WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

САНДАКОВА Светлана Линховоевна

ПТИЦЫ СЕЛИТЕБНЫХ ЛАНДШАФТОВ

СЕВЕРНОЙ ЧАСТИ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

(ФАУНА, НАСЕЛЕНИЕ И ЭКОЛОГИЯ)



03.00.16 - экология




Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора биологических наук










Улан-Удэ

2010

Работа выполнена в Бурятском государственном университете


Научный консультант: доктор биологических наук, профессор

  Доржиев Цыдыпжап Заятуевич



Официальные оппоненты:

доктор биологических наук, профессор

Константинов Владимир Михайлович


доктор биологических наук, профессор

Баранов Александр Алексеевич


доктор биологических наук, профессор

Пыжьянов Сергей Владимирович


Ведущая организация: Российский государственный аграрный

университет – МСХА им. К.А.Тимирязева

Защита состоится 21 апреля 2010 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета Д212.022.03 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук в Бурятском государственном университете по адресу: 670000, г. Улан-Удэ, ул. Смолина 24а. Биолого-географический факультет, конференц-зал

Факс: (3012) 210588; e-mail: d21202203@mail.ru

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке

Бурятского государственного университета

Автореферат разослан «___»____________2010 г.

Ученый секретарь диссертационного совета,

кандидат биологических наук Н.А. Шорноева



ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Актуальность проблемы. Населенные пункты являются качественно новыми, быстро растущими, исключительно динамичными и не имеющими аналогов в природе экосистемами. Сегодня поселения человека можно считать одним из самых распространенных и крупных экосистем на Земле, активно взаимодействующих со многими элементами природных ландшафтов. Часть из этих компонентов, в том числе птицы,  успешно внедряются в населенные пункты.

Процессы освоения птицами населенных пунктов в том или ином географическом районе имеют ярко выраженный региональный характер. Выяснение этих и других вопросов, связанных с формированием и функционированием фауны и сообществ селитебных ландшафтов, представляет не только научный интерес, но и имеет прикладное значение.

Не случайно к проблеме синантропных животных уделяется пристальное внимание. Активно разрабатываются теоретические основы их синантропизации, ее стали  рассматривать как системный экологический процесс глобального значения, обусловленный многочисленными факторами природного, социального и техногенного характера. Весомый вклад в разработку этой проблемы внесли орнитологи Н.А.Гладков, А.К.Рустамов, В.В.Строков, Н.Н.Дроздов, А.С.Мальчевский, К.Н.Благосклонов, В.Д.Ильичев, В.М.Константинов,  С.И.Божко, И.И.Ра-химов,  Б.Клауснитцер,  M.Luniak,  Fujimaki, D.N.Nankinov и мн. др. Вместе с тем, отдельные крупные области со своеобразными физико-географическими и экологическими условиями на фоне хорошо исследованных регионов оказались слабо изученными. К их числу относится  северная часть Центральной Азии. В последние десятилетия, благодаря исследованиям Ц.З.Доржиева, В.Е.Ешеева, Ш.Болдбаатара и некоторых других, раскрываются особенности структуры синантропной авифауны и экологии птиц данной области. 

Региональная специфика северной части Центральной Азии заключается в том, что она находится на рубеже лесной и степной природных зон и атмосферных потоков с Атлантики и Тихого океана, основных генераторов климата континента. В ее орографии преобладает горно-котловинный рельеф. Все это придает природной среде региона необычайную климатическую, ландшафтно-экологическую неоднород-ность и мозаичность.  Населенные пункты его в отличие от многих других территорий небольшие по занимаемой площади и имеют значительные вобранные участки, небольшую буферную зону, т.е. наиболее мягко вписаны в природную среду. Помимо того, разнообразие экологических условий населенных пунктов северной части Центральной Азии зависит от уклада жизни и характера хозяйственной деятельности народов, живущих здесь на приграничных территориях России и Монголии. Это - монголы и тувинцы, ведущие преимущественно номадный образ жизни, и, с другой стороны, русские и буряты, живущие оседло. Все это сказывается на региональных особенностях формирования, развития и функционирования синантропных комплексов птиц и их экологической специфике.

Цель исследования: Выявление закономерностей  формирования орнитокомплексов и особенностей экологии птиц селитебных территорий в разных ландшафтно-экологических условиях  природных зон северной части Центральной Азии.

Задачи исследования:

  1. Выявить региональные особенности среды обитания синантропных птиц.
  2. Провести анализ таксономического, географического и экологического разнообразия птиц населенных пунктов северной части Центральной Азии и разработать экологическую классификацию птиц по характеру связей их с селитебными территориями.
  3. Выявить особенности структуры сообществ  птиц селитебных территорий и установить закономерности их сезонных изменений в разных географических и ландшафтно-экологических условиях  региона.
  4. Определить эколого-этологические стратегии адаптации синантропных видов и закономерности развития приспособлений птиц к обитанию в условиях населенных пунктов.
  5. Установить факторы и пути освоения птицами  селитебных ландшафтов и выявить региональные особенности процесса синантропизации.
  6. Охарактеризовать исторические этапы формирования и генезис современной синантропной авифауны Северной Монголии и Южной Сибири.

Научная новизна работы. Впервые осуществлено комплексное исследование птиц селитебных ландшафтов северной части Центральной Азии – единого, но разнообразного как в природно-зональном, так и этнокультурном отношениях.

Сравнительное исследование орнитокомплексов населенных пунктов различных природных зон, ландшафтно-экологических районов и поселений человека с разными этническими чертами способствовали раскрытию особенностей и общих закономерностей формирования, динамики фауны и сообществ птиц селитебных территорий, развития адаптивных стратегии отдельных систематических и экологических групп. Все это позволило существенно углубить представления об организации и развитии синантропной фауны и сообществ птиц.

Предложен комплексный подход анализа экологической структуры орнитокомплексов населенных пунктов, на основе которого разработана оригинальная классификация, раскрывающая разнообразие и количественные показатели экологических связей птиц с элементами селитебных экосистем как показателя успешности существования их в поселениях человека.

Установлены ведущие факторы, показаны основные направления и пути синантропизации и урбанизации птиц, обитающих в разных эколого-географических условиях Северной Монголии и Южной Сибири. На основе привлечения результатов исследований историков, археологов, этнографов впервые предложена гипотетическая модель истории становления и развития синантропной орнитофауны региона и выделены основные этапы ее развития.

Теоретическое и практическое значение. Понимание роли антропогенных факторов в экологии птиц открывает новые, ранее мало известные аспекты во взаимосвязях человека и птиц. Показано сходство орнитокомплексов населенных пунктов по своей структуре и функционированию с интразональными ландшафтами, селитебные экосистемы можно рассматривать как их аналоги.

Обоснованы некоторые общие положения о закономерностях формирования региональных  синантропных комплексов птиц.

Создана новая целостная система представлений о своеобразии и особенностях орнитологических комплексов населенных пунктов, которые являются важными для разработки биологических основ сохранения и обогащения фауны птиц селитебных экосистем. Предложенный комплексный подход к экологической классификации птиц селитебных территорий позволит сравнивать результаты исследований, полученных разными авторами.

Основные положения, выносимые на защиту.

1. Систематическая и экологическая гетерогенность и динамика авифауны и населения птиц селитебных территорий северной части Центральной  Азии обусловлены экзогенными (географическим положением и ландшафтно-экологическим окружением) и эндогенными (тип населенных пунктов, неоднородность,  мозаичность и размеры местообитаний внутри них) эколого-географическими факторами среды. Населенные пункты являются аналогами интразональных ландшафтов, вытекающими отсюда со всеми особенностями организации орнитокомплексов.

  1. Ведущими факторами, определяющими адаптации птиц к обитанию в селитебных ландшафтах, являются биологические свойства вида, развитие взаимной толерантности человека и птиц, трофические и защитные условия. Орнитофауна населенных пунктов северной части Центральной Азии относительно молодая, она преимущественно сложена из аборигенных и приведенных транспалеарктических видов.

3. Процессу синантропизации в большей степени подвержены оседлые виды птиц из скальных и дендрофильных эколого-ценотических групп. Приспособление птиц к условиям населенных пунктов происходит преимущественно за счет развития этологических и экологических преадаптаций.

4. Генезис орнитологических комплексов селитебных экосистем Монголии и Южной Сибири теснейшим образом связан с важнейшими историческими событиями и спецификой развития материальной культуры народов.

Апробация работы. Основные положения и результаты исследований были доложены и обсуждены на Международных орнитологических конференциях «Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии» (Улан-Удэ,  2003, 2006, 2009); XII Международной орнитологической конференции «Орнитологические исследования в Северной Евразии» (Ставрополь, 2007); V Международной конференции по хищным птицам Северной Евразии (Иваново, 2008); Всероссийских научных конференциях по врановым птицам (Казань, 2005; Ставрополь, 2007); Всероссийской научной конференции «Синантропизация растений и животных» (Иркутск, 2007);  Всероссийской конференции молодых ученых «Экология в современном мире: взгляд научной молодежи» (Улан-Удэ, 2007); Сибирской зоологической конференции (Новосибирск, 2004); региональной конференции «Структура, функционирование и охрана природной среды» (Улан-Удэ, 2007); ежегодных научных конференциях преподавателей Бурятского государственного университета (2001-2009).

Публикации. По теме диссертации опубликовано 54 работы, в том числе 1 монография и 10 статей в изданиях, рекомендованных ВАК России.

Структура и объем диссертации. Диссертация изложена на 438 страницах, состоит из введения, 8 глав, выводов и списка использованной литературы (449 наименований), включает 59 таблиц, 51 рисунок и 33 фотографии.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ


Глава 1. РАЙОНЫ ИССЛЕДОВАНИЙ,

МАТЕРИАЛ И МЕТОДИКА


1.1. Условия обитания птиц в северной части

Центральной Сибири


  1.1.1. Физико-географическая характеристика региона


Районы наших исследований охватывают приграничные районы России и Монголии, расположенных в Северной Монголии в пределах бассейна р. Селенги и Южной Сибири (Дархатская котловина, Окинское нагорье Восточного Саяна, Западное Забайкалье, Прибайкалье и Центральная Тува). Условно все это объединили под названием «северная часть Центральной Азии», поскольку в литературе о северных границах ее существуют разные взгляды. Например, в Западном Забайкалье элементы экосистем Центральной Азии прослеживаются вплоть до хр. Хамар-Дабан (Намзалов, Холбоева, 2005) и не случайно его включают в провинцию Центральноазиатской подобласти степной области Евразии (Лавренко и др., 1991).

На основании литературных сведений в работе даны особенности  физико-географических условий северной части Центральной Азии, простирающейся в пределах лесной, лесостепной и степной природных зон. На многих хребтах хорошо выражены все высотные пояса от предгорных горных степей и до высокогорных тундр. По межгорным и внутригорным котловинам преимущественно распространены степные, лесостепные, а в горах – лесные экосистемы. Климат на большей части региона резко континентальный с большими амплитудами колебаний температуры, весьма неравномерным распределением осадков, как по территории, так и по сезонам. Сезоны года хорошо выражены, но из них зима занимает более 1/3 годового периода. Все это способствовало формированию здесь весьма неоднородных эколого-географических условий, которые обусловили богатство фауны и своеобразное размещение многих видов животных.

      1. Особенности селитебные ландшафтов региона как среды обитания птиц

Согласно классификации антропогенных ландшафтов, составленной А.В.Мельником (1999) с учетом идей ведущих специалистов в области антропогенного ландшафтоведения (Мильков, 1973, 1978; Куракова, 1983 и др.) селитебные ландшафты включают все типы населенных пунктов. Поэтому  в данной работе понятие «селитебные ландшафты» мы рассматриваем как идентичное понятию «населенный пункт». 

Населенные пункты делятся на две группы: городские и сельские поселения, которые в свою очередь включают разные по типам населенные пункты. Исследованные нами в Северной Монголии и Южной Сибири городские населенные пункты включали города (Улан-Батор, Улан-Удэ, Кызыл), малые города, поселки городского типа и районные центры (Дархан, Заиграево, Ринчинлхумбэ и др.), а также небольшие сельские поселения, фермы и т.п. Населенные пункты расположены от 450-500 до 1500-1600 м над у.м. (с. Танхой в Прибайкалье – 437 м, г. Улан-Батор в Монголии – 950-1000, с. Ринчинлхумбэ в Дархатской котловине - 1600). Отмечено большое разнообразие экологических условий в селитебных ландшафтах разных  географических районов в зависимости от типов населенных пунктов и ландшафтно-экологического их окружения. Различаются условия и внутри населенных пунктов, в которых проведено нами экологическое зонирование по особенностям местообитаний птиц.

    1. Места исследований, материал и методика

Целенаправленные исследования птиц населенных пунктов севера Центральной Азии проведены нами в течение 1999-2009 годов (рис. 1). Основные работы за эти годы по единой согласованной программе велись автором и его помощниками на территории Западного Забайкалья (степные и лесостепные районы, г. Улан-Удэ, пос. Заиграево, ), Прибайкалья (лесостепные, лесные и околоводные ландшафты, в том числе оз. Байкал) и Окинского нагорья Восточного Саяна (горно-таежный, горно-лесостепной пояса) с охватом всех типов поселений человека. Многие вопросы, поставленные в работе, отрабатывались на примере птиц г. Улан-Удэ, который для нас служил постоянным круглогодичным полигоном, и где отрабатывался общий методический подход для комплексного изучения птиц селитебных территорий.

С 2003 по 2007 гг., в основном в летние месяцы с кратковременными выездами в зимне-весенние периоды, проведены исследования автором, коллегами и студентами Бурятского государственного университета в некоторых населенных пунктах степной зоны Монголии (г. Улан-Батор, г. Дархан, поселки Зун-Морин и небольшие села Центрального аймака страны). По населенным пунктам Дархатской котловины - села Ринчинлхумбэ и Цагааннуур, расположенных в горно-степных ландшафтах, использованы материалы наших коллег, собранных в рамках нашей программы.

С 2004 по 2009 гг. с активным участием аспирантов и студентов Тувинского государственного университета под руководством автора изучали птиц в городах и поселениях Центральной Тувы (гг. Кызыл, Туран, Шагонар, селах Бай-Хааг, Сарыг-Сеп), расположенных в степных, лесостепных и околоводных ландшафтах. 

Во всех случаях все полевые работы, если участвовали несколько человек, были согласованы и велись в заранее намеченных городах и поселках, которые служили стационарами в каждом регионе. Таких разного типа населенных пунктов было 27, которые располагались в разных природных зонах и ландшафтно-экологических условиях. Помимо них кратковременно посещали множество средних и малых сельских поселений. Доступность населенных пунктов для исследований позволила нам работать в них практически в любое время года и решать поставленные задачи за относительно короткий срок. 

Выявление видового состава, структуры населения птиц населенных пунктов по сезонам года основывалось на результатах маршрутных учетов птиц без ограничения ширина трансекта, а также на данных модельных площадок и точечных учетов, проведенных  по общепринятым методикам (Новиков, 1953; Равкин, 1967; Луговой, Майхрук, 1974; Бибби, Джонс, Марсден, 2000). Учеты проводились в разное время суток 2-4 раза в месяц в течение круглого года (всего выполнено более 3000 учетов). Птицы в полете, находящиеся выше 100 м над землей, не регистрировались и в учет не включались.

По показателям плотности виды разделены в соответствии принципа бальных оценок (Чельцов-Бебутов, 1959; Кузякин, 1962).

Доля участия вида в населении птиц определена по формуле , где а – число особей определенного вида, b – число всех видов птиц, обнаруженных в данных зонах  (Кузякин, 1967).

Коэффициент сходства видового состава различных географических зон рассчитывали по формуле Жаккара: , где А и В – плотность населения (суммарное обилие) всех видов в первом и втором вариантах населения, С – меньший (из двух показателей) обилия каждого вида (Наумов, 1963).

