WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 
На правах рукописи
ВАСИЛЬЕВА НАДЕЖДА НИКОЛАЕВНА

ФОРМИРОВАНИЕ МЕХАНИЗМОВ ПРОСТРАНСТВЕННОГО ЗРИТЕЛЬНОГО ВОСПРИЯТИЯ В ОНТОГЕНЕЗЕ

03.03.01 – физиология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора биологических наук

Чебоксары
2012

Работа выполнена на кафедрах анатомии, физиологии и гигиены

 человека, возрастной и специальной психологии Федерального

государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Чувашский государственный

педагогический университет им. И. Я. Яковлева»

Научный консультант:

доктор биологических наук, профессор

Рожкова Галина Ивановна


Официальные оппоненты:

доктор биологических наук, профессор

Димитриев Алексей Димитриевич

(Чебоксарский кооперативный институт

(филиал) АНО ВПО ЦС РФ «Российский

университет кооперации»)


доктор биологических наук, профессор

Супин Александр Яковлевич

(Учреждение Российской академии наук

Институт проблем экологии и эволюции им. А. Н. Северцова РАН)


доктор биологических наук

Алексеенко Светлана Валентиновна

(Учреждение Российской академии наук

Институт физиологии им. И. П. Павлова РАН)


Ведущая организация:


Учреждение Российской академии обра-зования Институт возрастной физиологии

Защита диссертации состоится «17» февраля 2012 г. в 9.30 часов на заседании объединенного совета ДМ 212.300.03 при ФГБОУ ВПО «Чувашский государственный педагогический университет им. И. Я. Яковлева» (428000, г. Чебоксары, ул. К. Маркса, 38, ФГБОУ ВПО «ЧГПУ им. И. Я. Яковлева», http://www.chgpu.edu.ru).

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке

ФГБОУ ВПО «ЧГПУ им. И. Я. Яковлева»

Автореферат разослан  « » января  2012 г.

Ученый секретарь

объединенного совета,

докт. биол. наук, профессор В. В. Алексеев

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ


Актуальность темы. Одним из важнейших научных направлений возрастной физиологии является исследование закономерностей формирования механизмов зрительной системы и особенностей её функционирования на различных этапах жизнедеятельности организма. Особого внимания заслуживают предшкольный и школьный периоды, на протяжении которых зрительные механизмы не только обеспечивают  анализ огромного количества визуальной информации, но и участвуют в формировании высших психофизиологических функций, способствуя когнитивному развитию детей.

Пространственное зрительное восприятие, являясь неотъемлемой частью активного приспособительного поведения человека, составляет одну из важнейших сторон зрительной системы в целом. Зрительное восприятие окружающего пространства реализуется многими физиологическими механизмами, среди которых особое место занимают бинокулярные. Развитость бинокулярных механизмов является определяющей для качественного отражения трехмерной формы объектов и пространственных отношений, полноценного восприятия фото-, кино-, видеопродукции в 3D формате, осуществления определенных видов профессиональной деятельности (R.K. Jones, D.N. Lee, 1981; Л.Н. Могилев, 1982; A.I. Cogan, 1987; R. Blake, 1989; C.W. Tyler, 1990; Г.И. Рожкова, 1992; I.P. Howard, B.J. Rogers, 1995; A.E. Palta et al., 2002; С.В. Алексеенко, 2003; А.Е. Белозеров, 2003; M.A. Lambot et al., 2005; M. Scheiman, B. Wich, 2008).

Известно, что изучению отдельных вопросов функционирования механизмов пространственного зрения в онтогенезе посвящены работы M.S. Banks (1980); R. Fox et al. (1980); R. Held et al. (1980); Е.Е. Birch et al. (1982); O. Braddick, J. Atkinson (1983); J. Smith et al. (1988); Е.В. Ciner et al. (1996); J. Atkinson (2000); Д.И. Ващенко (2001); C. Williams et al. (2001); A.H. Chen, A.H.Z. Abidin (2002); R. Jimenez et al. (2004); Y. Takai et al. (2005); A.M. Brown et al. (2007). Вместе с тем фундаментальными работами последних десятилетий показана необходимость проведения комплексных исследований, учитывающих наличие в зрительном  анализаторе большого  числа параллельных каналов переработки информации (D.H. Hubel, T.N. Wiesel, 1962; А.Я. Супин, 1974; 1981; И.А. Шевелев, 1984; 1992; J.M. Wolfe, 1986; В.Д. Глезер, 1992; И.Н. Пигарев, 1992; Г.И. Рожкова, С.Г. Матвеев, 2007). Использование комплексного подхода имеет принципиально важное значение, поскольку он позволяет отслеживать развитие функциональных систем и характер их взаимодействия с факторами окружающей среды в постнатальном онтогенезе (А.Д. Димитриев, 1993; А.Д. Димитриев, Д.А. Димитриев, 1998; Д.А. Фарбер, М.М. Безруких, 2009 и др.).

При изучении механизмов пространственного зрительного восприятия следует учитывать, что в процессе формирования трехмерной видимой картины мира бинокулярные механизмы функционируют в тесном взаимодействии с монокулярными (M. Ichikawa et al., 2003; D.C. Knill, J.A. Saunders, 2003; T.S. Meese, D.J. Holmes, 2004; F. Domini et al., 2006; J.M. Fernandez, B.A. Farell, 2008; H. Tassinary et al., 2008; A.R. Girshick, M.S. Banks, 2009). Эти механизмы имеют разную степень сложности, локализованы в общей структуре зрительных путей на разных уровнях и могут вступать в кооперативно-конкурентные взаимоотношения. Без исследования этих взаимоотношений невозможно получить цельное представление о пространственном восприятии и закономерностях его развития. Выявление закономерностей развития зрительной системы и ее особенностей на разных этапах онтогенеза является определяющим в решении вопросов охраны зрения детей и подростков. Важность таких исследований возрастает в контексте проблем психофизиологической готовности детей к школе и реализации дифференцированного подхода к их обучению и воспитанию. 

В то же время необходимо отметить, что в отечественной медицинской практике проверка бинокулярного зрения не входит в число обязательных процедур при проведении скрининговых осмотров. Это связано с тем, что в настоящее время в арсенале диагностического инструментария не хватает информативных методик по физиологической оценке бинокулярной зрительной системы детей и подростков и отсутствуют нормативные данные по отдельным показателям бинокулярного зрения детей (И.И. Дитрих, 1991; Г.И. Осипов, 1995; А.М. Шамшинова, В.В. Волков, 1999; Е.Е. Сомов, 2005). Кроме того, в условиях нарастающего внедрения в образовательную сферу, в спорт и искусство кино- и видеопродукции в 3D-формате, также остается недостаточно решенной задача проведения мониторинга состояния бинокулярного зрения детей.

В последние годы в отечественной и зарубежной научной литературе обсуждаются вопросы причинно-следственной связи между расстройствами зрительных механизмов и школьными трудностями, в том числе – трудностями в овладении навыками чтения (A.J. Sperling et al., 2003; М.Н. Русецкая, 2003; 2009; М.М. Безруких, О.Ю. Крещенко, 2004; Л.В. Соколова, 2005; A. Facoetti et al., 2005; Z. Kapoula et al., 2007; C. Prado et al., 2007; M.P. Bucci et al., 2008; О.В. Левашов, 2009; H.S. Shin et al., 2009; C. Palomo-‘Alvarez, M.C. Puell, 2010). В работах отмеченных авторов в основном указывались отдельные нарушения. В то же время вопросы оптимизации функционального состояния зрительной системы у детей с трудностями в чтении специально не рассматривались.

В свете изложенного выше особую актуальность приобретает проблема комплексных исследований по изучению формирования механизмов пространственного зрительного восприятия в различные периоды постнатального онтогенеза человека.

Цель работы: изучить особенности становления и развития механизмов пространственного зрительного восприятия у детей и подростков в постнатальном онтогенезе.

Задачи исследования:

  1. Выявить закономерности развития механизмов пространственного зрительного восприятия у детей и подростков в период от 5 до 18 лет.
  2. Определить взаимосвязь биологической зрелости с состоянием фузионных резервов детей 5-7 лет.
  3. Исследовать специфику функционирования механизмов пространственного зрительного восприятия у детей и подростков с разными нозологическими формами зрительной патологии.
  4. Оценить особенности развития бинокулярных зрительных функций у младших школьников с трудностями в чтении.
  5. Научно обосновать программу оптимизации функционального состояния бинокулярной зрительной системы  детей, имеющих трудности в чтении.
  6. Изучить возможность обеспечения физиологического комфорта при пользовании современными 3D-технологиями лицами с различным состоянием зрительных функций.
  7. Разработать научно обоснованные практические рекомендации по проведению мониторинга бинокулярного зрения детей и созданию детских стереофильмов.

Научная новизна. Впервые получены новые научные данные, значительно расширяющие современное представление о формировании механизмов пространственного зрительного восприятия у человека в постнатальном онтогенезе. Выявлено, что становление и развитие механизмов аккомодационно-окуломоторного обеспечения фузии детей продолжается до 12-13 лет, а механизмов бинокулярного стереопсиса и бинокулярной интеграции – до 14-15 лет. Наиболее быстрый темп улучшения бинокулярных функциональных показателей наблюдается в период от 5-7 до 9-10 лет. У детей 5-7-летнего возраста уровень биологической зрелости организма определяет темпы развития фузионных механизмов. Установлено, что формирование механизмов пространственного зрительного восприятия у девочек и мальчиков зависит от их пола.

Определены нормативные показатели по фузионным резервам, остроте стереоскопического зрения, скорости бинокулярной интеграции, балансу монокулярных и бинокулярных механизмов, необходимые для мониторинга функционального состояния бинокулярного зрения у детей и подростков.

Показано, что компенсаторные перестройки в системе пространственного зрительного восприятия при слабовидении приводят к принципиально иным взаимоотношениям между монокулярными и бинокулярными механизмами. Доказано, что развитие бинокулярных механизмов у детей и подростков зависит от нозологической формы зрительной патологии. Выявлен механизм формирования специфического типа корреляционных отношений между правым и левым зрительными каналами в условиях зрительной депривации.

Сформулированы научные положения, значительно дополняющие современную теорию об особенностях системы специфических бинокулярных механизмов, способствующих успешной реализации чтения. Установлено, что функциональная незрелость бинокулярных зрительных механизмов у младших школьников затрудняет эффективное освоение технических навыков чтения и задерживает его совершенствование.

Научно обоснована программа оптимизации функционального состояния бинокулярной зрительной системы у детей с трудностями формирования навыка чтения и доказана ее биологическая эффективность. Показано, что дифференцированное воздействие на подсистемы бинокулярного зрения детей обеспечивает переход бинокулярных механизмов на качественно новый уровень функционирования, активное включение их в реализацию зрительно-пространственных функций, что способствует улучшению качественных и количественных характеристик чтения.

Впервые разработаны научные рекомендации по оценке функционального состояния бинокулярного зрения детей и созданию стереофильмов для детской аудитории.

Теоретическая и практическая значимость. Выявленные закономерности формирования механизмов пространственного зрительного восприятия у детей и подростков значительно расширяют представления о сенситивных периодах в созревании физиологических систем и дополняют современную теорию физиологии сенсорных систем человека. 

Новые научные факты о специфике функционирования монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного зрительного восприятия у детей и подростков с разными нозологическими формами зрительной патологии углубляют представления о физиологических механизмах внутрисистемных адаптационно-компенсаторных перестроек в условиях сенсорной депривации.

Полученные в ходе изучения детей с затруднениями в чтении результаты дополняют научные сведения о причинах трудностей обучения детей младшего школьного возраста.

Дифференцированный подход к оценке функционального состояния бинокулярной зрительной системы рекомендуется к применению в офтальмологической практике.

Разработанные в диссертации методические подходы по дифференцированному воздействию на разные подсистемы бинокулярного зрения позволяют обеспечить функционально-комфортное состояние бинокулярной зрительной системы и профилактику трудностей в чтении у детей.

Разработанные научно обоснованные практические рекомендации по съёмке стереофильмов для детской аудитории целесообразно использовать для совершенствования 3D-кинопродукции.

Реализация результатов исследований. Научные положения и разработки диссертационной работы используются в учебном процессе ГБОУ ВПО «Московский городской психолого-педагогический университет» и «Санкт-Петербургская государственная педиатрическая медицинская академия», ФГБОУ ВПО «Чувашский государственный педагогический университет им. И. Я. Яковлева»; НОУ «Российский новый университет», в работе офтальмологической службы ГУЗ «Республиканская клиническая офтальмологическая больница» Минздравсоцразвития Чувашской Республики и образовательных учреждений г. Чебоксары.

