WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

ПОЛЯКОВА Галина Геннадьевна

ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ ИММУНИТЕТА ХВОЙНЫХ НА ПРИМЕРЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ФЛОЭМЫ СТВОЛА И ОФИОСТОМОВЫХ ГРИБОВ

03.01.05 – Физиология и биохимия растений

Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора биологических наук

Красноярск – 2012

Работа выполнена в Учреждении Российской академии наук Институте леса им. В.Н. Сукачева Сибирского отделения РАН Официальные доктор биологических наук, профессор оппоненты: Бабенко Андрей Сергеевич доктор биологических наук, профессор Мухин Виктор Андреевич доктор биологических наук, профессор Полонский Вадим Игоревич Ведущая Учреждение Российской академии наук Институт проблем экологии и эволюции им.

организация:

А.Н. Северцова РАН

Защита состоится «30» марта 2012 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.099.15 при Сибирском федеральном университете по адресу:

660041, г. Красноярск, пр. Свободный, 79, ауд. Р08-e-mail: nikgn5@gmail.com

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Сибирского федерального университета Автореферат разослан «27» февраля 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета д.б.н., доцент Н.А. Гаевский

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы Актуальность исследования иммунитета хвойных в отношении офиостомовых грибов связана с вспышками массового размножения стволовых вредителей – насекомыхксилофагов, переносящих эти грибы. Способность агрессивных видов насекомыхпереносчиков повреждать кроны здоровых деревьев при дополнительном питании создает угрозу метастабильного состояния очагов массового размножения (Исаев, Гирс, 1975). В последние десятилетия возникла угроза распространения сосудистых заболеваний хвойных, вызываемых патогенным комплексом офиостомовые грибы – нематоды, переносимым насекомыми-ксилофагами (Кулинич, 1993, Mireku, Simpson. 2002, Cardoza et al., 2008). Распространению патогенов способствует экспорт леса. Сосудистые микозы, вызываемые офиостомовыми грибами, известные на лиственных породах как голландская болезнь ильмовых и трахеомикозы дуба, вызвали гибель лиственных насаждений в середине прошлого века на обширных территориях (Лесная энциклопедия, 1985, Ceratocystis and Ophiostoma, 1999).

Опасность возникновения очагов массового размножения насекомых-вредителей и грибных эпифитотий связана с воздействием экологических повреждающих факторов на лесные массивы (Рахов, 1965, Яновский, 1991). В норме древесные растения устойчивы к офиостомовым грибам и отвечают на их инокуляцию сверхчувствительной некротической реакцией инфицированных клеток флоэмы, что является ярким примером иммунного ответа растительной ткани на действие патогена (Lieutier, Berryman, 1988, Paine et al., 1997, Yamaoka et al., 2004).

Понимание механизмов снижения иммунитета хвойных к патогенам в природных условиях необходимо для прогноза повреждения насаждений и разработки мер защиты.

Несмотря на длительный период изучения, физиологические механизмы устойчивости хвойных к насекомым-переносчикам и офиостомовым грибам, причины возникновение этих ассоциаций, а также роль грибов в преодолении порога устойчивости деревьев при повреждении их насекомыми остаются неясными (Lorio, 1988, Lieutier, 1999, Six, Wingfield, 2011).

На хвойных офиостомовые больше известны как грибы синевы древесины (Wong, Berryman, 1977, Seifert, 1999). Опыты с инокуляцией ствола хвойных живым мицелием показали накопление в зоне защитного ответа флоэмы терпеноидных соединений и снижение содержания углеводов (Wright et al., 1979, Solheim, 1999). Установлено, что содержание смолы в зоне некроза флоэмы, вызванного действием гриба, выше у деревьев, характеризующихся большей устойчивостью к насекомым-переносчикам (Wright et al., 1979, Cook, Hain, 1987). Роль фенольных соединений в устойчивости хвойных к действию патогенных организмов не ясна, поскольку отмечено как накопление (Witzell, Martin, 2008), так и снижение содержания этих соединений в зоне некроза (Brignolas et al., 1995).

Сезонная изменчивость характеристик иммунной реакции луба на инокуляцию ствола офиостомовыми грибами, продемонстрированная на деревьях хвойных (Reid et al., 1967, Paine et al., 1997), свидетельствует о зависимости этого ответа как от физиологического состояния дерева, так и экологических факторов. Для проверки такой связи сравнивали размер некроза и другие характеристики реакции луба на действие офиостомовых грибов у деревьев, находящихся в нормальных условиях и стрессированных экологическими факторами. Предполагалось, что влияние факторов среды на состояние дерева изменит характеристики этого ответа, что поможет понять физиологические механизмы устойчивости хвойных к патогенным организмам.

Изучение механизмов иммунитета лесообразующих видов в опытах с использованием паразитических грибов осложнено риском возникновения грибных эпифитотий при экспериментальном инфицировании деревьев. Замена живого мицелия веществом с аналогичными свойствами позволила бы решить эту проблему. Однако возможность использования в качестве такого вещества грибных препаратов в экспериментах с хвойными деревьями до настоящего времени не проверяли, что сдерживает исследование иммунитета растений к патогенам.

Цель исследования Определить физиологические механизмы защитной реакции флоэмы ствола, индуцируемой офиостомовыми грибами, и снижения устойчивости хвойных деревьев к этим патогенам при действии экологических факторов.

Задачи исследования 1. Провести сравнительное исследование защитной реакции разных видов хвойных на грибную инфекцию в норме и при стрессе (промышленном загрязнении, нарушении водного режима почвы, повреждении крон насекомыми-филлофагами).

2. Оценить защитную функцию фенольных соединений по результатам анализа анатомических, гистохимических и биохимических характеристик флоэмы ствола в зоне проявления иммунной реакции.

3. Исследовать роль высокомолекулярных экстрактивных веществ из мицелия патогенных грибов в индукции защитной реакции тканей хвойных с помощью измерения содержания фенольных соединений в модельных экспериментах на каллусах и проростках хвойных, а также на растущих деревьях.

4. Разработать метод ранней иммунодиагностики состояния деревьев и древостоев с применением мицелиальных экстрактов и провести его испытание на постоянных пробных площадях в фоновых и подверженных промышленному загрязнению древостоях сосны.

5. Оценить связь устойчивости деревьев к офиостомовым грибам и насекомымпереносчикам по параметрам ответа флоэмы ствола на действие грибного индуктора.

Термины «конденсированные дубильные вещества» и «проантоцианидины» (ПА), а также «луб», «живая кора» и «флоэма» использованы, как синонимы.

Защищаемые положения 1. Офиостомовые грибы, заносимые в проводящие ткани ствола хвойных насекомымиксилофагами, вызывают в зоне формирующегося некроза флоэмы защитную трансформацию клеточных стенок флоэмы и накопление в ней веществ, замедляющих рост грибов, что препятствует распространению мицелия в растительной ткани и увеличению некроза.

2. Ингибирование супрессорами офиостомового гриба раневой репарации флоэмы, поврежденной насекомыми-переносчиками, является одним из механизмов адаптации агрессивных видов офиостомовых грибов к растению-хозяину и возникновения ассоциации этих патогенов с насекомыми-ксилофагами.

3. Стрессовое воздействие экологического фактора, снижающее устойчивость хвойных деревьев к офиостомовым грибам и переносящим их насекомым, диагностируется по нарушению защитной реакции флоэмы на инокуляцию ствола мицелиальным экстрактом.

Научная новизна работы На примере взаимодействия флоэмы ствола хвойных и офиостомовых грибов определены физиологические механизмы индуцированной защиты, адаптации паразита к растению-хозяину и снижения устойчивости деревьев к патогенам. Оригинальность методики заключается в использовании грибного препарата вместо живого мицелия и измерении биохимических параметров защитного ответа при изменении экологической ситуации в насаждении. Выбраны стандартные условия инокулирования ствола грибным индуктором: доза мицелиального экстракта, высота расположения раневого отверстия на стволе, даты воздействия и регистрации параметров некротического ответа флоэмы ствола.

Впервые показано, что накопление лигнина и связанной формы конденсированных дубильных веществ, происходящее в результате их индуцированного синтеза при контакте клеток флоэмы с элиситорами гриба, препятствует распространению инфекции и увеличению сверхчувствительного некроза флоэмы. Установлено, что снижение иммунитета хвойных при экологических стрессах обусловлено нарушением защитной трансформации клеточных стенок. Зарегистрирован эффект ингибирования метаболитами офиостомового гриба ранней стадии лигнификации стенок ситовидных клеток во время раневой реакции флоэмы. Это позволило предложить гипотезу о причине возникновения ассоциации "насекомые-ксилофаги – офиостомовые грибы": подавление фитоиммунитета грибными супрессорами является выгодным для обоих партнеров короедно-грибного комплекса и содействует их поселению в тканях хвойных.

Теоретическая и практическая значимость работы Разработан метод индуцирования иммунного ответа флоэмы ствола хвойных экстрактивными высокомолекулярными веществами, выделенными из мицелия офиостомовых грибов. Метод позволяет выяснять физиологические механизмы паразитизма, обуславливающие существование сообществ, образуемых разными видами хвойных и офиостомовых грибов. При этом исключаются артефакты (разрушение клеточных структур гифами, выделение грибом продуктов метаболизма, поглощение им веществ растения-хозяина), а также риск инфицирования насаждений.

Испытания, проведенные в сосняках, доказали возможность стволовой иммунной диагностики состояния насаждений на ранней стадии ослабления промзагрязнением и пирогенным повреждением. Показана принципиальная возможность иммунодиагностики хвойных насаждений для оценки риска вспышек массового размножения насекомыхксилофагов.

Эксперименты показали возможность развития экологической дендроиммунологии, основанной на регистрации параметров иммунного ответа флоэмы ствола в изменяющейся экологической ситуации. Предложена гипотеза, согласно которой свободные ПА выполняют резервную функцию и расходуются во время синтеза лигнина и смолистых веществ в зоне защитной реакции флоэмы на действие грибных метаболитов в условиях пониженного содержания низкомолекулярных сахаров. Получено подтверждение концепции о снижении иммунитета растений в период активного роста.

