WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Журбенко Михаил Петрович

ЛИХЕНОФИЛЬНЫЕ ГРИБЫ РОССИЙСКОЙ АРКТИКИ

03.02.12 - «Микология»

Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора биологических наук

Санкт-Петербург-2010

Работа выполнена в Учреждении Российской академии наук Ботаническом институте им. В. Л. Комарова РАН

Научный консультант:

доктор биологических наук Новожилов Юрий Капитонович

Официальные оппоненты:

доктор биологических наук Васильева Лариса Николаевна доктор биологических наук Власов Дмитрий Юрьевич доктор биологических наук Пчелкин Алексей Васильевич

Ведущая организация:

Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова

Защита состоится 20 октября 2010 г. в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 002.211.01 при Учреждении Российской академии наук Ботаническом институте им. В. Л. Комарова РАН по адресу: 197376, Санкт-Петербург, ул. Профессора Попова, д. Факс (812) 346-36-

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ботанического института им. В. Л. Комарова РАН Автореферат разослан « » сентября 2010 г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат биологических наук Сизоненко О. Ю.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В соответствии с Конвенцией о биологическом разнообразии, принятой в 1992 г. на конференции ООН по окружающей среде и развитию (Рио-де-Жанейро, Бразилия) изучение биоразнообразия является одним из приоритетных направлений современной биологии. Подобные исследования особенно актуальны в отношении наименее изученных групп организмов, таких как лихенофильные грибы, и наиболее уязвимых со стороны нерационального природопользования биомов, таких как биомы Арктики.

Наряду с вирусами, бактериями, нематодами и насекомыми, грибы относятся к группам организмов, видовое разнообразие которых на Земле изучено хуже всего (Bull et al., 1992; цит по: Дьяков, 1997), возможно, на уровне немногим более 5 % (Hawksworth, 1991, 2001; Hawksworth, Rossman, 1997).

Одной из крупных, но недостаточно изученных групп грибов является гостальная группа (от англ. host - хозяин, группа организмов, выделяемая по признаку обитания на определенной группе хозяев) лихенофильных грибов (англ. lichenicolous fungi). В ее составе к настоящему времени известно примерно 1640 видов (около 2 % видов царства Fungi). Более 20 % мирового видового разнообразия лихенофильных грибов представлено в Арктике. Исследования изменений, происходящих в органическом мире при нарастании климатического пессимума в условиях Арктики, важны для понимания общих закономерностей и механизмов, определяющих реакции экосистем и биотических комплексов на негативные воздействия; они служат теоретической базой рационального природопользования (Чернов, 2008). Такого рода исследования особенно своевременны, учитывая интенсивное хозяйственное освоение российской Арктики, которое может вызвать катастрофические изменения ее биоты.

Степень разработанности проблемы. Лихенофильные грибы Арктики начали изучаться в 19 веке, в основном в Гренландии (Fries, 1860, 1879; Lindsay, 1871; Branth, Grnlund, 1887; Branth, 1895) и на Шпицбергене (Fries, 1860, 1867). Сведения о лихенофильных грибах Гренландии обобщены в работе В. Альструпа и Д. Хоуксворса (Alstrup, Hawksworth, 1990), а Шпицбергена – в публикации В. Альструпа и А. Эльвебакка (Alstrup, Elvebakk, 1996). Остальные регионы Арктики до начала моих исследований были практически не изучены в этом отношении. Первая работа, посвященная лихено фильным грибам американской Арктики появилась в 1995 г. (Zhurbenko et al., 1995), в это же время начались систематические исследования этих грибов в российской Арктике (Zhurbenko, Santesson, 1996).

Объект и предмет исследования. Объектом исследования является лихенофильная микобиота российской Арктики; предметом - ее таксономическое богатство и разнообразие, особенности географии, экологии и жизненной стратегии, а также ценотические характеристики слагающих ее видов.

Цель и задачи исследования. Цель исследования - описание и анализ биоты лихенофильных грибов российской Арктики. Для ее достижения были поставлены следующие задачи: 1) провести инвентаризацию таксономического разнообразия лихенофильных грибов; 2) подготовить их аннотированный каталог; 3) дать ценотические характеристики их видов; 4) провести таксономический, географический и паразито-хозяинный анализ лихенофильной микобиоты района исследования; 5) проанализировать развитие стратегии лихенофильности у нелихенизированных и лихенизированных грибов в российской Арктике.

Научная новизна исследования. Данная работа представляет результаты первого систематического исследования лихенофильных грибов на территории России. Она также существенно пополняет данные о разнообразии этих грибов в Арктике и Азии. В результате проведенных исследований список лихенофильных грибов российской Арктики увеличился с 20 до 2видов. Впервые для науки описаны: 1) 25 видов и 2 разновидности лихенофильных грибов и 1 вид облигатного лихенофильного лишайника из российской Арктики; 2) 4 вида лихенофильных грибов из других частей Арктики; 3) 12 видов этих грибов, известных из субарктических и северных бореальных областей. Описанные виды составляют соответственно 8 % и 10 % от объема этой группы грибов во всей Арктике и в ее российской части. Многие виды грибов являлись первыми находками для Арктики (47 видов, 19 % от общего числа), Азии (115 видов, 46 %) и/или России (182 вида, 73 %); 38 родов и видов лишайников были впервые указаны в качестве хозяев соответственно для 20 и 50 видов лихенофильных грибов. Впервые проведен всесторонний анализ региональной лихенофильной микобиоты, предложены индекс лихенофильности и термины «гостальная группа грибов» и «гостальная фракция лихенофлоры» (совокупность видов лишайников, являющихся хозяевами ли хенофильных грибов в составе той или иной лихенофлоры), оценены заметность и активность лихенофильных грибов.

Теоретическая и практическая значимость исследования. В результате проведенного исследования получены фактические данные, заполнившие существенный пробел в познании органического мира Арктики.

На группе лихенофильных грибов тестированы представления об особенностях биоты Арктики, ее генезисе и уровне эндемизма, а также ряд общих биогеографических и паразитологических закономерностей. Сделан ряд обобщений о развитии стратегий лихенофильности и лихенизации у грибов в условиях климатического пессимума. Подтверждены или поставлены под сомнение ряд старых гипотез, а также выдвинуты новые гипотезы и обозначены проблемные области, относящиеся к географии и экологии данной группы грибов. Полученные данные имеют значение для теории симбиоза и коэволюции.

Существуют многочисленные примеры, убеждающие в практической значимости сохранения всего генофонда Земли. Это касается и таких групп организмов как лихенофильные грибы, практическая польза которых в настоящее время не очевидна. Однако их полезные для человека свойства могут быть обнаружены в будущем, учитывая, что: 1) многие важные в хозяйственном отношении таксоны грибов (например, виды Penicillium и Aspergillus), возможно, являются дериватами лихенизированных предков, унаследовавшими от последних высокое разнообразие метаболитов, часть из которых уже нашла практическое применение (Lutzoni et al., 2001); 2) лихенофильные грибы могут служить переходным звеном между лихенизированными и нелихенизированными грибами. Предпосылкой и основой сохранения биоразнообразия является его инвентаризация.

Данная работа проведена в рамках подготовки соответствующего выпуска «Определителя грибов России». Полученные данные вошли в первый панарктический каталог лишайников и лихенофильных грибов (Kristinsson et al., 2008, 2010), подготовленный по заказу международной комиссии по сохранению арктической флоры и фауны [Arctic Council’s Conservation of Arctic Flora and Fauna (CAFF) Working Group]. Они также будут использованы при создании аналогичных чек-листов для других территориальных выделов, включающих российскую Арктику.

Арктическая часть России занимает около 30 % всей ее площади. Многие из выявленных видов лихенофильных грибов были собраны на уже охра няемых государством территориях российской Арктики, включая заповедники Большой Арктический, Таймырский, Путоранский, Усть-Ленский, Остров Врангеля, и вошли в кадастры их биоразнообразия. Данные по ряду интенсивно осваиваемых регионов, например из Ненецкого и Ямало-Ненецкого автономных округов, могут быть использованы при выделении территорий с ограниченным режимом хозяйственной деятельности.

Лишайники содоминируют в растительном покрове 8 % поверхности земной суши (Brodo et al., 2001); в первую очередь в Арктике, где они участвуют в формировании кормовой базы оленеводства. Вопрос о степени негативного воздействия патогенных грибов на лишайниковую растительность Арктики пока остается открытым. Для лесных экосистем Западной Европы такое воздействие было показано на примере базидиомицета Athelia arachnoidea, массовое развитие которого может иметь катастрофические последствия для эпифитных лишайников (Arvidsson, 1976; Gilbert, 1988).

Есть данные, свидетельствующие о том, что лихенофильные грибы, наряду с лишайниками, можно использовать для биоиндикации состояния экосистем. Так, например, Phacographa zwackhii и Skyttea nitschkei, растущие на эпифитных лишайниках Phlyctis argena и Thelotrema lepadinum, несмотря на широкое распространение их хозяев, известны только по относительно редким находкам, приуроченным к старовозрастным, ненарушенным лесам (Diederich, 1991; Hafellner, 2009). В Австрии видовое разнообразие лихенофильных грибов на эпифитных лишайниках оказалось в несколько раз выше в естественных лесах, чем на соседних с ними искусственно выращенных (Hafellner, Komposch, 2007). Отмечена зависимость видового состава и встречаемости лихенофильных грибов от чистоты воздуха (Christiansen 1980;

Liska, 1993; Glenn et al., 1995).

Личный вклад автора. Постановка цели и задач, выработка методологии и структуры данного исследования принадлежат автору. В течение полевых сезонов в российской Арктике им было собрано 56 % образцов грибов, на которых базируется данная работа; еще 43 % образцов было выделено им из различных коллекций лишайников. Автором определено 98 % видов лихенофильных грибов, известных в российской Арктике, подготовлен их каталог и проведен анализ лихенофильной микобиоты. Двадцать из 42 новых видов лихенофильных грибов (включая 1 слабо лихенизированный) и 31 из 61 публикации по теме диссертации описаны/подготовлены им без соавторов.

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, 9 глав, заключения и 6 приложений. Ее содержание изложено на 3страницах и иллюстрировано 80 рисунками и 13 таблицами. Список литературы включает 552 источника, 115 из них - на русском языке.

Соответствие диссертации паспорту научной специальности. В соответствии с формулой специальности 03.02.12 - «Микология», в диссертационном исследовании изучено биологическое разнообразие крупной экологической группы лихенофильных грибов на территории российской Арктики. Отраженные в диссертации научные положения в наибольшей мере соответствуют следующим разделам области исследования специальности 03.02.12: «2. Флористические исследования грибов в разных эколого-географических районах», «5. Исследование структуры грибных популяций и эколого-трофических групп грибов», «6. Изучение симбиотических связей грибов с растениями (лишайники, микориза и др.)», «7. Изучение грибов-паразитов растений. Разработка биологических основ борьбы с ними».

Апробация и реализация результатов исследования. Основные результаты исследования были представлены на заседаниях микологической секции Русского ботанического общества (1998, 2003, 2009 гг.), научных семинарах Лаборатории систематики и географии грибов Ботанического института им. В. Л. Комарова (БИН) РАН, ряде региональных, всероссийских и международных совещаний, конференций и симпозиумов, таких как III симпозиум Международной Лихенологической ассоциации (Зальцбург, 19г.), III совещание Российско-Германского проекта по исследованию систем моря Лаптевых (Санкт-Петербург, 1996 г.), конференция «Современные проблемы микологии, альгологии и фитопатологии» (Москва, 1998 г.), совещание Северного Лихенологического общества (Скиботн, 2003 г.), международное совещание, посвященное 120-летию со дня рождения В. П. Савича (Санкт-Петербург, 2006 г.), II съезд микологов России (Москва, 2008 г.). В наиболее общем виде результаты исследования реализованы в первом панарктическом каталоге лишайников и лихенофильных грибов (Kristinsson et al., 2008, 2010).