Характер пребывания и фенология птиц в городе определены визуально с постоянной регистрацией.

Гнездование вида считалось доказанным, если найдено гнездо или оценивалось по поведению птиц (идет постройка гнезда, кормление птенцов) или обнаружены недавно покинувшие слетки. Обследовано свыше 2000 гнезд, преимущественно сизого и скалистого голубей, деревенской и городской ласточек, белой трясогузки, сибирской горихвостки, сороки, голубой сороки, черной вороны, домового и полевого воробьев и других видов.

Характер питания, места добывания корма и кормодобывательное поведение изучали в основном визиально. Исследовано 114 желудков взрослых особей черной вороны, домового и полевого воробьев.

В общей сложности нами и нашими помощниками-аспирантами и студентами биолого-географического факультета Бурятского госуниверситета (БГУ) и Тывинского государственного университета (ТывГУ) затрачено на наблюдения за городскими птицами более 2650 часов. Ряд дополнительных сведений о некоторых видах и характере их пребывания в населенных пунктах получено от зоологов кафедры зоологии БГУ.

Ареалогический анализ птиц проведен по Ц.З.Доржиеву и Э.Н.Елаеву (2000). Названия птиц и порядок их расположения приведены по Л.С. Степаняну (1990).

Статистическую обработку материалов проводили с использованием пакета прикладных программ Statistica 6.0 b Exel.


Глава 2. Птицы селитебных ТЕРРИТОРИЙ в авифаунЕ СЕВЕРНОЙ ЧАСТИ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

2.1.  Изученность авифауны и синантропных птиц районов исследований

Птицы северной части Центральной Азии изучаются около трех столетий с 30-х годов XVIII века до настоящего времени. История их изучения неоднократно освещалась в научной литературе (Гагина, 1960; Болд, 2000; Доржиев, 2000). Имеются библиографические указатели (Busching at. el., 1999; Сонин, 2004; Цэвээнмядаг, 2005). Благодаря стараниям многих поколений исследователей, получено относительно полное представление об авифауне и экологии многих видов птиц региона.

       Несмотря на это, имеются нерешенные вопросы, как, например, проблема синантропных птиц, которые еще слабо изучены. Первые сведения о фауне птиц селитебных территорий появились в сводках Е.Н.Козловой (1930), И.В.Измайлова и Г.К. Боровицкой (1973). Лишь с 70-х годов 20-го столетия начались специальные исследования фауны и экологии синантропных птиц некоторых районов Монголии и Южной Сибири (Доржиев, 1982, 1991, 2006, 2009; Болдбаатар, 1989, 1996, 1997, 2002; Ешеев, 1999; Сандакова,  2003, 2008; Сандакова, Гулгенов, 2005 и др.). Но результаты этих исследований еще не достаточны для выявления ясной картины структуры и функционирования орнитологических комплексов населенных пунктов региона. Потребовались новые целенаправленные исследования.

       

2.2.  Краткие сведения об авифауне региона


В настоящее время на территории северной части Центральной Азии, согласно литературным данным, зарегистрировано 403 вида птиц, в том числе 287 гнездящихся видов, относящихся 19 отрядам и 56 семействам. 

Исключительно богатое и динамичное биоразнообразие  фауны птиц региона обусловлено его особым географическим положением, своеобразной орографией, неоднородностью зональных и ландшафтно-экологических условий (Янушевич, 1952; Измайлов, Боровицкая, 1973; Фомин, Болд, 1991; Сумъяа, Скрябин,1989; Болд и др., 1986; Доржиев, 1997; Болд, Болдбаатар, Цэвээнмядаг, 2002;  Елаев, 2005; Болдбаатар, 2003; Баранов, 2007; и  др.).

    1. Систематический состав авифауны населенных пунктов

Не все виды птиц, зарегистрированные в населенных пунктах, одинаково связаны с ними. Для определения реальной структуры авифауны селитебных территорий нами предлагается с учетом мнений разных исследователей (Дончев, Янков 1989; McClure, 1989;  А.А.Резанов, А.Г..Резанов, 2009; и др.) разделить птиц по характеру встречаемости на две группы: постоянно встречающиеся и эпизодические виды.

Первая группа – это постоянно встречающиеся виды,  образующие в населенных пунктах постоянные или сезонные более или менее устойчивые группировки, способные обитать и удовлетворять здесь свои жизненные потребности. Эту группу иначе можно назвать синантропными птицами. По частоте встречаемости она разделена на 3 подгруппы: 1) часто встречающиеся; 2) умеренно встречающиеся;  3) редко и очень редко встречающиеся виды.

Вторая группа - эпизодические виды,  встречающиеся в населенных пунктах на короткое время в течение сезона или залетающие сюда случайно. Эти виды в населенных пунктах не образуют организованные группировки. По частоте встречаемости внутри ее выделены 2 подгруппы: 1) кратковременно встречающиеся виды (менее 15-20 дней), залетающие в населенные пункты транзитом в период миграций и кочевок; 2) случайно встречающиеся виды.

Характер встречаемости значительного числа видов в разных районах северной части Центральной Азии оказался не одинаковым. При общей характеристике авифауны региона мы их выделяли как видов постоянных в одних районах и эпизодических в других, а в описаниях районов они идут по реальному характеру встречаемости.


      1. Общие особенности авифауны

селитебных ландшафтов региона

В населенных пунктах северной части Центральной Азии зарегистрировано 169 видов птиц, относящихся 15 отрядам: Pelecaniformes – 1 вид, Ciconiiformes – 1, Anseriformes – 7, Falсoniformes – 12, Galliformes – 2, Gruiformes – 1, Charadriiformes – 13, Columbiformes – 4, Cuculiformes – 2, Strigiformes – 6, Caprimulgiformes – 1, Apodiformes – 2, Upupiformes – 1, Piciformes – 6, Passeriformes – 110 (табл. 1). Это составляет всего 41,9% видового богатства авифауны региона. 

В целом, по видовому богатству авифауна селитебных территорий северной части Центральной Азии по сравнению со многими другими регионами Евразии (Рахимов, 2006) очень бедная.

Таблица 1

Видовой состав птиц населенных пунктов северной части

Центральной Азии и характер их встречаемости по сезонам

Названия птиц

Сев. Монголия

Забайкалье

Прибайкалье

Ока-Дархаты

Тува

Большой баклан - Phalacrocorax carbo

-

-

-

-

Эв

Серая цапля -  Ardea cinerea

Эвл*

Эт

Эт

-

-

Огарь Tadorna ferruginea

Пз

Пвл

Эвл

Пвл

Пвл

Кряква Anas platyrhynchos

-

Эвл

Эвло

-

Эвл

Чирок-свистунок A. crecca

-

Эв

Эт

-

Пвл

Серая утка  A. strepera

-

Э(в)

Эт

-

Эв

Чирок-трескунок  A.guerguedula

-

-

Эт

-

-

Обыкновенный гоголь Bucephala clangula

-

-

Эв

-

Эв

Большой крохаль Mergus merganser

Пз

-

-

-

Эв

Черный коршун Milvus migrans

Пт

Пт

Пт

Пт

Пт

Полевой лунь Circus cyaneus

-

Э(в)

-

-

-

Тетеревятник Accipiter gentilis

-

Пз

-

Эо

Пз

Перепелятник A. nisus

-

Пвл

Эв

Эв

Пвл

Зимняк Buteo lagopus

-

Э(з)

-

-

Эз

Мохноногий курганник B. hemilasius

Пз

Пз

-

-

Эвл

Балобан Falco cherrug

-

-

-

-

Пвл

Сапсан F. peregrinus

-

Эв

-

-

-

Чеглок F. subbuteo

-

Пт

Пт

-

Пт

Дербник F. columbarius

-

Эз

Эз

-

Пт

Амурский кобчик F. amurensis

Эл

Эл

-

-

-

Обыкновенная пустельга F. tinnunculus

Пт

Пт(з)

Пт

Пт

Пт

  1. 2

Рябчик Tetrastes bonasia

-

Э(о)

-

-

-

Бородатая куропатка Perdix dauurica

Пзво

Пзво(л)

-

-

Пзво

Лысуха Fulica atra

-

П(т)

Эт

-

-

Малый зуек Charadrius dubius

Эт

Пвл

Эт

-

Пвл

Чибис Vanellus vanellus

Эт

Пвл

Эт

-

Эт

Черныш Tringa ochropus

-

-

-

-

Эв

Фифи Tr. glareola

-

Эв

-

-

-

Поручейник Tr. stagnatilis

Э(л)

Эв

-

-

-

Перевозчик Actitis hypoleucos

Эт

Пт

Эт

Эт

Пт

Лесной дупель Gallinago megala

-

-

-

-

Эв

Вальдшнеп Scolopax rusticola

-

-

-

-

Эв

Озерная чайка  Larus ridibundus

-

Эво

Пт

-

-

Хохотунья L. cachinnans

-

Эво

Пт

-

-

Серебристая чайка L. argentatus

-

-

-

-

Эв

Сизая чайка L. canus

-

Пвоз

Пт

-

Эво

Речная крачка Sterna hirundo

Пт

Пт

Пт

Эт

Эт

Клинтух Columba oenas

-

-

-

-

Пт

Сизый голубь C. livia

Пк

Пк

Пк

-

Пк

Скалистый голубь C.rupestris

Пк

Пк

Пк

Пк

Пк

Большая горлица  Streptopelia orientalis

-

Эт

Эт

Эт

Эт

Обыкновенная кукушка Cuculus canorus

-

Эв

Эв

Эв

Эв

Глухая кукушка C. saturatus

-

Э(в)

-

Эвл

-

Белая сова Nyctea scandiaca

Эз

Э(з)

-

-

Эз

Ушастая сова Asio otus

-

Эзв

-

-

Пк

Сплюшка Otus scops

-

-

-

-

Эв

Домовый сыч Athene noctua

Пк

Эт

-

-

Пк

Ястребиная сова Surnia ulula

-

-

-

-

Эо

Длиннохвостая неясыть Strix uralensis

-

-

-

-

Пк

Обыкновенный  козодой Caprimulgus europaeus

-

Эл

Эл

-

-

Черный стриж Apus apus

Пт

-

-

-

-

Белопоясный стриж A. pacificus

Пт

Пт

Пт

Пт

Пт

Удод Upupa epops

Пт

Пт

Пт

Пт

Пт

Седой дятел Picus canus

-

Эво

Эт

-

Пк

Желна Dryocopus martius

-

Эзво

Эзво

Эз

Эз

Пестрый дятел D. major

-

Пк

Пк

Пк

Пк

Белоспинный дятел D. leucotos

-

Эз

Эз

-

Пк

Малый дятел Dendrocopos minor

-

Пк

Пк

-

Пк

Вертишейка Jynx torquilla

-

Эл

Эл

Эл

Эл

Береговая ласточка Riparia riparia

Пт

Пт

Пт

Пт

Пт

Бледная ласточка Riparia diluta

-?

Пт

Эо

-

-

Скальная ласточка Ptyonoprogne rupestris

-

-

-

-

Пт

Деревенская ласточка Hirundo rustica

Пт

Пт

Пт

Пт

Пт

Рыжепоясничная ласточка Hirundo  daurica

Пт

Пт

-

-

-

Городская ласточка Delichon urbica

Пт

Пт

Пт

Пт

Пт

Рогатый жаворонок Ermophila alpestris

Эк

Эк

Эк

Эк

Эк

Полевой жаворонок Alauda arvensis

Эт

Пт

Пт

Пт

Эт

Степной конек  Anthus richardi

Эт

Пт

Пт

Эт

-

Полевой конек Anthus campestris

-

-

-

-

Эт

Лесной конек A.. trivialis

Эво

-

Эво

Эво

Пт

Пятнистый конек A. hodgsoni

Эв

Эт

Пт

Эт

-

Сибирский конек A. gustavi

Эв

-

Эв

-

Эво

Желтая трясогузка Motacilla flava

-

Эо

Эво

Эво

Эво

Зеленоголовая трясогузка М. taivana

-

-

Эво

-

-

Желтоголовая трясогузка M. citreola

-

Эв

Эт

Эв

-

Горная трясогузка M. cinerea

Пт

Пт

Пт

Пт

-

Белая трясогузка M. alba

Пт

Пт

Пт

Пт

Пт

Маскированная трясогузка Motacilla personata

-

-

-

-

Пт

Сибирский жулан Lanius cristatus

Эв

Пт

Пт

Пт

Пт

Рыжехвостый жулан L. collurio

Эт

Эл

-

-

-

Серый сорокопут L. excubitor

Эз

Эз

-

-

-

Серый скворец S. cineraceus

-

-

Эт

-

-

Обыкновенный скворец Sturnus vulgaris

Эт

Пт

Пт

Пт

Пт

Сойка Garrulus glandarius

-

Эзво

Эзво

Эзво

Эз

Голубая сорока Cyanopica cyanus

-

Пк

Пк

-

-

Сорока Pica pica

Пк

Пк

Пк

Пк

Пк

Кедровка Nucifraga caryocatactes

-

Эзво

Эзво

Эзво

Эзво

Клушица Pyrrhocorax pyrrhocorax

Пк

Пк

-

Пк

-

Обыкновенная галка Corvus monedula

-

-

-

-

Пт

Даурская галка C. dauuricus

Пт(з)

Пт(з)

Эт(з)

Эт

Пт

Грач C. frugilegus

Пт

Пт

Эз

-

-

Черная ворона C. corona

Пк

Пк

Пк

Эт

Пк

Серая ворона C. cornix

-

-

Э(т)

-

-

Ворон C. corax

Пк

Пк

Пк

Пк

Пк

Свиристель Bombycilla garrulus

Эз

Пз

Пз

Пз

Пз

Оляпка Cinсlus cinсlus

-

-

-

Эз

Пк

Бледная завирушка Prunella fulvescens

-

-

Э(в)

-

Эв

Сибирская завирушка P. montanella

-

-

Эв

-

Эв

Пятнистый сверчок Locustella lanceolata

-

-

Эв

-

Эв

Серая славка Sylvia communis

Эт

Эт

-

-

Пт

Славка-завирушка Sylvia curruca

Эт

Пт

Пт

Эт

Пт

Пеночка-теньковка Phylloscopus collybita

-

-

-

Эт

Пт

Пеночка-таловка Ph. borealis

-

Эв

Эв

Эв

Эв

Зеленая пеночка Ph. trochiloides

Эв

Эв

Пт

Эт

Эв

Пеночка-зарничка Ph. inornatus

Эво

Эво

Эво

Эво

Эво

Корольковая пеночка Ph. proregulus

-

Эво

Эт

Эт

-

Бурая пеночка Ph. fuscatus

-

Пт

Пт

Эт

Эв

Малая мухоловка Ficedula parva

Эв

Эво

Пт

Эв

Эв

Серая мухоловка Muscicapa striata

Эв

Эв

Эвл

Пт

Пт

Обыкновенная каменка Oenanthe oenanthe

Пт

Пт

Пт

Пт

Пт

Каменка-плешанка Oe. pleschanca

-

Пт

-

-

-

Каменка-плясунья Oe. isabellina

Пт

Эт

Эт

Эт

-

Обыкновенная горихвостка Phoenicurus phoenicurus

Эт

Пт

Пт

Пт

Пт

Горихвостка-чернушка Ph.ochrurоs

-

-

-

Эт

Пт

Красноспинная горихвостка Ph. erythronotus

-

Э(в)

-

Пт

Эв

Сибирская горихвостка Ph. auroreus

Пт

Пт

Пт

Пт

Эт

Соловей-красношейка Luscinia calliope

-

Эв

Эв

-

Эв

Варакушка  L. svecica

-

-

-

-

Пт

Синий соловей L.cyane

-

Э(л)

