WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Ардашева Евгения Павловна

частно-государственное соуправление развитием регионального нефтегазохимического комплекса

в системе Отраслевой политики

Специальность 08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством (региональная экономика)

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора экономических наук

Казань – 2008

Диссертация выполнена на кафедре экономики Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Казанский государственный технологический университет»

Научный консультант:

доктор экономических наук, профессор

Губаев Шамиль Шамсиевич

Официальные оппоненты:

доктор экономических наук, профессор

Загидуллина Гульсина Мансуровна

доктор экономических наук, профессор

Орлов Сергей Леонидович

доктор экономических наук, профессор

Царегородцев Евгений Иванович

Ведущая организация:

Академия народного хозяйства

при Правительстве Российской Федерации

Защита состоится 5 июля 2008г. в 10.00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 521.015.01 в Академии управления «ТИСБИ» по адресу: 420012, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Муштари, д. 13, малый актовый зал Академии управления «ТИСБИ».

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Академии управления «ТИСБИ», с авторефератом – на официальном сайте ВАК Министерства образования и науки РФ (www.vak.ed.gov.ru).

Автореферат разослан «____» ____________ 2008 года

Ученый секретарь диссертационного совета        

кандидат экономических наук, доцент                               Н.А.Петрухина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В современной российской экономической науке и практике наблюдается устойчивая тенденция пересмотра базовых подходов к выбору путей и инструментов модернизации экономики и институционального реформирования. В этом процессе повышается роль и значимость отраслевой политики как системы согласованного частно-государственного соуправления развитием отраслей и территориально-отраслевых комплексов, которая призвана демпфировать кризисные флуктуации и резонансно усиливать переход отечественной экономики на прогрессивный вектор развития. В начальный трансформационный период отраслевая политика согласно внешним управленческим рекомендациям (так называемому Вашингтонскому консенсусу) не входила в пакет либеральных реформ, обретших, в итоге, шоковый, не градуалистский характер и оказавшихся крайне болезненными для социума, отечественного реального сектора экономики, научной сферы. Отраслевая политика носила в лучшем случае ситуативный характер, была растворена в экономической политике.

В настоящее время ситуация меняется. В практике государственного регулирования российской экономики на федеральном и региональном уровнях расширяется использование инструментария отраслевой политики. Более глубокому осмыслению подвергается опыт различных стран в области управления становлением конкурентоспособных национальных экономик, как оказалось, весьма разнородный и институционально специфичный, но одновременно во многом сходный, если соотносить его с конкретными историческими этапами. Так, в ряде институционально направленных исследований убедительно доказано на примере как развитых, так и развивающихся стран, что в переходный период их развития отраслевая политика являлась ключевым фактором в успешном решении задачи перестройки, восстановления и ускоренной модернизации экономики, существенным образом повлияв на активизацию инвестиционной и инновационной деятельности.

Кроме того, на первый план современной науки выдвигаются новые научные концепции, в частности, системно-синергетические (самоорганизационные), позволяющие обогатить теории развития и управления, по-новому осмыслить роль государства в экономике и также диктующие необходимость применения гибкого управляющего воздействия в зависимости от этапов развития управляемой самоорганизующейся системы и при условии согласованности с ее природой.

В связи с этим актуальным становится формирование соответствующей методологической и методической базы отраслевой политики, адаптированной к институциональным особенностям и этапам развития российской экономики, специфике ее регионов и, вместе с тем, учитывающей мировые тенденции, что позволит избежать точечных мер, не объединенных в едином пакете институциональных реформ и отраслевой политики. Существует потребность и в научном анализе уже имеющегося опыта региональной отраслевой политики, формирование на этой основе дополнительной доказательной базы целесообразности и особенностей государственного управления отраслевыми и территориально-отраслевыми звеньями экономики. Необходимо также определение принципов разграничения полномочий и ответственности в реализации отраслевой политики на федеральном и региональном уровнях управления. Востребованным является и установление потенциала и критериев применимости отраслевой политики как фактора влияния на инвестиционно-инновационную активность мезоэкономики.

В число приоритетов современной отраслевой политики выдвигается промышленность в целом и нефтегазохимический комплекс (НГХК). На их развитие на новой технологически прогрессивной базе возлагаются надежды обеспечения экономической безопасности и устойчивого развития России и ее регионов, особенно Республики Татарстан. В послании Президента РФ Федеральному собранию РФ на 2007 год заявлено о необходимости увеличения переработки природного сырья внутри страны, что предполагает необходимость формирования в рамках согласованной частно-государственной федеральной и региональной отраслевой политики стимулов к инвестированию прогрессивных структурных сдвигов в НГХК, к максимально глубокой переработке природного сырья с получением наукоемкой нефтехимической и химической продукции промышленного и потребительского назначения, и как следствие, синергетических эффектов за счет генерации спроса и предложения по длинной цепочке сопряженных территориально-отраслевых кластеров. Это не в последнюю очередь будет также обусловлено формированием долгосрочных прогнозов и инвестиционно-стратегических программ развития НГХК.

Таким образом, активизация деятельности, связанной с формированием и реализацией отраслевой политики в НГХК страны и регионов, обусловливает актуальность разработки ее научной составляющей. В свою очередь, формирование методологического аппарата отраслевого регулирования позволяет поставить на научную основу и совершенствовать практическую деятельность в этой области. Об актуальности исследований по избранной теме свидетельствует также установленная степень ее разработанности.

Степень разработанности проблемы. Поиск теорий, которые могли бы быть использованы при рассмотрении проблем развития и управления развитием различных объектов и процессов, привел к выдвижению в качестве общенаучного каркаса исследования системно-самоорганизационных концепций. Теория самоорганизации формируется в рамках таких научных направлений и школ, как синергетика (Г.Хакен), теория изменений и диссипативных структур (И. Пригожин, Г. Николис, П. Гленсдорф), теория катастроф (В.И. Арнольд, Р. Гилмор, Р. Том, Г. Уитни), теория детерминированного хаоса (Г. Хакен, Е.Н. Лоренц, Г. Шустер), теория нелинейной динамики, дифференциальных уравнений, фракталов (Ф. Варела, К. Майнцер, Б. Мандельброт, Э. Моран). Методология и результаты анализа явлений самоорганизации применительно к таким сферам, как экономика, экономическая история, общественная история, политика, социология, отражены в работах Э.В Автуховича, Л.Е. Басовского, В.А. Бородина, Н.К. Буровой, В.Г. Ванярхо, А. Венгерова, В.А. Владимирова, Б.Л. Дорина, Д.Л. Дружинина, Ю. Каганова, С.П. Капицы, Е.Н. Князевой, С.П. Курдюмова, Г.Г. Малинецкого, С.Ю. Малкова, О.В. Митиной, В.Ф. Петренко, А.А. Петрова, С.В. Шманева. Представляют интерес разработки в области синергетического менеджмента, которые развивают зарубежные и отечественные авторы – Х.-Ю. Варнеке, Э. Венгер, А. де Гиус, Д. Голдсмит, Д. Денисова, Ф. Капра, М. Келнер-Роджерс, К. Клок, Б. Кузнецов, К. Носс, П. Сендж, С. Скрипников, Н. Слонов, А. Степанов, Д. Хок, Г. Шрайэгг. Интегрированный системно-синергетический подход к анализу и управлению процессом развития (на уровне национальной экономики) разработан в монографии Е.А. Ерохиной «Теория экономического развития: системно-синергетический подход», представляющейся одной из наиболее целостных и основательных по данному кругу вопросов. Однако применительно к отраслевому и регионально-отраслевому ракурсу анализа и управления самостоятельных и крупных работ, использующих методологию системно-синергетической теории, встречено не было.

Исследуя роль государства в экономическом развитии в том или ином контексте, нельзя не иметь в виду базовый диапазон теоретических позиций, восходящих к работам представителей меркантилизма, политической экономии, неоклассики, кейнсианства, неоклассического синтеза. Учитывая также, что в «мейнстриме» (к которому относят, как известно, неоклассику и неоклассический синтез) проблематика анализа развития и управления развитием мезоэкономики (включая отраслевую, региональную политику) не находит должного отражения, особое внимание обращено на институциональный подход и неоинституциональные теории «сетевого капитализма» (А. Олейник) и организаций (О. Уильямсон, К. Менар). Разработка определения и типологии мезоэкономики потребовала также обращения к работам В.Н. Ананидзе, К.А. Багриновского, Г.Б. Клейнера, Я. Корнаи, В.И. Кушлина, Л.А. Николаева, А.С. Пелиха, Е. Стиглица, А.Н. Фоломьева.

Определение регионального компонента мезоэкономики, анализ специфики российских регионов осуществлялись с учетом работ Э.Б. Алаева, В.Г. Алиева, Л.Г. Байрамовой, В.И. Бутова, А.И. Гаврилова, К.И. Зубкова, В.Н. Лексина, К. Малфита, В.В. Масклакова, В.Ю. Пленкина, А.Н. Швецова, экономических словарей под редакцией А.Н. Азрилияна, Е.П. Голубкова, В.С. Каменкова, В.Н. Шимова. Вопросы формирования территориальных промышленных и инновационных дистриктов и кластеров рассматривались по Р. Акселроду, Я. Драневу, В.В. Иванову, С. Клесовой, П. Кругману, А. Маршаллу, К. Монро, Ф. Перру, Б.И. Петрову, Ф.Пику, К.И. Плетневу, М. Портеру, В. Сенгенбергеру, Ф. Сфорзи, И. Тюнену, Д.А. Ялову. Специфика российских отраслевых бизнес-групп как компонентов мезоэкономики исследовалась с опорой на разработки С.Б. Авдашевой, В.П. Балюкевича, Я.С. Галухиной, А.В. Горбачева, И. Евсеевой, В.Е. Дементьева, Т.Г. Долгопятовой, В. Крюкова, Я.Ш. Паппэ, В. Радаева, А. Шаститко.

В области теории промышленной политики и ее связи с институциональным реформированием национальной и региональных экономик весьма содержательными, на наш взгляд, являются труды В. Анисимова, В.Д. Камаева, В. Полтеровича, В. Попова, Д. Родрика, А. Тониса. Разработки по этой теме ведутся также отдельными коллективами ученых из институтов РАН, экспертами ТПП РФ. Вопросы промполитики в части размещения производительных сил рассматривались А.А. Арбатовым, Е.Б. Ардемасовым, А.Г. Гранбергом, С.Ю. Ветлугиным, А.В. Кондаковым, М.Р. Сафиуллиным, К. Мацуситой, специалистами ГНИУ «Совет по изучению производительных сил», ЦЭСИ РТ при КМ РТ.

При формировании методической базы управленческого мезоэкономического анализа и прогнозирования исходили из экономико-статистических разработок, прежде всего, таких авторов, как Л.Е. Басовский, А.П. Кулаичев. Учитывался современный конкретно-прикладной опыт использования многомерных методов анализа данных в отраслевых и региональных исследованиях – работы Н.А. Заказчиковой, Н.Н. Райской, Е.В. Заровой, М.А.Котяковой, Г.О.Читая, О.А.Хохловой, И.С.Ульянова, М.А.Есенина, Р.А. Шмойловой, О.А.Буровой, М.Ю.Карышева.

