WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Нечаев Александр Ильич

ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПРАВОПРЕЕМСТВО В ГРАЖДАНСКОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

12.00.15 – гражданский процесс; арбитражный процесс автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Екатеринбург – 2012

Работа выполнена на кафедре гражданского процесса Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Уральская государственная юридическая академия»

Научный консультант: доктор юридических наук, профессор Загайнова Светлана Константиновна

Официальные оппоненты: Юдин Андрей Владимирович доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского процессуального и предпринимательского права юридического факультета ФГБОУ ВПО «Самарский государственный университет» Абознова Оксана Владимировна кандидат юридических наук, судья Федерального арбитражного суда Уральского округа

Ведущая организация: ФГАОУ ВПО «Казанский (Приволжский) федеральный университет»

Защита состоится 21 декабря 2012 года в 15 часов 00 минут на заседании диссертационного совета Д 212.282.01 при ФГБОУ ВПО «Уральская государственная юридическая академия» по адресу: 620137, г. Екатеринбург, ул. Комсомольская, д. 21, зал заседаний совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Уральской государственной юридической академии.

Автореферат разослан «____»________________2012 года

Ученый секретарь Диссертационного совета Доктор юридических наук, профессор М. Н. Семякин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования. Категория «процессуальное правопреемство» давно известна процессуальным отраслям права. Однако будучи законодательно закрепленными и активно применяющимися в практике, нормы о процессуальном правопреемстве не получили соответствующего их значимости теоретического анализа и категориального аппарата.

Между тем, повышение интенсивности гражданского оборота неизбежно предопределяет повышение уровня мобильности объектов гражданских прав, в том числе и тогда, когда такие объекты являются предметом судебного спора. Смена организационно-правовых форм, сделки, влекущие перемену лиц в обязательствах, развитие коллекторства и различных форм управления проблемными активами предопределяют повышение роли правопреемства как юридического средства, обеспечивающего эти процессы. Эти и другие случаи правопреемства в материальном праве могут являться основанием для замены соответствующих субъектов в уже начатых гражданских делах. Грядущие изменения в гражданском законодательстве, в том числе о лицах, введение новых категорий, таких как натуральные обязательства, побуждают поновому взглянуть на многие аспекты процессуального правопреемства Правоприменительная, и, прежде всего, судебная практика по-разному трактует целый ряд вопросов, которые касаются самой процедуры процессуального правопреемства.

В науке гражданского процессуального права на сегодняшний день отсутствует комплексное монографическое исследование, посвященное процессуальному правопреемству. Между тем, проблемы, связанные с правовой природой процессуального правопреемства, его взаимосвязь с правопреемством в материальном праве, место в системе гражданского процессуального права и роль в динамике процессуальных правоотношений, а также процедура правопреемства, ее отдельные особенности применительно к отдельным видам производств и категорий споров в достаточной мере не изучены.

Необходимость построения правовой модели процессуального правопреемства в условиях повышения мобильности объектов гражданских прав, а также при отсутствии самостоятельных исследований, посвященных данной проблематике, вкупе с имеющимися неразрешенными вопросами правоприменения обусловливают актуальность избранной для диссертационного исследования темы.

Степень научной разработанности темы исследования.

Процессуальное правопреемство в отечественной науке гражданского процессуального права никогда не было предметом самостоятельного исследования. Вопросам процессуального правопреемства посвящались, как правило, небольшие параграфы в учебниках, монографиях и диссертациях.

Среди первых отечественных работ можно отметить главу, посвященную процессуальному правопреемству, в «Курсе гражданского судопроизводства» И. Е. Энгельмана (1912). В советский период достаточно большое внимание проблемам процессуальной сукцессии было уделено в монографии М. А. Гурвича «Право на иск» (1949). Среди современных авторов процессуальному правопреемству уделяют внимание Д. Б.

Абушенко, Л. А. Грось, И. А. Приходько, А. В. Юдин и другие.

Вопросы правопреемства являлись предметом исследования и в других отраслях права – в гражданском праве это классическая монография Б. Б.

Черепахина «Правопреемство по советскому гражданскому праву» (1962), а также труд В. А. Белова «Сингулярное правопреемство в обязательстве» (2002), работа В. П. Емельянцева «Универсальное правопреемство в гражданском праве» (2010) и др.

Среди работ по теории права следует отметить диссертацию Д. В.

Носова «Правопреемство: теоретико-правовое исследование» (2011), целиком посвященную исследованию правопреемства как понятия, единого для всех отраслевых юридических наук, в которой отдельный параграф уделен процессуальному правопреемству.

В конституционном праве необходимо отметить исследование Е. В.