Публикации автора по теме диссертации. По теме диссертации опубликована 61 научная работа, включая 33 работы в журналах из перечня ВАК. В их числе коллективная монография «Грибы Российской Арктики», отдельных выпуска серийных научных изданий, 2 статьи в научных сборни ках, 3 статьи в трудах совещаний, материалах съездов и конференций, электронная публикация, 5 тезисов и 47 статей в периодических научных изданиях (44 из них опубликованы в рецензируемых журналах, 33 – в зарубежных научных журналах). 40 работ написаны на английском языке и 21 – на русском. Общий объем публикаций 80 печатных листов, из них 47 - лично автора.

Благодарности. Выполненная работа представляет собой первый шаг, сделанный на пути изучения лихенофильных грибов России. Он стал возможен в силу благоприятного стечения ряда обстоятельств, важнейшими из которых были: 1) поддержка тематики моих исследований заведующим Лабораторией систематики и географии грибов БИН РАН А. Е. Коваленко и коллективом данной лаборатории, в которую я перешел из Лаборатории лихенологии и бриологии в 1995 г.; 2) помощь в освоении группы лихенофильных грибов со стороны моего учителя, профессора Рольфа Сантессона (Rolf Santesson) и поддержка Шведского института (Swedish Institute), выделившего мне грант на стажировку в Университете Уппсалы в 1995-1996 гг.

Из большого числа лиц и организаций, помощь которых позволила мне в период с 1980 по 2007 гг. поработать в Арктике (как в российской, где был собран материал для диссертации, так и в зарубежной, что способствовало формированию целостного представления об арктической лихенофильной микобиоте) хочется в первую очередь отметить: 1) экспедиции БИН РАН под руководством Б. Н. Норина и Л. И. Китсинга на Таймыр (1983 г.), плато Путорана (1983-1985 гг.) и Полярный Урал (1986 г.); под руководством А. Е. Катенина на Чукотку (1980 г.); под руководством Н. В. Матвеевой на Таймыр (1990 г.); 2) совместные экспедиции Арктического и Антарктического научно-исследовательского института и института Полярных и Морских исследований им. А. Вегенера (Alfred Wegener Institute) под руководством Д. Ю. Большиянова и Е.-М. Пфейффер (E.-M. Pfeiffer) на Таймыр (1994, 19гг.), Северную Землю (1996 г.) и в дельту Лены (1998 г.); 3) экспедиции института Арктики и Антарктики на о-в Беннетта (Новосибирские острова, 1989 г.) и на Шпицберген (2003 г.), принять участие в которых мне помогли О. А. Гвоздик, М. Б. Самарский и М. В. Дорожкина; 4) экспедиции на Аляску под руководством Г. Ларсена (G. Laursen) (2000, 2001, 2004 гг.); 5) полевые экскурсии северного лихенологического общества в Гренландию под руководством В. Альструпа (V. Alstrup) (2005 г.) и на север Норвегии под руководством А. Элвебакка (A. Elvebakk) (2003 г.).

Особую благодарность я выражаю коллекторам лишайников, в первую очередь, И. И. Макаровой, С. С. Холоду, Н. В. Матвеевой, А. Е. Катенину, О. В. Лавриненко, Д. А. Уолкеру (D. A. Walker), М. В. Гаврило, М. Б. Самарскому, а также О. М. Афониной, Н. В. Вехову, А. А. Добрышу, Л. Л. Заноха, И. Ю. Кирцидели, В. В. Куницкому, Н. В. Ловелиусу, О. В. Ребристой, И. Н. Сафроновой, Н. А. Секретаревой, Е. Ю. Слинченковой, О. И. Суминой, А. Н. Титову, О. В. Хитун, Ю. М. Черкасовой, В. П. Шевченко, Г. Гроссе (G. Grosse) и У. Сохтингу (U. Schting) за предоставленную возможность выбрать из их сборов лихенофильные грибы.

За различного рода помощь (советы, консультации, помощь в поиске литературы и т. п.) мне хочется поблагодарить И. В. Каратыгина, И. В. Змитровича, Н. В. Матвееву, Л. Г. Бязрова, Л. Л. Заноху, С. С. Холода, Н. А. Секретареву, В. В. Петровского, А. Е. Катенина, О. В. Хитун, Т. Г. Полозову, О. В. Лавриненко, В. В. Горшкова, В. И. Василевича, А. Е. Коваленко, В. А. Мельника, О. А. Тихонову, О. Л. Макарову, П. Дидериха (P. Diederich), Д. А. Уолкера (D. A. Walker), М. Рейнолдс (M. Reynolds), В. фон Бракела (W. von Brackel), Д. Трибел (D. Triebel), К. Кнудсена (K. Knudsen), В. М. Мокиенко и моего научного консультанта Ю. К. Новожилова.

Основные защищаемые положения 1. Лихенофильные грибы являются крупной фракцией арктической микобиоты.

2. Лихенофильная микобиота российской Арктики характеризуется относительной бедностью, умеренным своеобразием систематической структуры и высокой гетерогенностью.

3. Распределение большинства видов лихенофильных грибов по классам отдела Ascomycota как в российской Арктике, так и в мире, соответствует объемам этих классов в мировой микобиоте.

4. Географическое распространение большинства (70 %) видов лихенофильных грибов района исследования не ограничено Арктикой и высокогорьями; около 40 % видов встречается в южном полушарии.

5. Степень специализации лихенофильных грибов по отношению к родам хозяев существенно ниже, чем считалось ранее.

6. Удельный вес стратегии лихенофильности, так же как и лихенизации, в арктической микобиоте гораздо выше, чем в мировой.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Глава 1. РАЙОН, МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ Район исследования Арктика является физико-географическим районом Земли, расположенным вокруг Северного полюса. Она характеризуется относительно бедной, но своеобразной биотой, адаптированной к условиям теплового климатического пессимума (Olson et al., 2001; Чернов, 2008). Район исследования в основном взят в границах российской части Арктической флористической области (Юрцев и др., 1978). Дополнительно к последней, в него включены:

1) океанические безлесные области баренцевоморского побережья Кольского полуострова и бассейна Анадыря на южной Чукотке; 2) области субарктических высокогорий в пределах Метаарктики (Юрцев, 1977). В зональном плане район исследования включает экотонную полосу лесотундры, зоны тундр (с подзонами южных, типичных и арктических тундр) и полярных пустынь.

Участки субарктических высокогорий (в пределах Метаарктики) «вкраплены» в северную часть таежной зоны. Безлесные пояса растительности представлены в них горной лесотундрой, подгольцовым поясом (высотный аналог южных тундр) и горными тундрами (высотный аналог типичных тундр).

Климат центральных частей российской Арктики в целом характеризуется резким широтным градиентом, небольшим количеством осадков, коротким холодным летом, морозной зимой и большой годовой амплитудой средних месячных температур. Климат ее окраинных притихоокеанских и баренцевоморских частей - более мягкий и влажный.

Материал и методы исследования Данная работа основана на 2511 образцах лихенофильных грибов из российской Арктики; 2478 образцов были определены мной, а 33 образца учтены по вызывающим доверие или проверенным мной по гербарным образцам литературным данным. За 15 полевых сезонов в Арктике мной были собраны 1400 из 2478 (56 %) исследованных образцов. Остальные 1078 образцов были найдены мной в сборах лишайников 66 коллекторов, в основном геоботаников. Общее количество обследованных (в поле или в лаборатории) образцов лишайников - около 50 000.

Сборы лишайников и лихенофильных грибов, как мои собственные, так и подавляющего большинства других коллекторов, проводились во время радиальных маршрутов в окрестностях того или иного географического пункта (базового лагеря), то есть методом конкретных флор (Толмачев, 1986). В общей сложности были обработаны коллекции лишайников из 216 мест сбора (включая 45, где я работал сам), представляющих все флористические провинции и растительно-климатические зональные выделы российской Арктики (рис. 1). Места сбора материала приведены в приложении 1.

Рис. 1. Основные места сбора лихенофильных грибов в российской Арктике.

Исследование образцов грибов проводилось с помощью бинокулярных стереоскопических микроскопов МБС-1 и Zeiss Stemi 2000-CS и световых микроскопов Микромед-2 и Zeiss Axio Imager A1. Тестирование на изменение окраски различных структур плодовых тел грибов проводилось с использованием 10 %-го водного раствора KOH, молочной кислоты, реактива Мельцера, растворов Люголя, флоксина, хлопкового синего в лактофеноле, бриллиантового крезилового синего и Конго красного. Лишайники-хозяева были определены мной самостоятельно.

Определение лихенофильных грибов было проведено в соответствии с принятой в современной литературе по этой группе концепцией вида, которая основана на анатомо-морфологических и часто химических особенностях их плодовых тел и на спектре хозяев.

Способ питания и степень патогенности видов лихенофильных грибов определялись по приуроченности их к живым или отмершим телам хозяев, по наличию аномального развития органов, изменению окраски и/или отмиранию тканей хозяев в месте инфекции. В ряде случаев также анализировалось состояние репродуктивных органов хозяев, в частности, наличие нормально развитых сумок и спор.

По ряду дискуссионных вопросов о паразито-хозяинных отношениях и экологии лихенофильных грибов я оппонировал взглядам Д. Лоурей и П. Дидериха (Lawrey, Diederich, 2003). При осмыслении проблем экологии, биогеографии и общей паразитологии, затронутых в диссертации, широко использовались работы Ю. И. Чернова (2008), А. И. Толмачева (1986), В. А. Догеля (1962) и П. В. Прайс (Price, 1980). В анализе лихенофильной микобиоты были использованы многие подходы, методы, понятия и термины, апробированные сравнительной флористикой (Толмачев, 1974; Шмидт, 1984; Юрцев, 1987; Юрцев, Камелин, 1991).

Для приблизительной оценки степени выявления анализируемой микобиоты я использовал коэффициент Тюринга (С) (Леонтьев, 2008), основанный на «удельном весе» в микобиоте синглетонов - видов, представленных единственной находкой:

f C =1- *100%, где f – число синглетонов, а S – число найденных виS дов.

Сходство таксономического состава лихенофильных микобиот российской Арктики и других регионов земного шара было проанализировано с помощью коэффициентов Сёренсена-Чекановского и Жаккара и коэффициента ранговой корреляции Спирмена. Статистические расчеты, использовавшиеся в диссертации, были выполнены с помощью программы Statistica (Release 7).

Провинциальное и зональное деление района исследования в основном соответствует циркумполярной карте растительности Арктики (CAVM Team, 2003). Анализ общего географического распространения лихенофильных грибов, круга их хозяев, биологии, данные по общему числу их видов и родов, известных к настоящему времени, и другие обобщения были сделаны на основе созданной мной с помощью Microsoft Access базы данных. На 1.03.2010 эта база содержала 18 479 записей с характеристиками всех видов этих грибов в мировом масштабе, основанных на 1219 литературных источниках. Список последних включает практически всю литературу по лихенофильным грибам, приводимую в базе данных по мировой лихенологической литературе (Recent Literature …, 2010). Там, где это было возможно, региональные списки лихенофильных грибов были унифицированы в отношении понимания объема видов.

2374 из 2478 определенных образцов хранятся в следующих гербариях [аббревиатуры гербариев даны по Index Herbariorum (2010); в скобках указано число образцов]: C (5), GZU (18), H (2), микологический гербарий БИН РАН – LE (2281), M (20), S (5), UPS (40) и личный гербарий P. Diederich – herb. Diederich (3). Восемь видов изданы в эксикатах (Santesson, 1998; Triebel, 2003, 2006; Mycotheca Petropolitana …., 2008).