Общетеоретические вопросы прогнозирования и программирования исследованы Г.Б. Клейнером, Н.Д. Кондратьевым, Д.Ю. Миропольским, М.Н. Узяковым, Ю.В. Яковцом, инвестиционного проектирования с оценкой народнохозяйственных (макро-, отраслевых и региональных) эффектов – П.Л. Виленским, А.А. Водяновым, В.Н. Лившицем, С.А. Смоляком, Л.А. Стрижковой. Специальные исследования, связанные с анализом, прогнозированием, разработкой стратегий и программ развития ТЭК и НГХК в глобальном, национальном и региональном (по РТ) масштабах, представлены в публикациях В.В.Авиловой, В.Арутюнова, И. Башмакова, А. Боксермана, О.Б. Брагинского, О.А. Бучнева, М.Г. Васильева, Ш.Ш. Губаева, А.А. Дагаева, В. Двинина, О.К. Денисова, Е.Н. Жуковой, Н.И. Ивановой, В. Илюмжинова, А.А. Калинина, Э.Ф. Каминского, А.В. Карибского, Т. Кузнецовой, Б.Н. Кузыка, В.Д. Курашева, Д. Леблонда, И.И. Мазура, О.И. Масловой, А.С. Некрасова, В.И. Проскурякова, Д. Рамазанова, Г. Родионовой, В. Рязанова, И.В. Рязанова, Е.Н. Сафонова, Т.Е. Свейти, Ю.В. Синяка, Л.Р. Сорокина, С.А. Тимофеева, В.М. Тумина, В.А. Хавкина, А.С. Хохлова, Ю.В. Яковца. Учитывалась также прогнозная деятельность экспертов Международного энергетического агентства, мировых и российских аналитических агентств, союзов и компаний НГХК.

Установленная актуальность исследования проблем мезоэкономического управления на примере отраслевой политики в отношении территориально-отраслевых комплексов, выявленная фрагментарность в разработанности темы, но наличие богатого теоретико-методологического и методического материала, подготовленного для системной интеграции в интересах формирования нового знания, обусловили выбор объекта и предмета, постановку цели и задач исследования.

Объектом исследования являются процессы развития и управления развитием региональных межотраслевых комплексов как компонентов мезоэкономики.

Предмет исследования – отраслевая политика как система частно-государственного соуправления развитием регионального межотраслевого комплекса (на примере нефтегазохимического комплекса и его отраслей).

Цель и задачи исследования. Цель диссертационного исследования состоит в формировании на системно-синергетической, институциональной и государственно-управленческой теоретической и эмпирической базе методологических основ и методического инструментария мезоэкономического анализа и управления на примере отраслевой политики с оценкой опыта, моделированием и определением направлений ее влияния на развитие и инвестиционно-инновационную активность регионального нефтегазохимического комплекса.

Поставленная цель определила задачи исследования:

  • формирование общенаучной базы диссертационной работы, заключающейся в анализе и обобщении системно-синергетических теоретических концепций с получением на этой основе целостного исследовательского подхода к изучению проблем развития и управления развитием экономических систем различных типов и масштаба с учетом их статических и динамических характеристик;
  • разработка объекта мезоэкономического анализа и управления на основе систематизации сформированных в различных теориях взглядов на средний уровень экономической иерархии и на природу установления связей между экономическими субъектами (сетей) в условиях переходных, инвестиционно- и инновационно- активных экономик;
  • определение отраслевого и регионально-отраслевого компонентов мезоэкономики через выполнение теоретического и классификационного анализа содержания понятий «отрасль» и «регион», их трансформации в современной российской экономической науке и практике;
  • формирование методологических основ отраслевой политики с системно-синергетических и институциональных позиций с учетом особенностей мезоэкономических объектов и специфики частно-государственного соуправления ими;
  • выделение особенностей управленческого мезоэкономического анализа с адаптацией к использованию в его рамках совокупности статистических методов анализа многомерных данных и временных рядов, а также с включением синергетических моделей (разработанных в теории катастроф);
  • приложение методической базы управленческого мезоэкономического анализа к исследованию и моделированию мезоэкономических объектов и процессов разных типов и масштабов (инвестиционной и промышленной сфер национальной экономики, ее химической отрасли, НГХК региона); определение основных закономерностей и тенденций их развития с акцентом на инвестиционную и инновационную активность, что необходимо для выработки отраслевой политики на федеральном и территориальном уровнях экономики;
  • анализ регионального опыта отраслевой политики и выделение институциональных инноваций в ее рамках, оказавших существенное влияние на экономическое восстановление, рост, инвестиционную и инновационную активность регионального НГХК на постбифуркационном этапе развития российской экономики;
  • формирование методологических и методических основ разработки отраслевых инвестиционно-стратегических программ с апробацией рекомендаций на примере НГХК РТ;
  • выполнение анализа состояния и оценка прогнозов развития отраслей НГХК РТ, а также выявление ключевых прогнозируемых средовых флуктуаций с целью обоснования направлений инвестирования прогрессивных структурных сдвигов в комплексе, разработки долгосрочных сценариев развития отраслей и соответствующих мер отраслевой политики на различных уровнях управления;
  • моделирование влияния селективной поддержки в рамках отраслевой политики приоритетным инвестиционным проектам и отраслям;
  • выявление роли малого отраслевого бизнеса в инновационно-отраслевых кластерах и преодолении территориальной асимметрии;
  • идентификация стратегий инновационной трансформации в НГХК РТ и формирование направлений инновационной отраслевой политики.

Соответствие содержания диссертации избранной специальности. Работа выполнена согласно паспорту специальности 08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством (региональная экономика), содержит положения и результаты, соответствующие пунктам 5.18, 5.3, 5.9, 5.14, 5.15, 5.16, 5.17.

Теоретико-методологическая и методическая база исследования. Методологическим каркасом исследования являются развиваемые в трудах отечественных и зарубежных ученых положения синергетики, системного анализа, экономического развития и экономической политики, мезоэкономики, отраслевой и региональной экономики, институционализма и неоинституционализма, инвестиционного, инновационного, финансово-экономического анализа, менеджмента, стратегического планирования, программирования и прогнозирования в сфере отраслей и региональных межотраслевых комплексов, в частности, в топливно-энергетическом и НГХК мира, РФ и РТ. Для решения поставленных задач в работе использовались общенаучные методы анализа и синтеза, единства исторического и логического, индуктивного и дедуктивного, абстракции, экономико-статистические, нашли совместное применение методы спектрального анализа и теории катастроф в исследовании динамических характеристик инвестиционной и промышленной активности российской экономики. В регионально-отраслевом анализе использованы многомерные методы анализа данных, методы интегральной сравнительной рейтинговой оценки, подходы сравнительного анализа, графический метод, приемы сводки и группировки, абсолютных и относительных величин, средних величин. Ряд экономико-математических, инвестиционных моделей и расчетов выполнялся с использованием программного обеспечения для статистического анализа STADIA и инвестиционного анализа Alt Invest (пакет «Альт-Инвест-Сумм»).

Информационной базой исследования послужили данные Федеральной службы Государственной статистики и Территориального органа Федеральной службы государственной статистики по РТ, отраслевых баз данных ОАО «Татнефтехиминвест-холдинг», материалы научно-экономической и периодической печати, отраслевых изданий и бюллетеней, сети «Интернет». В работе использовалась также информация, полученная из российской законодательной базы, стратегических и программных документов, материалов совещаний, круглых столов, заседаний рабочих групп, научно-технических советов общенационального, регионального и отраслевого характера, советов директоров предприятий НГХК РТ, конференций, в том числе международных, посвященных проблемам развития НГХК.

На защиту выносятся следующие результаты исследования:

  • уточненное понятие и типология мезоэкономики, учитывающая системный и несистемный, формальный и неформальный характер мезообъектов;
  • особенности содержания понятия «отрасль» с установлением его разновидностей и трансформации в современной российской экономике, идентификация системного характера отрасли и регионально-отраслевого комплекса;
  • уточненное понятие «отраслевая политика», содержащее указание на ее функцию, цели, объект, субъекты и принципы, стратегическое частно - государственное взаимодействие при ее выработке, федеральный и региональный уровни реализации; структурно-функциональная, статико-динамическая модель отраслевой политики, включающая основные методологические требования, классификацию мер отраслевой политики, выявление места региональной подсистемы;
  • методические особенности управленческого мезоэкономического анализа, учитывающие специфику его объекта, предмета и целей;
  • подход, основанный на использовании методов спектрального анализа и теории катастроф, к анализу свойств и взаимосвязи инвестиционных и промышленных процессов в российской экономике, установленные закономерности их протекания;
  • первичная и сокращенная система показателей, позволяющая установить закономерности состояния деловой и инвестиционно-инновационной активности химического комплекса России и его типичных классов-кластеров;
  • понятие «мезоэкономическая институциональная инновация», введение в научный оборот ряда мезоэкономических институциональных инноваций, сформированных в системе отраслевой политики в НГХК РТ;
  • совокупность показателей оценки и выводов о позитивном влиянии отраслевой политики на инвестиционную активность НГХК РТ;
  • методология формирования и рекомендуемая структура отраслевой инвестиционно-стратегической программы, учитывающая особенности частно-государственного соуправления в регионе;
  • совокупность ключевых прогнозируемых средовых флуктуаций, имеющих принципиальное значение для формирования долгосрочной программы и отраслевой политики в НГХК РТ;
  • алгоритм действий, методические подходы, нормативные и обобщающие количественные параметры состояния НГХК РТ как компоненты процесса сценарного прогнозирования его развития для целей отраслевой политики;
  • результаты модельных расчетов оказания в рамках отраслевой политики селективной поддержки приоритетным инвестиционным проектам и отраслям на примере проектов создания интегрированных нефтеперерабатывающих и нефтехимических производств в регионе;
  • сущность инновационной трансформации и типов ее стратегий в региональном НГХК, основанные на этом приоритеты и меры региональной инновационной отраслевой политики.

Научная новизна исследования заключается в следующих полученных лично автором результатах:

