WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Аристова Ксения Сергеевна

ПРИНЦИП СУБСИДИАРНОСТИ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

12.00.10 – Международное право; Европейское право

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Москва – 2012

Работа выполнена на кафедре европейского права в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия правосудия»

Научный руководитель:

кандидат юридических наук, доцент

Лаптев Павел Александрович

Официальные оппоненты:

Ковлер Анатолий Иванович

Заслуженный юрист Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор, судья Европейского Суда по правам человека, избранный от Российской Федерации

Виноградов Михаил Владимирович

кандидат юридических наук,

заместитель директора Департамента международных связей и развития приграничного сотрудничества – начальник отдела Министерства регионального развития Российской Федерации

Ведущая организация:

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Санкт-Петербургский государственный университет»

Защита состоится 24 мая 2012 года в 10.00 часов на заседании диссертационного совета Д 170.003.02 при Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия правосудия» по адресу: 117418, г.Москва, ул.Новочеремушкинская, д. 69А, ауд. 910.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования  «Российская академия правосудия».

Автореферат разослан «___»___________2012 г.

        1. Ученый секретарь

диссертационного совета  С.П.Ломтев

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования. Принцип субсидиарности является одной из основ взаимодействия между судебной системой Российской Федерации и Европейским Судом по правам человека, при этом автором исследованы вопросы эволюции и периодизации данного принципа в отношении государств — участников Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Особое место в диссертационном исследовании отведено функционированию отношений властей  Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека по воплощению этого принципа в конкретных делах и проявлению отступлений от него со стороны Европейского Суда. Теоретически обоснован вопрос о неуклонном соблюдении этого принципа при рассмотрении любого дела в Европейском Суде. При этом исследованы новации процессуального законодательства Российской Федерации по арбитражным делам и делам, рассматриваемыми судами общей юрисдикции и влияние этих новаций на корректировку правовых позиций Европейского Суда по вопросу приемлемости жалоб, поданных против России. Выводы диссертации, носящие не только теоретический, но и практический характер, признаны подлежащими учету государственными органами, дающими заключения и предложения по жалобам, поступившим на рассмотрение из Европейского Суда (Аппарат Уполномоченного Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека — заместителя Министра юстиции Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации, Генеральная прокуратура Российской Федерации, Главная военная прокуратура, Московский окружной военный суд).

       При этом в диссертации доказывается, что подача жалобы в Европейский Суд является лишь вспомогательным, дополнительным средством для защиты возможно нарушенных прав и свобод человека в пределах национальных правовых систем, чьи законодательные, исполнительные и судебные органы власти несут первоочередные обязательства по защите прав своих граждан. Это утверждение основано на положениях части 3 статьи 46 Конституции Российской Федерации и пункте 1 статьи 35 Европейской конвенции, в совокупности подтверждающих  субсидиарную роль ЕСПЧ, являющегося частью европейской системы защиты прав человека, которая дает человеку дополнительную возможность защитить свои права после того, как сделать это на национальном уровне не оказалось возможным. По верному замечанию судьи Европейского Суда по правам человека, избранного от Российской Федерации, доктора юридических наук, профессора А.И. Ковлера, то или иное право человека является реальным только при условии его законодательной гарантии и при наличии средств эффективной правовой защиты этого права внутри страны. Автор делает вывод о том, что принцип субсидиарности «работает» даже тогда, когда жалоба уже коммуницирована Европейским Судом властям Российской Федерации.

       Таким образом, Европейский Суд по правам человека представляет собой особый международный механизм контроля и оказывает значительное влияние на правовую систему Российской Федерации, включая ее судебную составляющую. Кроме того, автор отмечает, что субсидиарность является достаточно новым институтом международного права, о котором российской доктрине международного права до 1998 года было мало известно.

В рамках исследования выявлен комплекс проблем, возникших в ходе реализации Европейским Судом принципа субсидиарности, а именно проблема применения доктрины свободы усмотрения, вынесения и исполнения так называемых «пилотных» постановлений, а также проблема судейского активизма, что является новым, неисследованным теоретическим институтом, тесно связанным с сущностью принципа субсидиарности. При этом процесс субсидиарности представляет из себя «улицу с двусторонним движением» со своими правилами, проблемами и наработанной судебной практикой, которая, конечно, может, как доказывает автор, эволюционировать, но в строго заданных параметрах.

Наличие теоретических и практических проблем оправдано ввиду значительной потенциальной пользы для европейской системы защиты прав человека, анализ содержания принципа субсидиарности, его пределов и конкретной реализации представляется особо актуальным.

Применительно к реализации принципа субсидиарности в диссертации рассмотрен вопрос о числе жалоб, поданных против России. Отмечены две тенденции. Во-первых, Россия по-прежнему остается первым «поставщиком» жалоб в Европейский Суд. Во-вторых, начиная с 2002 года (когда было вынесено первое постановление Европейского Суда по жалобе, поданной против России) до 2008 года наблюдалось увеличение количества постановлений, вынесенных Европейским Судом по жалобам, поданным против Российской Федерации. Начиная с 2009 года наблюдалась некоторая тенденция уменьшения числа постановлений, выносимых ЕСПЧ по жалобам, поданным против Российской Федерации. Автор анализирует причины этого. Делается вывод о том, что такое сокращение количества постановлений вызвано работой властей Российской Федерации по постановлению Европейского Суда по жалобе № 33509/04 «Бурдов против России (№ 2)» от 15 января 2009 года, которым рассмотрение гражданских дел, связанных с неисполнением судебных решений, было приостановлено, а также постановлением Европейского Суда по жалобам  № 42525/07 и 60800/08  «Ананьев и другие против России» от 10 января 2012 года. Последняя тенденция указывает на прямое следствие действия принципа субсидиарности. Затрагивается также вопрос о компенсаторности действий властей в рамках принципа субсидиарности.

По уточненным Секретарем-Канцлером Европейского Суда по правам человека Э. Фрибергом и судьей Европейского Суда, избранным от Российской Федерации, А.И. Ковлером данным, в 2008 году против России поступило 13865 жалоб, в 2009 году — 15722 жалобы, в 2010 году — 15803 жалобы, в 2011 году (по состоянию на 9 ноября) поступило 12319 жалоб.

Таким образом, за последние три года наблюдается процессы стабилизации числа поданных жалоб против России, что также свидетельствует о том, что принцип субсидиарности находит свое воплощение не только в действиях Европейского Суда, но и властей, включая, например, усилия по ликвидации судебной волокиты.