Глава 2. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЛИХЕНОФИЛЬНЫХ ГРИБОВ Лихенофильными грибами называют нелихенизированные грибы, облигатно обитающие на лишайниках. Эндофитные грибы, выделяемые из тел лишайников культуральными методами (Petrini et al., 1990), к данной гостальной группе грибов относить не принято. Помимо нелихенизированных грибов, лихенофильность (способность организмов закономерно сожительствовать с лишайниками) известна у таких групп организмов, как беспозвоночные животные (Бязров и др., 1971; Prinzing, Wirtz, 1997) и лишайники. Некоторые виды лихенофильных лишайников очень близки к лихенофильным грибам.

Лихенофильные грибы известны со всех континентов из разнообразных биомов суши; вероятно, они повсеместно сопутствуют лишайникам. К настоящему времени известно 1642 вида этих грибов, относящихся к 341 роду (база данных автора). Лихенофильными являются 1.7 % видов настоящих грибов и 2.6 % аскомицетов. За последние 7 лет выявленное видовое богатство грибов на лишайниках увеличилось на 21 %. Истинное число их видов в мире оценивается в диапазоне 2000-7000 (Hawksworth, 1991; Lawrey, Diederich, 2003; материалы диссертации).

Подавляющее большинство (96 %) видов лихенофильных грибов относится к отделу Ascomycota (подотдел Pezizomycotina), где они встречаются в следующих 6 классах: Dothideomycetes (лихенофильные виды составляют % от общего числа видов класса), Eurotiomycetes (5 %), Arthoniomycetes (%), Lecanoromycetes (1 %), Sordariomycetes (1 %) и Leotiomycetes (1 %) (Lawrey, Diederich, 2003; Ainsworth & Bisby's dictionary of the fungi, 2008). Для целого ряда видов лихенофильных аскомицетов телеоморфы не установлены.

Также известно более 60 видов лихенофильных базидиомицетов. Около половины родов, содержащих виды лихенофильных грибов, являются облигатными лихенофилами. Такая таксономическая обособленность лихенофильных грибов хорошо увязывается с общим своеобразием лишайников, их симбиотической природой, специфической биохимией и способностью формировать сложное слоевище.

Консортивные связи между лишайниками и лихенофильными грибами в основном трофические и топические (Беклемишев, 1951). Лишайники, вероятно, ингибируют менее специализированных конкурентов лихенофильных грибов «за место» на теле хозяина антибиотическими лишайниковыми веществами. Примеры смены хозяев в жизненном цикле лихенофильных грибов не известны.

Лихенофильные грибы поселяются на всех частях лишайников. Есть виды, приуроченные либо к слоевищу, либо к плодовым телам лишайников.

Плодовые тела большинства лихенофильных грибов настолько мелки, что их трудно или практически невозможно обнаружить невооруженным глазом. Некоторые виды-комменсалы, полностью погруженные в ткани хозяина, можно обнаружить только на микроскопическом препарате. Признаки, облегчающие обнаружение видов лихенофильных грибов были проанализированы М. П. Журбенко (1998). В ряде случаев бывает непросто определить, является ли то или иное спороношение на лишайнике его собственным или принадлежит ассоциированному с ним грибу.

Паразитизм грибов на лишайниках является примером адельфопаразитизма, который наблюдается здесь на уровне не ниже семейств.

По способу питания все или подавляющее большинство видов лихенофильных грибов являются облигатными, реже факультативными, биотрофами. Некоторые виды имеют явные потенции к сапро- или некротрофности.

Вопрос о существовании облигатных лихенофильных сапротрофов пока еще остается открытым.

По степени патогенности к хозяевам большинство видов лихенофильных грибов можно отнести к комменсалам. Среди патогенов преобладают виды со слабой или умеренной вирулентностью (база данных автора); около 80 видов (5 %) являются галлообразователями (Grube, de los Ros, 2001).

До недавнего времени было принято считать, что около 95 % всех видов лихенофильных грибов приурочено к одному роду хозяев (Diederich, 2000; Lawrey, Diederich, 2003). Несмотря на то, что по моим подсчетам значение этого показателя гораздо меньше (около 60 %), такая достаточно высокая специализация паразитов позволяет использовать их для проверки таксономии хозяев, обычно на уровне рода или семейства (Hafellner, 1990;

Rambold et al., 1990).

Лихенофильные грибы известны на 321 роде хозяев, при этом на 75 из них найдено более 10 видов паразитов. Наиболее богатыми в этом отношении являются роды Lecanora (133 вида ассоциированных грибов), Pseudocyphellaria (100 видов) и Peltigera (94 вида) (база данных автора).

Лихенофильные грибы попали в поле зрения микологов еще в 18 веке (Acharius, 1795). В 19 веке уже были выпущены первые каталоги по грибам этой группы (Lindsay, 1869; Zopf, 1896). В первой половине 20 века появились фундаментальные сводки по лихенофильным грибам Л. Воо (Vouaux, 1912-1914) и К. Кайсслера (Keissler, 1930). В период 1930–1960-х гг. интерес к данной группе грибов поддерживали лишь отдельные работы таких энтузиастов как М. С. Христиансен (Christiansen, 1954, 1956) и Р. Сантессон (Santesson, 1960). В 1970–1980-х гг. Д. Хоуксворс (Hawksworth, 1975, 1978, 1979a, b, 1981 и др.) опубликовал серию статей о лихенофильных грибах Великобритании и ревизовал лихенофильные гифомицеты и целомицеты в мировом масштабе. В 1989 г. был опубликован определитель 686 известных к тому времени видов лихенофильных грибов (Clauzade et al., 1989). Начиная с 1990-х гг. наблюдается своего рода бум в изучении этой группы грибов, следствием которого было описание около 1000 их новых видов. Первый каталог лихенофильных грибов России появился совсем недавно (Zhurbenko, 2007c) и по большей части базируется на материалах, вошедших в данную диссертацию. Азия до сих пор остается одной из наименее изученных в этом отношении частей света - систематическими исследованиями в ней пока охвачены только Турция (Halici, 2008) и Арктика (материалы диссертации). К настоящему времени лихенофильная микобиота Арктики насчитывает 3видов из 110 родов, при этом 103 вида (30 %) известны пока только из ее российской части.

Глава 3. ИССЛЕДОВАНИЯ ЛИХЕНОФИЛЬНЫХ ГРИБОВ В РОССИЙСКОЙ АРКТИКЕ Первые сведения о лихенофильных грибах района исследования относятся к Dactylospora urceolata и Stigmidium haesitans, отмеченных на баренцевоморском побережье Кольского полуострова в 19 веке (Nylander, 1866;

Kihlman, 1891). В течение последующих 100 лет публиковались отдельные находки этих грибов из сборов лишайников: 1) Б. Люнге (B. Lynge) 1921 г. с Новой Земли; 2) М. Бреннера (M. Brenner) 1876 г. из низовий Енисея; 3) Э.

Альмквиста (E. Almquist) 1878–79 гг. с Восточной Чукотки; 4) М. П. Андреева 1977 и 1982 гг. с Западной Чукотки. Всего к середине 1990-х гг., то есть до начала моих исследований, по проверенным в гербариях (Zhurbenko, Santesson, 1996) или не вызывающим сомнения литературным данным для этой территории был известно 20 видов лихенофильных грибов.

Систематическое изучение грибов, растущих на лишайниках в российской Арктике, было начато мной в середине 1990-х годов. В статье М. П.

Журбенко и Р. Сантессона (Zhurbenko, Santesson, 1996) уже приводится вида этих грибов, в каталоге грибов российской Арктики (Каратыгин и др., 1999) - 120 видов, в первом чек-листе России (Zhurbenko, 2007c) – 139 видов и в данной диссертации - 250 видов (рис. 2).

211до 1996 г. 1996 г. 1999 г. 2007 г. 2010 г.

Годы Рис. 2. Динамика выявления видового богатства лихенофильной микобиоты российской Арктики.

Число видов Далее в этой главе дается анализ изученности лихенофильной микобиоты различных регионов российской Арктики по форме, представленной в следующем абзаце.

Для арктического побережья Мурманской области известно 46 видов лихенофильных грибов (Nylander, 1866; Kihlman, 1891; Rsnen, 1943; Diederich, Zhurbenko, 2001; Zhurbenko, 2001, 2008, 2009a, b, d; Журбенко, 2002;

Diederich et al., 2002). Большинство из них, включая описанный отсюда вид Odontotrema japewiae, было найдено мной в 1997 г. на участке побережья Баренцева моря между реками Воронья и Оленка. Следует отметить, что территория нынешней Мурманской области России в прошлом интенсивно обследовалась финскими лихенологами, которые иногда попутно отмечали в своих работах грибы на лишайниках. Точные местонахождения видов в этих публикациях указывались не всегда, что, вероятно, нашло отражение и в формате последнего каталога лишайников и ассоциированных с ними грибов Мурманской области (Urbanavichus et al., 2008), где распространение всех, даже редких видов, дано на уровне биогеографических провинций и, к сожалению, обычно без библиографических ссылок. Таким образом, вполне вероятно, что ревизия образцов из Печенгской, Туломской, Мурманской и Понойской Лапландии в зарубежных гербариях может существенно пополнить список лихенофильных грибов арктической части Мурманской области.

В общей сложности, на территории российской Арктики были найдены голотипы 17 видов и одной разновидности лихенофильных грибов и одного вида облигатного лихенофильного лишайника.

Выявленность видового богатства лихенофильной микобиоты российской Арктики в целом достаточно высока, но неравномерна. Наряду с такими хорошо обследованными, эталонными, территориями как полуостров Таймыр, Восточная Чукотка, дельта Лены и Северная Земля, остаются еще слабо изученные территории – Новая Земля, Новосибирские острова, ЯмалоГыданская и Яно-Колымские провинции.

Поскольку я был единственным специалистом по лихенофильным грибам, работавшим в российской Арктике, неудивительно, что лихенофильная микобиота обследованных мной районов выявлена наиболее полно. Более примечательно, что, как показывают примеры Восточной Чукотки и о-ва Врангеля, высокий уровень выявления разнообразия лихенофильных грибов, по крайней мере, на напочвенных лишайниках, возможен и на базе случайных геоботанических сборов последних при условии их высокой повторно сти. Можно предположить, что подобные коллекции геоботаников могут быть даже более перспективными для поиска на них грибов, чем сборы тех лихенологов, которые пропускают знакомые им виды, а собирают только редкости и критические образцы. Это предположение может отчасти объяснить тот странный факт, что К. Кайcслер (K. Keissler) – один из признанных знатоков лихенофильных грибов своего времени – смог опубликовать по материалам Б. Люнге (B. Lynge), проведшего в составе норвежской экспедиции «полнокровный» полевой сезон на Новой Земле всего 11 их видов (Keissler, 1928). Отметим также, что лихенологи, работавшие в российской Арктике, сами практически не отмечали лихенофильные грибы. Например, тот же Б. Люнге в своей фундаментальной работе по флоре лишайников Новой Земли (Lynge, 1928) приводит более 400 видов лишайников (многие из которых описаны им как новые для науки), но всего 1 вид растущего на них гриба.