  1. Обоснована дефиниция мезоэкономики (которая определена как совокупность компонентов национальной экономики, представляющих собой относительно устойчивые системы и совокупности субъектов микроуровня экономики) и разработана типология мезоэкономических объектов, включающая их дифференциацию, с одной стороны, на системы и несистемы, с другой стороны, на формальную (жесткую) и неформальную (мягкую) мезоэкономику. В составе «мягкой» мезоэкономики обосновано выделение двух групп по признаку соответствия условным стадиям развития национальной экономики – переходной от традиционного или планового общества «к рынку» и переходной от рыночного общества к постиндустриальному. «Мягкими» мезоэкономическими системами названы экономические системы, включающие в свой состав экономические субъекты микроуровня, связанные между собой гибридными связями и кооперирующиеся для достижения некоторых общих целей, но одновременно сохраняющие самостоятельность (автономность в принятии решений и права собственности на активы). Термин «гибридные связи» означает, что в мезосистемах могут одновременно существовать различные типы связей между субъектами. Анализ таких мезообъектов как регионы, отрасли, комплексы, кластеры предложено выполнять через призму выявленных типов мезоэкономики, связи между ними, с учетом обусловленных процессом развития предпосылок, преимуществ и негативных сторон мезолокализации.
  2. На основе теоретико-классификационного анализа содержания понятия «отрасль» выделено три базовых его разновидности – отрасль экономики хозяйственная, отрасль экономики чистая и отрасль рыночная. Принципиальное значение придано следующим терминологическим особенностям – необходимо четко разделять виды отрасли, поскольку первые два вида отражают отрасль как компонент не экономики вообще, а национальной экономики (или конкретного региона), тогда как третий вид отражает совокупность продавцов определенного товара, которые могут представлять любую страну; адекватным объектом государственной (федеральной и региональной) отраслевой политики является именно отрасль хозяйственная; она в современном ее виде и применительно к российским условиям может быть определена двояко – как несистема и как система. Как система отрасль выступает в том случае, если специально организуется через налаживание управления или самоорганизационные процессы, или то и другое одновременно. Показано, что в условиях переходной российской экономики химическая и нефтехимическая промышленность страны утеряла системные свойства, тогда как аналогичная отрасль региональной экономики (в частности, Республики Татарстан) их усилила в результате реализации региональной отраслевой политики и формирования «мягкой» мезоэкономической системы.
  3. Получили развитие теоретико-методологические основы отраслевой политики, а именно:
  • разработано понятие «отраслевая политика» (это система стратегического частно-государственного соуправления развитием отраслей экономики и территориально-отраслевых комплексов с целью обеспечения экономического роста и для достижения иных целей, актуальных на том или ином этапе развития, является подсистемой экономической политики и представляет собой систему мер, формируемую и реализуемую через институты взаимодействия государства и отраслевого бизнеса; региональная отраслевая политика является подсистемой региональной экономической и федеральной отраслевой политики); обоснована его корректность по сравнению с традиционным термином «промышленная политика»; разработанное определение отражает системный и динамический характер такого явления как отраслевая политика, содержит указание на взаимосвязь и единство процессов управления и самоуправления в экономике как сложной многоуровневой системе;
  • предложена структурно-функциональная, статико-динамическая модель отраслевой политики, отличающаяся комплексностью и включающая такие компоненты как определение политики; ее цели и задачи; основные требования к эффективной отраслевой политике; дифференциация политики по стадиям развития объекта управления; этапы формирования и реализации; классификация мер;
  • разработаны методологические требования к формированию и реализации отраслевой политики (системности, развития, резонанса и синергии с системой, наличия институциональной площадки для выработки согласованной политики и обратных связей, синергетической акупунктуры), особенностью которых является учет системно-синергетических и институциональных теоретических положений;
  • дана расширенная классификация мер отраслевой политики, основаниями для которой являются уровни формирования (федеральные, региональные), форма воздействия и содержание, степень охвата объекта регулирования, источник возникновения, соответствие функциональным направлениям, значимость и срочность, масштабность и получатели наибольшего эффекта; классификация позволяет достаточно полно охватить существующий инструментарий отраслевой политики.
  1. Установлены особенности управленческого мезоэкономического анализа, а именно: ориентированность на потребности управленческого звена мезоэкономического объекта, задающая требования к содержанию, используемому аналитическому инструментарию, форме представления результатов; учет неоднородного состава и масштабов мезоэкономического объекта; высокая чувствительность мезоэкономического мониторинга и анализа к качеству сводки статистических данных первичного уровня; обеспечение комплексности и гибкости системы переменных, учет показателей инвестиционной и инновационной активности; выполнение статического и динамического анализа с учетом изменений среды.
  2. Предложен методический подход, основанный на совместном использовании методов спектрального анализа и теории катастроф, к анализу временных рядов инвестиций в основной капитал и промышленного производства. С использованием данного подхода в ходе эмпирического анализа дано описание периодических свойств процессов инвестиционной и промышленной динамики в российской экономике, построены модели катастроф, аппроксимирующие связь между ними, а также путем интерполяции определены зоны их особого поведения как целевые ориентиры для отраслевой политики, в том числе регионального уровня.
  3. Сформирована система первичных аналитических показателей и получена сокращенная факторная система (из десяти главных компонент – эффективности и финансовой устойчивости; отдачи внеоборотных активов; внутренних инвестиций; внешних инвестиций; оборачиваемости оборотных активов; динамики продаж; нематериальных активов; масштаба деятельности; добавленной стоимости; экспорта и места предприятия в цепочке переработки сырья), моделирующая закономерности состояния деловой и инвестиционно-инновационной активности химического комплекса России, выделены типичные для отрасли пять групп предприятий («лидеры» – функционируют на низкой и средней стадиях переработки сырья, имеют высокий уровень экспорта, включают крупные и средние предприятия, сравнительно высокоэффективны, инвестиционно- активны; «аутсайдеры» – функционируют на высокой стадии переработки сырья; имеют низкий уровень экспорта; включают преимущественно некрупные предприятия; сравнительно низкоэффективны, малоактивны в инвестиционной и инновационной деятельности); дано обоснование необходимости усиления и дифференциации отраслевой политики с акцентированием ее на факторах внутренних инвестиций, нематериальных активов, углубления переработки природного сырья, поддержки экономических субъектов завершающих наукоемких стадий технологической цепочки, в том числе за счет кластеризации.
  4. Предложен термин и разработано содержание понятия «мезоэкономическая институциональная инновация», которая заключается в выстраивании новых правил игры, организационных структур, типов связей между субъектами мезоэкономических систем, возникает в результате конструирования (в отличие от институционального заимствования или выращивания), характеризуется управленческим и селективным характером. Обосновано введение в научный оборот реальных видов мезоэкономических институциональных инноваций, выявленных в регионально-отраслевой системе и названных автором «институт регионально-отраслевого правительства», «институт отраслевого инвестиционно-стратегического программирования», «институт внутриреспубликанской интеграции». Показано, что выделенные институциональные инновации реализованы в рамках модели отраслевой политики в НГХК РТ, которая тем самым может рассматриваться как инновационная, как особый тип сетевой организации взаимодействия субъектов отраслевой политики с установлением между ними гибридных административно-рыночно-личностных связей. Данная модель может быть включена в предложенную типологию мезоэкономики как разновидность мезоэкономических систем постбифуркационного периода российской экономики, а также признана соответствующей системно-синергетическим требованиям к отраслевой политике.
  5. Доказано позитивное синергетическое влияние региональной отраслевой политики на инвестиционную активность в НГХК РТ, для чего рассчитан и проанализирован ряд частных показателей (объем инвестиций в основной капитал; структура инвестиций через соотношение собственных и привлеченных источников, целей реконструкции и нового строительства; доля в общероссийских отраслевых и региональных промышленных инвестициях; структурные сдвиги в возрасте основных средств), а также введен интегральный сравнительный индикатор инвестиционной активности отрасли региона, алгоритм исчисления которого предполагает расчет коэффициентов инвестиционной активности отрасли региона и отрасли страны (отношение инвестиций к товарной продукции), нахождение их разницы и интегрирование полученных разниц за интересующий временной период.
  6. Раскрыты функции и представлена целесообразная структура отраслевой инвестиционно-стратегической программы, апробированная при подготовке Программы развития НГХК РТ на 2004-2008гг. В состав подобной программы должны входить разделы, характеризующие согласованные по отраслям и компаниям стратегии и инвестиционные проекты, разделы, характеризующие отраслевую политику (сырьевую, инвестиционную, инновационную, кадрово-социальную, экологическую, развитие малого отраслевого бизнеса, ресурсосбережение и проч.), каждый из которых имеет три уровня – корпоративный, регионально-федеральный, уровень совместной реализации субъектами отраслевой политики при координирующей роли «отраслевого правительства». Тем самым в отличие от других типов программ отраслевые инвестиционно-стратегические программы представляют собой слияние содержательного смысла стратегии, инвестиционной программы, отраслевой политики, что позволяет расширить состав и методологию социально-экономического программирования.
  7. Выделены ключевые средовые факторы-флуктуации, которые должны быть учтены при формировании долгосрочной инвестиционно-стратегической программы развития НГХК РТ и отражают глобальные и российские тенденции в топливно-энергетическом комплексе, нефтепереработке, химии и нефтехимии с позиций динамики научно-технического прогресса, жизненного цикла отраслей, специфики национальных отраслевых политик:
  • установлено наступление острого периода глобального соперничества стратегий добычи углеводородов (труднодоступных и нетрадиционных) и альтернативных источников энергии и топлива, поскольку для развития обоих направлений необходимы высокие и сравнительно равные по масштабам инвестиции и инновации;
  • перспективы развития мировой нефтедобычи обусловлены постепенным «утяжелением» и исчерпанием «легкодоступных» запасов нефти, необходимостью их пополнения за счет потенциала шельфа, а также нетрадиционных источников (природных битумов, высоковязкой нефти и др.), что возможно с внедрением новейших и экологически чистых технологий при поисках, разведке, добыче (включая методы увеличения нефтеотдачи) и транспортировке, а также информационных технологий; наблюдается тенденция изменения структуры использования нефти – рост доли ее переработки в химическую продукцию;
  • глобальные перспективы развития нефтепереработки связываются с разворачиванием двух встречных процессов социо-экономической и природно-ресурсной динамики – ухудшением качества перерабатываемой нефти и необходимостью выпуска экологически чистых видов топлив, что, резонируя, способно дать новый толчок инвестированию в создание новых мощностей, технологическому совершенствованию отрасли; параллельно предполагается волна инноваций в области создания новых и комбинированных видов двигателей, использующих альтернативные виды топлив (сжиженные нефтяные и природные газы, топлива с биодобавками, метанол, диметиловый эфир, синтетические топлива, водород и др.), что способно существенно изменить спрос на традиционные топлива; развитие инноваций по получению из природного газа моторных топлив идет более быстрыми темпами, чем химической продукции;
  • к положительным факторам среды нефтехимии и химии относится сохранение благоприятной конъюнктуры на мировом рынке, но присутствие на нем российских производителей имеет ограничения, связанные с формирующимся отраслевым мировым разделением труда (между «Западом, Ближним Востоком и Азией»), основанным на национальных конкурентных преимуществах, все более жестко закрепляемым в рамках национальных отраслевых политик.
  1. Обеспечено долгосрочное прогнозирование (по инерционному и инновационно-кластерному сценариям) в региональном НГХК, отличающееся следующими результатами и новыми элементами:
  • предложен алгоритм действий при формировании сценариев развития регионального НГХК: агрегирование частных прогнозов (микропрогнозов); оценка установленных тенденций, взаимосвязей и структуры частных и сводных индикаторов, инерционности или оптимистичности взглядов на будущее; согласование микропрогнозов между собой, со стратегией регионального (национального) развития, с результатами анализа управляемого объекта и среды; принятие решения о выборе подходов к определению сценариев развития, которые могут различаться по отраслям; подобный алгоритм позволяет наряду с агрегатной траекторией развития компаний (которая, как правило, инерционна) иметь возможность наметить иной путь, являющийся «целевым» для отраслевой политики;
  • обоснована дифференциация методических подходов при формировании сценариев развития отраслей НГХК РТ, позволяющая учесть институциональную, ресурсно-технологическую и структурную отраслевую специфику:
  • в нефтедобыче и нефтепереработке использован вероятностно-проектный принцип, заключающийся в оценке вероятности реализации и степени проработанности на момент прогнозирования крупных проектов; на этой основе обоснована целесообразность поддержки в рамках федеральной и региональной отраслевой политики реализации инновационного сценария, предусматривающего добычу и переработку высокосернистой и труднодоступной нефти РТ (включая природные битумы) и ее переработку на трех современных интегрированных нефтеперерабатывающих и нефтехимических заводах;
  • в химии и нефтехимии инерционный сценарий сформирован по принципу агрегирования прогнозов предприятий отрасли, что позволило обнаружить усиление в ней структурных диспропорций (сокращение доли средних и малых компаний, доли инновационной продукции в товарном выпуске отрасли, замедление темпов развития всех компаний после 2015г., не использование дополнительного выпуска полимеров для дальнейшей переработки в регионе); на этой основе обоснована целесообразность реализации инновационно-кластерного сценария, смоделированного по нормативно-генетическому принципу, предусматривающему раздельное моделирование групп экономических субъектов на основе предварительной их типологической группировки, введение целевых для отраслевой политики нормативных показателей (увеличение доли малого и среднего отраслевого бизнеса, сохранение удельного веса инновационной продукции в товарном выпуске химической и нефтехимической промышленности региона); выполнен расчет обобщенных показателей динамики товарного выпуска, инвестиций в основной капитал как по отрасли, так и по НГХК РТ, позволивший резюмировать потенциальную возможность прогрессивных структурных сдвигов в нем в виде роста удельного веса нефтепереработки, химии и нефтехимии.
  1. На модельных вариантных расчетах в ходе процедуры инвестиционного проектирования установлен потенциал отраслевой политики в смягчении инвестиционных ограничений и стимулировании повышения мезоэкономического (кластерного) эффекта при реализации крупномасштабных региональных проектов создания интегрированных нефтеперерабатывающих и нефтехимических комплексов.
  2. Обоснована дифференциация инноваций компаний регионального НГХК на активные и пассивные по основанию «новизна и участие внедряющей компании в разработке новшеств». Активные инновации – это внедренные в компаниях технологии, в разработке которых они принимали непосредственное участие на начальной стадии (начиная с НИОКР), выполняя их либо собственными силами, либо путем финансирования работ сторонних организаций как страны базирования компании, так и других стран; это также купленные и внедренные готовые технологии, но являющиеся новыми в мире, которые ранее не были где-либо внедрены. Пассивные инновации – это внедренные покупные (заимствованные) технологии, относящиеся к числу прогрессивных в отрасли, защищенные в той или иной форме как объекты интеллектуальной собственности, но уже длительное время тиражируемые в мире. Стратегия инновационной трансформации НГХК РТ охарактеризована как преимущественно пассивная, выполняющая на современном этапе функцию придания высокой динамики роста производства и конкурентоспособности, но рассматриваемая как переходная на пути расширения использования активной инновационной стратегии. Реализация последней учтена при формировании отраслевой инновационной политики и программы и имеет потенциал реализации в рамках полноценной национальной инновационной системы, включая регионально-отраслевые подсистемы.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что оно, будучи подготовленным на стыке и с использованием положений ряда общенаучных и специальных научных направлений, вносит вклад в развитие их методологии за счет приложения их теоретического инструментария к новому объекту и предмету исследования, выдвижения дополнительных доводов в обоснование достоверности или спорности отдельных положений, расширения методической и фактологической базы. Обособлены в самостоятельные научные направления концепции мезоэкономического анализа, прогнозирования, программирования в приложении к регионально-отраслевым объектам, а также отраслевой политики (федерального и регионального уровней) за счет систематизации знаний в этой области, уточнения понятийного аппарата, введения типологий, моделей, классификаций и подходов.