Эл

-

-

Оливковый дрозд Turdus obscurus

-

-

-

-

Эв

Краснозобый дрозд T.ruficollis

-

Эво

Эво

Эво

Эво

Чернозобый дрозд T. atrogularis

-

Эво

Эво

-

Пт

Дрозд Наумана T. naumanni

-

Эво

Эво(з)

-

-

Бурый дрозд T. eunomus

-

Эв

Эв

-

-

Рябинник T. pilaris

-

Эт(з)

Пт(з)

-

Пт

Белобровик T. iliacus

-

Эв

-

Эв

Эв

Певчий дрозд T. philomelos

-

-

-

-

Эв

Деряба T. viscivorus

-

-

-

Э(л)

Эв

Длиннохвостая синица Aegithalos caudatus

-

Эзво

Эзво

-

Эзво

Обыкновенный ремез Remiz pendulinus

-

Э(в)

-

-

-

Черноголовая гаичка Parus palustris

-

Пт

Эт

-

Пт

Буроголовая гаичка P. montanus

Эоз

Эк

Эк

Эк

Эк

Сероголовая гаичка P.cinctus

-

-

-

Э(з)

-

Московка P. ater

-

Пк

Пк

Эк

Пк

Белая лазоревка P. cyanus

Эк

Пк

Эз

-

Пк

Большая синица P. major

Пк

Пк

Пк

Пк

Пк

Обыкновенный поползень Sitta europaea

-

Пзво

Пзво

Пзво

Пк

Обыкновенная пищуха Certhia familiaris

-

Э(з)

-

-

Эз

Домовый воробей Passer domesticus

Пк

Пк

Пк

Пк

Пк

Полевой воробей  P. montanus

Пк

Пк

Пк

Пк

Пк

Каменный воробей Petronia petronia

Пк

Пк

-

-

Эоз

Снежный воробей Montifringilla nivalis

-

-

-

-

Эозв

Зяблик Fringilla coelebs

-

-

-

Эв

Пт

Вьюрок Fringilla montifringilla

-

Эв

Пт

Эв

Эв

Чиж Spinus spinus

-

-

-

-

Эз

Черноголовый щегол Carduelis carduelis

-

-

-

-

Эв

Седоголовый щегол C. caniceps

-

-

-

Э(в)

Пт

Обыкновенная чечетка Acanthis flammea

Пзв

Пзв

Пзв

Пзв

Пзв

Пепельная чечетка A. hornemanni

Эзв

Эзв

Пзв

Пзв

-

Сибирский вьюрок Leucosticte arctoa

-

-

Эз

Эз

-

Обыкновенная чечевица Carpodacus erytrinus

Эв

Пт

Пт

Пт

Пт

Сибирская чечевица C. roseus

-

Эз

Эз

Эз

Эз

Большая чечевица C. rubicilla

-

-

Эз

-

Длиннохвостая чечевица Uragus sibiricus

-

Пк

Пк

-

Пк

Щур Pinicola enucleator

-

-

-

Эз

Эз

Обыкновенный клест Loxia curvirostra

-

Эз

Эз

-

Эз

Белокрылый клест L. leucoptera

-

Эз

Эоз

Эз

Эз

Обыкновенный снегирь Pyrrhula pyrrhula

-

Пз

Пз

-

Пз

Серый снегирь P. cineracea

-

Эз

Пз

Пз

Эз

Обыкновенный дубонос Coccothraustes coccothraustes

-

Пк

Пк

Пк

Пк

Белошапочная овсянка Emberizia leucocephala

Эт

Пт

Пт

Пт

Пт

Овсянка Годлевского E. godlewskii

-

Эз

-

Эз

-

Красноухая овсянка E. cioides

Эз

Эз

-

Эз

Эз

Овсянка - ремез E. rustica

Эв

Эв

Эв

Эв

-

Овсянка - крошка E. pusilla

Эв

Эв

Эт

Эв

Эв

Седоголовая овсянка E. spodocephala

-

Пт

Пт

-

-

Дубровник E. aureola

Эт

Эт

Эт

Эт

Эт

Подорожник Calcarus lapponicus

Эз

Эз

Эз

-?

-

Пуночка Plectrophenax nivalis

Эз

Эз

Эз

-?

Э

Всего:

69

127

111

83

126

%:

43,9

80,9

70,7

52,8

80,2

Постоянных обитателей:

33

60

51

34

65

%:

47,8

47,2

45,9

40,9

54,6

Эпизодических обитателей:

36

67

60

49

61

%:

52,2

52,7

54,0

59,0

48,4

*Обозначения: характер встречаемости: П - постоянно встречающиеся виды, Э – эпизодические виды; встречи видов по сезонам: к- круглый год, з-зимой, в – весной, л – летом, о – осенью, т – в теплый период (весной, летом, осенью), (з) – в скобках указаны единичные случаи встречи.

Постоянно встречающиеся виды, составляющие  основу синантропной авифауны, представлены в северной части Центральной Азии 32 видами, кроме них насчитывается 51 вид с двойным статусом в регионе.

Из постоянных видов во всех типах населенных пунктов всех районов отмечено 8 видов: скалистый голубь, белая трясогузка, деревенская ласточка, обыкновенная каменка, черная ворона, ворон, сорока и полевой воробей. Сизый голубь и домовый воробей не встречаются лишь в поселениях Дархатской котловины, распространение их здесь ограничено кормовыми условиями в зимний период. Широко распространенными и встречающимися во многих типах населенных пунктов синантропными птицами региона являются  черный коршун,  удод, городская ласточка, большая синица, сибирская горихвостка. Как видно, группа наиболее характерных и часто встречающихся видов селитебных территорий региона представлена всего 15 видами. Остальные постоянно встречающиеся виды имеют ограниченное распространение, редки или характерны для определенных типов населенных пунктов.

Группа эпизодических птиц для всего региона насчитывает 70, помимо них 54 вида имеют двойной статус. Многие из них отмечены в населенных пунктах во время весенних и осенних пролетов. При этом весенних залетов регистрируется значительно чаще, чем осенних. Оно, по-видимому, связано с сезонной разницей кормовой базы в естественных биотопах; весной она хуже, чем осенью и поэтому птицы во время весенних пролетов вынуждены чаще посещать селитебные биотопы. Кроме того, в открытых ландшафтах пролетных птиц (в основном мелких лесных воробьиных) привлекают сами населенные пункты как места для отдыха. Такие посещения иногда продолжаются в течение всего пролета вида. Эти птицы составляют подгруппу преимущественно кратковременно встречающихся эпизодических видов.

Значительное число эпизодических видов составляют обитатели прилегающих к  населенным пунктам ландшафтов. Чем разнообразнее окружающие биотопы, тем больше отмечено случайных видов, но полнота этой подгруппы птиц зависит от продолжительности и тщательности исследований (представлено здесь она явно недостаточно). Случайно встречающиеся эпизодические виды большей частью отражают фауну прилегающих территорий.

  Из табл. 1 можно также видеть, что видовой состав птиц селитебных ландшафтов региона сильно подвержен сезонным изменениям. Разница между фауной холодного и теплого периодов значительна (соответственно  50 и 155 видов). Круглый год встречается 169 видов. Многие птицы отмечаются только в период сезонных миграций (более подробно в гл. «Сезонная динамика …».

2.3.2. Географические и ландшафтно-экологические особенности

Видовой состав птиц селитебных ландшафтов разных географических районов северной части Центральной Азии, как видно из табл. 1,  заметно отличается. Наибольшее число видов зарегистрировано в населенных пунктах Западного Забайкалья (127 видов,  80,9% состава всей авифауны региона) и Центральной Тувы (126 видов, 80,2%), наименьшее – в Северной Монголии (69, 43,9%) и Окинско-Дархатском горном районе (83, 52,8%). При этом соотношение долей постоянно встречающихся и эпизодических видов внутри каждого района оказалось близким (соответственно 40,9-54,6% и 48,4-59,0%).

Географические районы отличались не только по количеству видов, но и качественному составу. Только для селитебных ландшафтов Северной Монголии оказались специфичными домовый сыч, черный стриж, рыжепоясничная ласточка (она отмечалась на самом юге Западного Забайкалья), для Западного Забайкалья – каменка-плешанка, для Прибайкалья - серый скворец, вьюрок, для Центральной Тувы – серебристая чайка, длиннохвостая неясыть, скальная ласточка, маскированная трясогузка, горихвостка-чернушка, варакушка, снежный воробей, зяблик. 

На видовой состав птиц селитебных ландшафтов заметно влияет прилегающие ландшафтно-экологические условия. Так, в населенных пунктах в степном окружении постоянно или эпизодически отмечались белая сова, рогатый жаворонок, каменка-плясунья и др., лесном окружении – дятлы, лесной и пятнистый коньки, пеночки и др., в горных районах – краснозобый дрозд, щур, овсянка Годлевского и т.д. Водно-болотными видами богаты населенные пункты, прилегающие к крупным озерам и рекам.

Таким образом, как видно из приведенного материала, видовая структура авифауны селитебных территорий разных регионов северной части Центральной Азии имеет четко выраженные природно-зональные и высотно-поясные черты. Большое влияние на формирование видового состава фауны играет разнообразие прилегающих населенному пункту ландшафтов. Прослежена закономерность, чем крупнее населенный пункт, тем разнообразнее условия обитания птиц и соответственно богаче его видовой состав. Также установлено, что экзогенные факторы (прилегающие к населенному пункту экосистемы) больше влияет на состав эпизодических видов,  а условия внутри поселений (эндогенные) чаще определяют состав постоянных видов. 

2.4. Фауногенетические и ареалогические особенности авифауны населенных пунктов


2.4.1. Фауногенетический состав

В синантропной авифауне северной части Центральной Азии  отмечены элементы 6 типов фауны (по: Штегман, 1938) (рис. 1). Значительно преобладают во всех районах транспалеарктические виды (38,4-51,5%), доля участия остальных групп зависело от географических районов. Так, сибирские виды заметное место занимали в синантропной авифауне Прибайкалья (23,5%), далее их доля  убывала (от 20% до 13,3%) в ряду Центральная Тува – Окинско-Дархатский район - Западное Забайкалье и самое низкое их участие зарегистрировано в Северной Монголии (6%). Монгольские виды, наоборот, хорошо представлены в Северной Монголии (27,3%), затем по мере убывания (от 13,3 до 10,7%) - в Западном Забайкалье  - Окинско-Дархатском районе – Центральной Туве и незначительное место занимали в Прибайкалье (7,8%). Китайские виды, как и ожидалось, хорошо заметны в населенных пунктах Прибайкалья (17,6%) и Западного Забайкалья (15%) и отчасти в Окинско-Дархатского района (11,7%), а европейские  виды – Центральной Тувы (16,9%) и Окинско-Дархатского района (14,7%). Тибетские и особенно средиземноморские виды представлены везде в небольшом количестве. 

Северная Монголия

Западное Забайкалье

Прибайкалье

Ока-Дархаты

Тува

Рис. 1. Соотношение разных фауногенетических групп синантропных птиц в разных районах центра Азии.

Таким образом, из приведенного материала наглядно видно различие в фауногенетическом составе птиц, обитающих в селитебных ландшафтах разных географических районов, которые определяются природно-зональными  и ландшафтно-экологическими их особенностями. Хорошими индикаторами эколого-географических условий селитебных ландшафтов в данном случае выступают сибирские и монгольские виды. 

2.4.2. Ареалогические группы птиц

Ареалогический анализ синантропных птиц северной части Центральной Азии показал, что в селитебных ландшафтах всех районов почти половину авифауны составляют палеарктические виды (от 42,6 до 51,0%), остальные группы распределены более или менее одинаково (табл. 2). Однако палеарктические виды в составе синантропной авифауны Северной Монголии и Окинско-Дархатского района были представлены почти в 2 раза меньшем числе, чем в Забайкалье и Прибайкалье.  Среди азиатских видов наблюдается также неравномерное распределение. Некоторые центральноазиатские и восточноазиатские виды отсутствовали в населенных пунктах Прибайкалья и Окинско-Дархатского района, а в фауне Северной Монголии слабо были представлены североазиатские формы.

Таблица 2

Ареалогические группы синантропной фауны птиц северной части Северной Азии (видов, %)

Ареалогические группы

Северная Монголия

Западное Забайкалье

Прибайкалье

Ока-Дархаты

1. Космополиты

8 (22,8)

8 (13,1)

8 (15,1)

8 (22,2)

2. Голарктическая

3 (8,6)

8 (13,1)

8 (15,1)

6 (16,6)

3. Палеарктическая

15 (42,8)

30 (49,2)

27 (51,0)

15 (41,6)

4. Азиатская  9 (25,7)  15 (24,6) 10 (18,9) 7 (19,4)

4.1. Трансазиатская

2 (5,7)

4 (11,4)

4 (7,5)

2 (5,5)

4.2. Североазиатская

а)транссеверо-

азиатская

1 (2,8)

3 (4,9)

2 (3,8)

1 (2,8)

б)южносибирско-дальневосточная

-

1 (1,6)

1 (1,9)

1 (2,8)

  4.3 Центральноазиатская

а)трансцентрально-азиатская

1 (2,8)

1 (1,6)

1 (1,9)

1 (2,8)

б)южносибирско-центрально-азиатская

2 (5,7)

2 (3,3)

-

-

  4.4 Восточноазиатская группа

а)восточносибирско-восточноазиатская

2 (5,7)

2 (3,3)

2 (3,8)

2 (5,5)

б)южносибирско-монгольско-восточноазиатская

1 (2,8)

2 (3,3)

-

-

Всего синантропных видов:

35 (100)

61 (100)

53 (100)

36 (100)

В общем, хорошо видны различия в составе ареалогических групп в синантропной фауне птиц разных географических районов. Они в целом являются отражением локальной специфики фауны.

Глава 3. экологическая СТРУКТУРА авифауны

селитебных экосистем

  Экологическому разнообразию птиц населенных пунктов и классификации их посвящено не мало публикаций (Божко, 1957; Гынгазов, 1973, Владышевский, 1975; Гладков, Рустамов, 1975; Благосклонов, 1980; Рябов, 1982; Цыбулин, 1985; Клауснитцер, 1990; Букреев, 1999; и др.), но общепринятой систематизации до сих пор нет.

Не претендуя ни в коем случае на абсолютное совершенство, используя богатый опыт предшественников, мы сделали попытку унифицировать экологическую  классификацию синантропных птиц (Доржиев, Сандакова, 2003, 2006; Сандакова, Доржиев, 2006)  и на ее основе провести экологический анализ результатов собственных исследований.

3.1. Особенности экологических связей птиц с населенными пунктами и их классификация


       Разнообразие экологических связей постоянных видов птиц населенных пунктов северной части Центральной Азии,  их классификация  показаны на рис. 3.

Синантропность и классификация птиц по степени синантропности. Количественную характеристику способности животных обитать в населенных пунктах мы обозначили как степень синантропности. По этому признаку птиц селитебных ландшафтов разделили на 4 группы: 1) настоящие синантропы, 2) частичные синантропы, 3) псевдосинантропы, 4) асинантропы.

Настоящие синантропы виды, полностью или в большей части обитающие в населенных пунктах региона и имеющие с ними устойчивые экологические связи. Частичные синантропы виды, у которых менее половины особей местных популяций устойчиво связано с населенными пунктами, а большая часть  постоянно обитает в природных ландшафтах. Псевдосинантропы – виды, обитающие в населенных пунктах, но не имеющие устойчивых экологических связей с наиболее трансформированными их частями, обитают преимущественно в вобранных естественных участках или занимают  подобные им местообитания. Асинантропы – виды, избегающие поселения человека, но оказавшиеся в населенных пунктах случайно.

