WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Вострикова Елена Александровна

Правовое регулирование международного олимпийского спорта: частноправовой аспект

12.00.03 – гражданское право; предпринимательское право, семейное право; международное частное право

Автореферат диссертации

на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Москва - 2012

       Работа выполнена на кафедре международного права в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия правосудия».

Научный

руководитель

Нешатаева Татьяна Николаевна,  доктор юридических наук, профессор.

Официальные

оппоненты:

Носырева Елена Ивановна, доктор юридических наук, профессор Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Воронежский государственный университет», заведующая кафедрой гражданского права и процесса,

Попова Диана Эриховна, кандидат юридических наук,  заместитель начальника отдела международного права Управления международного права и сотрудничества Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

Ведущая

организация

Федеральное государственное бюджетное образовательное Учреждение высшего профессионального образования «Бурятский государственный университет».

       

Защита состоится «24» мая 2012 года в 12.00 часов на заседании Диссертационного совета Д 170.003.02 при Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия правосудия» по адресу: 117418, г. Москва, ул. Новочеремушкинская, д. 69А, ауд. 910.

       

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская академия правосудия».

       

Автореферат разослан 23 апреля 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета С.П.Ломтев

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Правовое регулирование олимпийского спорта отличается применением не характерных для иных сфер общественной жизни средств негосударственного регулирования. Международное олимпийское движение урегулировано не международными договорами либо иными классическими источниками твердого права, а посредством норм, содержащихся в принятых международными спортивными организациями документах, а также судебными решениями международных и специализированных третейских судов.

Нормы международных спортивных организаций, формально не имеющие статуса обычных норм международного права, в процессе развития международного олимпийского движения вобрали в себя черты обязательного международного обычая. Таким образом, основными источниками международного частного права  в сфере олимпийского спорта являются международно-правовой обычай и судебные решения указанных судов, то есть формы, выработанные самими субъектами международных частных спортивных отношений. В то время, как суды при разрешении спортивных споров основывают свои решения на нормах этих документов, а также на предыдущих прецедентах Европейского суда справедливости (Люксембург) и Спортивного арбитражного суда (Лозанна), природа данных источников недостаточно изучена в науке международного частного права.

Основным субъектом, принимающим нормы, которые регулируют отношения в сфере олимпийского спорта, являются международные спортивные организации (МСО). Необходимо иметь четкое представление о правовой природе международных спортивных организаций  для установления их правосубъектности. Определить объем правосубъектности МСО посредством отнесения МСО к известным науке формам международных организаций (международным межправительственным организациям (ММПО) и международным неправительственным организациям (МНПО)) и применения режима правосубъектности указанных форм международных организаций, невозможно, так как МСО имеют признаки как ММПО, так и МНПО. Решение вопроса о правовом статусе МСО позволит разделить компетенцию субъектов олимпийского спорта и ограничить круг вопросов, касающихся частных прав и свобод спортсменов, по которым регулирование может осуществляться МСО, и ряд вопросов, урегулирование которых нуждается в участии таких властных субъектов правоотношений, как государства.

Всё более актуальным становится вопрос о защите прав и интересов спортсменов при разрешении допинговых споров, устранению пробелов в механизме которого способствует деятельность специализированного третейского органа - Спортивного арбитражного суда в Лозанне (САС). Развитие международных частных спортивных отношений требует наличия стройной системы разрешения возникающих в олимпийском спорте споров. Данная система недавно сформировалась и представляет собой конгломерат норм, имеющих наднациональный характер и созданных для регулирования международных (олимпийских) частных спортивных отношений и разрешения споров. Она получила название Lex Sportiva. Использование Lex Sportiva в системе разрешения споров специализированным третейским органом ставит актуальные теоретические и практические проблемы, такие как: уточнение правовой природы Lex Sportiva, формулирование определения данного явления, выделение структурных элементов Lex Sportiva.

Представляет научный интерес определение тенденций, формируемых при разрешении допинговых споров Спортивным арбитражным судом в Лозанне, так как знание наиболее эффективных правил в сфере разрешения спортивных споров может быть использовано в целях совершенствования российского законодательства и применения в спортивном арбитраже, функционирующем в России. Особое значение выявление направлений разрешения споров приобретает в свете подготовки к проведению Олимпийских игр в Сочи в 2014 году.

Актуальность изучения такого явления, как «ambush-marketing», которое переводится на русский язык как «паразитический маркетинг» («амбаш-маркетинг»), подтверждается тем фактом, что вопрос отдельно прорабатывается организационными комитетами при подготовке к Олимпийским играм. Данное явление представляет угрозу правам интеллектуальной собственности, принадлежащим официальным спонсорам олимпийских соревнований. Без решения указанной проблемы и разработки единых правовых средств борьбы с амбаш-маркетингом невозможно эффективное регулирование использования интеллектуальной собственности при проведении Олимпийских игр.

Указанные факты свидетельствует об актуальности избранной темы диссертации.

Степень научной разработанности темы. Правовое регулирование олимпийского спорта (международных частных спортивных отношений) недостаточно исследовано в науке международного частного права и международного спортивного права.

В русскоязычной научной доктрине значителен вклад профессора Алексеева С.В., являющегося первым и единственным на настоящий момент ученым в России, который работает по комплексу вопросов в сфере правовой основы международного и олимпийского движения.

