WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

 

 

Баландин Сергей Борисович

ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ВЕЛИКОГО КНЯЖЕСТВА ФИНЛЯНДСКОГО В СОСТАВЕ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

12.00.01 – теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

Автореферат

диссертации на соискание учёной степени

кандидата юридических наук

Москва – 2012

Работа выполнена в федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования

«Московская государственная юридическая академия имени О.Е. Кутафина»

на кафедре истории государства и права

Научный руководитель        доктор юридических наук, профессор,        Заслуженный деятель науки

       Российской        Федерации

       Исаев Игорь Андреевич

Официальные оппоненты:        Золотухина Наталья Михайловна,                доктор юридических наук, профессор,        ФГБОУ ВПО "Российская академия        правосудия", главный научный сотрудник        отдела теории и истории права и судебной        власти

       

       Харсеева Олеся Владимировна,                кандидат юридических наук, доцент,                ФГБОУ ВПО "Курский государственный        университет", доцент кафедры теории и        истории государства и права

               

Ведущая организация                        Московский университет        Министерства                        внутренних дел Российской Федерации

Защита состоится 19 декабря 2012 года в 12.00 на заседании диссертационного совета Д 212.123.02, созданного на базе Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина, г. Москва, 123995, ул. Садовая-Кудринская, д. 9, зал заседаний диссертационного совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина.

Автореферат разослан  ___  ноября 2012 года.

Учёный секретарь

диссертационного совета

доктор юридических наук,

профессор                                                                        Н.А. Михалева

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

  

Актуальность темы диссертационного исследования. Среди наиболее острых вопросов для современной России едва ли не первое место принадлежит проблеме административно-территориального и национально-государственного устройства страны. Представляется, что в отношении выработки основных принципов окраиной политики центра, взаимоотношений центра и периферии полезно учитывать значительный опыт решения этой проблемы в Российской Империи.

К числу наиболее характерных особенностей как современной России, так и Российской Империи следует отнести не только огромную территорию, расположенную в двух частях света, но и крайне пестрый этнический и конфессиональный состав населения.

Территория Империи складывалась на протяжении веков. Параллельно с этим формировалась и развивалась модель управления окраинными областями государства. Системы органов государственной власти, сложившиеся в национальных окраинах Российской Империи, особенности законодательства и государственно-правового статуса таких территорий всегда вызывали повышенное внимание общественных и политических деятелей как в самой России, так и за ее пределами. Серьезность этого вопроса, прямым образом влиявшего на существование всей российской государственности, особенно сильно проявлялась в начале прошлого столетия, но и сегодня понимание основ национального строительства Российской Империи представляется не менее важным.

Размышляя о перспективах развития федерализма в современной России, полезно заглянуть в богатейшую историю развития Российского многонационального государства. В отечественной истории мы можем найти источники, в которых обнаруживаются ответы на многие современные  вопросы.

Все это диктует острую потребность в научном изучении данной проблемы.

Совершенно уникальное среди прочих окраин Российской Империи место занимала Финляндия. Развитие государственно-правового положения Великого княжества Финляндского являет собой пример одновременно и гибкости, и непоследовательности национальной политики имперских властей.

Исследование сложившейся на данной территории уникальной системы управления предполагает изучение как высших и центральных имперских учреждений, осуществлявших управление краем, местных органов власти, судебной системы, так и соответствующей нормативно-правовой базы. Это позволит определить обоснованность предоставления Финляндии особого статуса, а также эффективность созданной административной модели, а значит, в определенной степени, эффективность всей окраинной политики Империи.

Анализ указанной проблемы также предоставит необходимый материал для развития понятийно-категориального аппарата дисциплины истории государства и права.

Крайне важное значение имеет необходимость беспристрастной оценки различных позиций, при изучении соответствующей литературы.

Сегодня, по прошествии почти ста лет с момента обретения Финляндией независимости, представляется вполне возможным объективно взглянуть на тот путь, который прошли вместе два народа.

При исследовании необходимо отказаться от крайних суждений: с одной стороны не стоит преувеличивать негативные стороны проблемы, объясняя происходившие процессы только с точки зрения классово-национального угнетения, а с другой нельзя впадать в крайности, представляя окраинную политику центральных властей образцом патернализма и терпимости. В основе процесса формирования статуса Великого княжества Финляндского в Империи лежали как внешние, так и внутриполитические причины, при этом неизбежным было столкновение различных, противоречащих друг другу интересов.

Исследование государственно-правового статуса Великого княжества Финляндского в составе Российской Империи с момента его присоединения и вплоть до обретения краем независимости представляет особый интерес, поскольку позволяет не только выявить характерные особенности государственно-правовых институтов этого края и изменения в их структуре, но, что особенно важно, дает возможность проследить влияние отдельных решений на весь ход развития взаимоотношений центра и отдельно взятой окраины, понять, где были допущены ошибки, чтобы не допустить их впредь.

С практической стороны данное исследование может позволить на основе накопленного опыта глубже анализировать процессы реформирования политико-территориального устройства, происходящие в современной России,  и прогнозировать результаты таких преобразований.

Поэтому как позитивный, так и негативный опыт организации власти в Великом княжестве Финляндском не может не обратить на себя внимание современных политических, государственных деятелей и исследователей.