Практическая значимость работы заключается в реальной и гипотетической применимости полученных результатов при формировании отраслевой политики, реализации инвестиционно-стратегических программ федерального и регионального уровней, ориентированных на стимулирование инвестирования прогрессивных структурных сдвигов в регионально-отраслевом ракурсе. Результаты диссертационного исследования могут быть использованы в преподавании соответствующих тем дисциплин «Институциональная экономика», «Региональная экономика», «Экономика отрасли», «Стратегическое планирование и прогнозирование», «Статистика», «Экономический анализ», а также при формировании новых курсов, связанных с мезоэкономическим анализом и управлением, теорией отраслевой политики. Результаты диссертации вошли составной частью в учебные пособия.

Апробация работы. По теме диссертации опубликовано 40 работ, общим объемом 94,6 п.л. (личный вклад автора – 67,9 п.л.), из них 3 монографии, 2 учебных пособия, 11 статей в рецензируемых изданиях, рекомендованных ВАК России («Вестник Казанского государственного технологического университета», «Вопросы статистики», «Экономический вестник Республики Татарстан», «Инновации»), 2 статьи в ведущих электронных научных изданиях («Российский экономический Интернет-журнал»), 2 статьи в сборниках научных трудов Академии наук РТ. Основные положения и выводы диссертации докладывались также на международных, всероссийских и республиканских конференциях в гг. С.-Петербурге, Скадовске (Украина), Казани, Нижнекамске, Томске, Твери, Челябинске, Кирове, Пензе.

Основная профессиональная деятельность автора неразрывно сопряжена с научной, а также учебной деятельностью, при этом обеспечивается их взаимное обогащение. С одной стороны, осуществляется научное обобщение результатов практической деятельности, с другой, – выполняется оформленный практикой заказ на методологическое и методическое сопровождение управленческого анализа, выработки отраслевой политики, прогнозирования, разработки инвестиционно-стратегических программ и проектов в НГХК РТ. Следует выделить использование результатов исследований автора при разработке, защите и анализе реализации Программы развития НГХК РТ на 2004-2008гг. (разработка структуры Программы, подготовка разделов «Введение», «Основные принципы, цель и задачи Программы», «Общая характеристика НГХК РТ», «Результаты промышленной политики в НГХК РТ в условиях переходного периода», «Современное состояние НГХК РТ и условий среды его функционирования», «Приоритетные инвестиционные проекты НГХК РТ и стимулирование привлечения инвестиций», «Сырьевое обеспечение в рамках внутриреспубликанской и межрегиональной интеграции», «Технологическая и инновационная политика», «Развитие малого и среднего предпринимательства», «Оценка основных результатов реализации Программы и ее ресурсного обеспечения», «Контроль за ходом реализации Программы»), в подготовке очередной Программы на 2009-2015гг. (осуществляется в настоящее время), а также при разработке Программы развития и размещения производительных сил РТ на основе кластерного подхода до 2020 года и на период до 2030 года (выполнение анализа и долгосрочного прогноза развития отраслей «Нефтепереработка», «Нефтехимия»). Кроме того, осуществляется текущая подготовка аналитических докладов и сопутствующих графических, справочных материалов для совещаний правительственного уровня (регионального, окружного, в том числе с участием представителей Правительства РФ), заседаний Российского союза химиков, ежегодных Международных химических саммитов (г. Москва). Разработки в области мезоанализа использованы в ходе подготовки ежеквартальных отчетных докладов о состоянии НГХК РТ, представляемых на совете директоров ОАО «Татнефтехиминвест-холдинг» (ТНХИ-Х). Результаты стратегических и прогнозных исследований включались также в материалы, используемые при подготовке отраслевых подразделов Посланий Президента РТ Госсовету РТ, а также заседаний Совета Безопасности РТ по вопросам развития НГХК РТ. В конце 2005г. автор принимал участие в аналитической работе группы специалистов ОАО «Татнефть», ТНХИ-Х, Института макроэкономических исследований (г. Москва) по обоснованию проекта создания в РТ нефтеперерабатывающего и нефтехимического комплекса для оказания поддержки его реализации за счет средств Инвестиционного фонда РФ. Проект был одобрен и получил финансовые ресурсы на создание инфраструктуры. Апробация работы подтверждена соответствующими справками о внедрении результатов.

Структура диссертации. Выбор темы, цель, задачи и методы исследования определили логическую структуру диссертации, которая состоит из введения, пяти глав, заключения, библиографического списка и приложений.

СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Во введении раскрываются актуальность и степень разработанности темы, определяются объект и предмет, формулируются цель и задачи, положения, выносимые на защиту, их научная новизна, теоретическая и практическая значимость.

В первой главе – «Общенаучная база диссертационного исследования: системно-синергетические основания теории развития и управления, определение состава мезоэкономики» – обобщаются и осмысливаются системно-синергетические теоретические концепции с целью формирования на этой основе целостного исследовательского подхода к изучению проблем развития и управления развитием экономических систем; устанавливается место мезоэкономики в структуре национальной экономики, разрабатывается дефиниция и типология мезоэкономики, выполняется теоретический и классификационный анализ сущности понятий «отрасль» и «регион».

Синергетика как наука, основываясь на положениях системного подхода, обогащает его концентрированием внимания на принципе развития систем, на установлении причин возникновения системных свойств и закономерностей их качественной трансформации с учетом закрытости-открытости, равновесия-неравновесия, устойчивости-неустойчивости. Доказывается, что именно открытые системы за счет запуска процессов самоорганизации, постоянной кооперативной работы компонентов системы по сохранению условий своего существования, обмена веществом, энергией и информацией со средой способны повышать свою упорядоченность, прогрессировать в развитии. Большое внимание уделяется исследованию нелинейного характера процесса развития и поведению системы в точке катастрофы – бифуркации, в которой происходит скачкообразный переход на новый аттрактор, происходит смена качества системы, что собственно и составляет процесс развития. В то же время, согласны с точкой зрения, что система не готова в каждый момент времени начать бифуркации, поскольку должны накопиться, созреть достаточные предпосылки к качественному скачку под воздействием средовых и внутренних флуктуаций, кроме того, и среда системы должна быть близкой бифуркации.

Синергетика позволяет переосмыслить и отчасти трактовать по-новому и процесс управления системами. Управленческим воздействиям надлежит быть своевременными и согласованными с внутренними свойствами, прошлым, устремлениями в будущее управляемой системы и, что также важно, состоянием среды. Эффективное управление, таким образом, рассматривается как находящееся в резонансе, синергии с системой, тогда малыми усилиями можно достичь значительных результатов. На эффекте нелинейности причинно-следственных связей в многокомпонентых открытых системах основывается современная теория синергетического менеджмента. В главе выделено три основных его линии – универсальная общеметодологическая парадигма, инновационный синергетический менеджмент и концепция «живой» организации постиндустриального общества. В то же время отмечено, что ряд теоретиков синергетического менеджмента склонен резко противопоставлять управление и самоуправление вплоть до идей «конца управления» и «постоянно размороженной структуры» (имеется в виду отсутствие управления «сверху» и наличие диссипативного, автономного управления). На наш взгляд, управление и самоуправление трудноразделимы. Очевидно, что человеческие сообщества самоорганизуются с учетом властно-иерархических, управленческих отношений, которые причем возникли именно в результате самоорганизации и со временем институционализировались. Следовательно, необходимо акцентировать внимание не на противопоставлении организации и самоорганизации, управления и самоуправления, а на их единстве как проявлениях единого процесса развития. Это требование применимо и к мезоэкономическим системам и должно быть учтено при проектировании региональной отраслевой политики.

Мезоэкономика определена в работе как совокупность компонентов национальной экономики, представляющих собой относительно устойчивые (то есть институционализированные) системы и совокупности субъектов микроуровня экономики. К мезообъектам для полноны охвата отнесены не только системы, но и совокупности субъектов хозяйствования, отличие заключается в наличии у первых связей между структурными компонентами, которые при определяющем значении функции придают простой совокупности свойства целостности, иерархичности и интегративности. В свою очередь, в основание деления национальной экономики на устойчивые совокупности положен признак сходства группируемых объектов.

Предлагается также разграничивать «жесткую» и «мягкую» мезоэкономику. «Жесткая» мезоэкономика отражает формальное, общепринятое, укрупненное структурирование национальной экономики, учитывается статистическими органами и научной общественностью, необходима для опоры общества на единые экономические категории. Объекты мезоэкономики в данном случае четко идентифицированы, как правило, включены в различные классификаторы, законодательно-нормативные документы. На базе официального мезоструктурирования выстраивается и система мезоэкономической политики – территориальной, отраслевой и др.

«Мягкая» мезоэкономика отражает самоорганизационные процессы связывания экономических субъектов в устойчивые локальные системы. Для того чтобы описать свойства «мягкой» мезоэкономики мы воспользовались анализом ряда теоретических разработок. Прежде всего, концепцией сетевого капитализма, в рамках которой выделен целый ряд объектов, которые, на наш взгляд, могут быть отнесены к классу «мягкой» мезоэкономики. Их совокупность удачно делится на две группы по признаку соответствия условным стадиям развития экономики – переходной от традиционного или планового общества «к рынку» (общины, отношения взаимности, клики, кланы, клиентелы, дзайбатцу, кейретцу, а также добавим корейские чеболи) и переходной от рыночного общества к постиндустриальному (дистрикты, кластеры, проекты, перекрестное участие в советах директоров, стратегические альянсы, наконец, все сети в их широком смысловом контексте). Ко второй группе относятся, по большому счету, и инновационные системы, а также территориально локализованные точки деловой активности. Они могут быть отнесены одновременно и к «жесткой» мезоэкономике, что отражает их двойственный характер, возможность формирования «внешним» управляющим способом, но при наличии самоорганизации субъектов микроуровня.

