WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

КУДРАТОВ НЕКРУЗ АБДУНАБИЕВИЧ

Уголовная ответственность за преступления, связанные с банкротством: проблемы теории, практики и законодательства

(по материалам Республики Таджикистан)

Специальность 12.00.08 - «Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право»

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

МОСКВА-2012

Диссертация выполнена на кафедре уголовного права и криминалистики юридического факультета Таджикского национального университета

Научный руководитель:

Заслуженный деятель науки и техники Республики Таджикистан, доктор юридических наук, доцент Шарипов Такдиршо Шарипович

Официальные оппоненты:

Ведущая организация:

       

- доктор юридических наук, профессор

Трунцевский Юрий Владимирович

-  кандидат  юридических наук, доцент 

Богуш Глеб Ильич

- Академия МВД Республики Таджикистан

Защита диссертации состоится «14» июня 2012 года в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 212.135.04 при Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Московский государственный лингвистический университет»  по адресу: 119034 г. Москва, ул. Остоженка, д. 38, ауд. № 87.

С диссертацией можно ознакомиться в диссертационном читальном зале ФГБОУ ВПО МГЛУ по адресу: 119034 г. Москва, ул. Остоженка, д. 38

Автореферат разослан « __»  мая 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат юридических наук  С.В.  Борисова  

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. После проведения экономических реформ 90-х гг. ХХ в. в Республике Таджикистан появился новый правовой институт - банкротство, становление и развитие которого было обусловлено  многочисленными проблемами правового, экономического и социального характера. Правовой институт банкротства - сравнительно новая категория для современного таджикского права. Только в 1992 г. с принятием Закона Республики Таджикистан «О банкротстве предприятий»1 в праве Таджикистана впервые за много лет был законодательно закреплен сам термин «банкротство». Актуальность исследуемого вопроса заключается в том, что в настоящее время законодательство о банкротстве Республики Таджикистан в целом представляет собой достаточно «молодую» отрасль юриспруденции, которая находится на стадии становления и поступательно совершенствуется по мере развития правоприменительной практики.

Закон Республики Таджикистан «О банкротстве предприятий» от 10 марта 1992 г. был  первым нормативным актом, регулирующим отношения, связанные с банкротством, и поэтому не отвечал потребностям рыночной экономики в силу своей недоработанности и противоречивости. Неэффективность сложившейся национальной практики банкротства и объективная потребность в повышении роли данного правового института привели к необходимости разработки и принятия нового Закона Республики Таджикистан «О несостоятельности (банкротстве)»2 (далее - Закон о несостоятельности) от 8 декабря 2003 г.

Наряду с гражданско-правовым законодательством, регулирующим институт несостоятельности (банкротства), в Уголовном кодексе Республики Таджикистан3

1998 г. (далее - УК РТ) предусмотрен комплекс мер, направленных на обеспечение интересов кредиторов, защиту их от неправомерных действий должников при реализации законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Как известно, содержание уголовно-правовой политики современного государства отражает те социальные, политические и правовые процессы, которые протекают в конкретном обществе. Подобное свойство уголовного права характеризует и нормы УК РТ, который предусматривает ряд новых составов преступлений, ранее не существовавших в Уголовном кодексе Таджикской ССР 1961 г. В частности, к нововведениям законодателя относятся статьи Особенной части УК РТ об ответственности за преступления, связанные с банкротством: неправомерные действия при банкротстве (ст. 269 УК РТ); злостное банкротство (ст. 270 УК РТ) и фиктивное банкротство (ст. 271 УК РТ). Именно поэтому, учитывая вышеизложенное, в качестве предмета настоящего диссертационного исследования выбрана тема «Уголовная ответственность за преступления, связанные с банкротством: проблемы теории, практики и законодательства». 

УК РТ, устанавливая уголовную ответственность за преступления, связанные с банкротством, не лишен недостатков. В частности, существует явное противоречие между отдельными нормами Закона о несостоятельности и нормами гражданского и уголовного законодательства, а неясность в терминологии и недостаточность регулирования отношений в сфере несостоятельности (банкротства) на практике создают серьезные препятствия на пути к применению ст.ст. 269 - 271 УК РТ.

Малочисленность возбужденных уголовных дел по статьям, предусматривающим ответственность за неправомерные действия при банкротстве, злостное банкротство и фиктивное банкротство, а также прекращение некоторых дел на стадии предварительного следствия или  судебного разбирательства свидетельствуют,  в частности, о наличии серьезных недостатков в юридических конструкциях рассматриваемых составов, которые препятствуют эффективному применению этих норм на практике. Так, с 1998 по 2011 г.г. в Республике Таджикистан было возбуждено 14 уголовных дел. Анализ статистических данных позволяет сделать вывод о том, что количество зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст.ст. 269 - 271 УК РТ, в целом по республике невелико, имеется тенденция к снижению выявляемости данных преступлений.

Кроме того, данные цифры не отражают истинного положения дел: латентность преступлений в этой сфере остается высокой. Например, в ходе изучения 10 гражданских дел в составе двух из них выявлены признаки неправомерных действий при банкротстве и в одном из них - признаки злостного банкротства.

Актуальность исследуемой темы заключается еще и в том, что нормы УК РТ об ответственности за преступления, связанные с банкротством, нуждаются в глубоком осмыслении и дальнейшем совершенствовании. Как показывает опыт зарубежных стран, где подобные нормы формировались веками, зачастую на практике возникают трудности в квалификации преступлений, связанных с банкротством. Наибольшую сложность вызывают такие вопросы, как разграничение данных неправомерных деяний и преступлений против собственности, выяснение вины и мотивов виновного, конкретизация совершенных действий и наступивших последствий, установление причинной связи между действиями и преступным результатом. Кроме того, анализ зарубежного и отечественного законодательства, научной литературы показывает неразработанность некоторых понятий, отсутствие системного подхода и научной методологии обоснования характера правового регулирования ответственности за неправомерные действия при банкротстве, злостное банкротство и фиктивное банкротство в Республике Таджикистан.

Именно с этих позиций актуальность выбранной темы выглядит оправданной.

Степень научной разработанности проблемы. Теоретическую основу диссертационного исследования составляют работы специалистов по общей теории государства и права, гражданскому и уголовному праву.

Изучением проблем несостоятельности (банкротства) и преступлений, связанных с банкротством, занимались еще дореволюционные русские цивилисты и криминалисты: Л.С. Белогриц-Котляревский, С.И. Гальперин, А.Х. Гольмстен, А.И. Гуляев, В.В. Есипов, А.В. Лохвицкий, Д.И. Мейер, П.М. Минц, С.В. Познышев, Н.С. Таганцев, Н.А. Трайнин, И.Я. Фойницкий, Г.Ф. Шершеневич и др.