Данные позволяют предполагать участие ПА и п-оксибензойной кислоты, подобно лигнину, в защитной трансформации клеточных стенок. В этом случае накопление поксибензойной кислоты на ранней стадии иммунного ответа, вероятно, обеспечивается резервными фондами хинной и шикимовой кислоты, характерными для хвойных.

Апробация работы Материалы диссертации были представлены на международных конференциях:

«Blue-stain Fungi, and Conifer Defence Systems» (Ос, Норвегия, 1995), "Экологофизиологические аспекты ксилогенеза хвойных" (Красноярск, Россия, 1996), "Physiology and genetics of tree-phytophage interactions" (Аркашон, Франция, 1997), конференция по анатомии и морфологии растений (С-Петербург, Россия, 1997), "Лиственница-98" (Красноярск, Россия, 1998), "Методы исследования состояния и устойчивости лесной экосистемы" (Красноярск, Россия, 1999), "Лес и общество: роль науки" (Куала-Лумпур, Малайзия, 2000), "Проблемы лесной фитопатологии и микологии" (Москва, Россия, 2002), "Строение, свойство и качество древесины" (С-Петербург, Россия, 2004), "Проблемы физиологии растений Севера" (Петрозаводск, Россия, 2004), "New Horizon of Bioscience in Forest Products Field" (Чунгбук, Южная Корея, 2004), "Грибы в природных и антропогенных экосистемах" (С-Петербург, Россия, 2005), "Лес как возобновляемый источник жизненных ценностей" (Москва, Россия, 2009), Междисциплинарный микологический форум "ММФ’2009" (Москва, Россия, 2009), «Проблемы экологии» (Иркутск, Россия, 2010), "ММФ-2010" (Москва, Россия, 2010), "Химия и полная переработка биомассы леса" (С-Петербург, Россия, 2010).

Публикации По теме диссертации опубликовано 43 печатных работы.

Объем и структура диссертации Диссертация состоит из введения, 6 глав, заключения, выводов, изложенных на 2страницах и списка литературы (128 отечественных и 112 иностранных авторов), включает 39 таблиц и 41 рисунок.

Благодарности Работа проводилась в комплексе с сотрудниками Института леса им. В.Н. Сукачева СО РАН: В.П. Ветровой (фитопатологические исследования), Н.В. Пашеновой (микробиологический материал), В.И. Поляковым (таксационные исследования), В.В.

Стасовой (анатомический анализ), Г.К. Зражевской (каллусы хвойных), И.В. Шеиным (анализ ВЭЖХ), О.Н. Зубаревой, Л.Н. Скрипальщиковой (данные по загрязнению). Автор благодарит сотрудников Института за предоставленный материал и участие в комплексных экспериментах, изложенных в совместных публикациях.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Глава 1. Оценка состояния деревьев и древостоев при действии экологических факторов, пассивный и активный иммунитет растений Различают два вида фитоиммунитета : пассивный и активный иммунитет, что соответствует понятиям конститутивная (первичная) и индуцированная устойчивость (Исаев, Гирс, 1975, Lieutier,1999). Первичная устойчивость – комплекс свойств, присущих растению вне зависимости от контакта с патогенами (фитонциды, кутикула и другие признаки). Индуцированная устойчивость проявляется как ответ растения на действие патогенных организмов (вирусов, бактерий, грибов, нематод, насекомых).

Представляемая работа была направлена на изучение механизмов активного иммунитета хвойных. При этом использовалась стандартная методика инокуляции ствола хвойных офиостомовыми грибами (Reid et al., 1967, Solheim, 1999).

Поиск индикаторов ослабления древесных растений экологическими факторами базируется в основном на исследовании первичной устойчивости (Гирс, 1982, Судачкова и др., 1997). Однако, попытки объяснить устойчивость хвойных к насекомым-ксилофагам с позиций конститутивного метаболизма оказались неудачными из-за отсутствия связи между свойствами, присущими растению вне зависимости от контакта с патогеном, и выживаемостью деревьев после нападения насекомых, переносящих патогены (Bakke, 1983). Использование характеристик индуцированного ответа для оценки угрозы повреждения хвойных короедно-грибными комплексами оказались более удачными, хотя научные основы этого подхода слабо разработаны, а результаты иногда противоречивы.

Весьма эффективной оказалась оценка риска повреждения хвойных насекомыми по активности вторичного смолообразования, вызванного инокуляцией ствола офиостомовыми грибами, (Wright et al., 1979, Cook, Hain, 1987).

Механизм участия терпенов в защитной реакции хвойных к насекомымпереносчикам и офиостомовым грибам остается неясным. Так, смоляные кислоты флоэмы не влияли на выживаемость личинок насекомого, но ингибировали прорастание спор офиостомового гриба. (Kopper et al., 2005). Вместе с тем, недавние генетические исследования показали, что офиостомовые грибы в ответ на обработку их терпенами растения после периода адаптации и перестройки генома способны использовать терпены в качестве единственного источника углерода (DiGustini et al., 2010). При этом в геноме гриба не были обнаружены гены, кодирующие ферменты, разрушающие растительные фенольные соединения.

Согласно унифицированной модели взаимодействие хвойных растений, вредителей и фитопатогенных грибов, переносимых насекомыми, включающее защитную реакцию растения, осуществляется с помощью экзогенных и эндогенных элиситоров (Berryman, 1988). Термин "элиситор" происходит от английского слова to elicite, что означает провоцировать. Экзоэлиситоры – это фрагменты покровных тканей вредителей, либо вещества фитопатогенных грибов, образующиеся при ферментативном действии на них растений. Эндоэлиситоры – фрагменты клеточных стенок растений, образующихся при их механическом повреждении, либо ферментативном расщеплении.

При разработке научных основ индуцированной устойчивости растений первоочередной задачей является изучение механизмов устойчивости и восприимчивости растений к патогенам, исследование природы грибных элиситоров. Выбор оптимального индуктора защитной реакции у хвойных предполагает необходимость выявления таких процессов в растительной ткани, которые обуславливают противоинфекционную защиту.

Перспективным представляется исследование фенольных соединений у хвойных в качестве индикаторов фитозащиты, поскольку протекторная роль этих веществ доказана в опытах на травянистых растениях (Vidhyasekaran, 2008).

В работе основное внимание было направлено на изучение участия фенольных соединений в иммунитете хвойных к патогенам и изменчивости характеристик индуцированной устойчивости в природных условиях. В качестве индукторов защиты хвойных проверяли экстрактивные высокомолекулярные вещества, выделенные из мицелия офиостомовых грибов, В некоторых модельных экспериментах также оценивали элиситорную активность экстрактов из грибов других систематических групп.

Глава 2. Объекты и методы исследований Исследование взаимодействия хвойных с офиостомовыми грибами проводили на основных лесообразующих породах Сибири: пихте сибирской, сосне обыкновенной, лиственнице сибирской, ели сибирской и кедре сибирском (табл. 1). В экспериментах использовали культуры грибов, выделенных из ходов опасных стволовых вредителей:

черного пихтового усача, большого лиственничного короеда, короеда-типографа (табл. 1).

Оценивали реакцию тканей флоэмы ствола на инокуляцию живого мицелия офиостомовых грибов разных видов или экстрактивных высокомолекулярных веществ, выделенных из мицелия, и на механическое поранение ствола (контроль).

Сравнивали защитный ответ флоэмы ствола на действие грибного индуктора у контрольных деревьев в нормальных условиях и деревьев, стрессированных каким-либо экологическим фактором – техногенное загрязнение, низовой пожар, подтопление, хроническая частичная дефолиация насекомым-филофагом. В очаге черного пихтового усача (Monochamus urussovi Fisch.) оценили связь устойчивости пихты сибирской к офиостомовым грибам и устойчивость деревьев к насекомому-переносчику. Сравниваемые древостои не различались по лесорастительным условиям и возрасту. На пихте и сосне также оценили изменчивость защитной реакции флоэмы в разные месяцы летнего периода.

Для проведения опытов использовали разные сочетания: виды хвойных растений, виды грибов (или экстрактивных веществ из мицелия), различающиеся по специализации к хвойному растению и насекомому-переносчику (табл. 1).

Таблица 1. Схема постановки природных экспериментов Насекомое- ксилофаг, Дерево-хозяин, Вид офиостомового Виды хвойных, на которых повреждающее хвойное из которого гриба проводили инокуляцию растение и изолировали ствола мицелием или переносящее гриб гриб грибным экстрактом Большой Лиственница Ceratocystis laricicola Larix sibirica лиственничный короед сибирская Larix Redfern & Minter Pinus sylvestris Ips cembrae Heer. sibirica Ledeb. Picea obovata Abies sibirica Pinus sibirica Большой Сосна Ophiostoma minus лиственничный короед обыкновенная (Hedgc.)H.& P. Syd. « Ips cembrae Heer. Pinus sylvestris L.

Короед-типограф Ель сибирская C. polonica (Siem.)C.

I. typographus L. Picea obovata Moreau « Ledeb.

Черный пихтовый усач Пихта Leptographium Monochamus urussovi сибирская Abies sibirica « Fisch. sibirica Ledeb Jacobs&Wingfield « « Ophiostoma sp. « Природные объекты для исследования иммунитета хвойных приведены ниже.

1. Пихта сибирская (Abies sibirica Ledeb) (возраст 120-140 лет, средний диаметр 24 см) в пихтарнике разнотравном (Южно-Енисейский округ подтаежных сосновых и горнотаежных пихтовых лесов Алтае-Саянской горной лесорастительной области (Чередникова и др., 1999)), 560525с.ш., 922613в.д., 385 м н.у.м., а также пихта в пихтарнике разнотравно-хвощевом в очаге черного пихтового усача на правобережье Енисейского района Красноярского края (Бахтинский округ среднетаежных темнохвойных и березовых лесов (Леса СССР, 1969), Приенисейская провинция темнохвойных и лиственничных лесов Средне-Сибирской плоскогорной лесорастительной области (Коротков, 1994)), 601545с.ш., 901524в.д., 63 м н.у.м. Характерной особенностью древостоя в очаге являлось избыточное увлажнение почвы при застое дождевой влаги на ее поверхности.