Для дополнительного понимания сути «мягких» мезосистем обратились также к разработкам исследователей в области теории организаций, выделяющих три вида форм координации экономических сделок в рыночной экономике: рынки, интегрированные организации («иерархии») и гибридные формы организации (результат комбинации рынков и иерархий). Если взять за основу сам принцип «гибридности» связей, но ввести и другие их формы (например, бюрократическую, рыночную, этическую, агрессивную связи), а также учесть многообразие субъектов микроуровня экономики, то можно сформировать целостное представление о «мягкой» мезоэкономике. Итак, «мягкие» мезоэкономические системы представляют собой экономические системы, включающие в свой состав экономические субъекты микроуровня, связанные между собой гибридными связями и кооперирующиеся для достижения некоторых общих целей, но одновременно сохраняющие самостоятельность (автономность в принятии решений и права собственности на активы). С такой постановкой вопроса можно подходить к единому методологическому описанию любых «мягких» мезосистем, в том числе характерных для российских условий, включая феномен бизнес-групп и регионально-отраслевых подсистем.

В ходе анализа такого мезообъекта как отрасль было установлено, что в современной экономической науке России сосуществует несколько основных подходов к определению данного понятия, выделено три базовых его вида (хозяйственная, чистая, рыночная). Указано также, что понятийный аппарат и методология отраслевого структурирования претерпели трансформацию в результате смены отраслевых классификаторов (взамен ОКОНХ введен ОКВЭД). Дан их сравнительный анализ на примере промышленности и ее подотраслей – топливной, химической и нефтехимической. Обозначены определенные трудности в гармонизации классификаторов и достижении преемственности статистической информации во времени, что важно для выполнения отраслевого анализа.

Выявлено также многообразие подходов к дефиниции понятия «регион», предложено различать общее и частные определения региона, кратко охарактеризована практика регионального структурирования в РФ и за рубежом. В итоге, под регионом в работе рассматривается часть политико-социально-экономической и природно-ресурсной системы страны, расположенная в территориальных границах субъекта федерации. Важнейшей характеристикой региона выступает его управляемость, что актуализирует задачу разработки научных основ организации функционирования управляющей региональной подсистемы.

В завершение главы резюмированы основные терминологические и сущностные особенности отрасли национальной и региональной экономик, имеющие принципиальное значение для идентификации ее как адекватного объекта отраслевой политики, формирования «мягких» отраслевых частно-государственных мезосистем за счет налаживания управления и самоорганизационные процессы.

Вторая глава «Формирование методологических основ отраслевой политики (федеральный и региональный уровни)» посвящена разработке теоретической модели отраслевой политики (табл. 1), уточнению термина и дефиниции, классификации мер и методологических требований к отраслевой политике. Отраслевая политика – это часть экономической политики, и рассматривается она совместно с темой государственного регулирования. Следует согласиться с теми учеными, которые считают, что понятие «экономическая политика» шире термина «государственное регулирование», поскольку государство хотя и является инициатором, ведущим субъектом экономической политики, но силой своей власти обязано согласовывать интересы различных слоев и групп, сорганизовывать совместные действия участников экономической политики. Экономическая политика структурно представляет собой совокупность направлений, к которым относится и промышленная политика. Этот термин стал традиционным для российской терминологической практики. Промышленная политика, по определению, должна сводиться к политике в отношении промышленности. Но весьма распространенным является трактовка промполитики как «усилий правительства по достижению 

Таблица 1

Структурно-функциональная, статико-динамическая модель отраслевой политики

экономического роста», а также она связывается с протекционизмом в отношении отечественных производителей, что не зависит от их отраслевой принадлежности. Поэтому более удачным, на наш взгляд, является термин «отраслевая политика», который соотносится и с промполитикой, и политикой в отношении других отраслей экономики согласно ее структуре. К тому же «промышленная политика» вошла в российскую терминологию как перевод англоязычного термина «industrial policy», а понятие «industry» гораздо чаще переводится как «отрасль». Оговоримся, однако, что вопрос о термине является, на наш взгляд, не столь принципиальным, как выявление сути и структуры самой политики.

Анализ существующих определений промышленной (отраслевой) политики позволил сделать вывод об их многообразии, отметить, что ряд определений отражает не только существенные стороны, но и частные моменты, которые либо подвергаются изменениям в процессе развития управляемого объекта и среды (например, цели политики изменчивы), либо предполагают классификацию, которую сложно вместить в одно определение (поэтому излишне включать в определение указание на конкретные типы мер). В определении, на наш взгляд, должно содержаться указание на главные компоненты модели отраслевой политики – ее функцию, объект и субъекты. Оно должно отражать системный и динамический характер такого явления как отраслевая политика, а также взаимосвязь и единство процессов управления и самоуправления в экономике как сложной многоуровневой системе. На этой основе уточнено определение отраслевой политики. Это система стратегического частно-государственного соуправления развитием отраслей экономики и территориально-отраслевых комплексов с целью обеспечения экономического роста и для достижения иных целей, актуальных на том или ином этапе развития; является подсистемой экономической политики и представляет собой систему мер, формируемую и реализуемую через институты взаимодействия государства и отраслевого бизнеса. Региональная отраслевая политика является подсистемой региональной экономической и федеральной отраслевой политики.

В развитие характеристики модели отраслевой политики дана классификация ее мер, отличающаяся от имеющихся использованием расширенного перечня классификационных признаков. Прежде всего, выделен признак уровня формирования отраслевой политики – федеральный и региональный (в региональный уровень для укрупнения отнесен и местный уровень). Особенности разнесения методов по уровням зависят от принципов разграничения полномочий и предметов ведения между федеральным центром и регионами. Признавая закономерный приоритет федеральной отраслевой политики, тем не менее, считаем конструктивным наличие и выделение функционального поля региональной отраслевой политики. Согласно закономерностям, обоснованным синергетикой, в экономике следует балансировать возможности самоорганизации на микро- и мезоуровнях с макроуправлением. Поэтому региональный уровень власти должен, во-первых, иметь возможность влиять на формирование общефедеральных принципов и мер отраслевой политики, во-вторых, региональные меры могут быть комплементарными федеральным, наконец, в-третьих, региональная отраслевая политика может быть относительно самостоятельной, базирующейся на свойственных только данному уровню институтах, организационных структурах и методах, тогда федеральные меры могут включаться в состав региональной отраслевой политики. Последнее особенно актуально, если федеральная отраслевая политика не применяется или ограничена в масштабах.

Инструменты федеральной отраслевой политики – регулирование курса национальной валюты и кредитных ставок, тарифов и цен естественных монополий, таможенных пошлин, налоговая политика, формирование специальных фондов развития, особых экономических зон, национальных экспортных страховых агентств, квотирование и субсидирование, антимонопольная политика, техрегулирование и т.п. Ряд инструментов доступен и региональному уровню: установление налоговых стимулов и ограничений, финансирование инвестпроектов, субсидирование процентных ставок по кредитам, формирование госзаказа, создание различных форм территориальной организации бизнес- и инновационных процессов, поддержка кластеров. На муниципальном уровне решаются вопросы размещения производств (например, вывод крупной промышленности на периферию), экологического надзора, земельного и имущественного обеспечения, организации работы госструктур, выполняющих функции регулирования, контроля, оказания услуг бизнесу. На все уровни распространяется разработка механизмов взаимодействия бизнеса и государства, стимулирование внедрения прогрессивных стандартов качества и управления, участие в заключении крупных сделок по проектам с зарубежными компаниями (с предоставлением политических и экономических гарантий) и др.

В работе дана также характеристика иных классификационных признаков, состава и конкретных примеров мер (методов и инструментов) отраслевой политики (табл. 1., п.6). Кроме того, отмечено, что описание компонентов модели отраслевой политики является необходимым, но недостаточным с позиций практической применимости, поэтому предложено встроить в нее специальный блок методологических требований (табл. 2), выполнение которых должно создавать предпосылки к действенности отраслевой политики. В главе раскрыты также методические особенности управленческого мезоэкономического анализа, выработанные на базе оценки содержания различных вычислительных и статистических методов анализа и на основе понимания специфики мезообъектов. С учетом этих особенностей дан анализ развития как регионального НГХК, так и его среды.

Таблица 2

Методологические требования к отраслевой политике

Требования

Содержание

1. Системности

Предполагает системную идентификацию отраслевой политики, объекта ее воздействия и их места и взаимосвязей в иерархии систем. Формируется целостная модель отраслевой политики, учитывающая взаимосвязь и взаимозависимость ее подсистем, а также обеспечивающая связи и сочетаемость с экономической политикой и институциональным реформированием экономики. Требуется также синхронизация федеральной и региональных отраслевых политик. Кроме того, и регулируемые отрасли необходимо рассматривать как системные объекты, состоящие из субъектов хозяйствования, имеющих цели, не совпадающие, но требующие согласования с отраслевой целевой системой. Требование системности включает также поддержание определенных соотношений «открытости-закрытости» систем. Открытость будет содействовать большей чуткости отраслей к среде, формированию способностей к самоорганизации, повышению адаптационных способностей, притоку инвестиций и новых технологий. Однако если не обеспечивать определенную защиту и закрытость отраслевых систем на переходной стадии (максимальной неустойчивости) или зарождения, то возможно разрушение, чего необходимо избегать.

2. Развития

Выдвигается для дифференциации отраслевой политики в соответствии с закономерно сменяемыми этапами развития системы и среды, а также для понимания фактора времени как ключевого фактора для успеха управления. На каждой стадии развития востребованы различные методы, а одни и те же воздействия в различные периоды могут давать различный эффект, вплоть до противоположного. В точке бифуркации отраслевая политика особенно востребована в целях предотвращения высоковероятного разрушения отраслевых систем в случае, если хаос затягивается, а кризисные явления сильны и общесистемны. В то же время политика должна быть крайне осторожной и ответственной, дабы самой не стать импульсом к разрушению. На эволюционном этапе требуется коррекционная отраслевая политика, способствующая снятию закономерно возникающих противоречий старого и нового в развивающихся системах. Но в целях проактивности следует стимулировать диверсификацию отраслей, введение институтов и компонентов, максимально чувствительных к среде, тем самым, накопление изменений, приближающих отраслевые системы к скачку в развитии. Требование развития уместно увязать и с решением конкретно-исторических задач вывода отраслей национальной экономики на передовой уровень.

3. Резонанса и синергии с системой

Означает необходимость обеспечения соответствия отраслевой политики природе, уровню развития, прошлому, происходящим изменениям, целевым установкам и среде системы. В соответствии с синергетикой даже самые малые, но согласованные с внутренним состоянием системы управляющие воздействия на нее могут оказаться более эффективными, чем большие. На этом строятся подходы стимулирования «взрывного развития» управляемой системы, особенно актуального для научно-технологической сферы. В то же время управление должно быть продуманным в плане адекватного прогнозирования путей развития регулируемых отраслей с тем, чтобы «подтолкнуть» их к лучшему из возможных аттракторов. При нерезонансности воздействий регулируемые отрасли могут ответить сопротивлением вводимым изменениям, деградировать или разрушиться.

4. Наличия институциональной управляющей системы

Необходимо формирование системы институтов, обеспечивающих в процессе реализации отраслевой политики взаимодействие ее основных субъектов – государства и бизнеса, а также общества в целом. Такая институциональная система, относясь к категории «мягких», может быть названа реальной площадкой соуправления отраслями и территориально-отраслевыми комплексами.

5. Синергетической акупунктуры

Предполагает выделение приоритетов отраслевой политики, к которым могут относиться как конкретные субъекты и их группы, так и связи между ними. Открывается возможность через «точечное» воздействие на отдельные ключевые звенья отраслевой системы «включить» в ней разгоняющие, мультипликативные эффекты или же содействовать снятию конкретных возникших проблем. Это актуально и вследствие ограниченности ресурсной базы, в силу чего распыление усилий и средств нерационально. Тем самым требование акупунктуры – это необходимость выбора точек наилучшего приложения силы.

В третьей главе «Анализ деловой и инвестиционной активности в промышленности и химическом комплексе России как среды системы региональной отраслевой политики» даны общая характеристика общеэкономических, структурных и инвестиционных флуктуаций и сдвигов в российской экономике в период бифуркации; оценка динамических характеристик инвестиционной и промактивности, а также деловой и инвестиционно-инновационной активности химического комплекса РФ.

