WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

соболев роман савельевич

ФОРМИРОВАНИЕ энергоэффективной СТРУКТУРЫ промышленного производства как фактор  долгосрочного роста российской экономики

08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством

(экономика, организация и управление предприятиями, отраслями, комплексами; промышленность)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации  на соискание ученой степени доктора

экономических наук

Москва – 2011

Диссертация выполнена на кафедре основ экономической теории ГОУ ВПО «Московский институт электроники и математики (Технический университет)»

Научный консультант:  доктор экономических наук, профессор

Репникова Валентина Михайловна

  Официальные оппоненты: доктор экономических наук, профессор

  Родионов Иван Иванович

  доктор экономических наук, профессор

  Чернышов Борис Николаевич

доктор экономических наук, профессор

Бурлачков Владимир Константинович

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Государственный университет

управления»

Защита состоится  "27" мая  2011 г. В 15-00 в ауд. 250 на заседании диссертационного совета Д 212.198.01 при ГОУ ВПО «Российский государственный гуманитарный университет» по адресу: 125993, Москва, Миусская пл. д. 6.

С диссертацией можно ознакомиться в  читальном зале библиотеки ГОУ ВПО «Российский государственный гуманитарный университет».

Автореферат разослан " " апреля  2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета  Меркулов В.Н.

1. Общая характеристика работы

Актуальность проблемы. B 90-е годы XX века произошли кардинальные изменения в российской хозяйственной системе: трансформировалось не только конституционное устройство страны, но и принципы и методы управления национальной промышленностью. Это привело к нарушению механизма финансирования расширенного воспроизводства в стране, вызвав дестабилизацию темпов роста валового внутреннего продукта (ВВП) и национального дохода; консервацию устаревшей технологической структуры материального производства; увеличение энергоемкости технологической структуры промышленного производства и т.п. B результате усилилась зависимость национальной экономики от потенциала добывающих отраслей промышленности, экспортирующих сырье, а макротехнологической структуры материального производства - от импорта оборудования и научно-технической документации.

Основанная на этом технологическая структура российской промышленности была обусловлена тем, что с 1998 г. началось замещение трансформационного спада национальной экономики ее восстановительным ростом путем использования значительного потенциала простаивающих мощностей и огромного по объему морально и физически изношенного оборудования, возвращением профессионалов в производство и наличием инвестиционного бума. Ресурсной базой научно-технического прогресса на этой стадии, продолжавшейся до начала 2008 г., был масштабный рост невозобновляемых источников сырья, материалов и энергии, что поддерживало экономический рост, обеспечивало увеличение благосостояния населения, сокращало бедность, нивелировало климатические катаклизмы. Это привело к доминированию «ресурсорасточительной» энергоемкой технологической структуры национальной промышленности, необходимость отказа от которой продиктовал глобальный экономический кризис 2008-2009 гг.

Повышение энергоэффективности российской промышленности в посткризисный период, с одной стороны, определяется системообразующей ролью российской электроэнергетики в структурных взаимосвязях со всеми сферами экономической деятельности на национальном уровне, значимость которой многократно возрастает вследствие  ускоряющейся интеграции России в мировую экономику. С другой стороны, глобальный экономический кризис продемонстрировал научную и практическую значимость проблемы предотвращения в будущем резкого падения ВВП стран мира путем реализации экономического потенциала эффективности их топливно-энергетических комплексов. Являясь системообразующей структурой глобальной экономики, они способны генерировать и поддерживать экономический рост, обеспечивать увеличение благосостояния населения, сокращать бедность, нивелировать климатические катаклизмы без дополнительных капиталовложений: путем повышения энергоэффективности национальных и мировой экономических систем.

В течение длительного времени ускорение научно-технического прогресса и увеличение производства невозобновляемых источников энергии происходило за счет масштабных затрат капитала,  что, с одной стороны, положительно сказалось на образе жизни массового среднего класса в развитых и растущего среднего класса в развивающихся странах. С другой стороны, этот процесс сопровождался  быстрым поступательным ростом цен на энергоносители, что не могло не проявиться в «энергорасточительной» модели развития национальных экономик, необходимость отказа от которой продиктовал глобальный экономический кризис 2008-2009 гг.

Основная проблема заключается в сложившихся моделях хозяйствования и потребления энергоресурсов. Под влиянием роста цен на нефть с середины 1970-х годов нефтеемкость валового внутреннего продукта (ВВП) стран ОЭСР снизилась вдвое, но одновременно выросло потребление атомной энергии (до 1982 г.) и природного газа. Кроме того, энергоэкономичность роста в развитых странах значительно перекрывалась повышением спроса на энергоносители в развивающихся. В условиях посткризисного развития невозможно обеспечить прежний рост потребления первичной энергии на уровне более 2% в год в течение длительного периода времени. В результате приоритетными стали структурная перестройка глобального и национальных промышленных производств и кардинальное изменение гедонистической психологии потребителей топливно-энергетических ресурсов.

Переход на энергосберегающий путь развития и формирование энергоэффективного общества — магистральный путь развития всей мировой цивилизации, поскольку обеспечивает  значительно более дешевое наращивание производства энергии. Для этого России, по расчетам специалистов Всемирного банка1, следует вложить  примерно 350 млрд. долл. в современные коммерчески распространенные технологии, что позволило бы сэкономить порядка 45% внутреннего потребления энергии.

Однако долгосрочная стратегия ориентации внутренних инвестиций на энергосбережение означает формирование механизма кардинальных изменений в технологической структуре промышленности, характере энергопотребления и образе жизни россиян, в структуре спроса в макроэкономике. Иной должна стать и структура инвестиций по регионам, существенно измениться инфраструктура энергетики. Это повлечет за собой изменение системообразующих связей энергетики с другими сферами национальной экономики. Научная и практическая значимость решения данной проблемы постоянно растет по мере ускорения процессов перестройки мировой экономики, нацеленной на снижение ее энергоемкости — у России есть определенное время на адаптацию к новым тенденциям, но нет перспектив бесконечно получать природную ренту за счет потребителей ее топливно-энергетических ресурсов на мировом рынке.

В силу технологической сложности такого поворота (пусть и постепенного) для успешной модернизации страны необходим переход не только к инновациям как основе развития, но и к другой системе связей энергетики и промышленности. Только такой системный маневр будет способствовать реальному повышению эффективности энергетического сектора и обеспечит отечественную  обрабатывающую промышленность и научный сектор долгосрочными предсказуемыми заказами.

Однако современный кризис развеял иллюзию избыточности мощностей, которая сохранялась вплоть до начала 2000-х годов, поскольку весь мнимый запас генерации и сетевой инфраструктуры были практически полностью исчерпаны потребностью посткризисного возрождения экономики. Эта проблема усугубилась природными катаклизмами летних месяцев 2010 г. с небывалой жарой и торфяными и лесными пожарами, что привело к увеличению потребления электроэнергии как для бытовых, так и промышленных нужд. В этих условиях от успехов в формировании энергоэффективной структуры национальной промышленности напрямую зависят оптимистические прогнозы завершения посткризисной депрессии и начала устойчивых темпов роста ВВП России.

Объективная оценка показывает, что в ближайшие годы дефицит электроэнергии может оказаться серьезным сдерживающим фактором развития российской промышленности. Для обеспечения устойчивого роста российской экономики должны произойти масштабные системные перемены в электроэнергетике. О механизме этих перемен невозможно размышлять, исходя только из краткосрочных представлений о развитии экономики – многое может оказаться за кадром, фундаментальные тенденции и системные сдвиги в стране и мире могут оказаться непонятными и неучтенными. Увидеть их и сформировать соответствующую им технологическую структуру промышленности можно, лишь разрабатывая и реализуя долгосрочную стратегию повышения ее энергоэффективности.

Все эти и другие проблемы предопределили актуальность темы диссертационного исследования, его цель и задачи.

Степень разработанности темы исследования.  Мировая экономическая литература изобилует публикациями, посвященными исследованию состояния и тенденций устойчивого развития глобальной энергетики как важнейшей проблемы общемировой значимости, связанной с повышением энергоэффективности промышленного производства.

В отечественной экономической литературе  широко представлены разработки Международного центра устойчивого экономического развития, Института энергетической стратегии, Сибирского отделения Российской академии наук в области энергоэффективных технологий, Института энергетических исследований РАН (ИНЭИ РАН), Энергетического института им. Г.М. Кржижановского (ЭНИН), Института систем энергетики им. Л.А. Мелентьева (ИСЭМ РАН), Центра по эффективному использованию энергии (ЦЭНЭФ).

Исключительно результативной является разработанная Ю.В. Яременко теория и  методология исследования многоуровневой экономики, которая, будучи творчески преобразована, была развита Г.Б. Клейнером в концепцию системного ресурса экономики как совокупности действующих или потенциальных экономических систем. Теоретическим продолжением этой проблематики является разработанная Башмаковым И.А. методология оценки потенциала повышения энгергоэффективности в качестве значимого ресурса экономического роста.

Большой глубиной и структурной детализацией отличаются справочно-аналитические материалы, подготовленные Мастепановым А.М. или под его редакцией, которые посвящены структурным характеристикам топливно-энергетического комплекса (ТЭК) России, его минерально-сырьевой и ресурсной базе с анализом показателей развития электроэнергетики и топливной отрасли.

Фундаментальные работы, посвященные истории мировой электроэнергетики, развитию ее производственных мощностей, подготовлены сотрудниками ИНЭИ РАН  под руководством Макарова А.А.

Целевое видение долгосрочного развития российской электроэнергетики довольно успешно разрабатывалось под руководством Вайзинхера Б.Ф. такими отечественными учеными и практиками, как Варов П.Н., Митюшин В.С., Шиленин С.В. и др.

Все больше ученых и практиков рассматривают устойчивое посктризисное развитие только в рамках глобальной системы, органично связывающей три элемента - «энергетику-экономику-экологию» - и названной стратегией «3 Э». Речь идет об исследованиях Международного энергетического агентства, Всемирного совета по энергетике, Energy Research Associates в Кембридже, Оксфордского института энергетических исследований, Всемирного банка, Международной финансовой корпорации, Международного валютного фонда.

В рамках проектов международных организаций над проблематикой мировой электроэнергетики плодотворно работали такие зарубежные авторы, как Марсио Барбоза, Клод Мандиль, Джон Митчелл, Вальтер Эрделен, Осман Беншик, Али Сайях, Юрген Шмит,  и др.

  Нельзя не упомянуть успешный международный проект разработки «Белой книги» - документа чрезвычайного характера в области энергетики с изложением проблем и намечаемых мер по их решению, в котором участвовали Агафонов А.В., Арслангулов У.Ю., Беляев Л.С., Бушуев В.В., Волков М.Е., Громов А.И., Куричев Н.К., Ластовская М.Р., Марченко О.В., Первухин В.В., Сафиуллин Т.Р., Соломин С.В., Сурикова П.М., Сухорученко Н.В., Филиппов С.П., Вальтер Эрделен, Осман Беншик, Али Сайях, Юрген Шмит,  и др.

Внимательное прочтение перечисленных работ позволяет сделать вывод о том, что использование огромных энергетических ресурсов России должно быть скорректировано не только и не столько в связи с национальными экономическими и политическими целями, сколько с учетом последствий планетарного масштаба в контексте ратификации Киотского протокола.  Открытым остается вопрос о механизме повышения эффективности российской электроэнергетики  в долгосрочной перспективе в качестве одного из важнейших факторов стабилизации темпов роста национальной экономики, по которому Россия значительно уступает другим странам-экспортерам топливно-энергетических ресурсов.

Кризис 2008-2009 гг. сделал очевидным тот факт, что теоретический и практический опыт западных стран в области становления энергоэффективной экономики содержит немало полезного для практики России. Ho существенные различия в правовом поле, в традициях государственного регулирования в разных странах весьма широки и обусловлены, прежде всего, историческими условиями, конституционными традициями, формами государственного устройства и управления, спецификой организации структурных связей в реальном секторе экономики и т.д. В этой связи возникает проблема не только адаптации зарубежного теоретического и практического опыта к российским условиям, но и разработки модели формирования энергоэффективной промышленной структуры в России, которая позволила бы многократно превзойти достижения в повышении энергоэффективности промышленности эволюционно развивающихся хозяйственных систем.

Научной гипотезой диссертационного исследования является предположение о том, что:

во-первых, структурный кризис, инициированный глобальной экономической разбалансированностью, поставил вопрос о фундаментальной причине кризиса сложившейся парадигмы производства и потребления, решение которого возможно лишь при условии ускоренного формирования наукоемкой структуры современного промышленного производства и обеспечения роста наукоемкого сегмента национальной промышленности темпами, превышающими макроэкономическую динамику; 

во-вторых, для решения этой проблемы необходимы колоссальные инвестиционные ресурсы, которые способны за короткий срок обеспечить качественное изменение структуры национальной промышленности. Однако отсутствие необходимой ресурсной базы для финансирования «технологий широкого применения» на стадии «инновационной паузы» может быть достаточно успешно восполнено инвестиционным эффектом от мероприятий по многократному повышению энергоэффективности в национальной промышленности;

в-третьих, такое изменение инвестиционных приоритетов позволит не  только подготовить энергоэффективную технологическую структуру промышленного производства, способную реализовать новый виток научно-технической спирали, но и накопить необходимую для него ресурсную базу, что в совокупности  приведет в действие механизмы компенсации и замещения в межотраслевых сдвигах в промышленности, которые, в конечном счете, обеспечат формирование ее наукоемкой структуры на стадии посткризисного развития экономики;

в-четвертых, реализация потенциала энергоэффективности во всех сферах национальной промышленности может объективно сопровождать  научно-технический прогресс в контексте расширения масштабов разработки и внедрения «технологий широкого применения» только при условии адекватного институционального  обеспечения мотивационных аспектов энергосберегающего поведения хозяйствующих субъектов на всех уровнях национальной промышленности;

в-пятых, в силу универсальности проблем формирования механизма формирования энергоэффективной структуры национальной промышленности государство должно разработать систему мер промышленной политики, нацеленных максимально на обеспечение приоритетов энергосбережения во всех промышленных отраслях и комплексах при условии оптимального сочетания инструментов структурно-инвестиционного и инновационно-инвестиционного порядка, ориентированных на максимизацию эффекта энергоэффективности в промышленности в контексте экономии инвестиционных ресурсов в показателях долгосрочного экономического роста.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования является отраслевая структура российской промышленности, дифференцированная по энергоэффективности, в контексте реализации технологического, рыночного и  экономического потенциалов  промышленных предприятий как важнейшего фактора долгосрочного роста российской экономики.

Предмет исследования - принципы, направления и механизмы организационно-экономического, экономико-технологического и финансового обеспечения механизма повышения энергоэффективности  российской промышленности в долгосрочном периоде.

Цель диссертационного исследования состоит в том, чтобы на основе системного анализа выявить особенности современного состояния и основные глобальные тенденции развития энергоэффективных структур национальных промышленных производств, определить факторы их ускорения, дать оценку эффекта замещения инвестиций в расширенное воспроизводство инвестициями в энергосбережение в промышленности и разработать подходы к формированию оптимального организационно-экономического, экономико-технологического и финансового механизмов реализации потенциала энергоэффективности c целью обеспечения  ускоренного роста национальной экономики в долгосрочной перспективе.