Цель и задачи исследования. Цель работы состоит в том, чтобы на основе нормативных актов, документов и архивных материалов произвести  комплексный анализ развития государственно-правового положения Великого княжества Финляндского в составе Российской империи с 1809 по 1917 гг. XIX в.

Для решения вышеуказанной цели ставятся следующие задачи:

проследить изменения правового статуса Великого княжества Финляндского на протяжении всего периода его нахождения в составе Российского государства;

исследовать становление и развитие системы органов власти Великого княжества, их взаимодействие друг с другом, проследить изменения законодательства, регламентирующего их деятельность;

проанализировать структуру, функции и компетенцию высших и центральных учреждений края, их внешние и внутренние связи;

выявить общие и частные моменты в административной политике российских властей в этих окраинах;

проследить основные тенденции в развитии финляндского законодательства;

произвести обзор судебной системы края;

на основе изучения нормативной базы проследить изменение политического курса имперских властей в отношении Финляндии;

проследить взаимосвязь и правовые последствия принятия отдельных мер законодательного и управленческого характера в отношении Великого княжества Финляндского.

Объектом исследования являются правовой статус финляндской окраины, организация, функции и компетенция соответствующих высших и центральных имперских органов государственной власти и органов власти Великого княжества Финляндского, порядок их взаимодействия, а также основные черты и особенности финляндского законодательства.

Следует отметить, что рассматриваемая национальная окраина обладала целым рядом особенностей. К наиболее значительным из них относятся: наличие в системе органов власти, совершенно уникальных элементов, таких как, финляндский Сейм, Министр статс-секретарь, Комитет финляндских дел и др.; специфическое финляндское законодательство, выделявшееся отсутствием строгой системы и характеризующееся большим количеством внутренних противоречий.

Предметом исследования является комплекс нормативно-правовых актов, регламентировавших организацию и функционирование органов государственной власти, осуществлявших управление Великим княжеством Финляндским, экономическую и политическую жизнь в крае, а также определявших его правовой статус.

Методология исследования. При написании работы теоретическую и методологическую базу исследования составили диалектический метод познания, историко-правовой и сравнительно-правовой методы, принципы объективности и системности, что позволило установить достоверность отраженных в источниках сведений, комплексно подойти к освещению различных сторон изучаемой проблемы и, тем самым, определить государственно-правовое положение Великого княжества Финляндского в Российской империи.

Источники исследования.

Выбор объекта анализа, поставленные в диссертационном исследовании задачи требуют привлечения обширного корпуса источников. Эмпирическую базу исследования составили прежде всего нормативно-правовые акты, различные архивные материалы, опубликованные документы, мемуары, монографии, статистические издания и периодическая печать.

Наибольшее значение среди данных источников имеют нормативно-правовые акты. За более чем вековой период вхождения Финляндии в состав Российской Империи было издано огромное количество нормативно-правовых актов различной юридической силы, изданных как имперскими учреждениями, так и местными властями.

Одной из особенностей законодательных актов, издаваемых исключительно в отношении Финляндии, было то, что публиковались они в Сборнике постановлений Великого княжества Финляндского, и не включались в Полное собрание законов Российской Империи, в котором нормативные материалы, касавшиеся Великого княжества Финляндского, систематически стали публиковаться лишь после 1899 г. Нормативные акты, относящиеся к периоду 1808-1859 гг., были переизданы в Собрании постановлений Финляндских, явившемся результатом работы Комиссии по систематизации финляндских законов под председательством Н.Д. Сергеевского, а с сентября 1908 г. - Н.Н. Корево.

К следующей группе опубликованных источников относятся проекты реформ, материалы совещаний, комитетов и комиссий, отчеты и записки генерал-губернаторов, ведомственную переписку, протоколы, журналы и т.д., часть из которых находится в фондах Российской государственной библиотеки и Государственной публичной исторической библиотеки России.

К другой группе источников необходимо отнести воспоминания и дневники государственных и общественных деятелей, дающие возможность глубже окунуться в ту эпоху, взглянуть на происходившие события глазами очевидцев, а значит и более комплексно осветить поднимаемые в исследовании вопросы.

Значительная часть документальных материалов, позволяющих наиболее полно представить государственно-правовое развитие края, находится в Российском государственном историческом архиве (далее - РГИА); и Государственном архиве Российской Федерации (далее - ГАРФ). Наиболее ценные материалы, посвященные государственному устройству Великого княжества Финляндского содержится в делах Ф. 1361 - Статс-секретариат Великого княжества, Ф. 1276 - Совет Министров, Ф. 1284 -Департамент общих дел МВД, Ф. 1282 - Канцелярия МВД, Ф. 1405 - Министерство юстиции.

Степень научной разработанности темы. Диссертационная тема продолжает оставаться недостаточно освещенной в специальной литературе.

Дореволюционный этап изучения данной проблемы характеризовался постепенным, а с 80-х гг. XIX в. - резким, ростом интереса к вопросу организации государственной власти и правового статуса Финляндии и появлением двух противоборствующих позиций. Толчком к началу научного, чаще даже политического спора  было изменение в отношениях между российским и финляндским обществами и ростом взаимного недоверия.

При этом в литературе можно выделить два основных направления. Одно - либеральное, направленное против объединительной политики имперских властей, другое - консервативное, которое поддерживало унификаторский курс центральной власти.