Рудаковой «Проблемы правопреемства в конституционном праве России» (2011), которая также затрагивает некоторые вопросы процессуального правопреемства.

Вместе с тем, на текущий момент отсутствует самостоятельное исследование проблем процессуального правопреемства как в процессуальных отраслях вообще, так и в арбитражном и гражданском процессе в частности.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования является процессуальное правопреемство как правовое явление.

Предметом исследования являются теоретические модели, описывающие явление процессуального правопреемства, его правовую природу, место процессуального правопреемства в системе норм гражданского процессуального права и арбитражного процессуального права, место в системе юридических фактов гражданского процессуального права и арбитражного процессуального права и в динамике правоотношения, механизм процессуальной реализации правопреемства и его отдельные особенности в рамках отдельных видов производств и категорий споров.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является анализ явления процессуального правопреемства с позиции науки гражданского процессуального права и арбитражного процессуального права, отграничение его от других правовых явлений, выработка авторского определения понятия процессуального правопреемства, определение места процессуального правопреемства в системе норм гражданского процессуального права и арбитражного процессуального права, его роли в процессуальном правоотношении и системе юридических фактов гражданского процессуального права и арбитражного процессуального права, исследование механизма его процессуальной реализации.

Перечисленные выше цели достигаются посредством решения следующего ряда задач:

1) выявить основные черты взаимосвязи процессуального правопреемства с правопреемством в материальных отраслях права на основе анализа соотношения норм права материального и процессуального;

2) определить место процессуального правопреемства в системе норм гражданского процессуального права и в системе юридических фактов процессуального права;

3) проанализировать роль процессуального правопреемства в динамике гражданского процессуального правоотношения;

4) отграничить процессуальное правопреемство от схожих юридических явлений;

5) дать классификацию видов процессуального правопреемства;

6) определить субъектный состав процедуры процессуального правопреемства, дать характеристику судебных актов по вопросу о процессуальном правопреемстве;

7) на основе выработанной теоретической модели предложить практические рекомендации по правовому регулированию и применению норм о процессуальном правопреемстве в гражданском и арбитражном процессе.

Методологическую основу исследования составили используемые в юридической науке общенаучные методы, в частности, диалектический метод и метод системного анализа, обобщение и аналогия, а также специально-юридические методы, такие как метод технико-юридического анализа, историко-правовой метод, формально-юридический метод, метод сравнительного правоведения и другие.

Теоретическую основу исследования составили труды Т. Е. Абовой, О. В. Абозновой, Г. О. Аболонина, С. Н. Абрамова, Д. Б. Абушенко, В. А.

Белова, А. Т. Боннера, М. И. Брагинского, О. Бюлова, С. С. Алексеева, Л. А.

Ванеевой, Е. В. Васьковского, М. А. Викут, В. В. Витрянского, В. П.

Воложанина, А. Х. Гольмстена, Р. Е. Гукасяна, М. А. Гурвича, А. Г. Давтян, Д. Р. Джалилова, П. Ф. Елисейкина, Н. Б. Зейдера, С. К. Загайновой, О. С.

Иоффе, В. Б. Исакова, К. И. Комиссарова, О. А. Красавчикова, Д. Я.

Малешина, А. А. Мельникова, Е. А. Нефедьева, Ю. К. Осипова, Г. Л.

Осокиной, К. П. Победоносцева, Ю. А. Поповой, И. А. Приходько, Т. В.

Сахновой, Л. С. Таля, Е. А. Трещевой, А. В. Цихоцкого, Б. Б. Черепахина, Н.

А. Чечиной, Д. М. Чечота, М. С. Шакарян, М. Д. Шаргородского, В. М.

Шерстюка, В. Н. Щеглова, И. Е. Энгельмана, К. С. Юдельсона, А. В. Юдина, М. К. Юкова, В. В. Яркова и др.

Нормативную базу исследования составили нормы права, регулирующие процессуальное правопреемство, а также прямо или косвенно влияющие на процедуру процессуальной сукцессии. В частности, анализу были подвергнуты современное отечественное законодательство – нормы Конституции Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона «Об исполнительном производстве», «О несостоятельности (банкротстве)», дореволюционного законодательства (Устав гражданского судопроизводства 1864 года) и законодательства советского периода – Гражданские процессуальные кодексы РСФСР 1923 и 1964 года и др., законодательство зарубежных стран (Гражданское процессуальное уложение Германии, Гражданский процессуальный кодекс Франции, Правила гражданского процесса отдельных штатов США, Закон о гражданском судопроизводстве Испании, Гражданский процессуальный кодекс Колумбии, Гражданский процессуальный кодекс Венесуэлы), а также Принципы трансграничного процесса ALI / UNIDROIT.