Поставленная цель предопределила необходимость решения следующих основных задач:

- обобщить теоретические концепции экономического роста национальной промышленности с целью выявления факторов повышения энергоэффективности макротехнологической структуры и функций системообразующих отраслей в условиях кардинальной трансформации институциональной и экономической среды хозяйственной деятельности  в стране;

- разработать концептуальные подходы к исследованию закономерностей мультипликации эффекта сокращения энергоемкости по системе межотраслевых связей в промышленности, условий  формирования современных энергоэффективных отраслей, определяющих научно-технический прогресс, в структуре национальной промышленности, а также определить инструментарий анализа внутри- и межотраслевого их взаимодействия;

- выявить причины изменения эффективности промышленного производства в зависимости от состояния его энергосберегающей структуры, различных сочетаний интенсивных и экстенсивных, эндогенных и экзогенных факторов с учетом изменения функций электроэнергетики в национальной промышленности и макроэкономике;

  • определить системообразующую роль ТЭК в целом и электроэнергетики, в частности, в системе национального воспроизводства, установить корреляционные связи показателей динамики электроэнергетики, промышленного производства и макроэкономики в целом в показателях эластичности;
  • определить механизм интеграции вертикально интегрированной электроэнергетики в систему межотраслевых связей в макроэкономике, что позволит выявить технологический, экономический и рыночный потенциалы ее энергоэффективности как основы снижения энергоемкости промышленного производства и валового внутреннего продукта, а также стабилизации экономического развития страны в долгосрочном периоде;

- определить организационно-экономические и экономико-технологические факторы роста энергоэффективности макротехнологической структуры c учетом технологического, рыночного и финансового потенциалов промышленного производства, его отраслевой принадлежности и территориального размещения;

  • провести комплексный анализ современного положения электроэнергетики России в контексте выявления факторов, препятствующих росту ее эффективности и снижению энергоемкости валового внутреннего продукта  страны на разных стадиях структурно-технологических сдвигов в национальной промышленности;

-        разработать методические подходы к оценке энергоемкости национальной промышленности, позволяющие осуществить количественные и качественные расчеты динамики валовой добавленной стоимости в российской промышленности в зависимости от структуры  и использования  факторов производства с целью повышения общей хозяйственной энергоэффективности;

- выделить основополагающие факторы неэффективности электроэнергетики с точки зрения энергоемкости технологической структуры  промышленного производства в российской экономике для обоснования специфики механизма мультипликации эффекта энергоэффективности в национальной промышленности;

-        обобщить методологию выделения энергоэффективного сектора экономики и
провести сравнительный анализ отечественных промышленных предприятий c
точки  зрения  энергоэффективных технологий,  а также  дать  количественную  оценку возможностей их ускоренного развития и влияния на формирование механизма мультипликации положительного результата;

- обосновать методику многокритериальной оценки энергоэффективности различных отраслевых групп, а также определить конкретные направления формирования адекватной инфраструктуры, позволяющей ускорить развития энергоэффективных производств;

- определить концептуальные подходы к разработке основных направлений промышленной политики государства с ориентацией на повышение энергоэффективности макротехнологической структуры в качестве факторов роста российской промышленности в посткризисный период;

-        разработать эффективные методики оценки различных моделей повышения энергоэффективности макротехнологической структуры российской промышленности в зависимости от механизмов реализации ее научно-технологического потенциала на разных этапах процесса воспроизводства c целью структурирования по приоритетам ее внешних и внутренних факторов роста.

Теоретической и методологической основой диссертационного исследования послужили труды отечественных и зарубежных ученых по проблемам энергоэффективного развития национальных и глобальной экономических систем, основой которого является реализация технологического потенциала энергоэффективности электроэнергетики. Основной акцент был сделан на изучение публикаций по формированию адекватных стратегических ориентиров долгосрочного развития электроэнергетики с учетом энергетической безопасности, энергетической эффективности экономики, фискальной эффективности электроэнергетики, а также экологической безопасности. При этом в качестве необходимых нормативных факторов, обеспечивающих эффективность механизма реализации стратегии развития электроэнергетики, рассматривались меры по созданию рациональной рыночной среды (тарифного, налогового, антимонопольного регулирования и институциональных преобразований в отрасли); система перспективных технических регламентов, национальных стандартов и норм, повышающих энергоэффективность российской промышленности и стимулирующих энергосбережение в различных отраслевых комплексах; а также инструменты стимулирования и поддержки стратегических инициатив хозяйствующих субъектов в сфере реализации технологического, экономического и рыночного потенциалов энергоэффективности.

Работа выполнена в соответствии с пунктами 15.1. Разработка новых и адаптация существующих методов, механизмов и инструментов функционирования экономики, организации и управления хозяйственными образованиями промышленности, 15.2. Формирование механизмов устойчивого развития экономики промышленных отраслей, комплексов, предприятий, 15.15. Теоретические и методологические основы эффективности развития предприятий, отраслей и комплексов народного хозяйства, 15.19. Методологические и методические подходы к решению проблем в области экономики, организации управления отраслями и предприятиями топливно-энергетического комплекса паспорта научной специальности ВАК РФ 08.00.05 – «Экономика и управление народным хозяйством».  При разработке и решении поставленных задач применялись общенаучные методы познания: системный подход, анализ и синтез, группировка, статистический, сравнительный, качественный и количественный анализ теоретического и практического материала, обобщения.

Информационной базой диссертационного исследования послужили официальные статистические материалы, аналитические и нормативные данные Росстата и ГП «ЦДУ ТЭК», Минэнерго России, Минэкономразвития России, Минприроды России, Федеральной таможенной службы, Международного центра устойчивого экономического развития, Института энергетической стратегии, Сибирского отделения Российской академии наук в области энергоэффективных технологий, Института энергетических исследований РАН, Центра по эффективному использованию энергии, а также Фонда «Институт энергетики и финансов».

Использовались материалы международных организаций: ОПЕК, Международного энергетического агентства, Всемирного совета по энергетике, Energy Research Associates в Кембридже, Оксфордского института энергетических исследований, Всемирного банка, Международной финансовой корпорации, Международного валютного фонда.

Применялись данные монографических исследований отечественных и зарубежных ученых по рассматриваемой проблеме, федеральные и региональные программы социально-экономического развития, материалы научных и научно-практических конференций и семинаров, а также первичные материалы, собранные и обработанные автором в ходе выполнения исследования.

Научная новизна диссертации состоит в том, что в ходе исследования выработан и обоснован научно-методический инструментарий анализа закономерностей и основных факторов формирования и развития энергоэффективной структуры национальной промышленности. Структурирован механизм повышения эффективности электроэнергетики России в качестве системообразующей отрасли промышленности, способной мультиплицировать положительные эффекты по системе межотраслевых связей и проявляться в показателях роста энергоэффективности как электроэнергетики, так и национальной промышленности и макроэкономики в целом. Определены основные элементы организационно-экономического, экономико-технологического и финансового механизмов повышения энергоэффективности российской промышленности, а также разработаны практические рекомендации реализации промышленной политики государства, нацеленной на формирование энергоэффективной структуры промышленного производства с целью обеспечения долгосрочного роста экономики.

B результате проведенного исследования на защиту выносятся следующие положения, обладающие научной новизной:

1. Теоретические подходы к трактовке закономерностей изменения макротехнологической структуры национальной промышленности в контексте реализации технологического, экономического и рыночного потенциалов  энергоэффективности ее отраслевых групп, в рамках которых:

-        выявлены характеристики макротехнологической структуры промышленности, факторы ее изменений в процессах компенсации и замещения массовых и качественных ресурсов и технологий, соответствующих энергоэффективным и энергоемким производствам, а также специфика их проявления в иерархии технологических уровней производств, различающихся  технологическим, экономическим и рыночным потенциалами энергоэффективности;

- определены особенности функционирования механизмов балансирующего замещения и компенсации системных ресурсов экономики и технологий, определена их роль  в формировании межуровневых технологических взаимодействий, определяющих энергоэффективность национальной промышленности;

- обоснована особая роль электроэнергетики, определяющей развитие отраслевых групп в реализации механизма балансирующего замещения в макротехнологической структуре российской промышленности, ориентированного на рост энергосбережения в промышленном производстве;

- доказано существование количественных зависимостей между высокими и низкими уровнями  макротехнологической структуры материального производства, которые необходимо учитывать при моделировании роста энергоэффективности национального производства;

- определена роль финансовых факторов повышения энергоэффективности макротехнологической структуры реального сектора экономики во взаимодействии с кредитно-банковскими институтами, обеспечивающих функционирования механизма балансирующего замещения  энергоемких по иерархическому расположению технологических уровней макротехнологической структуры российской промышленности энергосберегающими структурами.

2.        Результаты научного анализа текущего состояния факторов и
возможностей  их  реализации  в  процессе  формирования  энергоэффективной структуры национальной промышленности, в ходе которого:

  1. выявлены  тенденции  и особенности  развития промышленности вообще и электроэнергетики, в частности, в конце 80-x - 90-х годах XX в. и в начале XXI в.;
  2. определены  взаимосвязи общеэкономических и научно-технических условий,  тенденций  и  показателей кризисного развития российской промышленности  в контексте использования потенциала энергоэффективности в различных отраслях промышленности в 1991-1998 гг. XX в.;

-        выделены факторы повышения энергоэффективности структуры российской промышленности и механизм ее перехода к инвестиционному развитию в контексте отраслей, определяющих потенциал энергоэффективности промышленного производства, в 1999-2008 гг.;

- определены особенности реакции национальной промышленности на кризис 2008-2009 гг. и выявлены тенденции изменения энергоемкости национальной промышленности во взаимосвязи с макроэкономической динамикой;

- обоснованы особые функции российской электроэнергетики в качестве отрасли, способной генерировать процессы энергосбережения по всей цепочке структурных связей технологически  взаимосвязанных подсистем национальной промышленности, а  также в роли кризисного нетто-кредитора всех потребителей электрической и тепловой энергии, располагающего возможностью балансировать систему макроэкономических связей в условиях дефицита необходимых финансовых ресурсов.

3.        Актуальные направления развития эффективных форм
организации энергосберегающих  производств как основы формирования энергоэффективной структуры национальной промышленности, а именно:

- проанализирована и обоснована необходимость и возможность оптимального использования имеющихся производственных мощностей (капитала) в стране; накопления капитала, а также технологического, экономического и рыночного потенциалов энергоэффективности как основы инвестиционного обеспечения энергосберегающих производств;

- исследованы особенности адаптации  национальной промышленности  к требованиям заданного извне технологического прогресса и обоснованы институциональные факторы, обеспечивающие быстрое распространение его эффекта в области энергосбережения для формирования энергоэффективной технологической структуры национального производства;

-  предложены варианты сочетаний факторов краткосрочного и среднесрочного роста энергоэффективности отраслей промышленности, способные обеспечить действие механизма балансирующего замещения энергорасточительных технологических уровней структуры материального производства энергосберегающими;

- выявлена взаимосвязь экономических и научно-технических условий  повышения энергоэффективности отраслей промышленного производства, позволяющая расширить возможности реализации экономического и рыночного потенциалов энергоэффективности с целью повышения годовых темпов роста валового внутреннего продукта за счет положительного эффекта механизма балансирующего замещения энергосберегающими производствами энергоемких;

- обоснованы критерии эффективности первых итогов реформирования вертикально интегрированной структуры электроэнергетики в контексте оптимизации  соотношения естественно монопольной и конкурентной составляющих отрасли с оценкой: функций государства в качестве мегарегулятора;  результатов расширения конкурентных начал в секторах производства и сбыта электроэнергии; факторов обеспечения недискриминационного доступа всем производителям и потребителям электроэнергии к инфраструктуре рынка;

- разработан методический подход к оценке системного показателя  эффективности российской промышленности на основе сопоставления количественных и качественных характеристик технологического, экономического и рыночного потенциалов энергоэффективности различных отраслей промышленности, позволивший провести комплексный анализ факторов неэффективности российской электроэнергетики,  обусловливающих их причин и возможностей их устранения.

4.        Перспективные формы институционального обеспечения инвестиционных приоритетов - ускоренного развития энергосберегающих производств в России в качестве важнейшего фактора долгосрочного роста национальной экономики, предполагающие:

- целевое программное финансирование обосновано в качестве одного из наиболее перспективных инструментов инвестирования в энергоэффективную структуру промышленности;

- институциональное обеспечение приоритета различных форм привлечения комплексных источников финансирования энергосберегающих технологий в различных отраслях промышленности;

- преимущества создания общенациональных центров трансфера энергосберегающих технологий в качестве важнейшего элемента системы повышения энергоэффективности национального производства и в ее рамках фискального стимулирования перехода энергоэффективных предприятий к более сложным и эффективным энергосберегающим технологиям, способствующим росту их конкурентоспособности на глобальном экономическом пространстве.

5.        Модель        организационно-экономического, экономико- технологического и финансового механизмов  ускоренного формирования
энергоэффективной структуры промышленного производств за счет реализации экономического и рыночного потенциалов энергоэффективности на уровне отраслей и предприятий в качестве необходимого условия их долгосрочного развития, а именно:

- принципы и содержание процессов  формирования соответствующей инфраструктуры энергоэффективного промышленного производства;

- структура механизма повышения эффективности российской электроэнергетики, нацеленного на устранение существующих препятствий росту этого показателя в соответствие с целевой функцией этой вертикально интегрированной отрасли, подчиненной стратегической цели формирования основ  энергосберегающей технологической структуры промышленного производства;

-  элементы экономико-технологического механизма ускоренного развития энергоэффективных производств, а также их функции и условия адекватной реализации;

- факторы и обобщенные показатели, характеризующие эффективность механизмов финансирования процессов коммерциализации энергосберегающих технологий.

6.        Предложения и практические рекомендации по реализации факторов        формирования энергоэффективной макротехнологической структуры национальной промышленности в качестве основы для формирования прогнозов развития энергоэффективного сектора  промышленности  РФ  в  средне-  и
долгосрочной перспективах, в рамках которых:

- предложены направления формирования межотраслевых интегрированных структур малого и крупного бизнеса как участников процесса коммерциализации энергосберегающих технологий;

-  обоснованы пути формирования института трансферта посредников на рынке энергосберегающих технологий, которые должны быть доступны всем отраслевым группам;

- сформулирован комплекс мер по реализации западного опыта внедрения энергосберегающего поведения промышленных предприятий – потребителей электрической и тепловой энергии;

- предложены меры по адаптации западного опыта продвижения научно-технических результатов в области энергосбережения на рынки и поддержки энергосберегающих проектов в национальной промышленности;

- разработан механизм стимулирования инвестиционной активности в сфере внедрения энергосберегающих технологий как мотивационной составляющей механизма формирования энергоэффективной структуры промышленного производства в России;

- даны рекомендации по адекватному инфраструктурному обеспечению ускоренного развития энергоэффективных отраслей российской промышленности;

- структурированы конкретные меры, различающиеся срочностью, затратностью и энергосберегающему эффекту, структурирование которых позволит сформировать целостный механизм повышения эффективности электроэнергетики как системообразующей отрасли ТЭК, генерирующий прямые и косвенные эффекты снижения энергоемкости во взаимосвязанных отраслях промышленности и сферах национальной экономики.

Теоретическая и практическая значимость результатов исследования. Теоретическая значимость диссертационной работы заключается в том, что сформулированные в ней концептуальные положения и выводы позволяют более глубоко исследовать вопросы формирования эффективного организационно-экономического и экономико-технологического механизмов, обеспечивающего ускоренное внедрения энергоэффективных технологий в российскую промышленность, а также разработать основные направления и практические рекомендации по формированию эффективной энергетической и промышленной политики  государства в России в интересах поступательного, целенаправленного и сбалансированного внедрения энергоэффективной структуры национальной промышленности. Более конкретно теоретическая значимость диссертационного исследования заключается в следующем.