Апробация работы. Основные научные положения, разработки, выводы и рекомендации диссертации доложены и обсуждены на IX Международной конференции по исследованию зрения детей – CVRS (Gteborg, 2003); Международных конференциях по зрительному восприятию – ECVP (СПб., 2006; Utrecht, 2008; Regensburg, 2009; Lausanne, 2010); XX-XXI съездах физиологического общества им. И.П. Павлова (М., 2007; М., Калуга, 2010); X Международном конгрессе «Здоровье и образование в XXI веке» (М., 2009); Международных конференциях: «Физиология развития человека» (М., 2009); «Вариативные стратегии сопровождения учащихся с нарушениями письма и чтения» (М., 2009); «Биомеханика глаза» (М., 2009); IX Съезде офтальмологов России (М., 2010); Всероссийских (Чебоксары, 2005; 2011; СПб., 2007; 2010; М., 2009; 2010; Казань, 2009) и региональных (Чебоксары, 2009; 2010) научно-практических конференциях; научных сессиях докторантов, научных сотрудников, аспирантов и соискателей ФГБОУ ВПО «ЧГПУ им. И.Я. Яковлева» (Чебоксары, 2009-2011); семинарах лаборатории обработки сенсорной информации Института проблем передачи информации им. А.А. Харкевича РАН (М., 2003-2011); заседании Чувашского отделения физиологического общества им. И.П. Павлова (Чебоксары, 2011); расширенном заседании кафедры анатомии, физиологии и гигиены человека ФГБОУ ВПО «ЧГПУ им. И. Я. Яковлева» (Чебоксары, 2011).

Научные положения, выносимые на защиту:

  1. У детей и подростков в постнатальном онтогенезе имеет место гетерохронный характер формирования механизмов бинокулярного стереопсиса, аккомодационно-окуломоторного обеспечения фузии, бинокулярной интеграции и механизма биологического баланса монокулярных и бинокулярных подсистем пространственного анализа.
  2. Адаптационно-компенсаторные перестройки во взаимоотношениях бинокулярных и монокулярных механизмов пространственного восприятия у лиц с нарушениями зрения зависят от возраста, пола, нозологической формы зрительной патологии и длительности зрительной депривации.
  3. Реализация бинокулярных зрительных механизмов обеспечивает становление и развитие функциональной зрительной системы по успешному овладению чтением детьми младшего школьного возраста.
  4. Дифференцированное воздействие на разные подсистемы бинокулярного зрения у детей с затруднениями в чтении способствует оптимизации функционального состояния бинокулярной зрительной системы, приводящей к успешности чтения.

Публикации. По теме диссертации опубликовано 55 работ, в том числе 17 статей в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях согласно перечню ВАК России (7 из них включены в международные базы цитирования), 1 монография.

Структура и объем диссертации. Работа включает следующие разделы: введение (9 с.), обзор литературы (51), собственные исследования (200), обсуждение результатов исследований (27), выводы (2), практические рекомендации (2), список литературы (48) и приложения (6 с.).

Диссертация изложена на 340 страницах компьютерного исполнения, содержит 22 таблицы, 75 рисунков. Список литературы включает 496 источников, в том числе 241 зарубежный.

2. СОБСТВЕННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ


2.1. Организация, материал и методы исследований


Исследования проводили в период с 2003 по 2011 гг. на кафедрах анатомии, физиологии и гигиены человека, возрастной и специальной психологии ФГБОУ ВПО «Чувашский государственный педагогический университет им. И.Я. Яковлева» и лаборатории обработки сенсорной информации Института проблем передачи информации им. А.А. Харкевича РАН (г. Москва), а также на базе образовательных учреждений г. Чебоксары и г. Москвы с охватом 940 человек.

В соответствии с поставленными задачами исследования включали несколько этапов.

На I этапе было проведено комплексное исследование развития механизмов пространственного зрительного восприятия в возрастном интервале от 5 до 18 лет, включающее оценку остроты стереоскопического зрения, скорости бинокулярной интеграции, конвергентных и дивергентных фузионных резервов, баланса бинокулярных и монокулярных механизмов пространственного восприятия. В процессе выполнения работы было обследовано 620 детей и подростков. У детей 5-7 лет были сопоставлены показатели фузионных резервов и биологической зрелости организма. Биологическую зрелость (биологический возраст) оценивали по комплексу показателей: соматическая зрелость, зубной возраст, результаты выполнения филиппинского теста (М.В. Антропова, М.М. Кольцова, 1983; М.М. Безруких, 2006). Индивидуальные данные ребенка сравнивались со стандартами для соответствующего календарного возраста, что позволяло сделать вывод о замедленном или ускоренном темпе развития.

На II этапе было проведено исследование бинокулярных и монокулярных механизмов пространственного восприятия и их баланса у детей и подростков с разными нозологическими формами зрительной патологии. В исследовании приняли участие 170 слабовидящих детей 5-18 лет, из них 111 человек имели амблиопию разного генеза: рефракционную, дисбинокулярную, обскурационную и 59 человек имели заболевания нервно-зрительного аппарата со следующими клиническими формами основной зрительной патологии: частичная атрофия зрительного нерва; гипоплазия макулы и зрительного нерва; ретинопатия недоношенных; тапеторетинальная абиотрофия сетчатки. Все дети посещали специализированные детские сады и школы и находились под наблюдением врача-окулиста. Контрольную группу составили 285 офтальмологически здоровых детей того же возрастного диапазона с остротой зрения 1,0 ед.

На III  этапе исследовали специфику формирования бинокулярных механизмов у младших школьников с трудностями в чтении и осуществляли апробацию программы оптимизации у них функционального состояния бинокулярной зрительной системы. Отбор детей был проведен на основе анализа анамнестических данных, оптометрических измерений, логопедического обследования и оценки сформированности навыка чтения у 120 учащихся второго класса общеобразовательной школы. Учащиеся, имеющие сниженную остроту зрения, явные дефекты слуха и симптомы недоразвития устной речи в исследованиях не участвовали. Оценку чтения проводили в соответствии с рекомендациями А.Н. Корнева (1997), М.Н. Русецкой (2007), М.М. Безруких (2009). Фиксировали скорость чтения (количество слов, прочитываемых за минуту), способ чтения (побуквенный, слоговой, целыми словами), правильность чтения (наличие ошибок и их количество на 100 прочитанных слов).

На IV этапе исследовали вопросы обеспечения физиологического комфорта при пользовании современными 3D-технологиями для лиц с различным состоянием зрительных функций. Для анализа специфики восприятия стереокинофильмов было проведено анкетирование 110 зрителей в возрасте от 7 до 77 лет и исследование особенностей восприятия фильмов в 3D-формате лицами с различным состоянием зрительных функций (25 чел. в возрасте от 8 до 19 лет). Были разработаны научно обоснованные практические предложения по созданию стереофильмов для детской аудитории, учитывающие особенности морфо-функционального созревания бинокулярной зрительной системы детей.

У всех детей проводили оценку монокулярной и бинокулярной остроты дальнего (4,0 м) и ближнего (0,5 м) зрения и измеряли рефракцию.

Организация и процедура исследований соответствовали положениям Хельсинкской декларации Всемирной медицинской ассоциации. При обследовании слабовидящих детей учитывали требования тифлологии (Л.П. Григорьева, 1996; Л.И. Солнцева, 2000; Б.К. Тупоногов, 2003).

В связи с тем, что фундаментальными исследованиями, проведенными ранее другими авторами, доказано существование в зрительной системе нескольких автономных монокулярных и бинокулярных подсистем обработки информации, и совершенно очевидно, что охарактеризовать состояние пространственного зрительного восприятия и бинокулярного зрения одним показателем невозможно, в настоящее время требуется выделить основные функциональные показатели, качественно характеризующие эти механизмы в целом, и создать систему комплексной оценки бинокулярного зрения.

На основе анализа и обобщения современных представлений об организации пространственного восприятия и нейрофизиологических данных о бинокулярных механизмах человека нами были выделены четыре функциональных показателя:

  • острота бинокулярного стереозрения – отражает качество стереопсиса, то есть способность определять малые сдвиги объектов по глубине на основе бинокулярной диспаратности (геометрического различия двух сетчаточных изображений);
  • скорость бинокулярной интеграции – временная характеристика, отражающая способность зрительной системы за короткое время сформировать целостный образ объекта на основе двух неполных изображений в правом и левом глазу;
  • фузионные резервы – показатели совместной работы окуломоторного аппарата и сенсорных механизмов фузии, отражают прочность и помехоустойчивость фузии (формирования и сохранения единого трехмерного образа) при рассогласовании аккомодации и вергенции;
  • баланс бинокулярных и монокулярных механизмов пространственного восприятия – отражает особенности взаимодействия бинокулярных и монокулярных механизмов и относительный вклад бинокулярных механизмов в пространственное восприятие.

Оценка остроты бинокулярного стереозрения. Для количественной оценки остроты стереозрения измеряли пороги стереозрения методом пространственно-частотной стереовизометрии при помощи компьютерной программы «Стереопсис» (А.Е. Белозеров, 2005). Достоинством программы является возможность оценки малых стереопорогов, величиной до 1 (угловой секунды). Тестовым стимулом являлась стереопара, занимающая всю поверхность экрана и изображающая две расположенные одна над другой вертикальные решетки с синусоидальным профилем яркости и высоким контрастом. В каждом стимуле решетки имели одинаковую пространственную частоту, но различную диспаратность, поэтому при разделении полей зрения они казались отстоящими друг от друга по глубине.

За порог стереозрения принимали минимальную относительную диспаратность верхней и нижней решеток, при которой испытуемый надежно определял их взаимное расположение. Значение стереопорога является величиной обратной остроте стереозрения. Измерения проводили на пространственных частотах: 0,4; 0,5; 0,7; 1,0; 1,4; 2,0; 2,8; 4,0 цикл/град.

Оценка скорости бинокулярной интеграции. Для оценки скорости бинокулярной интеграции была использована интерактивная компьютерная программа, разработанная в ИППИ им. А.А. Харкевича РАН. В качестве тестовых объектов использовали схематические изображения букв, которые случайным образом разбивались на две части и предъявлялись правому и левому глазу на определенное время.

Время экспозиции варьировали в диапазоне от 50 до 800 мс. В каждом испытании для опознания последовательно предъявляли 10 тестовых символов (букв). Фиксировали вероятность правильного ответа (отношение количества правильно названных букв к общему числу предъявленных тестовых символов). Об интегративных способностях судили по минимальному времени предъявления фрагментов букв, обеспечивающему 75% правильных ответов.

Оценка фузионных резервов. Для оценки фузионных резервов применяли новую интерактивную компьютерную программу, разработанную в ИППИ им. А.А. Харкевича РАН. Отличительной чертой программы является использование чисто бинокулярных стимулов – случайно-точечных стереограмм (СТС). СТС на поле 140х140 мм кодирует тест-объект (ТО) в виде вертикальной полоски размером 114х26 мм, к которой по ходу процедуры измерения в случайном порядке добавляются маркеры, меняющие вид ТО. Скорость движения стимулов по экрану составляла 50 мм/мин. При измерении положительных (конвергентных) фузионных резервов правый стимул двигался влево, а левый – вправо, что приводило к постепенному увеличению угла конвергенции. При измерении отрицательных (дивергентных) фузионных резервов правый стимул двигался вправо, а левый – влево, что приводило к дивергенции зрительных осей.

Измерения проводили при расстоянии 50 см от экрана монитора. В отличие от призм и синоптофора, используемых в практике для оценки фузионных резервов, данная программа позволяла установить момент пропадания бинокулярного образа очень точно: как только испытуемый прекращал фузировать СТС, он переставал видеть закодированный ТО. За меру фузионных резервов принимали конвергентно-дивергентные нагрузки при сведении/разведении осей глаз от исходного угла конвергенции до критического угла, приводящего к потере фузии.

Все процедуры тестирования с использованием компьютерных программ проводили в условиях дихоптического предъявления стимулов. Для сепарации изображений применяли метод анаглифической гаплоскопии и очки с цветными фильтрами.

Оценка баланса бинокулярных и монокулярных механизмов пространственного восприятия. Для оценки баланса бинокулярных и монокулярных механизмов пространственного восприятия был использован стереокинетический тест. Зрительным стимулом служил плоский диск диаметром 12 см с кольцевым черно-белым паттерном, который вращался со скоростью 60 об/мин. Расстояние от глаз испытуемого до тест-объекта составляло 3 м. Задача испытуемого заключалась в оценке иллюзорной глубины (высоты виртуального конуса) в монокулярных и бинокулярных условиях наблюдения.