Кроме того, была подвергнута изучению Концепция развития гражданского законодательства России и ряд законопроектов, находящихся на рассмотрении Государственной Думы Российской Федерации.

Эмпирическую базу исследования составили акты правоприменения и официального толкования Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, судов общей юрисдикции и арбитражных судов, а также материалы обобщений судебной практики и рекомендации научноконсультативных советов при судебных органах.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые в отечественной науке гражданского и арбитражного процесса осуществлено комплексное монографическое исследование теоретических и практических проблем процессуального правопреемства, рассмотрены вопросы природы процессуальной сукцессии, ее связи с материальным правопреемством, проблемы ее процессуальной реализации.

Новизна диссертационного исследования отражается в следующих положениях, выносимых на защиту.

1. В диссертации обосновывается понимание процессуального правопреемства как сложного юридического состава, включающего в себя как факты материального, так и процессуального права. В число фактов материального права, образующих основания правопреемства, входит изменение субъекта в спорном, моделируемом материальном правоотношении; к числу фактов процессуального права – волеизъявление участников правопреемства, в зависимости от заменяемого субъекта и вида материального правопреемства. Кроме того, процессуальное правопреемство, осуществленное судом, само представляет собой юридический факт, влекущий изменения в других процессуальных и материальных правоотношениях.

2. Доказывается, что роль процессуального правопреемства в движении единого сложного процессуального правоотношения обусловливается особой спецификой этого правоотношения, его многосубъектностью и динамизмом. В этой связи процессуальное правопреемство влечет прекращение элементарных правоотношений типа «суд – истец», «суд – ответчик», и, в то же время, изменение сложного единого процессуального правоотношения.

3. В развитие позиции авторов (М. А. Викут), согласно которой процессуальное правопреемство представляет собой самостоятельный правовой институт, учитывая, что процессуальное правопреемство возможно на любой стадии процесса, в диссертации обосновывается, что этот институт является общим отраслевым.

4. В диссертации сформулировано определение процессуального правопреемства как процедуры, реализуемой в форме процессуальной замены на основе совокупности юридических фактов материального и процессуального права, и сопровождающейся переходом процессуального статуса от процессуального правопредшественника к процессуальному правопреемнику.

5. Аргументируется необходимость отказаться от применения к процессуальному правопреемству категории «универсальность», поскольку деление правопреемства на сингулярное и универсальное характерно только для материальных отраслей права. Кроме того, в диссертации приводится классификация процессуального правопреемства в зависимости от субъекта этой процедуры, от стадии процесса, правоприменительного цикла в котором реализуется правопреемство, от подведомственности дела, в рамках которого оно осуществляется, от вида спорного правоотношения, которое лежит в его основе.

6. В диссертации делается вывод о том, что материальный правопреемник истца, в отношении которого уже имеется вступивший в законную силу судебный акт по поводу перешедшего к нему права, не должен лишаться права на судебную защиту по тому основанию, что предъявляемый им иск тождественен первоначальному.

7. Обосновывается, что объединяющим критерием для всех участников процессуального правопреемства, к которым автор относит стороны, третьих лиц по делам искового производства, заявителей и заинтересованных лиц по делам особого производства и делам, возникающим из публичных правоотношений, должника и взыскателя, является материальная или процессуальная заинтересованность в разрешении правового спора или заинтересованность в исполнении судебного акта.

8. В диссертации аргументируется, что процедура процессуального правопреемства требует детализации и закрепления на законодательном уровне ряда процессуальных правил: о формальных требованиях к заявлению о процессуальном правопреемстве, о рассмотрении такого заявления в судебном заседании, об извещении заинтересованных субъектов, о фиксации результатов процессуального правопреемства в судебном акте, который может быть обжалован и др. Данная процедура должна быть унифицирована в гражданском и арбитражном процессе.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования заключается в том, что сделанные в нем выводы, авторские определения, модели и классификации могут быть использованы для последующих теоретических исследований как в области теории процессуальных правоотношений и их динамики, так и в области процессуального правопреемства. Положения диссертационного исследования могут быть полезны при преподавании курсов гражданского и арбитражного процесса, исполнительного производства. Диссертация может служить основой для разработки специального курса по проблемам процессуального правопреемства в гражданском и арбитражном процессе.

Кроме того, предложенные в диссертации критерии учета воли участников правопреемства могут применяться в правоприменительной, в частности, судебной, практике. Содержащиеся в настоящем исследовании предложения по совершенствованию законодательства могут применяться при подготовке проектов соответствующих нормативных актов или актов официального толкования.