В 2011 году было вынесено 117 постановлений, в 6 из которых (5,12 процента) Европейский Суд, руководствуясь принципом субсидиарности, не установил нарушения положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Таким образом, комплекс затронутых проблем требует и в дальнейшем уделять особое внимание проведению исследований функционирования ЕСПЧ на основе принципа субсидиарности. Подобные исследования способствуют более глубокому пониманию содержания стандартов прав и свобод человека, закрепленных Конвенцией, совершенствованию национального законодательства и правоприменительной практики, а также повышению эффективности механизмов выявления и устранения нарушений Конвенции на национальном уровне.

Всестороннее изучение содержания и применения основных положений субсидиарности на практике может способствовать предотвращению значительного количества нарушений прав человека и основных свобод на национальном уровне, а также способствовать повышению эффективности защиты нарушенных прав, не говоря уже о числе поданных против России жалоб и количестве вынесенных Европейским Судом постановлений.

       Автор доказывает, что расширение европейского регионального надзора за соблюдением прав человека не означает наделения Совета Европы и его органов сверхполномочиями. Целями этого процесса являются содействие возможностям внутригосударственной системы защиты прав человека и поддержка национальных органов власти в выполнении взятых ими на себя международных обязательств. Конечной же целью является возрождение и поддержание принципа субсидиарности во имя того, чтобы национальные органы власти вновь стали первой линией защиты нарушенных прав  человека, содержащихся в Конвенции.

       Автор анализирует итоги конференций, проведенных под эгидой Совета Европы: в 2010 году конференция представителеи государств – членов Совета Европы в г. Интерлакене (Швейцария) и в 2011 году конференция «О будущем Европеиского Суда по правам человека» в г. Измире (Турция), и приходит к выводу, что произошла переоценка субсидиарной роли европейской системы защиты прав человека. Принцип субсидиарности был уточнен в сторону повышения ответственности государств – участников Конвенции, а также признания национальных властей основополагающим инструментом европейского публичного порядка. При этом Европейский Суд по правам человека не может выступать в качестве «четвертой инстанции» по отношению к национальным судам, он обязан избегать пересмотра вопросов факта и права и должен, в первую очередь, оценивать эффективность национальных процедур (что очень важно для понимания — арбитражными судами и особо судами общей юрисдикции в свете исполнения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»).

       Автор отмечает, что в течение многих лет Европейский Суд по правам человека является важным институтом защиты прав человека не только для европейских жителей как заявителей, но и для самих государств – участников Конвенции. Ряд знаковых дел, рассмотренных Европейским Судом по правам человека, привели к изменению законов и практики в государствах – участниках Конвенции, применительно к России это дела «Бурдов против России», «Калашников против России», «Рябых против России», «Ковалева и другие против России» и др. В то время как постановление ЕСПЧ по конкретному делу обязательно для конкретного государства, другие государств – участники Конвенции принимают данное решение в качестве руководства на соответствие ему своего законодательства и судебной практики.

       Таким образом, все изложенное свидетельствует о взаимовлиянии национальной судебной практики и правовых позиций ЕСПЧ и подтверждает вывод о том, что Конвенция является эволюционирующим «живым» инструментом в отношениях с судебными системами государств — участников Конвенции, что имеет теоретическое значение и воплощается в стабильности постановлений национальных судов.

       Степень научной разработанности темы. Принцип субсидиарности является предметом анализа в рамках теории международного права и отраслевых юридических наук. Однако, как свидетельствует проведенный обзор юридической литературы, посвященной Конвенции о правах человека и основных свобод и деятельности Европейского Суда по правам человека, вопрос о субсидиарной природе Европейского Суда изучен в недостаточной степени, что вызывает теоретическую и практическую необходимость исследования данной проблемы.

       В российской правовой теории анализу основных принципов деятельности ЕСПЧ посвящены работы многих специалистов в области международного и европейского права (А.И. Ковлер, П.А. Лаптев, В.А. Туманов, Т.Н. Нешатаева, Б.Л. Зимненко, Б.Р. Тузмухамедов, Л.М. Энтин, Ю.В. Грачева, М.Л. Энтин и др.).

       Особенностью изучения принципа субсидиарности в деятельности Европейского Суда по правам человека является то, что большинство изданий, касающихся принципа субсидиарности, опубликовано на иностранных языках (английском, немецком и французском). С учетом того, что данный принцип является одним из основополагающих в деятельности Суда и без его понимания невозможно представить эффективное функционирование Европейского Суда по правам человека, отсутствие научных работ на русском языке является огромным пробелом для российских специалистов в области права Совета Европы. Среди зарубежных авторов, которые в своих работах так или иначе касались субсидиарной природы Европейского Суда, можно выделить М. Де Сальвиа, А. Барака, Л. Вильдхабера, Д. Гомьена, Ж.-П. Коста, К. Эндо, П. Кароцца, П. Махони и др.

Данная тема, представляющая собой достаточно широкое поле для исследования, объективно не может исчерпываться имеющимися на настоящий момент несколькими научными разработками.

       Объектом диссертационного исследования являются правовые отношения, включая сопряженные с ними общественные отношения, возникающие по поводу реализации принципа субсидиарности применительно к европейской системе защиты прав человека.

       Предметом диссертационного исследования являются правовые нормы, регулирующие: вопросы субсидиарности европейской системы защиты прав человека по отношению к национальным системам; вопросы взаимодействия, включающие вопросы соотношения европейской системы защиты прав человека как субсидиарной по отношению к внутригосударственной; выработанные Европейским Судом по правам человека правовые позиции по всем вопросам, связанным с принципом субсидиарности; а также реальные отношения, построенные на принципе субсидиарности.

       Целью диссертационного исследования являются разработка научных критериев субсидиарной природы Европейского Суда по правам человека, периодизация принципа субсидиарности и конкретные аспекты применения принципа субсидиарности в отношении дел против Российской Федерации.

       Задачи диссертационного исследования. Для достижения поставленной цели в рамках исследования ставятся следующие задачи:





а) рассмотрение эволюции понятия «субсидиарность» на примере философских, социально-экономических и политических учений, оказавших влияние на формирование принципа субсидиарности;

б) выработка понятия и определение признаков принципа субсидиарности в деятельности Европейского Суда по правам человека;

в) периодизация субсидиарности в деятельности Европейского Суда по правам человека;

г) исследование понятий «право на эффективное средство правовой защиты», «исчерпание внутренних средств правовой защиты», «доктрина свободы усмотрения», «судейский активизм», «пилотное постановление»;

д) изучение правовых позиций Европейского Суда по правам человека по вопросу субсидиарности;

е) анализ проблемных вопросов реализации принципа субсидиарности.