На современном этапе, наряду с иными проблемами противодействия преступлениям в сфере экономической деятельности, некоторые аспекты неправомерных действий при банкротстве, злостного (преднамеренного) банкротства и фиктивного банкротства были рассмотрены в работах:  Ю.В. Трунцевского, Н.А. Шулепова, В.П. Верина, Б.В. Волженкина, Л.Д. Гаухмана, А.С. Горелика, А.Ш. Курбанова, О.Ш. Петросяна, С.П. Гришаева, Н.А. Егоровой, А.Э. Жалинского, В.И. Гладкого, О.Г. Карповича, И.А. Клепицкого, А.В. Кузнецова, В.Н. Лимонова, Н.А. Лопашенко, С.В. Максимова, Т.В. Пинкевича, С.В. Прохорского, Ф.М. Решетникова, А.А. Сапожкова, М.В. Талана, М.В. Телюкиной, В.Н. Ткачева, В.И. Тюнина, Т.Д. Устиновой, И.В. Шишко, П.С. Яни, Б.В. Яцеленко, Ф.М. Надырова  и др.  Работы названных авторов, безусловно, имеют большое значение. Тем не менее,  остается нерешенным ряд проблем теоретического и практического порядка, требующих дополнительного осмысления на уровне научного исследования.

В диссертационных исследованиях вопросы несостоятельности, банкротства и преступлений, связанных с банкротством, исследовали: П.А. Светачев, А.М. Тимербулатов, М.С. Хакулов, А.Н. Классен, Е.А. Бондарь, Н.В. Беркович, И.Ю. Михалев, Б.И. Колб, А.С. Бабаева, Е.Н. Журавлева, Д.Г. Краснов, А.Г. Кудрявцев,  М.В. Николаев, Р.Н. Крутиков, В.Б. Диденко, С.С. Пылева, А.Г. Ненайденко, Т.Г. Чебонян, Н.А. Львов, И.А. Кондрашина, Д.С. Токарев, Ю.В. Морозова, А.М. Зацепин.

В большинстве диссертационных исследований, посвященных вопросам уголовной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренного (по УК РТ - злостное) банкротства и фиктивного банкротства, авторы ограничиваются анализом конкретных видов преступлений, связанных с банкротством. Диссертационные исследования содержат спорные положения, неоднозначное понимание проблемных вопросов, связанных с преступлениями, связанными с банкротствами.

Несмотря на 20-летний опыт развития института банкротства в Республике Таджикистан, начиная с принятия Закона РТ «О банкротстве предприятий» 1992 г., комплексный научный анализ правового регулирования института банкротства и уголовной ответственности за нарушение данного законодательства в республике не осуществлялся. 

Противоположные мнения и рекомендации, высказываемые по поводу признаков преступлений, предусмотренных ст.ст. 269 - 271 УК РТ, нередко дезориентируют следственные органы и суд, что препятствует вынесению законных и обоснованных решений.

Вышесказанное свидетельствует о том, что в настоящее время существует объективная необходимость дальнейшего изучения и разработки рассматриваемых вопросов, комплексного анализа правовой регламентации уголовной ответственности за криминальное банкротство.

В диссертации была предпринята попытка провести сравнительный анализ уголовного законодательства о преступлениях, связанных с банкротством различных стран, особенно стран СНГ, с целью выявления пробелов в национальном законодательстве и разработки соответствующих предложений по совершенствованию уголовного законодательства Республики Таджикистан в сфере преступлений, связанных с банкротством.

Цель и задачи диссертационного исследования. Исследование ставит своей целью на основе комплексного изучения преступлений, связанных с банкротством, предусмотренных ст.ст. 269 - 271 УК РТ, разработать рекомендации по применению уголовно-правовых норм указанных преступлений, а также предложения по их совершенствованию.

Для достижения данной цели необходимо решить следующие задачи:

  • провести теоретический и этимологический анализ понятий «несостоятельность» и «банкротство»;
  • осуществить сравнительно-правовой анализ уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за преступления, связанные с банкротством, содержащихся в национальных законодательствах СНГ и Европейского союза, выявить возможности использования имеющегося за рубежом опыта в целях совершенствования уголовного законодательства Республики Таджикистан;
  • провести юридический анализ признаков составов неправомерных действий при банкротстве, злостного банкротства и фиктивного банкротства (ст.ст. 269 - 271 УК РТ);
  • определить правовое содержание терминов, используемых в рассматриваемых преступлениях;
  • выявить недостатки уголовного законодательства об ответственности за неправомерные действия при банкротстве, злостное банкротство, фиктивное банкротство;
  • дать рекомендации правоприменительным органам по вопросам квалификации преступлений, связанных с банкротством;
  • сформулировать предложения, направленные на совершенствование уголовно-правовых норм об ответственности за неправомерные действия при банкротстве, злостном банкротство, фиктивном банкротство.

       Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с установлением и реализацией уголовной ответственности за совершение преступлений, связанных с банкротством.

Предметом диссертационного исследования являются нормы уголовного законодательства Республики Таджикистан и некоторых зарубежных стран, предусматривающие ответственность за совершение преступлений, связанных с банкротством, нормы гражданского законодательства, связанные с институтом несостоятельности.

               Методология и методика исследования. Основу исследования составляют общие методы научного познания (диалектический, формально-логический, анализ, синтез, обобщение) и специальные методы исследования, такие как системный, исторический и сравнительно-правовой.

Теоретическая и правовая основы исследования. Теоретическую базу диссертации составили достижения правовой науки Республики Таджикистан, Российской Федерации и других стран в области общей теории и истории права, истории уголовного права, уголовного, административного, гражданского и уголовно-процессуального права и др.

Правовой основой исследования стали: Конституция РТ 1994 г., Уголовный кодекс РТ 1998 г., Гражданский кодекс РТ 1999 г., действующее и утратившее силу законодательство о несостоятельности (банкротстве), нормы административного и арбитражно-процессуального права, иных отраслей законодательства по теме исследования.

При проведении сравнительно-правового исследования изучено уголовное законодательство ряда зарубежных стран, в том числе государств - участников СНГ (включая Модельный уголовный кодекс для государств - участников СНГ 1996 г. (далее - МУК СНГ)) и ряда государств Европейского  союза.

       Эмпирическую основу диссертационного исследования составили: обобщенные статистические данные Информационного управления Министерства внутренних дел Республики Таджикистан, данные уголовной статистики Совета юстиции Республики Таджикистан, данные Генеральной прокуратуры Республики Таджикистан за период с 1998 по 2011 г. В ходе исследования изучены 14 уголовных дел по фактам совершения преступлений, связанных с банкротством. Кроме того, эмпирическую основу диссертационного исследования составили данные, полученные в результате изучения материалов 10 гражданских дел по вопросам несостоятельности (банкротства), рассмотренных в Экономических судах Республики Таджикистан.

В диссертации также использовались результаты эмпирических исследований, проведенных другими авторами.