В рамках изучения статуса общественных объединений в международном спортивном движении имеются работы профессора Ищенко С.А., которые содержат, в том числе, исследования по организационно-правовым проблемам управления общественными объединениями в российском и международном спортивном движении. Такие аспекты международного спортивного движения (включая олимпийский спорт), как: статус Международного олимпийского комитета, правовое положение спортсмена, отсутствие в праве четкого понятийного аппарата по вопросам спорта (включая олимпийский спорт), организационно-правовые проблемы олимпийского движения кратко освещались учеными Родиченко В.С., Уваровым В.Н., Вайдерсом А. Международно-правовые вопросы организации и деятельности  Спортивного арбитражного суда в Лозанне разрабатывались Беляевым С.А. Первое исследование в отечественной правовой науке по вопросу природы Lex Sportiva проведено в диссертации Погосян Е.В. на соискание ученой степени кандидата юридических наук «Формы разрешения спортивных споров (сравнительно-правовой аспект)» (Екатеринбург, 2009 г.).

Важное значение для исследования проблем правового регулирования олимпийского спорта имеют работы таких зарубежных ученых, как: Я. Блэкшоу, А. Эпштэйн, С. Гардинер, С. Гюндет, Г. Кауфманн-Кохлер, Б. Колев, Р.Б. Мартинс, А. Местре, Дж. Нафзигер, Д. Панагиотополос, Р. Парриш, М. Риб, Б. Симм, Р. Сикменн, Ж. Соек, А. Ван Вэренберг, А.  Виргил Воицу, С. Вэсрил и других.

Между тем, основные источники международного частного права в сфере олимпийского спорта, правовая природа международных спортивных организаций (их правосубъектность), правовая природа и элементы Lex sportiva, а также тенденции, формируемые при разрешении допинговых споров Спортивным арбитражным судом в Лозанне, и правовые средства борьбы с амбаш-маркетингом остаются малоизученными в российской и зарубежной юриспруденции.

Практика судов зарубежных государств и международных судов в сфере разрешения спортивных споров, включая Европейский суд справедливости и Спортивный арбитражный суд в Лозанне, в отечественной литературе не анализировалась и не обобщалась. Единственным изданием в данной области является Энциклопедия олимпийского арбитража, написанная А.М. Бриллиантовой – арбитром Спортивного арбитражного суда в Лозанне, в соавторстве с Кузиным В.В. и Кутеповым М.Е., и содержащая переводы текстов решений САС по Олимпийским играм в Атланте (1996 г.), Нагано (1998 г.), Сиднее (2000 г.).

Объектом диссертационного исследования являются частные правоотношения в системе правового регулирования организации и проведения международных олимпийских спортивных соревнований, включая разрешение спортивных споров.

Предметом настоящего исследования является олимпийский спорт в части его частноправового регулирования, а также судебная и арбитражная практика в сфере международного олимпийского спорта.

Цель диссертационного исследования состоит в определении наиболее эффективной модели  правового регулирования (типа правового регулирования) международных частных спортивных отношений; выработке научных положений о правовой природе международной спортивной организации, норм, принимаемых  МСО, а также явления Lex Sportiva; в выделении основных тенденций в практике Спортивного арбитражного суда в Лозанне, влияющих на защиту частных прав спортсменов, что позволит сформулировать рекомендации по совершенствованию и повышению эффективности правового регулирования олимпийского спорта.

В этой связи задачами диссертационного исследования являются:

  1. исследование эволюции института правового регулирования олимпийского спорта, а также механизма и способов его правового регулирования;
  2. анализ международных частных спортивных отношений;
  3. изучение особенностей правового статуса таких субъектов международных частных спортивных отношений, как международные спортивные организации;
  4. анализ природы норм, принимаемых международными спортивными организациями; исследование признаков данных норм как обычных международных норм;
  5. исследование «Lex sportiva» как правового явления;
  6. анализ прецедентов Европейского суда справедливости (в том числе касающиеся спортсменов - граждан России) в области международного олимпийского спорта с целью выявления тенденций, влияющих на развитие международных частных спортивных отношений;
  7. изучение статуса и роли Спортивного арбитражного суда в Лозанне как независимого третейского органа, являющегося высшей инстанцией для разрешения споров в области олимпийского спорта. Анализ практики Спортивного арбитражного суда на предмет содержания тенденций в области защиты прав и свобод человека (спортсмена).

Методология исследования. Методологическую основу исследования составили общенаучные методы (описание, сравнение, анализ, синтез, конкретизация, обобщение, индукция, дедукция, аналогия, моделирование) и частнонаучные методы познания (формально-юридический, историко-правовой, сравнительно-правовой, логический).

Теоретической основой исследования явились положения таких российских ученых-юристов в области теории права, теории международного частного и публичного права, международного гражданского процесса, гражданского права, спортивного права, международного спортивного права, теории физической культуры и спорта, как: С.В. Алексеев, С.С. Алексеев, К.И. Батыр, К.А. Бекяшев, М.М. Богуславский, О.В. Буткевич, А.Б. Венгеров, С.И. Гуськов, Г.М. Даниленко, С.А. Ищенко, Т.В. Кашанина, Р.А. Колодкин, .М. Коркунов, Л. Кун, В.В. Кузин, М.Е. Кутепов, И.И. Лукашук, М.Н. Марченко, А.П. Матвеев, Н.И. Матузов, А.В. Малько, Д. Миллер, Н.В. Михайлова, Л.А. Морозова, Т.Н. Нешатаева, Е.И. Носырева, В.Н. Платонов, И.И. Переверзин, Д.Э. Попова, М. Поточный, В.С. Родиченко, И.Е. Суриков, В.Л. Толстых, Г.И. Тункин, В.Н. Уваров, Ю.Р. Унгер, В.И. Червонюк, Е.А. Шибаева, Л.М.Энтин и других, а также работ зарубежных исследователей: Дж. Андерсон, М. Белофф, Я. Блэкшоу, С. Чинкин, Х.де Диос Креспо, А. Эпштэйн, С. Фроссард, К. Фостер, С. Гардинер, С. Гюндет, П. Хамерник, Ф. Хендрикс, Г. Кауфманн-Кохлер, М. Кедзиор, К. де Кеппер, Б. Колев, Б. Каблер-Мабботт, Р.Б. Мартинс, А. Местре, Б.С. Мейер, Р. МакЛарен, Дж. Нафзигер, Д. Панагиотополос, Р. Парриш, М. Риб, А. Ринкон, Ф. Рич, Т. Шульц, Б. Симма, Р. Сикменн, Ж. Соек, Х.Т. Ван Ставерен, А. Ван Вэренберг, А. Виргил Воицу, С. Вэсрил, А.Н. Уайз и других.