Для характеристики баланса бинокулярных и монокулярных механизмов вычисляли введенный нами коэффициент В по формуле:

В=(hm - hb)/hm,

где hm – средняя для двух глаз монокулярная оценка глубины, hb – бинокулярная оценка.

Математическую обработку полученного цифрового материала проводили методами описательной и вариационной статистики с использованием программных пакетов статистического анализа «Microsoft Excel-2007» и «StatSoft Statistica 6.0».

Отдельные этапы исследований были выполнены в процессе научно-исследовательской работы, поддержанной грантами:

  1. Грант Президента Российской Федерации для поддержки молодых ученых-кандидатов наук МК-7212.2006.4 «Особенности бинокулярных зрительных функций у детей, развивающихся в норме и имеющих нарушения зрения» (2006-2007).
  2. Грант РФФИ 09-04-90700-моб_ст «Научная работа российского молодого ученого Васильевой Н.Н. в Институте проблем передачи информации им. А.А. Харкевича РАН» (2009).


2.2. Возрастные особенности механизмов бинокулярного стереопсиса

Анализ работ по изучению стереозрения детей (E.B. Ciner et al., 1996; E.E. Birch, S. Salomao, 1998; J. Atkinson, 2000; C. Williams et al., 2001; Y. Takai et al., 2005; A.M. Brown et al., 2007) показывает, что механизмы восприятия глубины на основе бинокулярной диспаратности начинают формироваться у младенцев уже в первые месяцы жизни. Для оценки стереоскопической остроты зрения у детей за рубежом используют Titmus test и Randot stereo test, имеющие ограничения по измерению стереопорогов (20-40), а общепринятые отечест-венные тесты для точных измерений стереоостроты зрения отсутствуют. Из-за  «тестового вакуума» для малых значений стереопорогов, согласующиеся между собой данные по остроте стереоскопического зрения ранее были получены только для детей раннего и дошкольного возраста, у которых стереопороги в подавляющем большинстве случаев выше 20. Относительно дальнейшего развития механизмов стереозрения и его возрастной динамики  до сих пор не сложилось определенного мнения. Данная серия исследований, выполненная при помощи программы, обеспечивающей высокую точность измерений, позволила устранить разногласия в литературе относительно развития механизмов бинокулярного стереопсиса на протяжении школьного периода.

В ходе исследования выявлено, что величина порогов стереозрения во всех возрастных группах зависит от пространственной частоты (ПЧ) стимула (табл. 1). При увеличении ПЧ от 0,4 до 0,7 цикл/град стереопороги понижались (р<0,05);  в диапазоне частот от 1,0 до 2,0 цикл/град стереопороги были минимальными, а с повышением ПЧ от 2,8 до 8,0 цикл/град было зафиксировано их повышение (р<0,05).

Таблица 1

Показатели стереопорогов детей


ПЧ,

цикл/град

Возрастная группа, лет

7-8

9-10

11-12

14-15

16-17

0,4

132,7±13,9

125,5±14,1

92,7±26,7*

50,2±6,5*

62,2±9,8

0,5

86,7±9,6

85,6±15,4

38,5±6,2*

21,9±2,9*

23,0±3,0

0,7

41,1±4,8

29,5±3,4*

29,8±7,5*

15,2±1,7*

16,8±1,8

1,0

39,2±8,2

19,3±3,0*

17,3±2,1

10,7±0,6*

12,6±1,5

1,4

32,9±4,5

21,7±2,4*

14,6±1,6*

8,7±0,6*

11,4±1,2*

2,0

49,1±8,3

40,2±5,8

19,4±2,3*

9,2±0,6*

15,2±2,2*

2,8

91,2±15,7

82,8±14,2

49,4±8,2

16,3±1,8*

37,8±8,6*

4,0

156,0±19,4

155,6±21,8

108,6±11,9

49,8±5,4*

87,1±11,6*

5,7

172,4±23,1

160,8±16,5

142,7±13,0

101,5±9,0*

145,8±15,3*

8,0

214,6±28,7

191,6±17,2

150,2±11,8

135,2±8,7

142,8±10,6*

Примечание: * – достоверность различий между показателями стереопорогов по сравнению с предыдущей возрастной группой (р<0,05)

Полученные данные свидетельствуют, что уже у детей возрастной группы 7–8 лет функционируют оба механизма стереоскопического восприятия: фазовый и позиционный, лимитирующие верхний предел восприятия диспаратности на низких и на высоких пространственных частотах (A. Anzai et al., 1999).

Общий характер возрастных изменений стереопорогов в период от 7 до 14-15 лет заключался в статистически достоверном их снижении и увеличении остроты стереоскопического зрения на разных частотах в 3-4 раза (р<0,05). Это позволяет говорить о совершенствовании механизмов стереозрения на данном возрастном отрезке постнатального онтогенеза. В возрастной группе 16-17 лет выявлено достоверное снижение показателей остроты стереоскопического зрения на частотах 1,4-8,0 цикл/град (р<0,05) по сравнению с возрастной группой 14-15 лет.

Число испытуемых, имеющих стереопороги ниже 10 на оптимальных пространственных частотах (1,0-2,0 цикл/град), неуклонно повышалось до 15 лет (р<0,05): 12% в возрастной группе 7-8 лет; 28% в 9-10 лет; 51% в 11-12 лет; 89% в 14-15 лет; 82% в 16-17 лет.

Гетерохронность проявилась в разных сроках развития механизмов стереопсиса у мальчиков и девочек (рис. 1).

Рис. 1. Значения стереопорогов у мальчиков и девочек разных

возрастных групп

Примечание: * – здесь и далее достоверность различий между мальчиками и девочками (р<0,05)

До конца младшего школьного возраста показатели остроты стереоскопического зрения близки у детей обоего пола, а после 10 лет показатели мальчиков превышают показатели девочек: в возрастной группе 11-14 лет достоверные различия были обнаружены для пространственных частот 0,4; 1,0; 2,0; 2,8; 4,0 цикл/град (р<0,05); в возрастной группе 15-17 лет – 0,4; 0,7; 1,0; 2,0; 2,8; 4,0 цикл/град (р<0,05).


2.3. Возрастные особенности механизмов бинокулярной интеграции


Установлено, что в период от 7 до 15 лет происходит повышение способности зрительной системы к комбинированию информации, содержащейся в левом и правом сетчаточных изображениях (табл. 2). В каждой возрастной группе вероятность правильного ответа закономерно увеличивается с увеличением времени экспозиции тестового объекта. В возрастной группе 16-18 лет выявлена тенденция (0,05<p<0,1) к снижению скорости бинокулярной интеграции.

Обнаружено, что ускорение  интегративных процессов происходит дважды: в младшем школьном (9-10 лет) и подростковом возрасте (14-15 лет). Данный факт может быть связан с наиболее выраженными структурными преобразованиями в полях задней ассоциативной области коры, внутри- и межполушарных связях между ними, приходящимися на 9-10 и 15-16 лет (Д.А. Фарбер, М.М. Безруких, 2009). 

При анализе минимального времени предъявления фрагментов тестовых объектов, обеспечивающего 75% правильных ответов, установлены возрастные критические интервалы времени для осуществления бинокулярной интеграции: в 7-8 лет – 400 мс; в 9-10 лет и 11-12 лет  – 150 мс; в 14-15 лет – 60 мс; в 16-18 лет – 80 мс.

Таблица 2


Значения вероятности правильного ответа у детей и подростков

в зависимости от времени экспозиции тестового объекта


Время экспозиции тестового объекта (мс)

Возрастная группа, лет

7-8

9-10

11-12

14-15

16-18

50

0,19±0,16

0,28±0,21*

0,30±0,18

0,64±0,27*

0,56±0,30

100

0,55±0,18

0,68±0,20*

0,67±0,27

0,89±0,13*

0,80±0,25

200

0,65±0,16

0,84±0,17*

0,85±0,17

0,96±0,06

0,94±0,10

400

0,75±0,10

0,96±0,08*

0,98±0,10

1,0±0,00

1,0±0,00

800

0,92±0,00

1,0±0,00

1,0±0,00

1,0±0,00

1,0±0,00

Примечание: * – достоверность различий по сравнению с предыдущей возрастной группой (р<0,05)


Рис. 2. Возрастная динамика критического времени бинокулярной

интеграции в группах мальчиков и девочек

Общий характер временных изменений бинокулярной интеграции одинаков у мальчиков и девочек (рис. 2), однако практически во всем возрастном диапазоне скорость интеграции выше у мальчиков (критическое время меньше). Наиболее выраженные достоверные половые различия отмечены в 7-8; 9-10 и 11-12 лет: по средним показателям у девочек этих возрастных групп скорость бинокулярной интеграции была в 1,6-2,0 раза меньше, чем у мальчиков (р<0,05).


2.4. Возрастные особенности механизмов аккомодационно-окуломоторного обеспечения фузии


2.4.1. Оценка надежности нового метода измерения фузионных резервов. Надежность нового метода оценивали по результатам тест-ретест анализа (n=72 чел. 9-16 лет; средний возраст 12,1±2,7; 40 мальчиков, 32 девочки). Средние значения конвергентных фузионных резервов в тесте и ретесте составили: 13,59±4,59° и 13,40±4,50° (р>0,05); средние значения дивергентных резервов соответственно: –7,46±2,35° и –7,33±2,29° (р>0,05). Коэффициенты ранговой корреляции Спирмена были равны соответственно 0,74 (р=0,01) и 0,65 (р=0,01), что свидетельствует о хорошей воспроизводимости результатов измерения. Важнейшими факторами повышения надежности оценки фузионных резервов при помощи нового компьютеризированного метода исследования являются стандартизация и строгая регламентация процедуры измерений, максимальное уменьшение влияния личности экспериментатора, возможность использовать плавные, а не ступенчатые изменения вергенции.

2.4.2. Возрастная динамика фузионных резервов. Проведенная оценка фузионных резервов выявила гетерохронность их развития. Установлено, что наиболее быстрый темп увеличения фузионных резервов характерен для возрастного периода 5-10 лет (рис. 3).

Рис. 3. Динамика фузионных резервов у детей и подростков

В возрастной период от 5 до 11 лет конвергентные резервы нелинейно нарастают от 11,0±3,3° до 18,2±3,8° (р<0,001), а дивергентные от –5,4±1,7° до –8,1±1,9° (р<0,01). После некоторого пологого максимума, характерного для возрастного периода от 11 до 13 лет (18,2±3,6° в 12 лет; 18,6±3,9° в 13 лет, р>0,05), отмечается постепенное достоверное снижение конвергентных резервов после 14 лет (от 17,6±4,1° в 14 лет до 15,1±4,2° в 18 лет, р<0,05). По средним данным, дивергентные резервы, достигнув максимальных значений в 13 лет (–8,6±1,8°) с возрастом изменяются незначительно (р>0,05).

Дисперсионный анализ позволил установить, что наибольшее влияние возраста на фузионные резервы обнаруживается в дошкольный период детства и на начальном этапе обучения в школе (для конвергентных резервов: в 5-8 лет F=7,79; p<0,05; в 9-12 лет F=2,48; p>0,05; в 13-16 лет F=0,08; p>0,05; для дивергентных резервов: в 5-8 лет F=3,98; p<0,05; в 9-12 лет F=3,93; p<0,05; в 13-16 лет F=1,30; p>0,05).

Установлено, что возрастная динамика фузионных резервов зависит от пола. В 5–6 лет значения конвергентных резервов у мальчиков и девочек совпадают, а значения дивергентных статистически достоверно выше у девочек (р>0,05). Половые различия  в отношении конвергентных резервов начинают проявляться в 7–8 лет, нарастая к 9–10 годам. Этот факт может свидетельствовать о том, что психофизиологические механизмы, определяющие фузионные резервы, созревают у девочек раньше. В возрасте от 11 лет до 14 лет показатели фузионных резервов сближаются при незначительном превышении значений дивергентных резервов у мальчиков (p>0,05). В 15–18 лет конвергентные и дивергентные резервы у мальчиков достоверно превышают аналогичные показатели у девочек (р>0,05).

Нормативные значения фузионных резервов в отечественных публикациях представлены только для взрослых и составляют для конвергентных резервов 15-25°, для дивергентных резервов –3-5° (Е.Е. Сомов, 1989; Ю.З. Розенблюм, 1996; С.Н. Рожков, Н.А. Овсянникова, 2003). Ориентируясь на эти данные, можно отметить, что в возрастном интервале от 5-6 до 15-16 лет число детей с высокими конвергентными фузионными резервами (более 20°) по мере взросления неуклонно нарастало (0% в 5-6 лет; 28% в 9-10 лет; 40% в 13-14 лет; 45% в 15-16 лет, р<0,05), при этом количество детей с низкими конвергентными резервами (менее 10°) уменьшалось до 13-14 лет (34% в 5-6 лет; 9% в 9-10 лет; 2% в 13-14 лет, р<0,05). В возрастной группе 17-18 лет наблюдалось уменьшение числа детей с высокими конвергентными резервами (до 22%, р<0,05) и увеличение – с низкими (до 30%, р<0,05).