       Научная новизна исследования состоит в том, что данная работа является первым в Республике Таджикистан научным исследованием уголовной ответственности за преступления, связанные с банкротством, после принятия нового УК РТ 1998 г.

       Диссертантом впервые произведен анализ действующего уголовного законодательства Республики Таджикистан, предусматривающего уголовную ответственность за преступления, связанный с банкротством. Новизна исследования также состоит в раскрытии юридической природы уголовно наказуемого банкротства с позиций современных правовых воззрений; в выявлении правильного использования юридической техники в составе преступлений, предусмотренных ст.ст. 269 - 271 УК РТ и т.д.

       Научный анализ этих и других вопросов уголовной ответственности за преступления, связанные с банкротством, направлен на преодоление негативных явлений, являющихся препятствием для развития уголовного законодательства Республики Таджикистан в этой сфере.

Основные положения, выводы и рекомендации в определенной мере дополняют существующие научные положения, восполняют пробелы уголовно-правовой теории и создают предпосылки для последующих научных исследований в области законодательной регламентации уголовной ответственности за неправомерные банкротства.

       Более конкретно новизна исследования раскрывается в перечне положений, выносимых на защиту.

       В соответствии с основной целью диссертационного исследования сформулированы и обоснованы следующие научные положения, которые выносятся на защиту:

       1. Понятия «собственник организации» и «собственник коммерческой организации» как субъект преступления (ст.ст. 269 - 271 УК РТ) противоречат действующему гражданскому и уголовному законодательству Республики Таджикистан, так как в соответствии с Гражданским кодексом РТ сами юридические лица являются собственниками своего имущества, а согласно ст. 48 ГК РТ организация является субъектом, а не объектом правоотношения и не может в этом смысле быть собственностью кого-либо. Таким образом, с целью достижения четкости и стройности понятийного аппарата уголовного законодательства считаю целесообразным в диспозиции ст. 269, 270, 271 УК РТ термины «собственник организации» и «собственник коммерческой организации» заменить на термин  «учредитель юридического лица».

               2. Предложение и его обоснованность о необходимости дополнить и изменить диспозиции ст. 269, 270, 271 УК РТ следующими субъектами: учредители (участники) юридического лица (ст.ст. 269-271 УК РТ), арбитражные управляющие, главные бухгалтеры, коллекторы (ст.ст. 269 УК РТ)  и другие лица, способные оказывать влияние на управление организацией (ст. 269 УК РТ). Из круга субъектов преступлений,  предусмотренных ст. 269 УК РТ, необходимо исключить кредиторов, так как в случае принятия удовлетворения имущественных требований государством субъект преступления в традиционном понимании отсутствует.

3. Обязательным признаком объективной стороны ст. 269 УК РТ выступает обстановка совершения преступления, описываемая как совершение деяния «при банкротстве» или «в предвидении банкротства». Данные термины затрудняют применение нормы на практике, так как невозможно точно установить момент, с возникновением которого можно было говорить о наступлении указанной обстановки как признака неправомерных действий при банкротстве. Таким образом, представляется целесообразным дать следующие формулировки обстановке совершения преступления в ст. 269 УК РТ: либо «при наличии признаков банкротства», либо «при процедуре банкротства».

4. Рекомендую и аргументирую изменение и дополнение ч. ст. 269 УК РТ в следующей редакции: «Неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов руководителем юридического лица или его учредителем (участником) либо индивидуальным предпринимателем  заведомо в ущерб другим кредиторам, если это действие совершено при наличии признаков банкротства или при процедуре банкротства,- наказывается …».

5. Объективная сторона преступления, предусмотренного ст.ст. 269-271 УК РТ, заключается в следующем:

       а) Исходя из содержания диспозиции ч. 1 ст. 269 УК РТ выделение двенадцати разновидностей общественно опасных деяний в четыре категории, составляющие объективную сторону преступления, является обоснованным. Первая категория - это пять видов «сокрытия» (сокрытие имущества; сокрытие имущественных обязательств; сокрытие сведений об имуществе, о его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе; сокрытие бухгалтерских документов; сокрытие иных учетных документов отражающих экономическую деятельность). Вторая категория - это три вида «уничтожения» (уничтожение имущества; уничтожение бухгалтерских документов и уничтожение иных учетных документов отражающих экономическую деятельность). Третья категория - это два вида «фальсификации» (фальсификация бухгалтерских документов и фальсификация иных учетных документов отражающих экономическую деятельность). Четвертая категория - это два вида деяний в форме «передачи» (передача  имущества в иное владение) и «отчуждения» (отчуждение имущества).

б) Часть 2. ст. 269 УК РТ состоит из двух самостоятельных и взаимосвязанных действий: 1) неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов руководителем или собственником организации-должника либо индивидуальным предпринимателем; 2) принятие такого удовлетворения кредитором.

       в) Объективная сторона злостного банкротства (ст. 270 УК РТ), состоит из следующих действий:

1) действия (бездействия), влекущего создание неспособности юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам;

2) действия (бездействия), влекущего создание неспособности юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

г) Объективная сторона фиктивного банкротства (ст. 271 УК РТ) выражается в заведомо ложном объявлении руководителем или собственником коммерческой организации, а равно индивидуальным предпринимателем о своей несостоятельности.

6. Необоснованное выделение в самостоятельный состав преступления «злостного банкротства», так как деяние, направленное на создание или увеличение неплатежеспособности, является разновидностью проявления неправомерных действий при банкротстве (ст. 269 УК РТ).

7. Способами совершения злостного банкротства (ст. 270 УК РТ) в основном являются: убыточные сделки; создание дочерних организаций; перевод денежных средств на счета других организаций; присоединение других организаций с кредиторской задолженностью; принятие на себя чужих долгов в качестве поручителя; уменьшение активов; получение кредитов под чрезмерно высокий процент; выдача коммерческих кредитов другим предприятиям (сообщникам) и умышленное их невозвращение под благовидным предлогом; переводы денежных средств за границу по фиктивным контрактам; приобретение сырья, материалов по умышленно завышенным ценам и т.д.

8. О невозможности привлечения к уголовной ответственности индивидуального предпринимателя в связи несогласованностью уголовного кодекса и Закона о несостоятельности, так как ст. 41 Закона  устанавливает, что с момента принятия судом решения о признании индивидуального предпринимателя банкротом и об открытии конкурсного производства утрачивает силу его государственная регистрация в качестве индивидуального предпринимателя, а также аннулируются выданные ему лицензии на осуществление определенной предпринимательской деятельности. В этом случае  индивидуальный предприниматель перестает быть таковым и не может выступать в качестве субъекта неправомерных действий при банкротстве в обстановке совершения преступления. Таким образом, рекомендую исключить или изменить ст. 41 Закона о несостоятельности.

