WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Седельникова Тамара Станиславовна

ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ БОЛОТНЫХ И СУХОДОЛЬНЫХ ПОПУЛЯЦИЙ ВИДОВ СЕМЕЙСТВА PINACEAE LINDL.

(репродуктивные и кариотипические особенности)

03.00.05 – ботаника

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора биологических наук

Томск – 2008

Работа выполнена в Учреждении Российской академии наук

Институте леса им. В.Н. Сукачева Сибирского отделения РАН

Официальные оппоненты:  доктор биологических наук, профессор

Данченко Анатолий Матвеевич

доктор биологических наук

Дорогина Ольга Викторовна

доктор биологических наук, профессор

Тупицына Наталья Николаевна

Ведущая организация:  Учреждение Российской академии наук

Ботанический сад Уральского отделения РАН

Защита диссертации состоится « » _______  2008 г. в ____ час.

на заседании диссертационного совета Д 212.267.09

при ГОУ ВПО «Томский государственный университет» по адресу:

634050, г. Томск, пр. Ленина, 36. Fax: (3822) 52-98-53, 52-96-01

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Томского государственного университета

Автореферат разослан «  » __________  2008 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор биологических наук В.П. Середина

О Б Щ А Я Х А Р А К Т Е Р И С Т И К А Р А Б О Т Ы

Актуальность темы. Болотные экосистемы как элементы природных ландшафтов играют важную биосферную роль, выполняя гидрологическую, геоморфологическую, климатическую функции и обеспечивая сохранение биологического разнообразия, а также имеют большое хозяйственное значение (Васюганское болото…, 2003). Произрастание лесных древесных видов в условиях почвенного гидроморфизма связано с динамикой и взаимодействием процессов лесообразования и болотообразования. Исключительно высокая заболоченность и масштабность территорий, занятых лесами гидроморфного генезиса в Западной Сибири, определяют актуальность разработки в условиях данного региона научной генетико-селекционной базы для обоснования путей рационального использования, воспроизводства, повышения продуктивности болотных древостоев и охраны генофонда слагающих их видов-лесообразователей.

Репродуктивный потенциал заболоченных и болотных насаждений с участием представителей семейства Pinaceae Lindl. в Западно-Сибирском регионе определяется успешностью процессов семенного размножения, соответствующих условиям гидроморфных экотопов. Основными подходами к изучению репродуктивных процессов и оценке генетического разнообразия в популяциях хвойных являются морфологический и кариологический методы. Исследования генеративной сферы видов Pinaceae в различных местопроизрастаниях показали сопряженность изменчивости параметров репродуктивных структур и хромосомного полиморфизма с флуктуациями факторов окружающей среды (Правдин, 1964, 1975; Мамаев, 1972; Черепнин, 1980; Муратова, 1995; Абаимов, 1997; Санников, Петрова, 2003; Путенихин и др., 2005; Буторина и др., 2005).

При этом исследования генеративных структур хвойных в гидроморфных экотопах проводились лишь в популяциях одного вида - Pinus sylvestris L., произрастающих на олиготрофных болотах Русской равнины, Урала, Зауралья и примыкающих районов Западной Сибири (Мамаев, Рождественский, 1973; Духарев и др., 1987; Санников, Петрова, 1996, 2003). Кариологически изучены только болотные популяции сосны в европейской части России (Шершукова, Абатурова, 1984; Буторина, 1989). Однако исследованиями подобного плана совершенно не охвачены болотные популяции других видов хвойных из родов Pinus L., Picea A. Dietr., Larix Mill. и Abies Mill., которые, в отличие от Pinus sylvestris, занимающего болота всех типов водно-минерального питания, способны произрастать и выполнять репродуктивную функцию исключительно на болотах евтрофного типа. Исследования генеративных структур и кариотипов видов Pinaceae, произрастающих на огромных площадях евтрофных болот Западно-Сибирской низменности, до настоящего времени не проводились. В свете вышесказанного возникла необходимость детального изучения морфологических особенностей генеративных структур, качества семян, а также кариологического анализа популяций видов семейства Pinaceae, произрастающих на болотах различных типов и суходолах Западной Сибири, что явилось основанием для выполнения настоящей работы и определило ее содержание.

Цель работы заключается в анализе дифференциации болотных и суходольных популяций видов семейства Pinaceae на основе изучения их репродуктивных и кариотипических особенностей.

Задачи исследований:

- провести исследование популяционной структуры видов семейства Pinaceae, произрастающих на болотах и суходолах;

- изучить морфологические признаки женских и мужских генеративных органов и качественные характеристики семян видов Pinaceae, а также особенности их изменчивости в связи с условиями произрастания на болотах и суходолах;

- выполнить сравнительный кариологический анализ болотных и суходольных популяций видов Pinaceae с учетом числа хромосом, их размеров и морфологии, локализации и встречаемости вторичных перетяжек в хромосомах, числа ядрышек в интерфазных ядрах;

- исследовать типы и встречаемость хромосомных мутаций и нарушений митоза в болотных популяциях видов Pinaceae по сравнению с суходольными популяциями данных видов, а также с насаждениями хвойных в экстремальных местопроизрастаниях;

- выявить аномалии развития деревьев, произрастающих на болотах, и провести изучение их генеративных органов и кариотипа;

- использовать данные изучения генеративных органов и кариологического анализа для уточнения систематического положения болотных и суходольных популяций видов Pinaceae, произрастающих на территории Западной Сибири.

Основные положения, выносимые на защиту:

- особенности генеративных органов и кариотипа, специфика популяционной структуры представителей семейства Pinaceae, произрастающих в гидроморфных и суходольных условиях, отражают процессы микроэволюции видов и их репродуктивный потенциал;

- изменчивость морфологических параметров генеративных органов и посевных качеств семян, полиморфизм нуклеолярных локусов хромосом, уровень и спектр хромосомных мутаций характеризуют адаптивную реакцию растений и являются основными критериями дифференциации болотных и суходольных популяций хвойных;

- дивергенция и обособление популяций хвойных на олиготрофных болотах, евтрофных болотах и суходолах обусловлены различным характером условий произрастания древостоев в экосистемах гидроморфного и автоморфного генезисов.

Научная новизна. Впервые проведено масштабное многолетнее исследование генеративных структур и кариотипа основных лесообразующих видов семейства Pinaceae, произрастающих на болотах различных типов водно-минерального питания и суходолах Западно-Сибирской низменности. Всего изучено 35 болотных и суходольных популяций, представляющих 5 видов из родов Pinus, Picea, Larix и Abies. Получены материалы о характере и закономерностях межпопуляционной и индивидуальной изменчивости женской и мужской генеративной сферы (в том числе аномалий ее развития), а также о специфике структуры болотных и суходольных популяций видов Pinaceae по параметрам репродуктивных органов. Дано обоснование и выявлены факторы своеобразного развития генеративных структур особей болотных популяций представителей Pinaceae, обусловливающих их отличие от суходольных популяций хвойных. Расширены и конкретизированы существующие представления об адаптивной составляющей морфологических признаков генеративных органов и качества семян видов Pinaceae.

Проведено сравнительное кариологическое исследование и выявлены особенности кариотипов видов Pinaceae, произрастающих на болотах и суходолах. Осуществлен подробный анализ локализации и встречаемости вторичных перетяжек в хромосомах, количества ядрышек в интерфазных ядрах; показана возможность использования данных признаков для оценки адаптации растений к условиям произрастания. Обнаружены изменения числа хромосом, структурные мутации и патологии митоза, включая редкие типы нарушений; отдельные повреждения описаны впервые для изученных видов. Рассмотрена возможная роль хромосомных мутаций и перестроек нуклеолярных районов хромосом в процессах дифференциации болотных и суходольных популяций хвойных. Впервые выполнено кариологическое изучение деревьев P. sylvestris с аномалиями развития типа «ведьмины метлы». Уточнено систематическое положение ряда внутривидовых форм и экотипов Pinaceae. С использованием признаков генеративной сферы и кариотипа выявлены предположительно гибридные формы деревьев в зоне контакта ареалов L. sibirica Ledeb. и L. sukachewii Dyl. на территории Западной Сибири.

Практическое значение. Результаты проведенных исследований, позволяющие уточнить систематический статус ряда внутривидовых таксонов и выявить интрогрессивную гибридизацию, могут быть использованы для дальнейшей разработки систематики семейства Pinaceae. Полученные материалы могут примененяться при составлении программ экологического мониторинга природных популяций хвойных, а также в целях практической селекции видов Pinaceae, особенно в экстремальных условиях их произрастания на болотах. Результаты исследований рекомендуется использовать при проведении мероприятий по охране наиболее ценных популяций Pinaceae и выделении их в качестве генетических резерватов (включая мутантные и аномальные формы деревьев).

Данные по качеству семян могут найти применение в разработке ОСТов по технологии выращивания сеянцев хвойных. Результаты исследований численных и структурных нарушениям хромосом, отражающие мутационный процесс в популяциях Pinaceae, должны учитываться при селекционной оценке материала, используемого при создании лесных культур. В диссертационной работе апробирован метод, позволяющий характеризовать качество семян с помощью учета встречаемости хромосомных мутаций в проростках, а также модифицированный метод ранней диагностики ростовых качеств семенного потомства деревьев, основанный на анализе распределения вторичных перетяжек в хромосомном наборе анализируемого кариотипа.

Полученные оригинальные данные по кариологии видов Pinaceae используются при составлении определителей и сводок по хромосомным числам. Результаты работы включены в лекционные курсы «Лесная генетика и селекция», «Лесное болотоведение» и «Основы природопользования» на биологическом факультете Института естественных и гуманитарных наук Сибирского Федерального Университета.

Результаты исследований представлялись на конкурс молодых ученых Сибирского отделения РАН на соискание премий имени выдающихся ученых, по итогам которого работе присуждена первая премия имени академика А.Б. Жукова в области лесоведения (1993 г.).

Апробация работы. Материалы диссертации докладывались и представлялись на конференциях молодых ученых (Улан-Удэ, 1987; Красноярск, 1989, 1993; Апатиты, 1993); на Всесоюзных конференциях и совещаниях (Сыктывкар, 1989; Уфа, 1989; Свердловск, 1989; Новосибирск, 1989, 1991); на Всероссийских конференциях и совещаниях (Красноярск, 1991, 1996, 2001, 2004; Санкт-Петербург, 1992, 1999; Саратов, 1994; Томск, 1995, 2002, 2007; Петрозаводск, 1996; Новосибирск, 2000; Воронеж, 2001; Москва, 2001; 2003; Улан-Удэ, 2004; Иркутск, 2005); на научных школах-семинарах (Томск, 2005, 2006); на Международных конференциях и совещаниях (Воронеж, 1996; Красноярск, 1998, 1999, 2005; Владивосток, 2001, 2004, 2006; Барнаул, 2003, 2005; Томск, 2003, 2005); на Международных симпозиумах и конгрессах (Брионский национальный парк, Хорватия, 1993; Красноярск, 1997, 2001; Грац, Австрия, 1998; Ноябрьск, 2001; Ялта, Украина, 2002; Патиала, Индия, 2003; Ханты-Мансийск, 2007).

Публикации. По теме диссертации опубликовано 97 работ. Среди них 30 статей в рецензируемых журналах из списка, утвержденного ВАК, 10 статей в сборниках и периодических изданиях. Кроме того, 57 сообщений помещено в материалах конференций, совещаний и симпозиумов.

Содержание, структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, главы, характеризующей объекты и методы исследований, пяти глав с изложением экспериментальных материалов и их анализом, заключения, выводов и списка литературы (866 наименований, в том числе 156 на иностранных языках). Основное содержание работы изложено в I томе на 323 страницах, включая 52 таблицы. Во II том входит иллюстративный материал в виде 6 приложений на 138 страницах. Приложения содержат 2 карты с обозначением пунктов сбора материала; схему нивелированного топо-экологического профиля; 61 цветную фотографию изученных древостоев, образцов семян и микростробилов; 133 микрофотографии и 12 смонтированных из микрофотографий иллюстраций; 35 графиков, диаграмм, поликариограмм и идиограмм.