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена, обсуждена и прошла апробацию на кафедре гражданского процесса Уральской государственной юридической академии. Основные ее положения освещены в научных публикациях автора в периодической печати, в докладах на научно-практических конференциях: VII Всероссийская научная конференция молодых учёных и студентов «Актуальные вопросы публичного права» (Екатеринбург, 24-25 октября 2008 года); Международная научно-практическая конференция «Судебная реформа и проблемы развития гражданского и арбитражного процессуального законодательства» (Москва, 18 февраля 2011 года); IX Всероссийская научная конференция молодых ученых и студентов «Эволюция российского права» (Екатеринбург, 22-апреля 2011 года).

Материалы диссертации были использованы автором при подготовке рекомендаций для заседания Научно-консультативного совета при Федеральном арбитражном суде Уральского округа, состоявшегося – 11.11.2011 года.

Материалы диссертации были использованы автором при чтении лекций и ведении семинарских занятий в Уральской государственной юридической академии.

Структура диссертации обусловлена целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, объединяющих восемь параграфов, заключения, приложения и библиографического списка.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность, теоретическая и практическая значимость диссертационной работы, дается характеристика степени научной разработанности темы диссертации, определяются цели и задачи, а также теоретическая основа и методология исследования, формулируются основные положения и выводы, выносимые на защиту.

Глава 1 «Процессуальное правопреемство как правовое явление» состоит из четырех параграфов.

Параграф 1 «Сущность процессуального правопреемства и его взаимосвязь с преемством в материальном праве» посвящен рассмотрению основных теоретических взглядов, сложившихся в отношении категории процессуального правопреемства в науке гражданского процессуального права, а также дан краткий исторический обзор законодательного регулирования этого института. Анализируются цивилистическая и теоретико-правовая доктрина правопреемства, поскольку они являются базовыми для понимания правопреемства в процессуальном праве. С учетом того, что проблематика правопреемства находится на стыке материальных и процессуальных отраслей права, неизбежно дискутируется вопрос об их соотношении.

Правопреемство возникает в связи с весьма различными по своей природе явлениями – будь то наследование, правопреемство государств или, например, договор купли-продажи. Объединяющим критерием у каждого из них будет факт перехода, передачи отдельных прав и обязанностей или их целого комплекса. Это означает, что всякое правопреемство, в том числе и универсальное, с одной стороны обеспечивает стабильность отношений, урегулированных правом, предсказуемость поведения их участников, возможность заранее предусматривать, какой объем прав и обязанностей может принадлежать тому или иному субъекту; с другой стороны, без перехода, мобильности объектов права, которые тоже опосредуются правопреемством, невозможна динамика общественных отношений, развитие гражданского оборота.

Отечественная юридическая наука по вопросу о правопреемстве наиболее широко представлена цивилистическими исследованиями.

Центральной дискуссией, связанной с правопреемством, представляется ведущийся еще с советского периода спор относительно самой возможности преемства в праве, то есть о передаваемости прав.

Критика этого взгляда (В. А. Рясенцев, В. А. Белов) основывается на недопустимости смешения содержания правоотношения, к коим во всяком случае относятся права и обязанности, с его объектом, в том случае, если право может им быть. Соответственно, правопреемство видится такими авторами как прекращение старого правоотношения и возникновение нового с участием нового субъекта. Авторы, придерживающиеся иной позиции (Б. Б.

Черепахин, В. П. Емельянцев и др.), связывают перемену субъекта правоотношения с его изменением. При рассмотрении данного вопроса в контексте процессуальных правоотношений автором делается вывод, что его необходимо решать путем исследования различных видов динамики процессуального правоотношения.

Теоретические взгляды на процессуальную сукцессию складывались вокруг нескольких принципиальных вопросов. Первый из них касается взаимосвязи между материальным и процессуальным правопреемством, а именно – насколько правопреемство в материальном правоотношении влияет на процессуальное правопреемство. Иными словами, с какими юридическими фактами связывает закон процессуальную сукцессию – только ли с фактами материального права или для этого необходимы процессуальные юридические факты, а если необходимы, то какие.

В работе выделяется три группы взглядов, имеющихся в отечественной процессуальной литературе по поводу взаимосвязи между материальным и процессуальным правопреемством.

Большинство представителей науки гражданского процессуального права (А. Х. Гольмстен, С. Н. Абрамов, В. Н. Щеглов, М. А. Викут, Т. Е.

Абова и др.) рассматривают процессуальное правопреемство как обусловленное правопреемством в материальном праве. Однако еще в дореволюционный период (И. Е. Энгельман) отмечалось, что прямое следование процессуального правопреемства материальному может повлечь негативные последствия, в частности распространение процессуальных последствий на лиц, не принимавших участия в самом процессе. Ряд авторов (Д. М. Чечот, Г. Л. Осокина) говорят о необходимости учета и процессуальных юридических фактов, например волеизъявления истца.