Первое направление особо стойко отстаивали финляндские ученые Л. Мехелин, Р. Даниель-сон-Кальмари и Р. Германсон. Были среди сторонников этой позиции и русские ученые: М.М. Ковалевский, Н.И. Лазаревский, А.Л. Погодин, В.Д. Спасович.

Существенное значение имеют работы Л. Мехелина, который, используя большой объем материалов, пришел к спорному выводу о межгосударственных отношениях между Россией и Финляндией в форме реальной унии.1

Второе направление консервативно-монархического толка было представлено в первую очередь М.М. Бородкиным, К.Ф. Ординым, П.Д. Сергеевским, Ф.П. Еленевым, П.И. Мессарош.

Начало обширной антифинляндской кампании в литературе положил К.Ф. Ордин, издавший в 1889 г. в ответ на публикации Л.Мехелина двухтомный труд по истории Финляндии.2

Следует отметить, что, в дореволюционный период большинство работ касающихся государственно-правового положения Финляндии были в значительной степени политизированы, тем не менее некоторые исследования поражают своей глубиной и разработанностью.

Однако постепенно стали появляться работы именно научной направленности, имевшие своей целью отразить те или иные аспекты государственно-правового развития финляндской окраины.

Наиболее значительным трудом по истории государственного управления Великого княжества Финляндского и финляндского законодательства является двухтомная работа Э.Н. Берендтса, в основе которой лежит большое число различных источников.3 Представляет интерес также работа В. Остен-Сакена, в которой проводится ценный обзор мнений по вопросу правового положения Финляндии, и дается объективная оценка статуса Великого княжества.4 К финляндскому вопросу обращался и знаменитый отечественный классик юриспруденции Н.М.Коркунов.5

В советский период авторы рассматривали проблему преимущественно через призму национально-классового угнетения и национально освободительной борьбы Финляндии с царизмом.

Важное значение для изучения проблемы государственно-правового положения Финляндии в составе Российского государства имеют труды Р.Н. Дусаева и У.В. Тейстре. Работы Р.Н. Дусаева посвящены различным сторонам организации государственной власти Великого княжества, его правового статуса и законодательства.6 Политика царского правительства в административной области в отношении Финляндии конца XIX - начала XX вв. наиболее подробно изучена в работах У.В. Тейстре. В своей диссертации У.В.Тейстре основное внимание уделяет правовому статусу Великого княжества Финляндского.7

Большой вклад в изучение социально-экономического положения, развития политической и административной систем Великого княжества Финляндского внес Л.В. Суни.8

К современным зарубежным авторам, освещающим обозначенную проблему, относятся О. Юссила, Т. Полвинена, С. Хентиля, В. Расили, Ю. Невакиви, П. Мустонев, К. Корхонен, П. Томилла. Значительное внимание в работах финляндских ученых уделено вопросу автономии и отношениям центра и окраины.

В немногочисленных современных отечественных исследованиях отмечается большая объективность и глубина, делаются попытки комплексной оценки всей национальной политики в дореволюционной России, выявляются примеры как положительного, так и отрицательного опыта. Появился ряд диссертационных исследований, рассматривающих отдельные стороны проблемы управления Великого княжества Финляндского. К ним прежде всего относятся диссертации Р.Н. Дусаева, Е.Е. Раймонен, М.Б. Аверина.

Подводя итог обзору литературы, посвященной вопросам, связанным с темой диссертационного исследования, следует подчеркнуть, что на сегодняшний день в отечественной литературе отсутствуют исследования, охватывающие весь период вхождения Финляндии в состав Российской Империи.

Хронологические рамки. Работа охватывает период с момента присоединения Финляндии к Российской Империи до ее формального выхода из состава Российского государства. Начальная дата исследования не сводится к дате подписания Фридрихсгамского мирного договора со Швецией 5/17 сентября 1809 г., но определяется скорее первыми мерами русского правительства на оккупированной территории, принятыми еще в течение 1808 г. А конечная дата связана как с провозглашением независимости в самой Финляндии (6 декабря 1917 г.), так и с ее признанием Советским правительством (18/31 декабря 1917 г.).

Научная новизна диссертационного исследования. Научная новизна диссертации определяется тем, что впервые в рамках отечественного государства и права проведено комплексное исследование государственно-правового положения Великого княжества Финляндского в составе Российской Империи, что дало возможность проследить национальную политику имперских властей в отношении отдельно взятой окраины на протяжении всего периода ее вхождения в состав Российской Империи.

В работе впервые сделана попытка изобразить цельную картину развития российско-финляндских отношений вплоть до обретения краем независимости, дать представление о всей многогранности и гибкости имперской политики в отношении Великого княжества Финляндского.

Положения диссертации, выносимые на защиту:

1. Финляндия с самого своего присоединения получила в составе России особое привилегированное положение среди других территорий Империи. Это положение, характеризующееся большой внутренней самостоятельностью, наличием особого законодательства и специфических органов управления, можно определить как автономию внутри Империи.