Эмпирическую основу диссертации составили результаты изучения:

- 15 международных договора, из них 2 европейские конвенции, 3 международные конвенции (по вопросам апартеида в спорте, борьбе с допингом в спорте, исполнению иностранных арбитражных решений), 1 многосторонний международный договор (Найробский договор об охране олимпийского символа от 26.09.1981 г.); 11 двусторонних договоров и соглашений о сотрудничестве в области спорта;

- 12 европейских правовых актов декларативного характера (хартии, декларации и манифесты, включая 4 Резолюции по Олимпийским играм Европейского парламента);

- 19 учредительных документов международных спортивных организаций, включая Международный олимпийский комитет, Спортивный арбитражный суд в Лозанне и международные спортивные федерации;

- 37 нормативно-правовых актов международных спортивных организаций, из них 1 основной документ международного олимпийского движения – Олимпийская хартия; 3 Кодекса (Кодекс спортивного арбитража, Кодекс спортивной этики «Фэйр Плэй», Всемирный антидопинговый кодекс); 33 Кодекса принципов и сборников правил международных федераций;

- 14 национальных законов о физической культуре и спорте, из них 7 законов стран дальнего зарубежья, 7 законов стран СНГ;

- 2 сборника принципов: Принципы УНИДРУА и Принципы Европейского контрактного права;

- 4 решения Суда Европейских сообществ, 10 решений Европейского суда справедливости в Люксембурге, 65 решений Спортивного арбитражного суда в Лозанне (по Олимпийским играм в Атланте в 1996 г., в Нагано в 1998 г., в Сиднее в 2000 г., в Турине в 2006 г., в Ванкувере в 2010 г.), 1 консультативное заключение Экономического суда СНГ (1998 г.), 1 решение девятого Федерального апелляционного суда США (1984 г.), 1 решение Верховного суда Англии и Уэльса (2005 г.), 1 решение Административного апелляционного суда г.Нанси (Франция, 2000 г.), 2 решения Федерального суда Швейцарии (2003 г.).

Зарубежная научная литература по исследуемой теме была подобрана в результате работы в Международной правовой библиотеке при Международном суде ООН (библиотека Дворца Мира - Peace Palace Library), расположенной в г. Гаага, Нидерланды.

Научная новизна диссертационного исследования заключается  в следующем: определена наиболее эффективная модель правового регулирования (тип правового регулирования) международных частных спортивных отношений; выявлен правовой статус международных спортивных организаций и правовая природа основных источников международного частного права  в сфере олимпийского спорта; обоснована правовая конструкция Lex sportiva; выявлены основные тенденции в практике Спортивного арбитражного суда в Лозанне, влияющие на защиту частных прав спортсменов.

На защиту выносятся следующие положения и выводы:

1) В сфере организации и проведения международных олимпийских соревнований складываются международные частные спортивные отношения, которые носят трансграничный характер и регулируются принципами и нормами права, содержащимися в:

- международных договорах,

- обычаях, вырабатываемых международными спортивными организациями,

-  международных судебных прецедентах.

2) Международная спортивная организация, проводящая международные олимпийские соревнования, имеет тройственную природу и сочетает признаки международного юридического лица, международной межправительственной организации и международной неправительственной организации: осуществление деятельности в нескольких государствах, отсутствие межправительственного соглашения в качестве учредительного акта, наличие полномочий по изданию норм, обязательных к исполнению всеми субъектами олимпийского спорта, включая государства.

3) Современный механизм правового регулирования в сфере олимпийского спорта характеризуется преобладанием норм запретительного характера. Одновременно наблюдается тенденция к учету интересов всех субъектов международных частных спортивных отношений. Выявлена необходимость увеличения объема дозволительных способов правового регулирования в целях изменения типа регулирования данных общественных отношений на смешанный, разрешительно-дозволительный, обусловленная, с в свою очередь, необходимостью соблюдения принципа защиты прав и свобод спортсменов.

4) Нормам, принятым международными спортивными организациями в сфере олимпийского спорта, присущ международно-правовой характер, поскольку они отличаются формальной определенностью, неоднократностью применения, предоставительно-обязывающим и общеобязательным характером, имеют классическую трехзвенную структуру нормы права (гипотеза, диспозиция, санкция). Однако эти элементы могут излагаться в различных международных документах, что является характерной чертой международного обычая. Выявлено, что нормы МСО обладают следующими элементами, присущими международному обычаю: постоянность, единообразие и всеобщность практики, а также её общеобязательность (элемент opinion juris).

5) В своей совокупности регулирующие нормы в сфере олимпийского спорта складываются в особый конгломерат норм, получивших название Lex Sportiva. Lex Sportiva - это единая международная система правовых норм, которая включает разные по своей природе и юридической силе элементы (мягкое право (soft law) и твердое право (hard law)), объединенные одной целью – урегулирование международных частных спортивных отношений:

- принципы разрешения дел Спортивным арбитражным судом,

- нормы права, содержащиеся в международных договорах

- обычное право, разработанное МСО и содержащееся в документах международного спортивного движения: Олимпийская хартия, уставы и правила международных спортивных  организаций и пр.