Спектральный анализ динамики промышленного производства (ПП) и инвестиций в основной капитал (ИОК) в РФ выполнен на временных рядах различной длительности и дискретности. Он показал, что наибольшая мощность спектра рядов сосредоточена в области низких частот – 0,0714 (2/28 или 1/14), что соответствует периоду 14 кварталов или 3,5 года (рис. 1). В то же время установлено, что современный этап развития российской экономики характеризуется повышающейся асинхронностью и неустойчивостью протекания процессов инвестиционной и промактивности, значит, принципиальной возможностью бифуркаций. Поэтому полезен углубленный анализ методами теории катастроф. На практике анализ производят путем построения модели катастрофы в экономической системе на основе данных о связи переменных, характеризующих ее поведение (в элементарной теории катастроф выделено две модели устойчивых связей и одиннадцать моделей катастроф (пять – капсоидных, шесть – омбилических)). Удалось построить три достоверных по своим статистическим характеристикам модели катастроф, подтверждающих нелинейность и неустойчивость связи между анализируемыми переменными. Причем модели могут использоваться не только для прогнозирования принципиальной возможности смены характера связи, но и для описания гипотетических аттракторов будущего развития.

Рис. 1. Графики амплитудно-частотных характеристик рядов динамики ИОК, ПП

и их кросспектра (анализируемый период – 2000–1 кв. 2007гг., поквартально)1.

Графики двух моделей имеют характерный выпуклый изгиб (точку максимума) в области высоких значений переменных (рис. 2). Подтверждающих его эмпирических значений мало, тем не менее, считаем, что необходимо обратить внимание на данную область как на скрытый резерв для управленческих воздействий.

(а)                                                        (б)

Рис. 2. Графики моделей капсоидной катастрофы (типа «ласточкин хвост» (а), типа «вигвам» (б)), отражающие взаимосвязь темпов прироста ИОК и ПП, по месячн. данным за 2005-1 кв. 2007гг. (а), по кварт. данным за 2000-1 кв. 2007гг. (б).


Особенно, если учесть, что было выявлено синхронное колебание изучаемых процессов, и в настоящее время следует резонанс на стадии их роста, что целесообразно своевременно использовать для реализации отраслевой политики, при этом адекватным является синергетическое федерально-региональное воздействие. В качестве количественных целевых ориентиров отраслевой политики, согласно интерполяции по построенным моделям катастроф, рекомендовано удержание темпов прироста ПП на уровне не ниже 8–10,5% (в краткосрочном периоде), как максимум необходимо стремиться к уровню не ниже 12–14% (в среднесрочном периоде). Это, вероятно, позволит удерживать инвестиции в районе 20% прироста.

В рамках адаптации статистических инструментов к анализу состояния такого мезообъекта, как химическая и нефтехимическая промышленность РФ, применены многомерные методы анализа. Для исследования сформирована матрица данных размером 5095 (рассчитаны значения 50 переменных для 95 предприятий отрасли). Выполнен факторный анализ по методу главных компонент с вращением факторов (выделено 10 главных факторов, объясняющих 73,3% общей дисперсии), затем кластерный (в новой факторной системе), результаты которого верифицированы методами дискриминантного анализа. На этой основе охарактеризованы наиболее типичные группы в российской химии и нефтехимии (5 кластеров).

Установлена закономерность – чем ниже стадия переработки, на которой позиционируется кластер, тем он более экспортоориентирован, экономически активен, эффективен, финансово устойчив и платежеспособен. Очерчивается также прямая связь экспортного фактора с фактором масштаба деятельности. Средние и небольшие предприятия, специализирующиеся на выпуске конечной продукции потребительского и промышленного назначения, испытывают сложности в финансово-экономическом положении и отличаются невысокой инвестиционно-инновационной активностью, без чего их развитие бесперспективно в условиях мировой конкуренции (в т.ч. в условиях ВТО). Кластеры 5 и 4 уверенно можно назвать соответственно лидером и аутсайдером, другие кластеры являются смешанными: 1-й и 3-й скорее тяготеют к смещению в категорию лидеров, тогда как 2-й ближе к аутсайдерам.

Выявлено также, что на «фактор экспорта и места предприятия в цепочке переработки сырья» переменная «уровень цен на экспортируемую продукцию» проецируется с противоположным знаком по сравнению с показателями доли экспорта в выручке от продаж и доли отгрузки в дальнее зарубежье в стоимости экспортной выручки. То есть из РФ экспортируется в основном относительно дешевая химическая продукция. Подобное положение ставит отрасль на уровень донора продуктов низших стадий переработки с относительно невысокой инновационно-технологической компонентой. Следствием экспортной стратегии лидирующих кластеров является сырьевой дефицит, приводящий к стагнации «конечного» кластера. Соответственно в системе отраслевой политики должно быть предусмотрено стимулирование импортозамещения и экспорта конечной продукции, дестимулирование экспорта продукции начальных стадий.

Сделанные выводы подтверждаются и тем, что факторы внутренних и внешних инвестиций и нематериальных активов выделяются в самостоятельную, слабо коррелированную с другими факторами категорию. Но это не абсолютно отсутствующие признаки, что должно быть замечено и поддержано. При этом отраслевая политика (федеральная и региональная) должна быть селективной, поскольку удалось выделить принципиально различные отраслевые группы. Для крупных предприятий актуальным является софинансирование масштабных проектов за счет средств различных фондов развития, а также организация перекредитования предприятий, имеющих крупные иностранные займы. В качестве условия поддержки следовало бы установить обязательства поставки продукции для предприятий-переработчиков на внутреннем рынке. В свою очередь, для средних и малых предприятий актуально совмещение инвестиционного и инновационного процессов за счет концентрации ресурсов в рамках территориально-отраслевых кластеров (особых зон, промокругов, технопарков и др.), желательно вблизи смежных кластеров других отраслей (например, кластер производителей полимерных автокомпонентов вблизи автомобильного кластера).

Четвертая глава «Анализ опыта региональной отраслевой политики и обоснование перспективных направлений инвестиционно-стратегической программы (на примере НГХК РТ)» посвящена выделению особенностей разработки отраслевых инвестиционно-стратегических программ, оценке постбифуркационной отраслевой политики в НГХК РТ, управленческому анализу внутренних и средовых флуктуаций, формированию целевой системы, инерционного и инновационно-кластерного сценариев развития отраслей.

Предложено включить в классификацию социально-экономических программ определенный тип программ мезоуровня, а именно отраслевые инвестиционно-стратегические программы. Они призваны давать обоснование отраслевой стратегии развития, разрабатываемой в системе частно-государственного соуправления и касающейся ключевых сфер деятельности отрасли в зависимости от этапа ее развития; включать сбалансированный по ресурсам и субъектам блок инвестиционных проектов; определять систему мер отраслевой политики, требуемую для достижения поставленных целей и реализации стратегий, планов и инвестиционных проектов. Отличием инвестиционно-стратегических программ является применение в полисубъектных и полиукладных отраслях, охват большинства их субъектов, методологический ориентир на объединение и балансировку их интересов. Поэтому разделы программ структурированы по трем уровням – корпоративный, регионально-федеральный, уровень совместной реализации субъектами отраслевой политики. Практическая разработка подобной программы представлена на примере НГХК РТ.

В первую очередь, дана оценка инновационности сформированной в НГХК РТ в постбифуркационный период модели отраслевой политики через выделение реализованных мезоэкономических институциональных инноваций (табл. 3). Для оценки влияния региональной отраслевой политики на инвестиционную активность рассчитан и проанализирован ряд показателей – объем инвестиций в основной капитал, направленных в нефтепереработку, химию и нефтехимию (97,7 млрд. рублей за 2000–2007гг.); структура инвестиций через соотношение собственных и привлеченных источников (46:54) как свидетельство улучшения финансового положения и повышения доверия внешних инвесторов; структура инвестиций через соотношение «реконструкции, расширения и техперевооружения» и «нового строительства» (47:53) с выявлением тенденции роста объемов нового строительства (к 2007 году достигло 70%). С 1999г. доля химии и нефтехимии РТ в общероссийских отраслевых инвестициях (14,1–27,6%) превышала долю в товарном выпуске (9,3–12,7%), что свидетельствует о более высокой инвестиционной активности региональной отрасли. Дополнительно введен интегральный сравнительный индикатор инвестиционной активности, результаты расчета которого (рис. 3) позволили судить о позитивном влиянии региональной отраслевой политики на повышение инвестиционной активности, особенно химии и нефтехимии. По топливной промышленности получена отрицательная величина, но указано, что при отсутствии отраслевой политики состояние было бы хуже. В то же время обозначена необходимость повышения индикатора в перспективе.

Таблица 3

Мезоэкономические институциональные инновации в НГХК РТ

Институциональные инновации

Содержание

1. Институт регионально-отраслевого правительства

Сформирован на базе функционирования совета директоров ОАО «Татнефтехиминвест-холдинг» (ТНХИ-Х), в котором на паритетных началах представлены государство и акционерные компании. Эта структура стала переходной (гибридной, «мягкой») площадкой частно-государственного синергетического соуправления при выработке отраслевой политики. ТНХИ-Х, по сути, совместил функции регионального министерства, отраслевого союза и координационного центра, обеспечивая согласование интересов не только по вертикали «государство-бизнес», но и по горизонтали «бизнес-бизнес», а со временем и в системе «государство-наука-бизнес». Высока значимость создания на базе данной структуры отраслевой системы мониторинга, обеспечивающей обратные связи, а также разработка Программ развития НГХК РТ.

2. Институт отраслевого инвестиционно - стратегического программирования

Его институциональность определяется фактом укорененности (постоянства применения) и общепризнанности. Инновационность обусловлена тем, что хотя имеются примеры разработки отраслевых стратегических документов, но они либо не носят программного характера (являются концепциями, стратегиями), либо входят частью в состав других общесистемных документов (программ, прогнозов, планов социально- экономического развития), либо, приняв форму программы, тем не менее, не характеризуются широким охватом субъектов, инвестиционных проектов, мер отраслевой политики.

3. Институт внутриреспубликанской интеграции

Особый формат интеграции предприятий НГХК РТ, не сводимый к классической вертикальной или горизонтальной интеграции, опосредованный системой административных, рыночных и личностных связей. В его рамках осуществляется ежегодное согласование сырьевых поставок между предприятиями по отдельным позициям. Это достаточно «тонкий» инструмент, поскольку в силу системной организации мезогруппы даже незначительная переориентация товарно-сырьевых потоков влечет изменение сырьевого баланса по комплексу. Поэтому согласование позиций – сложный (зачастую, конфликтный) процесс. Но его полезность признается и региональными органами власти, и компаниями, поскольку от сотрудничества выигрывает большинство субъектов, относящихся как к «ядру» мезосистемы, так и прочих. Это и селективный инструмент, соответствующий требованию синергетической акупунктуры: с его помощью на разных этапах обеспечивалась поддержка тех или иных секторов и компаний. Кроме того, внутриреспубликанская интеграция подвигает к постоянному поиску новых технологических решений для получения дефицитных сырьевых позиций.

Рис. 3. Сравнительный индикатор инвестиционной активности отраслей

НГХК РТ в динамике лет и в интегральном виде.

Кроме того, отмечен высокий вклад НГХК РТ в региональные промышленные инвестиции – диапазон 70–88,5% в 1999–2007гг., причем наблюдается позитивная тенденция роста доли химии и нефтехимии в их структуре (с 1999 по 2007гг. эта доля увеличилась с 17,1% до 31,3%, что существенно), а также доли нефтепереработки. Произошли также позитивные структурные сдвиги в возрасте активной части основных средств крупных предприятий отрасли (в 2007г. достигнута 66% отметка в доле оборудования до 10 лет в сравнении с 27,2% в 2002г.).