2. Весь совместный исторический путь России и Финляндии по характеру политики имперских властей в отношении последней и степени ее самостоятельности можно разделить на три основных этапа:

  • 1809-1863 гг. - период, так называемой, "спящей автономии" характеризовался отсутствием представительного органа в политической жизни края;
  • С 1863 г. до середины 80-х гг. XIX в. - период стремительного расширения прав финляндской автономии в условиях реформ, проводимых в период правления Александра II;
  • С середины 80-х гг. XIX в. до 1917 г. - политика российских властей в этот период приобрела объединительную направленность, результатом чего стало постепенное сокращение объема самостоятельности Великого княжества.

3. Систему органов власти, управляющих Великим княжеством Финляндским образовывали особые учреждения и должности: Правительствующий финляндский Сенат, Сейм, Комитет финляндских дел, Министр статс-секретарь и характеризующийся особым набором прав и обязанностей Генерал-губернатор. Противостояние двух последних имело большое значение на развитие финляндской автономии. В самой природе этих должностей заключался конфликт, и в разное время на первый план выдвигался то Министр статс-секретарь, то Генерал-губернатор. Сенат, являясь по сути правительством края, осуществлял текущее управление. Сейм, ставший регулярно созываться с 60-х гг.XIX в., сосредоточил к концу столетия значительные полномочия в области местного законодательства.

4. Правовую систему Великого княжества Финляндского отличало сразу несколько признаков. Во-первых, финляндское законодательство так и не было кодифицировано. Во-вторых, имело место выделение, так называемых, основных законов, которые, однако нельзя охарактеризовать в качестве конституции края, как пытались представить некоторые авторы. Плюс ко всему, не было официальной позиции о том, какие законы следовало считать основными. В третьих, вплоть до начала ХХ в. отсутствовало четкое разграничение предметов ведения между центром и окраиной - какие законы Империи имели для Финляндии обязательный характер (общегосударственных законов), долгое время не было определено. В четвертых, характерной чертой финляндского права являлось большое количество отсылок к актам шведского периода, что часто приводило к правовым коллизиям. Также наследием шведского периода являлось деление местных финляндских законов на сеймовые, требовавшие согласного решения Императора и Сейма, и административные, для принятия которых достаточно было воли Императора. Такое деление представляется искусственным в условиях абсолютной монархии, не отвечавшим реалиям времени.

Теоретическая значимость исследования. Теоретическая значимость исследования определяется в первую очередь обобщением опыта национально-государственного строительства Российской Империи на примере отдельно взятой окраины, что в полной мере соотносится с современными проблемами Российской Федерации. Исследование позволяет глубже понять процессы, проходящие в сфере национально-государственного строительства.

Практическое значение работы. Результаты исследования могут быть использованы в дальнейшем в процессе преподавания истории отечественного государства и права, а также для подготовки соответствующих разделов в учебных пособиях по истории государства и права.

Основные положения диссертационного исследования могут стать частью комплексного анализа государственно-правового положения окраин Российской Империи.

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена и обсуждена на кафедре истории государства и права Московской государственной юридической академии имени О.Е. Кутафина. Ее положения положены в основу публикаций автора.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка источников и использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, цели и задачи исследования, дается характеристика объекта и предмета исследования, приводится анализ источников исследования, раскрывается научная новизна выносимых на защиту положений, отмечена теоретическая и практическая значимость диссертационной работы, полученных выводов и сделанных предложений.

Первая глава "Финляндия в составе Российского государства  в период 1809-1881 гг." состоит из трех параграфов.

Первый параграф "Присоединение Финляндии к Российской Империи" посвящен анализу юридических аспектов и правовых оснований вхождения Финляндии в состав Российской империи. Автор обращается к событиям 1808 и 1809 гг., считая их ключевыми в получении присоединенной территорией статуса автономии. Автором рассматривается целый ряд манифестов и распоряжений, которыми сопровождалось вхождение завоеванной у Швеции территории. Особое внимание уделяется так называемому Боргоскому сейму и статьям Фридрихсгамского мирного договора.

Автором подчеркивается, что для ответа на вопрос о государственно-правовом статусе Финляндии необходимо рассмотреть все правовые основания вхождения ее в состав России.

В марте 1808 г., когда большая часть Финляндии была оккупирована, Император объявил европейским правительствам, что Финляндия навечно присоединена к Российской империи. 5 (17) июня Александр I обратился к населению Финляндии с Манифестом, в котором еще раз подтверждался факт «невозвратного» вхождения Финляндии в состав Российского государства.

Эти решения были дополнены Манифестом от 20 января (1 февраля) 1809 г. о созыве в марте представителей финляндских сословий «на общий ландтаг» в г.Борго (Порвоо). Император предложил Сейму на рассмотрение четыре вопроса: об организации внутреннего управления страны, или об учреждении Правительственного Совета; о податях и финансах; о воинской повинности; о монетной системе. Следует особо подчеркнуть, что Сейм не был наделен правом выносить какие-либо постановления, а полномочия депутатов сводились к принятию рекомендаций, которые представлялись на высочайшее рассмотрение.

Автор обращает внимание на то, что многие исследователи, суммируя итоги Боргоского сейма и давая оценку его значению, подводили черту по вопросу о присоединении Финляндии к Российской империи. Именно при таком подходе, когда все внимание уделяется лишь одному юридически значимому событию в ущерб другим, создаются условия для одностороннего и искаженного толкования фактов. В данном случае некоторые исследователи основу правового положения Великого княжества в Империи видят исключительно в событиях в Борго и именно им придают первейшее значение для определения правового статуса Финляндии. Смысл такой позиции заключается в следующем: законно избранные финляндские представители от имени всего народа приносят присягу Императору Александру I в обмен на гарантии сохранения основных законов страны.