Наконец, отдельные авторы (Д. Б. Абушенко) относят к числу оснований процессуального правопреемства только процессуальные юридические факты.

В ходе анализа соотношения материального и процессуального права в диссертации делается вывод о неодномерности их взаимодействия, об их взаимном влиянии. Автор поддерживает позицию тех авторов (Р. Е. Гукасян, А. Т. Боннер), которые критикуют сведение этого взаимодействия к категориям содержания и формы.

На этой теоретической основе делается вывод, что процессуальное правопреемство может осуществляться в процессе только на основании совокупности юридических фактов материального и процессуального права – сложного юридического состава. К числу фактов процессуального права относится изъявление в ряде случаев воли участниками правопреемства, к числу фактов материального права – правопреемство в спорном (моделируемом) процессуальном правоотношении.

Рассматривая вопрос о сущности правопреемства, автор приходит к выводу, что оно представляет собой процедуру в рамках гражданской процессуальной формы, поскольку по определению является рядом формализованных установлений, направленных на достижение ожидаемого и детерминированного результата, содержит в себе этапы возбуждения, установления фактических обстоятельств, принятия судебного акта, который может быть предметом самостоятельного обжалования.

Категорию процессуального правопреемства необходимо отграничивать от схожих юридических явлений: замены ненадлежащего ответчика, смены наименования юридического лица и изменения имени гражданина, вступления в процесс третьего лица, заявляющего или не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

В параграфе 2 «Правопреемство в динамике гражданских процессуальных правоотношений» анализируются существующие теории процессуальных правоотношений, на основе чего определяется роль процессуального правопреемства в динамике процессуального правоотношения.

По вопросу о количестве возникающих в рамках одного процесса правоотношений существуют три основных позиции, которые сводятся к теории единого процессуального правоотношения, системы правоотношений и сложного единого процессуального правоотношения.

По мнению автора, теория сложного единого процессуального правоотношения в наибольшей степени отражает реальные взаимодействия участников гражданского судопроизводства. Не отрицая высокой значимости дискуссии относительно количества процессуальных правоотношений, возникающих по конкретному делу, автор солидарен с теми авторами (В. В.

Ярков), которые полагают, что различные концепции по этому вопросу не противостоят друг другу, а раскрывают исследуемое явление с различных сторон.

Вопрос о роли процессуального правопреемства в динамике процессуального правоотношения неразрывно связан с дискуссией о содержании правоотношения. Автор присоединился к числу сторонников позиции, согласно которой содержание гражданского процессуального правоотношения составляют права и обязанности. При этом, полемизируя с В. А. Беловым, автор приходит к выводу, что совпадение в структуре правоотношения права как элемента содержания и в то же время – как его объекта не является препятствием для существования концепции передаваемости прав.

Процессуальное правоотношение обладает значительной спецификой по отношению к материальному.

Эта специфика, в первую очередь, определяется тем, что оно носит сложный, многосубъектный характер. Процессуальные права и обязанности, которые составляют содержание процессуального правоотношения, реализуются, как правило, в комплексе с другими. Невозможно представить себе элементарное процессуальное правоотношение, например, по поводу заявления суду отвода, реализуемое вне сложного единого процессуального правоотношения. При вступлении в процесс лицо наделяется целым комплексом процессуальных прав и обязанностей, которые формируют его процессуальный статус. Поэтому применительно к процессуальному правопреемству более правильно говорить о переходе всего процессуального статуса лица, участвующего в деле, от одного лица к другому.

С учетом особенностей сложного единого процессуального правоотношения автором постулируется диалектическая связь между двумя видами динамики правоотношения – его прекращением и изменением в связи с процессуальным правопреемством.

При процессуальном правопреемстве прекращаются элементарные процессуальные правоотношения, участником которых было заменяемое лицо, но в результате вступления в процесс нового лица изменяется все сложное единое процессуальное правоотношение, возникающее по делу.

Предложенная автором концепция, во-первых, позволяет синтезировать две противоположных точки зрения относительно роли правопреемства в правоотношении – исключительно в отношении гражданского судопроизводства – во-вторых, и в связи с этим, является дополнительным аргументом в пользу теории сложного единого процессуального правоотношения.

В 3 параграфе «Процессуальное правопреемство: общая характеристика и понятие» исследуются его место в системе юридических фактов процессуального права, рассматривается вопрос о роли норм о процессуальном правопреемстве в системе гражданского процессуального права, выделяются основные признаки изучаемого понятия и формулируется дефиниция.

Процессуальное правопреемство применительно к юридическим фактам процессуального права отражается в двух аспектах.