Иная закономерность выявлена в динамике высоких и низких значений дивергентных фузионных резервов. Установлено, что число детей с низкими дивергентными резервами в разных возрастных группах существенно не менялось (1-3%), в то время как с высокими резервами с возрастом неуклонно увеличивалось до 15-16 лет (2% в 5-6 лет; 11% в 9-10 лет; 21% в 13-14 лет; 35% в 15-16 лет, р<0,05).

Полученные данные о различии совершенствования положительных и отрицательных фузионных резервов позволяют сделать вывод, что механизмы конвергенции и дивергенции созревают в онтогенезе автономно. Наши результаты согласуются с данными, полученными Z. Kapoula (Z. Kapoula et al., 2007), которая отметила факт независимого управления конвергенцией и дивергенцией на корковом и субкорковом премоторном уровне.

2.4.3. Фузионные резервы у детей 5-7 лет с различной биологической зрелостью. Необходимость исследования фузионных резервов у детей 5-7 лет с учетом уровня биологической зрелости организма определяется первостепенной важностью механизмов фузии для успешного формирования школьно-значимых навыков (K.C. Holland, 1988; J.M. Reddington, K.D. Cameron, 1991; B.J.W. Evans et al., 1994; Р. Zoccolotti et al., 1999; F.P. Eperjesi, 2000), а также наличием зависимости индивидуальных темпов формирования системы зрительного восприятия от морфо-функциональной зрелости организма (Л.В. Морозова, 2008).

Результаты нашего исследования показали, что дети, имеющие одинаковую биологическую зрелость (в первую очередь это относится к зрелым и незрелым), но разницу в календарном возрасте в пределах от одного до двух лет, достоверно не отличаются между собой по показателям фузионных резервов.

Для оценки развития фузионных резервов в зависимости от биологического возраста дети были отобраны таким образом, чтобы календарный возраст каждой группы был одинаков. В результате средний возраст незрелых детей (с отставанием биологического возраста от календарного) составил 6,50±0,61; среднезрелых (с соответствием биологического возраста календарному) – 6,51±0,48; зрелых (с опережающим биологическим созреванием) – 6,51±0,54 лет. В ходе проведенного анализа данных выявлено, что конвергентные резервы в группе незрелых детей (9,2±3,5) были достоверно ниже, чем в группах среднезрелых (11,2±3,2) и зрелых (13,7±3,3), (p<0,05). По показателям дивергентных резервов различие между незрелыми (–5,8±2,5), среднезрелыми (–5,6±1,7) и зрелыми детьми (–6,1±1,6) не носило статистически значимого характера (р>0,05).

Дисперсионный анализ позволил  выявить достоверную связь между уровнем биологической зрелости и развитием конвергентных резервов у детей 5-7 лет (F = 7,53; р = 0,01).

2.5. Возрастные особенности баланса бинокулярных и монокулярных механизмов пространственного восприятия

В естественных условиях восприятия все механизмы пространственного анализа действуют согласованно, а адекватность формируемых пространственных образов проверяется в ходе зрительно-моторной активности. При этом отношения между разными нейронными механизмами могут быть не только кооперативными, но и конкурентными, поскольку в одних условиях более успешно работают одни механизмы, в других – другие, и вклад каждого механизма в видимый образ должен зависеть от его возможностей и уровня ошибок в конкретной ситуации. Стереокинетический тест позволяет провести оценку баланса между монокулярными и бинокулярными механизмами пространственного зрительного восприятия, так как в данном тесте эти механизмы противопоставляются друг другу: монокулярные механизмы порождают сильную стереокинетическую иллюзию объемности плоского объекта, а бинокулярные механизмы противодействуют этой иллюзии.

Проведенные исследования выявили, что при наблюдении вращающегося зрительного стимула в монокулярных условиях восприятия у всех детей возникал иллюзорный эффект глубины, а при переходе к бинокулярным условиям наблюдения большинство отмечало уменьшение иллюзии. Оценки высоты виртуального конуса в монокулярных условиях попадали в диапазон 20-25 см, а в бинокулярных – снижались до 10-15 см.

Установлено, что в каждой возрастной группе, начиная с 7 лет, в бинокулярных условиях наблюдения имеются случаи полного отсутствия иллюзии, то есть вращающийся диск может восприниматься как плоский объект. Число таких случаев было наибольшим в возрастной группе 9-10 лет (18%). В других возрастных группах на долю детей с полным отсутствием стереокинетической иллюзии при бинокулярном наблюдении приходилось от 1% до 8%.

Оценку баланса бинокулярных и монокулярных механизмов проводили на основании вычисления коэффициента В (см. стр. 11). Опираясь на представления о сложной структуре зрительной системы, многоканальности переработки информации и участии в оценке пространственных параметров монокулярных и бинокулярных подсистем зрения, мы рассчитали возможные индивидуальные варианты этого коэффициента в зависимости от особенностей функционирования у человека подсистем зрения. По нашим расчетам коэффициент В, отражающий нормативный для молодых взрослых баланс между механизмами, должен быть близким к 0,3. Снижение коэффициента В, приближение его к нулю и отрицательные значения возможны в случае недостаточной сформированности подсистем бинокулярного зрения, либо наличии в них нарушений.

Совокупность полученных данных показывает, что в интервале от 7 до 9 лет имеет место быстрое развитие бинокулярных механизмов пространственного зрительного восприятия. Средние значения коэффициента В в этот возрастной период увеличиваются от 0,22±0,27 до 0,50±0,28 (p<0,05). В возрасте от 10 до 12 лет коэффициент В в среднем остается на высоком уровне (0,51±0,25 в 10 лет; 0,48±0,20 – в 11 лет; 0,43±0,21 – в 12 лет; p>0,05). В возрастном интервале от 13 до 17 лет значения В приближаются к вычисленному нами теоретическому значению: 0,3.

Дисперсионный анализ подтвердил, что наибольшая зависимость баланса монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия от возрастного фактора наблюдается в дошкольном возрасте и на начальном этапе обучения в школе, когда с увеличением возраста происходит усиление вклада бинокулярных механизмов (в 5-7 лет F=8,43; p=0,001; в 7,5-9,5 лет F=6,24; p=0,01; в 10,5-12,5 лет F=1,01; p=0,05; в 13,5-16 лет F=1,0; p=0,05).

Возрастная динамика баланса монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия в группах мальчиков и девочек в целом была схожей по характеру. В то же время, было установлено, что эффективность влияния бинокулярных подсистем зрения на формирование пространственных образов достоверно (р<0,05) зависит от пола ребенка (рис. 4). В дошкольном возрасте среднее значение коэффициента В в группе мальчиков было достоверно выше среднего значения В у девочек (0,20±0,28 против 0,14±0,37). В младшем школьном возрасте знак различия поменялся: в 7-8 лет и в 9-10 лет средние значения В у девочек (0,28±0,32 и 0,59±0,29 соответственно) были достоверно выше аналогичных значений у мальчиков (0,22±0,12 и 0,44±0,26 соответственно). В 11-12 лет знак различия между мальчиками и девочками поменялся второй раз, причем средние значения коэффициента В в группах мальчиков превосходили по данному параметру девочек до конца исследованного нами возрастного периода онтогенеза.

Рис. 4. Возрастные изменения коэффициента В у мальчиков и

девочек

В ходе анализа данных было установлено, что в возрастных группах 5-6, 7-8, 9-10, 15-16 и 17-18 лет встречались единичные случаи с отрицательными значениями коэффициента В (4,6% из числа всех обследованных лиц), свидетельствующие о принципиально иных взаимоотношениях монокулярных бинокулярных механизмов. Подробный анализ каждого случая показал, что у детей младших возрастных групп (5-10 лет) по результатам стандартных медицинских осмотров офтальмолога не отмечалось каких-либо расстройств со стороны бинокулярного зрения. В старших возрастных группах (15-18 лет) ситуация была иной: четверо из пяти испытуемых с В<0 в детстве имели бинокулярные расстройства и лечились по поводу косоглазия. Обнаруженный факт позволяет предположить, что в период созревания зрительной системы и интенсивного совершенствования бинокулярных механизмов (дошкольный и младший школьный возраст) наличие у детей отрицательных значений В является отражением задержки естественного нормального процесса развития и установления оптимального взаимодействия между различными механизмами пространственного зрительного восприятия. В то же время, начиная с подросткового возраста, отрицательных значений В в норме быть не должно и случаи с В<0 могут быть только следствием бинокулярных расстройств.

Итак, руководствуясь методологией общей теории функциональных систем, разработанной П.К. Анохиным, в качестве важных узловых физиологических механизмов пространственного зрительного восприятия мы выделили бинокулярный стереопсис, бинокулярную интеграцию, механизмы аккомодационно-окуломоторного обеспечения фузии и механизм биологического баланса монокулярных и бинокулярных подсистем пространственного анализа. Результаты проведенных серий измерений свидетельствуют, что предложенная нами система комплексной оценки функциональных показателей пространственного восприятия позволяет проводить дифференцированное исследование и определять характер операциональной архитектоники пространственного зрения.

Выявленные нами закономерности развития механизмов пространственного зрительного восприятия подтверждают важные принципы системогенеза (принцип гетерохронной закладки и гетерохронного созревания компонентов функциональной системы и принцип минимального обеспечения функциональных систем). Полученные нами данные об увеличении до определенного возраста остроты стереоскопического зрения, скорости бинокулярной интеграции, фузионных резервов, эффективности влияния бинокулярных подсистем в пространственную оценку согласуются с имеющимися научными данными о продолжающемся морфо-физиологическом совершенствовании центральных механизмов зрительной системы на этом этапе постнатального онтогенеза, которое сопровождается положительной динамикой многих зрительных показателей, в частности – остроты зрения (Г.И. Рожкова и др., 2001; Е.А. Жукова, В.И. Циркин, 2008); точности зрительного восприятия (Л.Н. Медведев, И.И. Шошина, 2004); способности к различению цвета (K. Knoublauch et al., 2001) и др.

Для определения паттерна наиболее информативных функциональных показателей применительно к оценке развития пространственного зрительного восприятия у детей был применен дискриминантный анализ. Самыми информативными показателями, определяющими принадлежность к одной из исследуемых групп, оказались шесть переменных, имеющих наибольшие отношения межгрупповой и внутригрупповой дисперсий. В ходе дискриминантного анализа были получены следующие дискриминантные уравнения (канонические корни R1=0,952372, x2=555,6767, р<0,000000; R2=0,423159, x2=42,6188, р<0,002295):

F1 группа (7-10 лет) = 0,269КФР + 0,468БО + 0,094ОСЗ0,7 + 182,015БИ400 + 7,044 БОЗб – 29,093БИ100

F2 группа (11-14 лет) = 0,196КФР + 0,568БО + 0,141ОСЗ0,7 + 170,501БИ400 + 5,459 БОЗб – 34,628БИ100

F3 группа (15-18 лет) = -0,165КФР + 0,933БО + 0,161ОСЗ0,7 + 147,603БИ400 + 1,804БОЗб – 34,191БИ100,

где: КФР – конвергентные фузионные резервы; БО – бинокулярная оценка стереокинетического эффекта; ОСЗ0,7 – острота стереоскопического зрения для пространственной частоты 0,7 цикл/град; БОЗб – бинокулярная острота зрения для близи; БИ100, БИ400– скорость бинокулярной интеграции для времени экспозиции 100 и 400 мс.

При регрессионном анализе (в качестве зависимых переменных выступали функциональные показатели пространственного зрительного восприятия, а в роли независимой переменной – возраст) было получено следующее уравнение линейной регрессии:

F =  0,15КФР – 0,22ОСЗ0,4 – 0,16ОСЗ0,5 – 0,19ОСЗ1,4 + 0,366БИ50 + 0,205БИ100 – 0,14БИ200  (F=40,25377; df=6,221; t=14,581; р=0,000000),

где: КФР – конвергентные фузионные резервы; БО – бинокулярная оценка стереокинетического эффекта; ОСЗ0,4, ОСЗ0,5, ОСЗ1,4  – острота стереоскопического зрения для пространственных частот 0,4; 0,5; 1,4 цикл/град; БИ50, БИ100, БИ200 – показатели скорости бинокулярной интеграции для времени экспозиции 50, 100, 200 мс.