По мнению автора, нельзя забывать о том, что в июле 1809 г., когда заканчивал свою работу Сейм, война все еще продолжалась. Мир был заключен лишь в сентябре, и только он мог стать юридическим основанием для включения в состав Российской империи бывших восточных шведских провинций, т.е. Финляндии.

Автор приходит к выводу, что в силу удостоверительного акта в Борго существовавший правовой порядок в Финляндии сохранялся, Фридрихсгамским же мирным договором территория Финляндии была выведена из-под шведского владычества и передана в неограниченную собственность России. Актами в Борго внутренние дела Финляндии были урегулированы таким образом, что можно говорить о предоставлении этой территории определенной автономии, а по мирному договору со Швецией, и это имеет решающее значение, - Финляндия стала неотъемлемой частью русского государства.

Во  втором параграфе "Спящая автономия" исследуется становлении системы управления Великим княжеством Финляндским и ее развитие в период правления Николая I.

В общих чертах модель управления краем была выстроена в первое десятилетие после его присоединения к Империи и сохранялась вплоть до конца XIX столетия, подвергаясь некоторым изменениям в зависимости от политического курса имперского правительства. Наличие у Великого княжества Финляндского собственного законодательства, гражданства, таможенной и финансовой системы — все это заметно выделяло Финляндию из общего ряда национальных окраин Империи.

При Александре I была выстроена такая властная вертикаль, которая, минуя всевозможные имперские инстанции, замыкалась непосредственно на личности самого Императора. Именно ему принадлежало последнее слово при решении любых вопросов, касавшихся Финляндии. При этом следует отметить, что созданная система управления не противоречила авторитарным шведским законам 1772 и 1789 гг.

Автор исследования отмечает, что характерной особенностью рассматриваемого периода является отсутствие Сейма в политической жизни края. Поскольку лишь Императору — верховному правителю княжества принадлежала инициатива созыва финляндского Сейма (а его очередная сессия состоялась только в 1863 г.), то без всякого преувеличения можно сказать, что вся первая половина XIX в. была временем единоличного правления русских монархов в Финляндии, временем "спящей автономии". Автор подчеркивает что, Александр I старался в своей политике принимать во внимание интересы и пожелания финляндской элиты, но это скорее является свидетельством того, что подобная политическая линия была продиктована военно-стратегическими интересами России.

С вступлением на престол Николая I в истории финляндской автономии начинался новый период, который при формальном сохранении ее атрибутов характеризовался усилением авторитарных методов управления княжеством, стремлением к унификации финляндского и общеимперского законодательства и преследованием всякой оппозиции самодержавной власти.

Время николаевской реакции не обошло стороной и Финляндию. Положение "спящей автономии" края вполне устраивало местную бюрократическую элиту, избегавшую малейших намеков на изменение сложившегося положения, имея в качестве наглядного примера Царство Польское, которое после восстания 1830-1831 гг. лишилось всякого намека на самостоятельность.

В третьем параграфе "Финляндия при Александре II" диссертант отмечает бесспорность того факта, что наибольших успехов в деле развития своей государственности финляндцы достигли в царствование Императора Александра II.

Автор подчеркивает, что 60 - 80-e г. ХIХ в. ознаменовались для Финляндии укреплением и расширением ее автономии. Поскольку финляндцы оставались лояльными во время Крымской войны и сохраняли спокойствие в период Польского восстания 1863 г., Александр II созвал в 1863 г. финляндский Сейм. В 1869 г. был утвержден Сеймовый Устав, определивший периодичность созыва Сейма, что укрепило позиции местной правящей элиты. Местное самоуправление было введено в сельских районах и реформировано в городах. С точки зрения укрепления автономии, являлось важным то, что царское правительство разрешило финляндцам чеканить собственную денежную единицу - финскую марку, а затем (в 1878  году) Финляндия перешла к золотому стандарту и, благодаря этому, совершенно обособилась в финансовом отношении от России, заняв положение иностранной державы по отношению к русской бирже. А новое торговое положение и таможенный тариф легли резким рубежом между Россией и Финляндией, являясь как бы государственной границей между соседними странами.

В 1878 г. Финляндия получила собственную армию, которая могла быть использована за пределами княжества в исключительных случаях. Эта армия стала символом особого статуса Финляндии в составе Империи.

По мнению диссертанта, также обособлению Финляндии от России способствовало учреждение при Статс-секретариате комитета финляндских дел, который создавался, в сущности, с исключительной целью укрепить позиции Министра статс-секретаря в его борьбе с Генерал-губернатором. Статс-секретариат, окончательно сформированный к шестидесятым годам XIX в., и Комитет финляндских дел стали, наряду с Финляндским Сенатом, теми органами, где сосредоточились работы по подготовке и проведению реформ в области управления и хозяйства национальной окраины.

Русский язык, вводившийся в местной школе в течении предыдущих царствований, признан был почти ненужным и потому учебные заведения края были освобождены от его преподавания. Руками русского правительства на первый план выдвигался финский язык, а не государственный язык Империи.