Во-первых, оно наступает в результате накопления юридического состава, в который входят как юридические факты материального права (правопреемство в спорном, моделируемом материальном правоотношении), так и юридические факты процессуального права – отражение в процессуальных действиях соответствующей воли участников процесса.

Во-вторых, процессуальное правопреемство, допущенное судом, является основанием для возникновения новых элементарных правоотношений с участием суда и вступившего в процесс правопреемника.

В этой ипостаси процессуальная сукцессия сама выступает в роли процессуального юридического факта.

С точки зрения классификаций юридических фактов процессуальное правопреемство следует отнести к действиям, а именно к действиям суда (юридическим актам), то есть юридическим фактам вторичного характера, поскольку процессуальное правопреемство осуществляется судом на основе других действий – выражения воли участников процесса путем заявления соответствующих ходатайств, а те – на основе правопреемства в предполагаемом (спорном) материальном правоотношении.

Учитывая, что процессуальное правопреемство возможно на любой стадии процесса оно, соответственно, допускается и в любом правоприменительном цикле.

По характеру (времени) действия процессуальное правопреемство относится к фактам однократного действия, поскольку влияние данного факта на процессуальные правоотношения, возникающие на его основе, происходит однократно. В то же время, влияние, которые оказывает замена одного лица на другое, распространяется на весь процесс, поскольку все процессуальное правоотношение существует в измененном виде.

С позиции отраслевого происхождения процессуальную сукцессию следует отнести к материально-процессуальным юридическим фактам, поскольку ее правовое воздействие отражается не только на движении самого процесса, но и на материально-правовом положении лиц, участвующих в этой процедуре. Так, например, процессуальное правопреемство может быть основанием для обращения к правопреемнику с иском о возмещении убытков, вызванных обеспечительными мерами, при условии, если требования (или возражения) были заявлены неосновательно.

По доказательственному значению процессуальное правопреемство следует отнести к фактам, от доказывания которого стороны освобождены:

поскольку указанный факт наступает в результате вынесения судебного акта, в силу его преюдициального действия сукцессию доказывать не требуется.

Автор разделяет позицию М. А. Викут в том, что процессуальное правопреемство представляет собой самостоятельный правовой институт, уточняя при этом, что этот институт является общим отраслевым, поскольку процессуальное правопреемство оказывает влияние на ход всего процесса и возможно на любой его стадии.

Исследование основных признаков процессуального правопреемства позволило сформулировать его дефиницию. Процессуальное правопреемство представляет собой процедуру, реализуемую судом в форме замены на основе совокупности юридических фактов материального и процессуального права, и сопровождающуюся переходом процессуального статуса от процессуального правопредшественника к процессуальному правопреемнику.

В 4 параграфе «Классификация процессуального правопреемства» автор, анализируя существующие классификации процессуального правопреемства, приходит к выводу о том, что в большинстве случаев оно сводится к констатации его универсальности (в отличие от возможной в материальном праве классификации на универсальное и сингулярное).

Полемизируя с авторами, которые допускают в процессе не только универсальное, но и сингулярное правопреемство, автор аргументирует, что приводимые ими примеры правопреемства суда не относятся к числу случаев процессуального правопреемства, поскольку таковое в принципе возможно только в рамках одного гражданского дела. В этой связи, во избежание смешения близких понятий, автор обосновывает необходимость отказаться от категории «универсальность» при характеристике процессуального правопреемства.

Процессуальное правопреемство, в зависимости от субъекта, в отношении которого оно осуществляется, можно подразделить на процессуальное правопреемство на стороне истца, на стороне ответчика, третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, заявителя, заинтересованного лица в делах, возникающих из публичных правоотношений, в особом производстве, должника и взыскателя в исполнительном производстве, в приказном производстве. Значение классификации процессуального правопреемства по субъекту заключается в том, что она позволяет увидеть специфику того или иного субъекта применительно к рассматриваемому явлению, а также рассмотреть само явление сукцессии в более широких границах. Так, процессуальное правопреемство публичных органов, осуществляемое в делах, возникающих из публичных отношений, обладает значительной спецификой.

Автор классифицирует процессуальное правопреемство в зависимости от того, на какой стадии или в каком правоприменительном цикле оно осуществляется. Значение обеих предложенных классификаций сводится к выявлению специфики исследуемого явления по отношению к каждому классифицирующему критерию.

Классифицируя процессуальное правопреемство по подведомственности дел, в рамках которых оно возникает, автор приходит к выводу о возможности процессуального правопреемства не только в судах общей юрисдикции и арбитражных судах, но и в третейских судах, а также потенциально – в комиссиях по трудовым спорам.

