соответствуют современным требованиям адаптации к условиям рынка, и, демонстрируя низкую эффективность, они довольно далеки от своих потенциальных возможностей. Население проявляет слабый интерес к этим организациям, а кооперативные идеи игнорируются, находясь на грани полной дискредитации.

Объясняется такое положение многими факторами, прежде всего, неудачным советским и постсоветским опытом кооперативного строительства, тенденциозной интерпретацией отечественного и зарубежного опыта развития кооперативных организаций. До сих пор сказываются недостаточное понимание природы и принципов кооперации, особенностей функционирования кооперативов в рыночной экономике. Этим во многом объясняются причины, препятствующие созданию научно обоснованной концепции развития кооперации, осложняющие проведение эффективной государственной политики в кооперативной сфере и разработку адекватного кооперативного законодательства. Накопленные в условиях современной России сложности не позволяют большому числу «кооперативов» стать действительно социально и экономически привлекательными организациями, сформировать кооперативное движение и выступить единым кооперативным сектором экономики.

Проблема состоит в том, что подлинные кооперативы, основанные на хозяйственной демократии и саморегулировании, обеспечивающие самозащиту интересов своих членов, можно создать только «снизу». Кооперативные организации, выполняя экономические функции, должны опираться на собственные силы и ресурсы, находиться под контролем своих членов, помогая им успешно решать как хозяйственные, так и социальные проблемы.

Расширить понимание того, что представляют собой кооперативы, можно, если глубоко и тщательно осваивать кооперативную мысль и мировой опыт развития кооперации. В этой связи становятся особенно актуальными недостаточно изученные и незаслуженно забытые разработки теории кооперации учеными русской эмиграции (А.Н. Анцыферов, А.Д. Билимович, И.В. Емельянов, В.Ф. Тотомианц и др.), теоретическое наследие которых составляет целое направление отечественной экономической науки, требующее своего рассмотрения в контексте общего процесса развития мировой кооперативной и социально-экономической мысли. Этим определяется выбор темы исследования, учитывающий следующие обстоятельства:

- во-первых, почти полное отсутствие знаний теории кооперации русского зарубежья, являющейся составной частью отечественной и мировой кооперативной мысли. Ученые русского зарубежья, выступившие в известном смысле в качестве посредников между Россией и Западом, в своих работах сохранили идентичность России как активного участника европейской и мировой экономической науки, и их идеи нуждаются в восстановлении, реабилитации и достойной оценке;

- во-вторых, зарубежные исследования, включая различные теоретико-методологические концепции и историко-экономические подходы, позволяют раскрыть концептуальные основы кооперации, дать реальную оценку роли кооперативов в обществе, выявить их сущность, эволюцию и место в социально-экономическом развитии;

- в-третьих, придание нового импульса возрождению отечественного кооперативного движения вызывает потребность в более глубоком осмыслении теоретических и историко-экономических проблем кооперативов. Это возможно с помощью теоретического наследия русской эмиграции, воплощающего богатые знания мировой теории и практики кооперации;

- в-четвертых, трудности современного этапа развития страны и связанные с ними проблемы малых хозяйственных форм, сказываются на положении населения, вызывая необходимость дать ответы на вопросы о том, что такое кооперативная организация, как она может служить своим членам, обеспечивая более высокий уровень их благосостояния. Ответить на эти вопросы способна теория кооперации, разрабатывавшаяся мыслителями, в том числе экономистами русского зарубежья;

- в-пятых, актуальность темы усиливается необходимостью более полного учета теоретических, методологических, исторических и организационно-экономических основ кооперативных организаций для повышения уровня кооперативно-экономического образования, возрождения интереса к кооперативным хозяйственным формам.

Степень разработанности проблемы. Обоснование кооперативных идей прослеживается с XIX века в трудах европейских мыслителей. Значительный вклад в основание кооперативных учений внесли Р. Оуэн, Ш. Фурье, В. Кинг, Л. Блан, Г. Шульце-Делич, Ф. Райффайзен, Дж.С. Милль. Во второй половине XIX столетия появляются отечественные исследования, а в начале ХХ века русская кооперативная мысль получила международное признание благодаря трудам целой плеяды исследователей (А.Н. Анцыферов, В.Ф. Тотомианц, М.И. Туган-Барановский, А.В. Чаянов и др.).

Однако со времени деятельности этих ученых в отечественной экономической науке создался определенный «вакуум» в области теоретико-методологических исследований кооперативного движения. В советский период это важное направление не получило должного развития, исследования велись в основном по проблемам, связанным с колхозами и советской потребительской кооперацией.

Конечно, дореволюционные работы по кооперативной тематике русских ученых, оказавшихся за рубежом, были известны советским исследователям, пытавшимся в условиях командно-административной системы обосновать необходимость соблюдения кооперативных принципов в колхозах, официально позиционируемых как кооперативные организации. Известны работы В.Г. Венжера, настаивавшего на рыночных отношениях государства с колхозами, а также его письма совместно с А.В. Саниной И.В. Сталину, в которых они доказывали необходимость признания средств производства колхозной собственностью, коль она объявлялась кооперативной. Л.В. Никифоров рассматривал кооперацию как дополнительную для советских экономических отношений хозяйственную форму, поскольку она могла существовать как кооперативная только при обязательном наличии рыночных связей. Его исследование осталось малоизвестным, поскольку не опубликовалось в силу содержащихся в нем, по мнению партийных рецензентов, «идеологических ошибок», и сохранилось в виде кандидатской диссертации. Были и другие  работы, анализировавшие сущность кооперативных отношений в советское время (В.П. Данилов, Т.И. Заславская, Т.Е. Кузнецова, Н.К. Фигуровская и др.) и постсоветский период (Л.И. Абалкин, И.Н. Буздалов, А.В. Петриков и др.). Однако надо признать, что многим авторам всегда были свойственны апологетичность и эпигонство (И.Г. Булатов, В.А. Голиков и др.)1.

Состояние современных исследований кооперации в России характеризуется разнообразными, но противоречивыми и взаимоисключающими кооперативными учениями, разделяющими кооперацию на ее отдельные виды и даже признающими ее мессианское предназначение (В.Ф. Ермаков и др.)2. Отсутствуют обобщающие работы по теории кооперации, а теоретико-методологические представления упрощены и зачастую политизированы. Требуется формирование адекватной теоретико-методологической базы для развития кооперативного движения в современной России, вхождение которого в международное кооперативное движение стало бы реальным, а не формально представительским.

В современный период зарубежная кооперативная мысль, по сравнению с трудами отечественных теоретиков, далеко продвинулась в изучении экономического поведения кооперативных организаций, поскольку зарубежная практика, в отличие от отечественной, проявляет к ним повышенный интерес. Ранее расщепленная на две ветви (европейская и американская), она сегодня все больше сводится к единой теоретико-методологической основе, плодотворной для мирового кооперативного движения. Но для того, чтобы российская наука смогла освоить богатство кооперативных учений различных школ и направлений, необходимо восстановить недостающее звено в отечественных исследованиях – кооперативную мысль русского зарубежья, в свое время глубоко изучавшую экономическую сущность кооперации.

Исследования кооперативной мысли русского зарубежья с их широким спектром теоретико-методологических концепций и подходов в полном объеме пока не проводились. В советский период не существовало этого научного направления, и до сих пор оно исследуется фрагментарно3.

Незнание трудов экономистов русского зарубежья и непонимание важности наследия кооперативной мысли русской эмиграции, недооценка ее самобыт­ности, интегрированности в мировую науку, связаны с тем, что большинству современных исследователей до последнего времени был затруднен доступ, прежде всего, по финансовым обстоятельствам, к заграничным архивам, в которых продолжают находиться труды мыслителей русского зарубежья. Персональные архивы ученых разбросаны по разным странам, в которых прошли их по­следние годы. Малоизвестными до сих пор остаются труды, долгие годы находившиеся в архивах так называемо­го специального хранения («спецхрана») в родном отечестве, по­скольку имена их авторов были изъяты из научного оборота.

Между тем, труды русских ученых эмигрантов по проблемам кооперации являются мировым достоянием. Ярким примером служит работа И.В. Емельянова «Экономическая теория кооперации. Экономическая структура кооперативных организаций», в которой подробно рассматривается экономическая сущность кооперативной организации. Вышедшая на английском языке в 1942 году в Вашингтоне, она принесла автору всемирную известность, но оказалась неизвестной на родине. Зарубежные исследователи высоко ценят И.В. Емельянова как «выдающегося специалиста в области экономической теории кооперации»4, его книга широко цитируется, а его идеи в послевоенный период развивали ученые США, Канады, Франции, Швеции и др.5

В современной России возвращение идей И.В. Емельянова происходит с большим трудом и искажениями. И.В. Емельянова, как блестящего знатока дореволюционной отечественной кооперации, ее опытного практика и высочайшего уровня теоретика, автора многих трудов на русском языке, в том числе более чем 500-страничной монографии «Кооперативные организации среди земледельцев» (Прага, 1923), стали относить к «представителям американской школы кооперации». Его концепция кооперации характеризуется как «теория сельскохозяйственной фирмы», проводится мысль о том, что А.В. Чаянов и И.В. Емельянов «выдвинули две концепции кооперации, основываясь на различном историческом опыте развития сельского хозяйства двух стран – России и США». Формируются недостаточно обоснованные утверждения о том, что теория И.В. Емельянова якобы «исходит из неизбежного и полного распада семейного крестьянского хозяйства и перерождения его в сельскохозяйственную фирму капиталистического типа»6. На самом деле,  А.В. Чаянов, признавал большую роль российских кооперативов и придавал им особое значение для сельского хозяйства, а И.В. Емельянов продвинулся гораздо дальше в раскрытии существа этих организаций, опираясь на кооперативную практику России, учитывая опыт многих других стран, в том числе США7.

Неосвоенным остается творческое наследие других видных представителей русской эмиграции, которые еще до революции являлись известными профессорами ведущих вузов страны, заметными общественными деятелями. Вклад этих ученых в сокровищницу отечественной и мировой кооперативной мысли предстоит выявлять и уточнять. Данное диссертационное исследование является первой попыткой разработать ретроспективу основных течений кооперативной мысли русского зарубежья с 1920-х до 1960-х гг.

Проведенный в диссертации анализ кооперативной литературы показал, что основные направления кооперативной мысли русской эмиграции, отличаясь оригинальностью, находились в контексте достижений мировой кооперативной мысли. Историю кооперативного движения и опыт разных стран в его эволюционном развитии изучали современники русских ученых, например, М. Мариани, Ш. Жид, А. Доде-Бансель, Г. Хандшин, Дж. Антонио, М. Сантос, П. Баро, М. Дигби, Дж. Бек, М. Бонов, Е. Хойден, П. Гартнер, Е. Поисон8. Труды профессоров русского зарубежья посвящены вопросам теории и практики кооперации, и эти же проблемы затрагиваются в публикациях таких авторов, как Г. Бекен, Е. Боетчер, Р. Ешенбург, Е. Грочла, К. Кулкарни, Л. Рамирос, Г. Серафим и др.9

В.Ф. Тотомианц активно пропагандировал тему особого «третьего» пути кооперации. Ему близки были Дж. Варбас, Г. Инфилд, Е. Поисон, Б. Лаверн, Е. Белей, Дж. Ласер, А. Сэйви, В. Мета с их идеями «кооперативного мира», «республики», «порядка», «социализма»10, а также П. Ламберт, А. Антони, Младенац, П. Маркос, Л. Алмача, Е. Панзони, А. Гарсия, А. Фризи, К. Геур с их кооперативными «доктринами», «системой» и «режимом»11.

А.Н. Анцыферов и И.В. Емельянов большое внимание уделяли проблеме структурных и функциональных особенностей кооперативов, А.Д. Билимович разрабатывал идею кооперативного сектора и похожие научные поиски вели Ж. Фуко, Дж. Бейкер, Ф. Хелм, К. Виней, Дж. Ласер, В. Сомерхоф12

.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационной работы является анализ теоретических взглядов на кооперацию представителей русского зарубежья в 1920-е – 1960-е гг., включающих концепции и подходы к интерпретации кооперативных организаций, дающих в совокупности возможность научного объяснения природы и сущности кооперации, ее роли и места в социально-экономическом развитии.

Реализация цели потребовала постановки и решения следующих задач:

- исследовать и обобщить экономические взгляды русских ученых в эмиграции по широкому спектру теоретических и историко-экономических проблем кооперативных организаций;

- выявить главные направления развития теории кооперации в русском зарубежье, раскрыть их содержание;

- разработать и обосновать основные теоретико-методологические подходы к решению кооперативных проблем;

- проанализировать и научно оценить достижения кооперативной мысли русского зарубежья в русле основных течений (школ) кооперативной теории;

- раскрыть концепции экономической структуры кооперативных организаций, разработанные русскими исследователями в эмиграции;

- раскрыть содержание и дать анализ историко-экономических исследований отечественной кооперации,  проводившихся экономистами в эмиграции;

- обобщить и включить в научный оборот результаты, полученные русскими исследователями кооперации, показав их значение для решения социально-экономических проблем и осуществления преобразований в современной России;

- выявить и проанализировать с учетом реализации кооперативных идей русского зарубежья ряд актуальных проблем отечественной теории и практики;

- сформулировать выводы, вытекающие из проведенного системного анализа.

       Объектом исследования выступают труды русских ученых, находившихся в эмиграции, а также работы ведущих зарубежных экономистов, в которых отражались теоретико-методологические проблемы, определялись направления экономической науки, посвященные проблемам кооперативных организаций.

Предметом исследования являются взгляды экономистов русского зарубежья на теорию и практику кооперативного движения, кооперативные отношения, формирование и развитие кооперативных учений и экономической теории кооперации.

Теоретические и методологические основы исследования. Исследование ведется в единстве экономической теории, истории экономических учений и экономической истории. В основе методологии лежит системный подход. Выбор методов определялся принципами объективности, научности, историзма, преемственности, единства исторического и логического и др. Основным избран метод сравнительного анализа, эмпирической базой которого послужили работы ученых русского зарубежья.

Информационной базой исследования являются фундаментальные работы в области экономической теории, монографии и статьи отечественных и зарубежных ученых по теоретическим, методологическим и прикладным проблемам развития кооперации, материалы периодической печати русской эмиграции и т.п. Привлекались источники архивов и библиотек, содержащие богатый и разнообразный материал по теме исследования. Среди них Общество русских культурных ценностей Международного Института Социальной Истории (Амстердам), Гуверовский институт и Музей русской культуры (Сан-Франциско), Тургеневская библиотека (Париж), Государственный архив Российской Федерации, Русский зарубежный Исторический Архив, Библиотека-фонд «Русское зарубежье» и др. Использованы законодательные и нормативные документы Российской Федерации, а также документы и материалы международных организаций.