Автор соглашается с метким замечанием финского историка Л. Крузиуса-Аренберга о том, что "Финляндия служила европейским фасадом России, который должен был показать общественному мнению западноевропейских стран, что вхождение в состав Российской Империи  есть благо"9.

Вторая глава "Финляндия в составе Российского государства  в период 1881-1917 гг." включает три параграфа.

В первом параграфе "Поворот к объединительной политике в отношении Финляндии" автор указывает на тот факт, что в 80-е гг. XIX в. Великое княжество Финляндское достигло пика своей государственной автономии в составе Российской империи, и, как следствие, широкая автономия Великого княжества Финляндского привела к осложнению взаимодействия местных властей с одной стороны, и имперских учреждений с другой. Не существовало четкого регулирования этого вопроса законом. Отсутствия разграничения предметов ведения между имперскими и финляндскими органами расшатывало основу взаимоотношений центра и окраины. Проблема была тесно связана с определением правового статуса Великого княжества. Финляндские политические лидеры и имперское правительство, как оказалось, видели правовые связи княжества и Империи в совершенно различном свете.

Именно с конца 80-х гг. XIX столетия намечается поворот к объединительной политике имперских властей. Определенной степени унификации различных сфер жизни в стране требовало и стремительное развитие буржуазных отношений. Однако существовавший длительное время порядок управления в Финляндии не мог теперь быть безболезненно изменен без участия и одобрения местной элиты. Конфликт интересов становился неизбежным. Введение единства законодательства, языка, основ государственной службы и управления с подчинением его в общем порядке высшим и центральным органам Империи способствовало бы экономическому росту и упрочению российского господства. Но в полной мере такой сценарий был трудноосуществим, ведь на другой чаше весов была обособленность края, которая приносила финляндцам не только экономические выгоды, но была гарантией их национального существования. Реакцией на меры объединительного характера, предпринятые российским правительством, стала идея особого финляндского государства, состоящего в унии с Россией или иным образом связанного с ней. Финляндские государственные деятели не безуспешно пытались придать этой идее правовую основу, которой фактически не существовало и закрепить соответствующие конституционные обычаи.

Второй параграф "Финляндия в период между революциями" посвящен изучению влияния неспокойных событий начала XX века на правовое положение края в составе Империи.

Революция 1905-1907 гг. заставила имперское правительство отступить от жесткого давления на финляндскую автономию и отдать предпочтение проведению реформ. В 1906 г. Финляндия обрела самое демократичное по тем временам избирательное право, которое впервые в Европе распространялось и на женщин. На смену устаревшему 4-х сословному Сейму пришел однопалатный парламент.

Автор обращает внимание на то, что в начале XX в., в обстановке усиливающейся угрозы войны между великими державами, определяющими во взаимоотношениях России и Финляндии стали военно-стратегический фактор - обеспечение безопасности Петербурга, а также фактор так называемого "финляндского примера" - влияние сепаратистских настроений в Финляндии на другие окраины Империи.

Третий параграф "Февральская революция и ее последствия для Великого княжества Финляндского" посвящен последнему году нахождения Финляндии в составе Российского государства.

1917 г. принес в Россию революцию. Слабость и неустойчивость новой власти в совокупности с целым рядом других факторов привели к тому, что финляндскими политическими кругами был взят курс на обретение независимости, которой удалось достичь уже в декабре.

Обретение Финляндией независимости было обусловлено целым рядом факторов, среди которых, по мнению диссертанта, главное значение принадлежит длинной цепочке ошибок в выстраивании отношений между центром и окраиной, допущенных имперским правительством и приведших к постепенному отдалению Финляндии от России. По личному убеждению автора точка невозврата в отношениях Великого княжества Финляндского и Российской Империи была пройдена еще до начала Первой мировой войны.

Третья глава "Особенности финляндского законодательства и финляндской автономии" объединяет в себе четыре параграфа.

В первом параграфе "Основные законы  Великого княжества Финляндского" анализируются различные подходы к пониманию коренных законов края.

По мнению диссертанта, большое разнообразие мнений и подходов относительно того, какие акты составляли основные законы Великого княжество Финляндского, обусловлено двумя главными причинами. Во-первых, в официальных источниках отсутствовало определение основных законов Финляндии, что безусловно давало авторам свободу в их исследованиях по данному вопросу. А во-вторых, финляндские законы не были кодифицированы, что в свою очередь способствовало сохранению крайне запутанной и перегруженной ссылками на акты XVII-XVIII вв. системы законодательства. Многие старые акты, не будучи прямо отмененными вновь принимаемыми законами, действовали в тех частях, которые новый закон не затрагивал. А если учесть, что нормы шведского периода во многом не соответствовали основам правового порядка Российской Империи, складывалась очень запутанная ситуация. Как полагает автор, лишь всесторонняя систематизация, действовавших в Великом княжестве законов могла окончательно разрешить проблему. Но этому активно сопротивлялись представители правящей элиты Финляндии, опасаясь унификации правовой системы княжества с правовой системой Империи. Сохранение прежнего порядка позволяло правящим кругам Финляндии также спекулировать ссылками на старые нормативные акты, ставя под вопрос правовой статус Великого княжества Финляндского в Российской империи.