Глава 4. АННОТИРОВАННЫЙ КАТАЛОГ ЛИХЕНОФИЛЬНЫХ ГРИБОВ РОССИЙСКОЙ АРКТИКИ В этой главе представлен каталог лихенофильных грибов российской Арктики, включающий 250 видов, 244 из которых документированы исследованными мной образцами, а 6 видов включены по вызывающим доверие литературным данным. Синонимика в основном ограничена названиями, которые использовались в работах по грибам на лишайниках российской Арктики. Таксономическая структура микобиоты дана в приложении 3. Аннотации к видам начинаются характеристикой их заметности, встречаемости, региональной активности, хозяев, локализации на последних и биологии. Под рубрикой «МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ(Я)» указаны: 1) диапазон зональных выделов растительности или их высотных аналогов, в котором были собраны цитируемые образцы; 2) районы и пункты сборов; 3) даты сборов и коллекторы;

4) гербарные ссылки; для образцов, хранящихся в микологическом гербарии БИНа (LE) даны гербарные номера. Под рубрикой «РАСПРОСТРАНЕНИЕ» указаны распространение в Арктике (по флористическим провинциям) и в мире (по частям света/материкам и по флористическим царствам). Типовые образцы отмечены особо. Для образцов, не проверенных мной по гербарным материалам, даны ссылки на литературные источники. Анатомоморфологические особенности 32 видов грибов иллюстрированы рисунками и/или фотографиями. Ниже приводится образец оформления каталога.

Рис. 20. Odontotrema santessonii. (1930, Демме, UPS): A - аскомы, погруженные в слоевище Thamnolia vermicularis (масштабная линейка = 100 мкм); B - аскоспоры (масштабная линейка = 10 мкм); C - сумки, аскоспоры и парафизы (масштабная линейка = 10 мкм). По: Diederich et al. (2002, рис. 11).

Odontotrema santessonii Zhurb., Etayo & Diederich (рис. 20) Хорошо заметен только с помощью лупы (10). Редко (9). Низкоактивный. На слоевище Thamnolia vermicularis. Комменсал.

МЕСТОНАХОЖДЕНИЯ (ТТ–ПП). Земля Франца-Иосифа: о-в Гукера, 1930, Демме (UPS). – Северная Земля. Остров Большевик: залив Ахматова, 17 VII 1996, Журбенко 96148 (LE 232853). – О. Свердрупа, 1 VIII 1992, Кожевников (UPS). – Полуостров Таймыр: р. Большая Боотанкага в окр. оз.

Красное, 15 VIII 1995, Журбенко 95309 (LE 232814); север оз. ЛевинсонЛессинга, 24 VIII 1994, Журбенко 94373:b (LE 207477:b). – СевероВосточная континентальная Якутия: пос. Тикси, 17 VII 1998, Журбенко 98279 (LE 232854). – Остров Врангеля: верхнее течение р. Неизвестной, VIII 1987, Холод (LE 232962). – Восточная Чукотка: р. Гильмымлинейвеем, 19 VII 1977, Макарова (LE 233094); р. Чегитунь, 12 VIII 1991, Юрцев (LE 207696 – голотип, hb. Diederich – изотип).

РАСПРОСТРАНЕНИЕ. В АРКТИКЕ: С, Т, Х, В, ВЧ. В МИРЕ: Европа, Азия, Южн. Америка; Голарктическое, Неотропическое царства.

В конце этой главы приводятся не поддающиеся верификации сомнительные литературные данные о находках 12 видов лихенофильных грибов в российской Арктике.

Глава 5. ЦЕНОТИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЛИХЕНОФИЛЬНЫХ ГРИБОВ РОССИЙСКОЙ АРКТИКИ Характеризуя виды лихенофильных грибов по таким показателям как встречаемость, необходимо учитывать, что в случае целенаправленных поисков хорошо заметные виды имеют больше шансов быть зарегистрированными, чем малозаметные. Это соображение также важно при интерпретации данных о географическом распространении подобных малозаметных организмов, в частности, при обсуждении гипотез об их эндемизме. Учитывая сказанное, анализ микобиоты предваряется оценкой заметности составляющих ее видов.

Некоторые аспекты восприятия лихенофильных грибов были обсуждены в главе 2. По степени заметности виды лихенофильных грибов российской Арктики можно подразделить на 3 класса: 1) достаточно хорошо заметные невооруженным глазом (13 %); 2) хорошо заметные только при 10кратном увеличении (47 %); 3) хорошо заметные только при 20-40-кратном увеличении (40 %). Большинство родов каждого класса специфично для него.

Во всех классах представлены всего 4 из 85 родов – Arthonia, Polycoccum, Phoma, Stigmidium.

Общая встречаемость лихенофильных грибов на лишайниках в российской Арктике оценивалась по отношению к примерно 14 000 образцам по следних из коллекций разного типа и равна 5 % (1 экземпляр гриба на 20 экземпляров лишайников). Предварительная оценка встречаемости конкретных видов лихенофильных грибов в российской Арктике дана по отношению числа их образцов (от 1 до 136) к общему числу исследованных образцов этих грибов (2511). Чуть более половины видов (53 %) встречались очень редко (1-3 образца), 22 % - редко (4-9), 14 % - спорадически (10-27), 10 % - часто (28-81) и всего лишь 2 % - очень часто (82-136 образцов).

При сравнении встречаемости видов лихенофильных грибов в российской Арктике и на земном шаре (по базе данных автора) оказалось, что в составе биоты лихенофильных грибов российской Арктики находится 15 видов, относящихся к верхнему классу встречаемости в мире. При этом только 2 из них также попадают в верхний класс встречаемости в российской Арктике, еще 4 вида - отмечались в российской Арктике часто, а остальные 9 - спорадически, редко и даже очень редко. Далее в этой главе представлены группы видов, частые в мире, но очень редкие в российской Арктике и виды, частые в районе исследования, но встречающиеся в мире спорадически или редко.

Особоактивные (вида / 1 %) Высокоактивные (14 видов / 6 %) Среднеактивные (47 видов / 19 %) Неактивные (1вида / 53 %) Низкоактивные (54 вида / 22 %) Рис. 4. Распределение видов лихенофильных грибов российской Арктики по классам активности.

Понятие о ландшафтной или региональной (географической) активности видов сосудистых растений в растительном покрове, как способе выражения меры их преуспевания в данных ландшафтно-климатических условиях (данном регионе) было введено и разработано Б. А. Юрцевым (1964, 1968, 1987, 2004) и впоследствии широко использовалось во флористическом анализе (см. например: Матвеева, 1998; Юрцев, 1998). В данной работе сделана попытка применить это понятие к видам лихенофильных грибов (рис. 4). Их региональная активность оценивалась на основании следующих показателей:

1) встречаемость (от 1 до 136 находок); 2) число флористических провинций, в которых отмечен тот или иной вид (от 1 до 15); 3) число родов хозяев, на которых найден тот или иной вид (от 1 до 21).

Ряд видов лихенофильных грибов демонстрировал в районе исследования высокое обилие. Интересно, что в их числе оказались не только массовые, но и редкие виды. Можно предположить, что такой очаговый тип распространения с рассеянными, но обильными популяциями характерен для ряда видов лихенофильных грибов и обусловлен дальним переносом их диаспор и относительно недавним временем начала колонизации ими той или иной территории.

Некоторые виды грибов, такие как Stigmidium conspurcans, растущий на Psora rubiformis, являются почти постоянными спутниками своих лишайников-хозяев (детерминантов консорций), то есть характеризуются высокой степенью константности.

Глава 6. ТАКСОНОМИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ЛИХЕНОФИЛЬНОЙ МИКОБИОТЫ РОССИЙСКОЙ АРКТИКИ Таксономическое богатство и разнообразие В составе лихенофильной микобиоты российской Арктики к настоящему времени известно 250 видов, относящихся к 85 родам, 37 семействам, 16 порядкам, 7 классам и 2 отделам царства грибов (Fungi). Это составляет % от 347 видов и 77 % от 110 родов лихенофильных грибов всей Арктики и 15 % от 1642 видов и 25 % от 341 рода этих грибов, известных в мире. Среднее число видов в семействе равно 6.8, среднее число родов в семействе - 2.3, среднее число видов в роде - 2.9.

Видовое богатство биоты лихенофильных грибов российской Арктики составляет около 55 % от такового наиболее богатых региональных лихенофильных микобиот Западной Европы - Фенноскандии, Альп и Средиземноморской области, являющихся также наиболее богатыми лихенофильными микобиотами земного шара из числа известных к настоящему времени. Эта разница примерно соответствует различию в числе видов лишайников, рас тущих на сравниваемых территориях, например, 2387 видов в Фенноскандии (Santesson et al., 2004) и 1228 видов (51 % от предыдущего числа) в российской Арктике. Для родового богатства сравниваемых микобиот аналогичный показатель колеблется от 61 % до 64 %. Такая относительная таксономическая бедность как лихенофлоры российской Арктики, так и ассоциированной с ней микобиоты соответствуют относительной бедности флоры сосудистых растений Арктики (Толмачев, 1974; Юрцев и др., 1978) и общей биогеографической закономерности снижения таксономического богатства биот от тропиков к полюсам (Чернов, 2008).

Среднее число видов в роде (родовой коэффициент) варьирует в различных региональных лихенофильных микобиотах земного шара в диапазоне 2.2-3.4. При этом его значение для всей Арктики близко к максимальному (3.2), а для ее российской части находится примерно посередине этого диапазона (2.9). Полученные данные не соответствуют преобладающей в различных группах организмов тенденции к уменьшению среднего числа видов в роде в Арктике по сравнению с более теплообеспеченными областями (Чернов, 2008).

Уровень выявления видового состава лихенофильных грибов района исследования, рассчитанный с помощью коэффициента Тюринга, равен 69 %, что считается хорошим значением для биоты микромицетов (Леонтьев, 2008).

Отношение числа видов лихенофильных грибов к числу видов лишайников той или иной территории было предложено называть индексом лихенофильности (Журбенко, 2007). Его значения в ряду наиболее полно изученных регионов Голарктики варьируют от 0.19 до 0.22 (то есть на 1 вид гриба приходится примерно 5 видов лишайников), при этом его значение для российской Арктики равно 0.20, а для всего земного шара - 0.09.

Таксономическая структура Подавляющее большинство лихенофильных грибов российской Арктики (247 видов, 99 %) относится к отделу Ascomycota, 3 вида (1 %) - к отделу Basidiomycota.

При сравнении распределения видов лихенофильных аскомицетов по классам отдела Ascomycota в российской Арктике и в мире (по: Lawrey, Diederich, 2003; Ainsworth & Bisby's dictionary of the fungi, 2008) (рис. 5) видно, что: 1) в обоих случаях набор классов один и тот же; 2) в обоих случаях большинство видов относятся к классу Dothideomycetes, а наименьшее их количество - к классу Leotiomycetes; 3) в Арктике «удельный вес» классов Dothideomycetes, Lecanoromycetes и Sordariomycetes повышен по сравнению с миром, а классов Arthoniomycets, Eurotiomycetes и Leotiomycetes, а также Ascomycota incertae sedis - понижен.

Ascomycota incertae sedis Leotiomycetes Eurotiomycetes Arthoniomycetes Sordariomycetes Lecanoromycetes Dothideomycetes Процент видов в российской Арктике в мире Рис. 5. Распределение видов лихенофильных аскомицетов по классам отдела Ascomycota в российской Арктике и в мире (в процентах от общего их числа в пределах каждой территории).

Сравнение спектров распределения лихенофильных аскомицетов российской Арктики и всех аскомицетов земного шара по классам отдела Ascomycota (по: Ainsworth & Bisby's dictionary of the fungi, 2008), показывает, что 1) арктические лихенофильные виды встречаются в большинстве (6 из 10) классов подотдела Pezizomycotina отдела Ascomycota; 2) набор и ранги ведущих классов обоих спектров - Dothideomycetes, Lecanoromycetes и Sordariomycetes - совпадают, то есть распределение большинства арктических видов Классы филума Ascomycota лихенофильных грибов соответствует объемам наиболее крупных классов аскомицетов; 3) в спектре арктической лихенофильной микобиоты «удельный вес» классов Arthoniomycetes и Eurotiomycetes выше, а класса Leotiomycetes - ниже.