Анализ птиц населенных пунктов региона по степени синантропности показал, что на фоне относительно низкой доле во всех исследованных районах настоящих (5,5-10,1%) и частичных синантропов (12,6-15,9%), отмечено относительно большое количество псевдосинантропов (20,5-30,9%) и особенно асинантропов  (51,9-54,0%) (рис. 2).

Наибольшей зависимости от типа населенного пункта, разнообразия местообитаний внутри них, в том числе представительности вобранных участков, и характера прилегающих ландшафтов, оказались частичные синантропы и псевдосинантропы.

Северная Монголия

Западное Забайкалье

Прибай-калье

Ока-Дархаты

Тува

Группы по степени синантропности

Эколого-функциональные группы

Эколого-ценотические группы

Группы по местам гнездования

Трофические группы (летний период)

Рис. 2. Соотношение экологических групп птиц по некоторым экологическим связям селитебных ландшафтов разных географических районов северной части Центральной Азии

Эколого-функциональные связи птиц с населенными пунктами. Птицы в населенных пунктах удовлетворяют разные свои жизненные потребности. Часть видов прилетают сюда питаться, другие находят здесь только благоприятные условия для гнездования, третьи – безопасные места для ночевки и т.д.  С учетом всего этого нами выделены 3 эколого-функциональные группы синантропных птиц: синантропобионты, квартиранты, визитеры.

Синантропобионты – виды (часть популяций), удовлетворяющие в населенных пунктах все свои жизненные потребности (их доля в разных географических районах региона от  41,6 до 60,6%). Квартиранты – виды, использующие населенные пункты  преимущественно для гнездования или ночевки (от 1,5 до 6,0%). Визитеры или посетители – это виды, обитающие вне населенных пунктов, но регулярно посещающие их в определенные периоды суток преимущественно для поиска пищи (от 33,3 до 56,6%).

В целом, в населенных пунктах северной части Центральной Азии преобладают виды, которые находят здесь все ресурсы для жизнеобеспечения. Большая доля птиц прилетают сюда кормиться, но часть из них постепенно переходят в категорию синантробионтов. Представительство визитеров во многом определялось окружающими ландшафтно-экологическими условиями. Группа квартирантов оказалась бедной, состоящей из двух видов стрижей, которые находили условия гнездования исключительно в городах региона (черный стриж лишь в г. Улан-Батор). Не оказалось видов, использующих населенные пункты только для ночевок.

Эколого-ценотическая группа объединяет экологически близких видов, в своем генезисе (происхождении) связанная с тем или иным типом сообществ (Ричард, 2002). Таких групп выделено 5: группа древесно-кустарниковых видов, водно-околоводных,  лугово-болотных, степных и скально-обрывных.  В населенных пунктах всех районов региона среди постоянных видов явно преобладали древесно-кустарниковые формы (от 42,4 до 68,6%), но в абсолютных значениях наибольшее число отмечено в  Центральной Туве (44 вида), затем в Прибайкалье (35), Западном Забайкалье (34) и Окинско-Дархатском районе и немного видов в Северной Монголии (14). Здесь явно сказывается влияние окружающих лесных ландшафтов и наличие вобранных лесных участков, а также степень озелененности  населенных пунктов. На втором месте по представительности находится группа скально-обрывных видов (от 15,7 до 36, 4%). Наличие этих видов в селитебных ландшафтах зависело от географического положения, прилегающих ландшафтно-экологических условий и архитектуры построек (индикаторными видами являются черный и белопоясный стрижи, клушица, городская ласточка и др.). Самой бедной оказалась комплекс  лугово-болотных птиц (см. рис. 3), их пребывание зависело от наличия вобранных участков данного типа.

Размещение гнезд в населенных пунктах.  По характеру размещения гнезд птиц разделили на 6 групп: 1) виды, преимущественно гнездящиеся в постройках человека, 2) на деревьях, 2) в кустарниках, 3) на земле, 4)  в наземных укрытиях, 5) в норах и иных земляных укрытиях. В Северной Монголии, Прибайкалье, Окинско-Дархатском районе более половины птиц гнездились в постройках человека (соответственно 56,5%, 57,9% и 66,6%), а в Западном Забайкалье и Туве – соответственно 37,5% и 27,1%, но в абсолютных цифрах больших различий между районами нет (от 10 до 13 видов). Наибольшие отличия наблюдаются в числе видов, гнездящихся на деревьях, которые явно отражают степень озелененности населенных пунктов (в Монголии всего 5 видов, а в Туве,  в частности, Кызыле – 22 вида, которые гнездятся в тополево-ивняковой пойме Енисея, протекающего через город, а за пределами поймы открытые ландшафты и им негде там гнездиться). Но в то же время в хорошо озелененных поселениях Прибайкалья оказалось мало гнездящихся дендрофильных видов, птицы здесь предпочитали прилегающие к ним более безопасные места в лесу. Остальные группы представлены  в населенных пунктах в небольшом объеме, особенно виды, гнездящиеся в норах (береговая ласточка и каменка-плясунья). Не всегда они здесь находят благоприятные условия.

Из приведенного выше материала, можно сделать заключение, что видовой состав гнездящихся птиц определяется главным образом разнообразием условий внутри населенных пунктов, однако заметное влияние на него могут оказать окружающие их экосистемы.

Трофические группы синантропных птиц – 3: фитофаги, зоофаги и полифаги.  Для большинства синантропных птиц такое деление условное. На рис. 2 показано летние трофические связи птиц по преимущественному набору рациона. Летом в населенных пунктах преобладают зоофаги, причем облигатных зоофагов единицы (стрижи, ласточки). В зимнее время практически все синантропные птицы становятся в разной степени полифагами. В общем, следует заметить, что среди птиц населенных пунктов мало узкоспециализированных по трофике видов.

    1. Закономерности формирования систематической и экологической структуры авифауны селитебных  территорий


       Материалы, приведенные в главах 2 и 3, позволяют обозначить особенности структуры авифауны селитебных территорий Северной Монголии и Южной Сибири и обосновать некоторые общие положения о закономерностях формирования региональных  синантропных комплексов птиц.

       Результаты исследований показали, что основными факторами, определяющими разнообразие авифауны населенных пунктов, являются географическое их положение, ландшафтно-экологическое окружение, тип населенного пункта и культурно-этнические особенности населения. Во многих случаях эти факторы действуют в сочетании друг с другом. Рассматривая один из этих факторов, необходимо иметь в виду и другие факторы.

Географические факторы формирования авифауны селитебных территорий. Видовое и экологическое разнообразие птиц населенных пунктов разных географических районов региона, как показали сравнительные данные, имеет четко выраженные природно-зональные и высотно-поясные черты. В каждом районе имеются специфические группы птиц, отражающие географическое их положение и черты локальной фауны.

Ландшафтно-экологические факторы формирования авифауны селитебных территорий. Ландшафтно-экологическое окружение населенных пунктов оказывает заметное влияние на видовой состав птиц селитебных территорий. Близлежащие населенные пункты внутри одного географического района, находящиеся в разном ландшафтно-экологическом окружении, могут иметь довольно разный видовой и экологический состав птиц.  Причем ландшафтное окружение большее влияние оказывает на состав частичных постоянных и эпизодических случайных видов.

Влияние типов населенных пунктов и разнообразия местообитаний внутри них на формирование структуры авифауны. Выявлена закономерность, что чем больше населенный пункт, тем богаче видовое и экологическое разнообразие птиц, обусловленное разнообразием и мозаичностью условий. Населенные пункты в однообразных ландшафтах  могут служить транзитными рефугиумами для сезонных мигрантов других эколого-ценотических групп птиц, предоставляя им благоприятные условия отдыха. Так, например, во всех населенных пунктах, расположенных  в обширных степях, где имеется озеленение, останавливаются многие дендрофильные воробьиные птицы. Большое значение для обитания некоторых видов имеет наличие в населенных пунктах «сигнальных» элементов из «материнских» биотопов, как например, присутствие даже отдельных кустарников для сибирской горихвостки или подростов из хвойных пород для славки-завирушки.

Культурно-этнические факторы в формировании авифауны селитебных территорий. Исследования птиц в монгольских, тувинских, бурятских и русских населенных пунктах позволили нам выявить влияние культурно-хозяйственных особенностей разных народов на орнитокомплексы селитебных ландшафтов. Кочевой образ жизни с развитым номадным животноводством, сохранившийся у части монголов и тувинцев, не дают закрепиться в их сезонных поселениях таких характерных синантропов как сизый голубь и домовый воробей. Помимо того, размещение этих видов в средних и малых стационарных поселениях Монголии четко связано с распределением возделываемых полей под зерновые культуры. Там, где их нет поблизости, отсутствуют сизый голубь и домовый воробей. В этом отношении скалистый голубь и полевой воробей оказались более пластичными.  В малых населенных пунктах аборигенов Южной Сибири и особенно Монголии мало или почти отсутствует озеленение, что явно сказывается на состав дендрофильных птиц, а юрточные поселения монголов и тувинцев не позволяют гнездиться многим закрытогнездящимся видам. Напротив, толерантное отношение монгольских народов и тувинцев к птицам, в частности, хищникам и врановым, их преимущественное питание мясной пищей (отсюда и отбросы), позволяют этим видам концентрироваться вблизи их поселений (несколько десятков и сотен черных коршунов вблизи сел этих народов и единичные особи у забайкальских селений). В русских и бурятских поселениях всегда чаще встречаются зерноядные виды птиц, чем в монгольских. Лучшая озелененность русских сел больше привлекает дендрофильных видов, а также птиц, питающихся ягодой различных кустарников.  У русских в отличие от монгольских народов  есть традиция привлекать птиц развешиванием дуплянок. В целом, эти и другие особенности в жизни и традициях народов, живущих в Монголии и Южной Сибири, являются специфическими факторами, играющими определенную роль в формировании фауны и населения птиц селитебных территорий.

Итак, результаты наших исследований по систематической и экологической структуре авифауны селитебных ландшафтов северной части Центральной Азии можно отметить следующее. Видовая и экологическая структура авифауны населенных пунктов имеет четко выраженные ландшафтно-географические черты. Прослеживается положительная корреляция между размерами населенных пунктов и систематическим и экологическим разнообразием орнитокомплексов.  Установлено, что экзогенные факторы (прилегающие к населенному пункту экосистемы) оказывают большее влияние на состав эпизодических видов,  а условия внутри селитебных ландшафтов главным образом определяют состав постоянных видов. Несмотря на регионально-локальные особенности авифауны селитебных ландшафтов, хорошо просматриваются общие ее черты на огромных пространствах, включая даже несколько континентов, суперконтинентов, континентов и субконтинентов. Это наличие специфических видов как сизый и скалистый голуби, домовый и полевой воробьи, деревенская и городская ласточки, белая трясогузка и некоторые другие виды.  Как видно, населенные пункты как специфическая среда для обитания животных способствовали формированию характерного для этого типа ландшафтов животного мира.

Отсюда, можно сделать общее заключение. Населенные пункты по своим характеристикам может быть рассмотрены как аналог интразональных экосистем со всеми выходящими отсюда особенностями.

Глава 4. СТРУКТУРА СООБЩЕСТВ ПТИЦ СЕЛИТЕБНЫХ ТЕРРИТОРИЙ


Настоящий раздел посвящен видовой и количественной характеристике населения птиц и особенностям их распределения в населенных пунктах пяти географических районов северной части Центральной Азии.


4.1. Сообщества птиц селитебных экосистем Северной Монголии


Приводятся результаты летних (июньских) учетов в г.г. Улан-Батор и Дархан. Соответственно в этих городах отмечено 49 и 31 видов птиц. Плотность населения птиц в Улан-Баторе колебалась в разных биотопах от 63,7 до 317,7 ос/10 га, в Дархане - от 37,8 до 334,2 ос/10 га.  Доминировали белопоясный стриж, полевой и домовый воробьи, черный стриж, клушица, черный коршун, которые занимали в разных биотопах столицы Монголии от 43,6% до 73,6%, а в Дархане - 15,6% до 80,5%.

4.2. Сообщества птиц селитебных экосистем Западного Забайкалья


В диссертации описаны особенности городских и сельских поселений района. Подробные сведения о сезонной динамике сообществ птиц г. Улан-Удэ даны в следующей главе.

В сельских населенных пунктах (Иволгинск, Заиграево, Белоозерск) отмечено в зависимости от окружающих ландшафтов от 19 (с. Белоозерск, степное окружение) до 38 (Иволгинск, степь, лесостепь) – 43 (Заиграево, окружение лес, лесостепь и степь) видов птиц. В течение года в с. Иволгинск плотность населения птиц колебалась от 83,6 ос/10 га (зима)  до 332,5 ос/10 га (осень). Доминировали в разные сезоны белопоясный стриж, сизый и скалистый голуби, полевой и домовый воробьи, с долей участия в населении от 67,1% до 88,5%. В Белоозерске плотность населения птиц, начиная с зимы до осени плавно возрастает: зимой - 206,8, весной -275,1, летом - 437,5 и осенью -596,0 ос/10 га. Во все сезоны года доминировали сизый голубь, полевой воробей, домовый воробей, с долей участия в населении птиц от 88 до 96,9%.

4.3. Сообщества птиц селитебных экосистем Прибайкалья


В изученных нами районах Прибайкалья – в Южном Прибайкалье и Баргузинской котловине населенные пункты представлены только сельскими поселениями. В Южном Прибайкалье (с. Сухая) отмечено 36 видов птиц. Плотность населения птиц наименьшая весной (164,3 ос/10 га), наибольшая осенью - 385,8, летом она равнялась  199,0 и зимой - 211,1 ос/10 га.  Доминировали круглый год полевой и домовый воробьи (от 87,3 до 94,8% в сообществе).

В населенных пунктах Баргузинской котловины (с. Курумкан,  Барагхан, Арзгун) выявлено пребывание соответственно 36, 64 и 37 видов птиц. В Курумкане наименьшая плотность зарегистрировано зимой  (45,9 ос/10 га), наибольшая – осенью (231,5 ос/10 га). Доминировали домовый и полевой воробьи, скалистый голубь, черная ворона,  белая трясогузка, обыкновенная каменка, занимающие в населении птиц в разные сезоны от 68,7% до 98,6%. В с. Барагхан плотность населения птиц колебалась в разные сезоны от 61 до 213,4 ос/10 га. Доминировали в сообществе птиц те же самые виды, которые занимали в орнитокомплексе села от 73,8% до 94,1%. В с. Арзгун плотность населения птиц варьировала от 55,4 до 194,3 ос/10 га. Доминировали полевой и домовый воробьи, которые совокупно занимает в населении от 74,9 до 93%.

4.4. Сообщества птиц селитебных территорий Окинского нагорья и Дархатской котловины

Населенные пункты Окинско-Дархатского района представлены сельскими поселениями. В двух селах Окинского нагорья – Орлик и Саяны, расположенных в лиственничному лесу с фрагментами вобранных лесных участков, соответственно отмечены  69 и 67 видов птиц. В Орлике плотность населения наибольшая зимой (218,6 ос/10 га ) и осенью (219), чуть меньше летом (131,4), и очень низкая весной (73,7). Доминировали круглый год полевой и домовый воробьи (от  77,1 до 86,8%). В с Саяны наблюдалась примерно такая же картина: плотность населения птиц зимой -160,2 ос/10 га, весной - 59,2, летом - 78,6, осенью - 80,2. Доминировали те же виды с долей участия от 62,2 до 76,1%.

В селах Дархатской котловины - Ринчин-Лхумбэ и Цаган-Нуур, находящихся в окружении горных степей, летом отмечено по 20 видов. Доминировал только один вид -  полевой воробей.