        9. Для совершенствования нормы об ответственности за преступления, связанные с банкротством, предлагается авторская формулировка диспозиций ст.ст. 269-271 УК РТ:

         «Статья 269. Неправомерные действия при банкротстве

1. Сокрытие имущества, имущественных прав или имущественных обязанностей, сведений об имуществе, о его размере, местонахождении или иной информации об имуществе, имущественных правах или имущественных обязанностях, передача имущества во владение иным лицам, отчуждение или уничтожение имущества, а равно сокрытие, уничтожение, фальсификация бухгалтерских и иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность юридического лица или индивидуального предпринимателя, если указанные действия совершены руководителем организации, либо главным бухгалтером, либо арбитражным управляющим, либо учредителем организации, либо председателем ликвидационной комиссии, либо коллектором, либо индивидуальным предпринимателем, либо лицом, способные оказывать влияние на управление организации, если эти действия совершены при наличии признаков банкротства или при процедуре банкротства и причинили крупный ущерб, - наказывается…

       2. Неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов заведомо в ущерб другим кредиторам, если это действие совершено при наличии признаков банкротства или при процедуре банкротства и причинило крупный ущерб, - наказывается…

       3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные:

       а) в отношении кредитной или иной финансовой организации;

       б) повлекшее причинение ущерба в особо крупном размере, - наказываются…

Статья 270. Преднамеренное  банкротство

1. Преднамеренное банкротство, то есть совершение действий (бездействие), заведомо влекущих неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей и причинение крупного ущерба или иного тяжкого последствия, - наказывается...

2. Преднамеренное  банкротство

       а) кредитной или иной финансовой организации;

       б) повлекшее причинение материального вреда в особо крупном размере, - наказывается...

Статья 271. Фиктивное банкротство

       1. Фиктивное банкротство, то есть заведомо ложное объявление либо подача в экономический суд заведомо ложного заявления руководителем или учредителем (участником) юридического лица о несостоятельности данного юридического лица или индивидуального предпринимателя о своей несостоятельности, если это деяние причинило крупный ущерб, - наказывается …

       2. Фиктивное банкротство

       а) кредитной или иной финансовой организации;

       б) повлекшее причинение материального вреда в особо крупном размере, - наказывается...

Примечание: В ст.ст. 269,  270 и 271 УК  крупным ущербом признается такой ущерб, размер которого превышает для индивидуальных предпринимателей одну тысячу раз показателей для расчетов, для юридических лиц - две тысячи раз показателей для расчетов.

Теоретическая и практическая значимость диссертации заключается в том, что полученные в результате исследования данные могут быть использованы для развития теории уголовного права и криминологии, а также в  проведения дальнейших научных исследований по проблемам уголовной ответственности за преступления, связанные с банкротством, в уголовном законодательстве Республики Таджикистан.

Практическая значимость данного диссертационного исследования определяется выработанными выводами и рекомендациями, которые могут быть использованы в законодательной практике и работе правоохранительных органов; в устранении дальнейших препятствий гражданского и уголовного законодательства; в системе повышения квалификации практических работников; в учебном процессе по дисциплинам «Уголовное право», «Криминология», а также в спецкурсах «Научные основы квалификации преступлений» и «Квалификация преступлений в сфере экономической деятельности» и т.д.

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена и обсуждена на кафедре уголовного права и криминалистики юридического факультета Таджикского национального университета. Основные предложения и выводы диссертации, выносимые на защиту, отражены в научных публикациях автора; обсуждались на республиканских научно-практических конференциях (Душанбе, 2009-2012 гг.), научно-теоретических конференциях профессорско-преподавательского состава и студентов Таджикского национального университета (Душанбе, 2009-2012 гг.), а также республиканской научно-практической конференции, посвященной 20-летию создания института президентства в Республике Таджикистан  (Душанбе, 25 марта 2010 г.), научно-практической конференции молодых ученых, посвященной Году образования и технического знания организованной Комитетом по делам молодежи, спорта и туризма при Правительстве Республики Таджикистан (Душанбе, 20 марта 2010 г.) и республиканской научно-практической конференции, посвященной 20-летию государственной независимости Республики Таджикистан (Душанбе, 5 сентября 2011 г.).

Непосредственное внедрение диссертационного материала имело место в учебном процессе юридического факультета Таджикского национального университета в рамках общего курса «Уголовное право» и факультета международных экономических отношений и права Таджикского государственного университета коммерции в рамках общего курса «Уголовное право и уголовное процессуальное право».

Основные теоретические положения и выводы, содержащиеся в диссертации, отражены в 10 опубликованных работах автора общим объемом 3,92 п.л.

Структура и объем диссертации. Структура диссертационной работы определяется исходя из целей и задач исследования. Представленная работа состоит из введения, двух глав, включающих пять параграфов, заключения, списка использованной литературы.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяются степень разработанности избранной темы, объект и предмет исследования, нормативная и эмпирическая база, формулируются цели и задачи, методология их достижения, излагаются выносимые на защиту положения, раскрываются научная новизна, теоретическая и практическая значимость полученных результатов, а также их апробация.

Первая глава «Уголовная ответственность за преступления, связанные с банкротством, по уголовному законодательству Республики Таджикистан и зарубежных стран: сравнительно-правовой анализ» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Понятия «банкротство» и «несостоятельность» по законодательству Республики Таджикистан, уголовно-правовая регламентация ответственности за нарушение законодательства о несостоятельности (банкротстве)» диссертантом рассматриваются понятия «банкротство» и «несостоятельность» с позиций гражданского права, уголовного права и Закона Республики Таджикистан о несостоятельности (банкротстве), а также развитие уголовной ответственности за нарушение  законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Институт банкротства начал формироваться в Республике Таджикистан с обретением ею суверенитета и независимости и переходом ее экономики к рыночным условиям. Правовой институт банкротства - сравнительно новая категория для современного таджикского права. Только в 1992 г. с принятием Закона Республики Таджикистан «О банкротстве предприятий» в национальном праве впервые нашел законодательное закрепление сам термин «банкротство». Данный Закон не отвечал потребностям рыночной экономики в силу своей недоработанности, некорректности и противоречивости. Неэффективность сложившейся национальной системы банкротства и объективная потребность в повышении роли данного института привели к необходимости разработки и принятия новой редакции Закона Республики Таджикистан «О несостоятельности (банкротстве) 2003 г.

Необходимо отметить, что указанные нормативно-правовые акты и УК РТ 1998 г. ввели в постсоветское уголовное и гражданское законодательство новые, неизвестные уголовному и гражданскому праву советского периода понятия «банкротство» и «несостоятельность». Их возникновение неизбежно поставило ряд вопросов как теоретического, так и практического плана.

Традиционные термины «банкротство» и «несостоятельность» связаны с неспособностью должника оплатить свои денежные обязательства, возникшие из различных гражданско-правовых сделок. В гражданско-правовом аспекте банкротство - строго юридическое понятие.