2. Ель сибирская (Picea obovata Ledeb.) 100-120 лет, диаметр 24 см, в ельнике приручьевом разнотравном (Южно-Енисейский округ подтаежных сосновых и горно-таежных пихтовых лесов Алтае-Саянской горной лесорастительной области (Чередникова и др., 1999)), 560818с.ш., 923204в.д., 260 м н.у.м. После сооружения плотины в 1950-х годах прибрежная часть древостоя около искусственного водохранилища подвергается сезонному подтоплению. В связи с подъемом уровня воды в водоеме освобождение подтопленного участка леса от поверхностных вод происходило в конце июня, а не в конце мая, как это наблюдалось в норме. В результате изменения водного режима в коренном типе леса – ельнике приручьевом – началась деградация мезофитного разнотравья, приведшая к появлению синузий осоки, растений-индикаторов избыточного увлажнения, например, калужницы болотной (Calta palustris L.). Отмечено снижение бонитета, годичного прироста, на опушке началось усыхание отдельных деревьев. Часть древостоя с нормальным водным режимом почвы служила контролем.

3. Лиственница сибирская (Larix sibirica Ledeb.) в средневозрастном сосняке разнотравном (Красноярско-Канский лесорастительный округ подтаежно-лесостепных сосновых и березовых лесов Средне-Сибирской плоскогорной лесорастительной области (Чередникова и др., 1999)), 560139с.ш., 924023в.д., 317 м н.у.м., а также лиственница в лиственничнике разнотравном 100-120 лет, диаметром 24 см, в спелом среднеполнотном насаждении состава 10Л (Южно-Хакасский округ подтаежных сосново-лиственничных и горно-таежных лиственнично-темнохвойных лесов Алтае-Саянской горной лесорастительной области (Смагин и др., 1980)), 544111с.ш., 892537в.д., 523 м н.у.м.

Древостой расположен в хроническом очаге лиственничной чехликовой моли (чехлоноски) Coleophora sibiricella Falk. (Lepidoptera; Coleophoridae). Контролем служили деревья в очаге без визуальных признаков повреждения хвои.

4. Кедр сибирский (Pinus sibirica (Rupr.) Mayr.) (возраст 80-90 лет, средний диаметр 20 см) в пихтарнике разнотравном состава 5П3Е2К (Южно-Енисейский округ подтаежных сосновых и горно-таежных пихтовых лесов Алтае-Саянской горной лесорастительной области (Чередникова и др., 1999)), 560525с.ш., 922613в.д., 385 м н.у.м.

5. Сосна обыкновенная (Pinus sylvestris L.) в пригородных сосняках Красноярска, различающихся по степени промышленного загрязнения и повреждения низовым пожаром. Средневозрастные сосняки представлены постоянными пробными площадями (ПП) №1-4, 7 (табл. 2), приспевающие сосняки – ПП 5, 6. ПП заложены в соответствии с Инструкцией по проведению лесоустройства в лесном фонде России (1995). Деревьям на ПП присвоены индивидуальные номера.

Сосновые древостои не различаются по лесорастительным условиям (КрасноярскоКанский лесорастительный округ подтаежно-лесостепных сосновых и березовых лесов Средне-Сибирской плоскогорной лесорастительной области (Чередникова и др., 1999)), типу леса, но испытывают разную степень техногенного загрязнения, о чем свидетельствуют данные наземного и космического зондирования снежного покрова.

Загрязненные ПП 1, 2, 7 расположены по розе ветров от города (560225с.ш., 930854в.д., 160 м н.у.м.), фоновые (ПП 3-6) – с противоположной стороны (около 7 км от черты города) (560155с.ш., 924052в.д., 270 м н.у.м.).

Таксационные характеристики фоновых древостоев на ПП 3, 4 близки таковым в центре загрязненного бора (площадью 400 га) на ПП 2 (табл. 2). На ПП 2-4 I бонитет. ПП и 7 представляют наиболее загрязненные участки с наветренной опушки бора – древостои с бонитетами II и III соответственно. Вместе с тем, ПП 7 находится вблизи от автострады.

В 1991-1998 гг. в г. Красноярске было отмечено 4-кратное снижение промышленной нагрузки (Государственный доклад…, 2008). Несмотря на это, в настоящее время уровень загрязнения атмосферы фторидами, бензапиреном, сернистым ангидридом и другими токсикантами характеризуется как очень высокий. Суммарное содержание на поверхности хвои таких элементов, как Pb, Cu, Zn, Co, Cr, Mn, Sr, Ni, F в загрязненном сосняке в 8 раз превосходит фоновый уровень (Татаринцев, Скрипальщикова, 2003). Содержание загрязняющих веществ в снежном покрове на ПП 1, 2, 7 превысило фоновый показатель на ПП 3-6 в 7 раз (37,5±3,7 г/м2 против 5,4±0,7 г/м2).

В загрязненном сосняке наблюдалось достоверное увеличение размера ряда морфологических параметров по сравнению с фоновыми характеристиками – возрастание длины годичных побегов, размера и массы хвои (Р>0,95). Эти изменения соответствуют неспецифическому адаптационному синдрому растений, согласно которому компенсационные процессы растения направлены на преодоление действия повреждающего экологического фактора.

Увеличение размера хвои компенсирует ухудшение условий фотосинтеза в связи с загрязнением хвои (в том числе из-за закупорки устьиц загрязняющими частицами и нарушения газообмена). При этом продолжительность жизни хвои, напротив, была снижена и составляла 4 года в загрязненном древостое против 5 лет в фоновом древостое.

Об ослаблении загрязненного бора свидетельствует также снижение годичного прироста луба по сравнению с фоновым показателем (Р>0,95).

Таблица 2. Таксационная характеристика древостоев на постоянных ПП на 1 га в год закладки ПП и в 2010 г.

Ос- Сум- Средние Запас, м3 Густота, шт.

Год нов- ма № Пол- воз- диауче- Состав ной площ. кате- высо- расту сухо- расту сухоПП нота раст, метр, та эл-т сеч., гория та, м щего стоя щего стоя лет см леса м1 2002 10СII+СI 1,4 СII 45,0 57 1,6 18,1 18,5 396 6 1671 2010 10СII+СI 1,5 » 50,2 65 1,4 19,8 20,3 477 7 1545 2 2002 9СII+СI ед.Б 1,5 СII 48,7 58 1,4 21,3 21,9 489 10 1286 2010 10СII+СI 1,5 » 53,7 66 1,4 23,3 23,9 581 7 1200 3 2002 9С1Б ед.Л 1,5 С 46,7 62 1,3 21,1 20,4 472 8 1430 2010 9С1Б ед.Л 1,6 » 51,6 70 1,4 23,0 22,3 558 5 1319 4 2002 9С1Л+Б 1,5 С 50,0 62 1,4 20,9 19,6 503 9 1664 1 2010 9С1Л+Б 1,6 » 53,2 72 1,6 23,1 22,0 578 17 1398 15 2003 10С ед.Л, Б 1,6 С 59,4 86 1,3 26,7 29,1 714 1 895 2010 10С ед.Л 1,7 » 63,5 94 1,4 27,8 30,6 788 10 864 6 2005 10С+Л 1,6 С 55,7 73 1,3 22,2 22,1 584 4 1456 2010 10С+Л 1,7 » 59,0 79 1,4 23,2 23,0 640 3 1425 7 2005 9СII1СI 1,5 CII 42,1 59 1,5 16,3 16,4 339 3 1980 2010 9СII1СI 1,5 » 44,5 64 1,5 17,2 17,4 376 6 1865 Примечание. CI и CII – сосна первого (материнского) и второго (дочернего) поколений соответственно; Б – береза; Л – лиственница; 10, 9, 1, +, ед. – коэффициенты участия породы (элемента леса) в составе древостоя, определяемые по запасу растущего леса, то есть 100, 90, 10, 2-5% и менее 2% запаса. Полнота – отношение фактической суммы площадей сечений стволов на высоте 1,3 м к табличной, взятой из стандартных таблиц сумм площадей сечений и запасов нормальных древостоев сосны (Третьяков и др., 1952). Диаметр измеряется на высоте 1,3 м.

На ПП проверяли возможность ранней диагностики состояния хвойных по параметрам иммунного ответа стволовой флоэмы на действие мицелиального экстракта Ceratocystis laricicola. Ежегодно измеряли – величину и смещение некроза относительно раневого отверстия во флоэме после инокуляции ствола мицелиальным экстрактом у случайно выбранных деревьев (по 20-25 сосен на каждой ПП), а также категорию состояния всех учетных деревьев (по 200-300 деревьев на ПП). В загрязненных и фоновых древостоях ежегодно определяли средний размер некроза и среднюю категорию состояния, взвешенные по запасу (объему стволов). Данные наблюдений заносили в базу данных, созданную в среде MS ACCESS.

Модельные эксперименты проводили на изолированных тканях (каллусах) и проростках хвойных, которые обрабатывали мицелием или экстрактами фитопатогенных грибов. Каллусные культуры лиственницы сибирской, ели сибирской и сосны обыкновенной выращены при стандартных условиях из отрезков гипокотилей. 15-дневные проростки сосны выращены в вегетационной песчаной культуре с использованием питательной смеси Уолкера (Бутенко, 1964) (1/4 от полного состава). Концентрация веществ в полной смеси (мг/л раствора). Ca(NO3)2·4H2O (236), KH2PO4 (86), KCl (149), MgSO4·7H2O (121), NH4H2PO4 (57), MnSO4·H2O (4,5), FeCl3 (1,5), H3BO3 (1,5), ZnSO4·7H2O (1,5), Mg2MoO4 (0,2), KJ (0,075).