    1. Сообщества птиц Центрально-Тувинской котловины


В городах Центрально-Тувинской котловины (г.г. Кызыл,  Туран,  Шагонар) соответственно отмечено 126,  54 и 38 видов птиц. Кызыл отличался очень низкой плотностью населения птиц (от 44,6 до 252 ос/10 га в разные сезоны). Доминировали в разные сезоны маскированная трясогузка, городская ласточка, домовый и полевой воробьи, свиристель, большая синица, черная ворона, сорока, сизый голубь, которые занимают в населении от 40,2 до 93,8%. В двух других городах плотность сообществ птиц была заметно выше: в Туране – от 135,4 до 236,3 ос/10 га, Шагонаре - от 41,1 до 228,9 ос/10 га. Доминировали в обоих городах домовый и полевой воробьи, свиристель, сизый голубь, большая синица, с долей в населении птиц в Туране от 49,6 до 73,1%.,  Шагонаре - от 56,2% до 83,6%.

В сельских поселениях - Сарыг-Сеп и Бай-Хаак отмечено соответственно 51 и 48 видов птиц. Пик плотность населения в Сарыг-Сепе зарегистрирован весной (230,8 ос/10 га), в остальные сезоны года она составляла зимой-149,5, летом-185,7 и осенью-175,5. В обоих селах доминировали в разные сезоны свиристель, полевой и домовый воробьи, маскировочная трясогузка и большая синица. Их участие в населении составило в Сарыг-Сепе - от 51,7 до 78%, Бай-Хааке - от 52,5 до 85,6%.

4.6. Общие закономерности формирования структуры населения

птиц в разных эколого-географических условиях


В городах Северной Монголии плотность населения птиц очень низкая. Сказывается сухость и практическое отсутствие озеленения. Средняя плотность в биотопах населенных пунктов составила 6-8 ос/10 га. Максимальная общая плотность населения составила 147 ос/10 га. Число доминантных видов в основном от 2 до 4, так в самом крупном городе (г. Улаанбаатар - полевой и домовый воробьи, белопоясный стриж, клушица. В г. Дархан белопоясный и черный стриж, домовый и полевой воробьи. Учеты в других городах (г. Сухбаатар, г. Алтан-Булаг) показали, что постоянными доминантами являются только два вида воробьев.

В г. Улан-Удэ (Западное Забайкалье) 3-4 доминантных вида (домовый и полевой воробьи, сизыйи скалистый голуби). Общая плотность населения около 200 ос/10 га, средняя плотность составляет около 7 ос/10 га. Динамика населения имеет два пика весной и осенью. Летом самая низкая плотность населения. Хорошо выраженная мозаичность и богатство прилегающих биотопов объясняют весенний и осенний пик вспышки плотности населения. Причиной летнего спада населения вызвано тем, что многие виды птиц после вылета птенцов покидают город и часть популяции других видов откочевывают в более кормные и менее сухие природные биотопы.

В городах Тувы плотность населения по сезонам года варьирует довольно сильно. В г. Кызыл максимальная весной и минимальная летом. В г. Туран максимальная летом, минимальная весной. В г. Шагонар минимальна весной, максимальна осенью. Причиной данного явления является пойменное расположение г. Кызыл. Горно-степное расположение г. Туран, когда большое число птиц погибает в зимние холода, город используется птицами минимально во время миграций и является единственным островом в степи, где можно укрыться от летней жары и найти пропитание; г. Шагонар так же расположен в щебнистой степи и динамика сообществ птиц сходна с г. Туран. Доминируют 2-6 видов птиц. Среди обычных для северной части Центральной Азии доминантом является маскированная трясогузка, которая почти вытеснила белую трясогузку.

В крупных сельских населенных пунктах района исследования доминантами являются домовый воробей, сизый и скалистый голуби. В мелких населенных пунктах доминируют полевой воробей и скалистый голубь. Плотность населения высокая, если село расположено в степи с внутренним озеленением. В лесных массивах расположенные села имеют низкую численность птиц.


Глава 5. СЕЗОННАЯ ДИНАМИКА НАСЕЛЕНИЯ ПТИЦ СЕЛИТЕБНЫХ ТЕРРИТОРИЙ


Наиболее полное представление о сезонной динамике населения птиц в селитебных территориях нами получено на птицах г. Улан-Удэ (Сандакова, 2009). Рекогносцировочные наблюдения, проведенные в других населенных пунктах региона, показали, что общая картина динамики сообществ птиц в них в целом такая же и как в г. Улан-Удэ.

5.1. Сезонная динамика видового состава

населения птиц г. Улан-Удэ


Число видов птиц в г. Улан-Удэ в течение года в период наших исследований варьировало от максимального значения - 89 (конец мая) до наименьшего – 33 (конец марта) (рис. 3).

Зимой (с конца октября до 10 апреля) отмечено 47 видов. В конце сезона происходит одно резкое падение числа видов (до 33) из-за откочевки местных видов (мохноногий курганник, обыкновенный и серый снегирь и др.), затем опять наблюдается подъем в связи с появлением рано прилетающих птиц (обыкновенная пустельга, полевой жаворонок, даурская галка, белошапочная овсянка).

Весна (конец первой декады апреля до 20 мая) начинается с увеличения видового богатства за счет перелетных и пролетных видов. Первыми из них появляются в городе черный коршун, сизая чайка, белая трясогузка, обыкновенная каменка. В середине сезона наблюдается повышение числа видов до 50. К концу мая число видов достигает своего пика (90 видов).

Летний состав фауны (с 20-х чисел мая до конца первой декады сентября) к третьей декаде июня уменьшается до минимума (59 видов) за счет последних пролетных видов и со второй половины августа начинаются небольшие колебания из-за отлетающих и пролетающих видов.

С начала осени (со второй декады сентября до конца октября) наблюдается резкое падение числа видов и к концу сентября достигает годового минимума (40 видов). В этот период большинство перелетных видов исчезло, а местные виды из естественных биотопов еще не перекочевали в населенные пункты. Затем начинается медленный подъем за счет зимующих видов и в конце октября устанавливается более или менее постоянный состав, который держится почти до конца зимы.

  Рис. 3. Годовая динамика количества видов птиц г. Улан-Удэ

(граница сезонов  года даны по Н.И. Сницаренко, 1983)


Таким образом, в течение года в г. Улан-Удэ отмечается 4 сезонные группировки населения птиц: зимняя и летняя, отличающаяся наибольшей стабильностью видового обилия; весенняя и осенняя, отличающаяся большим колебанием числа видов из-за сезонных их перемещений.


5.2. Сезонная динамика населения птиц

Для населенных пунктов северной части Центральной Азии хорошо выражена сезонная динамика сообществ птиц, что связано с высокой изменчивостью видового состава и численности.

Зимнее население птиц г. Улан-Удэ насчитывало 47 видов. Структура населения птиц отличалась по экологическим зонам и районам города. Число видов колебалась от 9 в вобранных степях до 29 в районах индивидуальных строений. Плотность населения составляла в среднем 9,2 ос/10 га, в  разных биотопах колебалась от 5,9 до 15,3 ос./10 га.  В группу многочисленных и обычных видов входили в разных сочетаниях сизый и скалистый голуби, домовый и полевой воробьи, в отдельных биотопах - сорока, черная ворона, большая синица, свиристель и некоторые другие виды. 

Весеннее население птиц города состояла максимально из 89 видов. В разных районах отмечали от 10 в (вобранные степи) до 66 видов (районы индивидуальных строений). Большое количество видов зарегистрировано также в дачных поселках и вобранных лесах (по 53 вида). Средняя плотность равнялась 15,1 ос./10 га, в разных биотопах составляла от 1,7 до 14,9 ос./10 га. Основу населения составляли те же голуби и воробьи, кроме них сорока, черная ворона, белая трясогузка, местами и обыкновенная каменка. 

Летнее население птиц г. Улан-Удэ включало 59 видов, по районам оно колебалось от 9 (вобранные степи) до 37 видов (побережье рек). В среднем по городу плотность населения птиц составляла в середине лета в среднем 10,6 ос./10 га., максимальная плотность наблюдалась в вобранных кустарниковых степях (26,3) и старых многоэтажных строениях (24,8), минимальная плотность на побережьях рек Уды и Селенги (5,2). Группу многочисленных и обычных видов представляли белопоясный стриж, домовый и полевой воробьи, сизый и скалистый голуби, белая трясогузка, черная ворона.

       

Рис 4. Коэффициент сходства населения птиц разных районов г. Улан-Удэ по Жаккару-Наумову

Осенью в городе отмечено 60 видов, по районам она колебалась от 9 (вобранные степи) до 44 (районы индивидуальных строений) видов. Плотность населения птиц в среднем равнялась 16,0 ос./10 га, максимальная плотность зарегистрировано в вобранных степях (31,5) и минимальное– в вобранном сосновом лесу (7,4).

Как видно, население птиц г. Улан-Удэ по сезонам года подвержена заметным изменениям как по числу видов, так и по плотности. В состав доминантов и субдоминантов в течение года неизменно входят сизый и скалистый голуби, домовый и полевой воробьи, черная ворона, иногда сорока. В зимний период к ним присоединяется свиристель и большая синица, а летнее время лидерство по численности захватывает белопоясный стриж, а к числу стабильных субдоминантов добавляется белая трясогузка. По сезонам года численность птиц подвержена заметным изменениям. Плотность населения птиц зимой - наименьшая, осенью - наибольшая.

По экологическим зонам и районам эти показатели существенно отличаются. Сравнительный анализ качественного и количественного разнообразия населения птиц показал, что степень сходства между отдельными районами максимально может дойти  68-75% (дачные поселки и вобранные леса, районы индивидуальных  строений и дачные поселки). Она может и сильно отличаться (вобранные леса и внутригородские пустыри - 13,9%, районы индивидуальных строений и внутригородские пустыри -14,3%) (рис. 4). Понятно, что эти отличия обусловлены различием в условиях районов.

Глава 6. ОСОБЕННОСТИ ЭКОЛОГИИ СИНАНТРОПНЫХ ПТИЦ

Экологическим исследованиям синантропных птиц уделяется огромное внимание, появилась серия монографических работ в нашей стране (Владышевский, 1975; Ильенко, 1976; Носков и др., 1981; Доржиев, 1991; Авилова, Корбут, Фокин, 1994; Лысенков и др., 2004; Константинов и др., 2004; Пономарев, Константинов, Сальников, 2004; Константинов и др., 2007; Фадеева, 2007;  др.). Как показывают результаты исследований, главными условиями, определяющими обитание птиц в селитебных ландшафтах, являются адаптивные возможности видов, отношение к ним человека и способность птиц удовлетворять основные свои жизненные потребности в новых условиях (питание, размножение и т.д.).

6.1. Поведенческие реакции синантропных птиц на человека

и другие факторы среды


Экологическая пластичность вида определяется способностью вида выработать ряд адаптивных черт для обитания в новых условиях населенных пунктов. Прежде всего, они начинаются с поведенческих реакций на новые факторы (Благосклонов, 1980).

В населенных пунктах птицы, прежде всего, должны привыкнуть и адаптироваться человеку, сельскохозяйственным и домашним животным и мобильным наземным транспортным средствам, которые здесь являются для них основными источниками опасности. 

Адаптации человеку. Наиболее простой реакцией является «уход от объекта опасности» (Stephen, 1963), соблюдение «дистанции бегства» (Tomaialojc, 1976) или «дистанции вспугивания» (Владышевский, 1975). Неоднократные нейтральные контакты с человеком и другими новыми объектами приводят к тому, что птицы перестают пугаться и подпускают ближе, даже берут корм с рук.

Наши наблюдения за дистанцией вспугивания синантропных птиц в разных населенных пунктах Монголии и Южной Сибири показали довольно широкую лабильность поведенческих реакций птиц на человека, а также различия проявления их у одного того же вида в разных условиях и ситуациях.

Степень пугливости синантропных птиц в Монголии и Южной Сибири (Россия) заметно отличается. В целом птицы сельских поселений Монголии боятся человека меньше, чем в Южной Сибири. В городах зримых существенных различий нет (рис.3). Это связано, по-видимому, с различием в этнических традициях по отношению к животным. Монголы обычно не охотятся, не преследуют и не беспокоят птиц. Считается, если их много около дома, то это приносит богатство и благополучие. Поэтому они никогда не разоряют гнезда около дома, часто птицам специально отдают остатки пищи. Привыкание птиц к человеку в Монголии происходит и через домашний скот, около которых часто находятся люди и кормятся птицы.

Хорошим индикатором отношения человека к синантропным птицам служат врановые, которые чувствуют это наиболее тонко. Кормящиеся вроны, например, в г. Улан-Батор, подпускают прохожих до 1 м, на окраинах - до 5-10 м. В г. Улан-Удэ к ним невозможно подойти ближе  20-30 м.  В сельских населенных пунктах Монголии к вронам можно подойти до 10 м, а в Бурятии – до 40-50 м.  Примерно также ведут себя сороки и черные вороны в Монголии и Бурятии, но дистанция их вспугивания несколько меньше, чем у вронов.

Отношение птиц к сельскохозяйственным и домашним животным. К сельскохозяйственным животным (КРС, овцам, козам и т.д.) птицы относятся весьма терпимо. Они их практически не боятся, соблюдают лишь индивидуальную дистанцию, чтобы не быть случайно задетыми им. Часто можно наблюдать спокойно кормящихся птиц около сельскохозяйственных животных.

Собаки и особенно кошки для птиц представляют большую опасность. Ситуационно птицы хорошо их дифференцируют. Собак они сильно не боятся, но четко соблюдают определенную дистанцию. От кошек все птицы держатся подальше, заблаговременно сигнализируют об их обнаружении. В сельских поселениях птицы часто их окрикивают, а в городах улетают на безопасное место. Кошки являются одним из основных лимитирующих факторов вхождения кустарниковых и наземногнездящихся видов в населенные пункты, разоряют их гнезда, птенцов и слетков. 

Отношение птиц к мобильным наземным элементам техники. У большинства синантропных (а также в естественных условиях) птиц  отмечено весьма высокая толерантность к автомобилям, тракторам и другим мобильным элементам техники. Дистанция вспугивания к ним в 2-4 раза меньше, чем человеку, особенно у тех видов, которые боятся людей. Черная ворона даже предпочитает строить гнезда в самых оживленных местах, вдоль улиц, где их практически никто специально не беспокоит. В последние годы в г. Улан-Удэ и Улан-Батор на оживленных улицах появились и сооружения сорок.

Также как и в других регионах, белые трясогузки, большие синицы и особенно полевые воробьи охотно гнездятся в пустотах металлических конструкций. 

В целом поведенческие адаптации у разных видов птиц в населенных пунктах довольно хорошо отличаются. В этом отношении наиболее быстро в течение короткого времени приспосабливаются черные вороны и сорока. Ворон в этом плане несколько запаздывает, поскольку отношение людей к этому виду несколько негативное. У мелких воробьиных, особенно дендрофильных форм, дистанция вспугивания обычно бывает меньше, чем у птиц открытых ландшафтов. И поэтому они сравнительно легче привыкают к незнакомым элементам. Поэтому при благоприятных условиях они легко могут войти в населенные пункты.

    1. Использование птицами селитебных местообитаний


Населенные пункты представляют собой комплекс разнообразных условий от близких к естественным до сильно измененных местообитаний, не имеющих аналогов в природе. Результаты сравнительного анализа биотопического размещения птиц в естественных и селитебных условиях показывают, что разные синантропные виды  по отношению к выбору местообитаний в населенных пунктах ведут себя по-разному. Можно выделить 3 группы. Одна группа птиц преимущественно живет в пределах естественных вобранных участков, представители второй группы используют в основном естественные участки, но входят и в характерные селитебные биотопы, третья группа преимущественно обитает в характерных селитебных биотопах.

У представителей первой группы не наблюдаются заметных изменений в поведении.