       Методологическую основу диссертационного исследования составляют общенаучные методы познания: анализ, синтез, индукция, дедукция, а также частнонаучные методы исследования: формально-юридический, сравнительно-правовой, историко-правовой, формально-логический, юридико-технический, включая особенности перевода ряда терминов, используемых Европейским Судом по правам человека, на русский язык.

       Эмпирическую основу диссертационного исследования составили результаты изучения Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципов и норм международного права, положений международных договоров Россиискои Федерации, включая нормы Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также правоприменительной практики Европейского Суда по правам человека, Конституционного Суда Россиискои Федерации, Верховного Суда Россиискои Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

       Теоретическую основу диссертационного исследования составили труды ученых — специалистов в области теории государства и права (С.С. Алексеев, В.В. Ершов, В.Д. Зорькин, В.Н. Карташов, В.В. Лазарев, В.М. Лебедев, В.С. Нерсесянц, Ю.А. Тихомиров, Ю.Д. Грачева и др.).

       Правовые аспекты и перспективы развития механизма обращения с жалобами в Европейский Суд по правам человека исследованы такими авторами, как А.И.Ковлер, П.А. Лаптев, В.А.Туманов, Т.Н.Нешатаева, Б.Л. Зимненко Х. Розакис, М. Де Сальвия, Б.Р. Тузмухамедов, Л.М. Энтин и другими российскими и зарубежными специалистами.

       Особое значение при подготовке данного диссертационного исследования имели работы зарубежных авторов, а также работы зарубежных ученых и практиков (А. Барак, В. Берже, Л. Вильдхабер, Д. Гомьен,  Жан-Поль Коста, П. Махони, П. Кароцца , К. Эндо и др.).

       Научная новизна диссертационного исследования состоит в том, что обобщено понятие субсидиарности, дано определение принципа субсидиарности в деятельности Европейского Суда по правам человека, определены пределы допустимости применительно к отдельным положениям Конвенции о правах человека и основных свобод, дан анализ проблем применения принципа субсидиарности, включая случаи, когда Европейский Суд вышел за пределы принципа субсидиарности.

       Положения, выносимые на защиту:

  1. Принцип субсидиарности применительно к деятельности Европейского Суда по правам человека представляет собой особый способ организации и согласования национальной и европейской систем защиты прав человека, при котором человеку дается дополнительная возможность защитить свои права после того, как на национальном уровне сделать это оказалось невозможно. Ответственность за применение Конвенции о защите прав человека и основных свобод как основополагающего источника международного правового порядка лежит непосредственно на государствах-участниках, при этом Европейский Суд является дополнительным и исключительным органом проверки фундаментальных ошибок, связанных с нарушением прав человека и основных свобод, предусмотренных Европейской конвенцией.
  2. Обобщив исследования в области субсидиарной природы европейской системы прав человека, автор пришел к выводу о том, что субсидиарность в деятельности ЕСПЧ прошла следующие этапы:

       Первый этап (1950 — 1959 гг.) — разработка, открытие к подписанию и вступление в силу Конвенции о защите прав человека и основных свобод; определение общих принципов функционирования системы защиты прав человека в соответствии с ЕКПЧ, создание Европейской Комиссии и Европейского Суда по правам человека, деятельность которых строилась на принципе субсидиарности, то есть дополнительности по отношению к национальной системе защиты прав человека.

       Второй этап (1959 — 1998 гг.) — укрепление роли Европейской Комиссии и ЕСПЧ, включение в их решения и постановления прямой ссылки на принцип субсидиарности, формулировка правила «четвертой инстанции» и ссылка на первостепенную роль внутригосударственных органов в европейской системе защиты прав человека.

       Третий этап (1998 — 2010 гг.) — первая реформа Европейского Суда по правам человека в соответствие с Протоколом №11 к Европейской конвенции. Создание единого Европейского Суда по правам человека с целью оперативного рассмотрения дел. Главная роль по защите прав человека отводится национальным органам в соответствии с принципом субсидиарности.

       Четвертый этап (2010 г. — настоящее время) — вторая реформа суда в соответствие с Протоколом №14 к Европейской конвенции, принятие Деклараций и Дополнительного плана действия на конференциях в г. Интерлакене (2010 г.) и в г. Измире (2011 г.) и переоценка роли принципа субсидиарности.

  1. Автором определено, что субсидиарный характер европейской системы защиты прав человека проявляется через правило исчерпания внутренних средств правовой защиты, признанных Европейским Судом эффективными. Этот список не является закрытым, его уточнение путем признания Европейским Судом надзорного рассмотрения жалобы в Президиуме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации эффективным средством правовой защиты напрямую связано с  принципом субсидиарности. Кроме того, в связи с изменениями в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, вступившими в силу с 1 января 2012 года и коснувшимися кассационного и надзорного производства и пересмотра дел по вновь открывшимся обстоятельствам, делается мотивированное предположение о возможности признания надзорного рассмотрения жалоб по гражданским делам в Президиуме Верховного Суда Российской Федерации эффективным средством правовой защиты. Кроме того, после корректировки соответствующих позиций Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, такой вопрос может быть поставлен и по уголовным делам.
  2. В процессе изучения деятельности Европейского Суда по правам человека, основывающегося на субсидиарности, автор пришел к выводу о том, что в ходе реализации принципа субсидиарности возник комплекс проблем, связанных с применением доктрины свободы усмотрения, вынесением и исполнением «пилотных постановлений», а также судейского активизма. Проявлением судейского активизма являются случаи, при которых судьи выступают с радикальными позициями, выходящими за пределы действующего закона, что выходит за рамки действия принципа субсидиарности. Доктрина свободы усмотрения сводится к тому, что до тех пор пока соблюдается минимальный стандарт защиты прав человека, национальные власти имеют право воспользоваться определенной долей усмотрения, чтобы выбрать способ вмешательства в права граждан и оценить его последствия. Процедура «пилотных постановлений» применяется Европейским Судом в случае наличия структурной проблемы в рамках одного государства и направлена на эффективное принятие государством-ответчиком мер индивидуального и общего характера, что усиливает действие принципа субсидиарности, на котором основана система Европейской конвенции. В отличие от негативных последствий судейского активизма применение доктрины свободы усмотрения и процедуры «пилотных постановлений» имеет значительную потенциальную пользу для европейской системы защиты прав человека.
  3. Автор, проанализировав процесс поступления жалоб в Европейский Суд по правам человека по делам против России, доказал, что стабилизация числа поданных жалоб за последние три года свидетельствует о воплощении принципа субсидиарности не только в действиях самого Европейского Суда по правам человека, но и властей Российской Федерации, включая, например, усилия по ликвидации судебной волокиты и волокиты в процессе исполнения решений российских судов по гражданским делам.
  4. Автором аргументируется вывод о том, что в реальном обеспечении прав человека принцип субсидиарности является наиболее значимой гарантией Европейской конвенции для граждан государств — участников Конвенции, в том числе России. Принцип субсидиарности служит основой для совершенствования внутригосударственного права. 

       Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в разработке понятия принципа субсидиарности применительно к деятельности Европейского Суда по правам человека, его пределов, а также развитии научных представлений о проблемах применения принципа субсидиарности.

       Применительно к практической значимости исследования основные положения и выводы диссертации могут быть использованы в ходе дальнейших научно-теоретических исследований в области международного права и теории международной защиты прав человека. Выводы, сделанные на основе изучения правовых позиций Европейского Суда по правам человека, могут быть использованы в законодательной практике представительных органов государственной власти России, а также в деятельности правоприменительных органов Российской Федерации, в первую очередь судебных. Ряд выводов, касающихся особенностей порядка обращения в Европейский Суд, может быть использован при формировании позиций по защите интересов Российской  Федерации и ее граждан в Европейском Суде по правам человека.

       Выводы и положения, содержащиеся в настоящем диссертационном исследовании, могут найти применение при проведении занятий, модернизации учебных программ, подготовке курсовых и дипломных работ по таким учебным дисциплинам, как международное публичное право, европейское право, в том числе кафедрой европейского права Российской академии правосудия в рамках курсов повышения квалификации судей.

       Выводы диссертационного исследования могут быть полезны практикующим юристам, занимающимся проблемами Европейского Суда по правам человека.

        Апробация результатов исследования. Основные выводы и положения диссертации применялись в рамках работы в Аппарате Уполномоченного Россиискои Федерации при Европеиском Суде по правам человека — заместителя Министра юстиции Российской Федерации, Верховном Суде Российской Федерации, Генеральной прокуратуре, Главной военной прокуратуре, Московском окружном военном суде; неоднократно обсуждались на заседаниях кафедры европейского права Российской академии правосудия; используются при проведении лекционных и семинарских занятий в Российской академии правосудия; докладывались диссертантом на научно-практических конференциях, в том числе международных; отражены в опубликованных работах.

       Структура диссертации. Диссертационное исследование состоит из введения, двух глав, включающих 7 параграфов и заключения.

       ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, отражается степень ее научной разработки, определяются объект, предмет, цель, задачи и методология  исследования, формулируются положения, выносимые на защиту, раскрываются ее научная новизна, теоретическая и практическая значимость, приводятся данные об апробации и внедрении ее результатов в научную и педагогическую деятельность, теоретические и практические выводы и предложения,  полученные в ходе проведенного исследования

Глава 1 диссертации «Теоретические основы развития принципа субсидиарности» состоит из четырех параграфов.

В параграфе 1 главы 1 («Возникновение и развитие принципа субсидиарности в теории международного, европейского и российского права») рассматриваются вопросы становления и развития принципа субсидиарности начиная с античных времен. Кроме того, подробно рассмотрен период расцвета идеи субсидиарности в энцикликах римских Пап.

Изучив эволюцию понятия субсидиарности, автор пришел к выводу о том, что его значение с течением времени существенно трансформировалось: от простой концепции автономности в социальных организациях до инструмента рационального распределения компетенций в рамках социальных организаций, а также способа организации и согласования систем на национальном и международном уровнях.

В параграфе 2 главы 1 («Содержание и аспекты принципа субсидиарности») исследуются такие вопросы, как этимология термина «субсидиарность», а также сущность и основные признаки принципа субсидиарности. 

В истории западной общественной мысли термин «субсидиарность» (который переводится с латинского языка как «дополнительный») употреблялся в рамках вопроса об организации общества и взаимодействия различных социальных групп внутри этого общества. В связи с тем что самый нижний уровень власти находился ближе всего к тем вопросам, которые ему надо было решать, именно он и должен был их решать. В случае если он не справлялся с задачей, последующий уровень должен был оказать ему помощь. Подобная схема максимально эффективно распределяла компетенцию между различными уровнями власти, при которой вмешательство верхнего уровня происходило в исключительных случаях и только по необходимости, то есть если нижестоящий уровень был неспособен решить проблему.

Несмотря на долгую историю развития идеи субсидиарности, в настоящее время отсутствует четкое определение данного принципа. Изучив мнения различных ученых, автор предлагает следующее определение субсидиарности.  Субсидиарность — это способ организации и согласования двух систем (или элементов внутри нее), при котором решения принимаются на максимально приближенном к проблеме уровне системы, при этом возможно присоединение к решению возникшей проблемы другой системы, но только в случае неспособности или невозможности решения проблемы первой.

Сама идея субсидиарности представляет собой универсальный инструмент организации и согласования нескольких систем, разрешения конфликтов между различными уровнями власти. Субсидиарность предлагает свой вариант регулирования отношений, в том числе на международном уровне. В отличие от изученных автором иерархического (принцип вертикальной власти) и коалиционного (принцип договорных отношений) способов построение элементов системы на основе принципа субсидиарности, по мнению автора, повышает эффективность взаимоотношений между элементами одной системы или между разными системами, что особенно актуально для сферы международного права.

       Автор пришел к выводу о том, что в системе, построенной на принципе субсидиарности, происходит наиболее эффективное распределение обязанностей и ответственности – функции выполняются на том уровне, где это наилучшим образом способствует достижению конкретных целей.

Принцип субсидиарности многоаспектен, поэтому автор предлагает выделить негативную и позитивную, процессуальную и материальную стороны субсидиарности, а также широкое и узкое ее понимание. Негативная сторона субсидиарности заключается в обязанности ограничить возможность вмешательства в компетенцию отдельного элемента системы (со стороны системы) или системы в целом (если речь идет о согласовании нескольких систем) со стороны другой системы. Позитивная сторона отражает возможность и необходимость такого вмешательства в случаях, если элемент системы или сама система не справляется с проблемой. Материальная сторона относится к функционированию принципа в рамках Европейской конвенции, (положения о минимальном стандарте прав и свобод при осуществлении государствами свободы усмотрения и установления дополнительных гарантий), а процессуальная– непосредственно в рамках системы Европейского Суда по правам человека (требование о соблюдении правила исчерпания внутренних средств правовой защиты, которые должны соответствовать критерию эффективности в соответствии со статьями 13 и 35 Конвенции).  В широком смысле субсидиарность – принцип социальной философии, определяющий необходимость конкретных и эффективных действий институтов государства и общества по реализации должного уважения к чести и достоинству лиц, составляющих определенную общность. В узком смысле принцип субсидиарности выступает в качестве категории теории государства и права и означает взаимную ответственность системы и ее элементов.