Мицелий или выделенные из него экстрактивные вещества наносили на поверхность каллуса хвойных. Каллусы фиксировали 70%-ным этанолом через 24 и 48 часов после действия грибных индукторов. Кроме этого для инфицирования проростков сосны на поверхность субстрата для выращивания наносили суспензию спор гриба Fusarium sporotrichiella var. sporotrichioides титром 1 млн спор на 1 см3 субстрата. Отбор проводили через 72 часа после заражения, разделяя проростки на устойчивые и восприимчивые.

Грибы выделяли в культуру из образцов луба, поврежденных насекомымиксилофагами, и хранили на агаризованной среде. Мицелиальную массу наращивали на жидком пивном сусле методом «поверхностного» культивирования. После фильтрации грибную массу использовали для извлечения высокомолекулярной фракции, обозначенной, как грибной (мицелиальный) экстракт (Полякова и др., 2011). Белковую фракцию из грибного экстракта выделяли методом гель-фильтрации в максимуме при 290 нм. (Метлицкий, 1976).

Для оценки протекторной роли фенольных соединений и возможности использования грибного экстракта вместо живого мицелия регистрировали размер некроза (рис. 1), анатомические, гистохимические характеристики и содержание фенольных соединений в лубе ствола хвойных после его повреждения и внесения в раневое отверстие мицелия или мицелиального экстракта.

Рис. 1. Некротическое пятно на поверхности луба ствола сосны обыкновенной через 4 недели после внесения в раневое отверстие 0,5 мг экстрактивных веществ из мицелия гриба Ceratocystis laricicola. Мертвая кора удалена. НФ – некроз флоэмы.

В коре ствола высекали отверстия до заболони диаметром 7 мм. В эти раневые полости вносили 2-недельный мицелий грибов, либо его экстракт. Полости в живой коре закрывали ее высечками. Образцы луба извлекали в начале опыта и через различное время после его поранения или поранения в сочетании с воздействием грибного индуктора – экстракта или мицелия. Образцы луба отбирали на 310 деревьях (повторностях) после удаления мертвой коры.

Число отверстий, высеченных на каждом дереве в начале опыта, соответствовало числу вариантов эксперимента. Условия проведения опыта стандартизировали в соответствии с результатами предварительных экспериментов (высота расположения раневого отверстия на стволе 1,3 м; доза грибного экстракта в 1 отверстии – 0,5 мг в 50 мкл дистиллята; дата обработки флоэмы – середина июля).

При изучении изменчивости реакции в летний период воздействие на флоэму осуществляли также в середине июня и середине августа. Через 4-6 недель после начала опыта, когда размер некроза уже не увеличивался, измеряли длину некроза и размер его верхней части - расстояние от середины отверстия до верхнего края некроза, чтобы оценить (в %) вертикальную асимметричность («смещение») зоны некроза относительно отверстия (рис. 1).

Растительный материал фиксировали 70%-ным этанолом для определения содержания фенольных соединений, смолистых веществ и углеводов (Полякова и др., 2011). Часть образца луба фиксировали в 4% формалине. На поперечных микросрезах были проведены гистохимические пробы на обнаружение лигнина (с флороглюцином и серной кислотой), смолистых веществ (с ацетатом меди). Также определяли степень сформированности каллусного валика по периметру раны и некрофилактической перидермы в лубе, разделяющей некроз и живые ткани.

В растительной ткани определяли содержание лигнина с тиогликолевой кислотой (Venverloo, 1969), "целлюлозной" фракции (нелигниновых компонентов клеточной стенки), пентанорастворимых нелетучих смолистых веществ, низкомолекулярных сахаров методом восстановления меди (Вознесенский и др., 1962), ПА с помощью окисления смесью бутанол-соляная кислота (Stafford, Lester, 1986). Определение свободной и связанной форм ПА проводили при анализе экстрагированной этанолом и неэкстрагируемой частей растительного материала соответственно. Содержание общих ПА рассчитывали как сумму свободных и связанных ПА. п-оксибензойную кислоту анализировали методом ВЭЖХ.

Обработка данных выполнялась в системе STATISTICA методами корреляционного, дисперсионного (ANOVA) и регрессионного (линейного и нелинейного) анализа.

Глава 3. Оценка протекторной роли фенольных соединений в устойчивости хвойных к патогенным грибам Сравнивали реакцию флоэмы ствола пихты сибирской на действие двух видов офиостомовых грибов, различающихся по агрессивности. Ophiostoma sp. вызывал некрозы меньшего размера по сравнению с L. sibirica (рис. 2). Скорость накопления лигнина и ПА в зоне некроза флоэмы, вызванного Ophiostoma sp., была выше по сравнению с L. sibirica.

2х х х 10 7 14 0 7 Время, сутки Время, сутки Поранение Поранение Ophiostoma sp. Ophiostoma sp.

L. sibirica L. sibirica yi=a0*(1-Exp(-a1*x));Ri>0,99;Pi>0,0 2 4 6 Время, недели Поранение L. sibirica Ophiostoma sp.

Рис. 2. Размер некроза, содержание лигнина и общих ПА во флоэме ствола пихты через различное время после инокуляции мицелия Ophiostoma sp. и L. sibirica. "Х" отмечены различия между реакцией на инфекцию и поранение при Р>0,95.

Содержание Содержание лигнина, мг/г общих ПА, мг/г Размер некроза, мм Накопление общих ПА в зоне некроза через 2 недели после инокуляции ствола грибами с высокой степенью достоверности обратно коррелировало с величиной некроза (рис. 3).

R=-0,8;P=0,999;y=57-0,6*x Рис. 3. Размер некроза луба ствола пихты сибирской через 14 суток после инокуляции мицелия Ophiostoma sp. и L. sibirica в связи с накоплением в лубе содержания общих ПА во 2 неделю после действия грибов.

0 20 40 Таким образом, активность изменения содержания Содержание ПА и лигнина в зоне некротической реакции флоэмы общих ПА, мг/г пихты сибирской на действие офиостомовых грибов Ophiostoma sp.

характеризовала активность защитного ответа дерева.

L. sibirica Устойчивость пихты к грибам была выше у деревьев с более высокой устойчивостью к насекомому-переносчику грибов – черному пихтовому усачу (рис. 4). Так, размер некроза был меньше, а активность накопления лигнина и ПА была выше у деревьев, характеризующихся большей устойчивостью к насекомому. Опыты были проведены в очаге усача на деревьях, которые через 3 недели после инокуляции грибами были заселены усачом во время его массового лета. Плотность поселения усача 5-6 насечек на дм2 поверхности ствола. На следующий год после заселения усачом устойчивые деревья еще сохраняли жизнеспособность, а ослабленные, обозначенные как неустойчивые, погибали.

240 Х Х 213 7 14 3 7 Время, сутки Время, сутки Х 7 Время, сутки Устойчивые к усачу деревья Неустойчивые к усачу деревья Рис. 4. Параметры ответа флоэмы через различное время после инокуляции ствола мицелием Ophiostoma sp. у пихты сибирской, различающейся по устойчивости к усачу.

«Х» отмечены параметры достоверно различающиеся у неустойчивых и устойчивых к усачу деревьев при Р>0,95.

мм Размер некроза, Содержание Содержание лигнина, мг/г общих ПА, мг/г Размер некроза, мм Измерение характеристик реакции в разные фенофазы летнего периода показало большую активность накопления лигнина и смолы в середине сезона вегетации, характеризующегося более высоким уровнем сахаров в стоволовой флоэме по сравнению с июньской фенофазой – в период активного роста побегов и высокой камбиальной активности (рис. 5). Результаты согласуются с концепцией снижения активности защиты в период активного роста.

1Х 110 7 14 0 7 Время, сутки Время, сутки Х 0 7 14 0 7 Время, сутки Время, сутки Июнь Июнь Июль Июль Рис. 5. Параметры ответа флоэмы пихты сибирской через 7 и 14 суток после инокуляции ствола грибом Ophiostoma sp. в разные фенофазы вегетационного периода.

«Х» отмечены параметры, различающиеся в июне и июле при Р>0,95.

При заражении проростков сосны обыкновенной спорами Fusarium sporotrichiella содержание лигнина и ПА было существенно выше у проростков устойчивых к фузариозу по сравнению с восприимчивыми растениями в 4,3, 1,4 раза соответственно (Р>0,95).

Воздействие экстрактивных веществ из мицелия разных видов рода Fusarium на каллусы сосны обыкновенной показало, что через 2 суток после обработки содержание лигнина в растительной ткани обратно коррелировало с патогенностью грибов, из которых были выделены экстракты (Р>0,95) (рис. 6). Патогенность R = -0,72; P = 0,96; y = 97-0,3*x грибов была определена предварительно по доле отпада сеянцев сосны обыкновенной при их заражении разными 1видами грибов рода Fusarium.

Рис. 6. Корреляция между содержанием лигнина в каллусах сосны обыкновенной через 2 суток после обработки экстрактом из мицелия разных видов Fusarium и патогенностью грибов, оцененной по проценту заражения проростков сосны обыкновенной разными 0 20 видами грибов рода Fusarium.

% зараженных проростков смолы, мг/г Содержание Содержание лигнина, мг/г мг/г ПА, мг/г свободных Содержание Содержание олигосахаров, лигнина, Содержание % от контроля Таким образом, опыты на деревьях и проростках хвойных доказывают протекторную функцию лигнина и ПА.

Глава 4. Элиситорная активность высокомолекулярных экстрактивных веществ из мицелия офиостомовых грибов в опытах на деревьях и каллусах хвойных Внесение грибного экстракта, как и живого мицелия, в отверстие, высеченное во флоэме ствола, вызывало увеличение некроза луба по сравнению с контрольным некрозом от поранения у разных хвойных видов (табл. 3).