Научная новизна полученных результатов, определяясь самой постановкой проблемы и ее содержанием, состоит в выявлении, анализе и объяснении теоретико-методологических основ кооперативных организаций, проводимых учеными русского зарубежья, в проработке и адаптации кооперативных принципов, которые могут способствовать формированию адекватных современным требованиям кооперативных отношений в России. Достижение цели диссертационного исследования заключается в раскрытии трех блоков проблем, выносимых на защиту:

1. Впервые в отечественной литературе сформулированы и применены теоретические подходы к кооперативным исследованиям, позволяющие объяснить экономическую природу кооперативов, их организационную структуру:

  • на основе уточнения понятийного аппарата и использования кооперативных дефиниций, выделена и объяснена триада положения участника кооперативных отношений (члена кооператива), являющегося одновременно пользователем-владельцем, управляющим, получателем дохода (прибыли);
  • разработана и обоснована трактовка кооперативных организаций, обусловленная внутренними и внешними отношениями кооператива и его экономической структурой. Показано, что такая трактовка позволяет выявить критерии основ кооперативных организаций и предложить их типологию;
  • выявлены и проанализированы важнейшие течения мировой кооперативной мысли и особенности ее русской зарубежной ветви, принципиальные направления которой связаны как с традиционным пониманием кооперации, так и с новыми теоретическими подходами.

2. Впервые на базе расширенной историографии с введением ряда новых литературных и документальных источников исследованы важнейшие концепции кооперации, выдвинутые русскими учеными в эмиграции. Наиболее существенные научные результаты в данном случае состоят в том, что:

  • введены в научный оборот многие источники и материалы по теоретическому наследию русских экономистов, занимавшихся кооперативными исследованиями в эмиграции, представлен ряд новых имен и определены проблемы, которые ранее не рассматривались исследователями кооперативной мысли в стране, обоснован конкретный вклад ученых русского зарубежья в раскрытие социально-экономической сущности кооперативных отношений;
  • подробно и критически проанализировано теоретическое направление, связанное с именем И.В. Емельянова. Доказано, что И.В. Емельянов явился основателем экономической теории кооперативной организации как совокупности (агрегата) экономических единиц, отличающей ее от фирмы;
  • доказано, что историко-экономические исследования кооперации русскими учеными в эмиграции позволяют полнее раскрывать проблему отношения власти и кооперации, точнее охарактеризовать роль и место кооперации в дореволюционной России, СССР и постсоветской России.

3. Выделены и разработаны положения экономистов русского зарубежья, необходимые для решения фундаментальных теоретических и прикладных проблем развития кооперации в современной России.  К ним относятся:

  • обоснование понятия кооператива как ассоциации экономических единиц, отличающейся от иных хозяйственных организаций по форме собственности (член кооператива -  одновременно собственник и клиент); по характеру управления («один член-один голос»); по способу распределения («избегание того, чтобы никто не выигрывал за счет других»);
  • положение о необходимости преодоления несоответствия правовой формы кооперативов их экономической сущности;
  • разработка научных методов классификации основных форм кооперативных организаций;
  • адаптация принципов, образующих кооперативную сущность и объясняющих возможные формы ее перерождения.

Наиболее существенные научные результаты, полученные лично ав­тором, выносимые на защиту, составляющие приращение научных знаний в исследуемой области:

Первое. Кооперативные организации как важный элемент рыночной экономики в период быстрых социально-экономических перемен имеют преимущества, однако реализация их возможностей затруднена в силу особой природы кооперативов, выявляемой не описательным методом, а на основе экономической теории, вскрывающей особен­ности организационных форм и способов работы кооперативов, как хозяйственных объединений.

Второе. Двойственная природа кооператива, синтезирующая два элемента – ассоциацию людей и их общее предприятие, определяется  отношениями между членами  кооператива и между ними и созданной ими общей организацией, а также  внешними отношениями тех и другой с рыночной средой.

Третье. В кооперативе концептуальные положения членства формируют критерии кооперативной идентичности, которые сопряжены со структурными признаками (взаимопомощь членов в кооперативной группе, кооперативная деятельность, поддерживаемая членами, содействие членам посредством предоставления товаров  и услуг).

Доказываемая диссертантом экономическая специфика кооперативной организации связана с тем, что пользователи ее услугами обладают совместной собственностью, обеспечивают демократическое управление и контроль, осуществляют распределение доходов по известным правилам.

Четвертое. Кооперативная мысль русского зарубежья сформировалась как научно-образовательная школа, опиравшаяся на традиции российского просвещения, продолжавшая актуальные кооперативные исследования с учетом отечественного и мирового опыта кооперации, использовавшая различные методологические подходы, сохранявшая идентичность России, являвшаяся частью мирового кооперативного движения.

Пятое. Проблемы природы и экономической сущности кооперации, разработанные учеными русского зарубежья, оказали влияние на новые направления мировой кооперативной мысли. Наиболее высокую оценку на Западе получило научное творчество И.В. Емельянова, концептуальные подходы которого заложили основы экономической теории кооперации. Между тем, неоклассический анализ И.В. Емельянова зачастую ограничивает понимание более сложных кооперативных организаций.

Предложенная диссертантом кооперативная типология, выделяющая простые, рыночные и интегрированные кооперативы, позволяет уточнить кооперативную природу и лучше понять экономическую суть различных кооперативных организаций.

Шестое. Проведен анализ историко-экономических исследований отечественной кооперации русскими учеными в эмиграции, в которых наиболее ценным являются предвидения возможного постсоветского развития России на основе смешанного общества и кооперации как его составной части.

Седьмое. Проблемы кооперативной идентичности, специфики кооперативных отношений, классификации кооперативов, принципов кооперативной организации, ее законодательных положений применительно к современной российской практике раскрываются на основе содержательных кооперативных идей русского зарубежья.

Теоретическая и практическая значимость диссертационной работы. Результаты исследования, имея исторический характер, носят методологическое, теоретико-познавательное, практико-прогностическое значение. С методологической точки зрения их можно использовать для разработки и обоснования включения кооперации в систему национальной экономики. С практико-прогностической точки зрения они могут быть использованы для разработки общенациональных программ развития кооперативов и адекватной кооперативной политики в России.

С теоретико-познавательной точки зрения они могут быть использованы в дальнейшем изучении истории экономической науки и кооперации, формировании теории кооперации как самостоятельной области знаний. Ряд частных для данной диссертации проблем могут стать предметом самостоятельного углубленного изучения. Возможно использование материалов исследования в историко-экономических изданиях, а также в процессе преподавания кооперативных дисциплин, экономических дисциплин «История экономических учений», «История экономики», «Экономическая теория», в вузах, техникумах, других учебных заведениях, при подготовке спецкурсов, учебников, программ по теории и истории кооперации.

Научно-практические предложения, содержащиеся в диссертации, предлагались к рассмотрению в процессе разработки кооперативного законодательства Российской Федерации, концепций развития потребительской кооперации и обществ защиты прав потребителей, программ развития сельскохозяйственных и кредитных кооперативов в России. Под научным руководством и при непосредственном участии диссертанта было создано потребительское общество «Просвещение и здоровье», начавшее в Российском университете кооперации исследования кооперативной мысли русского зарубежья и заложившее основы формирования научной школы, продолжается введение в научный оборот идей ученых русского зарубежья.

Часть диссертационного материала использована в публикациях академической серии «Русское зарубежье: социально-экономическая мысль» (издательство «Наука»). Диссертантом впервые в литературе изложена полная творческая биография И.В. Емельянова, переведена на русский язык и издана с небольшими купюрами его работа «Экономическая теория кооперации».

Положения и выводы, сформулированные в диссертации, использовались в Московском кооперативном институте в цикле кооперативных дисциплин для студентов, в том числе афро-азиатских и латиноамериканских стажеров. Ряд положений диссертации включен в разработки и публикации Института экономики РАН, используется в Российском университете кооперации в процессе преподавания кооперативных и экономических дисциплин.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертации отражены в 62 научных и учебно-методических ра­ботах, общим объемом 118 п.л., в том числе 11 моно­графиях, 6 учебных пособиях, 12 статьях, опубликованных в ведущих рецензируе­мых научных журналах и изданиях, определенных ВАК. Автор за публикацию книги «Основные школы европейской кооперации: обзор кооперативных идей» стал лауреатом конкурса на лучшую научную книгу среди преподавателей вузов России в номинации «Экономика» (2005).

Результаты исследования докладывались автором в выступлениях на научных конференциях, семинарах, «круглых столах», проводимых Центросоюзом и Российским университетом кооперации, Центром изучения современной политической экономии Института экономики РАН, Московской высшей школой социальных и экономических наук, Московским государственным университетом им. М.В. Ломоносова, Институтом научной информации по общественным наукам РАН, Библиотекой-фондом «Русское зарубежье», на парламентских слушаниях «Кооперативы и их роль в национальной экономике», организованных Советом Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (декабрь 2002г.), на Генеральной Ассамблее «Кооперативы Европы» и Европейской конференции «Решение экономических и социальных проблем: путь кооперативов» (май 2011г.) и др.

Основные положения диссертации разрабатывались автором, как участником и руководителем ряда научно-исследовательских работ по кооперативной тематике, проводимых в рамках Российского государственного научного фонда, использовались в процессе преподавания цикла кооперативных и экономических дисциплин в Российском университете кооперации, а также излагались на заседаниях кафедры экономической теории и в выступлениях перед профессорско-преподавательским составом. Материалы исследования размещались как Интернет-ресурс на сайтах Библиотеки-фонда «Русское зарубежье», Российского университета кооперации, Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации и др.

Результаты работы апробированы в ходе стажировок в Доме наук о человеке (Париж, 2007) и Центре изучения реального сектора экономики (Институт экономики РАН, 2010).

Структура работы. Цель, задачи и логика исследования определили структуру диссертации, состоящую из введения, трех разделов, шести глав, двадцати параграфов, заключения, приложения, списка лите­ратуры. Текст изложен на 350 машинописных страни­цах, содержит 11 рисунков и диаграмм, 5 таблиц.

Введение

       Раздел I. Основные направления разработки теории кооперации

Глава 1. Теоретико-методологические подходы исследования

кооперативных организаций

1.1. Современные исследовательские подходы в теории кооперации

1.2. Критерии идентичности и структура кооперативной организации

1.3. Характерные черты основных направлений кооперативной мысли

Глава 2. Теория кооперации в русском зарубежье: методология

исследований

2.1. Особенности развития русской кооперативной мысли

2.2. Разработка теоретико-методологических основ кооперации в русском

зарубежье

2.3. Кооперация: традиционное понимание и доктрина социального

реформизма

2.4. Новые теоретические подходы к кооперативным исследованиям

Выводы по разделу I

Раздел II. Принципы экономической теории кооперации И.В. Емельянова

Глава 3. Экономическая структура кооперативных организаций

3.1. Критический анализ кооперативной организации как предприятия

3.2. Модели кооперативных объединений: непаевые и паевые кооперативы

Глава 4. Концепция экономической природы кооперативной

организации

4.1. Концепция агрегата (совокупности) экономических единиц

4.2. Незарегистрированные (договорные) кооперативы

4.3. Кооперативная организация: экономические и юридические подходы

4.4. Критерии кооперативного характера хозяйственных организаций

Выводы по разделу II

Раздел III. Обобщение практики развития кооперации и реализация

  кооперативных идей русского зарубежья

Глава 5. Историко-экономические исследования отечественной

кооперации в научном наследии русской эмиграции

5.1. Роль и место кооперации в досоветской России и СССР

5.2. Власть и кооперация

5.3. Предвидение роли кооперации в постсоветской России

Глава 6. Кооперативная организация как социальная форма хозяйства

6.1. Кооператив: цели и признаки идентичности

6.2. Основные критерии классификации кооперативов

6.3. Специфика кооперативных отношений

6.4 Кооперативная организация: принципы и формы трансформации

Выводы по разделу III

Заключение

Библиография

Приложение

2. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы, раскрывается степень ее научной разработанности, указывается объект и предмет исследования, формулируются его цели и задачи, определяется научная новизна, выявляется теоретическая и практическая значимость.

Первый раздел, посвящен анализу основных направлений разработки методологии исследования кооперативных организаций. В первых двух главах на основе предложенной диссертантом методологии рассматриваются теоретические концепции исследования кооперативных организаций, выявляются кооперативные взгляды ученых русского зарубежья, анализируются разрабатываемые ими методологические подходы, определяются особенности и научный уровень их исследований на фоне развития европейской и мировой кооперативной мысли.

       В первой главе «Теоретико-методологические подходы исследования кооперативных организаций» разработана авторская концепция исследования кооперации, уточнен понятийный аппарат, предлагаются критерии основ кооперативов, их типология, представлена характеристика главных направлений мировой кооперативной мысли.

В диссертации выявлено, что понятие «кооперация», зародившееся два столетия назад одновременно с кооперативами, обрело со временем два расходящихся значения: его используют в широком смысле слова и его понимают в строго определенном значении. Проблема дефиниции превратилась в предмет многочисленных споров, продолжающихся до сих пор.

«Кооперация» в широком смысле слова зачастую определяется как скоординированная деятельность экономических агентов, преследующих различные цели на основе добровольного объединения усилий и ресурсов субъектов, заинтересованных в достижении определенных социально-экономических результатов. Но такое определение кооперации как процесс групповых действий не объясняет содержания кооперативных объединений, и с этой точки зрения оно недостаточно.

Развивающееся кооперативное движение в первой половине ХХ века потребовало иного понятийного аппарата. Кооперация стала рассматриваться как коллективные действия членов объединения, реализующих коллективный интерес путем создания хозяйственной организации – кооператива, специфика которого состоит, как диктовала практика, в синтезе двух элементов: 1 – ассоциация (объединение) людей и 2 – их общее предприятие.

Такая двойная природа обусловлена социальными отношениями между членами кооператива и экономическими отношениями между ними и предприятием. Другими словами, диссертант определяет кооператив как организацию, в структуре которой экономические субъекты, как члены совместной группы, поддерживают кооперативное предприятие, цель которого состоит в содействии хозяйству своих членов путем их обеспечения товарами и услугами. Кооператив, как особая организационная структура, в современной международной трактовке характеризуется именно этими признаками, которые лежат в основе определений кооператива во многих национальных законах и международных актах. Международный Кооперативный Альянс (МКА) определяет кооператив (1995) как «автономную ассоциацию людей, объединенных добровольно, в целях удовлетворения их экономических, социальных и культурных потребностей путем находящегося в совместной собственности и демократически управляемого предприятия».