Во-первых, разработка концептуальных основ выявления организационно-экономических факторов формирования энергоэффективной макротехнологической структуры национальной промышленности и их воздействия на механизм ускоренного развития энергосберегающего комплекса представляет собой новое направление в исследовании и развитии современных взглядов на процесс обеспечения устойчивого экономического роста отечественной экономики в условиях посткризисного развития.

Во-вторых, результаты комплексного научного анализа развития электроэнергетики в качестве системообразующего сегмента промышленности РФ позволяют сформировать представление о специфических механизмах ускоренного внедрения энергосберегающих технологий и поведения во все сферы национальной промышленности и экономики,  а также оценить народнохозяйственный эффект для развития российской экономики в целом и наметить мероприятия по формированию адекватной  инфраструктуры обеспечения их результативности.

В-третьих, исследование современных научных взглядов на роль государства в регулировании промышленной и энергоэффективной деятельности свидетельствует о возрастании его влияния на процесс формирования эффективного организационно-экономического механизма, обеспечивающего адекватную реализацию специфических функций и особенностей формирующейся в настоящее время новой системы воспроизводства с энергоэффективными отраслями промышленности, по сравнению с традиционной системой воспроизводства.

Практическое значение проведенного диссертационного исследования состоит в том, что изложенные в нем выводы, предложения и рекомендации могут быть учтены и использованы:

  - различными органами государственной власти и управления при разработке и осуществлении конкретных мер по реализации факторов ускоренного развития энергоэффективного комплекса российской промышленности за счет формирования организационно-экономического, экономико-технологического и финансового механизмов внедрения энергосберегающих  национальных проектов, нацеленных на расширение новейшего энергоэффективного отраслевого комплекса в макротехнологической структуре воспроизводства;

- топ-менеджерами различных интегрированных структур, энгергоэффективных предприятий высокотехнологических отраслей промышленного комплекса при реализации мероприятий по коммерциализации энергосберегающих технологий, а также реализации партнерских форм сотрудничества в сфере повышения энергоэффективности всей промышленной структуры;

  - в процессе преподавания экономических и управленческих дисциплин
в высших учебных заведениях высшего профессионального и дополнительного
образования Российской Федерации;

- при проведении научно-исследовательских работ, связанных c организационными, управленческими, научно-теоретическими, экономическими и правовыми проблемами обеспечения ускоренного развития высокотехнологических, наукоемких производств, а также в реальной практике деятельности инновационно-активных промышленных предприятий России.

Апробация работы. Теоретико-методологические выводы и научно-практические рекомендации, содержащиеся в настоящей диссертации, докладывались на тематических межвузовских научных семинарах, проводимых в Москве, Липецке, Кургане. Ряд фундаментальных положений предлагаемого исследования обсуждались на международных научно-практических конференциях, посвященных проблемам посткризисного развития российской промышленности в 2002-2009 гг.

Многие положения диссертации содержатся в монографиях, статьях и тезисах докладов, используемых в образовательном процессе в высших учебных заведениях по дисциплинам «Менеджмент», «Экономика предприятия», «Экономическая теория и практика управления хозяйственными процессами».

Выводы и рекомендации диссертации были использованы рядом промышленных предприятий при разработке стратегии повышения энергоэффективности производства и повышения за счет этого конкурентоспособности выпускаемой продукции.

Публикация результатов исследования. Основные положения диссертационной работы опублико­ваны в 39 публикациях общим объемом 
116,94 п.л., в том числе в четырех монографиях объемом более 72 п.л. и 13 статьях, опубликованных в журналах из перечня ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, определенного ВАК. 

  Структура диссертации определена целями и задачами работы и включает:

ВВЕДЕНИЕ

  ГЛАВА 1.  Теоретические основы формирования технологической

  структуры промышленного производства

1.1. Концептуальные положения теории изменения технологической

  структуры национальной  промышленности

1.2. Становление  новой технологической структуры промышленности

в процессе замещения неэффективных производств более

эффективными

  1.3. Институциональное обеспечение технологических сдвигов в

структуре промышленного производства

ГЛАВА 2.  Энергосбережение в системе факторов изменения

технологической структуры промышленного

производства

  2.1. Технологическая структура промышленного производства и

потенциал его энергоэффективности

  2.2. Взаимообусловленность роста энергосбережения и экономии

финансовых ресурсов в механизме вытеснения энергоемких

технологий

  2.3. Оценка фактора энергоэффективности в повышении качества

технологической структуры  национальной промышленности

ГЛАВА 3.  Промышленный потенциал энергоэффективности в  российской

экономике в конце ХХ - начале ХХI вв.

  3.1. Динамика показателей энергоэффективности технологической

структуры российской промышленности

  3.2. Отраслевая структура потенциала энергоэффективности

промышленного производства

  3.3. Оценка экономического потенциала эффективности производства

и распределения электрической энергии

  ГЛАВА 4. Системообразующая роль электроэнергетики  в формировании

энергоэффективной  структуры национальной

промышленности

4.1. Электроэнергетика  - основа мультипликации  структурных 

  изменений в национальной промышленности

  4.2. Оценка экономического эффекта реформирования

  российской электроэнергетики

  4.3. Анализ показателей эффективности функционирования

электроэнергетики в показателях энергоэффективности

структуры  национальной промышленности

  ГЛАВА 5.  Препятствия на пути реализации технологического потенциала

  энергоэффективности  российской промышленности в

  долгосрочной  перспективе

5.1. Факторы, препятствующие реализации потенциала

  энергоэффективности электроэнергетики  в долгосрочном

  периоде

5.2. Основные барьеры на пути повышения энергоэффективности

  структуры промышленного производства

5.3. Западный опыт использования потенциала энергоэффективности

  в качестве фактора долгосрочного промышленного роста

ГЛАВА 6. Основные направления повышения энергоэффективности как

  ключевого фактора обеспечения  долгосрочного роста

  российской  экономики

  6.1. Институциональное обеспечение реализации целевой функции

российской электроэнергетики

  6.2. Завершение реформирования естественно монопольной и

свободно конкурентной структур в электроэнергетике 

  6.3. Совершенствование методологии тарифообразования

на электрическую и тепловую энергию в промышленности 

  6.4. Внедрение практики энергосбережения в поведение

потребителей электрической энергии в промышленности  

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Библиография

2. ОСНОВНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ,
ВЫНОСИМЫЕ НА ЗАЩИТУ

1. Природа научно-технического развития может быть понята лишь при условии анализа проблем изменения макротехнологической структуры национального воспроизводства и вопросов финансового порядка. Традиционно механизм экономического (промышленного) развития описывается с помощью таких показателей, как норма накопления и капиталоемкость (норма отдачи): при росте нормы накопления растут темпы экономического роста, и наоборот, если уменьшается норма накопления, то темпы роста непременно снижаются. В результате формируются определенные пределы, за рамками которых нельзя расширять норму накопления, поскольку полученный таким образом положительный эффект погашается снижением отдачи. На этой основе формулируются  рекомендации относительно оптимальной нормы накопления, при достижении которой ее увеличение, сопровождаемое снижением отдачи, не приводит к снижению темпов роста.

Однако эти рассуждения позволяют судить лишь о внешних формах проявления реальных процессов в макротехнологической структуре национальной промышленности, не раскрывают сути происходящих изменений. А между тем существуют внутренние механизмы их реализации, поскольку технологическая структура национальной экономики представляет собой взаимодействие ее различных уровней, в соответствии с которыми и осуществляется распределение материальных и финансовых ресурсов. Нижний уровень технологической структуры представлен массовыми ресурсами, дешевыми, доступными, но некачественными, дающими низкую отдачу и мало связанными с новыми технологиями. Соответственно более высокие уровни опираются на технологии и ресурсы более высокого порядка, позволяющие инициировать высокие технологии, обеспечивающие ускоренный рост наукоемкого производства. В процессе развития ограниченные запасы массовых ресурсов исчерпываются и замещаются ресурсами и технологиями более высокого технического уровня. Другими словами, существуют  определенные законы взаимодействия этих крупных технологических составляющих, посредством которого и осуществляется экономический рост.

В качестве теоретической основы диссертации были адаптированы  концепции многоуровневой экономики Ю.В. Яременко и системного ресурса экономики как совокупности действующих в экономике или потенциальных экономических систем Г.Б. Клейнера. Это позволило представить национальную промышленность в виде комплекса технологических уровней, разнородных по качеству используемых ресурсов, технологии и имеющих в результате разную энергоэффективность. Именном они опосредуют межотраслевые взаимосвязи, распределяя факторы производства – рабочую силу, оборудование, материалы, финансовые ресурсы и т.п. При этом нижние слои используют, следуя Ю.В. Яременко, массовые ресурсы, а верхние – качественные.

В основе экономического развития лежит изменение технико-экономической парадигмы, реализующей тот или иной уровень энергоэффективности производства. При этом он, в свою очередь, определяется потоками замещения массовых (малоэффективных) ресурсов теми, которые способны увеличить эффективность производства вообще и за счет сокращения потребления энергии, в частности. Пропорции между этими разнокачественными ресурсами могут меняться, однако при этом в национальном воспроизводстве обеспечивается одновременное сравнительно устойчивое сосуществование ресурсов различного качественного уровня. Именно это единство противоположных процессов в национальной промышленности является объективным требованием макроэкономического развития.

Ускоренное наращивание объема качественных (в нашем случае энергоэффективных в потреблении) ресурсов имеет два основных направления. Во-первых,  когда наличные качественные ресурсы используются преимущественно  в целях своего собственного воспроизводства, в результате чего создается некоторый замкнутый цикл. Во-вторых, когда широко используются компенсирующие возможности массовых ресурсов. Эти направления реализуются через систему межотраслевых связей, предопределяющих технологическую структуру производства.

Ограничения, накладываемые на потребление некоторых видов ресурсов с помощью бюджетных ограничений, приводит к формированию принципа неоднородности ресурсов, который предопределяет объективно сложившиеся нормы и пропорции. В результате формируется определенное соответствие между свойствами попадающих в группы производств ресурсов, особенностями технологии и качественными характеристиками выпускаемой продукции.

Экономику, нацеленную на максимально ускоренное воспроизводство качественных ресурсов, можно разделить  на несколько существенно различных по своему техническому уровню групп производств.  Подразделения, обладающие предпочтительными позициями при распределении качественных ресурсов, можно определить как подразделения высокого технологического уровня; подразделения, не имеющие таких предпочтительных позиций  или имеющих их в меньших масштабах, - как подразделения относительно более низкого уровня.  Если разноуровневые группы производств расположить в определенной последовательности – по их качественным рангам, - то ранг каждой группы будет выражаться одновременно характером технологии, свойствами вовлекаемых ресурсов и выпускаемой продукции, уровнем энергоэффективности, между которыми существует непосредственная взаимозависимость и вытекающее отсюда качественное единство.

Общая схема последовательно взаимодействия при этом такова: чем выше ранг отрасли, тем, соответственно, более высокого ранга ресурсы используются в ней в целях компенсации. При этом ранг компенсирующих ресурсов ниже ранга отрасли-потребителя; отрасль, выполняющая компенсирующие функции, в свою очередь, опирается в своем развитии на производство более низкого ранга. Чем в меньшем числе производственных структур концентрируются  качественные (энергоэффективные) технологии и ресурсы, тем большее число других подразделений подвергается ограничениям, тем больше спрос на избыточные ресурсы, тем шире их компенсирующие функции. И, наоборот, чем большим запасом массовых, малоэффективно используемых ресурсов обладает экономика, тем больше возможностей она имеет в применении системы хозяйственных приоритетов.

Если – величина прироста качественных ресурсов в экономике, то та часть, которая направляется для собственных нужд верхних уровней, может быть определена как  . В нижние уровни соответственно поступает величина . Как отмечалось выше, чем больше параметр а, тем выше темпы роста высших уровней (S). Одновременно с ростом этого параметра уменьшаются интенсивность замещающих воздействий (I1) и их глубина (G1) и растут интенсивность (I2) и глубина (G2) компенсирующих воздействий. В итоге происходит ускоренный (нелинейный) рост компенсирующих затрат, который тем больше, чем ниже народнохозяйственный коэффициент компенсации в связи с увеличением I2 и G2:

При относительном избытке массовых ресурсов последовательность всех перечисленных взаимосвязей ведет к ускоренному повышению темпов экономического роста. Темпы роста экономики выражаются, таким образом, последовательной связью следующих возрастающих функций: , , , , , , ,  , что отражает условия, когда — величина заданная и массовые ресурсы относительно избыточны.

Так создается некоторая иерархическая последовательность отраслей  и производств, взаимодействие между которыми построено по нисходящей линии на основе эффекта компенсации и которые лежат в основе формирования технологической структуры национальной промышленности. Экономический рост -это, в первую очередь, не количественное увеличение производства, а процесс изменения его технологической структуры за счет адаптации к ней состава ресурсов, их самовоспроизводства с постоянным выделением качественно новых элементов, инициирующих энергоэффективность. Количественное расширение производства - условие качественных изменений его технологической структуры. Его темпы определяются соотношением ресурсов на разных отраслевых уровнях, необходимостью приведения их во взаимное соответствие путем усиления или ослабления соответствующих компенсирующих или замещающих воздействий.

В современных условиях повышение качества технологической структуры национальной промышленности в значительной степени связано с ускоренным замещением энергоемких (массовых) технологий и массовых ресурсов качественными (энергоэффективными) факторами производства. Именно такие трансформации позволяют национальным экономикам в современных условиях возникшей «инновационной паузы» достигнуть наибольшего макроэкономического эффекта. Все это объективно выдвигает электроэнергетику на роль системообразующей сферы промышленности, которая определяет механизмы замещения массовых ресурсов качественными в процессах формирования энергоэффективной структуры промышленного производства.

Системообразующая роль электроэнергетики в мире обусловлено ростом потребления электрической энергии в мировой экономике в среднегодовом исчислении порядка 1,5-2% (рис. 1). Это приведет в 2030 г. к удвоению электропотребления в мире до  30 трлн. кВт·ч (15 трлн. кВт·ч - в 2005 г). При этом в три раза возрастет объем электроэнергии, произведенной за счет сжигания природного газа и достигнет в 2030 г. порядка 8,5 трлн. кВт-ч (2,6 трлн.кВт·ч. - в 2005 г. В России ТЭК оказывает определяющее воздействие на все стадии национального воспроизводства. В 2008 г. на долю ТЭК приходилось 25% ВВП, 48% налоговых и таможенных платежей, 68% валютных поступлений от экспорта, 28% от общего объема инвестиций в национальную экономику. Несмотря на снижение темпов роста добычи, производства и экспорта топливно-энергетических ресурсов в условиях глобального экономического кризиса, ТЭК во многом обусловливает долгосрочные тренды макроэкономического развития страны.

Рис. 1. Потребление первичной энергии в мире (в млрд. т нефтяного эквивалента)

Источник: EIA, International Energy Outlook 2008

Все это доказывает справедливость концептуального подхода, рассматривающего процессы повышения качества технологической структуры промышленного производства в показателях энергоэффективности через посредство механизма замещения качественными (энергоэффективными) технологиями и ресурсами массовых (энергорасточительных) факторов производства. В результате логично из всех отраслевых групп следует выделить электроэнергетику, посредством которой и действуют механизмы замещения и компенсации при формировании нового качества технологической структуры промышленности. Поставляя электрическую и  тепловую энергию потребителям, она, тем самым, способна перемещать всю систему промышленного производства уровню энергоэффективности.

Что касается российской электроэнергетики, то она имеет огромный потенциал энергоэффективности, а следовательно, и обеспечения экономического роста в стране. Однако в силу объективных причин она реализует свое особое качество структурообразования в технологической структуре производства  в негативном плане – превращаясь в препятствие на пути  его развития (таблица 1).