Одной из наиболее характерных особенностей таксономической структуры анализируемой микобиоты на уровне порядков по сравнению с большинством более южных микобиот является более низкое видовое богатство порядков Mycocaliciales (в 2-14 раз) и Tremellales (обычно в 2-4 раза).

Спектр ведущих по числу видов родов биоты лихенофильных грибов российской Арктики характеризуется следующими особенностями по отношению к спектрам аналогичных биот земного шара в целом и ряда наиболее изученных его регионов: 1) роды Arthonia и Stigmidium занимают 1 или места по числу видов в мировой и почти во всех региональных микобиотах;

2) для микобиоты Арктики характерно относительно высокое положение родов Dactylospora, Cercidospora и Muellerella; отсутствие рода Chaenothecopsis; относительно низкое положение родов Abrothallus, Capronia, Lichenopeltella, Lichenostigma, Niesslia, Opegrapha, Plectocarpon, Pronectria и Tremella. Вместе с тем, головные части всех родовых спектров схожи, что не соответствует представлениям о коренном изменении таксономической структуры биоты в Арктике, наблюдаемом во многих группах животных и растений (Чернов, 2008).

Сходство с другими региональными биотами лихенофильных грибов Сходство таксономического состава лихенофильных микобиот российской Арктики и ряда наиболее полно обследованных регионов земного шара было проанализировано с помощью коэффициентов Сёренсена-Чекановского и Жаккара. Для большей сопоставимости результатов анализа географически отдаленных друг от друга и существенно различающихся по площади микобиот были использованы не видовые, а родовые списки лихенофильных грибов (Толмачев, 1974). Расчеты обоих коэффициентов, а также коэффициента ранговой корреляции Спирмена, вычисленного по 10 ведущим по числу видов родам, дали сходные результаты. По этим показателям лихенофильная микобиота российской Арктики наиболее близка к таковым Фенноскандии и Альп и наименее – Колумбии и Эквадора и Малезийской флористической области.

Глава 7. ГЕОГРАФИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ЛИХЕНОФИЛЬНОЙ МИКОБИОТЫ РОССИЙСКОЙ АРКТИКИ Хориономические географические элементы микобиоты Для географического анализа на планетарном уровне была использована система флористического районирования А. Л. Тахтаджяна (1978, 1986), а также ее модификация, сделанная Т. Фюрером и Д. Хоуксворсом (Feuerer, Hawksworth, 2007). Для увеличения сопоставимости исходных данных из анализа на этом уровне было исключено 19 видов грибов, описанных после 2006 г. В анализ был включен 231 вид. Из них 97 видов (42 %) были найдены за пределами Голарктического царства, в том числе 81 вид (35 %) - в Голантарктическом царстве. В Палеотропическом царстве встречаются 19 видов (%), в Неотропическом - 26 видов (11 %), в Австралийском - 17 видов (7 %).

Наибольшую степень космополитности демонстрируют Endococcus rugulosus s. l., Nesolechia oxyspora, Pyrenidium actinellum и Roselliniella cladoniae, отмеченные в 5 царствах, а также Corticifraga fuckelii, Lichenoconium lecanorae, Phaeopyxis punctum, Skyttea tephromelarum и Spirographa fusisporella, известные в 4 царствах. Далее в этой главе анализируется распределение видов грибов по частям света и материкам. Наиболее многочисленна группа из видов, распространенных в Европе, Азии и Сев. Америке.

Вопрос о существовании эндемичных для Арктики видов лихенофильных грибов остается открытым. Всего лишь 9 из 250 видов (4 %) лихенофильных грибов российской Арктики не отмечались за пределами Арктики в целом. Из нероссийской Арктики известно еще 18 «эндемичных» видов лихенофильных грибов. Однако среди всех этих формальных эндемиков Арктики нет ни одного таксономически «хорошего», достаточно давно описанного и подтвержденного неоднократными находками вида. Существование настоящих эндемиков Арктики среди этой группы грибов маловероятно. Как показывает анализ панарктической лихенофлоры (Kristinsson et al., 2010) в равной мере эти сомнения относятся и к лишайникам. Гипотеза об отсутствии в Арктике эндемичных лишайников и ассоциированных с ними грибов согласуется с очень низким эндемизмом в Арктике семенных растений (Юрцев и др., 1978). Напротив, естественность географической группы видов, отмечавшихся исключительно или преимущественно в Арктике и внеарктических высокогорьях, не вызывает сомнений. Эта группа включает 74 вида (26 %), значительная часть которых относится к давно известным, хорошо заметным и широко распространенным видам. Характерно, что остальные виды анализируемой микобиоты, составляющие в ней большинство, в основном отмечались за пределами арктических и высокогорных районов.

Далее в этой главе приводится список часто встречающихся в мире видов лихенофильных грибов, отсутствие которых в районе исследования также характеризует своеобразие его микобиоты.

Релятивные географические элементы микобиоты Для анализа долготных особенностей распределения видов лихенофильных грибов в районе исследования последний был разделен по р. Енисей на два сектора - западный и восточный. Только к западу от Енисея были найдены 23 вида (9 %), только к востоку от Енисея - 117 видов (47 %). Пока не ясно, обусловлено такое неравномерное распределение видов только разницей протяженности западного и восточного секторов российской Арктики (относящимся друг к другу примерно как 1:2) и различием числа собранных в них образцов (449 и 2062 соответственно), или оно также является выражением определенных биогеографических (флорогенетических) закономерностей (Толмачев, Юрцев, 1970; Толмачев, 1986; Ребристая, 2004). Последние проявляются, в частности, в несколько меньшем видовом богатстве флор сосудистых растений и лишайников западных провинций района исследований, биота которых в большей степени была опустошена плейстоценовыми оледенениями и трансгрессиями (Кожевников, 1996; Svendsen et al., 2004; Большиянов, 2006; Анисимов, 2010), по сравнению с восточными (Секретарева, 2004; Kristinsson et al., 2010). Существование достоверных различий между лихенофильными микобиотами западного и восточного секторов российской Арктики более вероятно, на мой взгляд, не на уровне присутствия (отсутствия) тех или иных видов грибов, а на уровне различий их встречаемости (активности), возможно, связанных с разным временем начала колонизации соответствующих территорий в конце четвертичного периода.

Включение в обработку около 250 образцов из верхних горных поясов растительности субарктических районов, расположенных в пределах Метаарктики, привело лишь к незначительному увеличению общего видового списка микобиоты – всего на 7 видов (3 %). Эти данные соответствуют представлению о высоком уровне флористического обмена между Арктикой в узком смысле и прилежащими к ее южным границам горными тундрами и лесотундрой (Юрцев, 1977).

Особенности зонального распределения лихенофильных грибов В этом разделе проанализировано распределение видов лихенофильной микобиоты по зональным выделам российской Арктики (рис. 6).

1Лесотундра Тундровая зона Зона полярных пустынь Зональные выделы найдены только в данном выделе найдены не только в данном выделе Рис. 6. Распределение видового богатства и специфичности лихенофильной микобиоты по зональным выделам российской Арктики.

Полученные данные соответствуют представлениям о резкой широтной дифференциации арктической биоты (Чернов, 2008). Лихенофильная микобиота зоны тундр резко отличается от таковых лесотундры и зоны полярных пустынь: 1) примерно вдвое большим уровнем видового богатства; 2) гораздо более высокой специфичностью видового состава (около 70 %). Среди подзон тундровой зоны подзона типичных тундр резко выделяется высоким уровнем специфичности и видового богатства (здесь представлено около % видов всей микобиоты). Напротив, лесотундра и полярная пустыня характеризуются невысокой специфичностью видового состава (7–14 %).

Число видов Распределение лихенофильных грибов по зональным элементам лихенофлоры Соотношения числа видов лишайников-хозяев различных зональных географических элементов и обитающих на них грибов в российской Арктике показаны на рис. 7.

Степной Бореально-степной Бореально-неморальный Бореальный Гипоаркто-бореальный Гипоарктический Аркто-степной Аркто-неморальный Аркто-бореальный 1Аркто-гипоарктический Арктический 0 20 40 60 80 100 120 1Число видов число видов хозяев данного географического элемента число видов грибов на хозяевах данного географического элемента Рис. 7. Соотношения числа видов лишайников-хозяев различных зональных географических элементов и обитающих на них грибов в российской Арктике.

Наиболее богатыми по числу видов ассоциированных грибов являются 5 из 11 географических элементов лишайников: арктический, арктогипоарктический, аркто-бореальный, аркто-неморальный и аркто-степной. На Зональные географические элементы хозяев хозяевах этих элементов обитает 93 % всех видов анализируемой микобиоты.

Число видов грибов, ассоциированных с любым из этих элементов, не менее чем в 2.5 раза выше по сравнению с любым «неарктическим» элементом.

Собственно арктический элемент видов хозяев резко отличается от всех остальных многовидовых элементов гораздо меньшей «насыщенностью» лихенофильными грибами: если для арктического элемента число видов грибов чуть меньше числа видов хозяев, то для остальных в 1.7-2.5 раза выше. Наибольший (с большим отрывом) процент видов грибов (48 %) связан с арктобореальными лишайниками. Проценты видов грибов, растущих на хозяевах, активных в зоне тундр и/или полярных пустынь (93 % видов грибов), в полосе лесотундры (85 %) и в таежной зоне (76 %) достаточно близки между собой. На хозяевах, активных в зоне широколиственных и смешанных лесов отмечено 40 % видов лихенофильных грибов, а в степной зоне - 19 %.

Относительно слабая «насыщенность» лихенофильными грибами собственно арктического элемента гостальной фракции лихенофлоры соответствует представлениям об относительной молодости Арктической флоры, формирование которой относят к концу плиоцена - началу плейстоцена (Толмачев, 1960, 1986; Толмачев, Юрцев, 1970; Юрцев и др., 1978).

Высокий процент видов грибов (76 %), растущих на хозяевах, активных в таежной зоне, хорошо увязывается с неоднократной бореализацией территории российской Арктики в четвертичном периоде, когда лесная растительность достигала современных материковых границ этой области (см. например: Ребристая, 2004). Существенный процент видов грибов (19 %), отмеченных на хозяевах, активных в степной зоне, также хорошо объясняется криоксерическими периодами развития растительности этой территории в антропогене (Юрцев, 1986).

Перспективные направления изучения географии лихенофильных грибов В этом разделе выдвинуты некоторые рабочие гипотезы и обозначен ряд проблем/вопросов, относящихся к географии лихенофильных грибов, таких как соотношение ареалов паразита и хозяина, уровень эндемизма и дальний перенос диаспор у лихенофильных грибов. В частности, обсуждается тот факт, что из 748 видов лихенофильных грибов, растущих на лишайниках, встречающихся в Арктике, только 357 видов (48 %) найдены в Арктике, а ос тальные 390 видов (52 %) пока известны только из неарктических местонахождений, в основном из Альп и гор Фенноскандии (база данных автора).

Глава 8. ПАРАЗИТО-ХОЗЯИННЫЙ АНАЛИЗ ЛИХЕНОФИЛЬНОЙ МИКОБИОТЫ РОССИЙСКОЙ АРКТИКИ Лихенофильные грибы найдены на 261 из 1228 (21 %) видов и на 97 из 228 (43 %) родов лишайников российской Арктики. Их распределение по видам и родам хозяев дано в приложении 2.

Специализация лихенофильных грибов К одному роду лишайников-хозяев в районе исследования приурочены 78 % видов грибов, к двум - 11 %, к трем - 4 %, к четырем и более - 7 % (рис. 8).