- нормы, разработанные МСО, носящие рекомендательный характер (резолюции, хартии и пр.).

6) Нормы Lex Sportiva применяются международными судебными органами, что придает этим нормам, в конечном итоге, обязательный характер.

При рассмотрении споров Спортивным арбитражным судом установлено наличие двух противоположных тенденций:

- регулирование гражданско-правовой ответственности спортсменов;

- направленность на защиту частных прав спортсменов за счет ограничений данной ответственности.

7) Судебная практика направлена на защиту прав физических лиц – спортсменов, в том числе, в международных судах наднационального характера. В работе выработано предложение о предоставлении спортсменам права на обращение в Европейский суд по правам человека, в целях чего обосновано подписание специального протокола к Европейской конвенции о защите прав и основных свобод человека.

Теоретическая значимость исследования заключается в развитии теории международного частного права в части определения системы источников международного частного права в сфере олимпийского спорта, установления правовой природы регуляторов международных частных спортивных отношений и статуса (правосубъектности) субъектов данных отношений, выявлении тенденций судебной и арбитражной практики при рассмотрении споров в сфере олимпийского спорта.

Практическая значимость исследования заключается в том, что его результаты могут быть использованы:

- при совершенствовании российского законодательства в части, касающейся регулирования отдельных аспектов проведения соревнований, входящих в систему олимпийских соревнований;

- при подготовке и проведении XXII Олимпийских зимних игр Сочи - 2014;

- в судебной практике, связанной с разрешением спортивных споров;

- в учебном процессе при изучении дисциплины международного частного права и международного спортивного права.

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена и обсуждена на кафедре международного права Российской академии правосудия. Результаты исследования автора прозвучали в докладах, сделанных диссертантом на научно-практических семинарах и конференциях (в частности, Международная научно-практическая конференция по международному спортивному праву, г. Краснодар, март 2011 г.;  XVII международный Конгресс по спортивному праву (IASL 2011), г. Москва, сентябрь 2011 г.), нашли отражение в опубликованных научных статьях.

Структура диссертационного исследования включает введение и три главы, состоящие из восьми параграфов.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

       Во введении обосновывается актуальность диссертационного исследования, анализируется состояние научной разработанности темы, раскрывается объект, предмет, цели и задачи исследования, устанавливаются теоретические, методологические и эмпирические основы исследования, обосновывается научная новизна, научная и практическая значимость диссертации, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

       Первая глава «Олимпийский спорт как международные общественные отношения частного характера» состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «История олимпийских соревнований и их правового регулирования. Международные частные спортивные отношения в сфере олимпийского спорта. Понятие и характерные признаки» рассматривается поступательное развитие регулирования правовыми средствами олимпийского спорта и проводится анализ общественных отношений, сложившихся в данной области.

Исходя из историко-правового анализа правового регулирования Олимпийских игр, в параграфе сделан вывод о том, что изначально в сфере олимпийского спорта превалировало регулирование нормами, принятыми национальными спортивными федерациями соответствующих стран, которое оказалось недостаточно эффективным для регламентации проведения крупных международных соревнований. Причиной неэффективности национальных регуляторов является то, что они созданы для упорядочения общественных отношений в рамках территории одного государства и с учетом особенностей, присущих функционированию отношений в конкретном государстве. Распространение действия таких регуляторов на сферу международных отношений в области олимпийского спорта изначально неэффективно, так как трансграничные отношения имеют иную правовую природу.

Международные частные спортивные отношения складываются в рамках международного олимпийского движения. Право как регулятор общественных отношений было не способно в полном объеме произвести упорядочение всего многообразия процессов в данной сфере. Исторически сложилась ситуация, когда государства не осуществляли попыток урегулировать данные отношения, возникающие вне их территориальных пределов. Вмешательство в указанной сфере происходит исключительно с целью соблюдения публичных интересов, например, в области валютного, налогового, таможенного законодательства. Всё остальное относится к отношениям частного (невластного) характера, которые отличаются наличием иностранного элемента.

В результате анализа международных частных спортивных отношений формулируется следующий вывод: это частноправовые отношения трансграничного характера, складывающиеся в сфере организации и проведения олимпийских соревнований и урегулированные принципами и нормами права, содержащимися в:

- международных договорах,

- обычаях, вырабатываемых международными спортивными организациями,

-  международных судебных прецедентах.

Исследование показало, что нормы международных спортивных организаций, которыми урегулированы общественные отношения в области олимпийского спорта, соответствуют авторитарному методу правового регулирования (то есть применяются нормы запретительного характера). Данный метод определяет и сложившийся тип правового регулирования – разрешительный. Для достижения цели правового регулирования – учета интересов всех субъектов международных частных спортивных отношений – требуется увеличить объем дозволительных способов, которые являются содержанием метода регулирования в рассматриваемой сфере.

Во втором параграфе «Международные спортивные организации как субъекты, создающие нормы права для олимпийского спорта. Характеристика и основные признаки» рассматривается правовая природа МСО, нормотворчество МСО, раскрывается основа полномочий МСО по созданию норм, являющихся основным регулятором в сфере олимпийского спорта.

Выявлено, что МСО имеют тройственную природу и сочетают признаки международного юридического лица, международной межправительственной организации и международной неправительственной организации. В целях определения статуса МСО автором приводятся доктринальные трактовки понятия «международная неправительственная организация», раскрываются признаки международной межправительственной организации.