Другими словами, электроэнергетика приобрела особые функции в национальном воспроизводстве России, связанные со способностью  восстанавливать равновесие в межотраслевых связях на различных стадиях макроэкономической динамики. Эта роль электроэнергетики особенно значимо проявилась в условиях расширения системы неплатежей в России, когда  его организационная структура РАО «ЕЭС России» стала нетто-кредитором всех хозяйствующих субъектов разной отраслевой принадлежности, которые рассчитывались за электрическую и тепловую энергию денежными суррогатами или просроченными долгами. Именно эти специфические  функции электроэнергетики в системе экономических связей реализуются в способности отрасли оптимизировать их как в рамках многосложной системы национального производства, так и  в рамках территориально-производственных комплексов России.

Таблица 1

Энергоэффективность экономики России в 2008 г.

Наименование

2008 г.

Доля ТЭК, в %:

в ВВП

24,9

в налоговых поступлениях в бюджет страны

48,3

в экспортной выручке,

68,1

в общем объеме инвестиций

28,3

Энергоемкость ВВП:

т у.т./тыс. руб. (в ценах 2000 г.)

0,0816

в % к предыдущему году

94,9

в % к 2000 г.

66,9

Электроемкость ВВП:

кВтч/тыс. руб. (в ценах 2000 г.)

84,4

в % к предыдущему году

91,0

в % к 2000 г.

71,3

Душевое энергопотребление:

т у.т./чел

7,0

в % к предыдущему году

100,2

в % к 2000 г.

112,8

Источник: Составлено по данным Росстат, Минэкономразвития России, Минэнерго России, ГУ ИЭС, Энергетической стратегии России на период до 2030 года.

Для покрытия растущего спроса на электроэнергию России в ближайшие 2-4 года необходимо построить минимум 20 тыс. МВт новой генерирующей мощности. Если в 2000-е годы в стране строилось только 1-2 тыс. МВт в год, то возникает проблема адекватного обеспечения электроэнергией растущего спроса2. Другими словами, перспективы посткризисного развития России напрямую зависят от формирования энергоэффективной структуры национальной промышленности, что, в свою очередь, определяется повышением эффективности электроэнергетики, а, точнее, механизмом реализации технологического и экономического потенциалов ее энергоэффективности. 

2. Особенности структуры современной российской промышленности и механизм формирования факторов ее энергоемкости.

Современная Россия принадлежит к группе стран с очень высокой энергоемкостью ВВП. Риски ее сохранения весьма велики: снижение энергетической безопасности России и ее регионов из-за невозможности покрыть потребности растущей экономики в энергии и мощности; снижение потенциала экспорта энергоносителей как препятствие к выполнению Россией геополитической роли надежного поставщика энергетических ресурсов на внешние рынки (есть прогнозы, которые показывают, что снижение экспорта российского газа неизбежно); снижение шансов на успешную реализацию реформ и национальных проектов по причине отвлечения значительных средств на энергоснабжение и подключение; снижение конкурентоспособности энергоемкой российской промышленности на фоне падения цен на сырье на внешних рынках и роста цен на энергоносители на внутреннем рынке; рост нагрузки по оплате энергоносителей на семейные бюджеты, сохранение высокого уровня бедности и падение собираемости коммунальных платежей; необходимость масштабных инвестиций в ТЭК и соответствующего роста тарифов, который разгоняет инфляцию; высокая нагрузка коммунальных платежей на городские, региональные и федеральный бюджеты; высокий уровень загрязнения окружающей среды и сложности в выполнении обязательств по контролю за эмиссией парниковых газов3.

Снижение энергоемкости ВВП относится к  одному из важнейших исходных условий формирования вариантов развития экономики на период до 2020 г. (КДР-2020). Согласно прогнозам МЭР, 79-84%, прироста потребности России в энергии в 2011-2020 гг. должно быть покрыто за счет повышения энергоэффективности экономики страны, то есть повышение энергоэффективности должно стать основным энергетическим ресурсом экономического роста до 2020 г. в масштабе, превышающим в 2020 г. 1000 млн. тут, что превышает весь объем потребления энергии в России с 2007 г. В мировой экономике после 1974 г. за счет повышения энергоэффективности было обеспечено более половины совокупной потребности в энергетических услугах, и менее половины пришлось на суммарный вклад наращивания добычи нефти, газа, угля, производства электроэнергии на АЭС, ГЭС и использование возобновляемых источников энергии.

Таблица 2

Перспективы снижения уровней энергоемкости и электроемкости ВВП (%)

Целевые установки КДР-2020 по повышению энергоэффективности для «инновационного» сценария можно сформулировать количественно в следующей форме: снизить энергоемкость ВВП на 40% и получить экономию энергии свыше 1000 млн. тут. Это очень амбициозные задачи. Добыча нефти в 2007 г. составила 702 млн. тут, добыча природного газа – 748 млн. тут, добыча угля – 190 млн. тут, производство электроэнергии на АЭС – 60 млн. тут. Ресурс повышения энергоэффективности должен дать эффект, превышающий добычу газа. Без развития соответствующей отрасли решение этой задачи невозможно, а неспособность решить такие задачи означает снижение экспорта энергоносителей и замедление темпов экономического роста.

В России ТЭК оказывает определяющее воздействие на все стадии национального воспроизводства. В 2008 г. на долю ТЭК приходилось 25% ВВП, 48% налоговых и таможенных платежей, 68% валютных поступлений от экспорта, 28% от общего объема инвестиций в национальную экономику. Несмотря на снижение темпов роста добычи, производства и экспорта топливно-энергетических ресурсов в условиях глобального экономического кризиса, ТЭК во многом обусловливает долгосрочные тренды макроэкономического развития страны.

Анализ динамики показателей роста ВВП и потребления топливно-энергетических ресурсов (ТЭР) (рис. 2) позволяет судить об их взаимозависимости.  Из двух ведущих отраслей ТЭК – топливной и электроэнергетики – последняя играет большую роль в системе национального воспроизводства, ориентирующегося в основном на удовлетворение  внутренних потребностей, а топливная имеет  ярко выраженную экспортную ориентацию производства под воздействием конъюнктуры мировых рынков нефти и газа.

Рис. 2. Динамика ВВП и потребления первичных ТЭР в РФ в 2000-2008 гг.

Эта роль электроэнергетики особенно значимо проявилась в условиях расширения системы неплатежей в России, когда  его организационная структура РАО «ЕЭС России» стала нетто-кредитора всех хозяйствующих субъектов разной отраслевой принадлежности, которые рассчитывались за электрическую и тепловую энергию денежными суррогатами и просроченными долгами. Именно эти специфические  функции электроэнергетики в системе экономических связей реализуются в способности отрасли оптимизировать их как в рамках многосложной макросистемы национального производства, так и  в рамках территориально-производственных комплексов России.

Проявилось это и в региональной структуре производства и потребления электроэнергии. Так, на рубеже веков в стране не оказалось ни одной территории (как среди федеральных округов и экономических районов, так и среди субъектов Российской Федерации), которая бы не имела проблем с обеспечением электроэнергией, с замещением выбывающих из производства основных фондов, а отсюда с ухудшающимися финансово-экономическими показателями развития региона. Это связано с  тем, что энергопотребление и энергопроизводство распределены по территории страны исключительно неравномерно: стабильно энергоизбыточным является лишь один — Центральный округ, а хронически дефицитным — Южный округ. Что касается других округов, то до 1999 г.  избыточным оставался Уральский округ, а дефицитными — Северо-Западный и Приволжский, а с середины 90-х годов к последним присоединились Сибирский и Дальневосточный округа. В этих условиях электроэнергетика превращается в структуру, обеспечивающую равновесие в хозяйственных системах субъектов РФ,  координируя генерирование,  передачу, распределение и поставку основного фактора производства – электроэнергии. 

В результате степень энергетической обеспеченности регионов можно оценить с помощью таких показателей, как доля собственных источников в энергетическом балансе, душевое потребление теплоэнергии в регионе, доля доминирующего топливного ресурса в потреблении котельно-печного топлива, степень удовлетворения запасами котельно-печного топлива у потребителя, доля маневренных источников в максимальной электрической нагрузке потребителей, степень износа основных производственных фондов (ОПФ) и др. По каждому из них имеются те или иные регионы, где ситуация стала либо критической, либо близкой к ней, причем ее урегулирование в значительной степени связано с функциями электроэнергетики.

Несмотря на то, что повышение энергоэффективности в России не раз объявлялось приоритетом «Энергетической стратегии», последний раз потенциал повышения энергоэффективности подробно и качественно оценивался еще для СССР двадцать лет назад – в 1988-1990 гг.4 С тех пор с этими оценками производились только арифметические манипуляции (была определена доля России в потенциале СССР), и полученный результат практически в неизменном после 1992 г. виде перекочевывал из одного правительственного документа в другой, несмотря на огромные изменения, произошедшие с тех пор в экономике России. Очевидно, что настала пора актуализации «карты» запасов ресурса повышения энергоэффективности на пространствах российской экономики. Кстати, в отличие от ресурсов нефти и газа, ресурс повышения энергоэффективности распределен по территории страны довольно равномерно.

На этом основании можно утверждать, что перспективы посткризисного развития России будут напрямую зависеть от развития электроэнергетики, от инвестиционных возможностей отрасли.  Ускорение макроэкономического роста страны генерирует проблему обслуживания его электроэнергетической отраслью. А,  учитывая возможности электроэнергетики компенсировать нехватку предложения факторов производства предложением электроэнергии, можно утверждать определенно, что в условиях значительной энергорасточительности экономики электроэнергетика окажется не способной удовлетворять растущий спрос на энергоносители из-за большой инерционности и высокой капиталоемкости производства электрической энергии. Так, электроэнергетика, потенциально способная быть реальным фактором ускоренного развития промышленного производства, может превратиться в тормоз развития страны в условиях стабильного экономического подъема.

  3. Оценка эффективности электроэнергетики России в 1990х начале 2000-х годов». Электроэнергетика России является базовой отраслью, удовлетворяющей потребности экономики и населения страны в электрической и тепловой энергии, вследствие чего целью ее функционирования является не опережающее развитие, а отсутствие сдерживающих факторов со стороны отрасли для развития хозяйства страны. На всем протяжении своего развития в электроэнергетике сохраняли свою остроту проблемы модернизации и обновления существующих энергетических мощностей, снижения издержек и повышения эффективности в условиях продолжающегося роста цен на газ и сжатия платежеспособного спроса.

 

Рис. 3. Динамика производства ВВП России (левый рисунок) и его электропотребления и электроемкости (правый рисунок) за период 2005-2030 гг.

Источник: Рассчитано автором по данным Росстата, Минэнерго РФ, Энергетической стратегии России на период до 2030 года, Мастепанов А. ТЭК России на рубеже веков / Справочно-аналитический сборник в 2-х т.:  Т.1. – М.: Изд-во ИАЦ «Энергия», 2009. - П. 7.2.

С 1990 г. энергоемкость российской экономики снижалась на 3,4% в год, в то время как в большинстве бывших советских республик снижение составляло в среднем 6-7%. В результате в самый разгар реформирования электроэнергетики в 2005 г. энергоемкость ВВП России в 2,5 раза превышала  среднемировой уровень и в 2,5-3,5 раза соответствующие показатели развитых странах5. Это не может не сказаться на качестве роста ВВП в рамках долгосрочных энерго-сырьевого и инновационного сценариев развития страны, которые различаются тем, что при инновационной стратегии одним из основных факторов увеличения основного макроэкономического показателя (ВВП) становится  эффективность электроэнергетики (рост электропотребления и снижение энергоемкости ВВП)  (рис. 3).

После кризиса 1998 г. в качестве главного фактора снижения энергоемкости ВВП в России рассматривали структурные сдвиги, вызванные увеличением загрузки производственных мощностей в процессе «восстановительного» роста национального хозяйства. Однако при переходе к «инвестиционному» росту в 2005-2007 гг. вклад этого фактора в повышение энергоэффективности ВВП резко сократился, что послужило одним из веских оснований для начала реформирования электроэнергетики.

Примечание: по некоторым компаниям структура собственности по состоянию на конец 2008 г. не соответствовала целевой модели.

  Рис. 4. Электроэнергетика России: целевая структура отрасли по итогам реформирования

К началу 2008 г. в результате формального завершения структурной реформы электроэнергетики в нее вошли следующие сегменты (рис. 4):

1. Генерация электрической и тепловой энергии, которую осуществляют:

  • 6 тепловых оптовых генерирующих компаний (ОГК), сформированных по экстерриториальному принципу;
  • 14 территориальных генерирующих компаний (ТГК), сформированных по территориальному принципу;
  • ОАО «Русгидро», объединившее в своем составе большинство ГЭС России;
  • ОАО «Концерн Энергоатом», объединившее в своем составе все АЭС России;
  • прочие компании (в т.ч. ОАО «Башкирэнерго», ОАО «Иркутскэнерго», ОАО «Новосибирскэнерго», ОАО «Татэнерго», ОАО «РАО Энергетические системы Востока»);
  • ОАО «Холдинг МРСК», объединяющее 11 межрегиональных распределительных сетевых компаний (МРСК), состоящих, в свою очередь, из 57 распределительных сетевых компаний (РСК).

2. Сбыт электрической энергии, которым стали заниматься:

  • энергосбытовые компании, образовавшиеся в результате разделения региональных энергетических компаний (АО-энерго) по видам деятельности, которым присвоен статус гарантирующих поставщиков первого уровня;
  • другие энергосбытовые компании, которым присвоен статус гарантирующих поставщиков второго уровня;
  • прочие энергосбытовые компании.

3. Диспетчерское управление в форме Единой энергетической системы (ЕЭС), функционирование которой обеспечивает ОАО «СО ЕЭС» – системный оператор ЕЭС, включающий 7 объединенных диспетчерских управлений (ОДУ) и 57 региональных диспетчерских управлений (РДУ). Кроме того, ОАО «СО ЕЭС» отвечает за разработку прогнозов потребления электроэнергии, балансов мощности и объема электроэнергии, суточные графики работы электростанций и электрических сетей ЕЭС России.

4. Администрирование рынка электрической энергии и мощности, которое осуществляют:

  • ОАО «АТС» – коммерческий оператор оптового рынка, предоставляющий услуги по организации торговли на оптовом рынке электроэнергии и мощности;
  • ЗАО «ЦФР» - инфраструктура, опосредующая финансовые расчеты между субъектами оптового рынка электроэнергии и мощности;
  • НП «Совет рынка» – саморегулируемая организация, обеспечивающая соблюдение баланса интересов продавцов и покупателей электрической энергии.

В целом реформирование электроэнергетики не привело к кардинальным изменениям в повышении энергоэффективности самой отрасли. Доля потерь энергии на электростанциях при производстве электрической и тепловой энергии сохранилась на уровне 15-16% в год от общего потребления первичной энергии; коэффициент полезного использования топлива на российских электростанциях к концу реформирования отрасли снизился с 58% до 56%, в основном, за счет «сжатия» ниши для ТЭЦ на рынках тепла; средний КПД российских электростанций остался практически неизменным - на уровне 36-37%; а удельный расход топлива на производство 1 кВт-ч электроэнергии за время реформ снизился только на 1,5%.  В результате только 1,5% электроэнергии, выработанной в России, соответствовало уровням верхней границы эффективности, определенной Международным энергетическим агентством. А общий объем потерь в электрических сетях к концу реформирования электроэнергетики  составил 105 млрд. кВт-ч, или 10,5% от всего потребления электроэнергии.