Существует еще одна особенность гражданско-правового подхода к понятию банкротства и несостоятельности: в Законе РТ «О несостоятельности (банкротстве)» понятия «несостоятельность» и «банкротство» употребляются как синонимы. Однако такое отождествление является дискуссионным. Рассматривая мнения участников данной  дискуссии, диссертант признает более правильной точку зрения, которая различает названные дефиниции, считая банкротство общественно опасной формой несостоятельности.

На основе мнения ученых (А.Н. Трайнин, Г.Ф. Шершеневич, Н.С. Таганцев, В.Н. Ткачев и др.) и положений Закона РТ «О несостоятельности (банкротстве)» диссертант предлагает дифференцировать понятия «несостоятельность» и «банкротство» и предлагает свои формулировки данных категорий. Несостоятельность - это признанная судом или объявленная должником неспособность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, повлекшая применение к должнику процедуры наблюдения и внешнего управления с целью восстановления его платежеспособности. Банкротство - это признанная судом или объявленная должником неспособность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, повлекшая применение к должнику процедуры конкурсного производства в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов в пределах имеющихся активов должника.

Содержание и структура принятого УК РТ 1998 г., отражающего изменения, произошедшие в экономике, в значительной мере отличаются от утратившего силу УК Таджикской ССР 1961 г.  В частности, появившаяся новая глава 27 «Преступления в сфере экономической деятельности», находящаяся в разделе XI УК РТ «Преступления в сфере экономики», предусматривает ряд норм, направленных на защиту установленного порядка осуществления несостоятельности (банкротства), который является необходимым условием оздоровления экономики, а также защиту прав и законных интересов должников, кредиторов  и других лиц.

Уголовно-правовыми нормами, направленными на защиту имущественных интересов кредиторов в условиях несостоятельности (банкротства) должника, являются ст.ст.  269, 270 и 271 УК РТ, устанавливающие ответственность за неправомерные действия при банкротстве, злостное банкротство  и фиктивное банкротство.

Во втором параграфе «Ответственность за преступления, связанные с банкротством, по уголовному законодательству зарубежных стран: сравнительно-правовой анализ» диссертантом проводится комплексный сравнительно-правовой анализ УК РТ, УК государств - участников СНГ и ряда государств Европейского  союза об уголовной ответственности за преступления, связанные с банкротством.

По мнению диссертанта, сопоставительный анализ УК Республики Таджикистан и УК государств - участников СНГ и ряда государств Европейского союза свидетельствует о том, что в законодательном описании состава преступлений, связанных с банкротством, названные кодексы аналогичны, но в то же время между ними имеются некоторые различия. В этой связи диссертантом выявляются общие закономерности регулирования общественных отношений в сфере банкротства; анализируются особенности конструирования составов преступлений, связанных с банкротством; показываются предпосылки и условия привлечения к уголовной ответственности.

На уголовное законодательство Республики Таджикистан и государств - участников СНГ определенное влияние оказал Модельный уголовный кодекс СНГ (МУК), он и является юридической основой криминализации данных преступлений.

               Анализ показывает, что уголовное законодательство большинства государств - участников СНГ характеризуется следующим:

  1. За исключением особых подходов к наказуемости посягательств на нормальное осуществление процедуры банкротства (Молдова, Беларусь, Узбекистан) уголовно-правовые запреты в законодательстве государств - участников СНГ в целом следуют МУК СНГ.
  2. Уголовное законодательство Республики Узбекистан не устанавливает уголовную ответственность за злостное (преднамеренное) банкротство.
  3. К последствиям преступлений, связанных с банкротством, УК этих стран относят причинение крупного ущерба (Российская Федерация, Республика Беларусь, Республика Казахстан, Республика Узбекистан, Республика Кыргызстан), иные тяжкие последствия (Республика Казахстан, Республика Кыргызстан), устойчивую финансовую несостоятельность должника (УК Украины).        
  4. К числу субъектов исследованных преступлений по УК этих стран отнесены руководители организации  (УК РФ, УК Казахстана, УК Кыргызстана), собственники организации (УК Казахстана, УК Кыргызстана), учредители (участники) юридического лица (УК РФ, УК Республики Беларусь, УК Украины), индивидуальные предприниматели (УК РФ, УК Казахстана, УК Кыргызстана, УК Республики Беларусь), должностные лица юридического лица либо хозяйственной деятельности (УК Республики Беларусь, УК Украины), хозяйствующие субъекты (УК Республики Узбекистан), граждане-учредители, собственники хозяйственной деятельности (УК Украины).
  5. Субъект преступления не указывается в ч. 1 и 3 ст. 195 УК РФ и ст.  180 и181 УК Республики Узбекистан.
  6. Видами наказаний, применяемых за исследуемые преступления по УК этих стран, являются штраф, исправительные работы, ограничение свободы, обязательные работы, лишение определенного права, конфискация имущества, арест, краткосрочный арест и лишение свободы.

В ходе изучения уголовного законодательства ряда государств Европейского союза об ответственности за преступления, связанные с банкротством, автор делает следующие выводы и отмечает некоторые заслуживающие внимания особенности в формулировании соответствующих уголовных запретов.