При анализе интеркорреляций между различными функциональными показателями было установлено отсутствие связи между ними, что может указывать на относительную независимость формирования механизмов, лежащих в основе их реализации.


2.6. Особенности баланса бинокулярных и монокулярных

механизмов пространственного восприятия у слабовидящих детей

с разными нозологическими формами зрительной патологии

В последние годы во всем мире отмечается рост числа слабовидящих детей. В нозологической структуре слабовидения у детей и подростков одно из ведущих мест занимают заболевания нервно-зрительного аппарата и амблиопия  (Е.С. Либман и др., 1994; Т.С. Егорова, 2005; В.В. Нероев, 2009). В многочисленных исследованиях показано, что при этих заболеваниях происходит функциональная реорганизация на уровне сетчатки, зрительных путей и коры головного мозга (H. Ikeda, 1978-1980; G.B. Arden, 1980; 1988; G.K. von Noorden, M.L. Crawford, 1992; R.F. Hess, 2001), приводящая к нарушению пространственной контрастной чувствительности и снижению остроты зрения (Ю.Е. Шелепин и др., 1985; А.М. Шамшинова и др., 2002);  наблюдается дефицит движений тела и нарушение восприятия движения (A.M. Norcia et al., 1991; L. Tychsen et al., 1996; C.M. Schor et al., 1997; A.J. Simmers et al., 2003).

Особое значение при слабовидении имеет вопрос о степени ослабления или потери бинокулярных функций, поскольку ответ на него позволяет понять специфику компенсаторных перестроек в условиях зрительной депривации, определяет тактику комплексного медико-педагогического сопровождения и ожидаемые результаты. В тех случаях, когда бинокулярные функции нарушены настолько, что прямыми стандартными тестами их состояние охарактеризовать не удается, перспективным подходом можно считать использование косвенных методов, к числу которых можно отнести стереокинетический тест.

Из анализа показателей центрального зрения следует, что острота зрения с очковой коррекцией у слабовидящих детей и подростков находилась в диапазоне от 0,05 до 1,0 ед. и была достаточной для различения структуры предъявляемого тест-объекта. Средние значения остроты зрения лучшего и худшего глаза в группах были следующими: при рефракционной и обскурационной амблиопии 0,4±0,3 ед. и 0,3±0,3 ед.;  при дисбинокулярной амблиопии 0,6±0,3 ед. и 0,3±0,2 ед.; при заболеваниях нервно-зрительного аппарата 0,3±0,2 ед. и 0,3±0,2 ед. соответственно.

В ходе исследования было установлено, что монокулярные оценки стереокинетического эффекта в группах слабовидящих детей (при заболеваниях нервно-зрительного аппарата – 18,2±7,8 и 19,0±7,9; при рефракционной амблиопии – 21,5±5,9 и 21,5±5,7; при дисбинокулярной амблиопии  – 19,1±7,2 и 18,8±7,5; при обскурационной амблиопии – 17,3±5,6 и 18,3±5,8) статистически не отличались  (р>0,05) от показателей контрольной группы (20,2±4,7 и 19,7±4,5, соответственно для правого и левого глаза).

Иная закономерность выявлена при анализе бинокулярных оценок: в контрольной группе они были достоверно ниже монокулярных (11,8±4,5; р<0,05), а в группах слабовидящих детей статистически не отличались (р>0,05) от монокулярных: при заболеваниях нервно-зрительного аппарата – 17,8±7,4; при рефракционной амблиопии – 19,8±5,9; при дисбинокулярной амблиопии – 19,8±5,9; при обскурационной амблиопии – 17,7±5,3.

Установлено, что во всех группах слабовидящих детей средние значения коэффициента В (0,0±0,3 – при заболеваниях нервно-зрительного аппарата; 0,07±0,2 – при рефракционной амблиопии; –0,10±0,2 – при дисбинокулярной амблиопии; –0,01±0,3 – при обскурационной амблиопии) были достоверно (р<0,01) ниже контрольных значений (0,41±0,2). Данный факт свидетельствует о значительном снижении эффективности влияния бинокулярных подсистем в пространственную оценку при слабовидении.

Частота случаев со сниженным вкладом бинокулярных механизмов в пространственное зрительное восприятие (В0), зависит от формы нозологии (70% при заболеваниях сетчатки и зрительного нерва; 50% при рефракционной амблиопии; 60% при обскурационной амблиопии; 84% при дисбинокулярной амблиопии). Полученные данные указывают на то, что в отсутствие оппозиции со стороны нормально развитых бинокулярных механизмов восприятия глубины, согласованные выходные сигналы двух монокулярных стереокинетических механизмов могут производить больший иллюзорный стереоэффект, чем каждый из них в отдельности. Не исключено, что в ряде случаев усилению эффекта может способствовать и механизм бинокулярной интеграции, формирующий «третью сетчатку» на уровне нейронов, суммирующих сигналы от обоих глаз без учета диспаратности.

Выявлено, что возрастная динамика взаимоотношений монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия зависит от формы нозологии. По данным настоящего исследования характер возрастных изменений, подобный контрольной группе, складывается в группе с рефракционной амблиопией: показатель В с возрастом увеличивается (от 0,007±0,3 в 6-10 лет  до 0,1±0,3 в 14-18 лет, р<0,05), указывая на потенциальную возможность развития бинокулярных механизмов у детей с данной глазной патологией.

Иная закономерность установлена в динамике коэффициента В в других группах слабовидящих детей. При заболеваниях нервно-зрительного аппарата происходит достоверное (р<0,05) уменьшение В с возрастом (от 0,09±0,3 в 6-10 лет до –0,11±0,2 в 14-18 лет). При дисбинокулярной амблиопии достоверных изменений В с возрастом не выявлено (–0,08±0,2 в 6-10 лет и –0,08±0,3 в 14-18 лет). Для обсуждения этого вопроса в группе детей с обскурационной амблиопией данных недостаточно, в то же время можно отметить тенденцию к уменьшению разброса значений В с возрастом и их приближение к нулю.

При рефракционной амблиопии обнаружено более слабое развитие бинокулярных механизмов при монокулярной депривации в сравнении с бинокулярной (F=11,5; р=0,02). При заболеваниях нервно-зрительного аппарата, дисбинокулярной и обскурационной амблиопии, развитие бинокулярных механизмов не зависело от латеральности и симметрии нарушений (F=1,26-1,98; р=0,5).

Результаты анализа влияния вторичного косоглазия и вида аномалий рефракции на силовые взаимоотношения механизмов пространственного восприятия при заболеваниях нервно-зрительного аппарата свидетельствуют об отсутствии связи между этими показателями (р>0,05).

При анализе зависимости баланса монокулярных и бинокулярных механизмов от интерокулярных различий в остроте зрения было установлено, что в группах с дисбинокулярной и обскурационной амблиопией величина интерокулярных различий не отражается на силовых взаимоотношениях бинокулярных и монокулярных механизмов.

Иная закономерность выявлена при рефракционной амблиопии: с увеличением разницы в остроте зрения лучшего и худшего глаза отмечается более слабое развитие бинокулярных механизмов, при этом коэффициент В имеет отрицательный знак (коэффициент корреляции Пирсона r = –0,33, р<0,05).

Дисперсионный анализ позволил установить высокую значимость влияния нарушений зрения на баланс монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия во всех возрастных группах (в 5-6 лет F=20,0; в 7-10 лет F=54,3; в 11-14 лет F=11,0; в 15-18 лет F=8,6; p<0,001).


2.7. Особенности развития бинокулярных зрительных функций

у младших школьников с трудностями в чтении

Для комплексной оценки бинокулярных зрительных функций и выявления специфики их формирования у младших школьников, имеющих трудности в овладении навыком чтения, было проведено измерение функциональных бинокулярных показателей в двух группах испытуемых – ЭГ (дети с трудностями в чтении) и КГ (учащиеся с высоким и средним уровнем сформированности навыка чтения). Различия между группами были определены как статистически достоверные по всем показателям чтения: скорости (р<0,0001), правильности чтения (р<0,002), способу чтения (р<0,0004).

Оценка фузионных резервов показала, что в ЭГ средние значения конвергентных и дивергентных резервов были ниже, чем в КГ (12,2±5,8о против 17,1±3,7о; р<0,01 и -5,0±2,5о против -5,9±2,1о; р<0,05).

При анализе развития механизмов бинокулярного стереозрения у детей двух групп установлено, что во всем диапазоне пространственных частот значения стереопорогов в ЭГ были выше, указывая на снижение остроты стереозрения по сравнению с КГ: 0,5 цикл/град – 94,9±8,8 против 70,5±8,7 (р<0,05);  0,7 цикл/град – 49,5±8,9 против 34,3±6,2 (р>0,05); 1,0 цикл/град – 45,7±9,0 против 20,7±4,3 (р<0,05); 1,4 цикл/град – 37,1±12,5 против 15,3±3,3 (р<0,05); 2,0 цикл/град – 59,7±7,9 против 48,7±3,8 (р<0,05); 2,8 цикл/град – 95,6±12,6 против 89,7±3,3 (р>0,05). Слабость фузионных механизмов и механизмов бинокулярного стереопсиса может быть источником сложностей с фиксацией букв и слов, смешения и замены букв, состоящих из одинаковых элементов, но по-разному расположенных в пространстве.

Результаты оценки скорости бинокулярной интеграции указывают на различия между группами в способности зрительной системы формировать единый образ объекта на основе двух неполных изображений в правом и левом глазу. При кратковременном предъявлении тестовых символов вероятность правильного ответа в ЭГ была значительно ниже чем в КГ: при 50 мс – 0,08±0,15 против 0,23±0,16 (р<0,01); при 100 мс – 0,38±0,23 против 0,63±0,19 (р<0,01); при 200 мс – 0,57±0,22 против 0,79±0,12 (р<0,01); при 400 мс – 0,75±0,24 против 0,93±0,10 (р>0,05); при 800 мс – 0,94±0,08 против 1,0±0,00 (р>0,05). Замедленная совместная обработка двух сетчаточных изображений может отрицательно сказываться на правильности восприятия букв и слов в момент фиксации, умении идентифицировать буквы и скорости чтения.

Корреляционный анализ позволил выявить взаимосвязи бинокулярных функциональных показателей с параметрами чтения: скорость чтения достоверно связана со скоростью бинокулярной интеграции (r=0,58, р<0,01), конвергентными  фузионными резервами (r=0,34, р<0,05) и остротой стереоскопического зрения (r=0,54, р<0,0002); правильность чтения имеет слабоположительные связи с  конвергентными фузионными резервами (r=0,35, р<0,05) и скоростью бинокулярной интеграции (r=0,32, р<0,04).

Итак, результаты данной серии исследований показали, что бинокулярные зрительные механизмы являются важным звеном функциональной системы, обеспечивающей овладение навыком чтения. В ходе исследования выявлено, что  функциональная незрелость бинокулярных механизмов пространственного зрительного восприятия у детей младшего школьного возраста может затруднять эффективное освоение технических навыков чтения и нарушать процесс его совершенствования. Итоги данного этапа исследований свидетельствуют о необходимости разработки программы оптимизации функционального состояния бинокулярной зрительной системы у данной категории детей.

2.8. Программа оптимизации функционального состояния

бинокулярной зрительной системы младших школьников

с трудностями в чтении

При разработке программы принципиально важными для нас явились данные фундаментальных исследований, свидетельствующие о наличии в зрительной системе человека большого числа параллельных каналов переработки информации, различающихся между собой по принципам и механизмам анализа (А.Я. Супин, 1974; 1981; Д.М. Вульф, 1983; И.А. Шевелев, 1984; 1992; J.M. Wolfe, 1986; A.I. Cogan, 1987; Г.А. Плосконос, 1989; В.Д. Глезер, 1992; И.Н. Пигарев, 1992; Г.И. Рожкова, С.Г. Матвеев, 2007). В качестве центрального условия оптимизации функционального состояния бинокулярной зрительной системы мы рассматриваем обязательное дифференцированное воздействие на все базовые бинокулярные зрительные механизмы: бинокулярный стереопсис, бинокулярную интеграцию, моторные и сенсорные механизмы фузии.

Программа включала 2 модуля (рис. 5). Целью первого модуля было развитие механизмов бинокулярного стереосинтеза. Основными средствами служили стереоскоп с набором специальных стереограмм и стереофотографий естественных сцен, анаглифические стереоиллюстрации и автостереограммы. Во втором модуле для развития и укрепления бинокулярных механизмов использовали разработанные в ИППИ им. А.А. Харкевича РАН интерактивные компьютерные программы, показавшие ранее высокую эффективность в коррекции функциональных зрительных нарушений у детей (Г.И. Рожкова и др., 1998; Т.А. Подугольникова и др., 2006; 2007).