С О Д Е Р Ж А Н И Е Р А Б О Т Ы

ГЛАВА 1. ХАРАКТЕРИСТИКА ОБЪЕКТОВ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЙ

1.1. Краткий физико-географический очерк района исследований. Объектами исследований послужили хвойные и хвойно-лиственные леса, произрастающие на болотах олиготрофного и евтрофного типов, а также их монопородные и смешанные по составу аналоги суходольного ряда, расположенные в южно-таежной подзоне Западной Сибири на территории Бакчарского, Шегарского и Тимирязевского лесхозов Томской области. Изучаемая территория располагается в юго-восточной части Западносибирской низменности. В географическом отношении включает Томскую область (55.7-61.0о с.ш. и 75.0-89.4о в.д.), площадь которой составляет 314.4 тыс. км2. Большая часть данной территории относится к Евразиатской хвойно-лесной (таежной) области, Европейско-Сибирской подобласти темнохвойных лесов. Общая заболоченность приближается к 50%. В зависимости от геоморфологических и природно-климатических условий, специфики физико-химических процессов в почвах и сукцессий в растительном покрове выделяются различные типы заболачивания – олиготрофное, мезоолиготрофное, мезотрофное, евтрофное (Платонов, 1963; Пьявченко, 1965; Евсеева, 2001; Лапшина, 2004).

Располагаясь в пределах обширной внутриконтинентальной низменности, поверхность Томской области слабо наклонена на северо-запад и имеет плоский равнинный рельеф. Объекты исследования находятся в междуречье Оби и Томи, а также на частных водоразделах р. Бакчара и Иксы – притоков р. Чаи, впадающей в р. Обь (Архипов, Волкова, 1994). Климат Томской области определяется как континентально-циклонический. Весна продолжается в среднем два месяца, лето – три месяца, осень – два месяца, зима – пять месяцев. В южных и центральных районах суммы температур выше +10ОС составляют 1600-1750ОС, в заболоченных понижениях суммы этих температур за теплый период на 50-100 ОС меньше. Среднее годовое количество осадков в области составляет 540-700 мм (Азьмука, 1991). На территории области выделяются восемь основных типов почв, наиболее распространены подзолистые, подзолисто-болотные и серые лесные. В условиях равнинного рельефа на плоских водоразделах или в депрессиях при избыточном увлажнении развиваются болотные (торфяно-болотные и перегнойно-болотные) почвы (Ефремова, 1992).

1.2. Лесотипологическая характеристика объектов исследований. В разделе приводятся лесотипологические и фитоценотические описания, а также таксационные показатели изученных древостоев (популяций) Pinus sylvestris, Pinus sibirica Du Tour, Larix sibirica, Picea obovata Ledeb., Abies sibirica Ledeb., представляющих характерные типы болотных и суходольных лесов. Приводятся морфологическая и таксационная характеристики модельных деревьев с аномалиями развития типа «ведьмины метлы». Изучение древостоев P. sylvestris, произрастающих на олиготрофных болотах, евтрофных болотах и суходолах, проводилось в естественной ненарушенной природной обстановке (около 30 тыс. га), а также на участках с восстановленными биоценозами послепожарного происхождения (370 га) и в условиях осушения (около 7.5 тыс. га). Кроме того, изучены искусственно созданные насаждения P. sylvestris (440 га). Популяция P. sibirica изучалась на участке евтрофного болота площадью 2.1 тыс. га. Древостои, произрастающие на евтрофных болотах, в болотных сограх и на суходолах с преобладающим участием L. sibirica исследовались на участках общей площадью 1.1 тыс. га, P. obovata – 1.9 тыс. га, A. sibirica – 800 га. Представлена краткая характеристика объектов изучения хромосомных и геномных мутаций у Pinus sylvestris и Larix sibirica из различных частей ареалов и за их пределами. Приводятся данные о сроках сбора образцов семенного материала и его объемах.

1.3. Методика исследований. Раздел состоит из 6 частей, в каждой из которых подробно изложена методика исследований. При изучении морфологии макростробилов использовались рекомендации Л.Ф. Правдина (1964, 1975), М.В. Круклис и Л.И. Милютина (1977), Т.П. Некрасовой и А.П. Рябинкова (1978). Определение массы семян и их посевных качеств производилось в соответствии с ГОСТом 13056.6-75. Идентификация семян и семенных крылаток по окраске производили согласно рекомендациям В.Л. Черепнина (1980), в соответствии со «Шкалой цветов» А.С. Бондарцева (1954).

Кариологический анализ производился по общепринятой методике (Правдин и др., 1972) с собственными модификациями. Для каждой хромосомы определяли: абсолютную длину (La, мкм); суммарную длину диплоидного набора хромосом (La, мкм); относительную длину (Lr, %), как отношение длины хромосомы к суммарной длине диплоидного набора хромосом; центромерный индекс (Ic, %), как отношение короткого плеча к длине хромосомы; локализацию вторичной перетяжки (sc, %), как отношение расстояния от перетяжки до центромеры к длине плеча. Классификацию типов хромосом проводили в соответствии с рекомендациями В.Г. Грифа и Н.Д. Агаповой (1986).

Кариотипы анализировались с применением метода поликариограммного анализа (Павулсоне, Иорданский, 1972). Выборка пластинок для статистического анализа хромосомных параметров и построения поликариограмм проводилась в соответствии со значениями общей длины хромосомных наборов (La, мкм). По результатам поликариограммного анализа строился систематизированный кариотип, где хромосомы расположены по идентифицируемым группам или индивидуально в порядке уменьшения их длины. Идиограмма строилась по средним значениям абсолютной длины и центромерного индекса с учетом распределения вторичных перетяжек. Окраска ядрышек в интерфазных ядрах и их подсчет производились согласно методике Е.Н. Муратовой (1995). Хромосомные мутации анализировали на стадиях метафазы и ана-телофазы митоза (Бочков и др., 1972).

При оценке качества потомства Pinus sylvestris использовался метод оценки кариотипа по локализации вторичных перетяжек в хромосомах, разработанный для ранней диагностики качества семян материнских деревьев в селекционных целях (Буторина, 1989а). В работе применялся метод анализа качества семян отдельных деревьев Picea obovata, основанный на учете встречаемости хромосомных мутаций в семенном потомстве.

Изучение параметров микростробилов и идентификация их по окраске производились согласно рекомендациям Т.П. Некрасовой (1983) в соответствии со «Шкалой цветов» А.С. Бондарцева (1954). Оценка биометрических параметров пыльцевых зерен  проводилась по методике М.Х. Моносзон-Смолиной (1949).

Исследование полиморфизма и структуры популяций хвойных выполнялось с использованием методических положений, разработанных Л.Ф. Правдиным (1964), С.А. Мамаевым (1972), В.Л. Черепниным (1980), М.А. Шембергом (1986), С.Н. Санниковым и И.В. Петровой (2003), П.П. Поповым (2005), В.П. Путенихиным с соавторами (2005), И.Ю. Коропачинским и Л.И. Милютиным (2006).

ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ ГЕНЕРАТИВНЫХ ОРГАНОВ И КАРИОТИП СОСНЫ ОБЫКНОВЕННОЙ

2.1. Морфологическая характеристика генеративных структур и кариологическое изучение сосны обыкновенной в связи с экологическими факторами произрастания. Приводятся данные об особенностях видового ареала и распространении сосны обыкновенной (Правдин, 1964; Бобров, 1978; Санников, 1992). Рассматриваются дискуссионные вопросы систематического положения сосны обыкновенной, произрастающей на болотах (Сукачев, 1905; Аболин, 1915; Ефремов, 1980). Приводятся данные о лесоводственных особенностях болотных популяций сосны (Ефремов, 1987; Ваганов, Качаев, 1992). Показано своеобразие болотных форм сосны по ряду биохимических, физиологических и генетических особенностей (Рождественский, 1974; Духарев, Правдин, 1983; Буторина и др., 1985; Петрова, Санников, 1989). Обсуждается гипотеза генетической дивергенции болотных и суходольных популяций сосны, произрастающих в резко различающихся условиях среды (Санников, Петрова, 2003).

В перечисленных работах исследованиями охвачены только популяции сосны на олиготрофных болотах в экстремальных условиях существования древесных видов. На евтрофных болотах, являющихся относительно олиготрофных болот контрастными условиям произрастания, подобных исследований не выполнялось. Гидролесомелиоративные мероприятия, проводимые преимущественно на евтрофных болотах, приводят к изменению экологической обстановки и возможным неблагоприятным последствиям. Эти последствия могут особенно наглядно проявиться в семенном потомстве, поскольку адаптационные и микроэволюционные процессы в популяциях наиболее тонко отражают генеративные структуры, характеризующие репродуктивный потенциал организма.

Для Pinus sylvestris установлена сопряженность параметров экотопов (температуры, влажности, освещенности, трофности почвы) с признаками генеративных структур. Выявлены следующие закономерности: связь посевных качеств семян с гидротермическим режимом местопроизрастания (Черепнин, 1980; Washitani, Saeki, 1986; Henttonen et al., 1986); зависимость массы семян от географического происхождения материнских насаждений (Prescher, 1986; Романовский, Морозов, 1991); приуроченность деревьев с микростробилами красной окраски к холодным местообитаниям (Некрасова, 1960; Козубов, 1962); зависимость окраски семян от условий увлажнения и трофности экотопа (Черепнин, 1980). Установлена связь сроков прохождения микроспорогенеза у сосны с экологическими факторами (Некрасова, 1983; Третьякова, 1990). Приводятся результаты кариологического изучения болотных и суходольных популяций сосны в европейской части России (Исаков и др., 1978; Шершукова, Абатурова, 1984; Буторина, 1989). Анализируются результаты кариологических исследований сосны обыкновенной в различных лесорастительных условиях. Показано увеличение числа нуклеолярных хромосом и встречаемости хромосомных мутаций в кариотипе деревьев в неблагоприятных условиях произрастания (Муратова, 1991; Кальченко, Федотов, 2001; Седельникова, 2003; Буторина и др., 2005).

Приводятся результаты исследований аномальных и редких форм сосны обыкновенной, в том числе деревьев с «ведьмиными метлами», обсуждаются различные точки зрения на происхождение такого рода нарушений и характер их наследования (Шульга, 1979; Коровин, 1997; Исаков, 2003). Рассматривается возможность использования нарушений типа «ведьмина метла» в целях биоиндикации условий произрастания деревьев.

2.2. Особенности генеративных структур и кариотип сосны обыкновенной в болотных и суходольных условиях произрастания. Данный раздел состоит из 12 частей. Приводятся материалы многолетнего (1985-2000 гг.) исследования особенностей женской генеративной сферы. Изучение морфологических параметров макростробилов (женских шишек) показало, что на олиготрофных болотах сосна обыкновенная стабильно продуцирует шишки мелких размеров (средняя длина составляет 3.0 ± 0.12 см, ширина – 1.7 ± 0.07 см), достоверно отличающиеся от размеров шишек у деревьев на евтрофных болотах (средняя длина составляет 4.4 ± 0.16 см, ширина - 2.3 ± 0.06 см) и суходолах (средняя длина составляет 4.3 ± 0.17 см, ширина - 2.2 ± 0.03 см). Уменьшение размеров шишек у сосны на олиготрофных болотах может быть следствием дефицита трофических ресурсов в данных условиях произрастания. Популяционная изменчивость линейных размеров шишек сосны как на болотах, так и на суходолах характеризуется средним уровнем варьирования. Более высокими значениями вариабельности размеров отличаются шишки сосны с олиготрофных болот. Свидетельством единства происхождения болотных и суходольных популяций сосны является общая для изученных насаждений форма шишек, определяемая как коническая. Как в болотных, так и в суходольных популяциях сосны обыкновенной встречаются 3 формы строения поверхности семенной чешуи шишек (апофизов) - f. plana (плоская), f. gibba (выпуклая), f. reflexa (крючковатая). Популяции сосны, произрастающие на олиготрофных болотах, характеризуются преобладанием шишек с апофизами f. plana. Апофизы f. plana являются морфологическим признаком, присущим также шишкам северных популяций сосны (Правдин, 1964). Данная особенность предположительно рассматривается как адаптивная характеристика вида в условиях низких температур. В популяциях сосны на олиготрофных болотах в структуре урожая возрастает доля нераскрывшихся шишек, связанная с наличием пустых и недоразвитых семян.

Болотные и суходольные популяции сосны обыкновенной различаются между собой по качественным признакам семян, определявшимся для урожаев 1985-2000 гг. Несмотря на годичные колебания показателей массы и посевных качеств семян, наблюдается их сопряженность с условиями произрастания. Семена сосны, собранные на олиготрофных болотах, характеризуются минимальной массой (для урожая 1986 г. – 5.8 ± 0.08 г), на евтрофных болотах в наиболее благоприятных эдафических условиях – максимальной (для урожая 1986 г. - 7.8 ± 0.25 г), на суходолах – промежуточной (для урожая 1986 г. - 7.1 ± 0.17 г). Наилучшими посевными качествами отличаются семена сосны с деревьев, произрастающих на суходолах (всхожесть для урожая 1986 г. - 94 ± 2.3%, C.V. = 5.8%). Семена, собранные в болотных древостоях, имеют достоверно более низкое качество (всхожесть семян на олиготрофных болотах для урожая 1986 г. составила 71 ± 4.9%, C.V. = 22.8%, на евтрофных болотах для урожая 1986 г. – 81 ± 2.9%, C.V. = 13.1%). По данным корреляционного анализа, всхожесть и энергия прорастания семян относительно независимы от их массы. Тесная положительная корреляционная связь выявлена между всхожестью семян и энергией их прорастания. Семена сосны с олиготрофных болот имеют высокую степень инфицированности проростков фитопатогенными грибами.