Рассматривая все эти процессы в контексте формирования энергоэффективной структуры промышленного производства, основой которого является механизм замещения качественными (энергоэффективными) факторами производства массовых (неэффективных) технологий и ресурсов, целесообразно оценить потенциал энергоэффективности как в целом, так и по его структурным составляющим. В целом потенциал повышения энергоэффективности целесообразно разделить на технический, экономический и рыночный. Технический (технологический) потенциал оценен при допущении, что все оборудование мгновенно заменяется на лучшие образцы, соответствующие «практическому минимальному» удельному расходу. Он показывает только гипотетические возможности энергосбережения без учета затрат и других ограничений на его реализацию и может быть оценен как результат «сбривания» красной зоны (нижняя оценка) или красной и желтой зон (верхняя оценка).

Для оценки технического потенциала повышения энергоэффективности использовалась информация только по уже практически опробованным технологиям. Для сравнения показателей энергоемкости целесообразно использовать данные о «практическом минимальном» удельном расходе, достигнутом где-либо в мире на установках, находящихся в практической эксплуатации, и «средний зарубежный» уровень. С ними сравнивались «лучший», «средний» и «худший» российские показатели. Для этих целей все энергопотребляющие установки (или их представительная выборка) были распределены по уровню энергетической эффективности на три группы: «зеленую» - самые эффективные, соответствующие «практическому минимальному» удельному расходу, «желтую» - с удельными расходами выше «зеленой» зоны, но ниже «среднего зарубежного» уровня, и «красную» - все установки с удельными расходами выше «среднего зарубежного» уровня (см. рис. 5).

Рис. 5. Структурные характеристики потенциала  повышения энергоэффективности в РФ

Источник: Составлено по данным ЦЭНЭФ для Всемирного банка

Экономический потенциал следует оценивать как часть технического потенциала, которая экономически привлекательна при использовании общественных критериев принятия инвестиционных решений: нормы дисконтирования 6%, вмененной цены энергии (экспортная цена природного газа), экологических и прочих дополнительные затрат (например, цены углерода). На реализацию этого потенциала требуется время, определяемое скоростью замены основного энергопотребляющего оборудования.

Рыночный же потенциал входит в состав экономического потенциала, и его использовать экономически целесообразно при применении частных критериев принятия инвестиционных решений в реальных рыночных условиях (фактические цены на оборудование и энергоносители, налоги и др.) (рис. 6). Существует три основных различия при оценке экономического и рыночного потенциалов: различаются процедура принятия инвестиционных решений – централизованное или децентрализованное (из этой разницы в плановой экономике, при прочих равных условиях, энергоемкость всегда в два и более раз выше, чем в рыночной); нормы дисконтирования – стоимость денег и восприятие риска (12% для промышленности и 33-50% для домохозяйств); и состав эффектов – реальные, а не вмененные цены, учет налогов и льгот, включение дополнительных экологических и прочих затрат. Можно выделить еще две градации потенциала.

Информационно-обеспеченный потенциал – часть рыночного потенциала, оформленная в виде ТЭО или индивидуальных решений, подготовленных по результатам сбора и анализа информации.

Рис. 6. Кривая стоимости прямой экономии энергии для 50 технологий в российской промышленности

Финансово обеспеченный потенциал – часть информационно-обеспеченного потенциала, относительно которой приняты решения о выделении средств на реализацию мероприятий. Для оценки экономического и рыночного потенциалов использовалась информация реализованных проектов, энергоаудитов, реальных ТЭО, а также данные специальной литературы.

Для определения экономического и рыночного потенциалов целесообразно оценивать стоимость экономии энергии (CSE) по следующей формуле:

,

где:

Cc - приростные капитальные затраты на реализацию проекта;

Cop - изменение операционных затрат; Если в рамках проекта достигаются дополнительные положительные эффекты, такие как рост выпуска продукции или повышение надежности, то этот показатель может стать отрицательным.

ASE - годовая экономия энергии в физическом выражении

CRF представляет собой коэффициент приведения капитальных вложений (нормативный коэффициент эффективности капитальных вложений), рассчитываемый по формуле, где:

, (1)

dr - норма дисконтирования, используемая при планировании проекта по повышению энергоэффективности (0,06; 0,12; 0,5).

Не останавливаясь на методических особенностях расчета показателей в выражении (1), отметим, что при обосновании многих проектов по повышению энергоэффективности оцениваются не приростные, а полные капитальные затраты, поскольку стоимость оборудования не разбивается на части, дающие возможность продолжения или увеличения производства товаров и услуг и дающие эффект снижения энергопотребления. Поэтому часто стоимость проектов по повышению энергоэффективности завышается в 2-4 раза, а в качестве эффекта оценивается только стоимость экономии энергии. В специальном исследовании по оценке дополнительных эффектов от реализации 81 энергосберегающего проекта в США получен вывод, что они увеличивают эффект от реализации проектов в среднем на 44% и снижают срок окупаемости таких проектов до 1 года. Именно наличие таких эффектов приводит к тому, что стоимость экономии энергии может быть отрицательной. Возьмем простой пример замены лампы накаливания (60 Вт ценой 20 руб.) на компактную люминесцентную лампу (11 Вт ценой 67 руб.). Допустим, что норма дисконтирования для домохозяйства равна 50%, освещение используется 2000 часов в году, срок работы лампы накаливания составляет 1000 часов, а компактной люминесцентной лампы – 10000 часов. Тогда стоимость экономии электроэнергии равна 7 копеек при средней стоимости электроэнергии в Москве в 2008 г. 2 рубля:

  При оценке по полным, а не приростным капитальным вложениям стоимость сэкономленной электроэнергии была бы равна 19 коп./кВт-ч. При использовании нормы дисконтирования 6%  CSE становится отрицательной (-7 коп./кВт-ч), поскольку приведенная стоимость энергоэффективной лампы (0,24*47) оказывается ниже стоимости лампы накаливания. Для каждого мероприятия оценивался масштаб экономии. Ранжирование мероприятия по стоимости позволяет построить кривую экономии энергии (см. рис. 6). На самом деле, строятся две кривые: для общественной и частной норм дисконтирования. Пересечение первой с вмененной ценой энергии (цена природного газа) дает оценку экономического потенциала, а второй со средней ценой энергии – рыночного. Ясно, что оба потенциала увеличиваются по мере роста цен на энергоносители.

Экономия единицы энергии у конечных потребителей дает дополнительную экономию по всей энергетической цепочке: снижаются потери в электрических, тепловых и газовых сетях, расходы на транспорт энергоресурсов, на их обогащение, переработку и добычу, расходы топлива на выработку электрической и тепловой энергии, расходы электроэнергии на производство этого топлива и т.д. Величина этой косвенной экономии может быть очень существенной.

Воспользуемся предложенной в 1993 г. И. Башмаковым6 моделью структурирования потенциала повышения энергоэффективности в форме таблицы энергетического баланса и дадим оценку косвенных эффектов подобно тому, как это делается для межотраслевого баланса. Расчет основывается на следующей презентации зависимости между потреблением конечной и первичной энергии: PE= AE*PE+FE, или PE=(E-AE) -1*FE, где PE – вектор потребления (производства) первичной энергии по видам энергоносителей7, AE – квадратная матрица коэффициентов расхода первичного ресурса i на производство и доставку до конечного потребителя энергоносителя j, FE – вектор конечного потребления энергии (включая чистый экспорт энергоносителей). Каждый коэффициент aij показывает, сколько угля, нефтепродуктов, газа, электроэнергии и тепла необходимо для обеспечения конечного потребителя, скажем, единицей угля. Любые изменения в технологиях приводят к изменению матрицы AE. Оценка матрицы (E-AE) -1 для России за 2005 г. дана в табл. 3.

Таблица 3.

Матрица полных коэффициентов расхода энергии в ТЭК на единицу энергии, доставленной конечному потребителю (2005, тут/тут)

Источник: Оценка автора на основе подходов И.А. Башмакова.

Если конечный потребитель экономит 1 тут нефтепродуктов, то суммарная потребность в энергии в ТЭК снизится на 0,14 тут, а при учете их транспорта – на 0,16 тут. Самые высокие косвенные эффекты у электроэнергии и тепла. Они существенно превышают традиционно используемые коэффициенты (2,5-3 для электроэнергии при эффективности генерации 40%, потерях при передаче 6-7%) и 1,25 – для тепловой энергии (при эффективности производства тепла 85% и 5% потерях в сетях). С учетом всех косвенных эффектов оказывается, что при экономии у конечного российского потребителя 1 тут электроэнергии по всей энергетической цепочке экономится не 2,5-3 тут, а 4,7 тут (4,9 тут при учете транспорта) 8. Кстати, наличие этих косвенных эффектов является основанием для субсидирования деятельности по повышению использования энергии со стороны государства и общества, которое получает этот эффект бесплатно. Его учет важен при оценке экономического потенциала.

Применение этой методики к оценке интегрального эффекта от повышения энергоэффективности при реализации 50 энергосберегающих технологий в промышленности позволило построить кривую стоимости интегральной экономии энергии (см. рис. 7). Учет косвенного энергосбережения приводит к повышению потенциала энергосбережения в промышленности более чем в два раза.

Рис. 7. Кривая стоимости прямой и косвенной экономии энергии для 50 технологий в российской промышленности

Для полной реализации описанного выше методического подхода была построена таблица энергетического баланса России за 2010 г. по методологии, близкой к методологии Международного энергетического агентства, но на базе исключительно российской первичной энергетической информации. В этом балансе было выделено 56 секторов потребления энергии (включая потребление топлива на производство тепла и электроэнергии), в т.ч. выделено производство 23 видов промышленной продукции (кроме тепла, электроэнергии и нефтепродуктов). По ряду секторов (например, жилые здания и сектор услуг) на основе экспертных оценок были выделены отдельные энергопотребляющие процессы (отопление, горячее водоснабжение, приготовление пищи, электробытовые приборы и т.п.) и определены энергоносители для обеспечения этих процессов. В итоге анализ был проведен с достаточной глубиной – по 64 секторам или процессам потребления энергии.

4. Результаты оценки потенциала повышения энергоэффективности. Проведенная оценка технического потенциала повышения энергоэффективности в России показала, что он составляет не менее 45% от уровня потребления энергии в 2010 г., или 282 млн. тнэ (403 млн. тут), или 295 млн. тнэ (420 млн. тут) с учетом сокращения сжигания попутного газа в факелах). Потенциал показан на рис. 9 и в табл. 5, каждая клетка которой представляет потенциал экономии определенного вида энергии в данном секторе экономики.

Рис. 8. Ресурс повышения энергоэффективности в России в 3-4 раза больше ресурса наращивания производства первичных энергоносителей

Потенциал эквивалентен 57% добычи нефти в 2010 г., или 54% добычи газа в 2010 г. Он примерно равен годовому потреблению первичной энергии в таких странах как Франция, Великобритания или Украина, или 2% от мирового потребления первичной энергии. Соответствующее снижение выбросов CO2 равно 793 млн. т (около 50% эмиссии 2005 г.). Это превышает годовую эмиссию Великобритании и Нидерландов вместе взятых и равно 2,9% от глобальной эмиссии CO2 (порождаемой сжиганием топлива).

Технический потенциал повышения эффективности использования конечной энергии равен 154 млн. тнэ: в зданиях – 68 млн. тнэ (в жилых зданиях – 53, в зданиях сферы услуг – 15). В промышленности (без ТЭК) потенциал составляет 41 млн. тнэ, что превышает годовое потребление энергии в таких странах как Польша, Нидерланды или Турция. Россия существенно отстает от многих стран в применении энергоэффективных технологий. Так, при производстве цемента на долю энергоэффективного сухого способа приходится только 15%, тогда как в Японии – 100%, в Индии – 93%, и в США – 65%. Удельные расходы энергии на производство чугуна в 2005 г. остались на уровне 1990 г. Потенциал на транспорте оценен в 38 млн. тнэ.

Потенциал удваивается, если в расчет включаются косвенные эффекты, а также учитывается результат повышения эффективности технологий в ТЭК. Снижение потребности конечных потребителей при полномасштабной реализации у них потенциала энергосбережения дополняется снижением потребности в электроэнергии на 40 млн. тнэ, в тепле – на 16 млн. тнэ, в производстве и преобразовании топлива – на 24 млн. тнэ. Кроме того, совершенствование технологий производства электроэнергии дает экономию 22 млн. тнэ, тепла – 9 млн. тнэ, переработки топлива и прочих технологий в ТЭК – 17 млн. тнэ. Пропорции между косвенными и технологическими эффектами в ТЭК меняются в зависимости от прогресса в деле экономии энергии у конечных потребителей. При его отсутствии роль экономии на совершенствовании технологий в ТЭК будет существенно выше.

Полная реализация потенциала повышения эффективности использования электроэнергии позволит сократить потребление электроэнергии на 340 млрд. кВт-ч, или на 36% от уровня потребления 2010 г. Основная часть потенциала находится в зданиях (97 млрд. кВт-ч), за которыми следует промышленность (90 млрд. кВт-ч). Повышение эффективности использования тепловой энергии и сокращение ее потерь в сетях может дать экономию 844 млн. Гкал тепловой энергии, или 53% от уровня потребления тепла в 2010 г. Вновь главный потенциал «заключен» в зданиях (385 млн. Гкал), за ним следует снижение потерь в сетях и использование тепла на нужды ТЭК (237 млн. Гкал), а также обрабатывающая промышленность (129 млн. Гкал).

Потенциал снижения потребления природного газа равен 240 млрд. м3, или 55% от уровня его потребления в 2010 г., и существенно превышает экспорт газа из России в 2005-2010 гг. На долю конечных потребителей приходится 47 млрд. м3, еще 15 млрд. м3 – на сокращение сжигания попутного газа в факелах за счет его утилизации; 89 млрд. м3 – на сокращение потребности в тепле и совершенствование технологий его производства; еще 81 млрд. м3 – на сокращение потребности в электроэнергии и повышение эффективности электростанций; наконец, еще 8 млрд. м3 – на совершенствование технологий производства и преобразования топлива и транспортировки природного газа.

Если бы 240 млрд. м3 были экспортированы при цене 200-250 $США/1000 м3 (при таком большом дополнительном экспорте газа более высокие экспортные цены удерживать было бы трудно), то Россия на этом зарабатывала бы дополнительно 48-60 млрд. долл. в год. Ни одно из гигантских российских месторождений природного газа не способно давать такой объем добычи. Высокая энергоемкость российской экономики таит в своих недрах самое большое месторождение газа. Этот ресурс находится в гораздо более благоприятных экономических и природно-климатических условиях, чем ресурсы Ямала или арктического шельфа. Если также экспортировать потенциал снижения потребления сырой нефти (2,5 млн. тнэ) и нефтепродуктов (35 млн. тнэ), то можно получить дополнительный экспортный доход еще не менее 30 млрд. долл. США.

Среди технологий, которые дают наиболее значительный энергосберегающий эффект можно выделить наиболее важные для России: парогазовые установки; эффективные котельные установки в т.ч. на основе чистых угольных технологий; замена систем транспорта и распределения тепла с частичной децентрализацией теплоснабжения в зонах с низкой плотностью тепловых нагрузок; модернизация электрических сетей; совершенствование технологий нефтепереработки; повышение эффективности транспортировки природного газа и утилизация попутного газа; применение технологий сухого производства клинкера; применение технологий сухого тушения кокса и впрыска мелкого дисперсионного угля в доменные печи; эффективные системы электродвигателей и пароснабжения; утилизация вторичного тепла; гибридные автомобили; эффективные окна и технологии утепления квартир; эффективное освещение и установка приборов учета.