Диссертант обосновывает важную веху в исследованиях экономической природы кооперативов, которой стала книга И.В. Емельянова «Экономическая теория кооперации» (1942), оказавшая сильнейшее влияние на западную экономическую мысль в сфере агробизнеса, придавшая импульс исследованиям кооперации в рамках неоклассической теории и теории организации отраслевых рынков. Если на основе неоклассического анализа кооператив изучается как хозяйственная структура, преследующая оптимизационные цели, связанные с максимизацией выгод для своих членов и отличающаяся от целей фирмы, ориентируемой на получение прибыли, то в теории организации отраслевых рынков сельскохозяйственный (сбытовой и/или снабженческий) кооператив рассматривается как форма вертикальной интеграции.

Проведенный автором анализ современной литературы позволяет сделать вывод о том, что зарубежная кооперативная практика изучается в русле мейнстрима, объясняющего проблемы отказа кооперативов от своих целей и принципов, и даже их переход в форму обычных компаний. Трудности в решении этих проблем связаны с отсутствием кооперативной концепции рынка, и поскольку рынок играет центральную роль в эволюции кооперативов, то осмыслить эту основную проблему МКА считает своим высшим приоритетом. Проблема рынка рассматривается не только с позиций выбора кооперативов, но также с точки зрения их участия в создании рынков. Этот важный вопрос касается возможностей кооперативов способствовать росту международных рынков и других форм регуляции. Прояснение вопроса о том, как создаются рынки, позволяет ученым и практикам лучше понимать, что такое кооперативы, какова их роль и место в социальной экономике.

Такие подходы способствуют изучению и уточнению кооперативной природы, пониманию и прогнозированию экономического поведения кооператива, но они до конца не раскрывают характер кооперативной организации, поэтому появились исследования, связанные с институциональной экономической теорией, рассматривающей кооператив как сеть контрактов, как коалиции, как промежуточную или гибридную форму управления трансакционными издержками. Институциональный подход включает теорию игр, теорию принципал-агентских отношений, теорию прав собственности и т.п. Но до сих пор отсутствует единое мнение в понимании и определении места кооперативов среди форм экономической организации.

В диссертации разработаны теоретико-методологические подходы, объясняющие специфику кооператива, которая обусловлена его особой организационной структурой. Первое. Эта структура включает три концептуальных положения (член кооператива является пользователем как владелец, управляющий, получатель дохода). Во-первых, член кооператива является одновременно владельцем и клиентом кооператива, что отличает кооператив от предприятий других форм собственности, владельцы которых финансируют предприятие, но не обязаны выступать в качестве его клиентов. Во-вторых, член кооператива контролирует кооперативную деятельность, и такая функция не наблюдается в других хозяйственных формах. В-третьих, члены кооператива самостоятельно решают и распределяют доход (как правило, это прибыль) в зависимости от степени своего участия в хозяйственной деятельности кооператива. Это отличает его от иных хозяйственных форм, распределяющих прибыль по числу акций между владельцами.

Второе. Отношения в кооперативе осложнены различиями между организационными и производственными связями. Организационные отношения кооператива характеризуются выбором исполнительных и контролирующих органов, их ролью и компетенцией. Производственные отношения складываются: 1) – из внутренних производственных отношений между членами и предприятием кооператива, управляемым выборными органами; 2) – из внешних производственных отношений, опосредованных рынком, т.е. третьими лицами; 3) – из внешних производственных отношений кооперативных членов, которые связаны с рынком, т.е. между членами и третьими лицами, а также между различными членами на рынке.

В диссертационной работе выявляется сложность анализа кооператива, при котором невозможно применить только один традиционный экономический подход, использующийся при анализе капиталистической фирмы. Экономическая теория, способная объяснить отношения фирмы с рынком, не объясняет отношений между членами кооператива и учрежденным кооперативным образованием (предприятием), взаимодействий между ними.

Предложенный в диссертации метод анализа, раскрывающий содержание кооператива, представлен в диаграмме 1, которая демонстрирует различия между фирмой и кооперативом, а также внутренние и внешние кооперативные отношения. В отличие от капиталистической фирмы кооператив дробится внутри себя самого, с одной стороны, на учрежденное образование (предприятие), которое является собственно центром, и с другой стороны на ядра – членов кооператива, которые, интегрируясь, представляют его периферию.

Диаграмма 1

       Фирма        Кооператив                Внутренние и внешние

                                               отношения в кооперативе:

                                                       Простой                Рыночный

                                       

               

Диссертант обосновывает характерные черты структуры кооператива (таблица 1). Для кооператива целевая задача заключается в содействии своим членам, что является основой критерия кооперативной идентичности. В кооперативе представлены собственники, которые могут выступать в качестве членов, клиентов и/или поставщиков товаров и услуг. Производственные кооперативы характеризуются еще и двойной ролью членов как собственников и работников. Критерии кооператива проявляются в структурных признаках (взаимопомощь членов – группы людей в кооперативе, кооперативная деятельность, поддерживаемая членами, содействие членам посредством предоставления товаров  и услуг), наряду с которыми отмечаются нормативные черты (принципы взаимопомощи и солидарности, самоуправления и демократии, добровольности и членского участия, автономии и ответственности). Вместе с тем, кооператив не является только хозяйственной организацией, выступая одновременно объединением социальным по характеру, включая социальные интересы, воспитание, иные ценности.

       Таблица 1

               Характерные черты структуры кооператива

СТРУКТУРНЫЕ ПРИЗНАКИ

КРИТЕРИИ ИДЕНТИЧНОСТИ

Групповая взаимопомощь членов

Поддерживаемая членами кооперативная деятельность

Содействие членам предоставлением товаров и услуг

Члены являются одновременно:

собственниками и

клиентами / работниками

Другими словами, в диссертации обосновано, что члены, как пользователи кооперативными услугами, создают и развивают кооперативную организацию, специфичность которой определяется следующими последовательными критериями: 1 – группа людей, 2 – их соответствующая взаимопомощь, 3 – совместные и взаимные действия, 4 – общее кооперативное предприятие.

Доказано, что от высокой степени участия членов в деятельности кооператива зависит его жизнеспособность, и ослабление этого участия служит основной причиной исчезновения кооперативной специфичности. Поэтому обеспечение товарами, предоставление услуг и других преимуществ для членов, а не максимизация прибыли, является главной целью кооператива, в котором поддерживается организационная структура, зависящая от производственных отношений между членами и кооперативным предприятием.

Выделенные в диссертации три типа кооперативных структур (простой, рыночный и интегрированный), как представляется, можно использовать в современном анализе кооперативных отношений.

В простом кооперативе (например, сельскохозяйственный снабженческий) исполнительный орган управляет делами кооперативного предприятия, которое зависит от хозяйств его членов и является их продолжением. Кооперативное предприятие не обладает автономией, а члены такого традиционного кооператива выступают в первую очередь в качестве клиентов.

Рыночный кооператив (кредитный, потребительский, сельский) характеризуется тем, что его члены поддерживают производственные отношения как с кооперативным предприятием, так и с его конкурентами. При этом кооперативное предприятие обладает относительно автономной системой целей, поддерживает не только отношения с членами, но, используя рыночные отношения, имеет деловые контакты с нечленами. Кооператив в рыночных отношениях теряет управление, осуществляемое с помощью членов в качестве клиентов, а приобретает членов в качестве совладельцев. Если рыночные достижения становятся критериями успеха, то, в конечном итоге, они ведут кооператив к трансформации в иной, некооперативный тип предприятия.

В структурно интегрированном кооперативе (рыболовецком, таксомоторном, торговом) функции руководства и управления хозяйствами членов переходят в кооперативное предприятие, которое принимает на себя задачи менеджмента, включая планирование и управление хозяйственными процессами членов. Управление хозяйственной деятельностью членов ведется через кооперативное предприятие, но успешное развитие этих кооперативов (также как и рыночных) зависит от того, насколько они ориентированы на поддержку членов и соблюдают интересы последних.

В диссертации объясняется и доказывается, почему сложно реализовать чаще возникающие в период быстрых экономических изменений преимущества кооперативов по сравнению с другими хозяйственными формами. Предпосылки кооперативной деятельности связаны с усилением нестабильности и рисков, ростом трансакционных издержек, изменением рыночной структуры и монополизацией, расширением предпринимательства и др. Разнообразные возможности, открывающиеся для кооперативов, сами по себе не реализуются, а требуют раскрытия и осуществления. В условиях рынка преимущества выявляются и предоставляются кооперативными предпринимателями. Однако выяснение возможностей кооператива и их использование затруднено из-за проблемы распределения прав между членами кооператива и их предпринимателем, который экономически слабо заинтересован обеспечивать инновационные импульсы кооперативу, так как не имеет права участвовать в распределении дохода кооператива, как стимула своей деятельности.

Автором исследован процесс развития мировой кооперативной мысли, выявлена и дана характеристика трем ее основным течениям. Во-первых, это представления исследователей, рассматривающих кооперацию как частичное решение экономических и социальных проблем, усматривающих в кооперативах фактически иной тип предприятия. К ним примыкают мыслители, считающие, что кооперативы формируют иной экономический сектор. Во-вторых, это взгляды авторов, рассматривающих кооперацию как фактор специфической социалистической системы, основанной на превосходстве потребителя. В-третьих, учения, воспринимающие кооперацию как важный фактор в рамках других социалистических систем. Многие идеи в указанных направлениях развития кооперативной мысли вдохновлялись христианством.

К сторонникам первого направления относятся Г. Шульце-Делич, Ф. Райффайзен, В. Хубер, В. Кинг, Ф. Бюше, Де Буав, Эдуард В. Нил, Л. Вальрас, Ж. Фуко. Они высказывали не только оригинальные идеи, но и воплощали их на практике (особое распространение в разных странах, в частности дореволюционной России, получили кооперативы Райффайзена).

Другое направление кооперативной мысли – социальная философия «превосходства потребителя», излагаемое немецким языком, но имеющее британское происхождение (Джон Митчелл и Беатрис Поттер-Вебб). Однако во Франции Шарль Жид и его последователи выразили это с наибольшей ясностью и блеском. Нимская школа во Франции (Шарль Жид, Бернард Лаверне, Эрнест Пуассон, Жорж Лассер), Гамбургская школа в Германии (Эдуард Пфейффер, Франц Штаудингер, Генрих Кауфман) предложили систему кооперативизма, которую можно найти у многих авторов, в том числе у русских исследователей кооперации в эмиграции.

Наконец, сторонники социалистической мысли, не всегда проявлявшие единогласие в интерпретации кооперативных идей, тем не менее, давали им высокую оценку. К. Маркс и Ф. Энгельс придавали особое значение производственным кооперативам, возлагая перспективные надежды на этот вид кооперации. Позже социалисты вынуждены были признать ценность потребительской кооперации и независимость кооперативного движения.

Как известно, перед октябрем 1917 года В.И. Ленин, как и К. Маркс, придерживался неизменных в целом представлений о перспективах кооперации, но в советской России, полностью преобразованной диктатурой, осуществленной от имени пролетариата, кооперация не могла развиваться независимо. В условиях советского государства кооперация была полностью подчинена партийным решениям, и потому невозможно отделить ленинскую кооперативную мысль от российского эксперимента в целом. Кооперативная демократия не имела самостоятельного значения в отсутствии политической демократии.

Во второй главе «Теория кооперации в русском зарубежье: методология исследований» выявляются особенности дореволюционной русской кооперативной мысли, рассматривается ее влияние и влияние основных мировых интерпретаций кооперации на русское научное зарубежье. В связи с разработкой теоретико-методологических основ кооперации и пониманием кооперативной сущности исследователями русской эмиграции выделены трактовки кооперации – традиционная (этическая и некапиталистическая) и теоретическая, основанная на новых экономических подходах.

Истоки кооперативной мысли в России берут свое начало с середины XIX века, когда начинает формироваться наука о кооперации, а со времени создания первых уставных кооперативов (1865) почву для появления кооперативной науки готовили вслед за публицистами (Н.Г. Чернышевский, Н.А. Добролюбов и др.) ученые и практические деятели (Н. Калачев, Н.И. Зибер, А. Михайлов, А. В. Яковлев, Н. Колюпанов, Н.П. Баллин, В.Ф. Лугинин).

Позже кооперативная литература обогатилась трудами многих ученых и общественно-политических деятелей, как по отдельным ветвям кооперативного движения (потребительская кооперация: И.Х. Озеров, В.Н. Зельгейм, А.В. Меркулов, М.Л. Хейсин, В.Ф. Тотомианц; кредитная кооперация: А.Н. Анцыферов, В.А. Косинский, А.И. Чупров, В.Я. Железнов, А.А. Евдокимов; сельскохозяйственная кооперация: А.В. Чаянов, С.С. Маслов, А.Н. Челинцев; промысловая (артельная) кооперация: Г.П. Петров, М. Слобожанин), так и в области теории кооперативного движения (А.А. Николаев, Н.П. Гибнер, С.Н. Прокопович, М.И. Туган-Барановский, К.А. Пажитнов, М.Н. Соболев, А.В. Чаянов). Работы, которые носили теоретический характер, касались определения кооперации, ее классовой принадлежности и классификации, отношения кооперации к социализму, организационных проблем и т.д.

Диссертантом обоснованы три основные группы особенностей развития русской кооперативной мысли. Согласно первой, кооперация воспринималась и интерпретировалась русской общественностью и учеными кругами далеко неоднозначно. Своеобразие взглядов на кооперацию состояло в том, что, с одной стороны, ее «открывали» как бытовое явление в форме русской артели и даже общины, с другой стороны, кооперативы стремились насаждать по европейским образцам. При таком восприятии утверждалось двоякие истоки кооперации – бытовые и идеологические. В результате, кооперация по своей сути являла компромисс двух национальных течений – славянофилов и западников.

Другим характерным признаком русской кооперативной мысли стала идея многообразия кооперативов и способов организации их хозяйственной деятельности. Исследователи отмечали внутреннюю несхожесть широкого круга кооперативов, и это применялось не только к  экономикам разных государств в целом, но и относилось даже к отдельным районам одной национальной экономики. Наряду с релятивизмом, который убедительно демонстрировала русская кооперативная мысль, ее важной онтологической чертой стал приоритет хозяйственного целого над частью, что свидетельствовало об ее органичности.