Процентное распределение форм деревьев с различной окраской семян в болотных и суходольных популяциях сосны неодинаково. Наибольшее количество деревьев со светлоокрашенными семенами (в среднем 50%) наблюдается на олиготрофных болотах, соответствуя физиологически сухим олиготрофным почвам, и достоверно отличается от числа таких деревьев на евтрофных болотах и суходолах (в среднем 30%), диагностируя более благоприятные почвенные условия. Увеличение доли деревьев с темноокрашенными семенами на отдельных участках олиготрофных болот происходит после выгорания растительности в результате пожаров, в основном за счет заноса суходольных семян. Светлоокрашенные семена имеют наиболее высокую вариабельность качественных характеристик, в то время как семена с темной окраской кожуры выровнены по всхожести и энергии прорастания.

Изучение размеров семенных крылаток сосны, проводившееся в 1985-2000 гг., также показало их связь с условиями произрастания. Крылатки с олиготрофных болот характеризуются минимальными  размерами (длина – 13.7 ± 0.54 мм, ширина – 4.1 ± 0.17 мм), с евтрофных болот – максимальными (длина – 17.8 ± 0.81 мм, ширина – 5.1 ± 0.14 мм), с суходолов – промежуточными (длина – 17.3 ± 0.23 мм, ширина – 5.0 ± 0.09 мм). Форма крылаток, идентифицируемая как нормальная, одинакова для всех изученных популяций сосны. Основная аэродинамическая характеристика полета крылаток (aspect ratio) также имеет сходное значение в болотных и суходольных популяциях сосны. Близкие значения индексов формы крылаток и aspect ratio указывают на общность происхождения болотных и суходольных насаждений сосны. Окраска крылаток в болотных и суходольных популяциях сосны отличается разнообразием. Между окраской крылаток и цветом семян у сосны существует зависимость, выявленная с помощью непараметрических показателей связи.

Особенности мужских генеративных структур сосны изучались в 1991-1998 гг. При учете встречаемости деревьев с различной окраской микростробилов выделение форм связывалось с присутствием антоциана в мужских генеративных структурах, имеющего адаптивное значение в условиях низких температур, характеризующих болотные почвы. В болотных популяциях сосны, особенно в более северном Бакчарском районе, доля краснопыльниковой формы сосны достоверно выше (29.4 ± 2.97% на олиготрофных болотах, 23.3 ± 3.73% - на евтрофных болотах), чем в суходольных насаждениях (7.1 ± 1.11%) данного вида. В болотных и суходольных популяциях сосны выявлены существенные различия по длине и диаметру микростробилов, а также по числу формирующихся в них микроспорофиллов. Минимальные значения этих параметров отмечены у деревьев на олиготрофных болотах (длина - 12.8 ± 0.28 мм, диаметр - 6.4 ± 0.11 мм, число микроспорофиллов - 22.8 ± 0.41 шт.), промежуточные – у деревьев, произрастающих на суходолах (длина - 16.0 ± 0.86 мм, диаметр – 7.9 ± 0.25 мм, число микроспорофиллов - 25.0 ± 1.31 шт.), максимальные - у деревьев на евтрофных болотах  (длина - 18.1 ± 0.72 мм, диаметр – 8.6 ± 0.27 мм, число микроспорофиллов - 32.0 ± 1.05 шт.). Анализ морфометрических характеристик пыльцевых зерен, формирующихся в красно- и желтоокрашенных микростробилах сосны, не выявил между ними достоверных различий. Размеры тела пыльцевого зерна у сосны на евтрофных болотах достоверно выше, чем на олиготрофных, что может быть связано с благоприятным трофическим режимом первого типа местопроизрастания. В целом, выявлена тенденция к увеличению размеров пыльцы на болотах по сравнению с суходолами.

В диплоидном наборе сосны с суходола, евтрофного болота и олиготрофного болота содержится 24 хромосомы (2n = 24). В болотных популяциях сосны отмечена миксоплоидия. На поликариограммах 9 пар длинных симметричных хромосом (I-IX) образуют единую группу со сходными параметрами, составляющими для сосны с суходола, евтрофного болота и олиготрофного болота, соответственно: La = 16.6 мкм, 16.6 мкм и 12.9 мкм; Lr = 4.4%, 4.5% и 4.5%; Ic = 48.5%, 47.8% 47.5%. Индивидуально идентифицируются 3 пары более коротких и асимметричных хромосом (X, XI и XII). X пара хромосом сосны с суходола, евтрофного и олиготрофного болот имеет соответственно следующие параметры: La = 13.9 мкм, 13.6 мкм и 10.5 мкм; Lr = 3.7%, 3.7% и 3.7%; Ic = 47.0%, 46.9% и 45.9%. Параметры XI пары хромосом сосны с суходола, олиготрофного и евтрофного болот составляют соответственно: La = 12.5 мкм, 12.6 мкм и 9.9 мкм; Lr = 3.4%, 3.4% и 3.5%; Ic = 43.9%, 43.2% и 43.2%. Параметры XII пары хромосом составляют для сосны с суходола, евтрофного и олиготрофного болот соответственно: La = 11.1 мкм, 10.9 мкм и 8.6 мкм; Lr = 3.0%, 2.9% и 3.0%; Ic = 42.5%, 41.7% и 41.4%. Все хромосомы метацентрические. Популяция сосны с олиготрофного болота достоверно отличается по абсолютной длине хромосом от двух других популяций.

Различия между популяциями сосны проявляются по числу, встречаемости и особенностям локализации вторичных перетяжек в хромосомах. Хромосомные наборы болотных популяций сосны отличаются диффузным характером распределения вторичных перетяжек; встречаемость перетяжек высокая; имеются хромосомы с несколькими перетяжками на одном или на двух плечах (впервые для вида выявлены хромосомы с четырьмя вторичными перетяжками). Присутствие в кариотипе хромосом с несколькими перетяжками диагностирует структурные перестройки районов ядрышковых организаторов (Anastassova-Kristeva, Nikoloff, 1978). Наибольшим количеством вторичных перетяжек (34 на диплоидный набор), их встречаемостью (10-86%), а также самой обширной зоной локализации (35-64% расстояния от перетяжки до центромеры) характеризуется кариотип сосны с олиготрофного болота. У сосны с евтрофного болота вторичных перетяжек меньше (20 на диплоидный набор), встречаемость ниже (7-65%), а зона локализации уже (42-61% расстояния от перетяжки до центромеры). Самое низкое число вторичных перетяжек (8 на диплоидный набор), встречающихся с частотой 8-67% и локализующихся в зоне 42-58% расстояния от перетяжки до центромеры, отмечается у сосны с суходола. Интерфазные ядра сосны из популяций олиготрофного и евтрофного болот содержат от 2 до 12 ядрышек, суходола – от 2 до 10.

Согласно результатам изучения распределения вторичных перетяжек на плечах обобщенной ядрышкообразующей хромосомы можно ожидать, что наилучшими ростовыми качествами будет характеризоваться семенное потомство суходольной популяции сосны, наихудшими – потомство популяции сосны олиготрофного болота. Промежуточными показателями роста будет отличаться потомство популяции сосны евтрофного болота.

Структурные мутации в популяциях сосны представлены: кольцевыми хромосомами, ацентрическими кольцами, надетыми кольцевыми хромосомами, дицентриками (табл. 2.1, рис. 2.1). Встречаемость хромосомных мутаций в популяциях сосны с олиготрофного болота и суходола не превышает 1%. Несколько более высокий уровень перестроек отмечен в потомстве сосны с евтрофного болота, что, возможно, объясняется резким изменением экологической обстановки после проведения мелиоративных работ. Учитывая это, сбор семян для лесокультурных работ с таких деревьев нежелателен.

Таблица 2.1. Хромосомные нарушения в болотной и суходольной популяциях сосны обыкновенной

Показатели

Выборки

суходол

олиготрофное болото

евтрофное болото

Изучено проростков, шт.

100

100

100

Изучено клеток, шт.

333

679

604

Число клеток с перестройками, шт.

1

3

8

Процент клеток с нарушениями

0.4 ± 0.35

0.4 ± 0.24

1.3 ± 0.46

Число перестроек, шт.

2

8

9

Типы

перестроек

кольца и кольцевые хромосомы

2

7

8

полицентрические хромосомы

-

1

-

другие нарушения

-

-

1

   

а б

Рис. 2.1. Хромосомные мутации в болотных популяциях сосны обыкновенной:

а - надетая кольцевая хромосома; б - ацентрическое кольцо. Мутации указаны стрелками. Масштабная линейка - 10 мкм.

Кариотип деревьев с аномалиями развития типа «ведьмины метлы», произрастающих на олиготрофном болоте, имеет 24 хромосомы (2n = 24). В проростках семян с деревьев, несущих «ведьмину  метлу»,  наблюдалась миксоплоидия. Кариотип деревьев с «ведьминой метлой» отличается от кариотипа типичных деревьев наличием дополнительных вторичных перетяжек в II-III, V-VI и XI-XII парах хромосом, локализованных в «блокированных» и «запретных» зонах плеча и имеющих предположительно мутантное происхождение, а также отсутствием вторичной перетяжки у Х пары хромосом. Впервые выявлены хромосомы с шестью вторичными перетяжками. Число ядрышек в интерфазных ядрах деревьев с «ведьмиными метлами» варьирует от 2 до 14. Наблюдались необычные по морфологии ядрышки, нехарактерные для клеток деревьев типичной формы (рис. 2.2.). Представляет интерес присутствие ядрышек в метафазе митоза у деревьев с «ведьминой метлой». Подобный феномен, известный как «остаточное ядрышко» и отмечавшийся у древесных растений в зоне Чернобыльской АЭС, рассматривается в качестве компенсаторного механизма клетки в результате воздействия стрессовых факторов (Исаков и др., 1991; Butorina et al., 1997). Ана-телофазные нарушения у деревьев с «ведьминой метлой» представлены фрагментами, мостами, отстающими и забегающими хромосомами, С-митозом, который наблюдается у сосны исключительно редко при патологических процессах в клетке. Встречаемость нарушений в метафазных клетках деревьев с «ведьминой метлой» составляет 10.5%, в ана-телофазных клетках - 5.3%  от общего числа изученных клеток.

   

Рис. 2.2. Аномальные формы ядрышек в интерфазных ядрах сосны обыкновенной с «ведьминой метлой».

Для сравнения с данными по изучению хромосомных мутаций в болотных и суходольных насаждениях сосны обыкновенной проведено исследование популяций данного вида в различных частях ареала. В экстремальных местопроизрастаниях: на южной границе ареала и в условиях техногенного загрязнения (Красноярский край), за пределами ареала в искусственных посадках (Волгоградская область), в горных условиях (Чехия) встречаемость хромосомных мутаций возрастает (5.1-14.4%) по сравнению с типичными условиями (0.9-3.8%). Анализ полученных результатов и литературных данных (Муратова, 1991; Butorina, Evstratov, 1996; Butorina et al., 1997; Muratova, 1997; Шафикова, 1999) показывает, что в популяциях сосны обыкновенной, произрастающих в условиях воздействия различных экстремальных факторов, в том числе на болотах, одной из основных реакций на стресс является повышение уровня и расширение спектра хромосомных нарушений в семенном потомстве.

ГЛАВА 3. МОРФОЛОГИЯ ГЕНЕРАТИВНЫХ ОРГАНОВ И КАРИОТИП

СОСНЫ КЕДРОВОЙ СИБИРСКОЙ

3.1. Морфологические особенности генеративных органов и характеристика кариотипа сосны кедровой сибирской в различных условиях произрастания. Дана характеристика видового ареала (Поликарпов, Назимова, 1963; Бобров, 1978), а также лесоводственных особенностей (Бех, Воробьев, 1998; Семечкин, 2002) сосны кедровой сибирской, или кедра сибирского. Приводятся данные о своеобразии условий произрастания кедра в Западной Сибири в связи с заболоченностью ее территории (Ефремов, 1967). Дано описание болотных форм кедра (Храмов, Валуцкий, 1970). Рассматриваются признаки генеративной сферы в связи с условиями произрастания кедра сибирского. Показано, что успешность репродуктивных процессов у кедра зависит от климатических факторов, почвенных условий и погодных флуктуаций (Земляной, 1971; Некрасова, 1983; Третьякова, 1990). Выявлена сопряженность размеров урожаев, параметров репродуктивных структур кедра сибирского с возрастом древостоев, типом леса, характером сексуализации, генетическими особенностями (Ирошников, 1964; Ло, Чжао, 1992; Горошкевич, Хуторной, 1996; Бех и др., 2004). Приводится описание внутрипопуляционных форм и особей кедра сибирского с отклоняющимися от нормы особенностями половой репродукции и анализ связи таких явлений с условиями произрастания (Третьякова, 1990; Матвеева, 2006). Сведения о строении генеративных структур в болотных популяциях кедра ограниченны (Авров, 1993).