Выбор формы и режима занятий, их насыщенности и продолжительности был осуществлен на основе принципов и условий обеспечения помощи детям со школьными трудностями (М.М. Безруких, 2009). Режим тренировок учитывал уровень сформированности бинокулярных зрительных функций у испытуемых и корректировался от сеанса к сеансу с учетом наблюдаемой динамики. По первому модулю было проведено 10 занятий, по второму – 15.


Рис. 5. Модель оптимизации функционального состояния

бинокулярной зрительной системы

При организации занятий были учтены фазы и недельная динамика работоспособности младших школьников, специфика работы на компьютере (В.Ф. Базарный, 1991; О.В. Григорьева и др., 2000; М.М. Безруких и др., 2005; Л.А. Леонова и др., 2010), а также  соблюдены санитарно-эпидемиологические правила и нормативы в отношении оборудования, освещенности, использования компьютеров в начальной школе.

Для максимально возможного разграничения влияния разработанной программы и развивающей школьной среды на изучаемые процессы у детей и получения возможности двухступенчатой оценки эффекта, ЭГ была поделена на две: ЭГ1 и  ЭГ2. Реализацию программы осуществляли в два этапа: на первом этапе работу проводили с детьми группы ЭГ1, а ЭГ2 при этом была контрольной, на втором этапе группы менялись ролями.

Анализ данных первого и второго контрольного срезов показал, что после проведенной работы все измерявшиеся показатели в экспериментальных группах выше по сравнению с исходным уровнем: в ЭГ1 – после первого этапа (первый контрольный срез), в ЭГ2 – после второго (второй контрольный срез).

Установлено, что темп прироста конвергентных фузионных резервов за время проведенной работы в ЭГ1 и ЭГ2 составил 40-42% и был выше такового в КГ на 32-34% (р<0,05). Подобная закономерность обнаружена и в динамике остроты стереоскопического зрения, которая в экспериментальных группах на пространственных частотах 0,5; 1,0; 1,4 цикл/град увеличилась в 1,6-2 раза по сравнению с исходным уровнем (р=0,002–0,03).

Наиболее значительные изменения наблюдались в развитии механизмов бинокулярной интеграции. Так, показатели скорости бинокулярной интеграции в ЭГ1 и ЭГ2 увеличились в 1,5–4 раза по сравнению с исходным уровнем (р=0,001–0,01) и в среднем оказались выше, чем в КГ (р<0,05).

Выявлено, что определенные положительные изменения в функциональных бинокулярных показателях произошли и в контрольной группе хорошо читающих детей. Не исключая стимулирующей роли измерительных процедур (комплексная оценка бинокулярных функций проводилась трехкратно и занимала продолжительное время), подобный факт можно рассматривать как дополнительное подтверждение продолжающегося созревания бинокулярных зрительных механизмов на данном возрастном этапе постнатального онтогенеза. Можно утверждать, что младший школьный возраст является благоприятным периодом для развития и совершенствования бинокулярных зрительных функций.

Анализ качественно-количественных параметров чтения показал, что за период проведения эксперимента во всех группах выросли оценки скорости и правильности чтения, что естественно и отражает общее положительное влияние образовательного процесса на формирование школьных навыков. Однако темп прироста скорости чтения в экспериментальных группах превосходил этот показатель в КГ (в ЭГ1 на 36,8%; в ЭГ2 на 28,8%; р<0,05). Аналогичная закономерность обнаружена в динамике правильности чтения, средние оценки которой к концу тренировок в экспериментальных группах были достоверно выше исходных значений.

По данным второго контрольного среза в ЭГ1 было выявлено продолжающееся более эффективное развитие конвергентных фузионных резервов, увеличение скорости бинокулярной интеграции и остроты стереоскопического зрения, зафиксирован более высокий темп изменения скорости чтения в сравнении с КГ. Этот факт может указывать на пролонгированное действие использованной программы, способствующей переходу бинокулярных механизмов на качественно новый уровень функционирования и приводящей к успешности чтения.

Таким образом, предложенная нами программа мероприятий оказалась эффективной как в отношении развития и укрепления бинокулярных механизмов, обеспечивающих базис зрительно-пространственных функций, так и в отношении совершенствования процесса чтения. Не преуменьшая значения известных биологических и социальных факторов, обусловливающих различные темпы созревания детей и возможные трудности их обучения в начальной школе, следует подчеркнуть, что полученные нами данные свидетельствуют о важности комплексного исследования состояния бинокулярного зрения для выявления группы риска и установления причин трудностей обучения чтению. Существенный положительный эффект разработанной программы указывает на целесообразность специальной тренировки бинокулярных зрительных функций у детей со сниженными показателями в целях профилактики и преодоления имеющихся трудностей в чтении.


2.9. Функциональные показатели бинокулярного зрения

и обеспечение физиологического комфорта при пользовании

современными 3D-технологиями

Современные 3D-технологии достигли такой степени развития и доступности, что становится неизбежным их широкое внедрение в образовательную, сферу, спорт и искусство (В.А. Елхов и др., 2001; L.M.J. Meesters et al., 2004; Ю.Н. Овечкис, 2006; C.Н. Рожков, 2008; M. Lambooij et al., 2009). В сравнении с обычными, стереоскопические изображения имеют значительные преимущества, создавая эффекты присутствия и вовлеченности в пространство наблюдаемой картины, облегчая функционирование механизмов интерпретации изображений, пространственного зрения и константности восприятия. В последнее время особую остроту и социальную значимость приобрели дискуссии по поводу трудностей восприятия 3D-фильмов и возможного вреда для здоровья.

Результаты опроса респондентов об их впечатлениях от просмотра фильмов в 3D-формате и мнениях о современном уровне качества 3D-контента показали, что в целом стереофильмы позитивно восприняты как взрослой, так и детской аудиторией. Из всех опрошенных своё впечатление оценили как «отличное» 52% зрителей; «хорошее» – 41%; «среднее» – 5%; «плохое» – 2%. По оценкам состояния после просмотра фильма показатели взрослой и детской аудитории несколько различались. Большинство детей отметили отсутствие усталости глаз, головной боли и каких-либо неприятных ощущений. Во взрослой аудитории  число случаев отсутствия усталости глаз и ее наличия было примерно одинаковым (51% против 49%), при этом у 13% респондентов возникли головная боль и головокружение во время просмотра стереофильма. Объясняя причины усталости, респонденты связывали её в основном с технической стороной демонстрации (давление очков, высокое и близкое расположение экрана, большое количество динамических сцен и высокая скорость перемещения объектов). 14% отметили наличие мельканий изображения и 30% – его двоения в отдельных эпизодах. Многие проявили понимание причин дискомфорта и возможности с ним справиться (надеть контактные линзы, пойти в другой кинотеатр, выбрать другое место в зале и т.д.). При этом ни один из опрошенных не предположил возможной взаимосвязи усталости глаз с особенностями собственного зрения.

Для анализа специфики восприятия фильмов в 3D-формате лицами с разными показателями функционирования зрительной системы мы провели у 25 опрошенных оценку остроты зрения, рефракции, фузионных резервов, скорости бинокулярной интеграции. Было установлено, что среди лиц с недостаточным  развитием отдельных зрительных функций, при схожести показателей, взрослые чаще испытывают дискомфорт, чем дети. Лица с высокими значениями остроты зрения (1,0 ед. и выше), хорошо развитыми фузионными резервами и высокой способностью к бинокулярной интеграции, как правило, не отмечали никаких ухудшений своего состояния за время стандартного сеанса. Среди лиц со сниженной остротой зрения, но хорошими фузионными резервами было больше положительных отзывов и меньше случаев усталости и других неприятных ощущений, чем среди лиц с низкими показателями фузионных резервов, а также с разницей в остроте зрения двух глаз. Лица, имеющие умеренные (некритические для восприятия стереоизображений) нарушения со стороны зрительных функций и просмотревшие более одного стереофильма, отметили, что их состояние во многом зависело от продолжительности сеанса. Так, если он не превышал 1,5 часов, впечатления были отличными и заметной усталости респонденты не ощущали.

Несмотря на значительное преимущество детей перед взрослыми в плане гибкости механизмов зрительного восприятия и большей готовности к принятию виртуальной реальности, восприятие изображений в 3D-формате может вызывать у них дискомфорт. Бинокулярная зрительная система детей дошкольного и младшего школьного возраста имеет свои морфо-функциональные особенности, которые необходимо учитывать при создании стереофильмов для детской аудитории. Важными анатомо-физиологическими показателями, на которые должны быть ориентированы параметры стереосъёмки и требования к демонстрации стереофильмов, являются межзрачковое расстояние, длина оси глазного яблока, острота зрения, острота бинокулярного стереозрения, фузионные резервы, скорость бинокулярной интеграции.

Межзрачковое расстояние учитывается при задании такого важного параметра стереосъёмки, как  базис зрения, определяющий величины горизонтальных параллаксов. В стереоскопии для взрослых за нормальное значение базиса принимают 65 мм. Известно, что в возрасте от 1 года до 6 лет межзрачковое расстояние увеличивается от  50 до 55 мм, а к концу обучения в школе доходит до 62-63 мм (Е.И. Ковалевский, 1980; N.A. Dodgson, 2004). Очевидно, что  при съёмке детских стереофильмов вместо взрослого стандарта базиса зрения в 65 мм, целесообразно использовать меньшие значения: 53 мм для дошкольников и 57 мм для младших школьников.

Меньшее по сравнению со взрослыми межзрачковое расстояние у детей при тех же экранных параллаксах будет обеспечивать более значительный выход виртуальных объектов  в предэкранное и заэкранное пространство. В связи с этим, в видеофильмах для детей дошкольного возраста при создании стереоэффектов «с выходом из экрана» и сильным приближением рассматриваемых объектов к зрителю желательно не допускать попадания этих виртуальных объектов в мануальное пространство ребенка. Так как у дошкольников еще не вполне сформирована  система зрительно-моторного взаимодействия, попытки детей дотронуться до виртуальных объектов, неизбежно заканчивающиеся неудачным исходом – промахом, могут нарушать закрепление связей между зрительной, тактильной и проприоцептивной  информацией, создавать конфликт между разными механизмами, замедлять развитие координации «глаз-рука».

Для функционирования бинокулярных механизмов восприятия глубины на основе диспаратности, являющейся мерой различий между изображениями объекта в левом и правом глазу, необходимо, чтобы острота зрения была достаточно  высока и позволяла эти различия обнаружить и оценить. В наших исследованиях установлено, что у большинства  дошкольников оптимальное расстояние для четкого восприятия изображений находится в пределах в 1,0-2,5 м (Н.Н. Васильева, 2002).

Более специфические с точки зрения восприятия стереофильмов различия между детьми и взрослыми определяются показателями функционирования бинокулярных зрительных механизмов (остротой стереозрения, фузионными резервами, скоростью бинокулярной интеграции). В ходе наших исследований было установлено, что у дошкольников и младших школьников эти параметры отличаются от взрослых, что необходимо учитывать при создании стереофильмов, ориентированных на детскую аудиторию.

3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ


В результате проведенного комплексного исследования были определены сроки и темпы гетерохронного созревания механизмов пространственного зрительного восприятия у человека в постнатальном онтогенезе, установлен возраст достижения максимального уровня и период намечающегося ослабления функций. Полученные данные позволили сформулировать научные положения, состоящие в том,  что развитие и становление бинокулярных зрительных механизмов продолжается в течение длительного периода. Наиболее быстрые темпы вовлечения бинокулярных механизмов в пространственное восприятие и улучшения различных функциональных показателей бинокулярного зрения  отмечаются в период от 5-7 до 9-10 лет. Совершенствование тонких бинокулярных механизмов продолжается до 14-15 лет. Эти факты находятся в соответствии с имеющимися научными данными о том, что участвующие в анализе пространственных характеристик затылочные, теменные, височные, лобные области коры мозга (В. Gulyas et al., 1994; Y. Nishida et al., 2001; M. Taira et al., 2001; R.M. Rutschmann, M.W. Greenlee, 2004; T. Naganuma et al., 2005; F.P.S. Fischmeister, H. Bauer, 2006) имеют длительные периоды морфо-функционального созревания. При этом наиболее значимые синхронные постнатальные структурные преобразования в различных отделах коры головного мозга происходят к 6-7, 9-10 и 13-14 годам (Т.Г. Бетелева, 1990; Д.А. Фарбер и др., 2000; Т.А. Цехмистренко и др., 2000; М.М. Безруких, 2010).