  1. В основном УК европейских стран выделяют две разновидности уголовно-наказуемого банкротства: злостное (умышленное, обманное, корыстное, мошенническое) и простое (неосторожное). Признаки злостного банкротства во многом имеют сходство с признаками, которые предусмотрены нормами об ответственности за преступления, связанные с банкротством, по УК РТ.
  2. В некоторых странах (ФРГ, Франция и Великобритания)  предпосылкой уголовной ответственности за банкротство является судебное признание несостоятельности. В более узком смысле банкротство означает несостоятельность, когда неплатежеспособный должник виновно совершает уголовно наказуемое деяние, наносящее ущерб кредиторам. Иными словами, банкротство - это уголовно-правовая сторона несостоятельности.
  3. Предмет банкротских преступлений в уголовных законах европейских стран отличается разнообразием. Так, УК Испании в ст. 257 в качестве предмета наказуемой несостоятельности рассматривает имущество, обязательства, долги «любой природы и любого рода». В параграфе 283 УК ФРГ помимо имущества указываются торговые книги, иная документация, баланс, а также сделки и продукция. Согласно ст. 163 УК Швейцарии, предметом преступления могут быть имущество, имущественные ценности, долги, требования. УК Голландии в качестве предмета преступления, связанного с банкротством, рассматривает обязательства, имущество, собственность, отчетно-учетную  документацию. В ст. 314-7 УК Франции в качестве предмета преступления предусмотрены: имущество, обязательства, активы и доходы.
  4. УК ряда стран предусматривает ответственность за некоторые деяния, связанные с банкротством, не являющиеся преступными по действующему УК РТ. Например, нарушение должником своих обязанностей по ведению бухгалтерского учета, затрудняющее выяснение его имущественного положения (параграф 283 УК ФРГ, п. 4 ст. 343 УК Голландии); неосторожное банкротство (гл. 11 ст. 3 УК Швеции, ст. 340 УК Голландии); продажа кредитором своего голоса, т.е. получение им вознаграждения от должника за голосование в его пользу (ст. 168 УК Швейцарии); предъявление кредитором вымышленных требований (п. 2 ст. 344 УК Голландии); незаконные действия в пользу несостоятельного должника (ст. 314-1 УК Франция, параграф 283 «d» УК ФРГ).
  5. В уголовных законодательствах некоторых стран к субъектам уголовной ответственности за банкротство относят не только должников, но и лиц, действующих  от имени должника (ст. 260 УК Испании); лиц, действующих для должника или от имени должника (ст. 7 гл. 11 УК Швеции); юридического или фактического руководителя юридического лица (ст. 314-7 УК Франции); директора или члена Наблюдательного совета юридического лица (ст. 342, 347 УК Голландии), а также третьих лиц  (ст. 163, 164 УК Швейцарии).
  6. Необходимо отметить, что законодательство  ряда европейских стран, в отличие от УК РТ, предусматривает  ответственность  юридических лиц наряду с физическими лицами. Например, в УК Франции сказано, что уголовная ответственность юридических лиц не исключает таковую для физических лиц - исполнителей или соучастников тех же самых деяний. Ст. 314-13 УК Франции предусматривает возможность объявления подлежащими уголовной ответственности юридических лиц за деяния, предусмотренные в ст. 314-7 (банкротские преступления).
  7. Наказанием за неосторожное банкротство является тюремное заключение на срок до 2-х лет (Швейцария), лишение свободы до 2-х лет (Австрия), лишение свободы до 2-х лет или денежный штраф (Германия).
  8. В качестве наказания за злостное банкротство предусмотрено лишение свободы от 6 месяцев до 10 лет (Австрия), лишение свободы до 5 лет или денежный штраф (Германия), тюремное заключение до 5 лет или каторга на тот же срок (Швейцария).

       Подытоживая анализ уголовного законодательства зарубежных стран, в целях совершенствования уголовного законодательства об уголовной ответственности за преступления, связанные с банкротством, диссертант предлагает некоторые рекомендации по изменению нормы УК РТ об ответственности за преступное банкротство.

               Вторая глава «Структурно-правовой анализ неправомерных действий при банкротстве, злостного банкротства и фиктивного банкротства» состоит из трех параграфов.

       В первом параграфе «Понятие и структура объективных и субъективных признаков неправомерных действий при банкротстве» исследуются признаки данного состава преступления (ст. 269 УК РТ) и формулируются следующие выводы.

       Проблема непосредственного объекта неправомерных действий при банкротстве как одного из основных элементов состава преступления остается до сих пор остро дискуссионной (И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, А.С. Горелик, В.П. Ревин, В.Н. Кудрявцев, Л.Л. Кругликов) и применительно к квалификации анализируемого состава преступления является одной из доминирующих. Его определение не получило в литературе однозначной характеристики. На основе анализа имеющихся позиций, законодательства о несостоятельности, криминализируемого деяния и защищаемых благ аргументируется следующее определение основного непосредственного объекта неправомерных действий при банкротстве - общественные отношения, возникающие в связи с осуществлением порядка банкротства несостоятельных субъектов предпринимательской деятельности. Дополнительным объектом выступают законные интересы предпринимателей и потребителей, интересы государства в лице государственных органов, уполномоченных на работу с несостоятельными должниками, интересы собственников коммерческих организаций и их работников, а также законные и правомерные интересы иных лиц.

Формулировка непосредственного объекта неправомерных действий при банкротстве дана диссертантом на основе всестороннего анализа субъектного состава отношений несостоятельности (банкротства) с учетом роли и интереса каждого участника, что позволило установить, какие именно общественные отношения выступают объектом преступления, объем этих отношений и, следовательно, границы действия самого уголовного закона.

       Именно эти интересы являются критериями конституционности, целесообразности и законности уголовно-правового регулирования.

              Предмет преступления является обязательным признаком состава неправомерных действий при банкротстве. С учетом положений гражданского и уголовного законодательства, Закона о несостоятельности 2003 г. и иных нормативных правовых актов наравне с имущественным обязательством необходимо включить и имущественные права должника как предмет ст. 269 УК РТ. К имущественным правам следует относить принадлежащие должнику на праве собственности вещные и обязательственные права, которые могут быть реализованы в соответствии с законодательством о несостоятельности в порядке продажи имущества должника, в том числе исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации.

               Статья 269 УК Республики Таджикистан предусматривает два состава преступления.

Необходимо отметить, что  исходя из  содержания диспозиции ч. 1 ст. 269 УК РТ выделение двенадцати разновидностей общественно опасных деяний в четыре категории, составляющие объективную сторону преступления, является обоснованным. Первая категория - это пять видов «сокрытия» (сокрытие имущества; сокрытие имущественных обязательств; сокрытие сведений об имуществе, о его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе; сокрытие бухгалтерских документов; сокрытие иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность). Вторая категория - это три вида «уничтожения» (уничтожение имущества; уничтожение бухгалтерских документов и уничтожение иных учетных документов отражающих экономическую деятельность). Третья категория - это два вида «фальсификации» (фальсификация бухгалтерских документов и фальсификация иных учетных документов, отражающих экономическую деятельность). Четвертая категория - это два вида деяний в форме «передачи» (передача  имущества в иное владение) и «отчуждения» (отчуждение имущества).

               В диссертационном исследовании проведен всесторонний анализ и разбор указанных деяний, выявлены недостатки формулирования законодательных запретов и практики их применения. 

               Обязательным признаком объективной стороны ч. 1 ст. 269 УК РТ выступает обстановка совершения преступления, описываемая как совершение деяния «при банкротстве» или в «предвидении банкротства». По мнению диссертанта, данные термины затрудняют  применение нормы на практике, так как невозможно точно установить момент, с возникновением которого можно было говорить о наступлении указанной обстановки как признака неправомерных действий при банкротстве. Таким образом, представляется целесообразным дать следующую формулировку обстановке совершения преступления в ч. 1 ст. 269 УК РТ: «при наличии признаков банкротства» либо «при процедуре банкротства». В данном случае отправной точкой служит законодательство о несостоятельности (банкротстве), и преступные действия (бездействие) могут иметь место после  образования признаков банкротства и процедур банкротства, определенных законодательно.

               Состав преступления является материальным, и преступление признается оконченным с момента причинения крупного ущерба кредитору.

       В работе указывается, что преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 269 УК РТ, охватывает собой те действия должника, которые были им совершены при применении к нему процедур банкротства и выразились в  нарушении порядка очередности удовлетворения имущественных требований кредиторов, и в нарушении пропорциональности удовлетворения требований кредиторов одной очереди либо удовлетворения  требований кредиторов последующей очереди до полного расчета с кредиторами предыдущей очереди, а также в отказе удовлетворить требования кредиторов вообще. 