Птицы второй и третьей групп проявляют некоторые поведенческие изменения в использовании селитебных биотопов. Эти изменения при близком рассмотрении  не являются новыми, а укладываются в нормы реакции вида, отражают частные реакции на локальные изменения условий, на что обращали исследователи и раньше (Гербильский, 1957; Никольский, 1962; Гладков, Рустамов, 1965; Рахимов, 2006). Говорить о том, что птицы используют совершенно новые местообитания в населенных пунктах не совсем верно. При внимательном знакомстве с местообитаниями отдельных синантропных видов в условиях естественных и урбанизированных экосистем, выявляется, что в населенных пунктах птицы придерживаются тех мест, где имеются хотя бы небольшие участки (компоненты) естественных биотопов или их аналоги. Для обитания сибирской горихвостки в селитебных ландшафтах  достаточно бывает, например, наличие даже одного среднего размера кустарника в биотопе. 


6.3.        Питание и кормодобывательное поведение


О питании и кормодобывательном поведении синантропных птиц написано много. Исследованные нами виды в принципе ничего нового нам не дали (Сандакова, 2005). Голуби, синицы, воробьи ведут себя, как и везде в Евразии.

Определенный интерес представляет динамика изменения кормодобывательного поведения отдельных видов. Особенно это хорошо прослеживается в зимних условиях. Можно это продемонстрировать на черной вороне, проследить за изменением ее кормодобывательного поведения за 50 лет. Примерно до 60-х годов прошлого столетия вороны очень редко питались в г. Улан-Удэ, бывали только на окраинах (городская свалка) и небольших поселениях, редко посещали мясокомбинат внутри города. После 70-х годов единичные особи отмечались около мусорных контейнеров и то их боялись. Так продолжалось почти до 90-х годов. Постепенно их становилось больше у мусорных ящиков, но их количество в настоящее время не превышает 3-5% от общей численности их в городе. А залезать во внутрь мусорных контейнеров начали вороны с 2002-2003 годов. Причем это началось с молодых ворон, родившихся в городе. Иногда родители приводили слетков и кормили их остатками пищи около контейнеров. Воронята быстро привыкали к контейнеру, садились на край его, а где полный ящик с мусором они ходили по нему и что-то искали. С этого момента эти птицы не боялись залезать в контейнеры.

Отмечены в г. Улан-Удэ в последние годы очень редкие случаи посещения черными воронами чердаков многоэтажных зданий, где, возможно, они разоряют гнезда голубей. Имеются единичные наблюдения  разбивания воронами стеклянной посуды при помощи твердых предметов. Таким образом, у этого вида явно обогащается места добывания корма и пищевое поведение.

У другой врановой птицы - сороки тоже происходят изменения в кормодобывательном поведении. За последние 10 лет они начали залетать в чердаки и «воровать» голубиные яйца. В сельских поселениях наблюдаются случаи обследования ими стаек для домашнего скота. Раньше они боялись закрытых помещений.

Сороки и черные вороны на севере Центральной Азии еще не посещают открытые балконы многоэтажных зданий, как это делают в европейской части серые вороны. Из врановых птиц региона в настоящее время  на балконах кормятся и даже гнездятся только клушицы в Монголии. 

В отношении выбора объектов питания отмечается у большинства синантропных птиц и в особенности оседлых видов самый широкий набор. Кроме того, птицы легко переключаются на доступный корм. Наши исследования характера питания черных ворон в г. Улан-Удэ (Сандакова, 2006), исследования коллег синантропных голубей и воробьев (Доржиев, Доржиева, 1986; Доржиев, 1991; Ешеев, 1999) наглядно подтверждают данное положение. Оно известно и в других регионах.

Таким образом, синантропные птицы в целом отличаются всеядностью, способностью использовать разнообразные места кормления и легкостью переключаться на более доступный корм. 

    1. Размножение птиц в населенных  пунктах


  Условия размножения птиц в населенных пунктах несколько иные, чем в естественных условиях. Как реакция на эти различия у птиц наблюдаются изменения в структуре гнездовых поселений, поведении, сроках размножения, использовании мест для гнездования, строительного материала, количестве и величине кладок и т.д.

Многие из описанных явлений характерны и для Северной Монголии и Южной Сибири, но имеются некоторые региональные особенности. 

Структура гнездовых поселений. Среди исследованных нами видов у скалистого голубя, черной вороны и полевого воробья хорошо заметно влияние антропогенного фактора. Колонии у синантропных популяций скалистого голубя по сравнению с дикими популяциями (не более 40-50 особей) по величине сильно варьируют, от одиночных пар до 100-200 птиц. Плотность колоний в больших колониях в населенных пунктах часто бывает выше, чем в маленьких поселениях, в том числе у птиц, гнездящихся в скалах (Доржиев, 1991). Черные вороны вблизи населенных пунктов образуют поселения (60-80% популяции) до 7-10 пар, что не характерно в природных биотопах, где большинство птиц (70-80%) гнездится одиночными парами  (Доржиев, Ешеев, 1997; Сандакова, 2005, 2006). Полевые воробьи при хороших гнездовых и кормовых условиях на животноводческих фермах образуют в отличие от природных биотопов  довольно большие поселения (Доржиев, Доржиева, 1986). У некоторых синантропных видов, как, например, белой трясогузки, сороки, мы не наблюдали существенных сдвигов в пространственной структуре в период гнездования. Практически для всех видов в населенных пунктах, как нами установлено, ослабляется внутривидовая территориальная агрессия.

Сроки гнездования и количество кладок. Самые заметные сдвиги сроков гнездования отмечены у городских популяций оседлых видов.  В этом отношении сельские поселения занимают промежуточное положение между городами и природными местообитаниями.  В городе у скалистого голубя, черной вороны, полевого и домового воробьев гнездовой период заметно растягивается – начинается раньше и заканчивается позже, чем у диких популяций. Например, начало откладки яиц  скалистого голубя в г. Улан-Удэ отмечается 25 февраля – 3 марта, сельской местности оно запаздывает на 5-10 дней, а в скалах – 8-15 дней, а заканчивается соответственно в середине октября, середине августа и начале августа. За этот период голуби успевают вывести птенцов в городе до раз,  селе и скалах – до 3 (Доржиев, 1991; Доржиев, Сандакова, 2006).

Черная ворона в городской черте Улан-Удэ начинает откладку яиц на 7-10 дней раньше, чем в пригороде, хотя сроки массовой откладки яиц у обеих популяций заметно не отличаются (Доржиев, Ешеев, 1997; Сандакова, 2006). У сорок, по нашим данным,  в городских условиях откладка яиц отдельных пар начинается чуть раньше (20-27 апреля), чем у внегородских популяций (27-30 апреля), однако начало массовой откладки (первая декада мая) у них фактически совпадает. Врановые выводят птенцов один раз. У большой синицы в г. Улан-Удэ мы также наблюдали более раннее гнездование (на 5-7 дней), чем в пригороде, но в количестве репродуктивных циклов нет разницы (1-2 выводка).

У полевого воробья, который в период гнездования явно делится на синантропные и дикие популяции, в сроках начала гнездования существенных различий не отмечено (первые яйца зарегистрированы 5-9 мая), но в крупных поселках и г. Улан-Удэ в отличие от природных местообитаний эти сроки у отдельных пар сильно растягиваются. Городские популяции заканчивают размножение позже (последние птенцы покидают гнезда в конце августа – начале сентября), чем дикие (10-15 августа, очень редко - 20 августа) (Доржиев, Доржиева, 1985). Большинство пар успевает вывести птенцов два раза, у отдельных пар в населенных пунктах предполагается наличие трех выводков в год.

У перелетных видов в населенных пунктах небольшие сдвиги в сроках размножения отмечены у отдельных пар белой трясогузки и обыкновенной каменки. Но в количестве генеративных циклов не обнаружили разницы у синантропных и «диких» пар.

Практически у всех синантропных видов начало размножения бывает по разным причинам (неудачный выбор гнездового укрытия и беспокойство со стороны человека, высокая плотность колоний голубей и др.) не дружным. У оседлых видов конец гнездования тоже сильно растягивается. 

Места гнездования и изменение естественных стереотипов при выборе гнездовых укрытий. Населенные пункты представляют птицам чрезвычайно разнообразные места для размещения гнезд. Но каждый вид, как показывают наблюдения, для устройства гнезд в поселениях человека выбирают такие места, которые близки к природным условиям..

Так, все древесно-кустарниковые виды (обыкновенная пустельга, врановые, синицы, горихвостки, славки), переходя к гнездованию в населенных пунктах, предпочитают устраивать гнезда в таких же условиях, что и в природе. Однако сдвиги наблюдаются в частоте использования разных видов деревьев и других мест, высоте расположения гнезд. Так, обыкновенная пустельга в природных биотопах преимущественно гнездится в старых гнездах сорок и ворон, в городе предпочитает постройки человека.  Черная ворона в природных условиях в основном устраивает гнезда на соснах, а в населенных пунктах – на тополях, иногда и на опорах ЛЭП.  Сорока с больших кустарников в природных ландшафтах чаще переходит в городе на тополя, причем свои гнезда располагает почти в 2 и более раза выше. Большая синица в селитебных условиях из-за отсутствия дупел почти полностью использует укрытия в постройках человека, располагая свои гнезда преимущественно на уровне 1-2-го этажей зданий вблизи участков с древесно-кустарниковой растительностью. Это, пожалуй, единственный вид в регионе, который существенно изменил естественный стереотип при выборе мест для гнездования. Сибирская горихвостка устраивает гнезда под крышами, в нишах и других укрытиях в постройках человека, предпочитая зоны индивидуальной одно-двухэтажных застроек и дачных поселков.

Кустарниковые виды на данном этапе оказались наиболее консервативными – только кустарники.

Петрофилы из всех групп оказались самыми пластичными в выборе гнездовых укрытий (клушица, обыкновенная каменка, каменка-плешанка) Они самым активным образом осваивают всевозможные укрытия в населенных пунктах – разнообразные постройки, кучи строительного материала, пустоты в конструкциях машин, дупла и т.д. Широкую пластичность они проявили и по высоте расположения гнезд.

У представителей других групп (водно-околоводной, лугово-болотной, степной), которые в городе занимают преимущественно вобранные природные местообитания, не отмечены заметных изменений в гнездовании.

При общем анализе разнообразия использования гнездовых укрытий птиц в населенных пунктах выявляется, что все эти изменения лежат в пределах нормы их реакций в естественных условиях, но в населенных пунктах некоторые из них проявляются более ярко как адаптация к конкретным условиям. Таким образом, мы имеем дело здесь с процессом переадаптации. 

Поведение птиц в период гнездования. Процесс адаптации птиц в условиях населенных пунктов в первую очередь затрагивает их поведение. Почти все синантропные виды, как отмечали выше,  становятся терпимыми к присутствию человека, сельскохозяйственных животных и собак. В населенных пунктах в отличие от природных условий птицы редко окрикивают около гнезда человека, сельскохозяйственных животных, агрессивная реакция сохраняется только по отношению к кошкам.

Некоторые виды как обыкновенная пустельга, сорока, черная ворона, белая трясогузка, полевой воробей после вылета птенцов уводит слетков в более опасные места, часто переселяются в природные местообитания. У многих видов явно проявляются когнитивные способности, проявления которых хорошо известны у  врановых птиц (Heinrich, 2000; Зорина, 2005; Зорина, Смирнова, 2006; Зорина и др., 2006; Emery, 2006).

Таким образом, в отношении размножения птиц в населенных пунктах мы можем отметить следующее. В селитебных условиях не у всех видов птиц происходят изменения в сроках размножения и количестве циклов. Изменения преимущественно касаются оседлых и рано прилетающих синантропных видов. Увеличение числа генераций характерно только некоторым видам.  Выбор места для устройства гнезд птицами оказался довольно консервативным явлением. В процессе синантропизации и урбанизации птиц он у большинства видов мало изменился. Все изменения относятся количественному проявлению тех или иных стереотипов гнездования. Это можно рассматривать как частная адаптация к конкретным условиям в рамках тех возможностей, которые обычно проявляются у птиц в природных условиях. Консерватизм птиц в выборе места для гнездования, вероятно, является одним из задерживающих факторов перехода многих видов. Наиболее легко приспосабливаются к условиям гнездования населенных пунктов виды, которые устраивают свои сооружения в недоступных местах, а также способные увести слетков в безопасные местообитания.

7.1.5.        Некоторые особенности зимней экологии птиц

Важными особенностями зимней экологии синантропных птиц – это добывание корма и ночевка.

О кормовых адаптациях уже писали.  Помимо них немаловажным являются зимние ночевки. Многие воробьи строят зимние гнезда, используют и летние. Большие синицы иногда ночуют внутри теплых помещений, в стайках сельскохозяйственных животных, наблюдали даже ночевки синиц на спинах коров.

Сороки в населенных пунктах не ночуют, после вечернего кормления они небольшими группами собираются в близлежащих лесах и ночуют там открыто на деревьях. Черные вороны  ночуют в лесных массивах, но относительно небольшая часть - в городских парках и скверах, иногда в довольно оживленных местах на высоких тополях. На ночевках количество птиц в одном месте достигает, например, в г. Улан-Удэ до 80-100 птиц, обычно 20-30 особей.

В холодные дни голуби, воробьи и иногда синицы греются на крышах люков отопительной системы. Чаще птицы отдыхают на южной, подветренной  стороне зданий. Воробьи в сельских поселениях и на фермах иногда греются днем на спинах коров.

Все это еще не приняло массового характера. Но, тем не менее, приведенные наблюдения говорят о том, что в населенных пунктах обитают виды, отличающиеся широкой пластичностью.

7.2.        Особенности экологии синантропных птиц


       Результаты наших исследований, знакомство с литературными данными позволяют выделить несколько существенных моментов в экологии синантропных птиц. Адаптации синантропных птиц направлены на совершенствование развития поведенческих реакций к характерным элементам селитебной среды и широком использовании ресурсов населенных пунктов для удовлетворения своих жизненных потребностей.

       Некоторые виды в селитебных ландшафтах по сравнению с природными местообитаниями находят благоприятные условия обитания, на это они отвечают увеличением сроков размножения, количества генеративных циклов, изменением пространственно-этологической структуры поселений и т.д. Первые перелетные птицы, которые начали зимовать в населенных пунктах северной части Центральной Азии являются огарь и большой крохаль. Их уже несколько лет встречают в течение всей зимы на протяжении последних лет на теплых водоемах сброса ТЭЦ г. Улан-Батор (Монголия).  В европейских городах для многих видов это стало уже нормой.

Глава 7. СИНАНТРОПИЗАЦИЯ И УРБАНИЗАЦИЯ ПТИЦ


Процесс синантропизации и урбанизации животных не раз являлся  предметом обсуждения (Гладков, 1958; Исаков, 1969; Константинов, 1970, 1991, 1992, 2001; Божко, 1971; Асоскова, Константинов, 1988; Водолажская Рахимов, 1989; Тагирова, 1992; Рахимов, 2006; Плешанова, 2008).  Животные моментально не внедряются в населенные пункты, их к этому вынуждают какие-то факторы, затем они «находят» пути внедрения и проходят поэтапное их освоение.


7.1.  Факторы, вынуждающие к синантропизации птиц


       Главными факторами, вынуждающими птиц внедряться в населенные пункты, многие авторы (Формозов, 1937; Гладков, Рустамов, 1965; Константинов, Рахимов,  и др.) считают кормовые и защитные условия.

       Кормовые условия для птиц, обитающих в условиях умеренного пояса, особенно в холодный период года, становятся одним из самых важных факторов среды обитания. Кормность населенных пунктов Сибири и Центральной Азии для семеноядных и всеядных птиц зимой намного выше и пища доступнее, чем в естественных биотопах. Не случайно синантропизация многих аборигенных форм оседлых видов (скалистый голубь, большая синица, голубая сорока, клущица, сорока, черная ворона, ворон и др.) началась с зимних посещений ими населенных пунктов. Затем некоторые из них нашли здесь хорошие  защитные условия для гнездования. Одним из факторов синантропизации хищных птиц, например, обыкновенной  пустельги, явилось изобилие  доступных объектов охоты  - воробьев, которые служат основным кормом в населенных пунктах региона.