На основании проведенного анализа автор выделяет следующие признаки принципа субсидиарности: решение проблемы на уровне элемента системы (или системы в целом), максимально приближенного к данной проблеме; общее правило о недопустимости вмешательства в компетенцию отдельного элемента системы со стороны системы или вмешательства в компетенцию системы в целом, если речь идет о согласовании нескольких систем, со стороны другой системы; в случае невозможности решения вопросов, входящих в компетенцию элементов системы или системы в целом, необходимость вмешательства и помощи со стороны системы, объединяющей несколько элементов, или другой системы, при согласовании нескольких систем; дополнительный характер системы, объединяющей несколько элементов, или другой системы.

Таким образом, в правовой науке сформулированы различные подходы к толкованию содержания и значения принципа субсидиарности. Автором делается вывод о том, что идея дополнительности, лежащая в основе принципа субсидиарности, является неизменной. Однако при этом само содержание и смысл принципа субсидиарности могут быть различными в зависимости от контекста применения данного принципа. Особенности толкования принципа субсидиарности обусловлены практическими задачами, стоящими перед органами государственной власти в различных обстоятельствах вне зависимости от уровня правового регулирования (национального или международного).

В параграфе 3 главы 1 («Применение принципа субсидиарности в европейском праве») рассматриваются вопросы закрепления принципа субсидиарности в основных документах Европейского Союза и Совета Европы, дополнительные рекомендации по применению принципа субсидиарности со стороны органов Совета Европы.

Развиваясь первоначально в качестве принципа организации общества (модель взаимоотношений элементов в системе «человек – общество»), принцип субсидиарности в настоящее время может применяться и в отношении систем «общество – государство», «регион – государство», «государство – международная организация». В рамках интересующих автора международных организаций следует выделить Европейский Союз и Совет Европы. 

Впервые термин «субсидиарность» официально появился в заключении Комиссии Европейских Сообществ в 1975 году. В дальнейшем он был включен в парламентский проект Договора о Европейском Союзе 1984 года и в Единый европейский акт 1987 года.

На заседании в Эдинбурге в декабре 1992 г. Европейский Союз принял Декларацию о принципе субсидиарности, в которой регулируется его применение. Согласованная в этой Декларации концепция была включена в Протокол о применении принципов субсидиарности и пропорциональности, присоединенный Амстердамским договором к Договору о создании Европейского Сообщества.

Среди документов Евросоюза, формально закрепивших принцип субсидиарности, следует выделить подписанное в октябре 1993 года Межинституционное соглашение между Европарламентом, Советом и Комиссией о способах применения принципа субсидиарности.

В системе Совета Европы принцип субсидиарности впервые получил свое юридическое закрепление в Европейской хартии местного самоуправления 1985 года.

Изучив документы Совета Европы, автор пришел к обобщению основных источников отражения принципа субсидиарности: в 1995 году Комитет министров Совета Европы принял Рекомендацию государствам – членам по вопросу применения принципа субсидиарности; в 1999 году была проведена конференция Конгресса местных и региональных властей Европы под названием «Хартии Совета Европы регионального и местного самоуправления: субсидиарность в действии»; на конференции представителеи государств – членов Совета Европы в г. Интерлакене (Швейцария) в 2010 году и на второй конференции «О будущем Европеиского Суда по правам человека» в г. Измире (Турция) в 2011 году  центральным стало обсуждение роли принципа субсидиарности и включение его в Декларации и Дополнительный план действий, разработанные по результатам этих конференций; Европейская Конвенции о ландшафтах 2000 года и, косвенным образом, Конвенция о защите прав человека и основных свобод. Кроме того, принцип субсидиарности стал одним из базовых принципов в деятельности Европейского Суда по правам человека. Права и свободы, гарантированные Конвенцией, должны быть защищены в первую очередь на национальном уровне, а ее положения применены национальными органами власти. Государства применяют Конвенцию в своих правовых системах, как она понимается в практике Европейского Суда.

В параграфе 4 главы 1 («Истоки идеи субсидиарности») затрагивается вопрос о  философском начале принципа субсидиарности, его соотношении с идеей свободы и о результатах действия принципа субсидиарности.

Согласно принципу субсидиарности общество — это не просто объединение автономных единиц. Человек, процветание и развитие которого является целью применения принципа субсидиарности, является естественной составляющей общества. Ключевым является положение о том, что никакое общество не должно давлеть над человеком, преобладать над ним. Субсидиарность включает в себя мысль о том, что развитие и процветание человека возможно только при наличии свободы. Человек должен быть свободен в том, чтобы самому творить свою судьбу в тех условиях, которые дает ему жизнь в конкретный исторический период времени. Автор пришел к выводу о том, что именно эта идея является глубинной основой принципа субсидиарности.

Таким образом, уважение человеческого достоинства и целостность человеческих объединений, которые являются основой для формирования индивидуальности, предполагают, что все уровни организации общества должны быть ориентированы на определенную долю свободы нижестоящего уровня  объединения людей и, в конечном итоге, на свободу отдельно взятого человека. Если изложить данную идею вкратце, субсидиарность за основу человеческого достоинства берет идею свободы, которую потом распространяет на свободу действия всех уровней организации общества.

Идея ценности многообразия социальных групп и общества в целом является краеугольным камнем принципа субсидиарности. В этой мысли кроется еще один парадокс принципа субсидиарности. Изначально каждый человек уникален и неповторим, и это его врожденное качество. Взаимодействие человека с коллективом невозможно без ущемления его чувства собственного достоинства. Подобный процесс будет происходить менее болезненно, если человек сможет создать и соотнести свою форму взаимодействия с изменяющимися условиями и своими потребностями. Следовательно, каждое сообщество является единственным в своем роде по динамичности и разнообразию на пути достижения своей главной цели. Принцип субсидиарности предполагает, что человеческое благо не должно быть вытеснено потребностями государства, которое, наоборот, должно поддерживать его процветание.

Учитывая всю важность принципа субсидиарности для человека и общества, его действие распространяется на разнообразные виды человеческой деятельности. Автором делается закономерный вывод от том, что принцип субсидиарности не ограничен экономическим рынком и не пытается максимизировать значение рационального экономического интереса; он не просто побуждает каждого человека к самореализации в гражданском обществе. В этом свете принцип субсидиарности может быть представлен как принцип, распределяющий различные общественные функции, которые вместе и составляют всеобщее благо.