Автор подчеркивает, что практическая значимость выделения из общей массы правовых актов основных законов заключалась прежде всего в особом порядке принятия, изменения и отмены таких законов. Однако, русская государственная власть, при издании законов, касающихся Финляндии, когда это оказывалось необходимым, не считала себя связанной ни старыми шведскими законами, ни решениями Сейма. И надо сказать, делалось это не без юридического основания. Ведь будучи неограниченным монархом, российский Император вообще ничем не мог быть связан при утверждении законов, а после 1906 г. законодательная власть Императора ограничивалась Государственной Думой и Государственным Советом, но никак ни местным финляндским Сеймом.

Во втором параграфе "Сеймовые и административные законы" автор обращает внимание на то, что разграничение финляндского законодательства на сеймовое и административное или общее и экономическое, будучи унаследованным от шведских времен, слабо увязывалось с российским абсолютизмом и поначалу поддерживалось во многом искусственно. Законодательная практика периода спящей автономии демонстрировала, что Российский Император не чувствовал себя связанным в принятии каких-либо мер законодательного характера и не нуждался для этого в созыве Сейма. Ситуация начала кардинально меняться во времена Александра II. Созыв финляндского Сейма и быстрое расширение сферы его влияния при попустительстве российских властей вернули практическое значение делению финляндского законодательства на сеймовое и административное. Конфликт интересов не заставил себя долго ждать, и уже при Александре III стремительное разрастание компетенции Сейма обратило на себя внимание российских властей. Шведское правило по которому область административного законодательства расширялась при сильном короле и, наоборот, сужалась в период усиления влияния представительного органа, в Российской Империи не действовало. Российские монархи долгое время не считали внутренние финляндские дела слишком значимыми, и совершенно спокойно расставались со своими прерогативами в области внутреннего финляндского законодательства в пользу Сейма. Но будучи единожды дарованы права могли быть также легко и отменены абсолютным монархом, очевидный вывод с которым, категорически не соглашались представители финляндской стороны.

По мнению диссертанта, деление финляндского законодательства на сеймовое и административное при отсутствии мер по кодификации  законодательства края наряду с другими специфическими чертами правового положения Великого княжества, еще больше усложняло и без того нестройную систему права Финляндии.

В Третьем параграф "Разграничение предметов ведения. Общегосударственное законодательство" указывается на то, что хотя Финляндия и получила особый порядок управления, но в ней, как составной части Империи, политическая жизнь и законодательство не могли развиваться совершенно самостоятельно, независимо от интересов Империи.

Автор отмечает, что четкое разграничение предметов ведения между Великим княжеством и Империей было продиктованы отчасти слишком частые заявлениями финляндских политиков конца XIX - начала ХХ вв. о том, что в Финляндии должны действовать только финляндские законы. Автор считает, что вторгаться во внутренние дела края, а уж тем более упразднять его автономный статус, имперские власти совершенно не намеревались. Путем издания Закона 17 (30) июня 1910 г. О порядке издания, касающихся Финляндии законов и постановлений общегосударственного значения была лишь окончательно внесена ясность в вопрос о действии общегосударственных норм на территории Финляндии, чему финляндские лидеры до конца противились. Необходимость принятия такого закона сегодня, спустя столетие, не вызывает у диссертанта никаких сомнений. Более того, автор полагает, что принятие такого закона на несколько десятилетий раньше в совокупности с рядом других мер возможно позволило бы избежать острых противоречий финляндской и российской сторон в начале XX в.

В четвертом параграфе "Государственно-правовое положение Великого княжества Финляндского в составе Российской Империи" автором проводится анализ различных точек зрения по, так называемому, "Финляндскому вопросу" и делается ряд самостоятельных выводов.

По мнению автора, Финляндия, будучи присоединенной в 1809 г. в результате подписания мирного договора со Швецией, в своих отношениях с Российской империей не могла выступать ничем иным как провинцией с очень широкими правами автономии. По объему и содержанию права эти менялись в течение столетия, однако, с момента присоединения и вплоть до обретения независимости автономный статус, будучи единожды дарованным краю Александром I, никогда не отменялся верховной властью России.

В пределах этой принадлежности к Империи, край обладал особым законодательством и особым управлением. Этот край, будучи подчиненным особым финляндским законам с твердо определенной областью действия, не исключался из области действия общеимперского законодательства.

Край, помимо всего прочего, имел собственное право гражданства. Автором указывается на то, что финляндское право гражданства было обособленно от русского, но финляндские граждане одновременно являлись русскими подданными и пользовались в остальной Империи неограниченно всеми предоставленными остальным подданным правами.

Местное управление велось почти отдельно от русского Императором при помощи Генерал-губернатора и особых финляндских органов. Монарх наряду с исполнительной властью имел обширное право законодательства в экономической и административной областях.

Высшим правительственным органом края являлся Сенат - частью совещательное, частью уполномоченное принимать управленческие решения, высшее местное учреждение, в область ведения которого входят также судебные функции. Функции принятия местных законов были возложены на Монарха, который осуществлял их при помощи периодически созываемого Сейма. Посредничество между областными учреждениями и Императором принадлежало Генерал-губернатору и Министру статс-секретарю Финляндии. До 1905 г. Генерал-губернатор был командующим расположенными в Финляндии войсками. В правах и положении по отношению к короне эта должность была приравнена к прочим Генерал-губернаторам Империи. В остальном организация низших учреждений была построена на особых принципах и отделена от русской. Издержки гражданского управления края покрывались из состоящих в единоличном распоряжении Монарха и в распоряжении Монарха и Сейма средств: Финляндия имела собственный бюджет, налоги, подати и пошлины, которые поступали в местную казну; заведование ими составляло отрасль исключительно местного управления.