Важнейшая особенность русской кооперативной мысли состояла также в том, что кооперативные идеи притекали в Россию с Запада в русле социалистических идей, поначалу едва просачиваясь, а с конца ХIХ столетия широко и открыто. Кооперация для одних совпадала с социализмом или рассматривалась как его проводник. Другие, напротив, отождествляли кооперацию с существующим экономическим строем. Иные исследователи, в том числе В.Ф. Тотомианц, усматривали в кооперации особый экономический строй, отличный и от социализма, и от капитализма.

Диссертационное исследование содержит анализ разнообразных мнений по существенным вопросам кооперации, высказанных М.И. Туган-Барановским, А.В. Чаяновым, другими учеными, а также позиций, которые занимали социалистические партии в отношении кооперации. Отечественные ученые находились под заметным влиянием западных концепций, но настойчиво искали свои пути.

Кооперативная мысль русского зарубежья рассматривается диссертантом как составная часть и продолжение развития отечественной кооперативной мысли. Поэтому отмеченными выше чертами характеризовалась и русская наука в эмиграции, где сохранялась национальная самобытность, и одновременно происходила адаптация научных достижений Запада. Русские ученые в эмиграции продолжили вести активный поиск путей развития России, связывая их с путями развития кооперации. Этими исследованиями, которые в 1920-е годы велись в основном в Русском институте сельскохозяйственной кооперации в Праге, внесен существенный вклад в теорию кооперации.

Русские экономисты наибольшее внимание уделили выяснению природы и сущности кооперации. Эта проблема рассматривалась ими с разных методологических позиций. Если Ваган Фомич Тотомианц (1875–1964) придерживался традиционной линии развития русской кооперативной мысли, связанной с расширительной трактовкой понятия «кооперация», сильным влиянием западных социал-реформистских идей, то Алексей Николаевич Анцыферов (1867–1943) ориентировался на выяснение организационных принципов кооперативной деятельности, делая акцент на этических и нравственных сторонах кооперации. Александр Дмитриевич Билимович (1876–1963) попытался определить место кооперативов среди хозяйственных образований. Принципиально новый подход предложил Иван Васильевич Емельянов (1880–1945), стараясь с чисто экономической точки зрения объяснить кооперативный феномен.

В диссертации выявлено, что основные трудности научного анализа, с которыми сталкивались представители кооперативной мысли русского зарубежья, сводились к трем группам. Во-первых, кооперативные формы хозяйства были относительно молоды, не сложились до конца. Во-вторых, раздел экономической науки, в рамках которого изучались формы хозяйства, и куда можно было бы отнести кооперацию, также находился в стадии формирования. Этим, а также сложностью изучаемых экономических явлений и тем, что ряд распространенных представлений о кооперативах был основан на смешении социальных и экономических категорий, объясняется недостаточная изученность кооперации, неопределенность при использовании ряда концепций и терминов. Другая распространенная методологическая ошибка состояла в том, что вопрос о кооперативной сущности рассматривался в качестве экономической политики, а не в рамках экономической теории (такой нормативный подход дает оценку кооперации с точки зрения ее пользы, идеалов будущего строя, элементов должного и т.п.). В-третьих, кооперативное движение вобрало в себя различные социальные слои и привлекло к себе внимание как средство общественно-политической борьбы и пропаганды.

Установлено, что А.Н. Анцыферов и В.Ф. Тотомианц не отождествляли кооперацию как хозяйственную форму ни с капитализмом, ни с социализмом, придавали ей важное этическое значение, формулировали для нее особые организационные принципы, видели ее специфические признаки, цели и задачи. Так, А.Н. Анцыферов одним из первых в литературе и раньше, чем конгрессы МКА, озвучил базовые кооперативные принципы в определениях, близких к современным редакциям МКА, в которых особое значение имеют три важных принципа понимания сути кооперативов (владелец-пользователь, хозяйственная демократия и распределение прибыли). А.Н. Анцыферов был убежден в том, что каждое кооперативное объединение по природе своей держится на свободном и добровольном сотрудничестве, взаимной помощи, и это «создает почву для наиболее полноценного возможного на практике пропитывания хозяйственной структуры нравственными началами». Отсюда возникают задачи кооперативных организаций (культурные, нравственные, социальные и т.д.). 

Воззрения А.Н. Анцыферова по многим признакам, характеризующим кооперативы, поддерживаются А.Д. Билимовичем, который усматривает в некапиталистичности наиболее специфическую и общую черту всех кооперативных организаций. Кооперативы не ставят главной целью получение прибыли, а предоставляют услуги членам, имеют открытое и неограниченное членство, объединяют мелкие и средние слои населения, в них по-особому применяется труд, происходит голосование, распределяется прибыль.

Определены источники взглядов этих ученых: большое влияние на них оказала европейская кооперативная литература, в которой ведущая роль принадлежала изданиям, отягощенным социал-реформизмом. Именно в Европе в течение долгого времени социально-реформистская интерпретация кооперации была преобладающей. После того, как окончательный взгляд на социально-реформаторскую миссию кооперации утвердился в Европе благодаря кооперативной школе христианских социалистов, появились другие школы (гамбургская и нимская, развивавшиеся параллельно), которые настаивали на приоритете потребительского кооперативного движения в социально-реформистской судьбе кооперации. Они также оказывали определенное воздействие на традиционное понимание кооперации в русском научном зарубежье. Так, кооперативизм нимской школы, основанной и возглавляемой видным идеологом кооперации Ш. Жидом, можно найти у В.Ф. Тотомианца, первым рассмотревшим особенности кооперативизма в истории социально-экономических учений.

Диссертант делает заключение о том, что кооперативные доктрины социального реформизма имели большое значение в качестве средства пропаганды идей кооперативного движения. Концепции подавляющего большинства таких работ базировались на том, что кооперативное движение есть воплощение идей утопического социализма Р. Оуэна и Ш. Фурье; кооперация призвана уничтожить существующий хозяйственный строй и заменить его новым «нравственным миром»; кооперация есть борьба с капитализмом; кооперация уничтожает прибыль и, следовательно, эксплуатацию человека человеком; кооперативное движение, как борьба с капиталистическим хозяйственным строем, является делом трудовых социальных групп, в частности, в сельском хозяйстве истинные кооперативные объединения суть объединения исключительно трудовых хозяйств; кооперативное движение несет мирy нечто качественно новое в духовной и экономической областях, некий экономический факт, в корне изменяющий природу хозяйственных отношений. Эти довольно неопределенные, недостаточно мотивированные и недоказанные идеи придают особенности интерпретации кооперативной действительности.

Требовался переход от общих положений кооперативных учений к конкретному языку экономической теории кооперации, способному, преодолевая методоло­гическую путаницу, отделить вопрос об экономической природе кооперативов от различных мотивов «защиты трудящихся», «борьбы с капиталом или с капиталистическим строем», «изменения существующего экономического строя», «движения к социализму», «духовного совершенствования», иных нормативных аспектов. Потребовалось рассматривать «кооперацию» не в широком смысле слова, так как этот термин имел явные недостатки, в том числе из-за его неправильной трактовки, но применить экономический анализ к кооперативу как хозяйственной структуре.

В диссертации доказывается, что русский экономист И.В. Емельянов был первым, во всяком случае, в отечественной литературе, кто поставил и решил вопрос о том, что понимается под экономической теорией кооперативных организаций. Работая в 1920-е годы в Русском институте сельскохозяйственной кооперации в Праге, он первым в экономической науке начинает разрабатывать теорию кооперативных объединений, которая, по его мнению, должна ставить своей основной задачей объяснение или установление причин отличий кооперативных объединений от некооперативных. Это был новаторский подход, поскольку в кооперативной литературе такой анализ кооперативных форм чрезвычайно мало применялся, а в характеристику кооперативных объединений обычно вводились с помощью описательного метода признаки, слабо характеризующие кооперативную идентичность.

Некоторые идеи, положившие начало теоретическим исследованиям И.В. Емельянова, можно отыскать у европейских авторов, а также в американской литературе, по характеру больше описательной, чем аналитической. До русского ученого свой вклад в кооперативную литературу в области теоретических исследований внесли итальянские экономисты М. Мариани и Дж. Валенти, которые, признавая природу гедонизма в экономическом поведении членов кооперативов, выясняли роль кооперативных организаций в структуре существующего общества, но не изучали экономических свойств самой кооперативной организации. Р. Лифман разбирает экономическую форму кооперативов в структурном аспекте, а экономический анализ другого немецкого ученого Г. Фуша затрагивает только производственные кооперативы. Концепции американских ученых (А. Шапиро, Э. Нурсе и др.) касались преимущественно сбытовых сельскохозяйственных кооперативов с точки зрения их практического значения и экономической эффективности.

Диссертантом аргументирован вывод о том, что И.В. Емельянов, считавший анализ экономической природы кооперативного объединения необходимым и единственно правильным путем выяснения кооперативного существа, сумел обогатить кооперативные исследования новыми методологическими подходами. Во-первых, кооперативы рассматриваются им как хозяйственные образования, отличающиеся от других хозяйственных образований по формам организации и способам разрешения стоящих перед ними хозяйственных задач. Во-вторых, основной задачей теории кооперативных объединений выступает объяснение или установление причин отличия кооперативных объединений от некооперативных. В-третьих, экономическая теория кооперативных объединений – есть объ­яснение их природы как объединений хозяйственных. В-четвертых, объектом исследования теории кооперативных объедине­ний должна предстать основная коопе­ративная форма, т.е. первичное кооперативное объединение.

В диссертации установлено, что в основу определения кооперативного объединения русский исследователь закладывает экономическую единицу, которая слагается из двух понятий – предприятия и домохозяйства, обладающих соответствующими приобретательскими и потребительскими функциями. Ученый рассматривает кооперативное объединение как аппарат для обслуживания объединяемых им предприятий и домохозяйств, задача которого состоит в том, чтобы служить им, а не хозяйствовать вне связи с ними. Поэтому кооператив, по его мнению, это комплекс хозяйств, их совокупность, а не единое хозяйство. Отсюда вытекают и этим объясняются все признаки, которые характеризуют формы кооперативных объединений.

Теоретическое направление в развитии кооперативной мысли русского зарубежья, связанное с именем И.В. Емельянова, специально рассматривается во втором разделе, включающим 2 главы. Объектом исследования является его работа «Экономическая теория кооперации. Экономическая структура кооперативных организаций», раскрывающая экономическую природу кооперативной организации. И.В. Емельянов изучает морфологию кооператива, показывая, что представляет собой эта хозяйственная организация.

В третьей главе «Экономическая структура кооперативных организаций» основное внимание уделяется изучению экономической сущности кооперативной организации, рассматриваются взгляды И.В. Емельянова, составившие основу экономической теории кооперации.

В диссертации выявлено, что в отличие от большой части исследователей, признающих кооператив в качестве предприятия (Р. Патти, Г. Фуш, Р. Лифман, М.И. Туган-Барановский, М. Мариани, Дж. Валенти, Г. Мюллер) или использующих вместо понятия «предприятие» понятие «союз людей» (Э. Якоб, Г. Кауфман, В. Зомбарт, А.Н. Анцыферов, Ф. Штаудингер), которое подразумевает предпринимательскую природу кооперации, дополняющейся характеристикой социального свойства, И.В. Емельянов пытается доказать, что общепринятое понимание кооперативной организации как предприятия крайне ошибочно, и большинство традиционных суждений о кооперации коренятся в этом непригодном допущении.

Выдвигая на первый план различия между кооперативом и предприятием, И.В. Емельянов выделяет и разбирает две модели организаций: 1 – неакционерные, некоммерческие кооперативы,  которые невозможно считать предприятиями, т.е. приобретательскими экономическими единицами; 2 – акционерные кооперативы, у которых обнаруживаются характеристики предприятия. Объяснение отсутствия у акционерных кооперативов предпринимательского дохода как основного критерия экономической природы предприятия является ключевой для ученого, по мнению которого, до тех пор, пока эти кооперативы строго следуют своим принципам, они не имеют и не могут иметь предпринимательского дохода. Вместо остаточного дохода у них образуются излишки, накопление которых происходит исключительно от патронажа членов. Из этого следует, что поскольку капитал кооператива не используется для получения прибыли, он не может быть предпринимательским капиталом организации, а оказывается своего рода фондом накопления, нужным членам для того, чтобы их организация имела рабочий капитал. Будучи капиталом, в качестве ссуды инвестированным членами в организацию, он компенсируется процентом, т.е. договорным доходом кредиторов, держателей не акций, а облигаций.

Согласно выводам И.В. Емельянова, вся экономическая структура кооператива является несовместимой с любой приобретательской деятельностью самой организации и все кооперативы являются по природе неприсваивающими (неприобретательскими) организациями, а встречающиеся на практике различия между ними имеют юридические происхождение и только затемняют экономическое понятие кооперативной организации. Истинный кооператив, если рассматривать его строго с экономической точки зрения, представляет собой неакционерную, некоммерческую организацию.

В диссертации доказано, что исследование И.В. Емельянова является исключительно важным, так как, прежде всего, позволяет увидеть то, что кооператив сам по себе не является экономической единицей в том понимании, как фирма. Кооператив по природе отличается от фирмы не потому, что кооператив является объединением лиц, а фирма есть объединение капиталов, но потому, что фирма как экономическая единица имеет свою жизнь, а кооператив живет жизнью тех единиц, которые его составляют.

Опираясь на такую доказательную базу, можно, следуя за русским исследователем, объяснить разницу в природе прибыли фирмы и излишка кооператива, а более тщательно анализируя кооперативную организацию с учетом выдвинутой нами ранее типологии кооперативных структур можно заметить, что И.В. Емельянов рассматривает только лишь простой тип кооператива с жесткой зависимостью от его членов. Такой подход позволяет объяснить неприбыльный характер кооператива, природу передачи членам полученных им излишков, по отношению к которым одновременно соблюдаются интересы пользователей и гасятся претензии собственников. Часть излишка кооператив использует по принципу ограниченного процента на капитал, ставка которого должна быть не ниже рыночной, что позволяет владельцам капитала получить нормальное вознаграждение договорного типа, сравнимое с доходом по облигациям, а остальная часть излишка распределяется членами пропорционально их сделкам в кооперативе. Этот принцип, показывая основное различие между капиталами кооператива и капиталистического предприятия, выражает суть кооператива, и при его соблюдении для членов, собственников капитала, становится невозможным получение вознаграждения за предоставленный капитал в виде дивидендов. Вознаграждение капитала воплощается в таком случае в договорную оплату по нормальной рыночной ставке, принятой в отношении облигаций.