Глава 2 диссертации «Принцип субсидиарности в деятельности Европейского Суда по правам человека» состоит из трех параграфов.

В параграфе 1 главы 2 («Принцип субсидиарности как одна из основ функционирования Европейского Суда по правам человека») отмечается, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод создала субсидиарный по отношению к национальному международный механизм защиты прав человека. Кроме того, обобщив исследования в области субсидиарной природы европейской системы прав человека, автор разработал вопрос о периодизации субсидиарности в деятельности ЕСПЧ и ее этапы.

Первый этап (1950 – 1959 гг.) – разработка, открытие к подписанию и  вступление в силу Конвенции о защите прав человека и основных свобод; определение общих принципов функционирования системы защиты прав человек в соответствии с ЕКПЧ, создание Европейской Комиссии и Европейского Суда по правам человека, деятельность которых строилась на принципе субсидиарности, то есть дополнительности по отношению к национальной системе защиты прав человека.

       Второй этап (1959 – 1998 гг.) — укрепление роли Европейской Комиссии и ЕСПЧ, включение в их решения и постановления прямой ссылки на принцип субсидиарности, формулировка правила «четвертой инстанции» и ссылка на первостепенную роль внутригосударственных органов в европейской системе защиты прав человека.

       Третий этап (1998 – 2010 гг.) — первая реформа Европейского Суда по правам человека в соответствие с Протоколом №11 к Европейской конвенции. Создание единого Европейского Суда по правам человека с целью оперативного рассмотрения дел. Главная роль по защите прав человека отводится национальным органам в соответствии с принципом субсидиарности.

       Четвертый этап (2010 г. — настоящее время) — вторая реформа суда в соответствии с Протоколом №14 к Европейской конвенции, принятие Деклараций и Дополнительного плана действия на конференциях в г. Интерлакене (2010 г.) и в г. Измире (2011 г.) и переоценка роли принципа субсидиарности.

Автором обобщены  три особенности конвенциональной системы, отраженные в субсидиарности. Во-первых, права и свободы в соответствии с Европейской конвенцией являются минимальным стандартом, оставляя возможность государствам – участниками Конвенции предусмотреть лучшую защиту в соответствие со своим законодательством. Во-вторых, эта система устанавливает стандарты и оставляет выбор средств их реализации на усмотрение государств. В-третьих, именно национальные власти должны искать баланс интересов Сообщества и защитой основных прав граждан, а для этого они находятся в более удобной позиции, чем контролирующие органы. Первичная и основная ответственность за поддержание баланса между общественными интересами и защитои прав отдельного человека ложится не на европеиские органы контроля, а именно на национальные правозащитные институты. Таким образом, защиту прав человека должно обеспечивать прежде всего государство в лице его судебных органов.

В результате анализа принципа субсидиарность в контексте Конвенции о защите прав человека и основных свобод, автор утверждает, что он означает распределение ролей и ответственности между контролирующими органами и национальными властями. Суд не является и никогда не являлся апелляционным судом, судом четвертой инстанции. В его функции не входит замена судебного решения, вынесенного национальным судом, в случае предполагаемой ошибки или установления фактов по своему усмотрению. Конвенция делает защиту прав человека прямой обязанностью национальных властей, в частности внутригосударственных судов. Данная позиция была высказана в таких ранних делах, как «Джеймс и другие против Соединенного Королевства», «Бельгийское дело о языках», «Хэндисайд против Соединенного Королевства», а также в деле «Санди Таймз против Соединенного Королевства».

       Таким образом, изучив правовые позиции Европейского Суда, автор приходит к выводу о субсидиарном характере системы Конвенции, имея в виду, что обеспечивать права, закрепленные в Конвенции, прежде всего должны национальные власти, в частности национальные судебные власти.

       Автор разработал определение принципа субсидиарности применительно к деятельности Европейского Суда по правам человека, который представляет собой особый способ организации и согласования национальной и европейской систем защиты прав человека, при котором человеку дается дополнительная возможность защитить свои права после того, как на национальном уровне сделать это оказалось невозможно. Ответственность за применение Конвенции о защите прав человека и основных свобод как основополагающего источника международного правового порядка лежит непосредственно на государствах-участниках, при этом Европейский Суд является дополнительным и исключительным органом проверки фундаментальных ошибок, связанных с нарушением прав человека и основных свобод, предусмотренных Европейской конвенцией.

       В параграфе 2 главы 2 («Пределы допустимости принципа субсидиарности применительно к отдельным положениям Европейской конвенции») исследуются отдельные проявления принципа субсидиарности в деятельности Европейского Суда по правам человека.

       Принцип субсидиарности регулирует вопрос отношения между национальной и европейской системами защиты прав человека. Он исходит из того, что страсбургские институты являются вспомогательными, дополнительными для защиты прав и свобод человека в пределах национальных правовых систем, чьи законодательные, исполнительные и судебные органы власти несут первоочередные обязательства по защите прав граждан.  Несмотря на то, что субсидиарность прямо не закреплена в тексте Конвенции, автор пришел к выводу о том, что она опосредуется через положения об исчерпании внутренних средств правовой защиты и обязанности обеспечить эффективные средства правовой защиты (статьи 13 и 35 Конвенции). Также концепция субсидиарности  включает в себя доктрину свободы усмотрения и отказ Суда быть судом четвертой инстанции в отношении национальных судов.

       Что касается правила об эффективных средствах правовой защиты, то, изучив практику Европейского Суда, автор делает вывод о том, что «статья 13 требует, чтобы там, где лицо считает, что оно понесло ущерб в связи с действиями, по его утверждению, нарушающими Конвенцию, оно должно иметь средство правовой защиты перед национальными властями с тем, чтобы они рассмотрели жалобу и чтобы, если необходимо, лицо могло добиться возмещения ущерба. Таким образом, нужно трактовать статью 13 как гарантирующую ''эффективные средства правовой защиты перед государственным органом'' каждому, кто полагает, что его права и свободы, гарантированные Конвенцией, были нарушены» (постановления по делам «Клаас и другие против Германии», «Литгоу и другие против Соединенного Королевства», «Леандер против Швеции» и др.).