21 15 5 3 1 1Число видов грибов число видов грибов, растущих на данном числе родов хозяев Рис. 8. Число видов лихенофильных грибов, отмеченных в российской Арктике на различном числе родов хозяев.

Число родов хозяев Наименее специализированными являются Dactylospora deminuta (найдена на 21 роде хозяев), Merismatium nigritellum (на 18), Phaeosporobolus alpinus (на 15), Cercidospora punctillata и Lichenoconium lecanorae (оба - на 14 родах хозяев). Около половины видов грибов (49 %) найдены только на одном виде хозяев. В мировом масштабе уровень специализации анализируемых видов лихенофильных грибов гораздо ниже - лишь 51 % из них известен на одном роде и лишь 10 % – на одном виде хозяев. В действительности эти показатели могут быть еще ниже, поскольку в числе этих видов грибов много таких, которые были описаны недавно и еще недостаточно изучены или описаны давно, но до сих пор известны по единичным находкам.

Гипотеза о том, что виды грибов с плодовыми телами, погруженными в ткани хозяина более высоко специализированы по отношению к последним, чем виды с поверхностными телами (Etayo, Sancho, 2008) на данном материале не подтвердилась.

Особенности гостальной фракции лихенофлоры На 30 % родов лишайников-хозяев в российской Арктике отмечено всего по 1 виду ассоциированных грибов, на 37 % - более 3 видов грибов (рис. 9). Самым «гостеприимным» в этом смысле оказался род Peltigera, на котором найдено 36 видов грибов.

Все роды лишайников-хозяев российской Арктики, из числа 10 % наиболее «гостеприимных», входят в число 10 % наиболее «гостеприимных» родов мира. При этом Peltigera, Lecanora и Cladonia в обоих спектрах входят в головную четверку родов. Родовой спектр лишайников-хозяев арктической микобиоты отличается от аналогичного мирового спектра: 1) более высоким положением Arthrorhaphis, Flavocetraria, Peltigera, Pilophorus, Solorina, Stereocaulon и Thamnolia; 2) более низким положением Collema, Hypogymnia, Lobaria, Nephroma, Physcia, Physconia, Ramalina и Xanthoparmelia; 3) отсутствием таких родов как Hypotrachyna, Porina, Pseudocyphellaria, Sticta и Usnea, лидирующих в мировом спектре хозяев.

В среднем на 1 виде хозяина было найдено около 3 видов лихенофильных грибов, при этом на редких видах хозяев в среднем отмечалось по 2 вида, на спорадически встречающихся - 3 вида, а на частых - 5 видов. Примечательно, что на некоторых обычных и даже массовых видах лишайников грибы не были найдены.

Xanthoria Parmelia Lecidea Ochrolechia Caloplaca Solorina Pertusaria Stereocaulon Cladonia 1Lecanora Peltigera Число видов грибов в российской Арктике в мире Рис. 9. Ведущие по числу видов ассоциированных грибов роды лишайников российской Арктики и их позиции по этому признаку в мире.

Большинство (63%) видов лишайников-хозяев, растут на различных почвенных субстратах (растительных остатках, бриофитах, мелкоземе и т.

п.), 33% – на камне и лишь 4% на коре или древесине.

Относительное видовое богатство грибов на листоватых лишайниках гораздо выше, чем на лишайниках других морфотипов.

Анализ грибов, растущих на видах рода Stereocaulon, выполненный на массовом материале, позволил выдвинуть предположение о том, что частота колонизации хозяев также зависит от «крепкости» конструкции их слоевища, в первую очередь от плотности его корового слоя (Zhurbenko, 2010).

Роды хозяев Трофика и патогенность лихенофильных грибов Все виды лихенофильных грибов российской Арктики отмечались на живых хозяевах, то есть являются биотрофами (облигатными или факультативными), что согласуется с высказывавшимися ранее предположениями об отсутствии или крайней редкости облигатных сапротрофов среди лихенофильных грибов. Вместе с тем, 20 видов (8 %) также отмечались на отмерших телах лишайников, что дает основание рассматривать их в качестве факультативных сапротрофов.

Сильными патогенами являются всего лишь 8 % видов, что характерно для группы лихенофильных грибов в целом. Считается, что сильные патогены чаще встречаются на массовых видах хозяев и менее специализированы в отношении хозяев по сравнению с комменсалами или слабыми патогенами (Бигон и др., 1989; Lawrey, Diederich, 2003). Первый тезис согласуется с нашими данными, однако, второй - подтверждается ими не вполне, так как из 21 вида сильных патогенов приурочены к одному, реже к двум близким родам хозяев. Два вида грибов (1 %) с крупными, обильными, погруженными перитецими, «вспахивающими» ткани хозяев отнесены к механическим деструкторам. Наиболее многочисленна (40 %) группа видов, которые ведут себя как комменсалы. Группа слабых патогенов также многочисленна (21 % видов). Многие виды (22 %) ведут себя в одних случаях как комменсалы, в других – как слабые патогены. 7 % видов, в основном из родов Bachmanniomyces, Cecidonia, Epicladonia, Syzygospora, Thamnogalla и Tremella, вызывают у хозяев образование галлов. В исследованных мной образцах галлообразование не вело к заметному угнетению развития слоевища или спороношений хозяина.

Консортивные связи Видовое разнообразие лихенофильных грибов в лишайниковых консорциях существенно варьирует. Наиболее обычна ситуация, когда на данном экземпляре лишайника растет один вид гриба. Больше всего видов грибов (до 10) отмечалось в консорциях листоватых лишайников рода Peltigera.

Подавляющее большинство консортов входят в концентр 1 порядка, однако, отмечен 1 вид гриба (Lichenoconium lecanorae), способный поселяться на других лихенофильных грибах (Abrothallus parmeliarum и Arthophacopsis parmeliarum), в свою очередь растущих на лишайниках рода Parmelia, и таким образом входящий в концентр 2 порядка (Работнов, 1992).

Глава 9. ЛИХЕНОФИЛЬНОСТЬ И ЛИХЕНИЗАЦИЯ У ГРИБОВ РОССИЙСКОЙ АРКТИКИ Лихенофильную жизненную стратегию в российской Арктике реализуют 9 % видов грибов (с учетом лихенофильных лишайников), а в мире - всего лишь 2 %; стратегию лихенизации соответственно - 35 % и 18 % видов (табл. 1).

Таблица Число/процент видов грибов, реализующих стратегии лихенофильности и лихенизации на земном шаре и в российской Арктике На земном шаре (ви- В российской Арктике дов/процентов) (видов/процентов) Грибы (Fungi) 97 861/100.0 3500/100.Нелихенизированные 80 361/82.1 2272/64.грибы Лишайники 17 500/17.9 1228/35.Лихенофильные грибы 1642/1.7 250/7.Лихенофильные ли- 330/0.3 60/1.шайники Лихенофильные грибы 1972/2.0 310/8.и лихенофильные лишайники Примечание. Составлено по: Чернов, 1985; Каратыгин и др., 1999; Feuerer, Hawksworth, 2007; Ainsworth & Bisby's dictionary of the fungi, 2008; Кирцидели, 2010; Kristinsson et al., 2010; база данных автора.

Лихенофильные грибы составляют 11 % от общего числа нелихенизированных грибов в российской Арктике и 2 % - в мире. Лихенофильные лишайники составляют 5 % от общего числа лишайников в российской Арктике и 2 % - в мире.

Представленность группы лихенофильных грибов как в Арктике в целом (347 из 1642 видов, то есть 21 % от их мирового видового богатства), так и в ее российской части (250 из 1642 видов, 15 %) аномально высока по сравнению с основными фракциями органического мира. Так, например, боль шинство классов животных и растений представлены в Арктике 0.3-3.0 % видов, все высшие растения - 1 % видов (Чернов, 2008). Вместе с тем, она соответствует такой же аномально высокой представленности в Арктике лишайников (1609 из 17 500 видов, то есть 9 %).

Большинство (66 %) родов грибов, содержащих лихенофильные виды в российской Арктике, являются облигатными лихенофилами в мировом масштабе. 12 % родов лихенофильных грибов российской Арктики имеют в своем составе (в мировом масштабе) как нелихенизированные, так и лихенизированные виды.

Лихенофильными называют лишайники, которые закономерно растут на/внутри тел других лишайников и обладают собственным фотобионтом.

Семь родов аскомицетов (Arthonia, Carbonea, Catillaria, Dacampia, Epilichen, Protothelenella и Scutula) представлены в районе исследования как лихенофильными грибами, так и лихенофильными лишайниками. Обе эти группы близки во многих отношениях, в частности, их связывает ряд переходных, слабо или только иногда лихенизированных видов, таких как Thelocarpon epibolum и Tetramelas pulverulentus. Все это дает основание дополнить анализ лихенофильной микобиоты российской Арктики ее сравнением с лихенофильной лихенофлорой данной территории. Анализ лихенофильных лишайников российской Арктики основан на их списке, представленном в приложении 4. На этой территории известно 60 видов облигатных и факультативных лихенофильных лишайников из 27 родов, 17 семейств и 5 порядков класса Lecanoromycetes, Dothideomycetes et Chaetothyriomycetes inc. sed. и Familia inc. sed. отдела Ascomycota, что составляет около 5 % от общего числа видов и 11 % от общего числа родов лишайников российской Арктики. Таким образом, если у лишайников лихенофильность реализована только в пределах отдела Ascomycota, причем подавляющее большинство видов относятся к классу Lecanoromycetes, то у нелихенизированных грибов лихенофильность встречается также в отделе Basidiomycota, спектр классов шире, а распределение видов по классам более выровненное. Облигатно лихенофильным является всего 4 % родов и 20 % видов лихенофильных лишайников района исследования. Как у лихенофильных грибов, так и у лихенофильных лишайников около 85 % видов относится к слабым патогенам или комменсалам. К родам хозяев, наиболее часто заселяемым лихенофильными лишайниками относятся Lecanora (на этом роде в российской Арктике растет 14 видов последних), Rhizocarpon (13), Aspicilia (12), Lecidea (11), Baeomyces (8), Acarospora (7) и Tremolecia (6), то есть в основном накипные эпилитные микролишайники.

Лихенофильные лишайники российской Арктики охватывают около % общего видового разнообразия этой группы (у лихенофильных грибов этот показатель близок - 15 %). Набор и порядок ведущих по числу видов лихенофильных лишайников родов аскомицетов российской Арктики и земного шара в значительной мере совпадают. Оба родовых спектра возглавляют Caloplaca, Toninia, Rhizocarpon, Acarospora и Buellia – крупные, космополитные роды, включающие от 80 до 500 видов (Ainsworth & Bisby's dictionary of the fungi, 2008).

Удельный вес лихенофильных видов лишайников в лихенофлоре российской Арктики существенно выше, чем в мировой и ряде голарктических лихенофлор.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ГИПОТЕЗЫ В результате проведенного исследования были выдвинуты некоторые дискуссионные положения, которые следует рассматривать как рабочие гипотезы для дальнейшего тестирования. Их обоснование достаточно подробно обсуждалось в тексте диссертации, здесь они даны в виде тезисов.

1. Уровень выявления лихенофильной микобиоты российской Арктики около 70 %, земного шара - 30-45 %.

2. Отношение числа видов лихенофильных грибов к числу видов лишайников в Арктике гораздо выше, чем в тропических областях.

3. В Арктике нет эндемичных для нее видов лихенофильных грибов.

4. Все или почти все виды лихенофильных грибов распространены в Арктике циркумполярно.

5. Активность видов лихенофильных грибов может существенно изменяться в пределах их ареалов.

6. Для ряда видов лихенофильных грибов характерен очаговый тип распространения с рассеянными, но обильными популяциями.