В действительности, излишки в кооперативе не могут представлять собой остаток, распределяемый между собственниками, но могут служить только вознаграждением для владельцев капитала по нормальным ставкам на рынке облигаций, а также передаются пользователям, соразмерно сделкам для их урегулирования. Следовательно, излишек реализуется в кооперативе и не выступает в качестве прибыли. В связи с этим кооперативный капитал не может быть тем капиталом, каким он известен в капиталистическом предприятии. Кооперативный капитал воплощается в капитал облигаций, но не акций, выглядит больше ссудой, а выплаты, получаемые членами кооперативов – это проценты, выданные кредиторам, а не дивиденды, полученные акционерами.

Однако, более сложные типы кооперативных структур, рассмотренные нами ранее (рыночный и интегрированный), ставят под сомнение характер тотальной зависимости кооператива от его членов, который И.В. Емельянов приписывает их отношениям. Спорно также его утверждение о том, что функции кооператива являются функциями исключительно членов, и вряд ли в кооперативных организациях полностью отсутствуют предприниматели. Но русский ученый совершенно прав, указывая на то, что эксклюзивный патронаж членов-клиентов выступает неизменной и существенной экономической характеристикой кооперативов.

В четвертой главе «Концепция экономической природы кооперативной организации», излагается сформулированная И.В. Емельяновым концепция кооперативной организации как совокупности (агрегата) экономических единиц. Как представляется, отправной посылкой этой концепции стало положение о том, что кооперативное движение, рассматриваемое русским экономистом как система взаимозависимых экономических единиц (приобретательских – предприятий и расходующих – домохозяйств), представляет собой одно из принципиальных направлений многообразного процесса экономической интеграции – координации деятельности экономических единиц, которые сохраняют свою самостоятельность и экономическую индивидуальность. Продуктом этой структурной интеграции, т.е. координации, выступает агрегат (совокупность) экономических единиц. Кооперативные организации представляют собой сообщества экономических единиц.

Концепцию агрегата экономических единиц И.В. Емельянова можно охарактеризовать следующим образом: агрегат экономических единиц – это множество или группа этих единиц, координирующих свою деятельность, причем каждая полностью сохраняет свою экономическую индивидуальность и независимость. Такой агрегат находит законченное воплощение в кооперативах, в которых члены  активно участвуют в общей работе. Агрегат выступает как центр координированной деятельности или как агентство организационно объединенных экономических единиц, им принадлежащее и ими контролируемое, через которое они ведут хозяйственную деятельность. Причем экономическая природа такого агентства воспринимается, если помнить, что кооператив представляет собой действующие объединенные экономические единицы, функционируя как их часть, а не является отрешенным от них объединением в качестве отдельной экономической идентичности.

В диссертации рассматривается обоснование И.В. Емельяновым того, что в агрегате экономических единиц все экономические функции выполняются через агрегат объединенными экономическими единицами. Кооперативная организация основана на принципах координации функций, а не на субординации. «Необходимость постоянного исполнения кооперативом своих функций и отсутствие синхронизации в отдельных сделках его членов являются причинами, которые обязывают устанавливать постоянную структуру, создавать функционирующий кооператив».

На самом деле можно легко заметить, что агрегатная природа кооперативных организаций четко распознается в зарождающихся формах объединений (группы фермеров, организованных для одноразовых сделок и др.), прослеживается в постоянных, но неформальных организациях, при этом затушевывается во всех зарегистрированных кооперативных организациях, особенно в кооперативах акционерного типа. «Правовая единица зарегистрированных организаций скрывает их множественность и маскирует их экономическую структуру, но это противоречие экономического характера кооперативных агрегатов их правовому оформлению является принципиальным источником путаницы и несовместимости существующих интерпретаций кооперативных организаций».

Важно, что И.В. Емельянов разглядел в кооперативе особые, но очень слабо связанные отношения, создаваемые экономическими единицами. Такой ход мыслей позволил ученому утверждать, что каждый кооперативный агрегат экономических единиц неотъемлемо подавляется центробежными разрушительными силами, так как каждая экономическая единица, участвующая в агрегате, создается для индивидуального существования и функционирования. Отсюда можно согласиться с выводом исследователя о том, что «только под давлением жесткой необходимости происходит создание кооперативных агрегатов, и продолжительность их существования зависит от неослабевающих и эффективных усилий по осуществлению способов деятельности, соответствующих агрегатной природе организации, а также от успешного умиротворения всех разногласий внутри агрегата (т.е. решение проблемы отношений между членами). Поскольку разрушительные центробежные тенденции действуют во всех кооперативных агрегатах экономических единиц, то одной из настоятельных предпосылок их стабильности является экономическая однородность их членов («неписаный закон» кооперации), сокращающая до минимума потенциальные трения и подозрительность в самом агрегате. Эта необходимость является такой же важной для продолжения действий кооперативов, как и непреодолимая нужда в координированных действиях необходима для их образования».

И.В. Емельянов расходится со многими специалистами, которые отмечают только внешние, поверхностные черты кооперативных организаций. По его мнению, такие подходы только косвенно и отдаленно раскрывают окончательный экономический характер агрегатов экономических единиц, и к тому же внешние характеристики могут бесконечно изменяться. Поэтому «безнадежны широко предпринимаемые усилия классифицировать и интерпретировать кооперативы по их внешним чертам, так как ни одна из таких черт не может использоваться в качестве безошибочного критерия подлинной кооперативной организации». Единственным и исчерпывающим критерием кооперативного характера организаций, по мнению русского исследователя, является их агрегатная структура.

В диссертации выявлены аргументы, с помощью которых можно доказать, что кооперативные принципы совместимы с агрегатным характером кооперативов и являются его следствиями. И.В. Емельянову удается снять кажущееся противоречие между рочдельским принципом равного голосования и основным правилом «пропорциональности», свойственным каждому агрегату экономических единиц: он объясняет, что в действительности «равное» голосование является особым случаем пропорционального голосования экономически однородных членов, а однородное членство – краеугольный камень стабильности и жизнеспособности кооперативных агрегатов.

Другая проблема, рассматриваемая основоположником экономической теории кооперации, связана с традиционной интерпретацией кооперативов как специфических организаций бедных, «экономически слабых» групп населения, и «в своем капиталистическом теле она имеет душу, которая враждебна с капиталистической системой» (М.И. Туган-Барановский). Большинство ученых разделяет это предположение, а некоторые делают упор на то, что оно и является основным критерием истинно кооперативного характера организации: «интересы труда» (М.И. Туган-Барановский и Г. Мюллер), «организация непривилегированных» (В. Зомбарт, Г. Шульце), «альтруистический дух» (К. Фей), «исключение прибыли» (Ш. Жид), «организация трудящихся» (Л. Косса, А. Месседаглия). Такое толкование подвергается критике И.В. Емельяновым, считающим его социологическим заблуждением: оно несостоятельно потому, что агрегаты экономических единиц внедряются во все социально-экономические слои общества, и эти агрегаты на различных социологических уровнях сильно отличаются по взглядам на них, но есть одно общее – они имеют свою кооперативную (агрегатную) форму.

Не обходит вниманием родоначальник экономической теории кооперации так называемые «псевдокооперативные» организации, которые, по его мнению, представляют цепочку посреднических связей между агрегатами экономических единиц в чистом виде (организации «членов-клиентов») и приобретательскими экономическими единицами в чистом виде (организации «членов-неклиентов»). Процесс такой трансформации кооперативов начинается с постепенной замены «членов-клиентов» клиентурой извне, изменений в характерных чертах кооперативов. Степень таких изменений является степенью «псевдокооперативного вырождения» агрегатов.

Наконец, русский исследователь предлагает свою концепцию производственных кооперативов, рассматривая эти организации как особую группу кооперативов, которая всегда поддерживалась в обществе, отмечая, что вопреки никогда не прекращающимся попыткам организовать и содействовать развитию этих кооперативов, они не демонстрировали особой жизнеспособности, поэтому в обозримом будущем отсутствуют шансы их реализации, так как с точки зрения агрегатной природы кооперативов замысел производственных кооперативов базируется на искаженной концепции кооперативной организации как агрегата экономических единиц.

Возможно, термин «агрегат» («совокупность») носит спорный характер, вероятно в научном обороте его способно заменить слово «ассоциация». Термин «ассоциация» на самом деле лучше выражает суть объединения, благодаря которому организуются отношения между единицами-членами и учрежденным кооперативом. Но смысл от этого не теряется, к тому же сам И.В. Емельянов часто использует термин «ассоциация», соглашаясь с тем, что понятие агрегата экономических единиц непривычно трудно для понимания.

Можно не согласиться с И.В. Емельяновым в степени независимости, существующей между кооперативным учреждением и единицами-членами. Однако это несогласие не фундаментально, касается вопросов степени зависимости в отношениях, а не разницы природы. Возможно, русский ученый несколько преувеличил характер независимости членов по отношению к кооперативному учреждению для некоторых видов кооперативов, а производственные кооперативы, по его мнению, никогда не демонстрировали жизнеспособности и не имеют шансов реализации в будущем. Его не занимали проблемы изучения внутренних и внешних отношений в сложных кооперативных структурах, и таким же образом он оставляет без внимания необходимость изучения несоответствий между целями, преследуемыми кооперативным учреждением и единицами, давшими ему жизнь.

И.В. Емельянову не удалось создать всеобщую экономическую теорию кооперации, которая не разработана до сих пор, но невозможно проигнорировать его вклад относительно выявления агрегатного характера кооперативных структур и связанных с ним понятий, показывающих отличительные черты, присущие всем кооперативам без исключения. В этом его труд имеет большую значимость. Даже если не соглашаться с ученым в ряде аспектов, стоит отметить, что он стал новатором в области экономической теории кооперации, указал направления дальнейших важных исследований, а так же поставил вопросы экономических основ кооперации лучше, чем кто-либо иной до него.

Третий раздел обобщает практику развития кооперации и реализацию кооперативных идей русского зарубежья, обсуждаемую в заключительных двух главах диссертации. Показывается значение полученных результатов для современных социально-экономических исследований и преобразований в Российской Федерации.

В пятой главе «Историко-экономические исследования отечественной кооперации в научном наследии русской эмиграции» анализируется содержание этого направления развития кооперативной мысли русского зарубежья. Обобщаются взгляды ученых русского зарубежья на роль и место кооперации в досоветской России и СССР, исследуются проблемы власти и кооперации на примере российского опыта, а также анализируется предвидение возможной роли кооперации в постсоветской России.

Выявлено, что историко-экономическими исследованиями отечественной кооперации до Второй мировой войны активно занимались А.Н. Анцыферов, И.В. Емельянов, В.Ф. Тотомианц, а в послевоенный период этой проблематике наибольшее внимание уделяет А.Д. Билимович.

Анализ кооперативной мысли русского зарубежья установил, что все ее представители всегда признавали большое значение кооперации для России и, исходя из этого, рассматривали кооперацию как фактор общенародного прогресса, обращая внимание на то, что за жизнь только одного поколения перед октябрем 1917 года кооперативное движение в России достигло крупномасштабных успехов. По разным подсчетам, в это время свыше 50 тысяч разного рода кооперативных организаций охватывали от 10 до 20 миллионов членов. России принадлежало мировое первенство по числу кооперативных организаций, а по оборотам и числу участников она находилась в лидирующей тройке стран.

Давая оценку роли и места кооперации в досоветской России, ученые русского зарубежья видят ее продуктом массового народного движения, как в городах, так и особенно в деревне. Рост кооперации стал результатом глубоких изменений в экономической и социальной жизни России перед первой мировой войной, но даже в 1917 году она продолжала усиленно развиваться и несла населению среди начавшейся разрухи экстренную экономическую помощь. Кооперативы в селах России объединяли больше населения, чем любые иные неказенные общественно-хозяйственные институты. Они привлекали сельское население тем, что давали возможность довольно быстро и реально улучшить материальные условия жизни. В сословном государстве, каким оставалась в начале ХХ столетия Россия, кооперативы оказались единственным организованным массовым движением, способным объединять все сословия на добровольных началах.

Однако при советской власти вместо массового и благотворного кооперативного движения в стране проводилось «кооперативное строительство». Чрезвычайно быстро росшая и достигшая поразительных результатов дореволюционная кооперация была превращена в органы, подчиненные советской власти и партии, лишена свободы и самостоятельности. Как писали в эмиграции, «уничтожив подлинную кооперацию, но сохранив видимость кооперации в колхозах, потребительской и промысловой кооперации, советская власть, стала широко пользоваться в своих целях этой ложной кооперацией».

Исследуя исторический путь развития кооперации, не обнаруживая никакого здорового кооперативного движения в условиях советской власти на протяжении нескольких десятилетий, находящиеся в эмиграции русские ученые, как установлено в диссертации, пытались выяснить, почему это так произошло, и доказывали, что в этом виновата коммунистическая идеология и кооперативная политика большевиков. Таковы взгляды А.Д. Билимовича, убежденного в том, что «большевики никогда не ценили кооперацию, чья идейная сторона, получившая выражение в знаменитых рочдельских принципах и покоящаяся на началах индивидуальной свободы участников кооперативных организаций, кооперативной собственности, и на мысли о мирной эволюционной реорганизации хозяйства на основе развития кооперативного движения, была чужда большевикам, так как резко противоречила их идее коммунистической революции, насильственной ломке существующего хозяйственного строя и революционной перестройке всей жизни народа».

При анализе вопроса о том, почему кооперацию окончательно не уничтожили, А.Д. Билимович аргументирует вывод о том, что сделано это было не по принципиальным соображениям, а исключительно по соображениям практической политики. Обезвредив кооперацию путем чисток и лишения ее всякой свободы, превратив ее в свой распределительно-заготовительный орган, большевики использовали кооперацию для того, чего не мог выполнить их собственный аппарат. Но и в этой роли потребительская кооперация должна была служить не сельскому населению, а целям коммунистической партии. И для коллективизации сельского хозяйства большевики воспользовались маской кооперации. Не решаясь открыто экспроприировать крестьянские хозяйства, они придали коллективным крестьянским хозяйствам внешнюю форму кооперативов в виде «колхозов», которые были лишены всех существенных признаков артели и вообще кооперации. Большевики, вынужденные из-за продовольственных и других трудностей опираться на кооперацию, относились к ней с недоверием и пренебрежением, стараясь ее огосударствить или заменить государственными организациями.