В результате анализа признаков и определений МНПО (в частности, на основании Резолюции Экономического и социального Совета ООН 228 (X) от 27 февраля 1950 г.), автором делается вывод о том, что формально МСО подпадает под определение МНПО.

В отношении правосубъектности МСО сформулировано заключение, согласно которому правосубъектность МСО в определенной степени можно приравнять к правосубъектности ММПО, в том числе, и в части издания юридически обязательных норм.

На основании результатов изучения правовой природы МСО, сформулировано авторское определение международной спортивной организации: это особый вид международных юридических лиц, имеющих ряд характеристик как международной неправительственной организации, так и обладающих признаками международной межправительственной организации: осуществлении деятельности в нескольких государствах, отсутствие межправительственного соглашения в качестве учредительного акта, наличие полномочий по изданию норм, обязательных к исполнению субъектами олимпийского спорта, включая государства.

       Вторая глава «Характеристика международно-правовых норм, регулирующих международные частные спортивные отношения в сфере олимпийского спорта» состоит из трех параграфов.

       В первом параграфе «Нормы, принимаемые международными спортивными организациями, как особый вид международно-правового обычая. Характеристика и основные признаки» исследуется вопрос правовой природы норм МСО.

       Последовательно обосновывается утверждение о том, что большинство норм, принятых МСО, имеют обычную природу, для чего проводится анализ норм МСО на предмет принадлежности к соответствующему виду права: «твердому праву» (hard law) или «мягкому праву» (soft law).

       Сделан вывод, что нормы МСО не относятся к мягкому праву, так как обладают признаком юридической обязательности. Природа норм МСО ближе к природе международно-правовых норм (норм твердого права), поскольку и тем, и другим нормам свойственны качества неоднократности, наличие в содержании международно-правовых обязательств, возможность применения принуждения при нарушении нормы (то есть наличие элемента юридической обязательности).

В итоге исследования установлено, что все основные характеристики нормы права присущи нормам МСО: общеобязательный характер, формальная определенность, властный и предоставительно-обязывающий характер, определенное строение нормы, выраженное в наличие гипотезы, диспозиции и санкции. Нормы МСО регулируют определенную группу общественных отношений, сложившихся в сфере олимпийского спорта. Рассчитаны на неопределенное число случаев применения, то есть применяются неоднократно. Принуждение обеспечивается не силой государства, а непререкаемым авторитетом международных организаций мира олимпийского спорта.

Далее в работе предлагается и обосновывается точка зрения, согласно которой нормы МСО относятся к категории международного обычая. Установлено, что нормам МСО присущи все основные признаки международно-правового обычая, а именно: практика (которая является постоянной, единообразной, всеобщей и продолжительной) и признание этой практики в качестве правовой нормы. Государства своими фактическими действиями устанавливают единообразную практику соблюдения правил МСО, в том числе, посредством направления национальных команд на Олимпийские игры. Эта практика охватывает большинство суверенных государств из разных географических регионов, принимающих участие в Олимпийских играх, а также иных международных соревнованиях, проводимых под эгидой и в соответствии с документами Международного олимпийского комитета. Данной практики придерживаются с момента возрождения Олимпийских игр бароном де Кубертеном.

Что касается второго элемента обычая (opinion juris) – признания устоявшихся правил в качестве юридически обязательных норм обычного права (в данном случае – формы выражения признания участниками олимпийского движения сложившейся практики), то сам по себе факт вышеуказанной практики служит доказательством признания государствами обязательности данных норм. В качестве примера в работе приводятся Олимпийские игры  1956 года в Австралии, на которых Австралия была вынуждена, вне зависимости от своих первоначальных возражений против вторжения советских войск в Венгрию, разрешить участие советских спортсменов в Олимпийских играх в Мельбурне, так как для отказа СССР участвовать в Олимпийских играх у нее не было оснований, предусмотренных Олимпийской хартией и иными документами Олимпийского движения.

Выявлено, что доказательством обычной природы норм МСО также является то, что согласно сложившейся практике обычай применяется в тех ситуациях, когда отсутствует правовое регулирование отношений государств на договорной основе. Случаи договорного регулирования в сфере олимпийского спорта являются единичными и не могут служить основанием для утверждения, что наличествует комплексное и всестороннее регулирование области олимпийского спорта посредством международных договоров.

В результате рассмотрения вопроса о соотношении норм МСО с обыкновением, сделан вывод о том, что характерные черты обыкновения, такие как: отсутствие признаков правовой нормы и юридическая необязательность, не свойственны нормам МСО.

Сформулировано следующее определение норм МСО как отдельного института права: нормы МСО представляют особый вид международного обычая, появившегося в результате специальной деятельности международных спортивных организаций и получившего молчаливое одобрение государств, а также иных субъектов в сфере олимпийского спорта.

Во втором параграфе «Договоры, заключаемые в сфере олимпийского спорта, как форма реализации права (норм МСО)» исследуется вопрос об особенностях гражданско-правовых договоров в сфере олимпийского спорта.