       Для многих перелетных видов причиной синантропизации явилось наличие удобных и хорошо защищенных условий для гнездования вблизи человека. Прежде всего, это касается укрытогнездящихся птиц (белопоясный стриж, белая трясогузка, обыкновенная каменка, сибирская горихвостка и др.). Эти птицы нашли здесь не только благоприятные условия для гнездования,  но и для кормления. Для многих из них населенные пункты стали одним из основных местообитаний, особенно в степных и лесостепных  ландшафтах.

       В этом отношении кустарниковые и наземногнездящиеся виды оказались слабо защищенными, их гнезда разоряются человеком, уничтожаются собаками и кошками. Они (степной конек, сибирский жулан, славка-завирушка и др.) с трудом пытаются войти в сообщества гнездящихся синантропных птиц. С другой стороны, эти виды не испытывают пока дефицита благоприятных условий в естественных ландшафтах.

7.2.  Пути синантропизации птиц


Для птиц Монголии и Южной Сибири основными путями внедрения птиц из естественных ландшафтов в селитебные территории являются три: 1) пассивный, 2) активный путь и 3) случайный.

       Пассивный путь синантропизации происходит за счет вбирания участков естественных биотопов вместе с живущими там животными в населенные пункты. В зависимости от размеров вобранного участка, факторов беспокойства и других причин остается часть из этих видов. Со временем некоторые виды привыкают к частому контакту с человеком и начинают адаптироваться. Этим путем идет синантропизация  бородатой куропатки, буроголовой гаички, белой лазоревки, длиннохвостого снегиря, сибирского жулана, славки-завирушки и т.д. Причем, как видно, оседлые виды проявляют большую положительную реакцию на процесс синантропизации, нежели перелетные. Причиной тому являются суровые климатические условия в холодный период года.

       Активный путь синантропизации - внедрение птиц в населенные пункты в поисках пищи, мест гнездования и т.д. Многие из них не сразу осваивают селитебные территории, у них в природных условиях начинаются контакты с некоторыми элементами селитебных ландшафтов (песчаный карьер в лесостепи, одиночная охотничья избушка в лесу, юрты и животноводческие стоянки в степи,  домашний скот на пастбище, разное рода транспортные механизмы и т.д.). Другие  проходят разные уровни трансформированных экосистем, постепенно привыкая к новым условиям.

Следовательно, пути внедрения разных видов не одинаковы, при этом могут быть разными и направления синантропизации. Одни специализируются для использования населенные пункты как трофическую базу, другие – для  успешного гнездования, третьи входят в селитебные ландшафты для удовлетворения всех своих жизненных потребностей.

Рис. 5. Схема этапов и процесса синантропизации птиц


7.3. Основные этапы синантропизации птиц


В процессе синантропизации птицы проходят несколько этапов (Константинов, 1984; Доржиев, 1984; Водолажская, Рахимов, 1989 и др.).

Первый этап начинается с контакта с населенными пунктами. Контакты с их элементами могут возникать и раньше в исконных биотопах. Многие виды вступают во взаимодействие с селитебными ландшафтами через вобранные участки,  иногда птицы могут случайно залететь. Одним из основных причин контакта является залет птиц в населенные пункты в поисках корма. Словом, начало отношений у разных видов и особей с населенными пунктами разное.

Второй этап синантропизации связан с процессом привыкания птиц к новым условиям. Развитие его у разных видов проходит неодинаково, зависит от видоспецифических особенностей. Птицы на этом этапе с испугом реагируют на незнакомые предметы. Постепенно начинают  различать потенциальную опасность от нейтральных и безопасных элементов.  Начинают ориентироваться, относительно легко распознают безопасные места, где в случае опасности можно укрыться, находят участки с кормом и т.д.

У птиц  устанавливаются более или менее устойчивые трофические связи (это следующий этап). Они начинают посещать населенные пункты и в другое время, когда в природных биотопах нет дефицита корма.

Следующий этап связан с гнездованием птиц в населенных пунктах. Здесь они находят хорошие защитные и кормовые условия для выкармливания птенцов.

Этап синантропизации завершается формированием локальных популяций, адаптированных к обитанию в селитебных ландшафтах.

Естественно, не виды проходят через все этапы. Это характерно для оседлых видов. Перелетные птицы могут идти по укороченному пути. Например, стрижи, каменки и некоторые другие сразу же начали гнездиться в населенных пунктах, не проходя никаких других этапов. 

Подводя итоги проблемы синантропизации птиц, следует отметить, что населенный пункт все же является специфическим ландшафтом. Поэтому не все виды могут приспособиться  к его условиям. Как показывают наблюдения, успешность синантропизации птиц, прежде всего, зависит от их высокой толерантности и широкой пластичности, которые, несомненно, связаны с когнитивными способностями видов. Подтверждением этому являются врановые птицы, у которых доказано высокая степень когнитивных способностей (Зорина, 2005; Зорина и др., 2006; Emery, 2006). 

Глава 8.        Генезис синантропной фауны птиц Северной Монголии  И юга Восточной Сибири

       Авифауна населенных пунктов Северной Монголии и юга Восточной Сибири в силу исторических событий развития народов региона формировалась относительно недавно. В соответствии с палеогеографическими и археологическими событиями связано с плейстоцен-голоценовым периодом (Доржиев, Сандакова, 2006).

В Сибири определенные связи птиц с человеком появились, вероятно, в конце позднего палеолита (около 50-40 тыс. лет назад), когда на территории региона отмечались первые оседлые поселения древних людей. В каргинское время, например, в Байкальской Сибири по долине реки Селенга и ее притоков, довольно густо расселялись древние поселения (Окладников, 1950; Иметхенов, 1997). В этот период представители некоторых видов птиц в наиболее суровые и бескормные месяцы зимы, наверняка, посещали человеческие поселения в поисках корма, остатков охотничьих трофеев. Это могли быть, прежде всего, отдельные особи всеядных и оседлых врановых.

Позже, в период сартанского оледенения (25-10 тыс. лет назад) на большей части Сибири установилась перигляциальная зона, которая привела к исчезновению многих видов птиц, в том числе некоторых врановых (Назаренко, 1982; Доржиев, Константинов, 2003), и обеднению без того очень скудной зимней фауны птиц. Также исчезло большинство постоянных поселений человека, остались, в основном, группы, ведущие кочевой образ жизни. В этот период, вероятно, почти полностью прервалась связь птиц с человеческими поселениями. У птиц юга Восточной Сибири не могли установиться определенные связи с человеческими поселениями до середины голоцена, поскольку в эпоху мезолита (10,8-6,5 тыс. лет назад) и неолита (6,5-3,8 тыс. лет назад) люди здесь вели еще полуоседлый и кочевой образ жизни, их жилища были представлены легкими чумами. В этот период их иногда зимой могли посетить в поисках пищи врановые птицы.

Синантропизация птиц в регионе возобновилась предположительно в конце голоцена 3,8-2,2 тыс. лет назад в эпоху бронзы, когда появилось скотоводство и местами земледелие.

В зимний период поселения скотоводов, вероятно, в поисках корма посещали скалистые голуби (Columba rupestris), вороны (Corvus corax), клушицы (Pyrrhocorax pyrrhocorax), полевые воробьи (Passer montanus). Возможно, в это время начали гнездиться в постройках человека деревенские ласточки (Hirundo rustica), синантропизация которых, проходила задолго до этого в Юго-Восточной Азии. 

В эпоху железа мощное развитие получила культура хуннов, появились крупные поселения из каменных и деревянных построек, где могли гнездиться скалистые голуби, клушицы, полевые воробьи и некоторые другие виды птиц.

После хунну во II-V вв. н.э. и до XIII в.        й в Восточной Сибири и Северной Монголии друг друга сменяли разные народы с разной культурой. Ко времени появления империи Чингис-хана в XIII в. здесь формировались монгольские и тюркские племена, живущие в деревянных и войлочных жилищах, ведущие оседлый, полуоседлый и кочевой образ жизни. На просторах Центральной Азии возникли крупные населенные пункты. В XII в. существовал г.Барс, в XIII в. – г.Хархорин, несколько позже появился г. Их Хурэ (нынешний Улан-Батор) (Майдар, 1972).

В таежной зоне Сибири  относительно крупные поселения появились с приходом русских в начале-середине XVII века. Эти поселения, несомненно, посещали разные виды местных птиц, в основном в поисках корма или случайно, лишь немногие из них гнездились (городская ласточка). Вслед за русскими поселенцами, вероятно, началась экспансия в Сибирь видов, имеющих в Европе тесные связи с населенными пунктами (домовый воробей Passer domesticus). П.С. Паллас в 1710 г. встретил домовых воробьев в человеческих поселениях в долинах рек Лена, Онон, Аргунь, а в середине XIX века Б.Дыбовский и В.Годлевский  нашли их обычными в Иркутске и редкими в Даурии (Taczanowski, 1891).

Значительно позже, в середине XX столетия в период бурного освоения Сибири, повлекшего за собой появление новых поселков, животноводческих комплексов, звероферм, вовлечение новых земель в сельскохозяйственный оборот, с запада на восток по населенным пунктам распространился сизый голубь. В конце 50-х – начале 60-х годов прошлого столетия он уже гнездился в районе озера Байкал (Флинт, 1961). В этот же период усилился процесс синантропизации местных популяций некоторых видов врановых и других воробьиных птиц. Гнездование врановых в городах отмечено несколько позже.  В г. Улан-Удэ, например, первое гнездо черной вороны найдено в 1973 г., сороки– 1974 г., ворона – 1992 г., голубой сороки – 2001 г. (Доржиев, 1984; Доржиев, Сандакова, 2005). В г. Улан-Баторе сорока начала гнездиться 2002 г., ворон в настоящее время гнездится на высоких зданиях только (это произошло примерно в конце XX – начале XXI вв.) (Болдбаатар, 2005). Это представители скального экотипа, которые распространены в открытых  ландшафтах Монголии, а в Забайкалье, как и в целом в Сибири,  обитают вороны, гнездящиеся в естественных условиях на деревьях. Они в плане синантропизации отстают от своих «скальных» сородичей. 

Обыкновенные каменки (Oenanthe oenanthe) и сибирские горихвостки (Phoenicurus auroreus) освоили поселки примерно в начале 60-х годов прошлого столетия, а сейчас они характерные гнездящиеся птицы многих населенных пунктов региона. В настоящее время в населенные пункты Забайкалья, в том числе г.Улан-Удэ, активно внедряются каменка-плешанка (O. pleschanka) и некоторые другие виды.

Таким образом, в истории развития современной синантропной фауны можно выделиить несколько этапов. На начальном этапе ее формирование происходило за счет представителей местных птиц. Со временем в нее включились приведенные виды, ведущие синантропный образ жизни в других регионах. В настоящее время в связи с расширяющимися масштабами трансформации естественных экосистем и появлением новых человеческих поселений снова усиливается процесс синантропизации местных видов, меняется характер их экологических связей с населенными пунктами. Сегодня в Центральной Азии и Сибири еще не завершено становление синантропной фауны птиц, продолжается не только обогащение видового состава, но и происходит изменение ее географо-генетической и экологической структуры.

Выводы


1. Видовой состав авифауны селитебных ландшафтов северной части Центральной Азии относительно беден (169 видов, 41,9% от видового богатства авифауны региона), что связано с характером и особенностями истории развития населенных пунктов и преимущественно номадным образом жизни народов. Доля постоянных обитателей поселений еще незначительна, представлена в основном приведенными транспалеарктическими и аборигенными формами (сибирского и монгольского типов фауны). Все это свидетельствует о небольшом историческом возрасте синантропных орнитокомплексов центра Азии. 

2. Систематическая и экологическая неоднородность фауны синантропных птиц зависит от разнообразия условий среды в населенных пунктах (типов поселений, многообразия и размеров местообитаний, этнокультурных особенностей населения и т.п.) и от их географического положения и прилегающих природных экосистем. Экзогенные факторы (прилегающие к населенному пункту экосистемы) оказывают большее влияние на состав эпизодических видов,  а условия внутри селитебных ландшафтов главным образом определяют состав постоянных видов. В целом, специфику авифауны селитебных ландшафтов определяют представители местных синантропных комплексов, подчеркивающие их регионально-локальный характер.

3. Населенные пункты сочетают в себе свойства интразональных и экотонных территорий, состоящих из характерных, но относительно молодых синантропных элементов, и компонентов прилегающих экосистем. Интразональные черты селитебных ландшафтов со специфическим набором синантропных птиц хорошо просматриваются на огромных пространствах разного географического уровня,  включая  ряд континентов, суперконтинентов, континентов и субконтинентов. Населенные пункты как специфическая среда способствовали формированию характерного для этого типа ландшафтов животного мира.

4. Сообщества птиц селитебных территорий северной части Центральной Азии, так же как и всей Северной Евразии, независимо от их географического расположения и ландшафтно-экологических условий имеют сходные черты организации за счет почти одних и тех же (в разном сочетании) доминирующих видов, представленных небольшим числом палеарктических видов. Своеобразие региональных и локальных сообществ птиц населенных пунктов определяются  субдоминантными, и в особенности, второстепенными и третьестепенными видами, которые отражают зональную, ландшафтно-экологическую принадлежность и типологические особенности селитебных территорий.  Тип селитебных ландшафтов, архитектурные особенности построек, этническая культура народов монгольских и российских поселений, особенно небольших населенных пунктов, заметно влияют на структуру сообществ птиц, главным образом на состав доминирующих и субдоминирующих видов. Региональные особенности эколого-климатических условий обуславливают высокую сезонную динамичность населения птиц.

5. В условиях обитания в населенных пунктах синантропные популяции приобрели «новые» черты в поведении и экологии. Адаптации синантропных птиц направлены на совершенствование поведенческих реакций к типичным элементам селитебной среды и широком использовании ее ресурсов для удовлетворения своих жизненных потребностей. Положительной реакцией птиц на благоприятные условия  селитебных ландшафтов является изменения в генеративном цикле отдельных видов (увеличение сроков размножения, количества выводков, изменения пространственно-этологической структуры поселений и т.д.), переход к оседлости у части перелетных видов. Многие, так называемые новые эколого-этологические признаки птиц, проявляющиеся в населенных пунктах, являются частной реакцией на локальные изменения условий существования, обычно укладывающиеся в рамки тех возможностей, которыми обладают птицы в природных условиях.

5. Синантропизация птиц является процессом внедрения их в специфическую и неоднородную среду, требующей от них особых качеств и взаимной толерантности между ними и человеком. Успешность синантропизации птиц, прежде всего, зависит от их высокой терпимости и широкой пластичности, а также связана с когнитивными их способностями. К синантропизации в большей степени подвержены оседлые виды в силу суровых зимних климатических условий региона. Наиболее подходящие защитные условия в населенных пунктах из гнездящихся видов находят петрофильные и дендрофильные виды, а из трофических групп – полифаги. Синантропизация птиц проходит поэтапно и соответственно с этим постепенно развиваются адаптивные способности их за счет развития этологических и экологических преадаптаций, расширяются возможности использования ими ресурсов селитебных территорий.

6. История формирования орнитологических комплексов населенных пунктов Монголии и Южной Сибири теснейшим образом связана с важнейшими историческими событиями и спецификой развития материальной культуры народов региона.  Становление синантропной фауны птиц не завершено, продолжается не только обогащение видового состава, но и происходит изменение ее географо-генетической и экологической структуры.