Согласно современным представлениям все функции формируются и претерпевают изменения в процессе взаимодействия организма со средой, а адаптивный характер функционирования организма в различные возрастные периоды определяется структурно-функциональной зрелостью физиологических систем и адекватностью воздействующих средовых факторов возможностям организма (В.Ф. Базарный, 1991; А.Д. Димитриев, 2004 и др.). В контексте этих представлений установленное нами снижение функциональных показателей пространственного зрения в юношеском возрасте может быть связано как с естественным возрастным снижением пластичности зрительных механизмов после их формирования, так и с влиянием различных неблагоприятных факторов окружающей среды.

Полученные нами результаты целесообразно использовать для определения нормативных данных по измерению фузионных резервов, остроты стереоскопического зрения, скорости бинокулярной интеграции, необходимых для мониторинга функционального состояния бинокулярной зрительной системы. При этом в соответствии с представлениями об адаптивном характере индивидуального развития следует отметить, что оптимальные режимы деятельности функциональных систем организма не универсальны (едины для всех сверстников), они определяются непрерывными динамическими процессами, отражающими взаимосвязь организма с окружающей средой. Это требует комплексного подхода к анализу реальных функциональных возможностей бинокулярной зрительной системы ребенка не только на основе количественной оценки показателей, но и качественной характеристики особенностей реализации специфических физиологических механизмов. Сочетание возрастного и индивидуального подхода к изучению своеобразия функционирования физиологических систем может обеспечить разработку адекватных гигиенических мер, способствующих полноценному здоровью и нормальному развитию организма ребенка.

На современном этапе появился целый ряд профессий, требующих наличия полноценного бинокулярного зрения (операторы управления высокоманевренными транспортными средствами, стереофотограмметристы, стереотопографы, работники монтажа микроэлектронной промышленности и др.). Затраты на их профессиональную подготовку довольно значительные. Поэтому важными являются своевременное профессиональное ориентирование школьников и их отбор до начала подготовки и обучения. В связи с этим предложенная нами комплексная система оценки функциональных бинокулярных показателей рекомендуется для клинической практики офтальмологов.

Исследование механизмов пространственного восприятия у детей и подростков с различными нозологическими формами зрительной патологии продемонстрировало специфичность адаптационно-компенсаторных перестроек в зрительной системе. При нормальном бинокулярном восприятии зрительная система использует во благо как различие, так и сходство сигналов, поступающих в мозг от левого и правого глаза. Наиболее точный механизм бинокулярного восприятия трехмерной формы объектов и их относительного расположения по глубине предполагает поиск соответствующих точек в двух сетчаточных проекциях и вычисление глубины на основе различий во взаимном расположении точек внутри этих проекций. Полученные результаты исследований показали, что при отдельных нозологических формах зрительной патологии, сопровождающихся нарушением нейронального обеспечения анализа зрительных сцен и полноценного взаимодействия бинокулярных нейронов, роль монокулярных механизмов в пространственном зрительном восприятии возрастает. Как указывал Дж. Гибсон (1988), процесс бинокулярного восприятия может быть организован и без поиска корреспондирующих точек: потоки информации от левого и правого глаз могут сопоставляться не между собой, а непосредственно с формируемым образом объекта. При таком механизме большее значение имеет сходство, а не различие информационных потоков. Очевидно, что для выявления различий нужна более высокая точность, чем для установления общего сходства. Поэтому при снижении остроты зрения более сохранными могут оказаться механизмы, основанные на интеграции сигналов от двух глаз. Эти данные объясняют развитие у слабовидящих детей и подростков специфического типа взаимоотношений между зрительными каналами с опорой на сходство, а не на различие двух сетчаточных изображений.

Результаты исследований показывают высокую значимость бинокулярных механизмов для овладения навыком чтения. Гетерохронный характер становления и развития бинокулярных функций определяет большую их индивидуальную вариабельность в период интенсивного морфо-физиологического созревания организма. Недостаточная зрелость бинокулярных механизмов может явиться препятствием для успешного старта обучения в начальной школе, обусловливая возникновение трудностей формирования навыка чтения и затрудняя адаптацию к учебным нагрузкам. Разработанная нами в экспериментальных условиях и научно обоснованная программа оптимизации функционального состояния бинокулярной зрительной системы на примере младших школьников с трудностями в чтении, показала свою высокую биологическую эффективность. Полученные результаты подтверждают тот факт, что задержка развития бинокулярных зрительных механизмов у некоторых детей в постнатальном онтогенезе может быть устранена созданием специальных условий. Основным физиологическим механизмом оптимизации функционального состояния бинокулярной зрительной системы и совершенствования процесса чтения является, на наш взгляд, направленная активизация не только специфических (бинокулярные механизмы), но и неспецифических (произвольная организация деятельности и ее регуляция) компонентов пространственного зрительного восприятия.

Состояние бинокулярных зрительных функций является определяющим фактором для полноценного восприятия кино-, теле- и видеопродукции в 3D-формате. При этом следует подчеркнуть, что стереофильмы должны быть сняты, смонтированы и продемонстрированы с учетом особенностей функционирования бинокулярных механизмов, а детям и взрослым необходимо обладать информацией о состоянии своего бинокулярного зрения.

4. ВЫВОДЫ


  1. Относительно быстрый темп развития физиологических механизмов пространственного зрительного восприятия у детей происходит в периоды старшего дошкольного и младшего школьного возраста (5-10 лет).
  2. У детей от 7 до 14-15 лет острота стереоскопического зрения на разных пространственных частотах увеличивается в 3-4 раза, что свидетельствует о продолжении формирования механизмов бинокулярного стереопсиса в возрастном аспекте; при этом острота стереоскопического зрения у детей разного пола статистически не различается до конца младшего школьного возраста, а затем у мальчиков достоверно выше, чем у девочек.
  3. Показано, что у детей обоего пола ускорение интегративных процессов формирования единого бинокулярного образа происходит в 9-10 и 14-15 лет; в периоды постнатального онтогенеза скорость бинокулярной интеграции у мальчиков значительно выше, чем у девочек (р<0,05).
  4. Развитие механизмов аккомодационно-окуломоторного обеспечения фузии осуществляется до 12-13-летнего возраста детей. Если фузионные резервы в дошкольном и младшем школьном возрасте выше у девочек, а в 11-14 лет не зависят от пола, то после 15 лет они достоверно выше у мальчиков.
  5. Наибольшая реализация бинокулярных механизмов пространственного восприятия у детей обоего пола отмечена в конце младшего школьного возраста (9-10 лет). Биологическая эффективность влияния бинокулярных подсистем на формирование пространственных образов у мальчиков выше в 5-6 и 11-18 лет, а у девочек – в 7-10 лет.
  6. У мальчиков и девочек в возрасте 5-7 лет выявлены корреляционные отношения между их биологической зрелостью и развитием фузионных механизмов.
  7. Развитость бинокулярных механизмов и баланс монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия в различные периоды постнатального онтогенеза обусловлены разными нозологическими формами зрительной патологии; у некоторых слабовидящих детей развивается специфический тип взаимоотношений зрительных каналов с опорой на сходство, а не на различие двух сетчаточных изображений.
  8. Дети младшего школьного возраста с трудностями в чтении имеют пониженные показатели остроты стереоскопического зрения, скорости бинокулярной интеграции, фузионных резервов по сравнению с таковыми у хорошо читающих сверстников (р<0,05).
  9.   Научно обоснована программа дифференцированного воздействия на бинокулярные механизмы детей младшего школьного возраста, направленная на обеспечение физиологически полноценного пространственного зрительного восприятия.
  10. У детей и подростков с нормально развитым бинокулярным зрением просмотр стереофильмов, созданных с учетом особенностей стереовосприятия в кинозале, вызывает сопоставимые с обычными фильмами нагрузки; при этом наибольший дискомфорт испытывают лица с нарушениями отдельных бинокулярных механизмов пространственного восприятия.

5. ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

1.  Рекомендуется:

  • ввести в «Паспорт здоровья школьника» (раздел «Мониторинг зрения») оценку остроты стереоскопического зрения, скорости бинокулярной интеграции, фузионных резервов, баланса бинокулярных и монокулярных зрительных механизмов пространственного восприятия;
  • использовать разработанный нами комплекс методов для оценки функционального состояния бинокулярного зрения, профессионального отбора, диагностики трудностей пространственного зрительного восприятия у детей и  ориентироваться на средневозрастные значения;
  • применять научно обоснованную программу оптимизации функционального состояния бинокулярной зрительной системы для профилактики и устранения трудностей в чтении у детей.

2. Специалистам в области создания 3D-кино-видеопродукции для детской аудитории  руководствоваться следующими положениями:

  • принимать в расчет в качестве базиса зрения для дошкольников 53 мм,  для младших школьников - 57 мм;
  • размеры объектов и проработка деталей в детских стереофильмах должны соответствовать стереоскопической остроте зрения, сниженной в 2-3 раза по отношению к норме для взрослого человека;
  • скорости изменения и движения бинокулярных объектов не должны выходить за пределы, определяемые временем бинокулярной интеграции;
  • в детских стереофильмах использовать меньший диапазон положительных экранных параллаксов;
  • при пользовании 3D-телевизорами и 3D-мониторами не следует допускать попадания виртуальных объектов в мануальное пространство дошкольников, чтобы не повредить развитию координационных механизмов «глаз-рука».

3. Научные положения, разработки и выводы диссертационной работы используются в учебном процессе ГБОУ ВПО «Московский городской психолого-педагогический университет» и «Санкт-Петербургская государственная педиатрическая медицинская академия»,  ФГБОУ ВПО «Чувашский государственный педагогический университет им. И. Я. Яковлева»; НОУ «Российский новый университет», в работе офтальмологической службы ГУЗ «Республиканская клиническая офтальмологическая больница» Минздравсоцразвития Чувашской Республики и образовательных учреждений г. Чебоксары; рекомендуются к использованию при составлении учебных программ ФГОС ВПО нового поколения, а также при написании учебных пособий по физиологии человека для студентов высших учебных заведений педагогических и медико-биологических специальностей.

6. Список опубликованных работ по теме диссертации

1.  Vasiljeva, N. N. Contribution of binocular mechanisms to the visual acuity in children / N. N. Vasiljeva, G. I. Rozhkova // Abstracts 9th meeting Child Vision Research Society. – Gteborg. – 2003. – Р. 150–151.

2. Podugolnikova, T. A. Visual acuity at different observation distances in children with normal vision and with amblyopia / T. A. Podugolnikova, G. I. Rozhkova, N. N. Vasiljeva // Abstracts 9th meeting Child Vision Research Society. – Gteborg. – 2003. – Р. 164–165.

3. Васильева, Н. Н. Анатомия, физиология и патология органов слуха, речи и зрения : уч.-метод. пособие / Н. Н. Васильева. – Чебоксары, 2004. – 83 с.

4. Rozhkova, G. I. Visual acuity in 5-7-year-old children: individual variability and dependence on observation distance / G. I. Rozhkova, T. A. Podugolnikova, N. N. Vasiljeva // Ophthal. Physiol. Opt. 2005. P. 66 80.

5. Васильева, Н. Н. Возрастная динамика бинокулярных зрительных функций у детей дошкольного и младшего школьного возраста / Н. Н. Васильева // Культурологические проблемы дошкольного образования в поликультурном регионе. – Чебоксары : Чуваш. гос. пед. ун–т, 2005. – С. 103–113.

6. Васильева, Н. Н. Бинокулярное зрение: механизмы, развитие, диагностика, коррекция: уч. пособие / Н.Н. Васильева – Чебоксары : Чуваш. гос пед. ун–т, 2005. –  97 с.

7. Васильева, Н. Н. Возрастные особенности интерокулярных отношений у детей в условиях бинокулярной конкуренции / Н. Н. Васильева // Глобальный научный потенциал : сб. мат. II Междунар. науч.-практ. конф. – Тамбов, 2006. – С. 277–281.

8. Vasiljeva, N. N. Age dynamics of ocular dominance assessed in conditions of binocular rivalry / N. N. Vasiljeva // Perception. – 2006. – V. 35. – Supplement. – P. 29–30.

9. Васильева, Н. Н. Анатомия, физиология и патология органов  зрения у детей : уч.-метод. пособие / Н. Н. Васильева. – Чебоксары : Чуваш. гос пед. ун–т, 2006. – 49 с.

10. Васильева, Н. Н. К проблеме исследования бинокулярной интеграции у детей / Н. Н. Васильева // Механизмы регуляции и взаимодействия физиологических систем организма человека и животных в процессах приспособления к условиям среды : Всеросс. конф. молодых ученых. – СПб., 2007. – С. 22.