Экономический потенциал равен 215-230 млн. тнэ (307-330 млн. тут, или 73-78% технического). Оценка сделана при использовании в качестве вмененной цены экспортной цены природного газа в 2010 г., равной 200 $/1000 м3. Рыночный потенциал равен 188-200 млн. тнэ (269-286 млн. тут, или примерно 87% экономического, или 63-68% технического) при использовании для оценки ожидаемых цен 2010 г. и 130-143 млн. тнэ при оценке в ценах 2007 г. Оба потенциала оценены для базовых уровней производства электроэнергии и тепла в 2005 г. Поскольку потребность в этих энергоносителях снизится за счет реализации мер у конечных потребителей, эта экономия топлива может быть увеличена.

Анализ показал, что во многих случаях повышение энергоэффективности не требует дополнительных затрат (см. часть кривых на рис. 2 и 3 с отрицательной стоимостью экономии энергии). Был проведен анализ для строящихся в Москве жилых зданий и для бытовых холодильников, который показал, что разница в стоимости строительства 1 м2 жилья или производства холода на литр объема холодильника определяется не дополнительными затратами на повышение энергоэффективности, а другими факторами. Применение систем автоматического контроля технологических процессов при производстве электростали позволяет увеличить выпуск продукции на 15-20% при снижении удельных расходов энергии на 7-14%. Как уже было показано выше, приведенная стоимость энергоэффективной лампы может быть ниже цены лампы накаливания. Приобретение электрической мощности у неэффективных потребителей электроэнергии (использующих ее на нужды освещения) стоит 20-60 долл./кВт, а строительство новой электрической мощности в идеале стоит 700-1500 долл./кВт, а в российской реальности – 2000-4500 долл./кВт.

Рост производства первичной энергии в России в 2008-2020 гг. вряд ли превысит 60-140 млн. тнэ. Ресурс повышения эффективности использования энергии превышает эти возможности в 2-5 раз. Капитальные вложения для полной реализации технического потенциала повышения энергоэффективности равны 324-357 млрд. долл., а капитальные вложения, необходимые для развития ТЭК, оцениваются в сумму более 1 трлн. долл. Следовательно, единица первичной энергии, полученная за счет наращивания ее производства, в среднем требует в 2-3 раза больше капитальных вложений, чем ее получение за счет использования ресурса энергоэффективности. Если же используется только экономическую часть потенциала повышения энергоэффективности, то это соотношение возрастает до 3-6 раз.

В целом технический потенциала энергоэффективности в России в начале 2000-х гг. оценивается на уровне 45% всей потребляемой энергии,  73-78% технического потенциала приходится на экономический потенциал энергоэффективности (307-330 млн. тут). Что же касается рыночного (финансового) потенциала эффективности, то он составляет  примерно 87% экономического и 63-68% технического (269-286 млн. тут) (рис. 5). При этом реализация технического потенциала энергоэффективности в экономический и рыночный возможна только посредством научно-технического прогресса, который, к тому же, делает ресурс повышения энергоэффективности возобновляемым. По данным Всемирного банка, технологический потенциал российской электроэнергетики оценивается в 31% (или 44,4 млн.т.н.э.), экономический потенциал – в 90%, а финансовый в 13%.

При этом потенциал повышения энергоэффективности в секторах конечного потребления значительно выше, чем в производстве энергии. В частности, финансовый потенциал в секторах конечного потребления в четыре раза выше, чем в производстве электроэнергии и в системах теплоснабжения вместе взятых. Более того, экономия энергии для конечных потребителей сопровождается дополнительным снижением потребления первичной энергии (94 млн. т.н.э.) по всей системе производства и передачи энергоресурсов. Например, снижение потребления электроэнергии на 1 кВтч конечным пользователем означает экономию почти 5 кВтч первичных энергоресурсов.

С 1 июля 2008 г. доля электрической энергии, продаваемая на оптовом рынке электроэнергии и мощности по свободным (нерегулируемым) ценам, увеличена до 25% от объема производства (потребления) электрической энергии, определенной для участника оптового рынка в утвержденном прогнозном балансе. Одновременно  был запущен конкурентный рынок мощности, либерализация которого должна соответствовать темпам либерализации рынка электрической энергии9. Реформа пошла по пути двутоварной модели отраслевого рынка: рынка электрической энергии и рынка мощности. В структуре выручки генерирующих компаний на электроэнергию приходится 40% вырученных средств, а 60% выручки формируется от продажи мощности. Конкурентный отбор мощности является механизмом установления цены.

В целом эти реформы привели к беспрецедентному по мировым меркам росту тарифов. За последнее десятилетие и в рублевом и в долларовом эквиваленте электроэнергия подорожала в 4-4,5 раза. Региональная дифференциация тарифов на электроэнергию на розничном рынке является в России самой высокой в мире и достигает восьмикратного размера. Самые низкие цены на электроэнергию в России действуют на розничном рынке регионов с преобладанием гидроэнергетики, самые высокие – в районах Крайнего Севера (от автономных источников энергоснабжения). Кроме того, во многих регионах фактические темпы роста тарифов для потребителей с учетом составляющей цены сбытовых компаний были существенно выше, чем установленные ФСТ, и достигали 20% и даже более.

Фактический рост цен на электроэнергию, с учетом как регулируемого, так и нерегулируемого сегментов, в 2008 г. составил 27%, что существенно выше предельных уровней, установленных на этот год ФСТ России (16–18%). При этом рост продолжится и в 2009 г.:  для промышленных потребителей он составил 19%, а для населения – 25% в год. Этот фактор отражает низкий уровень эффективности электроэнергетики в сочетании с высоким лоббистским потенциалом компаний отрасли. Подобная политика энергетических компаний также подрывает внутренний рынок электроэнергии и мощности, сдерживает его рост и, в конечном итоге, сужает возможности развития самой электроэнергетики. Эта проблема усугубляется тем, что  в настоящее время существует неопределенность в части полномочий по определению величины потерь электроэнергии при тарифообразовании – с одной стороны Минэнерго России определяет нормативы потерь электрической энергии, а с другой – при формировании тарифов используется величина, учтенная в сводном прогнозном балансе, утверждаемом ФСТ России.

А между тем, тарифная политика государства может существенно расширить объем рыночного потенциала эффективности электроэнергетики. При ожидаемых ценах в 2010 г. его доля в техническом потенциале увеличивается до 70%, а при введении более серьезных штрафов за выбросы или налога на углерод – до 92%.

Использование экономического потенциала роста эффективности электроэнергетики позволит мультиплицировать экономический эффект по всей технологической цепочке, связывающей эту вертикально интегрированную структуру с основными потребителями электрической энергии и тепла. Реализация этого сценария возможно лишь при условии формирования целостного механизма повышения эффективности электроэнергетики с учетом ее целевой функции.

5. Механизм повышения эффективности электроэнергетики в системе факторов долгосрочного роста российской экономики». 

На основе проведенного исследования следует сформулировать целевую функцию электроэнергетики, которая предполагает обеспечение макроэкономического роста в стране в долгосрочной перспективе и надежное энергоснабжение всех групп потребителей за счет создания достаточного объема генерирующих и сетевых мощностей и эффективного управления ими.

  Осуществленный анализ современного состояния эффективности электроэнергетики в России и задач по ее повышению позволил предложить следующие меры по формированию механизма повышения эффективности электроэнергетики.

1. Для реализации последовательной и скоординированной политики энергоэффективности в России необходимо

- возложить на существующее министерство или специально созданное агентство ответственность за разработку, реализацию и координацию действий по стимулированию энергоэффективности в различных секторах экономики;

- совершенствовать процедуры сбора и анализа данных об энергоемкости во всех секторах экономики. Эта необходимость обусловлена тем, что существующие процедуры регулирования, преувеличенные прогнозы роста спроса на электроэнергию и неопределенность в отношении завершения реформирования отрасли могут помешать развитию конкурентного рынка электроэнергии и, следовательно, повышению энергоэффективности сектора.

2. Выявить основные препятствия на пути повышения энергоэффективности электроэнергетики и систематизировать их по приоритетности:

(1) несовершенная методология установления тарифов. Методология установления тарифов на электроэнергию в России препятствует долгосрочным инвестициям электроснабжающих предприятий в проекты по повышению энергоэффективности;

(2) приоритет строительства новых генерирующих мощностей. Инвестиции в повышение энергоэффективности в три раза дешевле, чем строительство новых источников. Тем не менее, электроснабжающие предприятия постоянно недооценивают возможности экономии энергии как альтернативы новому строительству. Это обусловлено тем, что прибыль энергетических компаний (как на конкурентных, так и на регулируемых рынках) часто пропорциональна уровню продаж электроэнергии или увеличению основных активов10. Доходы же от инвестиций в энергосберегающие проекты, наоборот, часто получают индивидуальные потребители, а не электроснабжающая компания, по крайней мере, в краткосрочной перспективе;

(3) завышенные прогнозы роста спроса на электроэнергию в России также способствуют инвестированию в строительство новых источников, а не в повышение энергоэффективности. Минэнерго России прогнозирует, что спрос на электроэнергию в России будет расти почти на 5% в год, однако, эти прогнозы основаны на данных чрезвычайно холодной зимы 2005/2006 гг., когда рост потребления электроэнергии составил 4,2% (по сравнению со средним показателем за предыдущие годы 2,4%), и поэтому могут быть завышенными. Инвестиционные планы приватизированных генерирующих компаний также включают обязательства по введению новых мощностей, согласованные с Минэнерго России и Минэкономразвития. Другими словами, инвестиции в энергоэффективность рассматриваются как неадекватные задаче обеспечения спроса, растущего такими высокими темпами покрытия;

(4) обособленность территориальных рынков электроэнергии. Плохая связность работы магистральных электрических сетей препятствует развитию конкуренции в России, ограничивая возможности повышения энергоэффективности. Российская электроэнергетическая система разделена на семь отдельных энергосистем (Дальний Восток, Сибирь, Центральный регион, Северо-Западный регион, Северный Кавказ, Волга и Урал) с довольно слабыми межсистемными линиями электропередачи, почти при полном их отсутствии между Европейской, Сибирской и Дальневосточной энергосистемами. Вследствие ограниченной пропускной способности линий внутри каждой энергосистемы существуют «узкие места» для перетоков электроэнергии, что приводит к существованию отдельных зон со своими собственными, неконкурентными ценами на этот ресурс;

(5) отсутствие координации с другими поставщиками энергетических услуг. Планируя строительство новых генерирующих мощностей, электроэнергетические компании не принимают в расчет спрос на тепловую энергию и планы развития централизованного теплоснабжения;

(6) обременительные процедуры размещения и подключения новых источников в плане согласования строительства, подключения к сетям, сертификации оборудования, разработки и соблюдения экологических стандартов и стандартов уровней шума препятствуют инвестициям предприятий в строительство ТЭЦ. Электроснабжающие компании, как правило, обходят многие из этих процедур, поскольку строят на уже существующих площадках и скорее модернизируют уже подключенные установки, чем вводят новые;

(7) риск замедления реформ в электроэнергетике. Некоторые инвесторы и эксперты видят риски, связанные с тем, что правительство может приостановить или не завершить процесс либерализации электроэнергетики.

Также существует риск, что разукрупненные генерирующие компании могут заключить неподконтрольные правительству олигополистические соглашения, что является дополнительной угрозой успеху проведения реформ.

3. Детальный анализ и поиск оптимальных решений для каждого сектора повышения эффективности электроэнергетики. Созданные методики решения проблем следует дифференцировать по времени на подготовку и необходимому объему средств для реализации, а также по энергосберегающим эффектам. Условно все меры следует объединить в три группы «Меры быстрой отдача», «Базовые меры» и «Высокозатратные, высокоэффективные меры». Названия групп отражают такие параметры, как время на подготовку, затраты на реализацию и эффект.

(1) Меры быстрой отдачи включают такие мероприятия, которые можно разработать менее чем за 1 год, и которые могут иметь значительный эффект при умеренных затратах. К ним относятся:

- информационная кампания по повышению уровня осведомленности в вопросах повышения энергоэффективности;

- увеличение сроков бюджетного планирования, введение права распоряжаться сэкономленными энергозатратами, а также установление правил закупок, стимулирующих использование энергоэффективных технологий;

- реорганизация муниципальных тепловых компаний в коммерческие предприятия или частно-государственные партнерства.

(2) Базовые меры представляют собой основу политики повышения энергоэффективности, способствовуют более быстрому осуществлению финансово оправданных инвестиций и к ним следует отнести:

- стандарты энергоэффективности в таких секторах как здания, промышленное оборудование, эффективность использования топлива;

- программы управления спросом;

- повышение энергоэффективности как условие предоставления субсидий на проведение капитального ремонта;

- скоординированные планы по теплоснабжению;

- стимулирование финансирования энергоэффективных проектов банками и лизинговыми компаниями.

(3) Высокозатратные, высокоэффективные меры нацелены на устранение основополагающих причин низкой энергоэффективности и способствуют повышению финансового потенциала до уровня экономического потенциала. Они связаны со значительно более высокими начальными затратами, однако большинство из них также гарантирует более существенную экономию энергоресурсов. Реализация ряда мер уже началась, остальные еще должны быть разработаны.

3.1. Первое по значимости - институциональное обеспечение вертикальных взаимосвязей  «правительство-предприятие» в сфере повышения энергоэффективности. Оно может быть реализовано следующим образом.

(1) Государство, требуя проведения обязательных энергетических обследований для крупных предприятий, должно стимулировать их к разработке плана энергосбережения, а выделив субсидии на реализацию энергосберегающих мероприятий, будет генерировать рост объемов производства и занятости. Это приведет к дополнительным налоговым поступлениям, которые и окупят затраты на субсидии. Так, каждая единица экономии энергии в промышленности даст еще единицу дополнительной экономии по всей энергетической цепочке, что расширяет потенциал экспорта энергии и дает дополнительные доходы бюджета.

В этой связи правительство должно также оказывать грантовую помощь предприятиям в разработке программ повышения энергоэффективности.

(2) В рамках добровольных соглашений – партнерств власти и бизнеса по повышению энергоэффективности, по снижению вредных выбросов в окружающую среду или парниковых газов - правительство в лице определенного министерства (или агентств) должно подготовить и заключить с промышленными ассоциациями соглашения о целевых показателях снижения энергоемкости основных видов промышленного производства. Региональные администрации могут заключать подобные соглашения с предприятиями, расположенными на их территории, подобно тому как в Китае действует программа для 1000 самых энергоемких предприятий, на долю которых приходится 48% всего потребления энергии промышленностью.

Предприятиям и холдингам, принявшим такие обязательства, могут предоставляться льготы и субсидии на закупку энергоэффективного оборудования или пониженные ставки налогов на выбросы. Кроме того, они будут тем самым демонстрировать свою социальную ответственность, а их кредитный рейтинг будет повышаться за счет уменьшения их «углеродного отпечатка».

  (3) Для интеграции стратегии роста энергоэффективности в качества целевой функции управления предприятием  необходимо повысить статус  главного энергетика. Стандарты энергоменеджмента устанавливаются в соответствии с положениями ИСО 9000/14000 и обеспечивают формат для интеграции управления энергетическими издержками предприятий. Центральными звеньями этой системы должны стать целевые Центры по эффективному использованию энергии, задания и «план повышения энергоэффективности». Целевые задания для предприятия могут устанавливаться на основе целевых соглашений для промышленных ассоциаций или крупных холдингов, производящих наиболее энергоемкую продукцию. Для успешной реализации «плана повышения  энергоэффективности» необходима координация деятельности различных подразделений предприятия, наличие политики и процедур закупки нового оборудования, мониторинг важнейших индикаторов повышения энергоэффективности и постоянная демонстрация руководству эффектов от реализации плана. Важным является развитие системы технического учета энергоресурсов на уровне агрегатов, компьютеризация обработки данных и поэтапный выход на диспетчерскую энергопотребления. Важно также развивать имеющуюся на многих предприятиях систему нормирования расхода энергоресурсов.