Большевики пользовались кооперацией и в области мелкой обрабатывающей промышленности, работающей главным образом на местном сырье, и ученый указывал на то, что большевики вынуждены терпеть производственную (промысловую) кооперацию, хотя и считают ее низшей формой по сравнению с национализированной государственной промышленностью. «Они терпят ее в отраслях, которые пока не смогла захватить государственная фабрика, и рассчитывают, что она поможет им заполнить пробелы в товарном производстве, и вместе с тем добьет оставшиеся еще самостоятельные ремесленные и кустарные предприятия». Действительно, парадоксально, но именно на известном ХХ съезде КПСС было решено ликвидировать промысловую кооперацию, и ее упразднили к концу 1950-х годов.

В диссертации выявлено, что А.Д. Билимович активно разрабатывал тему перспектив развития российской экономики в постсоветский период, будучи убежденным в том, что советский строй не закрепится на российской почве и со временем падет, и тогда важную роль должна сыграть кооперация, которая являлась традиционной для России и доказала свою социально-экономическую полезность и эффективность. Ученый представляет широкую картину будущей роли кооперации, предупреждая о многих трудностях и опасностях для нее, когда ей придется снова, как и в досоветский период, нести населению «скорую помощь». Он считает препятствием для работы кооперации то, что «ложная советская кооперация сильно подорвала у населения доверие к ней, сделав во многих случаях ее одиозной», но полагает, что кооперация раньше и легче других секторов экономии России сможет перейти на рельсы новой свободной хозяйственной деятельности. Все это заставляет русского профессора думать, что кооперация будет одним из существенных факторов хозяйственного возрождения России.

В своем предвидении А.Д. Билимович не может предсказать, какое конкретно соотношение сложится между государственным, кооперативным и частным хозяйственными секторами в новой России, каково будет дальнейшее изменение этого соотношения – все зависит от множества будущих условий, которые нельзя предусмотреть. Но он утверждает, что «со значительной степенью вероятности кооперативный сектор сможет играть настолько крупную роль, что смешанное многосекторное народное хозяйство будущей России станет в значительной мере кооперативным». Оно будет в значительной мере кооперативным в области кредита, начиная с низовых кредитных организаций и восходя через их союзы к центральным кооперативным банкам в отдельных частях страны. По мнению ученого, будущее экономики России в значительной степени будет кооперативным в области торговли, как розничной в виде потребительских обществ, кооперативных столовых и ресторанов, так и оптовой, внутренней и внешней, ведущейся союзами потребительских и иных кооперативов. «Но оно может оказаться отчасти кооперативным в области не только мелкой кустарно-ремесленной, но и средней, а в некоторых случаях даже более крупной промышленности, хотя и как исключение. Более крупные предприятия могут основываться кооперативными союзами с помощью кредитной кооперации». Но исключительная роль будет принадлежать сельскохозяйственной кооперации, которая для ставших снова свободными крестьянских хозяйств, по мысли А.Д. Билимовича, начнет обслуживать их самые разные стороны и нужды.

В диссертации обобщены взгляды русского ученого на то, что в будущей, постсоветской России обновленная кооперация, которая не уничтожает индивидуального ин­тереса, а восполняется коллективной взаимопо­мощью, должна ставить задачу дополнять, помогать, улучшать, что неизбежно будет изме­нять хозяйственный строй, уводить его от частного и государственного капитализма и социализма в сферу свободных кооперативных объединений. Но здоровая творческая коопе­рация будет производить это глубокое изменение хозяйственного строя, мирно вырастая рядом с другими секторами экономики, заменяя их там, где она лучше обслуживает нужды насе­ления.

Диссертант делает вывод о том, что ожидания А.Д. Билимовича были связаны с особой ролью кооперации в сельском хозяйстве, где при свободно развивающейся кооперации ядро хозяйства остается индивидуальным, но это индивидуальное ядро все более обрастает «кооперативным кольцом». Это кольцо восполняет индивидуальное хозяйство, крепит его изнутри, удовлетворяя различные его потребности, и защи­щает его извне. Кооперация поэтому не только не убивает индивидуального хозяйства, но помогает ему сохранить свою индивидуальность. Именно при индивиду­альном хозяйстве успешнее всего развивается сельскохозяйственная кооперация, поскольку она возникает и действует свободно.

В шестой главе «Кооперативная организация как социальная форма хозяйства» рассматриваются наиболее актуальные теоретические и практические вопросы: специфика кооперативных отношений и критерии классификации кооперативов, кооперативная идентичность и принципы, формы перерождения кооперации.

Проведенное в диссертации исследование подтверждает, что все представители кооперативной мысли русского зарубежья, выделяют три концептуальных положения, показывающие специфику кооператива и мотивацию лиц, прибегающих к его услугам. Тех, кто используют кооперативные организации, привлекают статусы получателей благ, собственников и управляющих, и такая концептуальная триада (форма собственности, характер управления и контроля деятельности, способ распределения) выделяет кооператив среди хозяйственных организаций.

Диссертант доказывает отличия кооперативов от корпораций, ориентированных на инвесторов, среди которых наиболее распространены акционерные общества. Речь идет не только о целевых установках, правах членства и участия в принятии принципиальных управленческих решений, что было рассмотрено как проявление групповых действий, отличия заключаются и в разных проявлениях финансово-экономического механизма: долевом участии в капитале, распределении доходов, порядке инвестирования, обложении подоходным налогом. Отличия кооперативов от корпораций, ориентированных на инвесторов, разработаны и сгруппированы в таблице 2.                                                                

                                                                                       Таблица 2

Основные отличия кооперативных организаций

от акционерных обществ

Отличительные признаки

Акционерные общества

Кооперативные организации

Целевая

ориентация

Создается прибыль собственникам

Предлагаются услуги клиентам-собственникам

Право члена как собственника и клиента

Покупка акций

Ориентирование на профиль деятельности, участие в ней

Участие в принятии принципиальных  решений

Наделяется пропорционально величине вложенного капитала

Как правило, действует принцип: один член – один голос

Право долевого участия в капитале

Продажа и покупка, размер долевого капитала не ограничивается, кроме контрольного пакета акций

Величина долевого капитала

принципиально ограничена

Распределение

дохода (прибыли)

Часть прибыли создает дивиденды

на капитал

Часть прибыли идет на ограниченное вознаграждение за капитал и выплаты в пропорции к участию в сделках с кооперативом

Порядок

инвестирования

Совершается за счет прямых

капиталовложений

Совершается преимущественно за счет неразделенной части прибыли или стоимости операций

Подоходный

налог

Как прибыль общества, так и

полученные его собственником

дивиденды, облагаются налогом

Прибыль, распределенная в пропорции к объему деятельности с кооперативом, как правило, не облагается налогом

В диссертации объясняется и доказывается, в чем состоит экономическая специфика кооператива как хозяйственной организации, в которой пользователи ее услугами обладают совместной собственностью и контролируют ее, распределяя доход в виде кооперативных излишков между членами в зависимости от степени их участия в ее деятельности (т.е. от объема использования ими услуг организации).

Во-первых, она связана с отношениями собственности, что лишний раз объясняет, почему о кооперативе нельзя говорить в понятиях прибыльности. Кооперативный излишек, создающийся за счет членов, не присваивается целиком собственниками, члены жертвуют его часть в пользу кооператива, накапливая неделимую собственность. Кооператив как будто использует свою внутреннюю налоговую систему, при этом главное – наращивается коллективное богатство, которым будущие поколения будут управлять также как и предшествующие. Здесь члены представлены в меньшей степени собственниками, чем пользователями.

Установлено, что в кооперативе взносы, которые осуществляют члены, являются скорее пожертвованием, чем выгодным вложением, и это важно для деятельности сменяющихся поколений в кооперативе. Поэтому так существенен общественный характер кооператива, его социальные связи: любой кооператив является неким анклавом, внутри которого пайщик, каким бы ни был его вклад, отказывается извлекать выгоду за счет другого члена, и чтобы эта возможность сохранялась, члены связывает себя специфическими имущественными отношениями. Кооператив имеет такой же капитал, разделенный на индивидуальные доли, как и в акционерном обществе, но этот капитал, который может быть возвращен члену, несопоставим с неделимым активом, а с другой стороны, права этого капитала, как на доход, так и на власть, ограничены.

Во-вторых, кооперативное управление предполагает демократический контроль (один человек – один голос). Это частичное следствие кооперативной собственности, а частично устоявшаяся практика подлинных кооперативов. Членам такого кооператива ни теория, ни практика не предоставляет право голоса соразмерно долям капитала, подобно тому, как это делается в акционерной компании.

В-третьих, – это специфика распределения, которая исторически сложилась в форме «возврата излишка соразмерно сделкам». Механизм этого распределения дал повод дискуссиям, так как здесь пролегает точка соприкосновения кооперативной практики в ее разногласиях с рыночной практикой, использующей капитал соразмерно акциям их владельцев, получающих по акциям дивиденды, в расчет которых не входят затраты на сделки и затраты, связанные с совершением этих сделок. В кооперативной практике участники сделки соразмерно ее объему являются претендентами на распределение свободных излишков, расчет которых также не учитывает затрат на сделку, а члены кооператива не получают дивиденд соразмерно вложенному капиталу. Поэтому в правилах распределения не забыт фиксированный процент по капиталу и неделимые капиталы. Здесь также важно соблюдать и индивидуальное, и общественное предназначение, и в конечном итоге, главная проблема состоит в соблюдении условия «избегания того, чтобы никто не выигрывал за счет других». Это условие само по себе определяет суть кооперативного распределения.

Диссертационное исследование доказывает, что в современной России концептуальная триада (собственник – управляющий – получатель дохода) основательно деформирована, и на членов кооперативов она практически не распространяется, что убедительно можно продемонстрировать на примерах организаций Центросоюза, отделившегося от него Московского союза и целого ряда подобных организаций, возглавляемых технократией. Последняя еще в советское время отобрала власть у собственников кооперативов – членов этих организаций, а нивелированная доля отдельного собственника стала мощным демотиватором хозяйственной деятельности. Кооперативная собственность стала деперсонифицирована, за нее никто с экономической точки зрения персонально не несет ответственности. Члены и в настоящее время реально не участвуют в решении важнейших проблем своих организаций, и пайщики даже не понимают, что от их лица функционируют так называемые «кооператоры». Но и руководители кооперативных организаций не выступают собственниками, а назначаются вышестоящими руководителями. Избираемые формально, будучи высокооплачиваемыми работниками, они несут за результаты своей деятельности не экономическую, а своего рода политическую ответственность перед вышестоящей инстанцией.

На практике, очевидно, что не соблюдается принцип «избегание того, чтобы никто не выигрывал за счет других». Такой деформированный кооперативный механизм ведет к социальному неравенству, когда отдельные «кооперированные технократы» обогащаются за счет других социальных групп. Это особенно пагубно и опасно для сельской местности, которую такие «кооператоры» используют как ресурсную базу, и потребительская кооперация, сворачивая свою традиционную деятельность в деревнях, все больше ориентируется в последние десятилетия на более выгодные рынки крупных поселений.

В диссертации разработана классификация кооперативов, основанная на трех экономических критериях, учитывающих: природу составляющих кооператив единиц (кооператив из домохозяйств или кооператив из фирм); фактор гомогенности (однородность или неоднородность членства в кооперативах); фактор функциональности (кооперативы для операций снабжения или сбытовых операций). Такая классификация включает семь типов кооперативов, среди которых три представлены домохозяйствами и четыре состоят из фирм. Видно, что семь выявленных типов кооперативов подразумевают все основные формы существующих кооперативов (потребительские, жилищно-строительные, сельскохозяйственные, производственные, кредитные кооперативы и др.), и различие этих типов варьируется в зависимости от этих форм, основываясь на том, что кооперативный центр не является автономным, потому что зависит от своих периферических ядер (домохозяйств или фирм). Эти семь типов кооперативов включают все возможные формы кооперативных организаций: по видам экономической деятельности (кредитные, сельскохозяйственные, др.), по хозяйственным интересам (потребительские, снабженческие, сбытовые, др.), по уровням хозяйственных связей (первичный кооператив, союз кооперативов и т.п.).

1. Снабженческие кооперативы однородных домохозяйств представлены традиционными кооперативами (потребительские, кредитные, страховые, жилищные), членами которых являются однородные домохозяйства.

2. Сбытовые кооперативы однородных домохозяйств состоят из объединений домохозяйств, совместно сбывающих свою продукцию через кооперативное предприятие. К ним можно отнести и производственный кооператив, объединяющий домохозяйства, которые организуют собственное предприятие и сбывают продукцию своего труда.

       3. Двуфункциональные кооперативы неоднородных домохозяйств представлены ссудосберегательными и кредитными кооперативами. Первые три типа кооперативов демонстрирует Диаграмма 2.

Диаграмма 2

Снабженческий кооператив        Сбытовой кооператив        Двуфункциональный однородных                        однородных                кооператив

домохозяйств                        домохозяйств       неоднородных домохозяйств

4. Снабженческие кооперативы однородных фирм, включают главным образом сельскохозяйственные кооперативы, например, кооперативы, снабжающие своих членов удобрениями, сельскохозяйственными машинами и т.д.

5. Сбытовые кооперативы однородных фирм сбывают произведенную их членами продукцию (кооперативы производителей молока, плодов, овощей и т.д.). Снабженческие и сбытовые кооперативы однородных фирм представлены Диаграммой 3.

6. Двуфункциональные кооперативы однородных фирм, к которым можно отнести кооперативы ремесленников, кустарей, иных лиц, объединяющихся для совместных закупок сырья и сбыта собственной продукции.

7. Двуфункциональные кооперативы неоднородных фирм, попеременно выступающие покупателями или продавцами.  Диаграмма 4 показывает последние два типа кооперативов.

                                                                                Диаграмма 3

Снабженческий кооператив                 Сбытовой кооператив

однородных фирм                       однородных фирм

                       

Диаграмма 4

Двуфункциональный кооператив                Двуфункциональный кооператив

однородных фирм                                неоднородных фирм

                                       

В диссертации отмечается важность научно обоснованного построения классификации кооперативов, основанной на экономической типологии, поскольку она позволяет не только осуществить глубокий экономический анализ кооперативов, но и создать адекватную законодательную базу, способствующую успешному развитию кооперативного движения. К сожалению, к числу этих стран нельзя отнести современную Россию, где на практике и в литературе, посвященной кооперативам, на первый план выходят юридические, социологические, политические, иные признаки и критерии кооперативных организаций.