Выявлено, что для регулирования международных частных спортивных отношений используются практически все виды гражданско-правовых договоров, известные правовой науке. Особенности данных договоров, как формы реализации норм МСО, вытекают из особенностей правового регулирования международных частных спортивных отношений обычными нормами, принимаемыми МСО. Выделены следующие характерные черты данных договоров:

- направленность на урегулирование частных отношений в международной сфере деятельности;

- имущественный характер (содержание договоров имеет прямой экономический интерес, даже в случае если урегулируются личные неимущественные отношения);

- форма и требования к таким договорам часто устанавливается МСО. При заключении какого-либо договора автономия воли сторон договора может быть несколько ограничена, стороны не всегда могут самостоятельно определять содержание, порядок исполнения и последствия ненадлежащего исполнения договорных обязательств;

- стороны таких договоров обладают, в основном, неодинаковым статусом, что не характерно для гражданско-правовых отношений, где недопустимо наделение одного из участников гражданских правоотношений властными полномочиями в отношении другого, и обязанный субъект во всех случаях находится в равном положении с управомоченным субъектом, то есть в отношениях координации, а не субординации. В договорных отношениях в сфере олимпийского спорта субъекты, противостоящие МСО, находятся в некотором роде в подчиненном отношении, так как должны следовать требованиям МСО;

- все договоры (за небольшим исключением, в основном, из категории предпринимательских договоров) характеризуется наличием иностранного элемента.

Гражданско-правовые договоры, заключаемые в обеспечение проведения Олимпийских игр, должны соответствовать требованиям МОК, но не страны, принимающей Игры. В частности, в соответствии с Контрактом, заключенным между МОК, Сочи и НОК России, на принятие зимних Олимпийских игр Сочи – 2014, НОК и ОКОИ обязаны предварительно письменно утверждать все соглашения, касающиеся напрямую или косвенно Игр, а также согласовать с МОК стандартные формы соглашений и любые изменений к ним.

В итоге исследования договора спонсорства, который наименее всего урегулирован какими-либо нормами и представляет наибольший экономический интерес (приносит самый значительный доход при проведении олимпийских соревнований), установлено следующее.

Спонсорский договор является смешанным договором, содержащим, в том числе, элементы лицензионного договора на передачу прав на использование комплекса исключительных прав спонсируемого. При заключении спонсорского договора предлагается руководствоваться сложившейся практикой, согласно которой спонсорский договор имеет следующую конструкцию: термины и определения; перечень передаваемых спонсору прав (со ссылкой, в большинстве случаев, на исключительность данных прав); положения в отношении спонсорского взноса; обязательства обеих сторон; стандартные гарантии в отношении способности быть сторонами договора и пр.; срок договора; положения, регулирующие правила теле– и радиовещания спонсируемых мероприятий; расторжение контракта; описание форс-мажорных обстоятельств.

На основании проведенного анализа природы и роли спонсорского договора выявлено, что основной фактор, который нарушает права и интересы таких субъектов международных частных спортивных отношений, как спонсоры, является «ambush-marketing», который переводится на русский язык как «паразитический маркетинг» («амбаш-маркетинг»). Последний представляет угрозу правам интеллектуальной собственности,  принадлежащим официальным спонсорам. Этот термин является новым для России, несмотря на активное обсуждение данного явления (и борьбу с ним) в других странах. Установлено, что амбаш-маркетинг – это деятельность организаций, не являющихся официальными спонсорами, в процессе которой у потребителей создается впечатление о причастности соответствующих лиц к спортивному соревнованию в качестве официальных спонсоров. При амбаш-маркетинге нет прямого нарушения интеллектуальных прав (прав на товарные знаки) или положений законодательства о конкуренции, что затрудняет противодействие ему правовыми средствами. Амбаш-маркетинг определяется как в целом законные и морально правильные методы вторжения в сознание людей, которые применяются в процессе определенных событий.

В работе делается вывод о том, что правовыми способами защиты от амбаш-маркетинга являются следующие:

- осуществление регистрации в виде товарных знаков символов и логотипов спортивного события;

- разработка специального законодательства ad hoc. Данное законодательство направлено в определенной степени на ограничение частных интересов в целях защиты публичного интереса;

- тщательная проработка спонсорского контракта, в котором должен быть четко определен объем прав участвующих сторон.

В третьем параграфе «Lex sportivа» как правовое явление, регулирующее международные частные спортивные отношения» рассматривается новое и практически не исследованное в отечественной правовой науке явление.

В диссертации приводятся различные определения этого термина, данные зарубежными учеными (Б. Колев, К. Фостер, А. Эрбсен, Дж. Нафзигер, Р. МакЛарен, Д. Панагиотополос, Т. Керр). В результата анализа определений, установлено, что, в целом, в зарубежной литературе преобладает следующее мнение: Lex sportivа – это автономная совокупность норм, имеющих вненациональный характер, независимо от включения или не включения в него норм МСО. Спортивный арбитражный суд в Лозанне определил Lex sportivа как ряд неписаных правовых принципов – некий аналог Lex mercatoria для спорта.

Для дальнейшего эффективного использования Lex sportivа при разрешении споров необходимо провести кодификацию вышеуказанных принципов в едином документе. Составителем такого документа должен быть Спортивный арбитражный суд непосредственно, так как именно он устанавливает неписаные правовые принципы. В данном документе будет возможно структурировать принципы разрешения дел Спортивным арбитражным судом, классифицировав по  группам рассматриваемые спорные дела и обозначив подходы к разрешению дел каждой группы. Таким образом, появится почва для формирования Свода правил, аналогичных по форме Принципам УНИДРУА, которые будут применяться не только САС, но и национальными спортивными арбитражами. Представляется также целесообразным создание организации, аналогичной по своим функциям Международному институту унификации частного права (УНИДРУА). Данная организация могла бы совместно с САС проводить работу по унификации норм, регулирующих международные частные спортивные отношения.

В результате сравнительного анализа Lex sportivа и Lex mercatoria, выявлено, что Lex sportivа и Lex mercatoria имеют ряд черт, которые позволяют говорить о схожести их правой природы: одинаковая цель функционирования (повышение эффективности регулирования определенной сферы международных частных отношений с помощью специальной нормативной системы), а также способ создания посредством формирования вне рамок официальной законодательной деятельности (то есть субъектами соответствующей сферы общественных отношений). И та, и другая система являются автономными нормативными системами, правопорядками, которые не входят ни в систему международного права, ни в какую-либо национальную правовую систему.