  (4) Государство должно институционально обеспечить приоритет  промышленных систем, инжиниринг которых производится по критериям энергоэффективности, надежности, повышения общей производительности и снижения энергетических издержек. Для оптимизации промышленных энергопотребляющих систем необходимо разрабатывать энергетический баланс предприятия и генеральную схему развития энергообеспечения предприятия, в рамках которой должны определяться основные технические решения; обеспечить гибкость реализации проектов; обеспечить возможности введения в эксплуатацию отдельных компонентов системы по требованию потребителей. Это позволит снизить избыток установленной мощности оборудования. Оптимизация предусматривает реализацию всех проектов со сроками окупаемости менее 2 лет.

  (5) Государство должно оказывать финансовую поддержку предприятиям, инвестирующим в повышение энергоэффективности. Эта поддержка может иметь форму возмещения части затрат на уплату процентов. Могут быть предоставлены субсидии из федерального бюджета в случаях осуществления проектов, направленных на сокращение использования природного газа, тепловой и электрической энергии при установке максимально эффективного оборудования и использовании вторичных энергетических ресурсов. Другие инструменты – ускоренная амортизация энергоэффективного оборудования; инвестиционный налоговый кредит.

Специальные пакеты финансовой поддержки могут применяться при реализации типовых проектов повышения энергоэффективности на промышленных предприятиях с минимальными рисками: замена электродвигателей, систем освещения и холодильного оборудования, модернизация систем сжатого воздуха и систем пароснабжения и т.п.

(6) Часть экономии следует использовать на материальное стимулирование службы главного энергетика и на продолжение реализации программы энергосбережения. В настоящее время в России основная часть капиталовложений в энергосбережение финансируется за счет собственных средств предприятий. При обосновании финансирования проекта за счет собственных средств важно определиться с направлением использования полученной экономии. Она может быть полностью изъята на прочие нужды предприятия. Такая схема не мотивирует участников реализации программы. Или может быть запущен револьверный механизм, когда последующие этапы программы повышения энергоэффективности реализуются за счет экономии, полученной на предшествующих этапах.

(7) Необходимо разработать стандартизированные банковские технологии финансирования проектов по повышению эффективности использования энергии в промышленности. Возможна схема, когда для проекта, разработанного с привлечением гранта от правительства, залоговые требования и другие требования по повышению рисков могут быть существенно снижены. Упрощенный процесс разработки, анализа и оценки проектов может помочь минимизировать накладные расходы и снизить риски. Это может оказаться несложным, так как по многим технологиям, хорошо зарекомендовавшим себя на рынке (таким как эффективные котлы, системы энергетического менеджмента в зданиях, эффективные системы освещения и конденсаторы), процесс разработки проектов достаточно прост, а конечные потребители и финансовые институты достаточно хорошо осведомлены о рисках. Можно сравнительно легко действовать по шаблону при разработке и оценке новых проектов.

(8) Следует формировать условия для развития энергосервисного бизнеса в промышленности. Предприятие может заключить контракт – соглашение об энергосберегающих услугах с энергосервисной компанией (ЭСКО). ЭСКО берет на себя комплексную ответственность за инжиниринговые, строительные и финансовые вопросы. Пpедпpиятие-клиент имеет дело только с ЭСКО, а та, в свою очередь, – уже с поставщиками оборудования, субподрядчиками и финансовыми институтами. Обычный пpоект с жестким технологическим заданием заменяется более гибким итеративным процессом, в котоpом техническое задание может модифициpоваться в зависимости от параметров функционирования оборудования и технологических каpт. ЭСКО беpет на себя ответственность за функционирование пpоекта и получает оплату за счет части сэкономленной в результате pеализации пpоекта энеpгии. ЭСКО гаpантиpует, что экономия будет достаточной, чтобы покpыть капиталовложения в огpаниченный пpомежуток вpемени, и несет pиск в любой момент вpемени на сумму пpоектных затpат, котоpые остались непокpытыми. ЭСКО либо прямо обеспечивает финансирование, либо организует финансирование пpоекта каким-либо финансовым институтом. В последнем случае ЭСКО гаpантиpует, что полученная за счет пpоекта экономия будет достаточной для выплаты долга и пpоцентов по нему.

3.2. Второй по значимости является реформа тарифообразования. Она должна быть нацелена на реформирование способа возмещения энергоснабжающими компаниями своих затрат через тарифы: уровень тарифов, тарифная система (классификация потребителей) и структура тарифов (например, одноставочные или двуставочные тарифы) должны максимально точно отражать затраты, понесенные энергоснабжающими предприятиями.

В этой же системе мер должен быть реформирован сам способ определения стоимости услуг. Регулирование по методу «затраты-плюс» препятствует повышению эффективности эксплуатации и технического обслуживания оборудования и реализации капиталовложений, даже если эти капиталовложения со временем могут принести экономию энергии у потребителей.

Переход к использованию метода доходности инвестированного капитала (RAB) предполагает установление тарифов на долгосрочный (3-5 лет) период регулирования. При этом регулируемой организации возмещается экономически обоснованная доходность инвестированного капитала (от 6% до 12%). Указанный метод позволит привлечь существенный объем частных инвестиций в развитие магистральных и распределительных сетей с сохранением умеренного роста тарифов. Финансирование тарифов на долгосрочный период и отказ от ежегодного постатейного пересмотра расходов сетевых организаций позволит создать стимул для сетевых компаний к экономии издержек, а увязка тарифов на передачу электроэнергии с критериями качества и надежности электроснабжения приведет к повышению устойчивости работы сетевого комплекса.

Необходимость сокращения доли прямого тарифно-ценового регулирования инфраструктурных секторов предопределяет новые требования к эффективному и согласованному государственному регулированию конкурентных и регулируемых секторов.

Программы отраслевого развития, региональные программы, инвестиционные программы субъектов естественных монополий, программы капитального строительства коммунальных организаций, включая программы повышения энергоэффективности, должны быть увязаны и синхронизованы между собой, для чего целесообразно:

- сформировать и ввести процедуры разработки, согласования и корректировки инвестиционных (капитальных) программ регулируемых субъектов с выделением мероприятий по энергоэффективности;

- при разработке долгосрочных целевых программ регулируемых субъектов, федеральных и региональных целевых программ учитывать сценарные отраслевые прогнозы, варианты финансирования, включая бюджетное, тарифное финансирование и возможности и условия привлечения частных инвестиционных средств;

- сформировать и внедрить систему мониторинга и контроля за утвержденными инвестиционными (капитальными) программами, сочетающую принципы проектного финансирования, мониторинг/контроль ключевых событий инвестиционного процесса, достижение промежуточных и конечных результатов.

3.3. Следующей по значимости является система мер по реализации  требования обеспечения минимальной доли ресурса энергоэффективности (как по энергии, так и по мощности) в инвестиционных и производственных программах энергоснабжающих компаний.

Для этого нужно внести в законодательство по формированию тарифов на электрическую и тепловую энергию положения, обязывающие энергоснабжающие компании формировать инвестиционные программы на основе интегрированного планирования энергетических ресурсов и позволяющие запускать и финансировать программы управления спросом на объектах потребителей. В случае мощности это означает, что энергоснабжающая компания может выполнить свои обязательства на равной основе как за счет покупки неэффективной мощности у потребителя, так и за счет нового строительства, выбирая то, что обходится дешевле.

Важным направлением регулирования деятельности энергоснабжающих компаний является внедрение практики программ управления спросом через добавление определенной суммы к счетам за электроэнергию для финансирования программ управления спросом, или определяя размер обязательной ежегодной экономии энергии для электроснабжающих организаций.

На этой основе можно осуществить пеpеход от ситуации, когда главной задачей энеpгоснабжающих компаний является пpодажа максимально возможного количества энеpгоносителей, к ситуации, когда их главной целью становится удовлетворение конечных потребностей в услугах (комфорте, освещении, передвижении и т.п.), котоpые потpебитель получает, используя энеpгоносители.

В этом случае повышение эффективности использования энеpгии позволяет удовлетвоpить дополнительные потребности без наращивания объемов ее пpоизводства. Такая пpактика получает все большее распространение во многих странах и позволяет сделать повышение эффективности использования энергии одним из важных элементов регулирования деятельности «естественных» энергетических монополий. Для этого необходимо разработать необходимые требования и документацию для представления энеpгоснабжающими компаниями инвестиционных программ, содержащих финансирование мер по повышению энергоэффективности у потребителей, которые организуются в форме программ управления спросом, содержащих разделы по повышению эффективности использования энеpгии у потpебителей энеpгоснабжающей компании. Ваpианты покpытия потpебности в энеpгии на теppитоpии, обслуживаемой энеpгоснабжающей компанией, как за счет упpавления спpосом и повышения эффективности использования энеpгии, так и за счет стpоительства энеpгетических объектов, в обязательном поpядке сопpовождаются оценками экономических затpат по pазpаботанным методикам.

В целях отpажения экологической составляющей затpат, связанных с наpащиванием выpаботки электpоэнеpгии, тепла и подведения пpиpодного газа, оценки затpат по пpоектам, связанным с пpоизводством энеpгоpесуpсов, должны быть увеличены пpи сопоставлении с пpоектами, повышающими эффективность использования энеpгии.

Главным кpитеpием фоpмиpования окончательного плана pазвития энеpгоснабжающей компании должен быть минимум затpат на покpытие потpебности в энеpгии как за счет pеализации пpогpамм упpавления спpосом у обслуживаемых ими потpебителей, так и за счет пpоектов по пpоизводству энеpгии. Минимизация этих затpат пpи pегулиpовании ноpмы pентабельности позволит замедлить pост таpифов на электpоэнеpгию, тепло и пpиpодный газ, оpганически сочетая пpи этом интеpесы потpебителей и энеpгоснабжающих компаний.

3.4. Важным направлением регулирования деятельности энергоснабжающих компаний является введение практики реализации программ управления спросом через добавление определенной суммы к счетам за электроэнергию для финансирования этих программ спросом, или определение размера обязательной ежегодной экономии энергии для электроснабжающих организаций.

Схема «белых сертификатов» – документов, удостоверяющих достижение определенного снижения энергопотребления – основана на аналогичных схемах, таких как схема торговли выбросами Европейского Союза и схема «зеленых сертификатов». В ее рамках производителям энергии и сбытовым компаниям даются количественные обязательства по реализации мер по повышению энергоэффективности у потребителей. Если они не достигают целевого задания, то их подвергают штрафным санкциям.

«Белые сертификаты» выдаются за сэкономленные объемы энергии. Энергоснабжающие компании могут использовать их для выполнения своих обязательств, а при избытке – продавать другим организациям. Это, как и в схемах торговли выбросами, позволяет минимизировать затраты на выполнение обязательств. «Белые сертификаты», иначе называемые «энергосберегающими сертификатами» или «энергосберегающими кредитами», являются документами, выдаваемыми уполномоченными государственными органами и удостоверяющими достижение определенного объема экономии энергии. Каждый сертификат является документом строгой отчетности, подтверждающим право собственности на определенное количество дополнительной экономии энергии и гарантирующим, что выгода от данной экономии не была получена где-либо еще. Сертификаты могут быть получены за реализацию проектов (самостоятельно или с помощью ЭСКО), в результате которых достигнута экономия энергии сверх базового уровня.

Алгоритм запуска такой схемы включает: назначение органа по выдаче сертификатов; четкое определение сертификатов: размер, технологии, критерии, сроки действия и т.д.; определение «правил торговли»; создание системы регистрации, мониторинга и верификации; определение наказаний за невыполнение обязательств; организацию погашения (выкупа) сертификатов.

3.5. Схемы налогообложения и ограничения промышленных выбросов загрязняющих веществ с помощью квот. Средства, полученные от введения налога на углерод и торговли квотами на выбросы парниковых газов, могут стать финансовой основой организации деятельности правительства по повышению энергоэффективности.

Правительство располагает арсеналом схем налогообложения для стимулирования повышения энергоэффективности в электроэнергетике, например, налог на покупку топлива, налог на выбросы или налог на СО2. Налог на углерод и ограничение промышленных выбросов загрязняющих веществ с помощью квот – это два метода стимулирования повышения энергоэффективности. Это приводит к существенному расширению рыночного потенциала повышения энергоэффективности. Налог может устанавливаться в процентах от цены топлива или от выбросов парниковых газов при сжигании единицы топлива.

3.6. Внедрение методики оптимального использования экономического и рыночного потенциала эффективности электроэнергетики при выборе инвестиционных проектов (например, по строительству новых генерирующих мощностей или их модернизации).

Экономически целесообразные и финансово привлекательные мероприятия по повышению энергоэффективности должны отбираться из числа технически эффективных путем сравнения затрат и выгод от реализации этих мероприятий. Для определения затрат при реализации проектов целесообразно использовать подход, основанный на «стоимости сэкономленной энергии (CSE)». Затраты при реализации мероприятий по повышению энергоэффективности включают: а) приростные капитальные затраты на реализацию проекта и б) все дополнительные затраты или эффекты от реализации мероприятия. Стоимость экономии энергии (CSE) является показателем затрат, необходимых для получения экономии энергии в результате реализации определенного проекта по повышению энергоэффективности. CSE рассчитывается путем деления приростных (а не полных) капитальных затрат по проекту повышения энергоэффективности на достигнутую в результате проекта экономию энергии.

Оценка капитальных затрат по проектам повышения энергоэффективности должна проводиться с учетом коэффициента восстановления капитала (CRF), который трансформирует суммарные капиталовложения в эквивалентные годовые затраты. В свою очередь, величина CRF зависит от ставки дисконтирования или, другими словами, от величины возможной доходности на вложенный капитал при альтернативных инвестициях.

Дополнительные затраты или выгоды (Cop) могут включать годовое изменение эксплуатационных издержек, устранение необходимости в капитальных вложениях или внешне эффекты, имеющие отношение к конкретному проекту повышения энергоэффективности.

Таблица 4

Оценка прямых и интегральных эффектов реализации технического потенциала эффективности в электроэнергетике при условии реализации энергосберегающих инвестиционных проектов (в млрд.кВт.ч)

Сектор

энергопотребления

Потребление

энергии в 2008 г.,

млрд квт·ч

Технический

  потенциал

  Уголь

Нефтепродукты

Газ

Прочие топлива

Всего топлива

Электроэнергия

Прямые эффекты

Выработка электроэнергии

1037,20

323,18

58,26

2,75

233,68

3,71

298,45

24,73

ТЭС

495,20

163,93

33,33

0,36

130,25

0,01

163,93

0,01

Потери электроэнергии в сетях

70,52

24,73

0,01

0,01

0,01

0,01

0,01

24,73

Интегральные эффекты с учетом экономии электроэнергии у потребителя

Выработка электроэнергии

1037,20

967,70

173,65

18,42

472,05

13,94

676,68

0,01

ТЭС

495,20

388,81

116,56

5,44

265,33

1,48

388,81

0,05

Источник: расчеты автора

Выгоды отражены в виде отрицательных издержек в Cop в формуле для расчета CSE. Суммарные годовые затраты по проекту повышения энергоэффективности (CRFCc+Cop) выражаются в единицах сэкономленной энергии (например, кВт-ч электроэнергии или м3 газа). Это достигается путем деления суммарных годовых затрат по проекту повышения энергоэффективности на суммарную годовую экономию, полученную в результате реализации этого проекта.