Определено, что современное российское законодательство, отражая не столько функциональную специфику кооперативов, сколько их отраслевую принадлежность (сельскохозяйственная и потребительская кооперация, производственные кооперативы и т.д.), не отличается упорядоченностью и логической стройностью, и сложившаяся правовая база не обеспечивает устойчивое развитие кооперации. Законодательство не раскрывает понятий «кооператив», «кооперация», а формулирует отдельные виды кооперативов, разделяя их на потребительские некоммерческие и коммерческие производственные кооперативы. При этом регулярно создаются корректируемые законы для разного рода «коопераций» и «кооперативов». От произвольно поставленного на первое место прилагательного в словосочетании (потребительский или производственный) зависит отнесение кооператива к коммерческой или некоммерческой организации.

Диссертант доказывает, что подобная типология, не только не учитывающая единую экономическую природу кооперативных организаций, но и искажающая их суть, наделяет кооперативы принципиально разными правами. Во-первых, потребительский кооператив в своих экономических функциях выступает в качестве торгового посредника, который предназначен снабжать своих членов товарами и предоставлять им услуги, а значит в этом снабжении, в товарообороте реализуется его экономическая роль и значение. На практике, например, вся потребительская кооперация Центросоюза РФ занимается различной хозяйственной деятельностью, приносящей прибыль, которая зарабатывается большей частью за счет операций с нечленами, а значительное число членов является одновременно ее собственниками и работниками. На этом основании организации Центросоюза можно было бы полноправно выделить в категорию производственных кооперативов, так как они производят и предоставляют различные товары и услуги.

Во-вторых, с другой стороны, производственные кооперативы также можно отнести к разряду потребительских кооперативов, так как все кооперативы рассчитывают, что их услуги будут потребляться.

В-третьих, если рассматривать основные признаки законодательно закрепленных потребительских и производственных кооперативов как некоммерческих и коммерческих организаций, то между этими кооперативами нельзя обнаружить существенных отличий. Основное различие между ними законодатель усмотрел в разных средствах достижения цели, а основная же цель обоих типов кооперативов одна – удовлетворение материальных и иных потребностей своих членов для получения дохода (прибыли) как средства достижения цели.

В-четвертых, такая ориентация в обеспечении правового регулирования кооперации не дает возможности создать завершенную правовую конструкцию ее системы, и не позволяет ее рассматривать как самостоятельный сектор экономики.

Все это доказывает явное противоречие между экономическим характером современных российских кооперативных организаций и их правовой формой, являющееся одним из принципиальных источников путаницы в трактовке природы кооператива. Кооператив, представляющий собой совокупность экономических единиц, не идентичен экономической единице, и если кооператив облачается в правовую форму, то эта юридическая единица скрывает скоординированное функционирование экономических единиц, их множественность и их экономическую структуру.

В диссертационной работе определено, что в современной российской литературе описательным методом характеризуются «родовые» признаки кооператива: «одновременное выполнение кооперативом хозяйственных функций и общественной организации», «кооперативная собственность на имущество, солидарная материальная ответственность членов кооператива за результаты совместной экономической деятельности», «основная цель – удовлетворение потребностей членов» и т.п. Однако эти признаки сами по себе не раскрывают существа кооперативных организаций, доказательно не объясняют, что именно кооперативного в них.

Выявлено, что отсутствуют ясные различия между кооперативом и «чисто общественными объединениями (профессиональными союзами, женскими и молодежными организациями, спортивными обществами)». Забывая о кооперативах садоводов, дачников, огородников и иных кооперативах, в массе своей не занимающихся бизнесом, проводится мысль о том, что кооператив характеризует предпринимательская, хозяйственная деятельность, которая отсутствует у профсоюзов. В действительности множество общественных организаций занимаются собственной хозяйственной деятельностью.

Кооператив фундаментально отличается от капиталистической фирмы, но будет неверным обосновывать это различие тем, что кооператив является «объединением лиц», в то время как фирма – «объединение капиталов». Такое различие не проясняет природу кооператива, так как и в одной, и в другой хозяйственной форме объединяются лица с капиталом, а удовлетворение потребностей своих членов в качестве целей характерно для любой организации. Лица в кооперативе всегда только представляют хозяйства, а понятие «объединение лиц» не раскрывает природу кооператива, и под это понятие подпадает профсоюз, общественный фонд или иная некоммерческая организация подобного рода.

В диссертации обосновано, что не существует никакой специфичности в том, что делают кооперативы, т.е. в содержании их работы. Кооперативная специфичность проявляется не в том, чем занимаются кооперативы, а в том, как, каким образом они решают свои задачи в рамках своей собственной структуры, реализуя интересы своих членов. Поэтому необходимым и единственно правильным способом выяснения существа кооператива является экономический подход. В частности, он позволяет развенчать недавно возникший миф о декабристах, создавших на каторге в 1831 году якобы первый в России кооператив, появившийся на 13 лет раньше кооператива Рочделя, от которого ведет отсчет современное международное кооперативное движение. В действительности, как доказывает проведенное диссертантом исследование, заключенные декабристы организовали взаимопомощь, но это не может служить поводом фальсификации истории начала кооперативного движения, как в России, так и в целом мире. Материальной основой вспомоществования у ссыльных в каземате были поступавшие к ним от богатых родственников колоссальные денежные суммы. Исходя из общепринятых принципов и критериев кооперативной организации, это не имеет ни малейшего отношения к тому, что сегодня понимается под кооперативом, а дата появления первых кооперативов в России всегда была общеизвестна (октябрь 1865 года).

Распространенные взгляды на то, что сущность кооперации состоит в ее «социальной миссии» (борьба с бедностью, бездуховностью, частным капиталом и пр.), а кооператив интерпретируется как организация экономически слабых слоев общества, также свидетельствуют о социологической ошибке в трактовке кооперативов. Центросоюз в последние годы позиционировал свои организации в понятиях социальных, и более того, эти социальные категории принимаются за экономические. Но как показывает практика, эти точки зрения неадекватны реальному существу этих организаций.

Диссертант доказывает, что для кооперативов важно соблюдение принципов, но их формальное применение означает, что по существу они нарушаются. Это убедительно показывают организации Центросоюза, в которых нет ничего похожего на потребительское кооперативное движение, так как в этой системе кооперативы не управляются членами, в них отсутствует самодеятельность ведения дел и самоуправление самих членов. А это означает, что кооперация из социального института переродилась в особого рода корпорацию, которая помимо торговли, занимается производством, закупает продовольствие на селе, перерабатывает сельскохозяйственное сырье, занимается иным бизнесом, стараясь в последние годы сетевым маркетингом извлечь особые доходы для разного рода управленцев и технократических «кооператоров». Используя сельскую местность в качестве источника продовольственных ресурсов, эта организационная структура заинтересована в типичном бизнесе в местах с наибольшей концентрацией населения. Эта бизнес-структура, неадекватная кооперативной организации, основанной на подлинных кооперативных принципах, выживает в силу двух основных причин. С одной стороны, воздействие на нее сил конкуренции смягчается рентой, получаемой за уникальные ресурсы, а с другой стороны, государство оказало ей колоссальную поддержку, законодательно признав ее некоммерческой организацией. Российская потребительская кооперация обладает малой способностью выдерживать конкуренцию, но она удобно существует за счет многомиллиардных средств налогоплательщиков. От подобной системы зависит благосостояние миллионов малообеспеченных потребителей, которых по некоторым данным насчитывается до четверти населения страны, в большой части депрессивных и бедных сельских регионах. Все это ведет к серьезным социальным последствиям – неравенству доходов. Но бюрократии удается отстаивать систему, поскольку так удобнее имитировать заботу о благе общества и уходить от его контроля.

***

Опираясь на проведенный анализ, раскрывающий многообразие и сложность кооперативных организаций, рассмотрев разные стороны кооперативных отношений (экономическую, социологическую, историческую, правовую, управленческую), диссертант в заключении отмечает принципиальную важность именно экономического подхода, без которого исчезает существо кооперации. Обосновывая позицию, что в исследованиях ученых русского зарубежья не только поставлены проблемы экономической теории кооперации, но и раскрыта экономическая природа этих организаций как  составной части общей экономической теории, диссертант делает вывод о том, что их  воззрения актуальны до сих пор. К тому же, содержательные идеи русских исследователей в эмиграции сумели интегрироваться в мировую кооперативную мысль. Признание этих идей и введение их в научный оборот может практически способствовать становлению настоящего кооперативного движения и подлинной кооперации в современной России.

3. ПЕРЕЧЕНЬ ПУБЛИКАЦИЙ АВТОРА ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

Монографии

1. Кооперативные принципы и практика кооперативных организаций в России // Кооперативные принципы и практика кооперативных организаций. Монография. – Издательско-книготорговый центр «Маркетинг», 2001. (в соавторстве). 19,5/16,5 п.л.

2. Развитие сельскохозяйственной кооперации в России // Сельскохозяйственные потребительские кооперативы. М.: Маркетинг, 2001. (в соавторстве). 12,25/3,0 п.л.

3. Экономическое поведение и природа кооперативных организаций. Монография. М.: Дашков и К, 2002. 15,75 п.л.

4. Власть и кооперация // А.Д. Билимович. Кооперация до, во время и после большевиков. М.: Наука, 2005. 11,1/3,5 п.л.

5. Экономическая теория кооперации И.В. Емельянова // Роль кооперации в современном обществе. М.: Издательско - книготорговый центр «Маркетинг», 2004. (в соавторстве). 10,5/1,3 п.л.

6. Кооперативное образование за рубежом // Кооперативное образование в республике Коми. Сыктывкар. 2005. (в соавторстве). 20,0/0,6 п.л.

7. Кооперативные принципы управления структурной экономики: сравнительный анализ отечественного и зарубежного опыта // Глава 9. Раздел IX. Инновационный процесс и обобществление производства. Монография «Экономическая теория: истоки и перспективы». – М.: Экономический факультет МГУ, ТЕИС, 2006. (авторский коллектив). 0,6 п.л.

8. Потребительская кооперация: из истории русской кооперативной мысли // М.: Наука и образование. Российский университет кооперации, 2006. (в соавторстве). 16,75/16,0 п.л.

9. Автобиография С.С. Маслова в документах // Маслов С.С. Колхозная Россия. История и жизнь колхозов. – М.: Наука, 2007. (в соавторстве). 17,7/0,5 п.л.

10. Своеобразие кооперативного уклада // Многоукладность России: исторические корни, состояние и перспективы. М.: Институт экономики РАН, 2009. 12,3/1,0 п.л.

11. Развитие теории кооперации в русском зарубежье. Монография. М.: Дашков и К, 2011. 15 п.л. (в печати).

В ведущих рецензируемых научных журналах

и изданий, рекомендованных ВАК

12. Кооперативное потребительское движение // Международный сельскохозяйственный журнал,  1994, № 3. 0,5 п.л.

13. Вельможная каторга и ее артельное хозяйство // Вопросы истории, 2000, № 2. 1,0 п.л.

14. К вопросу о начале кооперативного движения в России // Вопросы истории, 2000, № 11-12. 0,2 п.л.

15. История о ссыльных декабристах, или миф о первых кооператорах России // Философия хозяйства, М., 2000, № 2. 0,5 п.л.

16. Выдающийся теоретик кооперации русского зарубежья и его основные труды // Аграрная Россия, 2003, № 2. 0,5 п.л.

17. Возвращение научного наследия: социально-экономическая мысль русского зарубежья // М.: Институт экономики РАН, 2009. (в соавторстве). 3,1/0,5 п.л.

18. Декабристы в Сибири:  кооперация в тюрьме и на каторге // Преподавание истории в школе. 2009, № 9. 0,6 п.л.

19. Потребительская кооперация в российской деревне: принципы и устройство // Аграрная Россия. 2009, № 6. 0,6 п.л.

20. Забытое наследие выдающегося русского исследователя сельскохозяйственной кооперации // Аграрная Россия. 2011, № 5. 0,7 п.л. (в печати).

21. Кооперация и кооператив: определение понятий и адекватность применения // Фундаментальные и прикладные исследования. 2011, № 1. 0,7 п.л.

22. Теория кооперации: Русское Зарубежье и Запад. Историография // Фундаментальные и прикладные исследования. 2011, № 3. 0,7 п.л.

23. Экономическая теория кооперации: забытое русское наследие // Фундаментальные и прикладные исследования. 2011, № 5. 0,7 п.л. (в печати).

Учебно-методические пособия

24. Организация деятельности промысловых (кустарно-ремесленных) кооперативов. Учебное пособие для Факультета зарубежных кооператоров. М., МКИ, 1986. (в соавторстве). 5,0/3,0 п.л.

25. Идеология Советской России и потребительская кооперация. Становление советской потребительской кооперации // История экономики. Учебное пособие. Под ред. А.В. Соболева. М.: Изд-во Центр, 1996. 10,0/1,0 п.л.

26. Кооперативная мысль в России // История экономических учений. Учебное пособие. Под ред. А.В. Соболева. М.: МУПК, 1997. 10,0/1,0 п.л.

27. Кооператив как экономическая организация: поведение на рынке // Экономическая теория. Экономика: Учебное пособие. Часть II. М.: МУПК, 2003. (авторский коллектив). 15,5/1,3 п.л.

28. Основные школы европейской кооперации: обзор кооперативных идей (XIX – первая половина ХХ вв.). Учебное пособие. М.:  МУПК, 2004. 10,8 п.л.

29. Экономические концепции кооперативной организации. Модель экономического поведения кооперативной организации // Экономическая теория. Экономика. Учебное пособие. Под ред. проф. Соболева А.В. и проф. Соловых Н.Н. М.: Российский университет кооперации, 2008. 34,5/3,0 п.л.

Другие публикации

30. Организация сельского кооператива // Центросоюз ревью, 1985, № 2 на английском, французском, испанском языках. 0,4 п.л.

31. Кооперирование кустарей и ремесленников // Центросоюз ревью, 1986, № 3 на английском, французском, испанском языках. 0,4 п.л.

32. Кустарно – ремесленная кооперация в переходный период // Центросоюз ревью, 1986, №  11 на английском, французском, испанском языках. 0,4 п.л.

33. Российское кооперативное законодательство и судьба потребительской кооперации // Международный опыт кооперативного движения и проблемы кооперации в России. Часть I. М., 1994. 0,6 п.л.

34. К вопросу о первых кооператорах России // Россия и мир на пороге ХХI столетия. Тезисы Международной научной конференции (24 декабря 1998г.). Отв. ред. Брагин Н.И., Бражник Г.В., Соболев А.В. Ч. I. – М., ЦУМК, 1999. 0,4 п.л.

35. К вопросу о первом потребительском кооперативе России // Россия и мир на пороге  ХХI столетия. Тезисы Международной научной конференции (24 декабря  1998 г.). Отв. ред. Брагин Н.И., Бражник Г.В., Соболев А.В.Ч. II. – М., ЦУМК, 1999. 0,4 п.л.