Рассмотрены сравнительные данные по кариологии кедра сибирского из различных условий произрастания. Наблюдаются различия по встречаемости вторичных перетяжек в хромосомах, которая возрастает в популяциях кедра сибирского, произрастающих у северных границ ареала, по сравнению с другими происхождениями (Муратова, 1980). Несмотря на детальные исследования, до проведения настоящей работы популяции кедра сибирского в болотных экотопах кариологически не были изучены.

3.2. Особенности генеративной сферы и кариотип болотной популяции сосны кедровой сибирской. Раздел включает 3 части. Популяция кедра сибирского, произрастающая на евтрофном болоте, характеризуется типичными для вида параметрами генеративных структур: длина шишек составляет 6.0 ± 0.6 см (C.V. = 15.3%), диаметр – 4.5 ± 0.3 см (C.V. = 9.1%), число семенных чешуй в шишке - 68.4 ± 0.99 шт. (C.V. = 13.0%), количество семян на макростробил – 88.2 ± 2.02 шт. (C.V. = 20.6%). Шишки с «левоспиральными» парастихами составляют 45.1%, с «правоспиральными» - 54.9%. Деревья кедра на болоте продуцируют средние по размерам семена: масса 1000 шт. семян имеет значение 225 г. На деревьях кедра с «ведьминой метлой» формируются более мелкие шаровидные шишки, длина и ширина которых на основной кроне составляют 4.8 ± 0.21 см (C.V. = 14.2%) и 4.7 ± 0.18 см (C.V. = 12.1%) соответственно. На побегах с «ведьминой метлой» длина и ширина шишек составляют соответственно 3.5 ± 0.17 см (C.V. = 17.1%) и 2.9 ± 0.90 см (C.V. = 12.2%).

В диплоидном наборе кедра сибирского с евтрофного болота имеется 24 хромосомы (2n = 24). В отдельных проростках отмечена миксоплоидия. 11 пар длинных симметричных хромосом (I-XI) образуют единую группу с одинаковыми параметрами: La = 13.7 мкм; Lr = 4.2%; Ic = 47.5%. Отдельно идентифицируется 1 пара более коротких и асимметричных хромосом (XII), характеризующаяся следующими параметрами: La = 10.9 мкм; Lr = 3.3%; Ic = 42.2%. Все хромосомы относятся к метацентрическому типу. Сопоставление морфометрических параметров хромосом болотной популяции  кедра сибирского и данных Е.Н. Муратовой (1978; 1980) по другим популяциям этого вида показало, что различия между ними достоверны. Хромосомы болотной популяции Pinus  sibirica по сравнению с другими более длинные и симметричные.

Число вторичных перетяжек в хромосомах болотной популяции кедра составляет 32 на диплоидный набор, их встречаемость – 8-62%, зона локализации – 35-72% расстояния от перетяжки до центромеры. Кариотип болотной популяции кедра сибирского отличается от «обобщенного» по другим популяциям кариотипа данного вида (Муратова, 1978, 1983) диффузным распределением вторичных перетяжек на плечах хромосом, одновременным функционированием нескольких ядрышкообразующих зон в одной хромосоме и образованием вторичных перетяжек в «блокированных» и «запретных» зонах. Данные особенности связаны с включением дополнительных ядрышковых организаторов или со структурными перестройками в этих локусах. В интерфазных ядрах болотной популяции кедра сибирского имеется от 2 до 14 ядрышек.

В популяции кедра сибирского на евтрофном болоте впервые для данного вида выявлены хромосомные перестройки (табл. 3.1, рис. 3.1), возникновение которых может быть связано с неблагоприятными условиями произрастания деревьев. Мутации представлены: дицентрическими хромосомами, кольцевыми структурами с центромерой и ацентрического типа с фрагментами и без фрагментов, одним или несколькими фрагментами. Единично были отмечены одновременно кольцевые и дицентрические хромосомы, а также «надетые» кольцевые хромосомы. Хромосомные мутации зафиксированы в некоторых полиплоидных клетках.

Таблица 3.1. Спектр и встречаемость хромосомных мутаций в популяции кедра сибирского с евтрофного болота

Типы перестроек

Число метафаз с перестройкой, шт.

Процент метафаз с перестройкой

Кольцевые хромосомы

15

3.3

Ацентрические кольца

4

0.9

Полицентрические хромосомы

16

3.7

«Надетые» кольцевые хромосомы

1

0.2

Фрагменты

8

1.8

Полиплоидные клетки

13

2.8

     

а б

Рис. 3.1. Хромосомные мутации у кедра сибирского: а - фрагмент; б - «надетая» кольцевая хромосома. Мутации указаны стрелками. Масштабная линейка 10 мкм.

ГЛАВА 4. МОРФОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИЗНАКИ ГЕНЕРАТИВНЫХ СТРУКТУР И КАРИОТИП ЛИСТВЕННИЦЫ СИБИРСКОЙ

4.1. Морфологическая характеристика репродуктивной сферы и кариологические особенности лиственницы сибирской в связи с их экологической обусловленностью. Показаны особенности распространения лиственницы сибирской по ареалу (Абаимов и др., 1980; Ирошников, 2004). Дано описание внутривидовых форм лиственницы, сложность выделения которых связана с природно-климатическими различиями районов ее произрастания, а также с интенсивно протекающими процессами интрогрессивной гибридизации (Милютин, 2003; Путенихин и др., 2004; Коропачинский, Милютин, 2006).

Проанализирована связь морфологических характеристик женской и мужской генеративной сферы лиственницы сибирской с условиями произрастания древостоев и биологическими особенностями деревьев. В популяциях лиственницы прослеживается клинальная изменчивость размеров генеративных структур и качества семян в направлении с юга на север и с запада на восток, определяемая общим ухудшением условий произрастания (Круклис, Милютин, 1977; Матвеев, Семериков, 1995; Путенихин и др., 2004). Показано, что параметры семенных чешуй у лиственницы являются генетически детерминированными признаками, не связанными с факторами среды и имеющими диагностическое значение (Путенихин и др., 2004). Выявлено, что масса семян коррелирует с количеством осадков, температурой, высотой местности над уровнем моря (Путенихин, Фарукшина, 2004). Рассматривается связь сроков прохождения микроспорогенеза у лиственницы с температурным режимом местообитания (Рождественский, Семериков, 1995; Романова, Третьякова, 2005). Сведения о генеративных структурах болотных популяций лиственницы в литературе отсутствуют.

Приводятся данные по кариологии лиственницы сибирской, а также близкородственных таксонов – лиственницы Сукачева и лиственницы Чекановского. Согласно литературным источникам, наибольшая встречаемость хромосом с вторичными перетяжками и хромосомных мутаций наблюдается в популяциях лиственниц, произрастающих в экстремальных условиях и при техногенном загрязнении (Муратова, 1991; Фарукшина, 1998; Путенихин и др., 2004). Кариологические исследования в популяциях лиственницы, произрастающих в болотных экотопах, не проводились.

4.2. Исследование генеративных структур и кариотипа лиственницы сибирской в гидроморфных и суходольных условиях произрастания. Раздел состоит из 6 частей. Установлено, что размеры макростробилов (женских шишек) в популяциях лиственницы достоверно выше у деревьев на суходоле по сравнению с деревьями из болотной согры (табл. 4.1). Частота встречаемости шишек, имеющих различную длину и ширину (рис. 4.1, 4.2), свидетельствует о наличии как в согре, так и на суходоле мелко-, средне- и крупношишечных форм лиственницы. Приблизительно 20-25% особей имеют мелкие шишки, 25-27% - шишки средних размеров, 12-15% - крупные шишки. В среднем 12-18% деревьев имеют шишки небольшой ширины, 16-23% - шишки средней ширины, 10-15% - широкие шишки. Остальные шишки в популяциях лиственницы с согры и суходола характеризуются переходными показателями длины и ширины. Значения числа семенных чешуй в шишке, числа парастих в шишке, ширины семенной чешуи достоверно выше в суходольной популяции лиственницы (табл. 4.1). Изменчивость анализируемых признаков более высокая в болотной популяции лиственницы. Значения числа чешуй и числа парастих в шишке у лиственницы сибирской как в согре, так и на суходоле (табл. 4.1) значительно выше, чем в популяциях этого вида из восточных частей ареала (Круклис, Милютин, 1977), приближаясь к значениям, характерным для лиственницы Сукачева на Южном Урале (Путенихин и др., 2004).

Таблица 4.1. Изменчивость морфометрических показателей шишек в популяциях лиственницы сибирской с болотной согры и с суходола

Показатели

Выборки

суходол

болотная согра

Длина шишки, мм

x ± mx

36.7 ± 0.35

35.9 ± 0.45

C.V., %

9.5

12.6

1.98

Ширина шишки, мм

x ± mx

21.0 ± 0.19

19.5 ± 0.15

C.V., %

9.1

7.5

8.84

Число семенных чешуй в шишке, шт.

x ± mx

36.5 ± 0.37

33.2 ± 0.42

C.V., %

10.0

12.7

8.35

Число парастих в шишке, шт.

x ± mx

5.3 ± 0.06

5.0 ± 0.07

C.V., %

13.0

13.7

5.07

Ширина семенной чешуи, мм

x ± mx

15.2 ± 0.14

14.7 ± 0.15

C.V., %

9.7

10.5

3.38

Рис. 4.1. Частота встречаемости шишек различной длины у лиственницы сибирской в болотной согре и на суходоле.

Рис. 4.2. Частота встречаемости шишек различной ширины у лиственницы сибирской в болотной согре и на суходоле.

В популяциях лиственницы сибирской выделены шишки с 3 формами края семенной чешуи: округлой (72% в согре и 67% на суходоле), прямой (23% в согре и 27% на суходоле), выемчатой (5% в согре и 6% на суходоле). По конфигурации плоскости семенной чешуи в популяциях лиственницы выделяются 3 формы: типично-ложковидная (52% в согре и 53% на суходоле), выпукло-ложковидная (28% в согре и 30% на суходоле), волнистая (20% в согре и 17% на суходоле). Структура болотной и суходольной популяций лиственницы по данным показателям не различается. Выявленное соотношение форм заметно отличается от аналогичных соотношений, полученных в других частях ареала лиственницы сибирской (Круклис, Милютин, 1977), оказываясь идентичным средним показателям распределения этого признака в уральских популяциях лиственницы Сукачева (Путенихин, Фарукшина, 2004). Полученные данные позволяют сделать предположение о происходящих в Западно-Сибирском регионе процессах интрогрессивной гибридизации лиственниц сибирской и Сукачева. Разнообразие оттенков окраски семенных чешуй шишек в изученных популяциях лиственницы особенно характерно для болотного насаждения данного вида.

Семена в популяциях лиственницы сибирской с согры и с суходола имеют коричневую окраску и между собой по этому признаку не различаются. Семенные крылатки дифференцируются по окраске на 5 цветов в болотной популяции лиственницы, на 3 цвета – в суходольной. Крылатки болотного экотипа лиственницы имеют среднюю длину 9.7 ± 0.12 мм, суходольного - 10.6 ± 0.12 мм, достоверно различаясь между собой. Крылатки болотного экотипа лиственницы характеризуются шириной 5.2 ± 0.09 мм, суходольного - 5.1 ± 0.06 мм, различия между этими значениями недостоверны. Масса семян суходольного экотипа лиственницы сибирской (12.1 г) достоверно выше массы семян болотного экотипа данного вида (10.2 г). Значения массы семян болотного и суходольного экотипов лиственницы сибирской проявляют сходство с параметрами данного признака для популяций лиственницы Сукачева (Путенихин и др., 2004), что также свидетельствует о возможном гибридном происхождении популяций лиственницы, произрастающих в Западной Сибири. В образцах из суходольной и болотной популяций лиственницы  содержится соответственно 54% и 40% пустых семян. Достоверно более высокие значения показателей качества семян получены для болотного экотипа лиственницы (энергия прорастания - 35 ± 3.8%, всхожесть – 49 ± 3.14%) по сравнению с суходольным экотипом (энергия прорастания - 28 ± 1.4%, всхожесть – 32 ± 1.6%).