Таблица 3. Длина некроза в лубе через 4 недели после инокуляции ствола хвойных 0,5 мг грибного экстракта, либо мицелием офиостомового гриба Вариант инокуляции Вид гриба Грибной Живой Контроль 1 экстракт мицелий Лиственница сибирская – 14,3 ±0,6 – – – – – C. laricicola – 18,0 ±1,1 0,004 22,2 ±2,0 0,000 0,0O. minus – 18,0 ±0,9 0,002 35,2 ±3,0 0,000 0,0C. polonica – 20,9 ±2,0 0,001 19,6 ±0,8 0,000 0,6L. sibirica – 18,4 ±1,6 0,011 26,4 ±2,9 0,000 0,0Ophiostoma – 18,5 ±1,6 0,010 33,4 ±3,3 0,000 0,0sp.

Сосна обыкновенная – 23,3 ±1,6 – – – – – C. laricicola – 38,5 ±4,3 0,004 77,8 ±15,3 0,000 0,0O. minus – 42,0 ±6,3 0,001 98,6 ±9,2 0,000 0,0C. polonica – 45,3 ±7,5 0,001 52,0 ±7,9 0,000 0,5L. sibirica – 49,6 ±10,6 0,004 47,4 ±6,7 0,000 0,8Ophiostoma – 42,3 ±4,1 0,000 70,4 ±7,0 0,000 0,0sp.

Ель сибирская – 17,4 ±1,5 – – – – – C. laricicola – 22,6 ±2,3 0,068 20,6 ±1,6 0,274 0,6O. minus – 19,8 ±1,4 0,276 44,2 ±4,2 0,000 0,0C. polonica – 28,2 ±4,1 0,011 18,6 ±1,7 0,679 0,1L. sibirica – 25,8 ±3,7 0,028 28,6 ±4,2 0,005 0,6Ophiostoma – 27,3 ±3,0 0,004 56,4 ±10,7 0,000 0,0sp.

Кедр сибирский – 23,0 ±1,8 – – – – – C. laricicola – 27,7 ±2,2 0,115 33,0 ±6,1 0,045 0,3O. minus – 26,8 ±2,9 0,255 42,0 ±5,9 0,001 0,0C. polonica – 32,6 ±2,6 0,005 42,0 ±2,5 0,000 0,0L. sibirica – 27,7 ±2,9 0,164 43,3 ±7,8 0,001 0,0Ophiostoma – 37,9 ±4,5 0,003 44,0 ±4,6 0,000 0,4sp.

Примечание. Приведены средние значения и их ошибки для 5–7 деревьев. 1, 2 – уровни значимости отличия от контроля; 3 – уровень значимости различия длины некрозов, вызванных действием экстракта и мицелия одного и того же вида гриба. Полужирным шрифтом отмечены достоверные различия при <0,05 (=1-Р).

На примере пихты сибирской и лиственницы сибирской было показано, что грибной экстракт вызывал изменение содержания фенольных соединений во флоэме аналогичное их изменению при действии живого мицелия (рис. 7, приведены данные для лиственницы).

Отмечено накопление лигнина.

b c 2b b 2a b a a a 1a a 1a a a b a a 1b b Рис. 7. Размер некроза (n=10), содержание лигнина и ПА (n=3) в зоне ответа луба лиственницы сибирской через 14 суток после инокуляции ствола индукторами гриба Ophiostoma sp. Разными буквами отмечены значения достоверно отличающиеся друг от друга при Р>0,95.

Лиственница сибирская в отличие от пихты сибирской после инокуляции ствола мицелием и его экстрактом в середине июля характеризовалась резким снижением содержания свободных ПА во флоэме (рис. 7). У пихты уменьшение содержания ПА отмечено только в случае грибной инокуляции 15 июня (рис. 5), когда уровень сахаров во флоэме ствола был понижен. Результаты позволяли предположить возможность катаболизма ПА, как дыхательного субстрата R = -0,70; P=0,99; y=215-0,5*x при синтезе протекторного соединения – лигнина. Отрицательная корреляция между 2содержанием свободных ПА и лигнином свидетельствуют в пользу этого 200 предположения (рис. 8).

Рис. 8. Корреляция между содержанием 160 свободных ПА во флоэме через 14 суток после инокуляции ствола лиственницы сибирской грибными индукторами – грибным 1экстрактом, его белковой фракцией, 40 80 120 1мицелием Ophiostoma sp.

Содержание свободных ПА,мг/г мм мг/г Размер лигнина, некроза, Содержание Мицелий Мицелий Поранение Поранение Интактный луб Интактный луб Экстракт гриба Экстракт гриба Белковая фракция Белковая фракция ПА, ПА, мг/г мг/г общих свободных Содержание Содержание Мицелий Мицелий Поранение Поранение Интактный луб Интактный луб Экстракт гриба Экстракт гриба Белковая фракция Белковая фракция Содержание лигнина, мг/г Для выявления физиологических механизмов увеличения размера опытного некроза, вызванного грибным экстрактом, по сравнению с контрольным некрозом от поранения сравнивали анатомические и биохимические параметры зоны ответа стволовой флоэмы сосны на опытное и контрольное повреждение луба. В обоих вариантах отмечено формирование изолирующей перидермы, разделяющей живые и некротизированные ткани, а также каллусного валика по периметру раны. Оба вида повреждения луба уже через суток вызвали накопление смолы в сердцевинных лучах, в норме заполненных углеводами и выполняющих транспортную и запасающую функцию.

В стенках ситовидных клеток флоэмы уже через 1 сутки после поранения отмечено накопление лигнина в норме не свойственного флоэме (рис. 9). В опытном варианте с использованием грибного экстракта накопление лигнина начиналось позднее, чем при механическом поранении луба, что доказывает ингибирование синтеза лигнина грибными метаболитами и присутствие в мицелиальном экстракте супрессоров фитозащиты.

Рис. 9. Поперечный разрез зоны реакции луба ствола сосны обыкновенной через сутки после поранения при окрашивании флороглюцином. Накопление лигнина начиналось в срединных пластинках (СП) ситовидных клеток (СК). ПК – паренхимная клетка. Масштаб 10 мкм.

Биохимические параметры ответа в опыте и контроле различались количественно, но направление изменения было одинаковым – лигнин, связанные ПА, смолистые вещества существенно накапливались, а содержание свободных ПА, низкомолекулярных сахаров, "целлюлозы" (нелигниновых компонентов клеточной стенки) достоверно снижалось (рис. 10). Факторный дисперсионный анализ показал, что изменение содержания лигнина, смолы, свободных ПА и сахаров происходит более активно в варианте опыта с обработкой луба грибным экстрактом по сравнению с контрольным вариантом – поранением 1луба (табл. 4). Таким х образом, грибные 1элиситоры включают синтез протекторных веществ – лигнина и смолы.

28 0 2 14 Время, сутки Время, сутки 3х 1Рис. 10. Влияние экстракта гриба C. laricicola на параметры 0 2 14 28 0 2 14 раневой реакции флоэмы Время, сутки Время, сутки ствола сосны 12обыкновенной. "Х" 1х отмечено различие 9параметров при разных х 1вариантах обработки 600 флоэмы (поранение и поранение в сочетании с 0 2 14 28 0 2 14 действием 0,5 мг грибного Время, сутки Время, сутки экстракта) по t-критерию 1при Р>0,95. "Целлюлоза" – 21нелигниновые 1компоненты клеточной стенки.

0 2 14 28 0 2 14 Время, сутки Время, сутки Поранение Поранение Таблица 4. Достоверность Грибной экстракт Грибной экстракт изменения содержания проанализированных веществ во флоэме ствола сосны в зависимости от варианта опыта (1 – поранение или 2 – инъекция экстракта C. laricicola) и времени после воздействия на флоэму (0, 2, 14, суток) Источник Статистическая значимость факторного воздействия (P=1-р) изменчивости Лиг- "Цел- Связанн Свободны Общие Смола Низкомолеку параметров реакции нин люлоза" ые ПА е ПА ПА лярные (фактор) углеводы Вариант опыта 0.975 ns ns 0.992 0.988 0.979 0.9(1 и 2) Время после начала 0.999 0.999 0.980 0.999 0.999 0.999 0.9опыта Примечание. Число повторностей – 4. Лигнин, "целлюлозу" и связанные ПА оценивали по концентрации в неэкстрагируемом остатке, свободные ПА – в экстрагируемом остатке, смолу и низкомолекулярные углеводы – в полном образце. Критерий р рассчитан в программе STATISTICA, ANOVA. ns – влияние фактора не значимо.

Размер некроза, мм Содержание лигнина, мг/г Содержание Содержание свободных ПА,мг/г связанных ПА, мг/г Содержание Содержание общих ПА, мг/г "целлюлозы", мг/г смолы, мг/г Содержание Содержание сахаров,мг/г R = -0,85, Р = 0,99; y = 377,3 - 2,9*x О возможности использования ПА 3как субстрата при синтезе защитных веществ свидетельствует выявленная отрицательная корреляция между содержанием смолы и ПА, смолы и сахаров, в зоне некроза (Р>0,95) (рис. 11).

21Рис. 11. Корреляция между содержанием смолы и общих ПА (верхний 40 60 график), и содержанием смолы и Содержание общих ПА, мг/г низкомолекулярных углеводов (нижний R = -0,81, Р = 0,98; y = 300,0 - 1,6*x график) в лубе ствола сосны 3обыкновенной через 28 суток после 2 поранения или обработки луба 0,5 мг экстракта гриба C. laricicola. Указаны номера 4 деревьев.

2140 80 1Содержание сахаров, мг/г Поранение Грибной экстракт Была выявлена достоверная связь снижения свободной формы и накопления связанной формы ПА в лубе, после поранения R=-0,42 ;P=0,96;y=87-0,1* x и действия грибного экстракта (Р>0,95), что свидетельствует о возможности перехода свободных ПА в связанную форму и участии этих соединений в защитной трансформации клеточной стенки (рис. 12).

Рис. 12. Отрицательная корреляция между содержанием свободных и связанных ПА в зоне реакции луба на поранение и Поранение 0 100 200 300 инокуляцию ствола сосны обыкновенной 0, Грибной мг экстракта C. laricicola.