В отношении условий применения обеих систем установлены следующие различия между Lex mercatoria и Lex sportivа. Lex mercatoria может применяться только при наличии условий, которые не требуются для применения Lex sportivа: во-первых, через применение национального права (если стороны выбрали таковое право или применяемое в результате соответствующей отсылки), в которое Lex mercatoria было инкорпорировано, во-вторых, через применение непосредственно Lex mercatoria, если стороны не выбрали применимое право, и арбитры посчитали возможным применить Lex mercatoria. Если смоделировать ситуацию, при которой национальная спортивная федерация, спортсмен либо иной участник международных спортивных отношений заявят об отказе подписать какой-либо формуляр, подчиняющий их Lex sportivа, то данный отказ не будет означать автоматическое подчинение соответствующего субъекта национальному (или иному) правопорядку. За этим будет следовать исключение данного лица из участия во всех олимпийских соревнованиях.

В части разрешения споров, возникающих в области международной торговли и международного спорта, отмечено и там, и там появление специальных процедур рассмотрения споров.

Исследование показало, что главные различия Lex sportivа и Lex mercatoria лежат в области источников этих нормативных систем и наличия элемента opinion juris, то есть признака юридической обязательности. К источникам Lex mercatoria чаще всего, среди прочего, относят международные конвенции, рекомендации международных организаций, общие принципы права, обычаи (в виде кодификаций), обыкновения, типовые контракты, своды единообразных правил и арбитражные решения. К источникам Lex sportiva автор относит всё вышеперечисленное со следующими оговорками:

- объем международных договоров в сфере олимпийского спорта невелик и ограничивается несколькими документами, например: Найробский договор об охране олимпийского символа, Конвенция против применения допинга (1989 г., Страсбург) и иные немногочисленные документы твердого права;

- такой структурный элемент Lex mercatoria, как рекомендации международных организаций, в части Lex sportivа заменяется на правила МСО, которые относятся к твердому праву и носят обычный характер, то есть отличаются признаком юридической обязательности;

- каких-либо кодификаций Lex sportivа и сводов единообразных правил на настоящий момент не составлено;

- в части типовых документов (контрактов, формуляров и пр.) можно отметить их большое разнообразие. Спортсмены – участники Олимпийских игр, например, заполняют специальный бланк-заявку, в соответствии с положениями которого они соглашаются в том числе на юрисдикцию Спортивного арбитражного суда при возникновении споров во время Олимпийских игр;

- согласно господствующему в зарубежной литературе мнению, начало формированию Lex sportivа было положено именно решениями Спортивного арбитражного суда, чьи последующие решения испытывают сильное влияние предыдущих прецедентов.

По признаку юридической обязательности Lex mercatoria существенно уступает Lex sportivа. В частности, такие документы, являющиеся примерами Lex mercatoria, как Принципы УНИДРУА и Принципы европейского контрактного права, могут применяться только с согласия участников международных сделок, не говоря уже о неписаных принципах права. Данные документы носят рекомендательный характер и относятся к мягкому праву. В отличие от них, документы Lex sportivа (в частности, правила МОК и спортивных федераций) и те же самые неписаные правовые принципы, о которых говорит САС, применяются к участникам олимпийских соревнований независимо от их согласия.

В отношении Lex Sportiva установлено наличие всех признаков, которых не хватает Lex mercatoria: строгая иерархия норм, целостность системы, способность регулировать все виды международных частных спортивных отношений, а также обязательный характер норм МСО.

В целом отмечено, что научные подходы к Lex mercatoria как к правовому явлению применимы и к Lex Sportiva. В итоге проведенного анализа,  сформулировано авторское определение Lex Sportiva.

Третья глава диссертации «Разрешение спортивных споров в сфере олимпийского спорта» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Спортивный арбитражный суд в Лозанне (САС) как независимый третейский орган, разрешающий споры в сфере олимпийского спорта» рассматриваются различные аспекты деятельности САС как специализированного третейского суда для разрешения споров частного характера в сфере олимпийского спорта.

С учетом результатов исследования сложившейся практики по подписанию всеми спортсменами специальных формуляров, содержащих пункт-согласие подчиниться юрисдикции Спортивного арбитражного суда, сформулирован вывод о том, что механизм разрешения споров в сфере олимпийского спорта характеризуется отсутствием баланса интересов всех субъектов отношений. Запрет на обращение за защитой прав в иные суды, помимо САС, противоречит основному праву всех людей на справедливую судебную защиту.

Выявлено, что в решениях САС прослеживаются схожие характеристики с прецедентами Европейского суда справедливости (ЕСС), в том числе и в сфере олимпийского спорта. Установлено, что решения обоих судов обладают одинаковыми чертами: обязательность, окончательный характер, выражение определенной правовой позиции (которая впоследствии становится основой для принятия решений по аналогичным делам).

Во втором параграфе «Тенденции, формируемые в практике CAС при разрешении допинговых споров и влияющие на защиту частных прав спортсменов» рассматривается механизм разрешения допинговых споров в области олимпийского спорта и влияние решений CAС на такие фундаментальные права человека, как право на неприкосновенность частной жизни, право на равное обращение (отсутствие дискриминации), право на справедливое судебное разбирательство, а также право на труд.