В диплоидном наборе лиственницы сибирской с согры и суходола содержится 24 хромосомы (2n = 24). В отдельных корневых меристемах популяций лиственницы наблюдалась миксоплоидия. В обеих популяциях лиственницы выделяются две группы и индивидуально одна пара хромосом. Первая группа состоит из 6 пар длинных метацентрических хромосом (I-VI). Более короткие субметацентрические хромосомы образуют вторую группу из 5 пар (VIII-XII). Отдельно идентифицируется одна пара хромосом интерцентрического типа (VII), занимающая промежуточное положение по длине по сравнению с двумя другими группами хромосом. Различия по относительной длине и центромерному индексу между выделенными морфологическими типами хромосом статистически достоверны. По данным других авторов, в кариотипе популяций L. sibirica идентифицируются только две группы хромосом – длинные метацентрики (I-VI пары) и короткие субметацентрики, образующие VII-XII пары; хромосомы интерцентрического типа не выделяются. В популяциях L. sukaczewii хромосомы распределяются на три группы – длинные метацентрики (I-VI пары), более короткие интерцентрики (VII-IX пары), короткие субметацентрики, соответствующие X-XII парам (Муратова, Чубукина, 1985; Фарукшина, 1998). Сравнение полученных результатов с литературными данными свидетельствует, что кариотип западносибирских популяций лиственницы по морфологическим типам хромосом является переходным между кариотипами L. sibirica и L. sukaczewii. Параметры I-VI, VII, VIII-XII пар хромосом лиственницы с согры составляют соответственно: La = 14.7 мкм, 10.8 мкм, 9.2 мкм; Lr = 5.1%, 3.7%, 3.2%; Ic = 47.6%, 26.6%, 31.5%. Параметры I-VI, VII, VIII-XII пар хромосом лиственницы с суходола составляют соответственно: La = 13.4 мкм, 10.0 мкм, 8.7 мкм; Lr = 5.0%, 3.8%, 3.2%; Ic = 47.2%, 27.3%, 32.1%.

Число вторичных перетяжек на диплоидный набор выше в популяции лиственницы с согры (12) по сравнению с лиственницей с суходола (8). Область локализации перетяжек в хромосомах лиственницы с согры шире (39-69% расстояния от перетяжки до центромеры), по сравнению с лиственницей с суходола  (43-68% расстояния от перетяжки до центромеры). Встречаемость перетяжек в хромосомах деревьев лиственницы с согры варьирует соответственно от 17 до 75%, лиственницы с суходола - от 17 до 93%. Популяции лиственницы с болотной согры и суходола по количеству перетяжек в хромосомах проявляют большее сходство с популяциями лиственницы Сукачева. Интерфазные ядра деревьев лиственницы с болотной согры содержат от 1 до 8 ядрышек, деревьев лиственницы с суходола – от 1 до 6.

В метафазных клетках лиственницы с согры и суходола обнаружены хромосомные мутации: кольцевые структуры, фрагменты, нарушения спирализации, дицентрики (табл. 4.2, рис. 4.3). Патологии митоза у лиственницы с согры и суходола представлены фрагментами, многополюсными митозами, неправильным расхождением полиплоидных клеток, забегающими и отстающими хромосомами, выбросами за пределы пластинки отдельных хромосом (табл. 4.3, рис. 4.4). Мосты, остаточное ядрышко и С-митоз встречались только в болотной популяции лиственницы, агглютинация хромосом – в суходольной. Для сравнения с полученными результатами изучены насаждения лиственницы сибирской из окрестностей г. Норильска, произрастающие в экстремальных природно-климатических условиях в зоне влияния техногенных выбросов. В норильской популяции L. sibirica впервые для данного вида обнаружена добавочная хромосома (2n = 24 + 1B). Другие нарушения представлены миксоплоидией, кольцевыми структурами, фрагментами, дицентрическими хромосомами, остаточным ядрышком, нарушениями спирализации хромосом, С-митозом. Встречаемость нарушений очень высокая (22.8%). Анализ полученных результатов и данных других авторов (Муратова, 1991; Фарукшина, 1998) свидетельствует, что в популяциях лиственницы из экстремальных условий произрастания спектр хромосомных мутаций расширяется.

Таблица 4.2. Встречаемость и спектр метафазных нарушений в популяциях лиственницы сибирской с болотной согры и с суходола

Показатели

Выборки

суходол

согра

Число изученных корневых меристем, шт.

60

107

Число корневых меристем с нарушениями, шт. / %

22 / 36.7

26 / 24.3

Число изученных клеток, шт.

465

989

Число клеток с нарушениями, шт. / %

38 / 8.2

56 / 5.7

Типы

метафазных

нарушений,

шт. / %

ацентрические кольца

4 / 0.9

4 / 0.4

фрагменты

5 / 1.1

22 / 2.2

кольцевые хромосомы

3 / 0.6

7 / 0.7

“надетые” кольцевые хромосомы

1 / 0.2

-

полицентрические хромосомы

-

1 / 0.1

анеу- и полиплоидные клетки

23 / 3.5

19 / 1.9

нарушения спирализации

2 / 0.4

3 / 0.3

а б

 

в  г

Рис. 4.3. Хромосомные мутации у лиственницы сибирской: а – фрагмент; б – дицентрик; в – кольцевая хромосома; г – ацентрическое кольцо. Мутации указаны стрелками. Масштабная линейка 10 мкм.

Таблица 4.3. Встречаемость и спектр ана-телофазных нарушений в популяциях лиственницы сибирской с болотной согры и с суходола 

Показатели

Выборки

суходол

согра

Число изученных корневых меристем, шт.

50

50

Число корневых меристем с нарушениями, шт. / %

21 / 42.0

19 / 38.0

Число изученных клеток, шт.

502

354

Число клеток с нарушениями, шт. / %

28 / 5.6

27 / 7.6

Типы

ана-

телофазных

нарушений,

шт. / %

один или несколько фрагментов

9 / 1.8

6 / 1.6

многополюсные митозы

4 / 0.8

5 / 1.4

мосты одиночные

-

2 / 0.6

мосты парные

-

1 / 0.3

С-митоз

-

3 / 0.8

забегающие хромосомы

8 / 1.6

4 / 1.1

отстающие хромосомы

1 / 0.2

1 / 0.3

выбросы за пределы пластинки

3 / 0.6

2 / 0.6

неправильное расхождение полиплоидных клеток

1 / 0.2

2 / 0.6

остаточное ядрышко

-

1 / 0.3

агглютинация хромосом

2 / 0.4

-

 

а б

Рис. 4.4. Нарушения митоза у лиственницы сибирской: а – фрагмент; б – забегающая хромосома.

ГЛАВА 5. МОРФОЛОГИЯ ГЕНЕРАТИВНЫХ СТРУКТУР И КАРИОТИП

ЕЛИ СИБИРСКОЙ

5.1. Изучение генеративных структур и кариологическая характеристика ели сибирской в различных условиях произрастания. Приводится описание видового ареала ели сибирской. Изучение популяций ели сибирской в зоне гибридизации с елью европейской выявило, что они характеризуются трансгрессивным характером изменчивости морфо-физиологических признаков. Рассматриваются вопросы экологии ели сибирской (Бобров, 1974; Правдин, 1975; Попов, 2005).

Обсуждается репродуктивная способность ели сибирской в связи с лесоводственными характеристиками насаждений (Попов, 1978). Выявлены достоверные связи параметров генеративных органов ели, а также сроков прохождения микроспорогенеза с географической широтой и долготой местности, с количеством осадков, температурным фактором (Правдин, 1975; Некрасова, 1983; Попов, 1999; Путенихин и др., 2005). В целом, в изменчивости генеративных структур проявляется тенденция, связанная с основными районами произрастания ели, расположенными вдоль трансекты «северо-запад – юго-восток». Установлено, что форма семенных чешуй является диагностическим признаком, отражающим популяционно-географическую структуру ареала ели (Попов, 1999). Показаны особенности дифференциации популяций ели, произрастающих на Западно-Сибирской равнине, в связи с условиями произрастания древостоев в режиме избыточного увлажнения почв (Попов, 2005).

Анализируются результаты кариологического исследования ели сибирской, в том числе данных по нуклеолярным хромосомам (Круклис, 1971; Скупченко, 1975; Медведева, Муратова, 1987; Guttenberger, Muller, 1996; Фарукшина и др., 1997; Путенихин и др., 2005). Рассмотрены генетические и лесоводственные эффекты встречаемости добавочных хромосом в популяциях ели (Брока, 1990; Муратова, Владимирова, 2001). Данные по кариологии болотных популяций P. obovata в литературе отсутствуют.

5.2. Исследование морфологических особенностей шишек, посевных качеств семян и особенностей кариотипа ели сибирской в гидроморфных и суходольных экотопах. Раздел состоит из 4 частей. Анализ индивидуальной и межпопуляционной изменчивости размеров шишек ели сибирской показывает, что по мере ухудшения условий произрастания по градиенту: суходол – болотная согра – евтрофное болото, средние размеры шишек уменьшаются (табл. 5.1). Соответственно уменьшению длины шишек в популяциях ели увеличивается вариабельность их размеров. Сходная тенденция прослеживается и на индивидуальном уровне - во всех изученных популяциях ели у отдельных деревьев, формирующих самые крупные шишки, их размеры наименее вариабельны. Длина шишек ели как у отдельных деревьев, так и на уровне популяции оказывается более вариабельным признаком, чем ширина.

Таблица 5.1. Параметры шишек болотных и суходольной популяций ели сибирской

Местоположение участка

Длина шишек

Ширина шишек

n., шт.

х ± mx., см

C.V., %

n., шт.

х ± mx., см

C.V., %

Большое Жуковское болото

1307

6.6±0.11

16.62

1042

1.5±0.05

23.66

Болотная согра

2500

7.3±0.13

12.02

2408

1.8±0.03

10.20

Малое Жуковское болото

638

6.9±0.22

13.14

199

1.7±0.07

9.66

Суходол

1010

7.6±0.14

12.02

963

2.1±0.03

8.05

Изучение индивидуальной изменчивости качества семян в популяциях ели с болота, болотной согры и суходола показало, что различия по массе семян между отдельными деревьями очень существенны и не имеют четкой сопряженности с показателями всхожести и энергии прорастания. При этом изменчивость массы семян ели с болота и болотной согры соответствует среднему уровню, а с суходола – высокому. Уровень изменчивости энергии прорастания и всхожести семян как в болотных, так и в суходольной популяциях ели высокий и очень высокий (табл. 5.2).

Таблица 5.2. Показатели качества семян ели сибирской на болотах и суходолах

Выборки

Статистические показатели

число деревьев

M±m

σ

C.V.%

Масса семян, г

Большое Жуковское болото

10

3.5±0.27

0.87

27.86

Кедрово-еловая согра

42

4.1±0.23

0.86

20.98

Суходол

31

3.7±0.21

1.16

31.35

Энергия прорастания, %

Большое Жуковское болото

10

27.5±5.29

16.74

60.87

Кедрово-еловая согра

42

25.7±5.84

21.37

83.15

Суходол

31

19.5±3.01

16.75

85.90

Всхожесть, %

Большое Жуковское болото

10

43.3±7.60

24.04

55.52

Кедрово-еловая согра

42

45.6±4.86

18.59

40.77

Суходол

31

38.0±3.45

19.23

50.61

Кариотип обеих болотных и суходольной популяций ели сибирской характеризуется постоянным диплоидным числом хромосом, равным 24 (2n = 24). В популяциях данного вида с болота, болотной согры и суходола отмечаются миксоплоидия, а также появление добавочных или В-хромосом (рис. 5.1).

 

Рис. 5.1. Тетраплоидная клетка с В-хромосомой (указана стрелкой) у ели сибирской с евтрофного болота. Масштабная линейка 10 мкм.