       УК РТ в ст. 269 выделяет четыре разновидности субъектов рассматриваемых преступлений, которые относятся к категории специальных, - это физические вменяемые лица, являющиеся руководителем юридического лица, собственником организации-должника, индивидуальным предпринимателем и кредиторами.

       Среди субъектов неправомерных действий при банкротстве разновидность «собственник организации-должника» подвергнута серьезной критике. Диссертант на основе имеющихся позиций (П.С. Яни, И.В. Шишко, И. Камынин, Б.И. Колб) и анализа гражданского законодательства приходит к выводу, что термин «собственник организации-должника» является некорректным и не имеет правового содержания. Согласно ст. 232 ГК РТ, сами юридические лица являются собственниками своего имущества, а согласно ст. 48 ГК РТ, организация выступает субъектом, а не объектом правоотношений, и не может в этом смысле быть собственностью кого-либо. Гражданское законодательство оперирует понятием «собственник имущества организации», имея в виду имущество государственных унитарных предприятий. Однако собственником такого имущества выступает публично-правовой субъект - государство, которое вообще не может нести уголовной ответственности.

       Другая проблема квалификации субъекта ч. 2 ст. 269 УК РТ связана с тем, что кредиторами, в смысле законодательства о несостоятельности, наряду с физическими лицами могут быть также юридические лица, государство и административно-территориальные единицы (ст. 11 Закона о несостоятельности). В случае принятия удовлетворения имущественных требований юридическим лицом-государством субъект преступления в традиционном понимании отсутствует.

Другая дискуссионная проблема встречается во время определения круга неучтенных субъектов неправомерных действий при банкротстве. Диссертант анализируя мнения ученых и судебно-следственную практику приходит к выводу, что ст. 269 УК РТ не позволяет привлекать к уголовной ответственности по указанным нормам: бывших руководителей юридических лиц, отстраненных от должности в силу прямого предписания Закона о несостоятельности 2003 г., индивидуального предпринимателя после утраты им государственной регистрации в связи с признанием его банкротом, главу дехканского (фермерского) хозяйства, арбитражных управляющих, главного бухгалтера, руководителя ликвидационной комиссии и коллекторов.

В связи со сложным субъектным составом преступления, предусмотренного ст. 269 УК РТ, и возможностью его совершения значительным кругом лиц диссертант считает нецелесообразным перечисление всех возможных субъектов в диспозиции ст. 269 УК РТ. Предлагается  не конкретизировать субъекта преступления в данной статье.

Преступление, предусмотренное ст. 269 УК РТ, совершается умышленно  в форме прямого умысла. Это вытекает как из характера описанных в ее диспозиции действий, так и положений ст. 28 УК РТ: во-первых, совершаемые виновным действия создают объективные предпосылки для возможного или неизбежного наступления преступных последствий, описываемых уголовным законом. Во-вторых, признаки объективной и субъективной сторон  неправомерных действий при банкротстве характеризуются умышленной формой вины, что подтверждается существованием в тексте уголовного закона терминов «в предвидении банкротства», «знающим о своей фактической несостоятельности (банкротстве)»,  «в ущерб другим кредиторам». 

               Во втором параграфе «Понятие и структура объективных и субъективных признаков злостного банкротства» исследуются признаки данного состава преступления (ст. 270 УК РТ) и формулируются следующие выводы.

                       Формулируя ст. 10 Закона о несостоятельности 2003 г.,  законодатель не в полном объеме основывался на определении «преднамеренного (злостного) банкротства», содержащимся  в диспозиции ст. 270 УК РТ.

               В диспозиции анализируемой статьи предмет преступления не указан. Предметом злостного банкротства следует считать объекты гражданских прав, перечисленные в ст. 140 ГК РТ (за исключением нематериальных благ), имущественные обязанности, информацию об имуществе, в том числе содержащуюся в бухгалтерских и иных учетных документах.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 270 УК РТ, состоит из следующих элементов: 

а) действия (бездействия), влекущие создание неспособности юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам; 

б) действия (бездействия), влекущие создание неспособности юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; 

в) общественно опасные  последствия  в виде крупного ущерба либо иного тяжкого последствия; 

г) наличие причинной связи между любым из таких деяний, с одной стороны, и общественно опасным последствием - с другой.

Таким образом, состав исследуемого преступления имеет материальный характер.

               В работе указывается на основную проблему состава ст. 270 УК РТ, заключающуюся в том, что центральный, ключевой признак его объективной стороны - категория «неплатежеспособность» - до сих пор не имеет законодательного определения. Неплатежеспособность - это невозможность субъекта производить текущие платежи по своим обязательствам вследствие отрицательного баланса, т.е. превышение долгов над имеющимися в наличии средствами.

       Объективную сторону злостного банкротства составляют: 1) создание неплатежеспособности, 2) увеличение неплатежеспособности. Создание неплатежеспособности - совершение действия или бездействие, приведшие коммерческую организацию или индивидуального предпринимателя, являвшихся ранее платежеспособными, к неплатежеспособности. Увеличение неплатежеспособности - совершение действия или бездействие, приведшие коммерческую организацию или индивидуального предпринимателя, ставшие неплатежеспособными ранее, к еще большей неплатежеспособности.

               Злостное банкротство совершается как в форме действия, так и в форме бездействия.

Уголовная ответственность за злостное банкротство наступает при условии причинения крупного ущерба и иных тяжких последствий. В юридической литературе «иные тяжкие последствия» являются оценочной категорией и включают в себя последствия как экономического, так и личного характера (П.А. Светачев, Б.В. Волженкин). Диссертант считает, что наиболее удачным и приемлемым представляется признание в качестве «иных тяжких последствий» краха организации, нарушения трудовых прав граждан, работавших в обанкротившейся организации, вынужденного увольнения с предприятия большого числа рабочих или служащих, имеющих экономический характер. В работе отмечается, что некоторые варианты, как психическое заболевание, самоубийство кредиторов или служащих организации-банкрота, было бы  ошибочным отнести к «иным тяжким последствиям». Во-первых, в отношении названных последствий невозможно точно установить  их причинно-следственную связь с поведением виновного. Во-вторых, злостное банкротство должно причинять вред только экономическим отношениям, а не личным.

Исполнителем злостного банкротства может быть руководитель коммерческой организации, собственник коммерческой организации и индивидуальные предприниматели. Это отмечено в ходе анализа субъекта неправомерных действий при банкротстве (ст. 269 УК РТ).

Злостное банкротство с субъективной стороны характеризуется виной в форме умысла. Об умышленном совершении преступления свидетельствует диспозиции статьи - «Злостное банкротство», так как виновник злостного банкротства сознает, что заведомо создает или увеличивает неспособность коммерческой организации или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Другим признаком субъективной стороны злостного банкротства в законе указан мотив - «личные интересы» или «интересы иных лиц». В работе отмечается, что «личный интерес» и «интерес иных лиц» в основном имеют  только имущественный характер.