11. Васильева, Н. Н. Бинокулярная интеграция в норме и при нарушениях зрения у детей / Н. Н. Васильева // Мат. XX съезда физиол. общества им. И.П. Павлова. – М., 2007. – С. 171–172.

12. Васильева, Н. Н. Методы оценки бинокулярных зрительных функций у детей дошкольного и младшего школьного возраста / Н. Н. Васильева // Стратегические вопросы мировой науки–2007: мат. II Междунар. науч.-практ. конф. – Днепропетровск : Наука и образование, 2007. – С. 48–51.

13. Васильева, Н. Н. Изучение механизмов бинокулярного зрения: уч.-метод. пособие / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова. Чебоксары : Издат. дом «Пегас», 2007. – 60 с.

14. Захарова, Г. П. Комплексное сопровождение детей с ограниченными возможностями здоровья на этапе предшкольной подготовки / Г. П. Захарова, Н. Н. Васильева, С. В. Велиева, Т. С. Гусева, А. Р. Мустафина, О. А. Сурова, В. И. Трофимова. – Чебоксары : Чуваш. гос. пед. ун-т, 2008. – 116 с.

15. Vasilyeva, N. N. Age dynamics of fusion capabilities assessed by means of RDS with markers for objective control of binocular image splitting / N. N. Vasilyeva, G. I. Rozhkova // Perception. – 2008. – V. 37. – Supplement. – Р. 102–103.

16. Рожкова, Г. И. Фузионные способности человека и возможности расширения диапазона параллаксов в стереофильмах без увеличения нагрузки на зрительную систему / Г. И. Рожкова, Н. Н. Васильева, С. Н. Рожков // Запись и воспроизведение объемных изображений в кинематографе и других областях : мат. I Всеросс. науч.-техн. конф. – М., 2009. – С. 75–86.

17. Васильева, Н. Н. Возрастная динамика фузионных резервов, измеренных при помощи циклопических тест-объектов с маркерами / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова // Сенсорные системы. 2009. Т. 23. № 1. С. 40-50.

18. Васильева, Н. Н. Фузионные резервы у младших школьников с трудностями в чтении / Н. Н. Васильева, А. П. Токарева,  Г. И. Рожкова // Альманах «Новые исследования». – 2009. – № 2 (19). – С. 25–26.

19. Васильева, Н. Н. Возрастные особенности фузионных резервов детей на начальном этапе обучения в школе / Н. Н. Васильева // Инновационные подходы к естественнонаучным исследованиям и образованию : мат. науч.–практ. конф. – Казань, 2009. – С. 42–44.

20. Васильева, Н. Н. Оценка клинической рефракции у детей предшкольного и школьного возраста / Н. Н. Васильева // Вестник РУДН. Серия Медицина. 2009. № 4. С. 253255.*

21. Рожкова, Г. И Фузионные способности человека и возможности расширения диапазона параллаксов в стереофильмах без нагрузки на зрительную систему / Г. И. Рожкова, Н. Н. Васильева, С. Н. Рожков // Мир техники кино. – 2009. – № 2. – С. 11–15.

22. Васильева, Н. Н. Смотрите – не смотрите / Н. Н. Васильева // Вестник РФФИ. – 2009. – № 3–4 (63–64). – С. 72–73.

23. Васильева, Н. Н. Взаимосвязь трудностей в чтении и показателей фузионных резервов у младших школьников / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова, А. П. Токарева // Вариативные стратегии сопровождения учащихся с нарушениями письма и чтения : мат. IV Междунар. конф. Российской ассоциации дислексии. –  М., 2009. – С. 21–24.

24. Васильева, Н. Н. Связь биологической зрелости и фузионных резервов у детей на этапе предшкольной подготовки / Н.Н. Васильева // Проблемы молодежи в контексте естественнонаучных исследований : сб. науч. статей. – Чебоксары, 2009. – С. 78–81.

25. Васильева, Н. Н. Фузионные резервы у детей 5-7 лет с различным биологическим возрастом / Н.Н. Васильева // Мат. Междунар. конф. «Физиология развития человека». – М., 2009. – С. 20–21.

26. Oganyan, T. A. Assessment of fusional reserves by means of interactive software: the effect of stimulus velocity / T. A. Oganyan, N. N. Vasilyeva, G. I. Rozhkova // Perception. – 2009. – V. 38. – Supplement. – Р. 105–106.

27. Рожкова, Г. И. Фиксационные движения глаз в естественных условиях зрительного восприятия / Г. И. Рожкова, Н. Н. Васильева, В. В. Огнивов // Биомеханика глаза 2009 : сб. трудов науч.-практ. конф. с междунар. участием. – М., 2009. – С. 18–24.

28. Васильева, Н. Н. Особенности зрительных функций у младших школьников с трудностями в чтении / Н. Н. Васильева // Науч.-инфор. вестник докторантов, аспирантов, студентов ЧГПУ им. И.Я. Яковлева. – 2009. – № 2 (14). – С. 62–67.

29. Рожкова, Г. И. Особенности пространственного восприятия слабовидящих школьников в монокулярных и бинокулярных условиях зрения / Г. И. Рожкова, Н. Н. Васильева // Другое детство : мат. II Всеросс. науч.-практ. конф. – М., 2009. – С. 107–109.

30. Васильева, Н. Н. Острота зрения детей предшкольного и младшего школьного возраста / Н. Н. Васильева // Здоровье и образование в XXI веке : сб. науч. трудов X Междунар. конгресса. – М., 2009. – С. 442–443.

31. Rozhkova, G. I. Fixational eye movements in natural conditions of visual perception / G. I. Rozhkova, N. N. Vasiljeva, V. V. Ognivov // Ocular Biomechanics : Proceedings of the international conference. – M., 2009. – P. 9–15.

32. Васильева, Н. Н. Возрастные изменения взаимодействия  монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова // Сенсорные системы. 2010. Т. 24. № 1. С. 18 26.

33. Васильева, Н. Н. Возрастная динамика фузионных резервов у мальчиков и девочек в период от 5 до 16 лет / Н. Н. Васильева // Вестник ЧГПУ им. И.Я. Яковлева. 2010. № 1 (65). С. 2025.*

34. Рожкова, Г. И. Сравнительные трудности восприятия фильмов в 2D- и 3D-форматах / Г. И. Рожкова, Н. Н. Васильева // Запись и воспроизведение объемных изображений в кинематографе и других областях : мат. II Всеросс. науч.-техн. конф. – М., 2010 – С. 9–25.

35. Васильева, Н. Н. Особенности бинокулярного зрения детей в разном возрасте и необходимость их учета при создании детских стереофильмов / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова // Запись и воспроизведение объемных изображений в кинематографе и других областях : мат. II Всеросс. науч.-техн. конф. – М., 2010. – С. 51–64.

36. Васильева, Н. Н. Гендерные особенности взаимодействия монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия у детей / Н. Н. Васильева // Современные проблемы естествознания : мат. респ. науч.–практ. конф. – Чебоксары, 2010. – С. 56–60.

37. Рожкова, Г. И. Сравнительные трудности восприятия фильмов в 2D и 3D форматах / Г. И. Рожкова, Н. Н. Васильева // Мир техники кино. – 2010. – № 2. – С. 12–18.

38. Васильева, Н. Н. Особенности бинокулярного зрения детей в разном возрасте и необходимость их учета при создании детских стереофильмов / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова // Мир техники кино. – 2010. – № 2. – С. 19–24.

39. Васильева, Н. Н. Фузионные резервы у детей 5–7 лет с различным биологическим возрастом / Н. Н. Васильева // Новые исследования. 2010. № 2 (23). С. 2430.*

40. Васильева, Н. Н. Развитие механизмов стереозрения на протяжении школьного периода / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова // Мат. XXI съезда физиол. общества им. И.П. Павлова. – М.–Калуга. – 2010. – С. 107.

41. Рожкова, Г. И. Компьютерный метод оценки фузионных резервов с объективным контролем нарушения фузии / Г. И. Рожкова, Н. Н. Васильева // Физиология человека. 2010. Т. 36. № 3. С. 135137.

41а. Rozhkova, G. I. A Computer-Aided Method for the Evaluation of Fusional Reserves with Objective Control of Fusion Break / G. I. Rozhkova, N. N. Vasiljeva // Human Physiology. 2010. Vol. 36. N. 3. P. 364366.

42. Васильева, Н. Н. Возрастная динамика остроты стереозрения у школьников / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова, А. Е. Белозеров // Сенсорные системы. 2010. Т. 24.   № 3. С. 179187.

43. Belozerov, A. E. Age dynamics of stereoacuity in school children / A. E. Belozerov, N. N. Vasilyeva, G. I. Rozhkova // Perception. – 2010. – V. 39. – Supplement. – Р. 160–161.

44. Васильева, Н. Н. Монокулярные и бинокулярные механизмы пространственного восприятия у слабовидящих детей с заболеваниями сетчатки и зрительного нерва / Н. Н. Васильева, С. И. Рычкова, Г. И. Рожкова // Дефектология. 2010. № 6. С. 3949.*

45. Васильева, Н. Н. Исследование скорости бинокулярной интеграции у школьников / Н. Н. Васильева // Вестник ЧГПУ им. И.Я. Яковлева. 2010. № 4 (68). Ч. 1. С. 2227.*

46. Васильева, Н. Н. Влияние нарушений зрения на взаимодействие монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова // Механизмы регуляции физиологических систем организма в процессе адаптации к условиям среды : мат. Всеросс. конф. с междунар. участием. – СПб., 2010. – С. 46–47.

47. Васильева, Н. Н. Исследование остроты стереозрения у детей младшего школьного возраста с помощью компьютерной программы «Стереопсис» / Н. Н. Васильева // Современные проблемы естествознания : сб. науч. статей. – Чебоксары, 2011. – С. 135–137.

48. Васильева, Н. Н. Бинокулярная зрительная система развивающегося организма (монография) / Н.Н. Васильева. – Чебоксары : Чуваш. гос. пед. ун–т, 2011. – 208 с.

49. Васильева, Н. Н. О пользе и вреде современных технологий формирования стереокиноизображений для людей с различным состоянием зрительных функций /  Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова, С. Н. Рожков // Мир техники кино. 2011. № 1. С. 715.*

50. Рычкова, С. И. Взаимоотношение монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия при разных видах амблиопии / С. И. Рычкова, Н. Н. Васильева // Сенсорные системы. 2011. Т. 25. № 2. С. 138150.

51. Васильева, Н. Н. Особенности фузионных резервов у детей 7-10 лет с трудностями формирования навыка чтения / Н. Н. Васильева // В мире научных открытий. 2011. № 2 (14). С. 154158.*

52. Васильева, Н. Н. Оценка бинокулярных зрительных функций у младших школьников с трудностями обучения чтению / Н. Н. Васильева // Новые исследования. 2011. № 2. С. 515.*

53. Васильева, Н. Н. Коррекция трудностей формирования навыка чтения у младших школьников в процессе развития бинокулярных зрительных функций / Н. Н. Васильева // Вестник ЧГПУ им. И.Я. Яковлева. 2011. № 2 (70). Ч. 1. С. 1925.*

54. Васильева, Н. Н. Особенности взаимодействия монокулярных и бинокулярных механизмов пространственного восприятия у слабовидящих детей / Н. Н. Васильева // Вестник офтальмологии. 2011. Т. 127. № 1. С. 1921.

55. Васильева, Н. Н. Тренировка бинокулярных зрительных функций у младших школьников с трудностями в чтении как фактор коррекционной работы / Н. Н. Васильева, Г. И. Рожкова // Новые исследования. 2011. № 3. С. 516.*



* публикации в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях согласно перечню ВАК России, в т.ч. включенных в международные базы цитирования.

Список сокращений:

КФР – конвергентные фузионные резервы

ДФР – дивергентные фузионные резервы

ОСЗ – острота стереоскопического зрения

ТО – тестовый объект

ПЧ – пространственная частота

БИ – бинокулярная интеграция

БОЗ – бинокулярная острота зрения

ед. – единицы (применительно к остроте зрения)

СТС – случайно-точечная стереограмма


       

Подписано к печати 21.10.2011 г. Бумага писчая. Печать оперативная.

Усл. печ. л. 2,0. Тираж 100 экз. Заказ №

Отдел полиграфии ФГБОУ ВПО «Чувашский государственный педагогический университет им. И. Я. Яковлева»

428000, г. Чебоксары, ул. К. Маркса, 38







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.