В результате исследования практики САС в части влияния на защиту прав человека в сфере допинговых споров выделено две противоположные тенденции:

  1. формирование САС определенных позиций, направленных на борьбу против допинга, но ограничивающих использование спортсменами своих частных прав (регулирование гражданско-правовой ответственности);
  2. вынесение Судом решений, которые защищают права спортсмена, обвиняемого в допинговом нарушении, то есть ограничение указанной гражданско-правовой ответственности. В своих решениях САС устанавливает, что спортивные федерации при рассмотрении споров должны уважать принципы национального и международного права, права и свободы человека (обвиняемого спортсмена).

Установлено, что в рамках первой тенденции при формировании САС позиции в отношении института безусловной ответственности спортсменов за допинговые нарушения, возникает противоречие положениям ст. 6 (2) Конвенции о защите прав и основных свобод человека1. Ст. 6 Конвенции должна применяться к арбитражному процессу в области олимпийского спорта в силу того, что он является в некоторой степени принудительным, так как спортсмены обязаны подписать документ, содержащий оговорку о подчинении возникающих споров Спортивному арбитражному суду.

В результате анализа практики CAС, складывающейся в рамках второй тенденции, определено, что посредством принятия данных решений САС уравновешивает суровость положений концепции безусловной ответственности, способствуя защите в сфере международных частных спортивных отношений основных прав человека и формируя позиции по разрешению спортивных споров. С учетом усиления процесса гуманизации во всех областях жизнедеятельности общества, вторая тенденция должна преобладать, что предполагает увеличение количества судебных органов, рассматривающих спортивные споры. Необходимо предоставить спортсменам право на обращение в Европейский суд по правам человека, с этой целью требуется подписание специального протокола к Европейской конвенции о защите прав и основных свобод человека.

В третьем параграфе «Прецеденты Европейского суда справедливости в сфере международных частных спортивных отношений, их влияние на правовое положение спортсменов – не граждан ЕС, в том числе граждан России» анализируется практика ЕСС в области международного спорта.

Выявлено, что первым судебным решением по делу 1974 года Уолрейв и Л. Дж. Н. Кох против Международного союза велосипедистов, Голландского и Испанского союза велосипедистов (Walrave and Koch v. Union Cycliste Internationale) было положено начало рассмотрения вопроса защиты частных прав субъектов спортивных отношений, так как и разработка так называемой концепции «спортивного исключения» (принцип автономии спорта, то есть исключение вопроса из сферы действия права ЕС), и признание занятий спортом экономической деятельностью влекут необходимость применения принципов защиты частных прав.

При исследовании дальнейших решений ЕСС, в частности, по делу Бельгийский футбольный союз и др. против Жан-Марка Босмана и др., установлено, что ЕСС запретил введение отдельными государствами механизмов, которые лишают их граждан возможности отъезда из страны с целью работы за границей. Таким образом, ЕСС в своей практике придерживается положений ст. 48 Договора о ЕС, которая гласит, что отступление от принципа свободного перемещения работников может быть оправдано лишь соображениями порядка, безопасности и общественного здоровья.

В работе анализируются решения ЕСС в отношении спортсменов, которые не являются  гражданами стран-участниц ЕС. Приводится два примера судебных решений ЕСС в отношении спортсменов – не граждан стран ЕС: решение 2003 года по делу гандбольного игрока из Словакии Колпака и решение 2005 года по делу российского игрока Игоря Симутенкова. Дела напрямую затрагивают вопросы труда и занятости спортсменов – не граждан ЕС на территории ЕС. Основной вывод, который можно сделать после изучения решений ЕСС по данным делам, – судебная практика европейских судов имеет тенденцию уравнивания правового положения спортсменов, являющихся гражданами стран-участниц, и спортсменов, не обладающих гражданством стран-членов ЕС. На практике реализуется принцип не дискриминации, закрепленный в основных правовых актах, касающихся прав человека, на международном уровне и уровне Европейского союза. У спортсменов из третьих стран появляются частные права, аналогичные правам их коллег из стран-участниц, включая схожие условия труда, достойную оплату труда, режим отдыха.

В работе делается вывод о том, что в последние десятилетия значительную роль в правовом регулировании международных частных спортивных отношений приобрел, в том числе, международный судебный прецедент в виде решений Европейского суда справедливости, определивших основные подходы к защите частных прав в сфере спорта (права на занятие спортивной деятельностью, гарантии получения вознаграждения за участие в профессиональной спортивной деятельности, права на защиту от необоснованного применения антидопинговых санкций, влекущих ущемление, в том числе, экономических интересов спортсменов и других прав). Указанные прецеденты в последнее время являются одним из определяющих средств регулирования олимпийского спорта наряду с решениями САС, в том числе, основой для реформирования документов международных спортивных организаций.

Основные положения диссертации опубликованы в следующих рецензируемых изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России:

1. Вострикова Е.А. Роль практики Суда Европейского союза в регулировании международных частных спортивных отношений // Российское правосудие. - 2011. - № 10 (66). – 0,5 п.л.

2. Вострикова Е.А. Правовая природа международных спортивных организаций как международных неправительственных организаций частного характера // Современное право. - 2011. - № 7. – 0,3 п.л.

3. Вострикова Е.А. Lex Sportiva – вненациональный регулятор международных частных спортивных отношений // Современное право. - 2011. - № 9. – 0,4 п.л.


1 Данная статья устанавливает презумпцию невиновности в уголовном процессе. В документе (раздел B2), принятом Контролирующим комитетом Совета Европейской антидопинговой конвенции, Рекомендации по основным принципам для дисциплинарных процедур допингового контроля (Recommendation on the basic principles for disciplinary phases of doping control), указывается, что ст. 6 (3) Европейской конвенции по защите прав и основных свобод человека применима к допинговым делам. Можно сделать вывод, что ст. 6 (2) Конвенции по аналогии также применима в допинговых спорах.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.