Методом поликариограммного анализа выявлено, что в популяциях ели с болота, согры и суходола единую группу образуют метацентрические хромосомы I-VIII пар, их параметры составляют соответственно: La = 14.5 мкм, 14.5 мкм, 14.6 мкм; Lr = 4.5%, 4.5%, 4.5%; Ic = 46.8%, 46.8%, 47.3%. Индивидуально идентифицируются четыре пары хромосом – IX, X, XI и XII (из них IX и XII – субметацентрики, X и XI – метацентрики). Параметры IX пары хромосом в популяциях ели с болота, согры и суходола составляют соответственно: La = 12.3 мкм, 12.8 мкм, 13.5 мкм; Lr = 3.9%, 3.9%, 4.2%; Ic = 37.0%, 38.1%, 36.8%; параметры X пары: La = 11.5 мкм, 11.8 мкм, 11.7 мкм; Lr = 3.7%, 3.8%, 3.6%; Ic = 44.6%, 43.3%, 43.2%; параметры XI пары: La = 10.3 мкм, 10.3 мкм, 10.4 мкм; Lr = 3.3%, 3.2%, 3.2%; Ic = 43.7%, 43.3%, 43.1%; параметры XII пары: La = 9.2 мкм, 9.1 мкм, 9.3 мкм; Lr = 2.9%, 2.9%, 2.9%; Ic = 34.3%, 35.3%, 34.9%.

Различия между тремя изученными популяциями ели по абсолютной и относительной длине и центромерному индексу хромосом недостоверны. Только IX пара хромосом кариотипа ели с болота (характеризующаяся повышенной изменчивостью в различных популяциях елей сибирской и европейской: она представляет собой мета- или субметацентрик) имеет достоверные отличия по абсолютной длине от IX пары хромосомного набора ели с суходола и согры.

Максимальным числом вторичных перетяжек и наиболее диффузным их распределением на плечах хромосом характеризуется  популяция ели с болота (32 перетяжки на диплоидный набор, с зоной локализации 27-78% расстояния от перетяжки до центромеры) по сравнению с популяциями данного вида с болотной согры (26 перетяжек на диплоидный набор, с зоной локализации 32-73% расстояния от перетяжки до центромеры) и с суходола (26 перетяжек на диплоидный набор, с зоной локализации 32-73% расстояния от перетяжки до центромеры).

Встречаемость перетяжек в хромосомах ели с болота – 7-80%, с согры – 4-92%, с суходола – 9-63%. В кариотипе ели с болота впервые для вида выявлены хромосомы с четырьмя вторичными перетяжками. Число ядрышек в интерфазных ядрах деревьев ели с болота варьирует от 1 до 16, деревьев ели с согры – от 2 до 10, деревьев ели с суходола – от 2 до 10. Данные по величине ядерно-ядрышковых отношений позволяют сделать предположение о более интенсивных процессах белкового синтеза у особей ели с болота, по сравнению с особями с согры и суходола.

В популяциях ели с болота, болотной согры и суходола обнаружены хромосомные перестройки, представленные кольцевыми структурами, дицентрическими хромосомами, фрагментами (табл. 5.3, рис. 5.2). В популяции ели с болота зарегистрировано остаточное ядрышко, а также кольцевая хромосома одновременно с В-хромосомой. Наиболее широкий спектр мутаций, а также их максимальная встречаемость зафиксирована в обеих болотных популяциях ели.

При изучении митозов в популяции ели с согры выявлены отстающие и забегающие хромосомы, мосты, фрагменты, неравномерное и хаотическое расхождение хромосом, в том числе в полиплоидных клетках. В популяции ели с суходола отмечены фрагменты в анафазе. Встречаемость клеток с митотическими нарушениями у деревьев в популяции ели с согры в 2.5 раза выше, чем в суходольной популяции.

Таблица 5.3. Встречаемость и спектр метафазных нарушений (шт./%) в популяциях ели сибирской с болот и с суходола

Спектр мутаций

Болото

Согра

Суходол

Фрагменты

5 / 1.4

1 / 0.3

1 / 0.7

Полицентрические хромосомы

3 / 0.8

-

-

Кольцевые хромосомы

1 / 0.3

-

2 / 1.4

Кольцевые хромосомы и В-хромосомы

1 / 0.3

-

-

Ацентрические кольца

2 / 0.6

-

-

Остаточное ядрышко

1 / 0.3

-

-

 

  а б

Рис. 5.2. Хромосомные мутации у ели сибирской: а – дицентрик; б – кольцевая хромосома. Мутации указаны стрелками. Масштабная линейка 10 мкм.

Изучение качественных характеристик семян и встречаемости хромосомных нарушений индивидуально у отдельных особей и групп деревьев ели на болоте, в согре и на суходоле свидетельствует, что растения с высокой суммарной встречаемостью мутаций в клетках отличаются низким или средним качеством семян. Наличие В-хромосом не оказывает влияния на массу семян и их всхожесть.

ГЛАВА 6. ПАРАМЕТРЫ ГЕНЕРАТИВНЫХ ОРГАНОВ И КАРИОТИП ПИХТЫ СИБИРСКОЙ

6.1. Морфологические особенности генеративных структур и характеристика кариотипа пихты сибирской в различных условиях произрастания. Приводится характеристика ареала пихты сибирской (Бобров, 1978). Рассматриваются экологические факторы произрастания пихтарников (Фалалеев, 1964). Подчеркивается недостаточность изучения внутривидового разнообразия и генетико-селекционных особенностей пихты (Милютин, 1995). Обсуждаются данные по проблемам усыхания пихтовых насаждений в некоторых частях видового ареала (Воронин, 1989; Бажина, 1998).

Показана связь урожайности деревьев пихты с их биологическими и лесоводственными особенностями (Рябинков, 1974). Установлена зависимость размеров и строения женских шишек и качества семян пихты с условиями произрастания древостоев (Третьякова, Бажина, 1996; Кокорин, Милютин, 2003). Отмечается связь сроков прохождения микроспорогенеза, качества пыльцы и встречаемости аномалий в мейозе у пихты с температурными условиями (Некрасова, 1983; Третьякова, 1990).

Данные по кариологии пихты сибирской немногочисленны (Бударагин, 1972; Муратова, Матвеева, 1996; Квитко, 2006). Наибольший уровень встречаемости хромосомных аномалий зафиксирован в популяциях пихты из экстремальных условий произрастания (Муратова, Матвеева, 1996). Сведений об особенностях генеративной сферы и кариотипа пихты, произрастающей в гидроморфных экотопах, в научной литературе не имеется.

6.2. Характеристика генеративных структур и кариотип пихты сибирской в болотных и суходольных условиях произрастания. Раздел состоит из 3 частей. При изучении линейных параметров женских шишек установлено, что их длина у пихты на суходоле достоверно выше, а ширина – достоверно ниже, чем в болотной согре. Масса семян пихты в изученных экотопах имеет близкие значения, хотя и несколько более высокие для семян пихты с суходола (табл. 6.1.).

Таблица 6.1. Изменчивость размеров макростробилов и качества семян в популяциях

пихты сибирской с болотной согры и с суходола

Показатели

Согра

Суходол

Длина шишки

x ± mx,см

7.6 ± 0.06

7.8 ± 0.07

C.V., %

10.8

13.1

Ширина шишки

x ± mx,см

2.9 ± 0.01

2.8 ± 0.01

C.V., %

7.0

6.7

Масса 1000 шт. семян

x ± mx, г

10.8 ± 0.46

11.6 ± 0.13

C.V., %

9.6

2.5

Энергия прорастания

x ± mx, %

29.6 ± 1.67

13.0 ± 2.24

C.V., %

21.1

70.9

Всхожесть на 15 день

x ± mx, %

70.4 ± 4.27

59.4 ± 3.99

C.V., %

22.7

27.7

Всхожесть на 21 день

x ± mx, %

80.9 ± 2.88

76.0 ± 4.06

C.V., %

8.7

16.0

В опыте по проращиванию выявлено, что посевные качества семян у пихты в согре выше, чем на суходоле (табл. 6.1). При этом отличия наиболее существенны по энергии прорастания семян: на суходоле этот показатель имеет более низкие значения и варьирует на очень высоком уровне, а в согре он более чем в два раза выше и менее вариабелен. При анализе всхожести семян выявляются те же закономерности, но различия между двумя изученными происхождениями пихты не столь контрастны. Итоговые значения всхожести семян пихты как в согре, так и на суходоле существенно превышают аналогичные показатели для семян этого вида из других местопроизрастаний, опубликованные ранее. Вероятно, более низкие значения всхожести, полученные другими авторами (Некрасова, 1962; Третьякова, Бажина, 1996), связаны как со сроками и режимом проращивания семян пихты, так и с особенностями их формирования в конкретных районах произрастания древостоев.

В диплоидном наборе пихты сибирской с суходола и болотной согры содержится 24 хромосомы (2n = 24). В отдельных проростках пихты как с суходола, так и с согры наблюдалась миксоплоидия. У двух проростков пихты с согры зарегистрированы анеуплоидные клетки (2n = 25 и 2n = 30). В обоих случаях нарушение числа хромосом сопровождалось отклонением положения центромеры от нормального предположительно в IX-XI парах субметацентриков с образованием метацентриков. Сдвиг центромеры обычно происходит в результате перицентрической инверсии (Дубинин, 1986). Для Abies sibirica подобный тип перестроек описан впервые.

В популяциях пихты с болотной согры и суходола отдельно идентифицируется группа, состоящая из 7 пар длинных метацентрических хромосом (I-VII), параметры которых составляют соответственно: La = 15.4 мкм, Lr = 4.7%, Ic = 48.3%; La = 13.6 мкм, Lr = 4.7%, Ic = 48.4%. Более короткие субметацентрические хромосомы объединяются в группу из 5 пар (VIII-XII), из которых индивидуально идентифицируются VIII и XII пары. Параметры VIII пары хромосом в кариотипе пихты с согры и суходола составляют соответственно: La = 12.8 мкм, Lr = 3.9%, Ic = 38.1%; La = 11.0 мкм, Lr = 3.8%, Ic = 38.6%. Параметры XII пары хромосом в кариотипе пихты с согры и суходола составляют соответственно: La = 10.3 мкм, Lr = 3.1%, Ic = 30.9%; La = 9.5 мкм, Lr = 3.3%, Ic = 31.2%. В пределах IX-XI пар отдельные хромосомы не идентифицируются; их параметры в популяциях пихты с согры и суходола составляют соответственно: La = 11.0 мкм, Lr = 3.4%, Ic = 33.7%; La = 10.0 мкм, Lr = 3.4%, Ic = 33.5%.

Максимальным числом вторичных перетяжек в хромосомах характеризуются  деревья из популяции пихты, произрастающей в болотной согре (18 перетяжек на диплоидный набор, локализующихся в зоне 27-56% расстояния от перетяжки до центромеры), по сравнению с популяцией данного вида с суходола (12 перетяжек на диплоидный набор, с зоной локализации 27-52% расстояния от перетяжки до центромеры). Встречаемость перетяжек в кариотипе пихты с согры составляет 3-70%, пихты с суходола – 13-83%. Число ядрышек в интерфазных ядрах деревьев пихты с болотной согры варьирует от 1 до 10, пихты с суходола – от 1 до 13.

Хромосомные мутации выявлены в метафазных клетках пихты с согры и суходола. Это полицентрические хромосомы, кольцевые структуры, фрагменты, комплексные нарушения (табл. 6.2, рис. 6.1). Изучение митоза проведено для пихты сибирской впервые. Основные типы митотических повреждений представлены неправильным расхождением хромосом (многополюсные митозы), отстающими и забегающими хромосомами. В отдельных проростках пихты с согры обнаружены одиночные и парные мосты, фрагменты. Фрагменты в некоторых случаях наблюдались совместно с другими типами митотических повреждений (табл. 6.3, рис. 6.2). В целом, спектр хромосомных перестроек и патологий митоза у растений с согры шире, а их встречаемость несколько ниже, чем у деревьев с суходола.

Таблица 6.2. Спектр хромосомных и геномных мутаций (шт. / %) в популяциях пихты сибирской с болотной согры и с суходола

Типы нарушений

Суходол

Согра

Анеу- и полиплоидные клетки

5 / 0.9

21 / 1.3

Фрагменты

5 / 0.8

3 / 0.2

Полицентрические хромосомы

4 / 0.6

2 / 0.1

Кольцевые хромосомы

1 / 0.2

2 / 0.1

«Надетые» кольцевые хромосомы

-

1 / 0.1

Ацентрические кольца

1 / 0.2

1 / 0.1

Дицентрические хромосомы

-

1 / 0.1

Трицентрические хромосомы

-

1 / 0.1

Дицентрик и ацентрическое кольцо

-

1 / 0.1

   

а  б

Рис. 6.1. Хромосомные мутации у пихты сибирской: а – кольцевая хромосома;

б – фрагменты. Мутации указаны стрелками. Масштабная линейка 10 мкм.

Таблица 6.3. Встречаемость и спектр ана-телофазных нарушений  в популяциях пихты сибирской с болотной согры и с суходола

Показатели

Суходол

Согра

Число изученных корневых меристем, шт.

42

38

Число корневых меристем с нарушениями, шт. / %

19 / 45.2

26 / 68.4

Число изученных клеток, шт.