Великое княжество Финляндское имело и свою собственную судебную систему, свое собственное частное право, торговое право, гражданское процессуальное право, уголовное право, уголовное процессуальное право и церковное право. Все нормы гражданского права содержались в шведском "Общем Уложении" 1734 г. с более поздними изменениями и дополнениями.

Главной хартией лютеранской церкви служило церковное уложение 23 ноября/6 декабря 1869 г., заменившее шведский церковный устав 1571-1572 гг. Православная церковь в Финляндии ("Духовное Правление" в Выборге) в церковном отношении была подчинена Святейшему Правительствующему синоду, а римско-католическая - Могилевскому Митрополиту (в силу Имперских законов 1811 и 1812 гг.).

Административное и финансовое право Финляндии в начале ХХ в. оставалось не кодифицированным.

Как полагает диссертант, предоставление широкой автономии, невмешательство во внутренние дела, религиозная терпимость и сотрудничество с местной элитой были основными факторами, питавшими в течение столетия верноподданность финляндцев.

По оценке автора, будучи совершенно изолированным от влияния центральных властей Империи, имея свой собственный законодательный и представительный орган - Сейм, Финляндия успешно, путем отчуждения ранее не принадлежавших автономии прав, все более развивала свою обособленность - что в конце концов и создало почву для целого ряда учений о Финляндии, как особом государстве. Разобщению России и Финляндии не мало содействовали не только благоприятные условия, энергия финляндских лидеров и непоследовательная политика имперских властей, но и полное незнание русским обществом характера и особенностей этого автономного края, его действительных прав и обязанностей, органов власти и порядка самоуправления, чем долгое время пользовались как финляндские сепаратисты, так и ультраконсервативные круги в России.

В Заключении подводятся итоги проведенного исследования и делаются краткие выводы. Автор, анализируя развитие государственно-правового положения Великого княжества финляндского в составе Российской Империи на протяжении всего совместного исторического пути, заключает, что в сложные кризисные моменты решения имперского правительства носили не всегда продуманный характер, которые призваны были добиться быстрых результатов. По мнению автора, подобные решения зачастую противоречили общему курсу центральных властей, что не позволяло последовательно выстраивать долгосрочную систему мер в сфере национально-государственного строительства. Тогда как эффективность управление национальными территориями и результативность административной политики в отношении окраин всецело зависела от ее долгосрочности и твердости осуществления, при условии наличия четких ориентиров.

Основные положения диссертации нашли отражение в следующих публикациях автора:

Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК Минобразования России для публикации результатов диссертационного исследования:

  1. Баландин, С.Б. Юридические аспекты присоединения Финляндии к Российской империи / С.Б. Баландин // Актуальные проблемы российского права 2012 г. № 1 - 0,5 п.л.
  2. Баландин, С.Б.  Формирование органов центральной власти Великого княжества Финляндского / С.Б. Баландин // История государства и права  2012 г. № 6 - 0,4 п.л.

1 Мехелин Л. К вопросу о Финляндской автономии и основных законах. - Берлин, 1903; Его же: Противоречат ли права Финляндии интересам России. - Гельсингфорс, 1890.

2 Ордин К.Ф. Покорение Финляндии: В 2-х т. - СПб., 1889.

3 Берендтс Э.Н. Лекции по административному праву Великого княжества Финляндского: В 2-х т. - СПб., 1903.

4 Остен-Сакен В. Государственно-правовое положение Великого княжества Финляндского в Российском государстве. - СПб., 1910.

5 Коркунов Н.М. Финляндский сейм / Н.М. Коркунов // Юридическая летопись. 1891.-№ 1. - С. 3-16.

6 Дусаев Р.Н. Государственно-правовой статус Великого княжества Финляндского

(1809-1917 гг.) // Правоведение. - 1975. - № 2. - С. 110-118; Его же: Уголовное уложение Великого княжества Финляндского. - Л., 1988; Его же: Совершенствование исполнительных органов Великого княжества Финляндского в XIX в. // Вестник ЛГУ. Экономика, философия, право. 1984. - Вып. 1. - № 5. - С. 94-98; Его же: Сеймовые реформы 60-х годов XIX в. в Финляндии // Вестник ЛГУ. Экономика, философия, право. - 1981. - Вып. 4. - № 23. - С. 80-84.

7 Тейстре У.В. "Финляндский вопрос" в политике царизма в конце XIX - начале XX

вв.: Дис. канд. ист. наук. - Таллин, 1980.

8 Суни Л.В. Очерк общественно-политического развития Финляндии, 50-70-е годы XIX в. - Л. 1979; Его же: Самодержавие и общественно-политического развития Финляндии в 80-90-е годы XIX в. -Л. 1982.

9 Цит по: Krusius-Arenberg.L. Finnischer Separatismus und Russischer Imperialismus im vorigen Jahrhundert // Historische Zeitschrift, 1959. Bd. 187.H.2.- S.273.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.