Кроме того, автором выделяется процессуальное правопреемство, основанное на гражданско-правовом преемстве, преемстве в семейных, жилищных, земельных правоотношениях, преемстве в трудовых, административных правоотношениях и других. Значение этой классификации в том, чтобы отразить специфику тех обстоятельств, установление которых необходимо для вынесения судом соответствующего судебного акта о процессуальном правопреемстве.

Глава 2 «Реализация норм о процессуальном правопреемстве» состоит из четырех параграфов.

В 1 параграфе «Основания процессуального правопреемства» автор предпринял попытку рассмотреть, какие юридические факты могут служить основанием материального правопреемства, а на основе их исследования сделать выводы о признаках всего фактического состава, образующего процессуальную сукцессию.

В рамках полемики с авторами (Е. А. Трещева), которые полагают, что перечень материально-правовых оснований для процессуального правопреемства является закрытым, в диссертации обосновывается, что такими основаниями для правопреемства могут быть не только перечисленные в соответствующих нормах случаи перемены лиц в обязательствах (уступка права требования или перевод долга), но и другие, указанные в законе.

В связи с тем, что правопреемство возможно не только в гражданском праве, но и в других правовых отраслях, например, при реорганизации юридического лица возможно правопреемство и в трудовых правоотношениях, в которых такое лицо участвует, процессуальное правопреемство допускается и по спорам, возникающим в связи с такими правоотношениями.

Автор принципиально соглашается с взглядом М. А. Гурвича в том, что правопреемство возможно не только в связи переменой лиц в обязательствах и универсальным материальным преемством, но и в случае перехода права на спорную вещь в ходе судебного разбирательства.

В диссертации анализируются различные материально-правовые основания для процессуального правопреемства – смерть физического лица, реорганизация юридического лица, перемена лиц в обязательстве.

Анализируя уступку права требования как основание для процессуального правопреемства, автор затрагивает проблему тождества процессов применительно к перемене лиц в обязательствах, а соответственно – о границах или пределах процессуального правопреемства – в связи вопросом о том, каковы временные пределы одного процесса, а, следовательно, распространяются ли на правопреемника в материальноправовом смысле процессуальные последствия совершенных его правопредшественником действий в другом процессе.

Учитывая, что новый иск, который предъявляется материальным правопреемником по уступленному требованию, приводит к возникновению нового процессуального правоотношения, такой иск, предъявленный правопреемником истца, к тому же ответчику и по тому же предмету и основанию, не следует считать тождественным, поскольку новый истец является правопреемником прежнего в материально-правовом, но не в процессуальном смысле. Это означает, что отказ в принятии искового заявления по такому основанию в данном случае недопустим.

Полемизируя с авторами (Г. Л. Осокина, Т. В. Сахнова), которые полагают, что при процессуальном правопреемстве стороны не меняются, а меняются лишь их конкретные физические носители, автор аргументирует, что при принятии решения по делу, в котором произошло правопреемство, суд разрешает вопрос о правах и обязанностях правопреемника, то есть нового лица, а значит и новой стороны. Это позволяет сделать вывод, что при правопреемстве иск теряет характер своего внешнего тождества. Однако если процесс окончен, (под окончанием процесса автор понимает принятие окончательного судебного акта или его исполнение, когда оно имеет место), то последствия совершенных правопредшественником действий не распространяется на другие (последующие) процессы с участием правопреемника.

При этом обязательство, которое уже потеряло свойство принудительного осуществления, принимает характер натурального. На цедента следует возлагать ответственность за ненадлежащее использование средств правовой защиты, предоставив цессионарию право взыскания с него убытков.

Автором анализируются основания для процессуального правопреемства в трудовых и иных правоотношениях, которые могут быть предметом правовых споров в гражданском судопроизводстве.

В диссертации рассматриваются процессуальные юридические факты как основания для процессуального правопреемства – волеизъявление участников процесса.

Во 2 параграфе «Субъекты процессуального правопреемства» исследуются высказанные в отечественной процессуальной литературе взгляды на состав лиц, которые могут быть субъектами процессуального правопреемства.

Автором делается вывод о том, что субъектами процессуального правопреемства могут быть не только стороны и третьи лица по делам искового производства, но и заявители и заинтересованные лица по делам особого производства, по делам, возникающим из публичных правоотношений, должник и взыскатель в исполнительном производстве, не исключается процессуальное правопреемство и в процедуре выдачи судебного приказа.

Объединяющим критерием лиц, в отношении которых может быть осуществлено процессуальное правопреемство, является их материальная или, в ряде случаев, процессуальная заинтересованность в исходе дела, а также заинтересованность в исходе исполнительного производства.

В 3 параграфе «Процедура процессуального правопреемства» автор анализирует существующие в отечественном процессуальном законодательстве нормы, регулирующие порядок осуществления процессуальной замены.