387

555

Число клеток с нарушениями, шт. / %

37 / 9.6

42 / 7.5

Типы ана-телофазных нарушений, шт. / %

неправильные расхождения

27 / 7.0

30 / 5.6

забегающие хромосомы

9 / 2.3

7 / 1.3

отстающие хромосомы

1 / 0.3

3 / 0.4

мосты одиночные

-

1 / 0.1

мосты парные

-

1 / 0.1

фрагменты

-

1 / 0.1

   

а б

   

  в  г

Рис. 6.2. Нарушения митоза у пихты сибирской: а – многополюсное расхождение; б – парный мост; в – фрагмент; г – забегающая хромосома.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

«Ключевыми» объектами для изучения микроэволюционных преобразований, связанных с характером прохождения репродуктивных процессов в популяциях Pinaceae, могут служить болотные насаждения видов данного семейства. История формирования болотных насаждений сосновых началась параллельно с развитием процесса заболачивания участков земной поверхности. Сосна обыкновенная расселилась на возникающие болота в среднем голоцене, 10-11 тыс. лет назад (Санников, Петрова, 2003). В настоящее время данный вид образует на болотах олиготрофного типа интразональные сообщества «рямов» - кустарничково-сфагновых сосняков. На евтрофных болотах, наряду с сосняками, сформировались смешанные древостои, состоящие из кедра сибирского, лиственницы сибирской, пихты сибирской, ели сибирской.

Предполагается, что изменение направления естественного отбора на болотах, по сравнению с суходолами, связанное с территориальной, фенологической и репродуктивной изоляцией, привело к формированию фенотипически и генетически обособленных групп болотных популяций хвойных, имеющих комплекс адаптивных особенностей по ряду признаков, и достигших в процессе своего развития определенной степени специализации. Это предположение основано на анализе данных изучения болотных популяций сосны обыкновенной (Мамаев, Рождественский, 1973; Духарев, Правдин, 1983; Шершукова, Абатурова, 1984; Ефремов, 1987; Буторина, 1989; Санников, Петрова, 2003).

Полученные перечисленными авторами выводы существенно дополнены и расширены результатами впервые проведенного на территории Западной Сибири многолетнего исследования генеративной сферы и кариотипа болотных и суходольных популяций основных лесообразующих видов, относящихся к семейству Pinaceae (Муратова, Седельникова, 1993; Седельникова, 1994, 2003; Седельникова, Муратова, 1991, 1992, 1999, 2000, 2001, 2002; Седельникова и др., 1999, 2001, 2004; Sedelnikova, Pimenov, 2002; Седельникова, Пименов, 2003, 2005, 2006, 2007). Выявлен ряд особенностей, характеризующих специфику микроэволюционных преобразований для каждого вида Pinaceae в болотных и суходольных условиях произрастания, а также общие закономерности формирования генеративной сферы хвойных в гидроморфных экотопах.

ВЫВОДЫ

1. Формирование болотных популяций видов семейства Pinaceae происходит в соответствии с развитием процесса заболачивания. При этом распространение популяций хвойных на болота осуществляется за счет миграции пыльцы и семян из суходольных популяций Pinaceae, произрастающих на смежных плакорных участках леса. Подтверждением общего происхождения болотных и суходольных популяций хвойных служат сходные значения стабильных признаков репродуктивной сферы, или индексов - индекса формы макростробилов, индекса формы семенных крылаток и аэродинамических характеристик их полета, относительной длины и центромерного индекса хромосом.

2. Особенности популяционной структуры видов Pinaceae, произрастающих на болотах и суходолах, отражают различные направления естественного отбора в контрастных гидротермических и трофических условиях данных экотопов. В соответствии с условиями произрастания болотные и суходольные популяции Pinus sylvestris дифференцируются по соотношению деревьев с различным строением апофизов шишек, встречаемости деревьев со светлыми и темными семенами, с красноокрашенными и желтоокрашенными микростробилами. Специфика структуры болотных и суходольных популяций Larix sibirica проявляется в неодинаковом распределении деревьев с различной окраской шишек, семян, семенных крылаток. Установлено, что по репродуктивным параметрам западносибирские болотные и суходольные популяции лиственницы занимают промежуточное положение между Larix sibirica и Larix sukaczewii.

3. В популяциях видов Pinaceae в соответствии с ухудшением условий произрастания (суходолы – евтрофные болота – олиготрофные болота) уменьшаются размеры генеративных органов и повышается их изменчивость, а также в целом возрастает вариабельность показателей качества семян. Установлено, что низкими или средними показателями качества семян отличаются деревья Picea obovata с высокой встречаемостью хромосомных перестроек в клетках. У деревьев Pinus sibirica с отклонениями развития типа «ведьмины метлы» изменения в генеративной сфере связаны с продуцированием аномально мелких шаровидных шишек.

4. Выявлено, что формирующие болотные и суходольные популяции виды Pinaceae являются диплоидами с основным числом хромосом x = 12 (2n = 2х = 24). Для всех изученных видов Pinaceae характерна миксоплоидия, наиболее распространенная в болотных популяциях хвойных. У Larix sibirica миксоплоидные деревья выявлены впервые. В популяциях Picea obovata обнаружены добавочные хромосомы (2n = 24 + 1В, 2n = 24 + 2В).

5. Впервые проведено изучение морфологии хромосом деревьев в болотных и суходольных популяциях хвойных. Кариотипы Pinus sylvestris и Pinus sibirica состоят из 12 пар хромосом метацентрического типа (I-XII). Кариотип Larix sibirica содержит 6 пар метацентрических хромосом (I-VI), 1 пару хромосом интерцентрического типа (VII), 5 пар субметацентрических хромосом (VIII-XII). Кариотип изученных западносибирских популяций лиственницы по морфологическим типам хромосом является переходным между кариотипами Larix sibirica и Larix sukaczewii. Кариотип Picea obovata включает 10 пар метацентрических хромосом (I-VIII, X-XI) и 2 пары субметацентрических хромосом (IX-XII). Кариотип Abies sibirica состоит из 7 пар метацентрических хромосом (I-VII) и 5 пар субметацентрических хромосом (VIII-XII).

6. Отличительными особенностями кариотипов деревьев из болотных популяций Pinaceae, по сравнению с суходольными популяциями, являются увеличение числа и встречаемости вторичных перетяжек в хромосомах. Образование «дополнительных» перетяжек в хромосомах деревьев, произрастающих на болотах, предположительно связано с функционированием латентных ядрышковых организаторов в результате их активизации в «блокированных» и «запретных» зонах плеча хромосомы и перестроек нуклеолярных районов хромосом. В хромосомных наборах деревьев с аномалиями развития («ведьмиными метлами») выявлено наибольшее для представителей Pinaceae число вторичных перетяжек.

7. Число ядрышек в интерфазных ядрах возрастает у деревьев в болотных популяциях Pinus sylvestris, Pinus sibirica, Larix sibirica, Picea obovata и уменьшается в болотной популяции Abies sibirica по сравнению с суходольными популяциями данных видов. У деревьев Pinus sylvestris с аномалиями типа «ведьмины метлы», по сравнению с нормальными по габитусу растениями, наблюдается увеличение числа ядрышек в интерфазных ядрах и трансформация их морфологии, выявленная впервые для хвойных.

8. Установлено, что болотные популяции видов Pinaceae, по сравнению с суходольными популяциями хвойных, характеризуются высокой встречаемостью хромосомных мутаций и патологий митоза и их широким спектром. Хромосомные мутации в болотной популяции Pinus sibirica, а также нарушения митоза и перицентрическая инверсия в болотной популяции Abies sibirica описаны впервые для данных видов. У деревьев Pinus sylvestris с аномалиями типа «ведьмины метлы» выявлены редкие типы хромосомных нарушений. Сравнительное изучение хромосомных мутаций у представителей Pinaceae в экстремальных условиях произрастания выявило высокую встречаемость нарушений и их широкий спектр, сходные с аналогичными показателями в болотных популяциях хвойных.

9. Дифференциация насаждений Pinus sylvestris, произрастающих на олиготрофных болотах, от древостоев сосны на евтрофных болотах и суходолах позволяет рассматривать их в качестве болотного экотипа Pinus sylvestris subsp. sibirica f. nana. Отличия между представителями Pinaceae, произрастающими на евтрофных болотах и суходолах, дают основания интерпретировать болотные насаждения хвойных как группу болотных популяций данных видов.

10. Дивергенция и обособление болотных и суходольных популяций видов Pinaceae, установленные по репродуктивным и кариотипическим признакам, обусловлены различным характером микроэволюционных процессов в специфических условиях произрастания древостоев на болотах олиготрофного и евтрофного типов водно-минерального питания и в плакорных местообитаниях.

ОСНОВНЫЕ РАБОТЫ, ОПУБЛИКОВАННЫЕ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

Статьи в рецензируемых журналах из списка, утвержденного ВАК

1. Седельникова Т.С. Генеративные органы и кариотип сосны обыкновенной на олиготрофных болотах Западной Сибири / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова // Лесоведение. – 1991. - № 3. – С. 34-43.

2. Муратова Е.Н. Числа хромосом некоторых представителей семейства Pinaceae / Е.Н. Муратова, Н.С. Медведева, Т.С. Седельникова // Ботанический журнал. – 1991. - Т. 76, № 1. – С. 140-141.

3. Седельникова Т.С. Кариологическое исследование болотной формы сосны обыкновенной / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова // Сибирский биологический журнал. Известия СО РАН. – 1992. – Вып. 5. – С. 12-18.

4. Муратова Е.Н. Кариологическое исследование болотных и суходольных популяций сосны обыкновенной (Pinus sylvestris L.) / Е.Н. Муратова, Т.С. Седельникова // Экология. – 1993. - № 6. – С. 41-50.

5. Седельникова Т.С. Популяционная изменчивость генеративных структур сосны обыкновенной в болотных местообитаниях Западной Сибири / Т.С. Седельникова // Генетика. – 1994. – Т. 30. - С. 141.

6. Муратова Е.Н. Числа хромосом некоторых древесных растений / Е.Н. Муратова, А.В. Пименов, Т.С. Седельникова, М.И. Нелюбина // Ботанический журнал. – 1998. - Т. 83, № 2. – С. 148-149.

7. Седельникова Т.С. Изучение ядрышек у хвойных на болотах и суходолах / Т.С. Седельникова, Е.Н. Прохорчук // Цитология. – 1999. – Т. 41, № 12. – С. 1082.

8. Седельникова Т.С. Хромосомные престройки у кедра сибирского (Pinus sibirica Du Tour) в экстремальных условиях произрастания / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова, Н.Ф. Бартницкая // Цитология и генетика. – 1999. – Т. 3, № 1. – С. 10-14.

9. Седельникова Т.С. Цитологическое изучение сосны обыкновенной типа «ведьмина метла» на болоте / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова //  Цитология. – 1999. – Т. 41, № 12. – С. 1082.

10. Седельникова Т.С. Морфологические и цитологические особенности «ведьминой метлы» сосны обыкновенной / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова, С.П. Ефремов // Лесоведение. – 2000. - № 6. – С. 78-81.

11. Седельникова Т.С. Кариологическое изучение Pinus sylvestris (Pinaceae) с «ведьминой метлой», растущей на болоте / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова // Ботанический журнал. – 2001. – Т. 86, № 12. – С. 50-60.

12. Муратова Е.Н. Числа хромосом некоторых представителей голосеменных растений / Е.Н. Муратова, О.С. Владимирова, Т.С. Седельникова // Ботанический журнал. – 2001. – Т. 86, № 8. – С. 143-144.

13. Седельникова Т.С. Особенности ядрышкообразующих хромосом и структурные перестройки в кариотипе болотных популяций сосны обыкновенной / Т.С. Седельникова, С.П. Ефремов, Е.Н. Муратова // Сибирский экологический журнал. – 2001 (6). – С. 689-695.

14. Пименов А.В. Числа хромосом представителей семейства Pinaceae из Западной и Средней Сибири / А.В. Пименов, Т.С. Седельникова // Ботанический журнал. - 2002. - Т. 87, № 9. – С. 136-137.

15. Седельникова Т.С. Кариологические особенности сосны кедровой сибирской (Pinus sibirica Du Tour) на болотах Западной Сибири / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова // Экология. – 2002. - № 5. – С. 323-328.

16. Седельникова Т.С. Хромосомные и геномные мутации у сосны обыкновенной в Нижнем Поволжье / Т.С. Седельникова // Лесоведение. - 2003. - № 6. – С. 28-33.