       Автор утверждает, что центральным понятием средства правовой защиты является понятие эффективности. Для того чтобы оно было эффективным, должны быть соблюдены следующие требования. Во-первых, средство защиты должно быть доступным, чтобы заявитель мог его использовать в обстоятельствах конкретного дела без юридических и фактических препятствий. Оно должно быть очевидным. Во-вторых, средство правовой защиты должно быть действенным, то есть соответствующий государственный орган должен обладать достаточными властными полномочиями для того, чтобы рассмотреть обстоятельства дела и в случае признания прав человека нарушенными обеспечить восстановление этого нарушенного права, а также при необходимости решить вопрос о возмещении вреда.

       В результате исследования правовых позиций ЕСПЧ автор утверждает, что отдельное средство защиты может не удовлетворять требованиям эффективности, но таким требованиям может удовлетворять в совокупности комплекс средств правовой защиты, существующих в государстве.

       Правило об исчерпании внутренних средств правовой защиты в соответствии со статьей 35 ЕКПЧ означает, что перед подачей международной жалобы заявитель обязан исчерпать все внутренние средства правовой защиты, которые должны отвечать критерию эффективности. В связи с этим национальные судебные органы наделяются ведущей ролью по защите нарушенных прав человека.

       Автором делается вывод о том, что взаимодействие правила об исчерпании внутренних средств правовой защиты и принципа субсидиарности заключается в следующем. Принцип субсидиарности – это начало начал, в том числе и для правила об исчерпании внутренних средств правовой защиты. В свою очередь, принцип об исчерпании внутренних средств правовой защиты является основным следствием субсидиарной природы защиты прав человека на международном уровне.

Исходя из доктрины эволюционного толкования Конвенции, Суд, дополняя свои позиции по вопросу исчерпания внутренних правовой средств защиты, расширяет и дополняет сам принцип субсидиарности, поскольку, по замечанию самого Суда в деле «Тайрер против Соединенного Королевства», Конвенция открыта для толкования в свете условий сегодняшнего дня. В качестве примера можно привести включение надзорного рассмотрения жалобы в Президиуме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в список эффективных средств правовой защиты в Российской Федерации (постановление по делу «Ковалева и другие против России» и «ООО «Линк Ойл СпБ» против России»), хотя, как известно, ранее Суд в этот список надзор не включал (постановление по делу «АО «Уралмаш» против России»). Кроме того, в связи с изменениями в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, вступившими в силу с 1 января 2012 года и коснувшимися надзорного производства и пересмотра дел по вновь открывшимся обстоятельствам, делается предложение о признании надзорного рассмотрения жалобы в Президиуме Верховного Суда Российской Федерации эффективным средством правовой защиты.

Таким образом, автор пришел к выводу о зависимости развития принципа субсидиарности от толкования Европейским Судом по правам человека вопроса исчерпания внутренних средств правовой защиты как одного из условий приемлемости жалобы. По этому поводу судья Европейского Суда по правам человека, избранный от Российской Федерации, А.И. Ковлер обоснованно утверждает, что именно таким образом подтверждается субсидиарный характер международной юрисдикции как юрисдикции, дающей человеку дополнительную возможность защитить свои права (А.И. Ковлер называет ее «двойной правовой безопасностью») после того, как сделать это на национальном уровне оказалось невозможным.

       Таким образом, автор утверждает, что правило исчерпания внутренних средств правовой защиты служит основой для действия принципа субсидиарности. Его цель заключается в том, чтобы дать органам государственной власти найти, признать, а затем исправить предполагаемое нарушение Конвенции. Система Конвенции основана на презумпции того, что национальное право содержит и обеспечивает эффективные средства правовой защиты от его нарушения. Этот принцип является сердцем всей Конвенции и субсидиарной природы европейской системы защиты прав человека.

       В свете исследования принципа субсидиарности автору представляется важным вопрос о взаимодействии Европейского Суда и национальных судебных органов, в том числе российских. Исходя из принципа субсидиарности, отношения национальных и международных судов динамично развиваются, дополняя и обогащая друг друга. И, несмотря на периодически возникающие трудности в понимании друг друга (например, дело «Маркин против России» и отношения между Конституционным Судом Российской Федерации и Европейским Судом по правам человека), налицо подлинный диалог между двумя системами защиты прав человека.

       Автором сделан вывод о том, что непосредственным следствием принципа субсидиарности как одной из основ функционирования Европейского Суда по правам человека является наличие у государств свободы усмотрения по поводу осуществления вмешательства в права человека. Доктрина свободы усмотрения сводится к следующему. До тех пора пока соблюдается минимальный стандарт защиты прав человека, национальные власти имеют возможность воспользоваться определенной долей усмотрения, чтобы выбрать способ вмешательства в права граждан и оценить его последствия.

       Доктрина свободы усмотрения была разработана в качестве попытки найти золотую середину между защитой прав человека со стороны национальных властей и унифицированным применением Конвенции. Из этого органично следует вывод о том, что конвенционная система должна существовать как дополнительная, то есть субсидиарная, по отношению к национальным системам.

Таким образом, обобщив изученные материалы и практику ЕСПЧ, автор считает, что свобода усмотрения играет роль модулятора в отношениях между внутригосударственной судебной системой и международными судами. В широком смысле свобода усмотрения дает государству свободу выбора тактики поведения в вопросах прав, предусмотренных Конвенцией. Многие авторы сходятся во мнении о том, что свобода усмотрения – это возможность установления  баланса между суверенитетом государств – участников Конвенции и контрольной функцией страсбургских органов.

В параграфе 3 главы 2 («Проблемные вопросы реализации принципа субсидиарности») рассматривается комплекс проблем, связанных с осуществлением Европейским Судом по правам человека своей деятельности на основе принципа субсидиарности.

Первой проблемой в рамках осуществления своей деятельности стало применение Европейским Судом доктрины свободы усмотрения, которая в последнее время часто подвергается критике.

Автором признается, что эта доктрина является основой всего права Европейского Суда и позволяет государствам решать особо деликатные вопросы по своему усмотрению. При этом необходимо соблюдение следующих требований: возможность вмешательства в права человека со стороны государства должна быть предусмотрена законом, должна преследовать легитимную цель, является необходимой в демократическом обществе. Но даже при условии соблюдения этих требований вероятность злоупотребления государством своим правом на свободу усмотрения высока. Оценка законности использования усмотрения по каждому конкретному делу лежит на Европейском Суде, а в этом вопросе четкие критерии такой оценки отсутствуют, что и является причиной критики самой доктрины свободы усмотрения.

       Главным аргументом противников этой концепции является то, что она привносит субъективный элемент в процесс толкования положений Конвенции Европейским Судом по правам человека.