Автором постулируется необходимость значительной детализации процедуры процессуального правопреемства с учетом ее значимости для движения всего процесса.

Инициация или возбуждение процедуры процессуального правопреемства может осуществляться только лицами, участвующими в деле.

Необходимо закрепить формальные требования к заявлению, подаваемому в суд с требованием о процессуальном правопреемстве.

В диссертации обосновывается необходимость проведения отдельного судебного заседания с извещением об этом лиц, участвующих в деле. При этом неявка указанных лиц не должна препятствовать рассмотрению заявления.

Процедура процессуального правопреемства неразрывно связана с приостановлением производства по делу. Приостановление необходимо лишь в тех случаях, когда установить правопреемника невозможно. При этом, не во всех правопорядках смерть физического лица или реорганизация юридического лица – тяжущейся стороны – является безусловным основанием для приостановления производства по делу, в частности в германском процессе дело приостанавливается лишь в том случае, если у правопредшественника не было представителя.

Изменение субъектного состава процессуального правоотношения может повлечь за собой ситуацию, когда судебные издержки, связанные с рассмотрением дела, были вызваны деятельностью одного лица, а нести процессуальные последствия в виде их возмещения противоположной стороне приходится другому лицу. В диссертации обосновывается, что в данном случае необходимо установить правило, согласно которому судебные расходы, понесенные до процессуального правопреемства, должен возмещать правопредшественник, тогда как издержки, возникшие после сукцессии – правопреемник. Такое правило должно действовать на случай, когда основанием для сукцессии послужило сингулярное правопреемство, поскольку при передаче прав или обязанностей в силу договора, правопреемник не может нести ответственность за неправомерное поведение цедента, хоть оно и было связано с уступаемым требованием.

Учитывая, что процессуальная сукцессия представляет собой судебную процедуру, ее завершение должно осуществляться путем принятия судебного акта, который станет завершающим юридическим фактом в фактическом составе, образующем процессуальное правопреемство, а также основанием для наступления следующей цепочки юридических фактов и дальнейшего движения процесса.

Закон не содержит требования о мотивированности определения о процессуальном правопреемстве, в связи с чем в диссертации аргументируется, что оно должно быть мотивировано, как с учетом возможности его последующей проверки судом вышестоящей инстанции, так и для целей укрепления авторитета судебной власти.

Рассматривая вопрос о случаях, когда основание для процессуального правопреемства приобрело порочный характер (признание договора уступки или решения о реорганизации недействительным и т. п.), автор обосновывает правильность применения в таких случаях правил об отмене определения о процессуальном правопреемстве по новым обстоятельствам, поскольку восстановление его нарушенных в результате признания недействительным основания для правопреемства прав возможно лишь путем возврата его в то состояние, в котором он был до правопреемства, осуществленного по порочному основанию.

В 4 параграфе «Правовое регулирование процессуального правопреемства в некоторых зарубежных правопорядках» автором анализируются и описываются нормы о процессуальном правопреемстве в ряде стран общего и континентального права, в частности, ФРГ, Англии, Франции, Испании, Колумбии и Венесуэлы, рассматривается процедура замены, закрепленная в Принципах трансграничного гражданского процесса ALI / UNIDROIT.

В заключении формулируются выводы диссертационного исследования.

В приложении приводятся предложения по совершенствованию законодательства Российской Федерации (Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации).

Работы, опубликованные по теме диссертации Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных изданиях, указанных в перечне ВАК:

1. Нечаев А. И. Пределы процессуального правопреемства в гражданском судопроизводстве // Арбитражный и гражданский процесс.

2012. № 6. С. 38 – 41. (0,5 п. л.).

Статьи, опубликованные в иных изданиях:

2. Нечаев А. И. Спор о праве в приказном производстве // Актуальные вопросы публичного права: Материалы VII Всероссийской научной конференции молодых ученых и студентов (24 – 25 октября 2008 года). Екатеринбург, 2008. С. 507 – 511. (0,45 п. л.).

3. Нечаев А. И.. Ограничения процессуального правопреемства. // Судебная реформа и проблемы развития гражданского и арбитражного процессуального законодательства: Материалы международной научнопрактической конференции – Москва, 18 февраля 2011 г. М., 2012. С. 456 – 459. (0,25 п. л.).

4. Нечаев А. И. Тенденции ограничения процессуального правопреемства в свете реформы частного права // Тезисы докладов IX Всероссийской научной конференции молодых ученых и студентов «Эволюция российского права» (Екатеринбург, 22-23 апреля 2011 года).

Екатеринбург, 2011. С. 119 – 120. (0,2 п. л.).




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.