17. Пименов А.В. Числа хромосом представителей семейств Cupressaceae и Pinaceae / А.В. Пименов, Т.С. Седельникова // Ботанический журнал. - 2003. - Т. 88, № 9. – С. 136-137.

18. Седельникова Т.С. Хромосомные мутации в болотной и суходольной популяциях Abies sibirica Ledeb. / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Цитология. – 2003. – Т. 45, № 5. – С. 515-520.

19. Седельникова Т.С. Кариологические особенности болотных и суходольных популяций Picea obovata в Западной Сибири / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова, А.В. Пименов, С.П. Ефремов // Ботанический журнал. – 2004. - Т. 89, № 5. – С. 718-733.

20. Седельникова Т.С. Морфология пыльцы сосны обыкновенной на болотах и суходолах / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов, С.П. Ефремов // Лесоведение. – 2004. - № 6. – С. 1-5.

21. Пименов А.В. Анализ посевных качеств семян и начальных этапов развития Pinus sylvestris L. в различных местообитаниях / А.В. Пименов, Т.С. Седельникова, С.П. Ефремов // Растительные ресурсы. – 2004. – Вып. 2. – С. 42-52.

22. Седельникова Т.С. Кариологическое изучение болотной и суходольной популяций Larix sibirica (Pinaceae) из Западной Сибири / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Ботанический журнал. – 2005. – Т. 90, № 4. – С. 582-593.

23. Седельникова Т.С. Кариологическое изучение болотной и суходольной популяций пихты сибирской  (Abies sibirica Ledeb.) / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Известия РАН. Серия биологическая. – 2005. - № 1. – С. 23-29.

24. Муратова Е.Н. Кариологические и цитогенетические исследования хвойных Сибири и Дальнего Востока / Е.Н. Муратова, Т.С. Седельникова, Т.В. Карпюк, О.С. Владимирова, А.В. Пименов, Н.А. Михеева, Е.В. Бажина, О.В. Квитко // Сибирский экологический журнал. – 2005. - № 4. – С. 573-583.

25. Седельникова Т.С. Числа хромосом некоторых видов хвойных / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов, Г.С. Вараксин, В. Янковска // Ботанический журнал. - 2005. – Т. 90, № 10. - С. 1611-1612.

26. Пименов А.В. Аномалии митоза в проростках Pinus sylvestris (Pinaceae) на евтрофном осушенном болоте / А.В. Пименов, Т.С. Седельникова // Ботанический журнал. – 2006. – Т. 91, № 10. – С. 1537-1544.

27. Седельникова Т.С. Хромосомные мутации у лиственницы сибирской (Larix sibirica Ledeb.) на Таймыре / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Известия РАН. Серия биологическая. – 2007. - № 2. – С. 244-247.

28. Зырянова О.А. Бореальные леса Сибири: исследование генетического, видового и экосистемного разнообразия / О.А. Зырянова, Л.И. Милютин, Е.Н. Муратова, В.А. Рыжкова, А.Я. Ларионова, Т.С. Седельникова, М.А. Корец, И.А. Михайлова // Сибирский экологический журнал. – 2007. - № 2. – С. 149-158.

29. Седельникова Т.С. Особенности генеративной сферы сосны обыкновенной болотных и суходольных популяций / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов, С.П. Ефремов, Е.Н. Муратова // Лесоведение. – 2007. - № 4. – С. 44-50.

30. Седельникова Т.С. Числа хромосом некоторых видов хвойных в дендрариях и парковых насаждениях / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов, А.А. Онучин, В. Янковска // Ботанический журнал. – 2008. – Т. 93, № 1. – С. 157-158.

Статьи в сборниках и периодических изданиях

31. Седельникова Т.С. О цветосеменных формах болотных популяций сосны обыкновенной / Т.С. Седельникова // Ботанические исследования в Сибири. Вып. I. – Красноярск: Красноярское отд-е Российского ботанического общества РАН, 1992. – С. 82-86.

32. Muratova E.N. Karyotypic variability and anomalies in populations of conifers from Siberia and Far East / E.N. Muratova, T.S. Sedelnikova // Cytogenetic Studies of Forest Trees and Shrubs – Review, Present Status, and Outlook on the Future. Special issue of the Forest Genetics. – Zloven: Arbora Publishers, 2000. – P. 129-141.

33. Седельникова Т.С. Кариологические особенности видов хвойных на болотах и суходолах Западной Сибири / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова, С.П. Ефремов // Сибирский ботанический журнал Krylovia. – 2000. – Т. 2, № 1. – С. 73-80.

34. Sedelnikova T.S. Cytogenetic features of woody plants adaptation in extreme environmental conditions / T.S. Sedelnikova, A.V. Pimenov // Bulletin of the State Nikitsky Gardens. – 2002. - № 86. – Р. 61-62.

35. Седельникова Т.С. Особенности генеративной сферы и кариотип болотной популяции сосны кедровой сибирской / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов, Е.Н. Муратова // Проблемы кедра. Вып. 7. Экология, современное состояние, использование и восстановление кедровых лесов Сибири / под ред. В.Н. Воробъева. – Томск: изд-во Ин-та оптики атмосферы СО РАН. – 2003. – С. 169-173.

36. Муратова Е.Н. Геномные и хромосомные мутации у сосны обыкновенной (Pinus sylvestris L.) в экстремальных условиях произрастания / Е.Н. Муратова, Т.С. Седельникова // Хвойные бореальной зоны. – 2004. – Вып. 2. – С. 128-140.

37. Ефремов С.П. Морфология генеративных структур сосны обыкновенной на болотах Томской области / С.П. Ефремов, Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Болота и биосфера. Сб. м-лов Четвертой Научной Школы. – Томск: Изд-во ЦНТИ. – 2005. – С. 188-193.

38. Седельникова Т.С. Репродуктивные показатели хвойных в болотной согре и на суходоле / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Вестник экологии, лесоведения и ландшафтоведения. – 2006. - № 7. – С. 116-121. 

39. Ефремов С.П. Морфологические особенности шишек лиственницы сибирской в условиях болотной согры и суходола / С.П. Ефремов, Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Хвойные бореальной зоны. – 2006. – Т. XXIII, № 2. – С. 223-227.

40. Ефремов С.П. Оценка посевных качеств семян болотных и суходольных экотипов сосны обыкновенной / С.П. Ефремов, А.В. Пименов, Т.С. Седельникова // Лесное хозяйство. – 2007. - № 2. – С. 31-33.

Материалы совещаний, коференций, симпозиумов

41. Sedelnikova T.S. Scots pine (Pinus sylvestris L.) karyotype structure in extreme swamp condition / T.S. Sedelnikova, E.N. Muratova // Abstr. of IUFRO Cytogenetics working party symp. – Brijuni national park, Croatia, 1993. - P. 17.

42. Седельникова Т.С. Особенности репродуктивной сферы сосняков на осушенных болотах Томской области / Т.С. Седельникова // Эколого-биологическое обоснование гидролесомелиорации и реконструкции лесоосушительных систем: м-лы Всеросс. совещ. – Петрозаводск, 1996. – С. 52-54.

43. Седельникова Т.С. Хромосомная адаптация представителей рода Pinus L. к  экстремальным условиям произрастания / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова // Гомеостаз и окружающая среда: м-лы VIII Всеросс. симп. с междунар. участ. – Красноярск, 1997. – Т. 2. – С. 108-114.

44. Седельникова Т.С. Применение цитогенетического метода для диагностики качества потомства материнских деревьев в болотных и суходольных популяциях сосны обыкновенной / Т.С. Седельникова // Генетика и селекция – на службе лесу: м-лы Междунар. научно-практ. конф. – Воронеж: НИИЛГиС, 1997. – С. 56-58.

45. Седельникова Т.С. Хромосомные нарушения у сосны обыкновенной в экстремальных условиях сухой степи юга России / Т.С. Седельникова // Реконструкция гомеостаза: м-лы IX Междунар. симп. – Красноярск, 1998. – С. 175-179.

46. Sedelnikova T.S. Genome and chromosome mutations of Pinus sylvestris L. outside the timberline of the species range / T.S. Sedelnikova // Cytogenetic studies of Forest Trees and Shrubs – Review, Present status, and look on the Future: abstr. of the 2-nd IUFRO Cytogenetic working party symp. – Graz, Austria, 1998. – P. 28.

47. Muratova E.N. Structural irregularities of chromosomes and polymorphism of nucleolar loci as factors of conifer stability in extreme forest conditions / E.N. Muratova, T.S. Sedelnikova // Assesment Methods of Forest Ecosystem Status and Sustainability: abstr. of Intern. workshop. – Krasnoyarsk: V.N. Sukachev Institute of Forest SB RAS, 1999. – P. 116.

48. Milyutin L.I. Biodiversity of forest-forming tree species of North-East Asia / L.I.  Milyutin, N.A. Kuzmina, A.Ya. Larionova, E.N. Muratova, T.S. Sedelnikova // Biodiversity and Dynamics of Ecosystems in North Eurasia.Vol. 4: Forest and Soil Ecosystems of North Eurasia, part 1: Forest Ecosystems of North Eurasia: proc. of Intern. conf. – Novosibirsk, 2000. – P. 18-20.

49. Sedelnikova T.S. Estimation of Western Siberia wood bogs ontogenesis by reproductive potential of coniferous / T.S. Sedelnikova, A.V. Pimenov // West Siberian Peatlands and Carbon Cycle: Past and Present: proc. of Intern. Field symp. – Noyabrsk, 2001. – P. 51-53.

50. Седельникова Т.С. Динамика репродуктивного потенциала сосны обыкновенной в экосистемах болот Западной Сибири / Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Лесные стационарные исследования: методы, результаты, перспективы: м-лы совещ. – Тула: Гриф и Ко , 2001. – С. 490-492.

51. Ефремов С.П. Оценка отклика болотных сосняков Западной Сибири на экзогенные нарушения условий произрастания / С.П. Ефремов, Т.Т. Ефремова, Т.С. Седельникова, А.В. Пименов // Классификация и динамика лесов Дальнего Востока: м-лы Междунар. конф. – Владивосток, 2001. – С. 97-99.

52. Sedelnikova T.S. Cytogenetic features of wood plants adaptation in extreme environmental conditions / T.S. Sedelnikova, A.V. Pimenov // Biotechnology Approaches for Exploitation and Preservation of Plant Resources: abstr. of Intern. symp. – Yalta, 2002. – P. 16.

53. Sedelnikova T.S. Cytogenetic monitoring of wood plant populations in extreme environmental conditions / T.S. Sedelnikova, A.V. Pimenov // Окружающая среда и экология Сибири, Дальнего Востока и Арктики (EESFEA-2003): м-лы Междунар. конф. – Томск, 2003. – Т. 2. – С. 53-55.

54. Sedelnikova T.S. Karyological study of mire and dry valley populations of Abies sibirica Ledeb. In Western Siberia / T.S. Sedelnikova, A.V. Pimenov // Abstr. of Intern. congr. on Emerging Trends in Plant Chromosome Research. – Patiala: Dep. of Bot. Punjaby Univ., India, 2003. – Р. 53-54.

55. Седельникова Т.С. Цитогенетическое исследование болотных и суходольных популяций пихты сибирской / Т.С. Седельникова, А.В.Пименов // Актуальные проблемы генетики: м-лы II конф. МОГиС им. Н.И. Вавилова. – Москва, 2003. Т. 2. – С. 329-331.

56. Седельникова Т.С. Кариологическое изучение пихты сибирской (Abies sibirica Ledeb.) в различных условиях произрастания / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова // Природная и антропогенная динамика наземных экосистем: м-лы Всеросс. конф. – Иркутск: изд-во Иркутского гос. техн. ун-та, 2005. – С. 137-140.

57. Пименов А.В. Качественная характеристика семян болотных форм сосны обыкновенной / А.В.Пименов, Т.С. Седельникова // Рациональное использование природных ресурсов и комплексный экологический мониторинг окружающей среды: м-лы Междунар. школы-семинара. – Томск: ТГУ, 2006. – С. 118-122.

58. Пименов А.В. Биоразнообразие хвойных на болотах Западной Сибири / А.В.Пименов, Т.С. Седельникова // Торфяники Западной Сибири и цикл углерода: прошлое и настоящее: м-лы Второго Междунар. полевого симп. – Томск: Изд-во НТЛ, 2007. – С. 76-77.

59. Седельникова Т.С. Кариологические показатели адаптационных трендов лиственницы сибирской в экстремальных условиях произрастания / Т.С. Седельникова, Е.Н. Муратова, А.В. Пименов // М-лы VII Сибирского совещ. по климато-экологическому мониторингу: м-лы Росс. конф. – Томск: Изд-во Аграф-Пресс, 2007. – С. 282-284.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.