               В третьем параграфе «Понятие и структура объективных и субъективных признаков фиктивного банкротства» исследуются признаки данного состава преступления (ст. 271 УК РТ) и формулируются следующие выводы.

Понятие фиктивного банкротства в уголовном законодательстве и законодательстве о несостоятельности представлено неодинаково. Для совершенствования ст. 271 УК РТ необходимо использовать единое понятие фиктивного банкротства. Конструкцию состава данного преступления законодателем надо привести в соответствии с действующим Законом о несостоятельности 2003 г.

Предмет преступления имеет особое значение при квалификации содеянного. Предметом фиктивного банкротства является ложная информация о несостоятельности юридического лица в виде коммерческой организации или индивидуального предпринимателя, распространенная  любым способом. 

Основным элементом характеристики объективной стороны фиктивного банкротства является категория «заведомо ложное объявление о несостоятельности». Действующее гражданское законодательство и Закон о несостоятельности 2003 г. предусматривают порядок правомерного объявления о несостоятельности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей. В работе отмечено, что объявление должника о его несостоятельности может быть реализовано в заявлении о возбуждении производства по делу о несостоятельности (банкротстве), поданном в экономический суд, подписанном руководителем должника - юридического лица или лицом, его заменяющим, либо индивидуальным предпринимателем, а также в обращении к кредиторам о получении у них согласия на добровольную ликвидацию и официальное объявление о несостоятельности, принятое руководителем организации. Названное объявление должно иметь  заведомо ложные  сведения.

Состав исследуемого преступления по законодательной конструкции материальный. Обязательным признаком объективной стороны фиктивного банкротства является причинение крупного ущерба кредиторам в результате заведомо ложного объявления о своей несостоятельности независимо от формы объявления.

Говоря о субъектах злостного и фиктивного банкротства, необходимо остановиться еще на одной проблеме. Действие ст.ст. 270 и 271 УК РТ распространяется только на банкротство коммерческой организации либо индивидуального предпринимателя. Однако в соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве процедура банкротства может быть применена к юридическим лицам, за исключением государственных предприятий. Из положения данной статьи, очевидно, что субъектом фиктивного банкротства могут быть руководители и собственники некоммерческой организации.

       В целях достижения четкости и стройности понятийного аппарата уголовного законодательства автор считает целесообразным заменить термин «собственник организации» на термин «учредитель коммерческой организации» или «учредитель юридического лица» в составе ст.ст. 269 - 271 УК РТ.

Фиктивное банкротство совершается только с прямым умыслом, так как лицо, совершая эти действия, осознает их общественную опасность, предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде крупного ущерба - и желает их наступления. Цель, предусмотренная ст. 271 УК РТ, состоит из следующих элементов: ближайшая цель - это введение в заблуждение кредиторов, альтернативные цели выражены в (1) получении отсрочки, рассрочки причитающихся кредиторам платежей, скидки с долгов и (2) неуплате долгов.

В заключении диссертации в обобщенном виде излагаются основные теоретические и практические выводы и предложения по совершенствованию законодательства Республики Таджикистан, предусматривающие ответственность за преступления, связанные с банкротством.

Основные положения диссертации отражены в 10 публикациях автора общим объемом 3,92 п.л. (личная доля автора – 3,82 п.л.).

Статьи, опубликованные в изданиях, включенных в «Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученой степени доктора и кандидата наук»

  1. Кудратов Н.А. Теоретически - правовые вопросы исследования объекта неправомерных действий при банкротстве // Вестник Таджикского национального университета. - Душанбе, 2011. -  №2 (66).  - 0,53 п.л.
  2. Кудратов Н.А.  К вопросу определения  субъекта фиктивного банкротства // Вестник Таджикского национального университета. - Душанбе, 2011. - №3 (66).  - 0,43 п.л.
  3. Кудратов Н.А. Предмет неправомерных действий при банкротстве: проблемы теории и законодательства  // Вестник Таджикского национального университета. - Душанбе, 2011. - №9 (73). -0,49 п.л.
  4. Кудратов Н.А. О некоторых вопросах использования юридической техники в составе фиктивного банкротства // Вестник Таджикского национального университета. - Душанбе, 2012. - №1 (76).  - 0,45 п.л. (на тадж. яз.)

Публикации в иных изданиях:

  1. Кудратов Н.А. О некоторых вопросах индивидуального предпринимателя как субъекта неправомерных действий при банкротстве //  Сборник научных материалов преподавателей Таджикского государственного университета коммерции. - Душанбе, 2010. - 0,19 п.л. (на тадж. яз.)
  2. Кудратов Н.А. Обстановка совершения преступления как обязательный признак объективной стороны неправомерных действий при банкротстве //  Президент Республики Таджикистан - гарант Конституции и законов: Сборник статей научно-практической республиканской конференции, 25.10.2010. - Душанбе, 2010. - 0,29 п.л. (на тадж. яз.)
  3. Кудратов Н.А. Проблемы формулирования объективной стороны неправомерных действий при банкротстве // Президент Республики Таджикистан - гарант Конституции и законов: Сборник статей научно-практической республиканской конференции, 25.10.2010. -Душанбе, 2010. - 0,38 п.л.
  4. Кудратов Н.А. Некоторые проблемы определения предмета неправомерных действий при банкротстве (ст. 269 УК РТ) //  Жизнь и  Закон. - Душанбе, 2011. - № 1. - 0,35 п.л.
  5. Кудратов Н.А., Латипов Н.Р. Обстановка совершения преступления и последствия преступного посягательства как обязательные признаки объективной стороны неправомерных действий при банкротстве // Жизнь и  Закон. - Душанбе, 2011.  - № 2. - 0,3 п.л. (вклад автора - 0,2 п.л.)
  6. Кудратов Н.А. Уголовно-правовая характеристика  объективной стороны злостного банкротства // Жизнь и  Закон. - Душанбе, 2011.  - № 2.- 0,61 п.л.

КУДРАТОВ НЕКРУЗ АБДУНАБИЕВИЧ

Уголовная ответственность за преступления, связанные с банкротством: проблемы теории, практики и законодательства

(по материалам Республики Таджикистан)

Автореферат диссертации


1 Закон Республики Таджикистан «О банкротстве предприятий» от 10 марта 1992 года // Ведомости  Верховного  Совета Республики Таджикистан.  1992.  № 8. Ст.116.

2 Закон Республики Таджикистан «О несостоятельности (банкротстве)» // Ахбори Маджлиси Оли Республики Таджикистан. 2003. № 12.  Ст. 674; 2008. № 7-9. Ст. 697.

3 Уголовный кодекс Республики Таджикистан. Ахбори Маджлиси Оли Республики Таджикистан. 1998. № 9. Ст. 68.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.