36. Кооперативные факты и аргументы // Кооперация на пороге XXI века. Сборник научных статей профессорско-преподавательского состава и аспирантов университета по итогам НИР за 1998. Ч. 5. М., 1999. 0,25 п.л.

37. Сообща // Неделя, 1987, № 52. 0,1 п.л.

38. Основные организационные принципы // Центросоюз ревью, 1990, № 12 на английском, французском, испанском языках. 0,4 п.л.

39. Потребитель: кооперативная модель бизнеса. Мытищи, 1999.- 92 с. (в соавторстве). 6,0/4,0 п.л.

40. История о ссыльных декабристах, или миф о первых кооператорах России // История за и против истории. Кн.2. Под ред.Ю.М. Осипова, И.В.Бестужева. М.: Центр общественных наук МГУ, 2000. 0,5 п.л.

41. Концепция кооперативной организации как совокупности хозяйств // Сборник докладов международной конференции «Место и роль кооперативного движения в свете новых социально-экономических тенденций». Караганда, Карагандинский экономический университет. 2001. 0,3 п.л.

42. Принципы организации сельскохозяйственных кооперативов // Международная конференция «Роль и значение сельскохозяйственных кооперативов в условиях экономики переходного периода. Доклады участников. Рекомендации. М.: Маркетинг, 2001. 0,4 п.л.

43. К вопросу о юбилейных датах российской кооперации // Кооперация: страницы  истории. Выпуск 9. М.: Институт Экономики, 2002. 0,5 п.л.

44. Правовое положение потребительской кооперации в досоветской России // Кооперация: страницы  истории. Вып.9. М.: Институт Экономики, 2002. 1,8 п.л.

45. Обсуждение проекта Федерального Закона «О кредитных потребительских кооперативах» // Кооперация: страницы  истории. Выпуск 9. М.: Институт Экономики, 2002. 0,3 п.л.

46. Русская школа кооперативной мысли и ее экономическое направление // Актуальный опыт России. Т.2. М.; Волгоград, Изд. ВГУ, 2002. 0,4 п.л.

47. Парламентские слушания «Сущность и роль кооперации в национальной экономике» // Материалы Федерального Собрания РФ. М., 2003. 0,2 п.л.

48. «Экономическая теория кооперации»: основные идеи уникального труда выдающегося представителя кооперативной мысли русского зарубежья // Неуемная Россия. Т.2. М., Волгоград. Изд. Волгоградского госуниверситета, 2003. 0,6 п.л.

49. О пользе знания истории, природы и сущности кооперации // «Эффективность и рациональность по законам нравственности и духовности». Материалы всероссийской научной конференции молодых ученых-преподавателей,  аспирантов. М.: Наука и кооперативное образование, 2005. 0,2 п.л.

50. В изгнании, но с надеждой // Деловой вестник «Российская кооперация», 2005, № 8. 0,4 п.л.

51. Концепция исследований экономической и кооперативной мысли русского зарубежья // Фундаментальные и прикладные исследования. 2005, № 3-4. 0,4 п.л.

52. Кооперация и социальный прогресс // Фундаментальные и прикладные исследования. 2005, № 1-2. 0,3 п.л.

53. Забытый резерв изучения кооперации // Социально-экономические проблемы развития кооперации в условиях рынка. Сборник статей. – Баку: Kooperasiya, 2004. 0,3 п.л.

54. Русский институт сельскохозяйственной кооперации в Праге // Идеология потребительской кооперации – идеология экономического  созидания, социальной солидарности, гражданской ответственности: Материалы научной конференции молодых ученых – преподавателей и аспирантов. – М.: Наука и кооперативное образование, 2004. 0,3 п.л.

55. Социально-экономические течения российской мысли: диалог прошлого и современности // Материалы международной научной конференции ППС и аспирантов кооперативных вузов стран СНГ. «Научный потенциал – кооперации». 8 февраля 2005г. М.: Наука и кооперативное образование. МУПК, 2005. (в соавторстве). 0,2/0,1 п.л.

56. Актуальные проблемы исследования социально-экономической мысли русского зарубежья // Общество – язык – культура: актуальные проблемы взаимодействия в XXI веке. Сборник трудов. М.: НИИ РЛ МГТУ им. Н.Э. Баумана. 2007. 0,4 п.л.

57. Забытый ученый кооператор // Кооперация России – социально ориентированный сектор экономики страны. Материалы Всероссийской конференции. М.: АНО ВПО ЦС РФ «Российский университет кооперации», 2007. 0,5 п.л.

58. Экономическая мысль русского зарубежья: начало издания академической серии научного наследия // Традиции и новации в кооперативном секторе национальной экономики. Материалы международной конференции ППС, сотрудников и аспирантов кооперативных вузов стран СНГ по итогам НИР в 2007г. – М.: Российский университет кооперации, 2008. 0,1 п.л.

59. Научная школа «Социально-экономическая мысль русского зарубежья» // Российский университет кооперации: научные школы и направления (выпуск 2). М.: Российский университет кооперации, 2008. 0,6 п.л.

60. Кооперация: концептуальный подход // Вестник Московского государственного университета приборостроения и информатики. Серия: Социально-экономические науки. М. 2010, № 30. 0,5 п.л.

61. Кооперативная мысль русского зарубежья: актуальность исследования // Развитие кооперации в период модернизации России. Материалы международной научно-практической конференции. М.: Российский университет кооперации. 2010. 0,2 п.л.

62. Экономическая теория кооперации: русский основоположник и современные исследования // Взаимодействие общества и государства в период модернизации России. Материалы Международной научной конференции профессорско-преподавательского состава, сотрудников и аспирантов вузов России и зарубежных стран по итогам научно-исследовательской работы в 2010г. – М.: Российский университет кооперации. 2011. 0,2 п.л.


1 Данилов В.П. Советская доколхозная деревня: социальная структура, социальные отношения. – М., 1979; Заславская Т.И. Распределение по труду  в колхозах. – М., 1966; Кузнецова Т.Е. Производственная сфера современного села. – М., 1986; Фигуровская Н.К. Развитие аграрной теории в СССР: конец 20-х–30-е годы. – М.: Наука, 1983; Голиков В.А. Важнейший этап развития сельскохозяйственной кооперации в СССР. – М., 1963; Булатов И.Г. Кооперация и ее роль в подготовке коллективизации. – М., 1960; Теория кооперации. Учебник для кооперативных вузов. – М., 1982; Абалкин Л.И. Избранные произведения. В 4 томах. – М., 2000; Петриков А.В. Сельскохозяйственная кооперация: теория, мировой опыт, проблемы возрождения в России / Соавт.: И.Н. Буздалов и др.– М.: Наука, 1997; Никифоров Л., Кузнецова Т. Судьба кооперации в современной России // Вопросы экономики. 1995. №. 1.

2 Социальная миссия потребительской кооперации: теория и практика управления. М., 2006; Ермаков В.Ф., Соловых Н.Н. и др. Управление социальной миссией потребительской кооперации. М., 2007.

3 Экономическая мысль русского зарубежья рассматривается в докторских диссертациях Г.В. Нинциевой, Ю.Н. Егорова и др.; Институт экономики РАН выпускает серию «Русское зарубежье: социально-экономическая мысль» в издательстве «Наука» (А.Д. Билимович. Кооперация в России до, во время и после большевиков. М.: Наука, 2005; Маслов С.С. Колхозная Россия. История и жизнь колхозов. – М.: Наука, 2007).

4 Русские коллекции Гуверовского института и Музей русской культуры. Интернетресурс, hoover.org/library-and-archives/collections; Ivan V. Emelianoff. Economic Theory of Cooperation. Economic Structure of Cooperative Organizations. Washington, 1942. Переиздания 1948 и 1995 годов.

5 Kaarlehto, P. 1956. On the Economic Nature of Cooperation. Stockholm; Phillips, R. 1953. Economic Nature of the Cooperative Association, Journal of Farm Economics, February; Pichette, Claude. 1972. Analyse Microeconomique et Cooperative. Sherbrooke; Robotka, F. 1947. A Theory of Cooperation, Journal of Farm Economics, February; Vienney, Claude. 1980. Socio-economie des organisations cooperatives, 2 vols. Paris; Walker, W.E. 1954. The Theory of the Firm Applied to Cooperatives. Wisconsin.

6 Бродская И.А. О двух концепциях кооперации в сельском хозяйстве: А.В. Чаянов и И. Емельянов // Кооперация. Страницы истории. Вып. 2. М., 1991. С. 131; Дешковская Н.С. Эволюция кооперативных форм организации агробизнеса в современной экономике. – Томск: Томский государственный университет, 2009. С. 21.

7 Один автор повторяет за другим утверждения, приписываемые И.В. Емельянову, в том числе, что «кооперативное объединение создается только в том случае, если все участники получают прибыль от совместной деятельности пропорционально вложенному капиталу» (см. Телицын В.Л. Иван Васильевич Емельянов и его исследование кооперации // Кооперация. Страницы истории. Вып. 6. М., 1997. С. 199-200; Пахомчик С.А., Падерин А.С. (см. Емельянов Иван Васильевич и его наследие как ученого и практика кооперации. Тюмень, 2003) перевели основной труд И.В. Емельянова на русский язык, но терминологические и библиографические сложности перевода оказались неадекватными (см. Емельянов И.В. Экономическая теория кооперации. Экономическая структура кооперативных организаций. Тюмень, 2005).

8 Alexis N. Antsiferov. Effect of the War upon Co-operative Credit and Agricultural Cooperation in Russia // The Cooperative Movement in Russia during the War. New Haven, London, 1929; А.Д. Билимович. Кооперация в России до, во время и после большевиков. – Франкфурт-на-Майне, 1955; А.Д. Билимович. Советская кооперация после второй мировой войны. – Мюнхен, 1960; И.В. Емельянов. Кооперативные организации среди земледельцев. – Прага, 1923; В.Ф. Тотомианц. Кооперация (история, принципы, формы, значение). – Франкфурт-на-Майне, 1961; Mariano Mariani, Il fatto cooperativo nell 'evoluzione sociale. Bologna, 1906; Coopration, the key to progress, Rome, 1972; A. Daud-Bancel, Coopratisme, Paris, 1901; Ch. Gide, Le Coopratisme, Paris, 1929; H. Handschin, Les principes de Rochdale et le cooprativism, Ble, 1938; G. Antonio, Cooperativas y cooperativismo, Buenos Aires, 1965; M. Santos, Cooperatismo y cooperativismo, Mexico, 1968; P. Baro, Tematica cooperativista, Barcelone, 1971; M. Digby, The world cooprative movement, London, 1948; J.M. Back, The cooprative movement today, Gtingen, 1961; M. Bonow, The cooprative movement and the protection of the consumer, Genve, 1960; Y. Hoyden, Cooprative movement in Japun, Tokio, 1958; P. Gartner, Die Genossenschaftsbewegung, Berlin, 1947; E. Poisson, Un plan de dveloppement pour le mouvement coopratif franais, Paris, 1931.

9 H. Bakken, Basic concepts. Principles and practice of coopration, Madison, 1963; E. Boettcher, R. Eschenburg, E. Grochla, Thorie und Praxis der Kooperation, 1972; K.R. Kulkarni Theory and practice of coopration in India and abroad, Bombay, 1955; L.E. Ramirez, Teoria cooprativa, Madrid, 1971; Ch. Gide, Le Programme cooperatiste, Paris, 1924; H.J. Seraphim, Die Genossenschaftliche Gesinnung und das moderne Genossenschaftswesen, Karlsruhe, 1956; M. Bonow, The cooperative movement, a period of trial, Stockholm, 1965.

10 В.Ф. Тотомианц. Основы кооперации. – Берлин, 1923; J. Warbasse, The cooprative way, Chicago, 1946; J. Warbasse, Cooprative Peace, Wisconsin, 1950; H. Infield, Cooprative communities at work, New York, 1947; E.Poisson, La Rpublique cooprative, Paris, 1920; B. Lavergne, L'Ordre coopratif, Paris, 1926; E. Balay, Bases del ordenamiento cooperativo de  la economia social,  BuenosAires, 1965; B. Lavergne, La rsolution cooprative ou le socialisme de l'Occi­dent. Trait gnral de la coopration de consommation. Insti­tutions et doctrines, Paris, 1949; B. Lavergne, Le socialisme visage humain: l'ordre coopratif, Paris, 1971; B. Lavergne, Le Socialisme coopratif, Paris, 1955; G. Lasserre, La Coopration ou le socialisme, Paris, 1950; A.  Sauvy, Le socialisme en libert, Paris, 1970; V.L. Metha, Towards a cooprative socialist Commonwealth, Bombay, 1965.

11 P. Lambert, La Doctrine cooprative, Paris, 1963; A. Antoni, La doctrine cooprative doitelle tre remise jour, Paris, 1966; Mladenatz, l'Histoire des doctrines coopratives, Paris, 1933; P. Marcos, A cooprative ideology for the New Asia, New Delhi, 1971; L. Almarcha, La cooperacion como sistema economico-social, Madrid, 1965; E. Panzoni, Naturaleza del sistema cooperativo, Buenos Aires, 1962; J. Warbasse, El sistemo cooperativo, Buenos Aires, 1946; B. Lavergne, Le Rgime coopratif. Paris, 1908; A. Garcia, Regimen cooperativa y economia latino-americana, Bogota, 1946; A. Frizzi, El regimen cooperativo. Una vision mundial, Montevideo, 1948; J.P. Warbasse, Cooprative democracy, New York, 1947; K. Heuer, Genossenschaftliche Demokratie als Fuhrungsausgabe, Berlin (RDA), 1968.

12 А.Н. Анцыферов. Курс кооперации. Изд. Y.M.C.A. – Париж, 1930; Ivan V. Emelianoff. Economic Theory of Cooperation. Economic Structure of Cooperative Organizations. Washington, 1942; А.Д. Билимович. Кооперация в России до, во время и после большевиков. Франкфурт-на-Майне, 1955; Fauquit G., Le secteur cooperative, AISCD, (1935), 1965; J. Baker, Cooprative enterprise, New York, 1937; F.C. Helm, The conomics of cooprative enterprise, London, 1968; C. Vienney, L'Economie du secteur coop­ratif franais, Paris, 1966; G. Lasserre, Le Sec­teur coopratif et la protection des consommateurs, Paris, 1958; W. Sommerhoff, Dinamismo de la economia cooperativa, Santiago, 1965.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.