Список работ, опубликованных по теме диссертации


Монография

    1. Сандакова С.Л. Птицы городских экосистем Забайкалья (на примере г. Улан-Удэ) / С.Л. Сандакова. – Улан-Удэ, Изд-во БГУ, 2008. - 152 с.


Статьи в изданиях, рекомендованных ВАК

  1. Елаев Э.Н. Изменения видового состава птиц Селенгинского среднегорья в условиях антропогенной трансформации / Э.Н. Елаев, С.Л. Сандакова // Вестник БГУ, Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2004. – Ч. 5. – С. 48-61. (авторский вклад 50%).
  2. Сандакова С.Л. Особенности зимних ночевок птиц г.Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Вестник БГУ, Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2005. – Ч. 6. – С. 150-156
  3. Доржиев Ц.З. Эколого-систематический анализ летней синантропной авифауны Дархатской котловины и горной Оки (Восточный Саян) / Ц.З. Доржиев, С.Л. Сандакова, Н.Цэвээнмядаг, С.Ж. Гулгенов, Ж. Тамир // Вестник БГУ, Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2005. – Ч. 7. – С. 53-61. (авторский вклад 25%).
  4. Доржиев Ц.З. Экологическая структура летнего населения птиц поселков сельского типа Байкальского региона / Ц.З. Доржиев, С.Л. Сандакова // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН, 2006. Вып. 2. – С.33-37. (авторский вклад 50%).
  5. Сандакова С.Л. Летняя фауна крупного забайкальского города / С.Л. Сандакова // Сибирская орнитология. – вып. 4. Вестник Бурятского университета. Специальный серия. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2006. С. 204-220
  6. Сандакова С.Л. Особенности экологии синантропной популяции черной вороны в Западном Забайкалье / С.Л. Сандакова //Сибирская орнитология. – вып. 4. Вестник Бурятского университета. Специальный серия. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2006. С. 220-236
  7. Сандакова С.Л. Видовое разнообразие и экологическая структура орнитофауны малых населенных пунктов Байкальского региона / С.Л. Сандакова, С.Ж. Гулгенов, Б.Ж. Гулгенов // Вестник БГУ. Химия, биология, география. Вып.-3 Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2006. – С. 244-263. (авторский вклад 50%).
  8. Сандакова С.Л. К экологии и постэмбриональному развитию мохноногого курганника (Buteo hemilasius) в Западном Забайкалье / С.Л. Сандакова, В.В. Турич // Бюллетень ВСНЦ СО РАМН, 2007. Вып. 2, (приложение). – С. 139-142. (авторский вклад 50%).
  9. Сандакова С.Л. Орнитологические заметки из сибирского города / С.Л. Сандакова // Биология для школьников. М. №1. 2009


Статьи в  других изданиях

  1. Доржиев Ц.З. Экологический анализ фауны и населения синантропных птиц (на примере г. Улан-Удэ) // Ц.З. Доржиев, С.Л. Сандакова / Растения и животные в наземных экосистемах. Байкальский экологический вестник. Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2003 - Вып. 3. – С 97-117. (авторский вклад 50%).
  2. Сандакова С.Л. Количественная характеристика орнитокомплексов зимнего периода г. Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Растения и животные в наземных экосистемах. Байкальский экологический вестник / С.Л. Сандакова, Л.Н.Малакшинова. Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2003 - Вып. 3. – С 157-175. (авторский вклад 50%).
  3. Ешеев В.Е. К экологии белопоясного стрижа и городской ласточки в условиях урбанизированного ландшафта / В.Е. Ешеев, С.Л.  Сандакова // Орнитологические исследования в Сибири и Монголии. Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2003. – С 210-212. (авторский вклад 50%).
  4. Ешеев В.Е. Экологическая структура орнитофауны г. Улан-Удэ / В.Е. Ешеев, С.Л. Сандакова // Орнитологические исследования в Сибири и Монголии. Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2003. – С 212-213. (авторский вклад 50%).
  5. Сандакова С.Л. Структура населения птиц г.Улан-Удэ / С.Л. Сандакова Автореф. канд. диссертации. – Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2004. – 20 с.
  6. Dorzhiev T.Z Sammer ornithofauna in the Settlement Areas of the Darkhadyn Depression and Mountain Oka of East Sayan / T.Z Dorzhiev, S.L. Sandakova, N. Tseveenmjadag, S.Z. Gulgenov // The Research Papers of Darhadyn Wetland in Mongolia III. – Ulaanbaatar. Mongolia Ecology Information Center. Mongolian State University of Education, 2006. P. 140-144. (авторский вклад 25%).
  7. Сандакова С.Л. Зимовка хищных птиц в городе Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Структура, функционирование и охрана природной среды (к 75-летию биолого-географического факультета Бурятского госуниверситета). В 2-х частях. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007. Ч.2. С. 81-82.
  8. Сандакова С.Л. Пространственное распределение близкородственных видов птиц в условиях Сибирского города / С.Л. Сандакова // Структура, функционирование и охрана природной среды (к 75-летию биолого-географического факультета Бурятского госуниверситета). В 2-х частях. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007. Ч.2. С. 82-87.
  9. Сандакова С.Л. Птицы, гнездящиеся в постройках человека в условиях Монголии и Забайкалья / С.Л. Сандакова // Биота в экосистемах гор и южной Сибири: состояние и проблемы. Улан-Удэ. 2007. - С. 120-124
  10. Сандакова С.Л. Особенности фауны птиц селитебных экосистем Внутренней Азии / С.Л. Сандакова // Вестник БГУ, Улан-Удэ. Выпуск 4: Изд. БГУ, 2009. – С. 160-172.
  11. Сандакова С.Л. Географические особенности структуры фауны птиц селитебных экосистем Внутренней Азии / С.Л. Сандакова // Орнитогеография палеарктики, современные проблемы и перспективы / под ред. Ю.С.Равкина, Г.С.Джамирзоева и С.А.Букреева. Махачкала, 2009. - С. 36-46.
  12. Сандакова С.Л. К структуре населения птиц г. Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы II Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 15-18 мая 2003 г.). Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2003. – Ч. 2. – С. 200-204.
  13. Сандакова С.Л. Динамика видового состава птиц по сезонам года г. Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы II Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 15-18 мая 2003 г.). Улан-Удэ: Изд. БГУ, 2003. – Ч. 2. – С. 198-200.
  14. Сандакова С.Л. Характер пребывания и пространственное распределение зимнего населения птиц г.Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Тезисы докладов «Сибирской зоологической конференции». – Новосибирск: Изд-во ИСиЭЖ СО РАН, 2004. – С. 183-184.
  15. Доржиев Ц.З. История и пути синантропизации врановых птиц на юге Восточной Сибири / Ц.З. Доржиев, С.Л. Сандакова // Экология врановых птиц в условиях естественных и антропогенных ландшафтов России. Материалы VII Всероссийской научной конф. по изучению экологии врановых птиц. – Казань. Изд-во ТГПУ, 2005. – с. 18-22. (авторский вклад 50%).
  16. Сандакова С.Л. Пространственная динамика и численность черной вороны в г. Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Экология врановых птиц в условиях естественных и антропогенных ландшафтов России. Материалы VII Всероссийской научной конф. по изучению экологии врановых птиц. – Казань. Изд-во ТГПУ, 2005. – с. 154-155.
  17. Сандакова С.Л. Особенности распределения гнезд черной вороны в г. Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Экология врановых птиц в условиях естественных и антропогенных ландшафтов России. Материалы VII Всероссийской научной конф. по изучению экологии врановых птиц. – Казань. Изд-во ТГПУ, 2005. – С. 156.
  18. Сандакова С.Л. Кормодобывательное поведение и динамика пищевого рациона черной вороны в г.Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Экология врановых птиц в условиях естественных и антропогенных ландшафтов России. Материалы VII Всероссийской научной конф. по изучению экологии врановых птиц. – Казань. Изд-во ТГПУ, 2005. – С. 157-158.
  19. Доржиев Ц.З. К истории формирования синантропной авифауны Восточной Сибири / Ц.З. Доржиев, С.Л. Сандакова // Орнитологические исследования в Северной Евразии: Тезисы XII Международной орнитологической конф. Северной Евразии. – Ставрополь: Изд-во СГУ, 2006. – С. 184-185. (авторский вклад 50%).
  20. Сандакова С.Л. Об экологической классификации птиц населенных пунктов по степени синантропизации / С.Л. Сандакова, Ц.З. Доржиев // Орнитологические исследования в Северной Евразии: Тезисы XII Международной орнитологической конф. Северной Евразии. – Ставрополь: Изд-во СГУ, 2006. – С. 468-470. (авторский вклад 50%).
  21. Доржиев Ц.З. Экологическое разнообразие птиц населенных пунктов и их классификация / Ц.З.Доржиев, С.Л. Сандакова // Развитие современной орнитологии в Северной Евразии. Труды VII Международной орнитологической конференции Северной Евразии: Ставрополь. – 2006. С. 355-371. (авторский вклад 50%).
  22. Доржиев Ц.З. Эколого-этологические особенности гнездования птиц в условиях сибирского города / Ц.З.Доржиев, С.Л. Сандакова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы III Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-19 мая 2006 г.). Вып. 3. Часть 1. Улан-Удэ, 2006. – С. 34-42. (авторский вклад 50%).
  23. Доржиев Ц.З. К орнитофауне субвысокогорья Большого Саяна / Ц.З. Доржиев, С.Л. Сандакова, В.М. Дашинимаев // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы III Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-19 мая 2006 г.). Вып. 3. Часть 1. Улан-Удэ, 2006. – С. 91-96. (авторский вклад 30%).
  24. Бадмаева Е.Н. Пространственные взаимоотношения куликов в местах кормовых скоплений на степных озерах Юго-Западного Забайкалья / Е.Н. Бадмаева, Ц.З. Доржиев, С.Л. Сандакова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы III Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-19 мая 2006 г.). Вып. 3. Часть 2. Улан-Удэ, 2006. – С. 35-42. (авторский вклад 30%).
  25. Сандакова С.Л. О принципах экологического зонирования городских экосистем как среды обитания птиц / С.Л. Сандакова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы III Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-19 мая 2006 г.). Вып. 3. Часть 2. Улан-Удэ, 2006. – С. 172-178
  26. Сандакова С.Л. Ранне-весенняя фауна и сообщества птиц населенных пунктов Приангарья / С.Л. Сандакова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы III Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-19 мая 2006 г.). Вып. 3. Часть 2. Улан-Удэ, 2006. – С.176-179
  27. Сандакова С.Л. К характеристике летней фауны и населения птиц г.Улан-Удэ / С.Л. Сандакова // Синантропизация растений и животных. Материалы всероссийской конференции с международным участием (Иркутск, 21-25 мая 2007 г.). – Иркутск: Издательство Института геграфии СО РАН, 2007. – С. 78-80.
  28. Сандакова С.Л. К фенологии пребывания птиц сибирского города (г.Улан-Удэ) / С.Л. Сандакова // Экология в современном мире: взгляд научной молодежи: Материалы Всероссийской конференции молодых ученых (Улан-Удэ (Россия), 24-27 апреля 2007 г.). – Улан-Удэ: Изд-во ГУЗ РЦМП МЗ РБ, 2007. – С. 99-100
  29. Сандакова С.Л. К населению врановых птиц г.Уланбаатар в гнездовой период (Монголия) / С.Л. Сандакова // Экология врановых в естественных и антропогенных ландшафтах: Материалы VIII Международной научно-практической конференции «Экология врановых в естественных и антропогенных ландшафтах» (Ставрополь, 21-25 сентября 2007 г.). - Ставрополь: Изд-во СГУ, 2007. - С. 87-90.
  30. Сандакова С.Л. Структура населения врановых птиц в малых населенных пунктах Байкальского региона / С.Л. Сандакова // Экология врановых в естественных и антропогенных ландшафтах: Материалы VIII Международной научно-практической конференции «Экология врановых в естественных и антропогенных ландшафтах» (Ставрополь, 21-25 сентября 2007 г.). - Ставрополь: Изд-во СГУ, 2007. - С. 90-93.
  31. Сандакова С.Л. Хищные птицы в городских условиях Западного Забайкалья / С.Л. Сандакова // Изучение и охрана хищных птиц Северной Евразии. Материалы V Международной конференции по хищным птицам Северной Евразии (Иваново, 4-7 февраля 2008 г.). Изд-во Ивановского госуниверситета. Иваново. 2008. - С. 297-299
  32. Сандакова С.Л. Пути и этапы синантропизации / С.Л. Сандакова //Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы IV Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-20 сентября 2009 г.). Вып. 4. Улан-Удэ, 2009. – С. 29-35
  33. Сандакова С.Л. О залетах серой вороны / С.Л. Сандакова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы IV Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-20 сентября 2009 г.).Вып. 4. Улан-Удэ, 2009. – С. 191-192
  34. Сандакова С.Л. Ареалогический анализ синантропной фауны птиц населенных пунктов Забайкалья и Северной Монголии / С.Л. Сандакова, С.Ж. Гулгенов // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы IV Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-20 сентября 2009 г.).Вып. 4. Улан-Удэ, 2009. – С. 271-276. (авторский вклад 50%).
  35. Сандакова С.Л. Динамика плотности популяции домового и полевого воробьев в городских биотопах г. Улан-Удэ / С.Л. Сандакова А.С. Базарова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы IV Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-20 сентября 2009 г.).Вып. 4. Улан-Удэ, 2009. – С. 276-278. (авторский вклад 50%).
  36. Сандакова С.Л. Фауно-генетические группы синантропных птиц Центральной Тувы / С.Л. Сандакова, Д.К. Куксина // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы IV Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-20 сентября 2009 г.). Вып. 4. Улан-Удэ, 2009. – С. 279-281. (авторский вклад 50%).
  37. Сандакова С.Л. Зимняя кормовая активность некоторых фоновых видов птиц в городских условиях (г. Улан-Удэ) / С.Л. Сандакова, О.А.Кустова // Современные проблемы орнитологии Сибири и Центральной Азии. Материалы IV Международной орнитологической конференции (Улан-Удэ, 17-20 сентября 2009 г.).  Вып. 4. Улан-Удэ, 2009. – С. 281-284. (авторский вклад 50%).

48. Сандакова С.Л. Этапы синантропизации / С.Л. Сандакова // Развитие современной орнитологии в северной Евразии. Труды ХШ Международной орнитологической конференции Северной Евразии (Оренбург, 30 апреля – 6 мая 2010 г.). – Оренбург: Изд-во ОГУ, 2009. С.

  1. Сандакова С.Л. Синантропизация птиц в северной части Центральной Азии / Сандакова С.Л. // Сибирская орнитология. Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2009. - Вып. 5. - С.
  2. Сандакова С.Л. Орнитофауна синантропных видов птиц Центрально-Тувинской котловины / С.Л. Сандакова // Сибирская орнитология. Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2009. - Вып. 5. - С.
  3. Сандакова С.Л. Население птиц г. Кызыл / С.Л. Сандакова // Сибирская орнитология. Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2009. - Вып. 5. - С.
  4. Сандакова С.Л. Синантропизация черного коршуна в условиях степных населенных пунктов / С.Л. Сандакова // Вестник БГУ. Улан-Удэ. Выпуск 4: Изд. БГУ, 2009. – С.

Учебно-методические издания

  1. Сандакова С.Л. Птицы г. Улан-Удэ / С.Л. Сандакова. Учебно-методическое пособие. Электронный ресурс по курсу зоология. – Улан-Удэ: Изд-во ООО TeachLab Software, 2005. – 55 Mb.
  2. Сандакова С.Л. Экологический мониторинг / Т.А. Бадлуева, С.Л. Сандакова. Метод. пособие. Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2006. – 35 c. (авторский вклад 50%).
  3. Дашанимаев В.М.. Полевые исследования по экологии наземных позвоночных / В.М.Дашанимаев, О.Д. Доржиева, С.Л. Сандакова. Методическое пособие. Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2009. – 38 с.


       






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.