Содержание экстракт свободных ПА,мг/г Содержание смолы, мг/г Содержание смолы, мг/г Содержание связанных ПА,мг/г Проведение опытов на каллусах позволило исключить влияние фактора поранения растительной ткани, что было актуальным в связи с неспецифичностью ответа на оба вида повреждения луба – поранение и инъекцию грибного экстракта. Грибной экстракт наносили на поверхность каллуса, в отличие от опытов на деревьях, в которых для обеспечения контакта экстракта и живой растительной ткани необходимо предварительное поранение луба. В каллусах хвойных после воздействия на них грибными экстрактами было отмечено накопление полимерных фенольных соединений (лигнина, связанных ПА) и мономерного фенольного соединения (п-оксибензойной кислоты в свободной и связанной форме) (рис. 13-15).

Лиственница сибирская Ель сибирская 140 1Х Х 120 1100 180 Х Х Х 1Х 2,12,1, Контроль Контроль C.laricicola C.laricicola C.polonica C.polonica Рис. 13. Содержание лигнина и связанных ПА в каллусах хвойных через 48 часов после действия грибов Ceratocystis laricicola и C. polonica и их метаболитов. По оси абсцисс обозначены варианты обработки каллусов: "Дистиллят" – дистиллированной водой, "Среда" – культуральной средой после выращивания гриба, содержащей грибные экзометаболиты, "Экстракт" – грибным экстрактом, "Мицелий" - живым мицелием. «Х» отмечены значения достоверно отличающиеся от контроля ("Дистиллят") при Р>0,95.

мг/г мг/г лигнина, лигнина, Содержание Содержание Cреда Среда Экстракт Экстракт Мицелий Мицелий Дистиллят Дистиллят ПА, мг/г ПА, мг/г связанных связанных Содержание Содержание Среда Среда Экстракт Экстракт Мицелий Мицелий Дистиллят Дистиллят Дистиллят (контроль) Грибной экстракт 1Х Рис. 14. Накопление свободной поксибензойной кислоты в каллусных культурах лиственницы сибирской и ели 1сибирской через 48 часов после действия экстрактов из мицелия гриба C.laricicola, мг/г сухого каллуса. «Х» отмечены 80 значения, отличающиеся от контроля при Р>0,99.

Х Увеличение содержания связанной п-оксибензойной кислоты указывает на возможность участия этого протекторного соединения в укреплении клеточной стенки во время защитной Лиственница Ель реакции растения на инфекцию (рис. 15).

Рис. 15. Содержание X свободной и связанной форм п-оксибензойной кислоты в каллусе лиственницы сибирской после обработки экстрактом C. laricicola, мг/г сухого каллуса. «Х» отмечены значения, 24 отличающиеся от контроля Время, часы при Р>0,95.

X Таким образом, 30 модельные опыты на каллусах хвойных 24 подтвердили элиситорную Время, часы активность метаболитов Дистиллят (контроль) офиостомовых грибов – их Грибной экстракт способность активировать синтез протекторных веществ в тканях хвойных.

Известно, что оксибензойные кислоты (С6-С1 – соединения) в растениях могут синтезироваться по фенилпропаноидному пути из оксикоричных (С6-С3 – соединений), которые также являются предшественниками лигнина и ПА, и из промежуточного продукта шикиматного пути – дегидрошикимовой кислоты (Осипов, Шеин, 1990, Запрометов, 1993, с. 113) (рис. 16). В опытах с обработкой каллусов лиственницы Содержание ПОБ-кислоты, мкг/г ПОБ, мг/г свободной Содержание мг/г ПОБ, связанной Содержание сибирской и ели сибирской грибным экстрактом активность накопления монофенольного соединения - п-оксибензойной кислоты (С6-С1) в растительной ткани была в несколько раз выше по сравнению с полифенольными соединениями (лигнином и ПА) (рис. 13, 19). Эти результаты указывают на активацию синтеза оксибензойных кислот из промежуточных продуктов шикиматного пути – хинной и шикимовой кислот, которые образуют резервные фонды у хвойных (Осипов, Шеин, 1990).

Э4Ф ФЕП ХК Шикиматный путь ДАГФ ДГХ ШК ДГШ C6-CКатаболические процессы Катаболизм...

белка ФА Синтез белка ФАЛ Полифенольные C6-Cсоединения Фенилпропаноидный путь Рис. 16. Схема синтеза монофенольных (С6-С1 и С6-С3) и полифенольных соединений у хвойных. Э4Ф – эритрозо-4-фосфат; ФЭП – фосфоенолпируват; ДАГФ – 3дезокси-Д-арабиногептулозонат-7-фосфат; ДГХ – дегидрохинат; ДГШ – дегидрошикимат;

ХК – хинная кислота; ШК – шикимовая кислота; ФА –L-фенилаланин; С6-С1 – оксибензойные кислоты; С6-С3 – оксикоричные кислоты; ФАЛ – L-фенилаланинаммиаклиаза; затемненные области показывают способность хинной и шикимовой кислот образовывать резервные фонды (Шеин и др., 2001).

Глава 5. Сравнительная оценка защитной реакции хвойных на грибную инфекцию в норме и при стрессе Защитная реакция флоэмы ствола ели сибирской на действие офиостомового гриба характеризовалась накоплением лигнина и смолы и снижением содержания ПА и сахаров.

Подтопление ослабило эти процессы и вызвало увеличение некроза флоэмы (рис. 17), что соответствует данным о снижении устойчивости подтопленных долинных лесов к грибным заболеваниям и насекомым-вредителям (Рахов, 1965, Яновский, 1991). Исходный уровень сахаров во флоэме ствола деревьев, стрессированных подтоплением, достоверно ниже, чем в норме (рис. 17), что, вероятно, вызвано анаэробиозом корневой системы и активацией гликолиза в растительных тканях.

110 6 12 0 6 Время, сутки Время, сутки 1Х 1Х 0 0 6 12 0 Время, сутки Время, сутки Х Время, сутки Нормальное увлажнение почвы Подтопление Рис. 17. Влияние водного режима почвы на параметры ответа флоэмы ели сибирской, вызванного инокуляцией ствола мицелием Ophiostoma sp. Знаком «Х» отмечены параметры достоверно различающиеся у деревьев с разным режимом увлажнения почвы при Р>0,95.

В лубе подтопленных деревьев была выявлена тесная связь между снижением общих ПА и накоплением лигнина и смолы через 12 суток после начала опыта (рис. 18). У деревьев с нормальным водным режимом почвы и уровнем сахаров в лубе ствола такой корреляции не было обнаружено. Эти данные согласуются с выдвинутым ранее предположением о резервной функции ПА, как дыхательного субстрата, при синтезе защитных веществ.

О протекторной функции лигнина свидетельствует отрицательная корреляция между содержанием лигнина и размером некроза во флоэме ствола ели после инокуляции Ophiostoma sp. (рис. 19).

мг/г мг/г лигнина, общих ПА, Содержание Содержание мг/г мг/г смолы, сахаров, Содержание Содержание мм Размер некроза, Нормальное увлажнение:

Нормальное увлажнение:

y=32+0,9*x; R=0,42; P=0,77 y=28+4,2*x; R=0,44; P=0,Подтопление: Подтопление:

y=3+1,4*x; R=0,75; P=0,99 y=12+5,2*x; R=0,93; P=0,1310 25 50 0 25 Снижение содержания Снижение содержания общих ПА, мг/г общих ПА, мг/г Рис. 18. Накопление лигнина и смолы в связи со снижением содержания общих ПА через 12 суток после инфицирования флоэмы ели сибирской грибом Ophiostoma sp. при разном увлажнении почвы. По осям указана разность между содержанием вещества во флоэме до и после инфицирования.

R=-0,58; P=0,99;

y=46-0,2*x Рис. 19. Размер некроза в связи с накоплением лигнина во флоэме ствола ели сибирской через 12 суток после инокуляции грибом Ophiostoma sp.

В хроническом очаге лиственничной чехликовой моли (чехлоноски) Coleophora sibiricella Falk. (Lepidoptera;

Coleophoridae) было проведено сравнение параметров реакции 40 80 1флоэмы ствола на действие мицелия и экстракта офиостомового Накопление гриба C. laricicola у контрольных неповрежденных деревьев лигнина, мг/г лиственницы сибирской и деревьев, подверженных хронической частичной дефолиации чехлоноской (табл. 5).

Изменение содержания общих ПА в зоне реакции флоэмы ствола на действие офиостомовых грибов и их метаболитов у лиственницы в очаге отличалось от такового у деревьев вне очага (рис. 7, табл. 5). Неповрежденный древостой характеризовался снижением ПА во флоэме ствола после действия на нее грибного агента – мицелия или его экстрактивных веществ. В отличие от этого, у лиственниц в очаге зарегистрировано накопление ПА, индуцированное действием на флоэму офиостомового гриба и его экстракта, что, вероятно, является проявлением стрессированности лиственницы в очаге насекомого-вредителя.

Действие биотического фактора (повреждение хвои лиственницы чехлоноской) активизирует защитные механизмы в неповрежденных тканях дерева. В пользу системной устойчивости деревьев свидетельствуют исходно высокое содержание дубильных веществ в тканях флоэмы ствола, активизация накопления лигнина в зоне защитной реакции флоэмы ствола на действие грибных инокулятов (табл. 5), а также высокая устойчивость таких деревьев к стволовым вредителям, известная по литературным данным (Плешанов, 1982).