7. Скорость расселения лихенофильных грибов может существенно отставать от таковой их хозяев.

8. Важную роль в расселении лихенофильных грибов играет дальний перенос их диаспор ветром и/или птицами.

9. Встречаемость лихенофильных грибов на неплотно прикрепленных к субстрату хозяевах выше, чем на плотно прикрепленных.

10. Существует прямая зависимость между встречаемостью видов хозяев и числом видов ассоциированных с ними грибов.

11. Существует прямая зависимость между плотностью корового слоя слоевища у видов хозяев и частотой их колонизации лихенофильными грибами.

12. Облигатные сапротрофы среди лихенофильных грибов отсутствуют или крайне редки.

13. Лихенофильность у лихенофилов-оппортунистов чаще реализуется в экстремальных условиях среды обитания.

14. Стратегия лихенофильности способствует освоению грибами областей климатического пессимума.

ОСНОВНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ И ВЫВОДЫ 1. В российской Арктике зарегистрировано 250 видов лихенофильных грибов, 10 % которых описаны как новые для науки. Они относятся к 85 родам, 37 семействам, 16 порядкам, 7 классам и 2 отделам царства грибов (Fungi): Ascomycota (99 % видов) и Basidiomycota (1 % видов).

2. Видовое богатство лихенофильной микобиоты российской Арктики составляет 15 % от мирового и около 55-60 % от такового более южных лихенофильных микобиот Голарктики, что соответствует общей биогеографической закономерности снижения таксономического богатства от тропиков к полюсам. Сравнение родовых коэффициентов лихенофильных микобиот земного шара не показало существенного уменьшения среднего числа видов в роде в Арктике по сравнению с более теплообеспеченными областями. Отношение числа видов лихенофильных грибов к числу видов лишайников в российской Арктике примерно равно 1:5 и существенно не отличается от таковых в более южных регионах Голарктики. По таксономическому составу биота лихенофильных грибов российской Арктики наиболее близка к таковым Фенноскандии и Альп.

3. Три ведущих по числу видов класса лихенофильной микобиоты российской Арктики (Dothideomycetes, Lecanoromycetes и Sordariomycetes) явля ются самыми крупными классами аскомицетов мировой микобиоты. Все классы лихенофильных аскомицетов мира представлены в российской Арктике, при этом в обоих случаях большинство видов относится к Dothideomycetes, а наименьшее их число - к Leotiomycetes. В Арктике удельный вес Dothideomycetes, Lecanoromycetes и Sordariomycetes повышен по сравнению с мировой лихенофильной микобиотой, а Arthoniomycets, Eurotiomycetes и Leotiomycetes - понижен.

4. Биота лихенофильных грибов российской Арктики отличается от таковых более южных регионов гораздо меньшим числом видов порядков Mycocaliciales и Tremellales, отсутствием рода Chaenothecopsis, более высоким положением в родовом спектре Dactylospora, Cercidospora, Muellerella и более низким - Abrothallus, Capronia, Lichenopeltella, Lichenostigma, Niesslia, Opegrapha, Plectocarpon, Pronectria и Tremella. Роды Arthonia и Stigmidium являются наиболее богатыми во всех региональных лихенофильных микобиотах земного шара.

5. За пределами Голарктического царства встречается 39 % видов лихенофильных грибов российской Арктики, в том числе в Голантарктическом царстве - 32 %. За пределами арктических и высокогорных районов широко распространены 70 % видов.

6. Богатство лихенофильных микобиот российской Арктики в узком смысле и ее Метаарктики различается всего на 7 видов (3 % от их общего числа), что соответствует представлениям о высоком уровне флористического обмена между Арктикой в узком смысле и прилежащими к ее южным границам высокогорьями, занятыми горной тундрой и лесотундрой.

7. Около половины (52 %) видов грибов, ассоциированных с лишайниками, встречающимися в Арктике, известны только из внеарктических частей ареалов хозяев, что свидетельствует в пользу представлений о несинхронности расселения лихенофильных грибов и их хозяев и относительной молодости арктической биоты.

8. Зональное распределение видов лихенофильных грибов района исследования соответствует представлениям о резкой широтной дифференциации биоты Арктики. Только 13 % видов найдены во всех зональных выделах от лесотундры до полярной пустыни. Наиболее богата и одновременно специфична подзона типичных тундр, где зарегистрировано 58 % всех видов, включая 29 %, отмеченных только в ней.

9. Относительно слабая насыщенность арктического элемента гостальной фракции лихенофлоры района исследования лихенофильными грибами соответствует представлениям об относительной молодости арктической флоры. Высокий процент видов этих грибов, растущих на лишайниках, активных в таежной (76 %) и степной (19 %) зонах, может быть связан с бореальными и криоксерическими периодами развития растительности Арктики в антропогене.

10. Уровень специализации лихенофильных грибов оказался гораздо ниже, чем считалось ранее: в мире всего лишь 51 % видов приурочен к 1 роду хозяев, в российской Арктике - 78 %. Гипотеза о том, что специализация лихенофильных грибов тем выше, чем больше погруженность их плодовых тел в ткани хозяина на исследованном материале не подтвердилась.

11. Все роды лишайников-хозяев российской Арктики из числа 10 %, ведущих по числу ассоциированных с ними видов грибов, входят в число % наиболее «гостеприимных» родов мира. Роды Peltigera, Lecanora и Cladonia в обоих случаях входят в головную четверку родов. Десять из 11 ведущих родов хозяев района исследования - крупные мировые роды, а 7 - крупные роды арктической лихенофлоры.

12. Все виды лихенофильных грибов района исследования являются облигатными (92 %) или факультативными (8 %) биотрофами. Сильную патогенность проявляют всего лишь 8 % видов, что характерно для этой гостальной группы грибов в целом.

13. Лихенизация наблюдается в 12 % родов лихенофильных грибов российской Арктики. Лихенофильные грибы и лихенофильные лишайники имеют в районе исследования 7 общих родов аскомицетов. Первая группа отличается от второй гораздо большим таксономическим богатством и разнообразием и более высокой специализацией по отношению к хозяевам.

14. В российской Арктике процент видов грибов, реализующих стратегии лихенофильности и лихенизации, гораздо выше, чем в мире в целом: соответственно 9 % против 2 % и 35 % против 18 %. Представленность здесь лихенофильных грибов (15 % от общего числа их видов в мире), лихенофильных лишайников (18 %) и всех лишайников (7 %) гораздо выше, чем большинства других фракций органического мира.

СПИСОК РАБОТ, В КОТОРЫХ ОПУБЛИКОВАНЫ ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ ПУБЛИКАЦИИ ИЗ ПЕРЕЧНЯ ВАК Статьи в периодических научных изданиях Журбенко М. П. Ключ для определения лихенофильных грибов, растущих на лишайниках рода Stereocaulon в российской Арктике // Микол. фитопатол. 2000. Т. 34. Вып. 6. С. 19–22. 0.25 п. л. (лично автором - 0.25 п. л.).

Журбенко М. П. Лихенофильные виды лишайников во флоре России // Ботан. журн. 2008. Т. 93. № 9. С. 1329–1353. 2.2 п. л. (лично автором - 2.2 п. л.).

Журбенко М. П. Лихенофильные грибы России: история и первые итоги изучения // Микол. фитопатол. 2007. Т. 41. Вып. 6. С. 481–486. 0.4 п.

л. (лично автором - 0.4 п. л.).

Журбенко М. П. Лихенофильный род Cercidospora (Dothideales, Ascomycota) на севере России // Микол. фитопатол. 2002. Т. 36. Вып. 1. С. 3– 10. 0.6 п. л. (лично автором - 0.6 п. л.).

Журбенко М. П. Новые и редкие виды лишайников с северо-запада плато Путорана // Ботан. журн. 1992. Т. 77. №. 3. С. 108–114. 0.6 п. л.

(лично автором - 0.6 п. л.).

Журбенко М. П. Новый вид рода Lichenothelia (Ascomycota) с Северного Урала // Микол. фитопатол. 2008. Т. 42. Вып. 3. С. 240–243. 0.п. л. (лично автором - 0.25 п. л.).

Журбенко М. П., Матвеева Н. В. Напочвенные лишайники острова Большевик (архипелаг Северная Земля) // Ботан. журн. 2006. Т. 91. № 10.

С. 1457–1484. 1.2 п. л. (лично автором - 0.8 п. л.).

Самарский М. Б., Соколова М. В., Журбенко М. П., Афонина О. М.

О флоре и растительности острова Жохова (Новосибирские острова) // Ботан. журн. 1997. Т. 82. №. 4. С. 62–70. 0.4 п. л. (лично автором - 0.1 п. л.).

Холод С. С., Журбенко М. П. Лишайники острова Врангеля: активность и экотопическое распределение видов // Ботан. журн. 2005. Т. 90. №.

9. С. 1329–1367. 1.5 п. л. (лично автором - 0.3 п. л.).

Alstrup V., Grube M., Motiejnait J., Nordin A., Zhurbenko M.

Lichenicolous fungi from the Skibotn area, Troms, Norway // Graphis Scripta.

2008. Vol. 20. P. 1–8. 1 п. л. (лично автором - 0.2 п. л.).

Diederich P., Zhurbenko M. P. Nomenclatural notes on Taeniolella rolfii (lichenicolous hyphomycetes) // Graphis Scripta. 2001. Vol. 12. № 2. P. 37–40.

0.4 п. л. (лично автором - 0.2 п. л.).

Diederich P. & Zhurbenko M. P. Taeniolella rolfii sp. nov., a new lichenicolous hyphomycete from the Siberian Arctic // Symb. Bot. Ups. 1997.

Vol. 32. Issue 1. P. 11–16. 0.6 п. л. (лично автором - 0.3 п. л.).

Diederich P., Zhurbenko M., Etayo J. The lichenicolous species of Odontotrema (syn. Lethariicola) (Ascomycota, Ostropales) // Lichenologist. 2002.

Vol. 34. № 6. P. 479–501. 1.5 п. л. (лично автором - 0.5 п. л.).

Diederich P., Kocourkova J., Etayo J., Zhurbenko, M. P. The lichenicolous Phoma species (coelomycetes) on Cladonia // Lichenologist. 2007. Vol.

39. № 2. P. 153–163. 0.6 п. л. (лично автором - 0.15 п. л.).

Ertz D., Zhurbenko M., Diederich P., Miadlikowska J. A new species of Plectocarpon (lichenicolous Roccellaceae, Ascomycota) on Peltigera // Bryologist. 2003. Vol. 106. № 3. P. 465–467. 0.16 п. л. (лично автором - 0.04 п.

л.).

Zhurbenko M. P. Arthonia triebeliae (Arthoniales), a new lichenicolous fungus from the Arctic // Mycol. Progr. 2002. Vol. 1. № 2. P. 137–141. 0.4 п. л.

(лично автором - 0.4 п. л.).

Zhurbenko M. P. Corticifraga santessonii and C. chugachiana (Lecanoromycetes, Ascomycota), new species of lichenicolous fungi from the Holarctic // Lichenologist. 2007. Vol. 39. № 3. P. 221–226. 0.25 п. л. (лично автором - 0.25 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichenicolous and some interesting lichenized fungi from the Northern Ural, Komi Republic of Russia // Herzogia. 2004. Vol. 17.

P. 77–86. 1 п. л. (лично автором - 1 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichenicolous fungi from Murmansk region of Russia // Микол. фитопатол. 2001. Т. 35. Вып. 1. С. 34–40. 0.6 п. л. (лично автором - 0.6 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichenicolous fungi from the Polar Ural // Микол. фитопатол. 2002. Т. 36. Вып. 6. С. 9–14. 0.5 п. л. (лично автором - 0.5 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichens and lichenicolous fungi of the northern Krasnoyarsk Territory, Central Siberia // Mycotaxon. 1996. Vol. 58. P. 185–232. п. л. (лично автором - 3 п. л.).