Анализ состояния НГХК РТ дополняется установлением существенных для определения его долгосрочной программы глобальных и российских тенденций в топливно-энергетическом комплексе и НГХК, игнорирование которых государствами, регионами, компаниями будет характеризоваться как управленческая близорукость, грозящая обернуться для ее носителей закреплением на периферии мирового прогресса. Один из сделанных на этой основе выводов: несмотря на то, что российские позиции на мировом химическом и нефтехимическом рынке пока достаточно слабы, особенно в среднем и высших сегментах, но за счет выигрышной комбинации имеющихся конкурентных преимуществ (сырье, кадры, наука, качественные инвестиционная и инновационная программы) с учетом реализации частно-государственной отраслевой политики, отрасль должна заявить о стратегии заметного влияния на мировой рынок, тогда это обстоятельство будет учтено в «игре» лидеров (компаний и стран), заинтересованных в стабильных «выигрышах», вплоть до корректировки ими инвестиционных программ.

На основе развернутого ретроспективного анализа и прогнозирования развития отраслей и среды регионального НГХК разработана согласованная по отраслям комплекса целевая система, кроме того, с учетом обоснованных алгоритма и методических подходов к мезоэкономическому прогнозированию сформированы сценарии развития отраслей НГХК РТ (табл. 4). При этом инновационно-кластерный сценарий смоделирован как целевой для системы отраслевой политики.

По инновационно-кластерному сценарию возможны более высокие темпы роста производства в отраслях (например, в химии и нефтехимии – рис. 4). Как следствие, произойдут существенные сдвиги с ростом доли нефтепереработки, химии и нефтехимии, что является долгосрочным ориентиром программы и отраслевой политики: в 2007г. удельный вес этих отраслей в товарной продукции НГХК РТ составлял 44%, в 2010г. предположительно должен составить 59%, в 2015г. – 74%, 2030г. – 81%.

В пятой главе «Формирование основных подсистем региональной отраслевой политики и программы» рассматриваются вопросы стимулирования в рамках отраслевой политики привлечения инвестиций в приоритетные проекты и отрасли, развития малого отраслевого бизнеса, повышения инновационной активности НГХК РТ. Рассмотрена актуальная проблема не доминирования стратегий развития нефтепереработки и нефтехимии как в политике нефтяных компаний, так и многих регионов РФ в силу высокой капиталоемкости, длительных сроков окупаемости и технологической сложности инвестиционных проектов.

Таблица 4

Основные подходы и характеристики сценариев развития отраслей НГХК РТ

Отрасли

Инерционный (базовый) сценарий

Инновационно-кластерный сценарий

Нефте-добыча

Экстраполяция текущих тенденций сокращения нефтедобычи в РТ.

  • Развитие нефтедобывающего комплекса без учета роста добычи природных битумов;
  • переработка нефти на 2-х НПЗ.

Учет наиболее оптимистических прогнозов добычи битумной нефти в РТ.

  • Развитие нефтедобывающего комплекса с учетом роста добычи природных битумов до 6 млн.т (к 2030г.);
  • переработка нефти на 3-х НПЗ;
  • активное развитие технологий добычи и переработки «нетрадиционной» нефти.

Нефте-перера-ботка

Учет крупных проектов с высокой вероятностью реализации.

  • 2 НПЗ (ТАИФ-НК, Татнефть-Танеко);
  • переработка 14 млн.т нефти.

Учет крупных проектов с разной вероятностью реализации и стадией проработки на момент прогнозирования

  • 3 НПЗ (ТАИФ-НК, Татнефть-Танеко, МНК);
  • переработка 21 млн.т нефти, включая битумы;
  • финансирование научно-технических разработок и техперевооружения.

Химия и нефте-химия

Агрегирование корпоративных прогнозов в первоначальном виде.

  • Основное развитие получают крупные компании (НКНХ и КОС);
  • доля среднего и малого бизнеса в структуре товарного выпуска отрасли сокращается до 10%;
  • доля инновационной продукции в товарной продукции отрасли после 2015г. сокращается до 5,8%;
  • темпы роста после 2015г. замедляются;
  • дополнительный выпуск полимеров не задействован для дальнейшей переработки в регионе.

Выделение типичных групп компаний в отрасли и моделирование развития каждой из них, установление нормативных структурных индикаторов.

  • Развитие крупных компаний сохраняется до 2015г. в первоначальном виде, после – смоделированы более высокие, но относительно умеренные темпы роста;
  • доля средних и малых компаний в товарной продукции отрасли увеличивается до 20-26,5% (2015-2030гг.);
  • доля инновационной продукции в товарной продукции отрасли сохраняется на уровне 20% (2020-2030гг.);
  • увеличиваются инвестиции в техперевооружение и активные инновации в период после реализации основных проектов (с 2015г.).

Рис. 4. Прогноз динамики производства в отрасли «Химия и нефтехимия»

(индекс физического объема производства к уровню 2005г., %).

Для снятия противоречий предлагается, во-первых, качественное долгосрочное прогнозирование, осознание средовых рисков и выставление четких критериев эффективности проектов для различных его участников, во-вторых, формирование в системе отраслевой политики «сделок», в рамках которых стороны (государство и компании) принимали бы на себя взаимные обязательства, связанные с реализацией общей стратегии. При этом государство могло бы стимулировать реализацию именно той схемы проекта, которая давала бы не только высокие макро-, но и мезоэффекты (кластерные, региональные). Например, обычно исходный выбор технологической конфигурации делается непосредственно экономическим субъектом, затем проект как единственный вариант представляется на конкурс. Но при этом не учитывается, что инициатор уже заложил высокие риски. Если бы была гарантирована поддержка и взамен поставлено условие реализации проекта по схеме, предполагающей более высокие мезоэффекты, то результат удовлетворил бы требованиям и экономических субъектов, и государства.

Обоснование подобных рекомендаций дано на примере проекта создания интегрированных нефтеперерабатывающих и нефтехимических комплексов в РТ. Поддержка в рамках отраслевой политики заложена в различных формах и их комбинациях, на основе чего были сделаны выводы, что при ее наличии можно было бы снизить необходимый объем инвестиций, а также в 1,5 раза уменьшить величину необходимых заемных средств и более чем в 2 раза сумму процентных выплат, срок окупаемости может сократиться на 1,5–2,5 года. Оказание подобной поддержки оправданно также получением высокого кластерного эффекта от реализации проектов по переработке продукции нового комплекса (в Татарстане, Башкортостане, Тульской области). Чистый дисконтированный поток кластера в целом за период планирования в 2 раза выше в сравнении с аналогичным показателем по новому комплексу (рис. 5).

Рис. 5. Оценка кластерного эффекта

В главе в продолжение формирования инновационно-кластерного сценария развития НГХК РТ была выдвинута гипотеза о появлении в регионе новых пространственных центров нефтехимической активности, диффузии новых производств по территории. Производство конечных продуктов с экономической точки зрения целесообразно приближать к районам сбыта, а не источникам сырья (готовая продукция легче и габаритнее, чем сырье). Тем более что и в настоящее время название кластеров (в частности, Нижнекамского промокруга) связано с территориальной привязкой поставщика сырья, а не его переработчиков (они размещены в различных районах). Реализация концепции «продвижения» малого отраслевого бизнеса в социально-депрессивные районы РТ выполняет кроме прочего важную культурно-образовательную функцию, поскольку предполагает закономерное повышение в них инженерной и общей культуры, формирование новой мотивации поведения у молодежи, доминантой которой, очевидно, станет тяга к усвоению новых знаний. Кстати, во многих зарубежных государствах осознанно использовался потенциал химии и нефтехимии и других промышленных отраслей в оживлении экономической активности на депрессивных территориях.

Исследованы также аспекты инновационной трансформации в НГХК РТ, под которой понимается комплексная модернизация производственно-технологической базы и номенклатуры продукции на основе внедрения прогрессивных технологий мирового уровня. Это предполагает реализацию активных и пассивных инноваций, разделение которых проведено по основанию «новизна-участие внедряющей компании в разработке новшеств». Исследование подтвердило гипотезу о том, что путь технологического заимствования (пассивных инноваций) является доминирующим на данном этапе для НГХК РТ. Параметры его инновационной активности следующие: доля инновационной продукции в объеме произведенной продукции по основным компаниям химии и нефтехимии постепенно увеличивается и составляет в настоящее время порядка 16%, у ОАО «Татнефть» половина продукции относится к инновационной, растет финансирование технологических инноваций. Но пока в структуре затрат основную долю (64%) имеет статья «покупка машин и оборудования», тогда как НИОКР – «исследование и разработка новых продуктов и методов производства, новых производственных процессов» - крайне малы (менее 2%). В основном инвестируется покупка за рубежом готового оборудования с сопутствующими объектами интеллектуальной собственности (ноу-хау, лицензиями и др.).

Известно, что пассивная инновационная стратегия обеспечивает роль лишь технологических последователей в мире, но на сегодняшнем этапе ее значение высоко, поскольку она позволяет в относительно сжатые сроки резко и значительно повысить объемы производства и конкурентоспособность производителей, «готовит» базу для развертывания активных инноваций, предполагая «российскую часть проекта». Открывается дорога к «обратному инжинирингу», когда внедренные технологии исследуются, совершенствуются и впоследствии вновь предлагаются рынку. Необходимо учитывать и неготовность отечественной инновационной системы к доведению «пробирочной» химической разработки до промышленного внедрения «под ключ». Требуется достаточно длительный, ресурсоемкий процесс, и возможен он в рамках реализации национальной отраслевой, научно-технологической и инновационной политики. Известно, что даже крупные мировые химические компании при реализации масштабных научно-исследовательских проектов используют господдержку. В инновационной сфере особо востребованы принципы частно-государственного соуправления, «мягкого» объединения субъектов в инновационные мезосистемы на доконкурентной стадии.

Анализ проявлений активных инноваций в НГХК РТ показал следующее. Хотя по относительным показателям (в частности, по доле затрат на НИОКР в выручке – 0,2-0,3%) научно-исследовательская деятельность ОАО «Татнефть» примерно сопоставима с показателями мировых лидеров нефтегазового рынка, но абсолютные размеры финансирования исследований и разработок на порядок меньше их уровня. Доля затрат на НИОКР в выручке крупнейших в мире компаний химии и нефтехимии колеблется в диапазоне 1,2-12,1% (по 10 компаниям за 1995-2004гг.), у татарстанских предприятий – только порядка 0,25%, абсолютные величины несравнимы. Количество корпоративных научно-технологических центров в НГХК РТ и численность занятых в них в динамике лет сокращаются, что является тревожным сигналом, если только не учитывать перенесение инновационной активности в систему инновационной инфраструктуры, развивающуюся в стране и регионах, что следует поддерживать в рамках отраслевой политики. Выделена также проблема недостаточности молодежи, низкий уровень затрат на профессиональное обучение, отсутствие нормальной системы воспроизводства кадров. В итоге, уже ощущается дефицит квалифицированных кадров, который может усилиться вследствие повышенного интереса западных компаний к российским кадрам, поскольку в мире (в США и Европе) назревает «кадровый голод» в технических специалистах для НГХК. Таким образом, не следует именно на корпоративную науку и производство (даже крупные) возлагать функции реализации полного инновационного цикла, тем не менее, формирование восприимчивости к инновациям, участие в научных программах федерального и регионального масштаба, умение внедрить и совершенствовать зарубежные технологии – эти задачи вполне соотносимы с потенциалом отдельно взятой регионально-отраслевой мезосистемы и компаний в ее составе.