Накопление смолы, мг/г Накопление лигнина, мг/г Размер некроза, мм Таблица 5. Характеристика реакции флоэмы ствола лиственницы сибирской на инокуляцию мицелия и экстракта гриба C. laricicola в хроническом очаге лиственничной чехликовой моли C. sibiricella у деревьев, без признаков повреждения и частично дефолиированных вредителем Время после Состояние деревьев Вариант опыта начала хвоя повреждена неповрежденные опыта, сут молью Величина некроза, мм Мицелий C. laricicola 14 38,3±3,2 A 41,7±2,0 A Общие ПА, мг/г сухой массы образца Контроль 0 114±5 aA 147±5 aB Экстракт C. laricicola 7 125±5 aA 154±6 aA » 14 157±11 abA 150±5 aA Мицелий C. laricicola 7 124±5 aA 148±8 aA » 14 146±4 bA 167±6 aA Лигнин, мг/г сухой массы неэкстрагируемого остатка Контроль 0 133±5 aA 117±3 aB Экстракт C. laricicola 7 147±9 bA 135±4 bA » 14 132±4 abA 159±9 cB Мицелий C. laricicola 7 142±7 bA 140±5 bA » 14 128±4 abA 155±8 bB Удельная масса инфицированной флоэмы, мг/см2 камбия Контроль 0 73,8±6,6 aA 96,3±10,1 aA Экстракт C. laricicola 7 74,8±4,1 aA 76,4±5,6 aA » 14 77,1±7,1 aA 55,9±4,6 bB Мицелий C. laricicola 7 74,8±5,0 aA 80,4±8,6 aA » 14 74,3±3,0 aA 51,6±5,2 bB Примечание. Приведены средние значения для 7 деревьев и их ошибки. Для каждого параметра одинаковыми буквами отмечены средние значения, достоверно не отличающиеся друг от друга по критерию Вилкоксона (Р>0,95) внутри столбцов (строчные буквы – a, b, c) и внутри строк (заглавные буквы – A, B). Для расчета удельной массы инфицированной флоэмы массу образца луба делили на его площадь.

Дефолиированные деревья отличаются от контрольных 2-кратным снижением массы флоэмы в зоне реакции (табл. 5). Это вызвано, вероятно, истощением ресурсов, которые снижаются после повреждения чехлоноской хвои, нарушения работы фотосинтетического аппарата и ослабления транспорта ассимилятов в зону повреждения ствола.

Содержание лигнина и дубильных веществ в зоне ответа флоэмы на действие живого мицелия изменялось аналогично изменению этих фенольных соединений при действии грибных экстрактивных веществ. Дефолиация одинаковым образом изменяет характер реакции в этих двух вариантах опыта с разными грибными индукторами – мицелием и грибным экстрактом. Результаты подтверждают элиситорную активность грибного экстракта, а также влияние стрессового биотического фактора (дефолиации) на параметры иммунного ответа флоэмы ствола.

Глава 6. Иммунодиагностика состояния сосняков на ранней стадии снижения устойчивости при техногенном и пирогенном повреждении В пригородных сосняках близкого возраста на постоянных пробных площадях проводили многолетние наблюдения – ежегодную регистрацию параметров защитной реакции флоэмы ствола выбранных деревьев на инъекцию раствора с экстрактом мицелия офиостомового гриба для ранней диагностики состояния древостоев. Предварительно было показано, что некроз луба, вызванный действием грибного экстракта, возрастал при увеличении диаметра деревьев (рис. 20), что, вероятно, обусловлено снижением защитных функций у деревьев с более интенсивным ростом. В F(4, 85)=3,6302, p=0,008связи с этим на каждой ПП размер некроза измеряли у 20-25 случайно выбранных деревьев, что 70 позволяло учесть деревья разной толщины. Длина некроза зависела от возраста (F=23,3 и р=0,0001), поэтому иммунодиагностика осуществляется на ПП 1-4,7 в древостоях близкого возраста (в средневозрастных сосняках – 60-70 лет), различающихся по экологической ситуации – техногенному загрязнению и повреждению низовым пожаром (табл. 2).

1-20 41-60 81-1Рис. 20. Длина некроза флоэмы после 21-40 61-инокуляции ствола 0,5 мг экстракта C. laricicola в Ранг дерева по диаметру на связи с рангом дерева по диаметру (на высоте 1,3 м) высоте 1,3 м в средневозрастных сосняках.

Категория состояния деревьев, визуально оцениваемая по 6-балльной шкале Санитарных правил РФ (1998), достоверно (на 5%-ном уровне) не различалась в загрязненных и фоновых древостоях весь период 8-летних наблюдений (рис. 21, приведены данные для средневозрастных древостоев на ПП 1-4,7).

1,80 х 1,х х 1,2002 2004 2006 2008 2010 2003 2005 2007 202003 2005 2007 2009 2004 2006 2008 20Годы Годы Загрязненные древостои Загрязненные древостои Фоновые древостои Фоновые древостои Рис. 21. Категория состояния и размер некроза в лубе через 4 недели после внесения 0,5 мг экстракта гриба C. laricicola в проводящие ткани ствола сосны на ПП в средневозрастных сосняках. "Х" отмечены значения, различающиеся в фоновых (ПП 3-4) и загрязненных (ПП 1, 2, 7) древостоях (Р>0,95), стрелкой – действие пожара. Указаны средние и ошибки. Средние значения рассчитаны, как средневзвешенные по объему стволов. Категорию состояния оценивали у всех деревьев (по 200-300 деревьев на ПП), размер некроза – у 20-25 деревьев на каждой ПП.

Длина некроза, мм Размер некроза, мм Категория состояния, баллы Отмечен тренд к улучшению категории состояния в загрязненных древостоях и, напротив, к ее ухудшению в фоновых насаждениях. Согласно 6-балльной шкале к I категории относят деревья без признаков ослабления, II – ослабленные, III – сильно ослабленные, IV – усыхающие, V –усохшие в текущем году, (свежий сухостой), VI – старый сухостой.

В 2003 г. некроз флоэмы в фоновых древостоях был существенно меньше, чем некроз в загрязненных сосняках, в 2004-2005 гг. различия не достоверны, в 2006-2008 гг.

некроз в фоновых сосняках был больше, чем в загрязненных (рис. 21), В 2009 г. – величина некрозов не различалась, в 2010 г. соотношение размера некроза вернулось к исходному, наблюдаемому в начале мониторинга в 2003 г. Причиной снижения активности индуцированной реакции (увеличения размера некроза) в фоновых древостоях, явился, очевидно, низовой пожар весной 2004 г. (рис. 3).

После пожара был зарегистрирован 2-летний период достоверного увеличения некроза и его «смещения» вверх по стволу относительно раневого отверстия (рис. 1, 22).

Для послепожарной реабилитации древостоя – восстановления этих некротических показателей до прежнего уровня – понадобился 4-5-летний период.

Рис. 22. Размер верхней части некроза (в % от всего ХХ ХХ размера) в лубе через 4 недели Х после внесения 0,5 мг Х экстракта гриба C. laricicola в проводящие ткани ствола сосны на ПП в сосняках.

Знаками "ХХ" отмечены значения, различающиеся в фоновых (ПП 3-4) и Х Х Х загрязненных (ПП 1, 2, 7) Х Х древостоях (Р>0,95), “x” – Х Х отличия размера верхней и Х нижней части некроза (Р>0,95), стрелкой – действие низового пожара. Указаны 2003 2005 2007 20средние и ошибки, 2004 2006 2008 20рассчитанные по "смещению" Годы некроза у 20-25 деревьев на каждой ПП.

Загрязненные древостои Фоновые древостои Увеличение некроза и «дрейф» зоны некроза вверх по стволу, по-видимому, обусловлены, нарушением нормального нисходящего транспорта ассимилятов по стволу, ведущим к ослаблению индуцированной защиты. Корреляция между величиной некроза и его смещением вверх по стволу подтверждает это предположение (рис. 23). Транспорт ассимилятов в крону может быть вызван повреждением хвои горячим воздухом и необходимостью ее регенерации. После ослабления лиственницы низовым пожаром отмечено достоверное двукратное перераспределение сахарозы из нижней части ствола в верхнюю (Р>0,95) (Гирс, 1967).

Размер верхней части некроза, % R=0,74; P=0,997; y=-56+2,2*x Рис. 23. Корреляция между длиной некроза флоэмы (через 4 недели после инокуляции ствола экстрактом C. laricicola) и размером верхней части некроза, выраженным в процентах, у деревьев сосны обыкновенной.

В случае более коротких некрозов, отмеченных в загрязненном древостое в 2006 г., исходное содержание лигнина, а также активность 44 48 52 накопления связанных ПА согласно результатам Размер верхней факторного дисперсионного анализа, были части некроза, % достоверно выше по сравнению с фоновыми параметрами (Р>0,95), что доказывает протекторную функцию этих соединений (рис. 24).

1Х 1Х 28 0 14 Время, сутки Время, сутки 4310 2 14 28 0 2 14 Время, сутки Время, сутки 4Х Х 20 2 14 28 0 2 14 Время, сутки Время, сутки Фоновый древостой на ППФоновый древостой на ПП Загрязненный древостой на ППЗагрязненный древостой на ПП Рис. 24. Величина некроза и динамика биохимических параметров в зоне реакции луба после инокуляции ствола сосны обыкновенной 0,5 мг экстракта из мицелия С. laricicola в сосняках разной степени загрязнения в 2006 г. Указаны средние и ошибки для 7 средних деревьев. «Х» отмечены достоверные различия в фоновом и загрязненном древостоях при Р>0,95 по t-критерию.

Размер некроза, мм мг/г Размер некроза, мм Содержание лигнина, ПА, мг/г Содержание связанных ПА, мг/г Содержание свободных мг/г мг/г Содержание олигосахаров, Содержание смолы, Высокая концентрация лигнина, отмеченная в начале опыта (0 суток) в сосняке, испытывающем стресс техногенной нагрузки, указывает на высокий уровень конститутивной устойчивости в этом древостое, а более активное накопление связанных ПА и смолы – на активную индуцированную устойчивость древостоя по сравнению с фоновым сосняком. В то же время динамика сахаров свидетельствует о дефиците энергетических ресурсов в тканях загрязненных деревьев. Если в начале опыта содержание сахаров существенно не различалось у деревьев, то уже через 2 суток после инъецирования грибного экстракта отмечено достоверное уменьшение сахаров в лубе загрязненных деревьев по сравнению с фоном. Через 14 и 28 суток такое различие динамики сахаров сохранялось. Это согласуется с эффектом снижения годичного прироста луба деревьев при загрязнении.