Для ответа на вопрос, представляет ли проект интерес с точки зрения экономической или финансовой эффективности, стоимость годовой экономии энергии (CSE) сравнивается со средними ценами на энергоносители. Если, например, CSE при установке энергоэффективных осветительных приборов составляет 1 руб./кВт-ч, а инвестор в среднем платит за электроэнергию 2 руб./кВт-ч, то инвестиции в реализацию энергосберегающего проекта дают положительный доход на вложенный капитал и являются финансово эффективными (табл. 4).

Оценка полных коэффициентов расхода первичной энергии в ТЭК на единицу произведенной энергии позволяет выразить бесконечную цепочку полных коэффициентов через единый мультипликатор – так называемый полный коэффициент. Расчеты по данной методике позволили оценить возможность использования технического потенциала электроэнергетики в категориях прямых и интегральных эффектов роста эффективности в связи с доминированием энергосберегающих инвестиционных проектов.

Эта методика позволяет разграничивать экономически целесообразные и финансово привлекательные инвестиции путем учета в первых сопутствующего снижения потребления первичной энергии от проектов по повышению энергоэффективности в секторах конечного потребления. В результате интегрированной  оценки полученного эффекта от реализации энергосберегающих инвестиционных проектов в целом можно получить экономии около 298 млрд.кВт.ч в за счет экономии топливных ресурсов и 25 млрд. – электроэнергии. Если сравнить суммарный объем прямых эффектов с объемом потребления электроэнергии в 2008 г., то он составит приблизительно 31%. А с учетом экономии электроэнергии у потребителя этот показатель увеличивается практически в 2 раза.

  В заключении обобщены результаты диссертационного исследования и сформулированы следующие основные теоретические и практические выводы.

  1. Системообразующая роль энергетики проявляется в устойчивой глобальной тенденции  роста общего потребления энергетических ресурсов в мире. Рост энергоемкости валового внутреннего продукта в стране в значительной мере обусловлен неэффективностью электроэнергетики как важнейшей отрасли ТЭК. Факторы неэффективности связаны с:
  • незавершенностью структурных реформ в электроэнергетике;
  • неадекватной нормативно-правовой базой функционирования естественно монопольной и свободно конкурентной структур этой вертикально интегрированной отрасли;
  • значительной долей физически и морально устаревшего оборудования в отрасли;
  • отсутствием оптимально выстроенной вертикали органов, ответственных за повышение энергоэффективности электроэнергетики;
  • неадекватной мотивацией к энергоэффективности всех участников структурных связей по поводу производства, передачи и потребления электрической энергии;
  • отсутствием системы мониторинга состояния энергоэффективности в отрасли и других структурах экономики;
  • неадекватной политикой тарифообразования на электрическую энергию.
  1. Электроэнергетика России является базовой отраслью, удовлетворяющей потребности экономики и населения страны в электрической и тепловой энергии, вследствие чего целью ее функционирования является не опережающее развитие, а отсутствие сдерживающих факторов со стороны отрасли для развития хозяйства страны.
  2. С 1990 г. энергоемкость российской экономики снижалась на 3,4% в год, в то время как в большинстве бывших советских республик снижение составляло в среднем 6-7%. В результате в самый разгар реформирования электроэнергетики энергоемкость ВВП России в 2,5 раза превышала  среднемировой уровень и в 2,5-3,5 раза соответствующие показатели развитых странах.
  3. Если  в целом оценить технический потенциала повышения энергоэффективности в России, то он составляет не менее 45% от уровня потребления энергии в начале 2000-х гг.,  экономический потенциал в стране составляет 307-330 млн. тут, или 73-78% технического потенциала, а рыночный потенциал равен 269-286 млн. тут, или примерно 87% экономического и 63-68% технического. При этом только научно-технический прогресс делает ресурс повышения энергоэффективности возобновляемым.
  4. Анализ современного положения электроэнергетики выявил значительные возможности реализации технического, экономического и рыночного потенциалов роста энергоэффективности. Вместе с тем, каждый из них имеет ограничения,  связанные с факторами, значительно  тормозящими процесс роста эффективности электроэнергетики.
  5. Разработаны следующие меры, совокупность которых позволит реализовать механизм повышения эффективности электроэнергетики России в долгосрочной перспективе:

- обоснована приоритетная роль государства в институциональном обеспечении реализации прав предприятий распоряжаться сэкономленными энергозатратами, а также  правил закупок, стимулирующих использование энергоэффективных технологий;

  - определена значимость реформирования способа возмещения энергоснабжающими компаниями своих затрат через систему тарифообразования;

- разработаны подходы к  формированию стандартов энергоэффективности в таких секторах электропотребления, как здания, промышленное оборудование, эффективность использования топлива;

- предложены программы управления спросом;

- обоснованы меры по повышению энергоэффективности как условия для предоставления субсидий на проведение капитального ремонта;

- разработаны подходы к координации планов по электроснабжению;

- выделены меры по стимулированию финансирования энергоэффективных проектов финансовыми институтами;

- обоснованы меры по реформированию способа возмещения энергоснабжающими компаниями затрат через тарифы: уровень тарифов, тарифную систему (классификация потребителей) и структуру тарифов (например, одноставочные или двуставочные тарифы).

-  обоснована методика оптимального использования экономического и рыночного потенциалов эффективности электроэнергетики.

3. Основные положения диссертационной работы изложены автором  в следующих публикациях:

Монографии и главы в монографиях

  1. Соболев Р.С. Особенности функционирования вертикально интегрированных структур как фактор повышения эффективности промышленного производства в России (на примере электроэнергетики). - Москва: ООО Издательство «Компания Спутник+», 2002. – 13,90 п.л. 
  2. Соболев Р.С. Механизм макротехнологического структурирования промышленного производства в России: монография. – Москва: ООО Издательство «Компания Спутник+», 2005. – 20,69 п.л. 
  3. Соболев Р.С. Развитие механизмов эффективного функционирования промышленных предприятий: монография. – Москва: ООО Издательство «Компания Спутник+», 2008. – 18,8 п.л.
  4. Соболев Р.С. Механизм формирования энергоэффективной структуры российской промышленности: монография. -  Москва: ООО Издательство «Компания Спутник+», 2010. –  19 п.л.

Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК

  1. Соболев Р.С. Принципы локального ценообразования // Вестник Саратовского госагроуниверситета им. Н.И. Вавилова. 2004. - №2. – 0,5 п.л.
  2. Соболев Р.С., Трусов М.В. Экономические побуждения в подсистеме спроса // Вестник Саратовского госагроуниверситета им. Н.И. Вавилова. - 2005. - №2. – 0,5 п.л.

7. Соболев Р.С. Ухудшение экономических показателей российской промышленности в условиях финансового кризиса // Сегодня и завтра российской экономики. Научно-аналитический сборник. – 2009. - № 25. – 0,5 п.л.

8.  Соболев Р.С. Энергоэффективная структура промышленного производства – основа  долгосрочного роста российской экономики //  Вопросы экономики и права. - 2010. - № 11.  – 0,5 п.л.

9. Соболев Р.С. Технологическая структура промышленного производства и потенциал его энергоэффективности // Вопросы экономики и права. – 2010. - №12. – 0,5 п.л.

10. Соболев Р.С. Повышения эффективности электроэнергетики России в долгосрочной перспективе // Вопросы экономики и права. 2010. -  № 12.  – 0,5 п.л.

11. Соболев Р.С. Механизма повышения энергоэффективности промышленного производства в системе факторов долгосрочного роста России // Экономические науки. – 2010. - №12. – 0,5 п.л.

12. Соболев Р.С. Становление  новой технологической структуры промышленности в процессе замещения неэффективных производств более эффективными // Вопросы экономики и права. 2011. - № 1.  – 0,5 п.л.

13. Соболев Р.С. Энергоэффективная структура  промышленного производства – основа  долгосрочного роста российской экономики // Экономические науки. – 2011. - №1. – 0,5 п.л.

14. Соболев Р.С. Формирование энергоэффективной структуры промышленности в процессе замещения массовых ресурсов качественными // Вопросы экономики и права. 2011. -  № 2.  – 0,5 п.л.

15. Соболев Р.С. Концептуальные положения теории изменения технологической структуры национальной  промышленности // Экономические науки. - 2011. -  № 2. – 0,5 п.л.

16. Соболев Р.С. Взаимообусловленность роста энергосбережения и экономии финансовых ресурсов в механизме вытеснения устаревших технологий // Вопросы экономики и права. - 2011. - № 3.  – 0,5 п.л.

17. Соболев Р.С. Повышение энергоэффективности промышленного производства в системе факторов долгосрочного роста России // Экономические науки. - 2011. - № 3.  – 0,5 п.л.

Публикации в других изданиях

18. Соболев Р.С. Алгоритмические модели базовых экономических структур // Феноменологический анализ состава и системных свойств объектов менеджмента: Сборник научных статей. Приволжск. Дом знаний. - Пенза, 2002. С. – 0,3 п.л.

19. Соболев Р.С., Кнышев И.В. Методология первичной самоорганизации хозяйственных систем / Автор. коллектив: Соболев Р.С., Кнышев И.В., Макаров О.В. и др. - Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2002. – 7 п.л.

20. Соболев Р.С. Хозяйственные системы промышленной экономики: методология, теория, моделирование. - Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2002. – 14 п.л.

21. Соболев Р.С. Системные основы экономического движения: Мат. Всерос. науч.-практ. конф. / Под ред. Р.С. Соболева. - Пенза, 2003. – 5 п.л..

22. Соболев Р.С. Ускорение технологического цикла  в вертикально интегрированных структурах электроэнергетики как фактор повышения эффективности производства / Современная экономика: методология, теория и практика // Приложение к журналу  «Экономические науки». - 2003. - № 2 – 0,85 п.л.

23. Соболев Р.С. Состояние теории управления экономическими системами //  Феноменологические основы управления экономическим движением: Мат. Всерос. науч.-практ. конф. - Пенза, 2003. – 0,5 п.л.

24. Соболев Р.С. Эффективность реструктуризации естественных монополий (на примере электроэнергетики) / Современная экономика: методология, теория и практика // Приложение к журналу «Экономические науки». - 2004. - № 1 – 0, 5 п.л.

25.  Соболев P.C., Трусов М.В. Принципы локального ценообразования на экономических сечениях и подсистемах // Структурная логистика: В 3 частях. - Саратов: Изд-во Сарат. гос. агр. ун-та им. Н.И.Вавилова, 2004. - Часть II. Теоретические основы логистики. – 0,8 п.л.

26. Соболев Р.С., Макаров О.В. Социально-экономические намерения в подсистеме спроса // Структурные основы экономической социологии: Мат. Всерос. науч.-практ. конф. - Пенза: РИО ПГСХА, 2005. – 0,5 п.л.

27. Соболев Р.С. Роль естественных монополий в мультипликации системы неплатежей в российской промышленности / Современная экономика: методология, теория и практика // Приложение к журналу «Экономические науки». - 2005. - № 2 – 0,8 п.л.

28. Соболев Р.С. Декомпозиция факторов роста российской промышленности / Современная экономика: методология, теория и практика. // Приложение к журналу «Экономические науки». - 2006. - № 3. – 0,6 п.л.

29. Соболев Р.С. Базовые положения теории декомпозиции факторов промышленного роста // Актуальные проблемы экономической науки и образования / Сборник научных статей. Под ред. проф. Стерликова Ф.Ф. – М.: МИЭМ, 2006.  – 0,5 п.л.

30. Соболев Р.С. Формирование интегрированных показателей оценки  эффективности управленческих решений в промышленности / Современная экономика: методология, теория и практика // Приложение к журналу «Экономические науки». - 2007. - № 1. – 0,9 п.л.

31. Соболев Р.С. Развитие механизмов эффективного функционирования промышленного предприятия» / Современная экономика: методология, теория и практика. // Приложение к журналу Экономические науки. 2007. № 2. – 1 п.л.

32. Соболев Р.С. Совершенствование системы оценки эффективности управленческих решений промышленного предприятия // Актуальные проблемы экономической науки и образования / Сборник научных статей. Под ред. проф. Стерликова Ф.Ф. – М.: МИЭМ, 2008, вып. 1.  – 0,5 п.л.

33. Соболев Р.С. Оценка фактора энергосбережения в повышении качества  технологической структуры  национальной промышленности // Актуальные проблемы экономической науки и образования / Сборник научных статей. Под ред. проф. Стерликова Ф.Ф. – М.: МИЭМ, 2008, вып. 2. – 0,5 п.л.

34. Соболев Р.С. Факторы энергоэффективности российской экономики // Актуальные проблемы экономической науки и образования / Сборник научных статей. Под ред. проф. Стерликова Ф.Ф. – М.: МИЭМ, 2009, вып. 1. – 0,5 п.л.

35. Соболев Р.С. Отраслевая структура потенциала энергоэффективности в российской промышленности. // Актуальные проблемы экономической науки и образования / Сборник научных статей. Под ред. проф. Стерликова Ф.Ф. – М.: МИЭМ, 2009, вып. 2. – 0,5 п.л.

37. Соболев Р.С. Отраслевой анализ потенциала энергоэффективности в российской промышленности // Актуальные проблемы экономической науки и образования / Сборник научных статей. Под ред. проф. Стерликова Ф.Ф. – М.: МИЭМ, 2010, вып. 1. – 0,5 п.л.

38. Соболев Р.С. Оценка эффективности производства и распределения электроэнергии // Теоретическая экономика. - 2011. - № 1. – 0,5 п.л.

39. Соболев Р.С. Западный опыт использования потенциала энергоэффективности в качестве фактора долгосрочного промышленного роста / Соболев Р.С. Брошюра. – М.: ООО Издательство «Компания Спутник+», 2010. – 2,6 п.л.


1 Energy Efficiency in Russia: Untapped Reserves / World Bank, IFC // World Bank Working Paper No 493. 2008.

2 Роберт Обеткон и Ричард Лукас. «Российская электроэнергетика на пороге инвестиционной программы стоимостью 80 млрд.долл.». Обзор российской строительной отрасли.

3 I. Bashmakov. Resource of energy efficiency in Russia: scale, costs and benefits // www.cenef.ru

4 Современные проблемы экономии топливно-энергетических ресурсов. М., ВИНИТИ. 1989. П/ред. И.А. Башмакова и А.А. Бесчинского. Сопоставительный анализ показателей развития энергетики и энергетической эффективности СССР, США и Западной Европы в 1970-2000 гг. ИНЭИ. Москва. 1990. Т. 1

5 По оценкам автора, энергоёмкость российского ВВП в 2008 г. снизилась на 4,5%, а в кризисные 2009-2010 гг. ее снижение сокращалось до 2-3% в год.

6 I. Bashmakov. Costs and benefits of CО2 emission reduction in Russia. In “Costs, Impacts, and Benefits of CO2 Mitigation. Y. Kaya, N. Nakichenovich, W. Nordhouse, F. Toth Editors. IIASA. June 1993.

7 Скорректированный на изменение запасов и на чистый экспорт энергии.

8 Worrell, E., Neelis, M., Price, L., Galitsky, C., Zhou, N. World Best Practice Energy Intensity Values for Selected Industrial Sectors, 2007. Berkeley, CA: Lawrence Berkeley National Laboratory. 2007.

9 Постановление Правительства РФ от 28.06. 2008 г. № 476 «О внесении изменений в некоторые постановления Правительства Российской Федерации по вопросам организации конкурентной торговли генерирующей мощностью на оптовом рынке электрической энергии (мощности)».

10 Мотивация энергоснабжающих компаний в большой степени обусловливается методологией тарифообразования.







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.