В целом, при формировании современной региональной отраслевой инновационной политики необходимо учитывать потенциал создаваемой в стране национальной инновационной системы, тенденции концентрации функций инновационного отраслевого регулирования на федеральном и окружном уровнях, централизацию и рост поддержки междисциплинарных научных направлений, таких как нанотехнологии, способных питать и отраслевой инновационный процесс. Инновационный раздел отраслевой программы может быть структурирован соответствующим образом, учитывая сочетание активных и пассивных инноваций. Выбор приоритетов инновационной политики предполагает ориентир на выявленные глобальные направления научно-технологического прогресса в отраслях НГХК, а также на те «инновационные ниши», где отечественная, в том числе татарстанская наука и производство были традиционно сильными, например, в технологиях нефтедобычи, синтетических каучуков, сополимеров, композитов, резинотехнических изделий и др. Стимулом для их разработки является и тот факт, что на мировом рынке аналогичные технологии могут оказаться недоступными для отечественных производителей даже при наличии у последних финансовых ресурсов для покупки. Инновационность отраслей НГХК следует рассматривать и в широком контексте – как генераторов спроса на результаты научно-технического и инновационного труда других высокотехнологичных отраслей.

Таким образом, современный путь является переходным для НГХК РТ: из технологических последователей необходимо превращаться в технологических флагманов, по крайней мере, в тех сферах, в которых имеются конкурентные преимущества и заделы и которые сочетаются с долгосрочной стратегией НГХК, соответствуют российским и глобальным тенденциям научно-технического прогресса. При этом роль отраслевой политики, как было показано в работе, является высокой.

В заключении диссертации изложены основные результаты исследования, сформулированы выводы и рекомендации.

Основные публикации автора

Монографии, учебные пособия

  1. Ардашева Е.П. Методологические основы и региональный опыт отраслевой политики / Монография. – М.: Современные технологии, 2006. (13,4 п.л.).
  2. Ардашева Е.П. Отраслевая политика как система управления инвестициями и инновациями в мезоэкономике / Монография. – Казань: Изд-во КГУ, 2007. (19,38 п.л.).
  3. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Анализ и прогноз инвестиционной активности отраслей и региональных межотраслевых комплексов / Монография. – Казань: Изд-во КГУ, 2008. (14,03/7,02 п.л.).
  4. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. НГХК РТ: экономика, стратегия, региональная отраслевая политика / Учебное пособие. – Казань: Экспресс-плюс, 2006. (17,5/8,75 п.л.).
  5. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Развитие НГХК РТ в условиях трансформации: результаты и перспективы / Учебное пособие. – Казань: Яналиф, 2001. (14/5,6 п.л.).

Статьи в журналах, рекомендованных ВАК РФ,

электронных научных изданиях, зарегистрированных в ФГУП НТЦ

«Информрегистр», а также в рецензируемых изданиях Академии наук РТ

  1. Ардашева Е.П. Понятие «отрасль» в экономической науке России // Экономический вестник Республики Татарстан. 2005. №1. С. 78-81. (0,46 п.л.).
  2. Ардашева Е.П. Типология мезоэкономики // Вестник Казанского государственного технологического университета (КГТУ). 2007. № 3–4. С. 218–229. (1,02 п.л.).
  3. Ардашева Е.П. Отраслевая политика: понятие и функции в инновационной экономике // Вестник КГТУ. 2007. № 3–4. С. 245–252. (0,68 п.л.).
  4. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Использование методов спектрального анализа и теории катастроф в оценке динамических характеристик инвестиционной и промышленной активности // Вопросы статистики. 2007. № 10. С. 54–59. (0,44/0,22п.л.).
  5. Ардашева Е.П. Особенности оценки инвестиционного и инновационного развития отрасли в системе управленческого мезоэкономического анализа // Вестник КГТУ. 2007. № 3–4. С. 233–244. (1,03 п.л.).
  6. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Роль малого отраслевого бизнеса в инновационно-отраслевых кластерах и преодолении территориальной асимметрии // Вестник КГТУ. 2007. № 3–4. С. 203–210. (0,64/0,32 п.л.).
  7. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Характеристика экономического, кадрового и инновационного потенциала НГХК РТ // Инновации. 2007. № 8. С. 106–108. (0,37/0,185 п.л.).
  8. Ардашева Е.П. Факторно-кластерный метод исследования доминант развития отрасли: финансово-экономический, социальный и инвестиционно-инновационный аспекты // Вестник КГТУ. 2007. №6. С. 139–147. (0,7 п.л.).
  9. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Оценка глобальных научно-технологических и конкурентных факторов среды регионального НГХК // Вестник КГТУ. 2007. №6. С. 148–163. (1,41/0,7 п.л.).
  10. Ардашева Е.П. Целеполагание и моделирование инерционного и инновационно-кластерного сценариев развития регионального НГХК // Вестник КГТУ. 2008. № 1. С. 128–144. (1,12 п.л.).
  11. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Влияние отраслевой политики и институциональных инноваций на повышение инвестиционной активности в отраслях НГХК // Вестник КГТУ. 2008. №1. С. 112–127. (1,37/0,685 п.л.).
  12. Ардашева Е.П. Структурно-функциональная, статико-динамическая модель отраслевой политики // Российский экономический интернет-журнал: Интернет-журнал АТиСО – М.: АТиСО, 2002– . – № гос. регистрации 0420600008: http://www.e-rej.ru/Articles/ 2006/Ardasheva.pdf. (0,68 п.л.).
  13. Ардашева Е.П. Классификация мер отраслевой политики // Российский экономический интернет-журнал: Интернет-журнал АТиСО – М.: АТиСО, 2002. – № гос. регистрации 0420600008: http://www.e-rej.ru/Articles/2006/Ardasheva1.pdf. (0,61 п.л.)
  14. Ардашева Е.П. Сравнительный анализ моделей управления развитием региональных НГХК // Научные труды АН РТ «Актуальные проблемы становления рыночных отношений». Выпуск 2. – Казань: ФЭН, 2003. С. 128–136. (0,45 п.л.).
  15. Ардашева Е.П. Инновационная составляющая стратегии развития НГХК РТ // Научные труды АН РТ «Актуальные проблемы становления рыночных отношений». Выпуск 3. – Казань: ФЭН, 2004. С. 112–122. (0,54 п.л.).

Прочие публикации по теме диссертационного исследования

  1. Ардашева Е.П. Многомерный социально-экономический и инвестиционно-инновационный анализ состояния отрасли // Труды XII Междун. научно-практич. конф. «Проблемы и перспективы инновационного развития экономики «ИНКОН-XII». – Скадовск, 2007. (0,45 п.л.).
  2. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Особенности инновационной трансформации НГХК РТ // Труды XII Междун. научно-практич. конф. «Проблемы и перспективы инновационного развития экономики «ИНКОН-XII». – Скадовск, 2007. (0,36/0,18 п.л.).
  3. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Характеристика экономического, кадрового и инновационного потенциала НГХК РТ // Труды XII Междун. научно-практич. конф. «Проблемы и перспективы инновационного развития экономики «ИНКОН-XII». – Скадовск, 2007. (0,37/0,19 п.л.) (перепечатка по договоренности с ред. ж-ла «Инновации»).
  4. Ардашева Е.П. Формирование стратегии развития нефтехимического комплекса РТ // Труды межрег. научно-методич. конф. «Актуальные проблемы самодостаточности региона: методология структурного анализа и прогнозирования развития региональных экономических систем». – Казань: КГТУ, 2002. С. 45–49. (0,25 п.л.).
  5. Ардашева Е.П. Основные внешние и внутренние факторы, определяющие стратегию развития НГХК РТ // Труды социально-экономического факультета: исследования и приоритеты в науке и образовании. – Казань: КГТУ, 2003. (0,28 п.л.).
  6. Ардашева Е.П. Принципы и направления инвестиционной деятельности предприятий НГХК РТ // Труды Междун. научно-практич. конф. «Реформирование системы управления на современном предприятии». – Пенза, 2001. (0,2 п.л.).
  7. Ардашева Е.П. Стратегическое управление как важнейшее условие обеспечения устойчивого развития предприятия в трансформационной экономике // Всеросс. конф. «Перспективы развития Волжского региона». – Тверь, 2001. (0,2 п.л.).
  8. Ардашева Е.П. Влияние внутриреспубликанской интеграции на развитие НГХК РТ в условиях трансформационной экономики // Материалы II Всероссийской научно-практической конференции «Опыт и проблемы маркетинговой деятельности в российском предпринимательстве». – Пенза, 2001. С.176–178. (0,2 п.л.).
  9. Ардашева Е.П. Решение стратегических проблем НГХК РТ как условие обеспечения его самодостаточности // Научно-практический сборник «Нефтеперерабатывающий и нефтехимический комплекс РТ: состояние и перспективы развития». – Казань: КГТУ, 2002. С.27–31. (0,25 п.л.).
  10. Ардашева Е.П. Теоретико-методологические аспекты формирования стратегии регионального нефтехимического комплекса // Материалы Международной научно-практической конференции «Роль региональной экономики в становлении развитого экономического пространства». Ч. 1. – Киров, 2002. (0,2 п.л.).
  11. Ардашева Е.П. Основные стратегические направления развития НГХК РТ // Материалы Междун. научно-практич. конф. «Роль региональной экономики в становлении развитого экономического пространства». Ч. 2. – Киров, 2002. (0,25 п.л.).
  12. Ардашева Е.П. Принцип согласованности в стратегическом планировании развития социально-экономических систем мезоуровня // Материалы II Междун. научно-практич. конф. «Стратегическое управление ресурсами предприятий». – Челябинск, 2004. (0,23п.л.).
  13. Ардашева Е.П. Интеграция субъектов отраслевой образовательной системы в контур инновационно-производственных региональных кластеров // Материалы III Междун. научно-практич. конф. «Социально-экономическое развитие общества: система образования и экономика знаний». – Пенза, 2006. (0,15 п.л.).
  14. Ардашева Е.П. Высокая динамика экономического роста и инвестиций как результат региональной отраслевой политики // Материалы IV Всеросс. научно-практич. конф. «Современное состояние и перспективы развития экономики России». – Пенза, 2006. (0,15 п.л.).
  15. Ардашева Е.П. О формах участия субъектов отраслевой экономики в совершенствовании образовательного процесса в профильном вузе // Труды методической конференции Нижнекамского филиала КГТУ – Нижнекамск, 2006. (0,18 п.л.).
  16. Губаев Ш.Ш., Ардашева Е.П. Использование потенциала малого отраслевого бизнеса в сглаживании диспропорций территориального развития // Материалы III Международной научно-практической конференции «Роль государства и общества в развитии малого и среднего бизнеса в России». – Пенза, 2006. (0,25/0,13 п.л.).
  17. Ардашева Е.П. Программный подход к управлению инвестиционным развитием отраслей и комплексов // Материалы IV Междун. научно-практич. конф. «Теория и практика антикризисного менеджмента». – Пенза, 2006. (0,25 п.л.).
  18. Ардашева Е.П. Роль кластерных технологий в реализации инвестиционно-инновационной программы развития регионального НГХК // VII Междун. научно-практич. конф. «Энергия молодых – экономике России». – Томск, 2006. (0,22 п.л.).
  19. Ардашева Е.П. Системная модель отраслевой политики // Материалы III Междун. научно-практич. конф. «Научно-образовательный потенциал нации и конкурентоспособность страны». – Пенза, 2006. (0,15 п.л.).
  20. Ардашева Е.П. Развитие инновационно-производственных кластеров как фактор интеграции региона в российские и мировые хозяйственные связи // Материалы Всероссийской конференции «Стратегии и инструменты управления экономикой: отраслевой и региональный аспекты». – СПб, 2006. (0,2 п.л.).

1 На рис. в целях иллюстрации наложения спектров двух процессов приведена не только кросс-спектральная плотность исследуемых рядов, но и амплитудно-частотные характеристики самих рядов. Пунктиром для примера выделены области взаимоусиления амплитуд спектров (резонанса), а также зоны взаимопогашения амплитуд (антирезонанса).




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.