Таким образом, характеристики иммунного ответа флоэмы ствола отражают изменение физиологического состояния деревьев при действии экологических факторов.

Параметры сверхчувствительной некротической реакции в лубе, вызванной действием грибного экстракта, оказались более чувствительными характеристиками по сравнению с баллом категории состояния и таксационными показателями. При этом информативны не только биохимические, но и визуально определяемые характеристики иммунитета – величина и "смещение" локального некроза стволовой флоэмы, вызванного действием грибного экстракта.

Выводы 1. Неспецифичность иммунной реакции хвойных на инокуляцию ствола офиостомовыми грибами, различающимися по специализации к хвойному растению и насекомому-переносчику, проявляется в сверхчувствительной некротической реакции инфицированных клеток флоэмы, накоплении в ней лигнина, связанной формы конденсированных дубильных веществ, смолистых веществ, формировании перидермы, разделяющей некроз и живые ткани.

2. Нарушение защитной трансформации клеточных стенок флоэмы метаболитами офиостомового гриба, инокулированного в проводящие ткани ствола, обуславливает агрессивность патогена – его способность вызывать некрозы большего размера по сравнению с менее агрессивными грибами.

3. Увеличение содержания связанной формы ПА и п-оксибензойной кислоты в тканях хвойных, вызванное действием элиситоров офиостомового гриба, указывает на участие этих фенольных соединений, подобно лигнину, в защитной трансформации растительной клеточной стенки.

4. Данные свидетельствуют о резервной функции свободных ПА – их расходовании во время синтеза лигнина и смолистых веществ в зоне защитной реакции флоэмы на действие грибных метаболитов в условиях пониженного содержания низкомолекулярных сахаров.

Вместе с тем, наряду с катаболическими процессами, грибные элиситоры включают в растительной ткани синтез ПА.

5. Активность накопления п-оксибензойной кислоты на ранней стадии защитной реакции, вызванной действием метаболитов офиостомового гриба, во много раз выше по сравнению с полифенольными соединениями (лигнином и ПА). В этом случае накопление п-оксибензойной кислоты, вероятно, обеспечивается резервными фондами хинной и шикимовой кислоты, характерными для хвойных.

6. Зарегистрированный эффект ингибирования метаболитами офиостомового гриба ранней стадии лигнификации стенок ситовидных клеток флоэмы, вызванной ее механическим поранением, позволил предложить гипотезу о причине возникновения ассоциации "насекомые-ксилофаги – офиостомовые грибы", согласно которой подавление фитоиммунитета грибными супрессорами является выгодным для обоих партнеров короедно-грибного комплекса и содействует их поселению в тканях хвойных.

7. Результаты указывают на двоякое действие метаболитов офиостомового гриба – элиситацию и супрессию фитозащиты, что не противоречит природе взаимоотношения растения-хозяина и паразита. Стратегия первого направлена на распознавание грибных элиситоров и включение защитных процессов, в том числе синтез лигнина, а второго – на преодоление фитозащиты, что проявляется в ингибировании раннего этапа лигнификации.

8. Стрессовое воздействие экологического фактора, снижающее устойчивость хвойных деревьев к офиостомовым грибам, характеризуется снижением активности защитных процессов в зоне ответа флоэмы на вторжение патогена (накопление лигнина, связанных ПА, смолистых веществ), следствием чего является увеличение размера сверхчувствительного некроза флоэмы ствола.

9. Нарушение защитного ответа флоэмы ствола хвойных на действие метаболитов офиостомового гриба может рассматриваться как индикатор для прогнозирования вспышек массового размножения насекомых-ксилофагов.

10. Характеристики флоэмы в зоне ответа на инъекцию экстракта из мицелия офиостомового гриба в проводящие ткани ствола позволяют регистрировать изменения физиологического состояния хвойных древостоев в изменяющейся экологической ситуации на ранних стадиях при отсутствии визуальных признаков ослабления деревьев.

Основные публикации по теме диссертации Монографии 1. Иммунная реакция хвойных пород Сибири / Г.Г. Полякова, В.И. Поляков, Н.В.

Пашенова, И.В. Шеин, В.П. Ветрова, В.В. Стасова, Г.К. Зражевская, О.Н. Зубарева; отв.

ред. Г.Ф. Антонова. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2008. 110 с.

Статьи в рецензируемых журналах, соответствующих списку ВАК 2. Полякова Г.Г., Ветрова В.П., Пашенова Н.В., Осипов В.И. Участие проантоцианидинов и лигнина в защитной реакции пихты на инфицирование микромицетами // Физиология растений. 1995. Т. 42. N 4. С.622-628.

3. Ветрова В.П., Полякова Г.Г., Пашенова Н.В., Осипов В.И. Защитная реакция на инфекцию - индикатор устойчивости пихты сибирской к черному пихтовому усачу и связанным с ним микромицетам // Лесоведение. 1995. N 6. С.34-42.

4. Ветрова В.П., Матренина Р.М., Полякова Г.Г., Пашенова Н.В. Метаболиты патогенных деревоокрашивающих микромицетов как индукторы защитных реакций хвойных // Микология и фитопатология. 1995. Т. 29. Вып. 2. С.33-38.

5. Полякова Г.Г., Ветрова В.П., Пашенова Н.В. Снижение активности противоинфекционной защиты ели при подтоплении // Лесоведение. 2000. № 2. С. 23-29.

6. Шеин И.В., Полякова Г.Г., Зражевская Г.К., Пашенова Н.В., Ветрова В.П. Накопление фенольных соединений каллусными культурами хвойных как реакция на грибы синевы древесины // Физиология растений. 2001. Т.48. № 2. С. 251-256.

7. Полякова Г.Г. Физиологические механизмы противоинфекционной защиты пихты // Лесоведение. 2002. № 4. С. 25-30.

8. Шеин И.В., Шибистова О.Б., Зражевская Г.К., Астраханцева Н.Г., Полякова Г.Г.

Содержание фенольных соединений и активность ключевых ферментов их синтеза в гипокотилях сосны обыкновенной при фузариозе // Физиология растений. 2003. Т.50. №4.

С.581-586.

9. Шеин И.В., Андреева О.Н., Полякова Г.Г., Зражевская Г.К. Изменение содержания фенольных соединений в каллусе сосны в ответ на элиситацию Fusarium разной степени патогенности // Физиология растений. 2003. Т. 50. № 5. С. 710-715.

10. Поляков В.И., Полякова Г.Г., Пашенова Н.В., Стасова В.В. Применение грибных метаболитов для оценки состояния сосновых древостоев в условиях промышленного загрязнения // Известия РАН. Сер. биол. 2005. №4. С.506-512.

11. Полякова Г.Г., Пашенова Н.В., Поляков В.И., Зражевская Г.К. Индуцирование иммунной реакции хвойных метаболитами фитопатогенных грибов // Физиология растений. 2008. Т. 55. №4. С. 496-502.

12. Пашенова Н.В., Полякова Г.Г., Афанасова Е.Н. Изучение грибов синевы древесины в хвойных лесах Центральной Сибири // Хвойные бореальной зоны. 2009. Т.26. №1. С. 22-28.

13. Полякова Г.Г., Стасова В.В., Пашенова Н.В. Защитная реакция флоэмы ствола сосны на поранение и действие экстракта из мицелия Ceratocystis laricicola // Физиология растений. 2011. Т. 58. №5. С. 702-710.

Другие публикации в рецензируемых журналах, соответствующих списку ВАК 14. Полякова Г.Г., Пашенова Н.В., Поляков В.И., Стасова В.В. Иммунный метод изучения состояния сосновых древостоев // Иммунопатология, аллергология, инфектология. 2009.

№1. С. 97-98.

15. Пашенова Н.В., Полякова Г.Г. Коллекция культур деревоокрашивающих грибов, связанных со стволовыми вредителями хвойных пород // Иммунопатология, аллергология, инфектология. 2009. №1. С. 45-46.

16. Полякова Г.Г., Кукина Т.П., Пашенова Н.В., Сальникова О.И., Стасова В.В.

Применение мицелиальных экстрактов для изучения механизмов устойчивости хвойных к офиостомовым грибам //Иммунопатология, аллергология, инфектология. 2010. №1. С. 124.

Статьи в рецензируемых иностранных журналах 17. Polyakova G.G., Polyakov V.I., Pashenova N.V., Stasova V.V., Zubareva O.N., Skripal’shicova L.N. Physiological method for evaluation of vigor state of pine stands // Eurasian J. For. Res. 2010. 13. N1. P. 19-24.

Материалы докладов международных конференций 18. Vetrova V.P., Polyakova G.G., Matrenina R.M., Pashenova N.V., Osipov V.I. Accumulation of condensed tannins and lignin in fir and larch phloem induced by blue-stain fungi and their elicitors // Bark Beetles, Blue-stain Fungi, and Conifer Defence Systems. Int.Symp. Norway.

1995. P. 18-19.

19. Pashenova N.V., Vetrova V.P., Polyakova G.G. Tolerance of blue-stain fungi to plant defensive chemicals // Proceedings of The International Symposium on Physiology and genetics of tree-phytophage interactions. IUFRO. / Eds. F. Lieutier, W.J. Mattson, M.R. Wagner. Paris:

INRA Editions. 1999. P.261-274.

20. Polyakova G.G., Pashenova N.V., Vetrova V.P., Stasova V.V., Zrazevskaya G.K., Shein I.V., Konstantinov M.Yu. Perspectives of using blue-stain fungi for assessment of conifer tree vigor and resistance to insects-vectors and associated pathogens. In: “New Horizon of Bioscience in Forest Products Field”/ Proceedings of The 2rd Int. Symp. Korea. Cheongju. Chungbuk National University. 2000. P. 26-42.







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.