Zhurbenko M. P. New and interesting lichenicolous hypocrealean fungi from the Northern Hemisphere // Sydowia. 2009. Vol. 61. № 1. P. 177–188.

0.7 п. л. (лично автором - 0.7 п. л.).

Zhurbenko M. P. New lichenicolous fungi from Eurasia // Graphis Scripta. 2007b. Vol. 19. P. 1-9. 0.5 п. л. (лично автором - 0.5 п. л.).

Zhurbenko M. P. Sagediopsis pertusariicola (Verrucariales), a new lichenicolous ascomycete from the Arctic // Nova Hedwigia. 2009. Vol. 88.

№ 3–4. P. 549–555. 0.4 п. л. (лично автором - 0.4 п. л.).

Zhurbenko M. P., Alstrup V. Lichenicolous fungi on Cladonia mainly from the Arctic // Symb. Bot. Ups. 2004. Vol. 34. Issue 1. P. 477–499. 2.2 п. л.

(лично автором - 1.5 п. л.).

Zhurbenko M., Danils F. J. A. New or rarely reported lichenicolous fungi and lichens from the Canadian Arctic // Mycotaxon. 2003. Vol. 88. P. 97– 106. 0.7 п. л. (лично автором - 0.5 п. л.).

Zhurbenko M. P., Hansen E. S. New, rare or otherwise interesting lichen species from the Siberian Arctic // Mycotaxon. 1992. Vol. 45. P. 278–284. 0.п. л. (лично автором - 0.2 п. л.).

Zhurbenko M. P., Santesson R. Lichenicolous fungi from the Russian Arctic // Herzogia. 1996. Vol. 12. P. 147–161. 1.1 п. л. (лично автором - 0.п. л.).

Zhurbenko M. P., Triebel D. Lasiosphaeriopsis pilophori sp. nov.

(Sordariales) and other lichenicolous fungi on Pilophorus // Mycol. Progr.

2005. Vol. 4. № 4. P. 317–323. 0.6 п. л. (лично автором - 0.4 п. л.).

Zhurbenko M. P., Triebel D. Three new species of Stigmidium and Sphaerellothecium (lichenicolous ascomycetes) on Stereocaulon // Mycol.

Progr. 2008. Vol 7. P. 137-145. 0.75 п. л. (лично автором - 0.5 п. л.).

Zhurbenko M. P., Kukwa M., Oset M. Roselliniella stereocaulorum (Sordariales, Ascomycota), a new lichenicolous fungus from the Holarctic // Mycotaxon. 2009. Vol. 109. P. 323–328. 0.4 п. л. (лично автором - 0.2 п. л.).

Zhurbenko M. P., Laursen G. A., Walker D. A. New and rare lichenicolous fungi and lichens from the North American Arctic // Mycotaxon. 2005.

Vol. 92. P. 201–212. 0.7 п. л. (лично автором - 0.5 п. л.).

Zhurbenko M. P., Raynolds M. K., Walker D. A., Matveeva N. V. Lichens and lichenicolous fungi from the Kolyma delta region, Russian Arctic // Graphis Scripta. 2005. Vol. 17. P. 27–31. 0.4 п. л. (лично автором - 0.2 п. л.).

ОСТАЛЬНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ Коллективная монография Каратыгин И. В., Нездойминого Э. Л., Новожилов Ю. К., Журбенко М.

П. Грибы Российской Арктики. Аннотированный список видов. СПб. : СПб.

гос. хим.-фарм. акад. 1999. 212 с. 20 п. л. (лично автором - 2 п. л.).

Отдельные выпуски серийных научных изданий Журбенко М. П. Лишайники и лихенофильные грибы Путоранского заповедника // Флора и фауна заповедников. 2000. Вып. 89. 55 с. М. 2.1 п. л.

(лично автором - 2.1 п. л.).

Kristinsson H., Zhurbenko M., Hansen E.S. Panarctic checklist of lichens and lichenicolous fungi // CAFF Technical Report. 2010. № 20. 114 p. CAFF International Secretariat, Akureyri, Iceland. 4 п. л. (лично автором - 1 п. л.).

Статьи в научных сборниках Журбенко М. П. Лихенофильная микота Арктики: незаметное изобилие // Виды и сообщества в экстремальных условиях : сборн., посвящен. 75летию акад. Ю. И. Чернова. М.-София: КМК-PENSOFT Pbl. 2009. С. 224-231.

0.5 п. л. (лично автором - 0.5 п. л.).

Кожевников Ю. П., Журбенко М. П., Афонина О. М. Растительный покров островов Свердруп и Тройной, Карское море // Арктические тундры Таймыра и островов Карского моря : сб. научн. трудов / под ред. Е. В. Рогачевой. М. : ИПЭЭ РАН. 1994. Т. 2. С. 121–143. 1.5 п. л. (лично автором - 0.п. л.).

Статьи в периодических научных изданиях Журбенко М. П. Лихенофильные грибы: их опознание и использование в изучении лишайников // Новости сист. низш. раст. 1998. Т. 32. С. 28–40. п. л. (лично автором - 1 п. л.).

Журбенко М. П., Поспелова Е. Б. Лишайники и лихенофильные грибы окрестностей озера Сырутатурку (Таймырский заповедник, центральный Таймыр) // Новости сист. низш. раст. 2001. Т. 34. С. 134–139. 0.4 п. л. (лично автором - 0.3 п. л.).

Журбенко М. П., Чернядьева И. В, Кожевников Ю. П. Лишайники, лихенофильные грибы, мхи и сосудистые растения острова Самойловский (Усть-Ленский заповедник, арктическая Якутия) // Новости сист. низш. раст.

2002. Т. 36. С. 100–113. 0.9 п. л. (лично автором - 0.5 п. л.).

Diederich P., Zhurbenko M. P. Sphaerellothecium phaeorrhizae and Zwackhiomyces sipmanii spp. nov. on Phaeorrhiza sareptana from north-eastern Asia, with a key to the species of Sphaerellothecium // Biblioth. Lichenol. 2009.

Vol. 99. P. 113-122. 0.4 п. л. (лично автором - 0.2 п. л.).

Poelt J., Zhurbenko M. P., Matzer M. Lecanora gyrophorina sp. nov., eine bemerkenswerte, auf Umbilicaria hyperborea parasitierende Flechte aus Sibirien // Herzogia. 1996. Vol. 12. P. 1–6. 0.6 п. л. (лично автором - 0.2 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichenicolous fungi and lichens from the Holarctic. Part II // Opusc. Philolichenum. 2009. Vol. 7. P. 121-186. 6.5 п. л. (лично автором - 6.п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichenicolous fungi and lichens growing on Stereocaulon from the Holarctic, with a key to the known species // Opusc. Philolichenum. 2010.

Vol. 8. P. 9-39. 3 п. л. (лично автором - 3 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichenicolous fungi and some lichens from the Holarctic // Opusc. Philolichenum. 2009. Vol. 6. P. 87–120. 3 п. л. (лично автором - 3 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichenicolous fungi from Russia, mainly from its Arctic. II // Mycol. Balcanica. 2008. Vol. 5. № 1-2. P. 13-22. 1.2 п. л. (лично автором - 1.2 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichens and lichenicolous fungi from the north of Pyasino lake, Taimyr peninsula, Siberia // Folia Cryptog. Eston. 1998. Fasc. 32. P. 153– 159. 0.6 п. л. (лично автором - 0.6 п. л.).

Zhurbenko M. P. The lichenicolous fungi of Russia: geographical overview and a first checklist // Mycologia Balcan. 2007. Vol. 4. P. 105-124. 2.5 п. л. (лично автором - 2.5 п. л.).

Zhurbenko M. P., Hafellner J. Lichenicolous fungi from the Putorana plateau, Siberian Subarctic // Folia Cryptog. Eston. 1999. Fasc. 34. P. 71–79. 0.6 п. л.

(лично автором - 0.3 п. л.).

Zhurbenko M., Triebel D. Cercidospora lecidomae (Dothideales, Ascomycetes), a new lichenicolous fungus from the North Holarctic // Biblioth. Lichenol.

2003. Vol. 86. P. 205–214. 0.5 п. л. (лично автором - 0.3 п. л.).

Zhurbenko M. P., Santesson R., Walker D. A., Auerbach N. A., Lewis B.

New and interesting lichens and lichenicolous fungi from Alaska // Evansia. 1995.

Vol. 12. P. 92–97. 0.2 п. л. (лично автором - 0.1 п. л.).

Электронный ресурс Kristinsson H., Hansen E. S., Zhurbenko M. Panarctic Lichen Checklist [electronic resource] / CAFF Flora Group. URL :

http://archive.arcticportal.org/276/01/Panarctic_lichen_checklist.pdf (accessed 22.12.2008). 1 п. л. (лично автором - 0.3 п. л.).

Статьи в трудах совещаний, материалах съездов и конференций Журбенко М. П. Лихенофильные грибы в Арктике // Биоразнообразие растительного покрова Крайнего Севера. Инвентаризация, мониторинг, охрана: Матер. всерос. конф., Сыктывкар, 2006 г. Сыктывкар : Коми НЦ УрО РАН. 2006. С. 32–33. 0.1 п. л. (лично автором - 0.1 п. л.).

Журбенко М. П. Лихенофильные грибы Арктики: современное состояние исследований // Современная микология в России : матер. II съезда микологов России. М.: Национ. акад. микол. 2008. Т. 2. С. 527. 0.1 п. л. (лично автором - 0.1 п. л.).

Журбенко М. П. Лихенофильные грибы России: первые итоги и перспективы исследований // Флора лишайников России: состояние и перспективы исследований : тр. межд. совещ., посвящен. 120-лет. рожд. В. П. Савича. СПб : Ботан. ин-т им. В. Л. Комарова РАН. 2006. С. 103–111. 0.8 п. л.

(лично автором - 0.8 п. л.).

Тезисы докладов Журбенко М. П. Лихенофильные грибы Полярного и Северного Урала // Современная микология в России : I съезд микологов России : тез. докл. М.

: Национ. акад. микол. 2002. С. 127. 0.1 п. л. (лично автором - 0.1 п. л.).

Журбенко М. П. Лихенофильные грибы российской Арктики // Проблемы ботаники на рубеже XX–XXI веков : тез. докл. II(X) сьезд. Рус. ботан.

общ., Санкт-Петербург, 26–29 мая 1998 г. СПб. : Ботан. ин-т им. В. Л. Комарова РАН. 1998. Т. 2. С. 8–9. 0.1 п. л. (лично автором - 0.1 п. л.).

Zhurbenko M. P. Lichenicolous fungi of the Taimyrskii Reserve (LevinsonLessing Lake region) // Abstracts of III Workshop on Russian-German Cooperation: Laptev Sea System / Terra Nostra. 1996. Heft 96/9. P. 19. 0.1 п. л. (лично автором - 0.1 п. л.).

Zhurbenko M. P. The lichenicolous fungi of Russia // Abstracts of XV Congress of European Mycologists, St.-Petersburg, Russia, Sept. 16–21, 2007. St.Petersburg : TREEART LLC. 2007. P. 157–158. 0.1 п. л. (лично автором - 0.1 п.

л.).

Zhurbenko M., Santesson R. Lichenicolous fungi of the Russian Arctic // Abstracts of III Symposium IAL 3 : progress and problems in lichenology in the nineties, Salzburg, Sept. 1–7, 1996. Salzburg. 1996. P. 191. 0.1 п. л. (лично автором - 0.05 п. л.).




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.