       Также подвергаются критике те ситуации, в которых Европейский Суд по правам человека использует свободу усмотрения в качестве непосредственного гаранта соблюдения принципа субсидиарности. Слишком часто Суд избегает определения рамок свободы усмотрения и поэтому отдает полностью решение того или иного вопроса на усмотрение государств. А это, в свою очередь, приводит к неравной защите прав человека.

       Автор видит следующий выход из сложившейся ситуации: необходимо разработать четкие критерии для применения свободы усмотрения, но не в рамках Конвенции в целом, а по каждому отдельному положению, которое предусматривает возможность использования государствами свободы усмотрения в отношении возможности вмешательства в те или иные права граждан.

       Широта возможности регулирования национальными властями того или иного вопроса полностью зависит от Европейского Суда по правам человека. И здесь автором исследуется проблема, связанная с судейским активизмом.

       Обобщих различные формулировки, автор разработал понятие судейского активизма, в соответствии с которым судейский активизм — это термин, к которому обращаются в ситуациях, при которых судьи выступают с радикальными позициями, выходящими за пределы действующего закона. По существу происходит смешение законодательной и судебной власти, что в принципе недопустимо и выходит за рамки действия принципа субсидиарности.

       Что касается Европейского Суда по правам человека, то проблема судейского активизма появляется тогда, когда Суд выходит за рамки своей практики при наличии нескольких вариантов толкования того или иного положения. Это часто приводит к тому, что у государств – ответчиков по делу возникают новые, не предусмотренные Конвенцией, обязательства либо Суд по своей инициативе раздвигает рамки применения положений Конвенции.

Автор утверждает, что проблема судейского активизма в Европейском Суде связана с часто звучащей аксиомой, признающей Конвенцию «живым инструментом» защиты прав человека, которая должна толковаться в свете современных условий окружающей нас жизни, а не быть ограниченной замыслом ее разработчиков. Конвенция не сможет быть таковой, если ее интерпретация будет статична; содержание прав человека постоянно изменяется, они уточняются, дополняются, благодаря им расширяется круг прав человека. Европейский Суд адаптирует правовые гарантии, сформулированные в Конвенции еще в 1950 году, к непрерывно развивающимся социальным отношениям. Кроме того, иногда такой активизм необходим в случаях, например, излишней консервативности, явной слабости и неповоротливости национального законодательства.

       Примерами возникновения судейского активизма (и, следовательно, нарушения принципа субсидиарности) следует считать дела «Илашку и другие против Молдавии и России», «Кудешкина против России»,  «Кононов против Латвии», а также «Гусинский против России» (при этом в похожем по обстоятельствам деле «W. против Швейцарии» нарушения принципа субсидиарности не произошло).

       Проблему судейского активизма не стоит утрировать. По ряду дел Европейский Суд может принимать ошибочные решения и постановления, однако это не повод для таких резких действий как принятие закона, предусматривающего возможность наложения вето на постановления Суда, и даже заявлений о возможном выходе из Совета Европы. Во избежание повторения ошибок в будущем судьям Европейского Суда следует придерживаться золотой середины между излишним консерватизмом, замедляющим развитие европейского правового пространства, и излишней активностью и попытками подменить  национальное законодательство.

       Третьим комплексом проблем в рамках изучения принципа субсидиарности стала применение процедуры вынесения и исполнения так называемых «пилотных» постановлений.

       Процедура «пилотных» постановлений применяется Европейским Судом в случае наличия структурной проблемы в рамках одного государства и направлена на эффективное принятие государством-ответчиком мер индивидуального и общего характера, что усиливает действие принципа субсидиарности, на котором основана система Европейской конвенции. Целью применения данной процедуры является создание на национальном уровне условий, предотвращающих в будущем дальнейшие и подобные нарушения, а не рассмотрение всех дел в стандартном порядке.

       В делах против России процедура «пилотного» постановления применялась дважды: по делу «Бурдов против России (№2)» от 15 января 2009 года и по делу «Ананьев и другие против России» от 10 января 2012 года.

       Автор обобщил основные проблемы, возникающие при исполнении процедуры «пилотного» постановления: наделение Суда возможностями, выходящими за пределы сферы  его компетенции (когда он указывает государству на необходимость исправить свое законодательство). Кроме того, предполагается, что Суд использует первое поданное заявление среди дел-клонов, чтобы исследовать системные нарушения Конвенции, оспариваемые в других схожих жалобах. Однако нет никакой гарантии, что первое дело в полной мере отражает все фактические и правовые аспекты таких нарушений.

       Автор пришел к выводу о том, что применение процедуры «пилотного» постановления имеет ряд последствий. Во-первых, Суд указывает на необходимость принятия общих мер по исправлению ситуации, которая привела к массовому нарушению какого-либо положения Конвенции, и какие конкретно меры должны быть приняты во избежание повторения нарушений в будущем. Во-вторых, Суд имеет возможность «заморозить» жалобы по схожим ситуациям в ожидании принятия государством соответствующих мер общего характера. В-третьих, клоновые дела в соответствии с данной процедурой рассматриваются Европейским Судом в ускоренном и упрощенном порядке.

       Подводя итог вышесказанному, автор отмечает, что реализация принципа субсидиарности имеет ряд перечисленных и иных сложностей, однако их наличие оправдано в виду их значительного потенциала для европейской системы защиты прав человека.

       Таким образом, автором делается вывод о том, что расширение европейского регионального надзора за соблюдением прав человека не означает наделения Совета Европы и его органов сверхполномочиями. Целями этого процесса являются содействие возможностям внутригосударственной системы защиты прав человека и поддержка национальных органов власти в выполнении ими взятых на себя международных обязательств. Конечной же целью является возрождение и поддержание принципа субсидиарности для того, чтобы национальные органы власти вновь стали первой линией защиты нарушенных прав человека, содержащихся в Конвенции.

       В заключении подводятся итоги исследования, формулируются сделанные автором обобщающие выводы, а также излагаются практические предложения по применению результатов исследования в целях признания и соблюдения субсидиарной роли Европейского Суда по правам человека.

По теме диссертационного исследования автором опубликованы следующие работы.

Статьи в рецензируемых изданиях, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации для публикации результатов диссертационного исследования:

1. Аристова К.С. Что же такое «субсидиарность»? // Российское правосудие. 2010. № 11. С. 62-66 – 0,43 п.л.

2. Аристова К.С. Судейский активизм: благо или зло? // Сравнительное конституционное обозрение. 2012. №3. С.  - 0,8 п.л.

      1. Аристова К.С. Некоторые вопросы применения Европейским Судом по  правам человека доктрины свободы усмотрения // Российское правосудие. 2012. №5. С. – 0.92 п.л.





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.