WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

 

Ли Юджин

Международно-правовые подходы к урегулированию проблем транзита энергоносителей по проекту поставок газа из России в Республику Корея

Специальность 12.00.10 – Международное право. Европейское право.

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Москва – 2012

Работа выполнена на кафедре международного права в Московском государственном институте международных отношений (Университете) МИД России

Научный руководитель:                        доктор юридических наук,

ЛАБИН Дмитрий Константинович

Официальные оппоненты:                        доктор юридических наук,

НИУ ВШЭ, профессор кафедры международного права

ИВАНОВ Эдуард Александрович

       

кандидат юридических наук, МГИМО(У) МИД России, старший преподаватель кафедры правового регулирования ТЭК

Селиверстов Сергей Сергеевич

       

Ведущая организация:        Всероссийская академия внешней торговли Министерства экономического развития Российской Федерации

  Защита состоится __________ 2012 года в _____ часов на заседании диссертационного совета Д 209.002.05 по юридическим наукам при Московском государственном институте международных отношений (Университете) МИД России, по адресу: пр. Вернадского, д.76, г. Москва, 119454, ауд.216.

  С диссертацией и авторефератом можно ознакомиться в научной библиотеке им. И.Г. Тюлина Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России и на сайте www.mgimo.ru.

Автореферат разослан «___» __________ 2012 года

Учёный секретарь

диссертационного совета,

доктор юридических наук, профессор         Е.Я. ПАВЛОВ

Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. В XXI веке существенно возрастут масштабы мировой торговли энергоносителями. Это приведет к тому, что увеличивающиеся объемы этих энергоносителей будут пересекать всё больше границ по пути от добывающих регионов до потребительских рынков. Соответственно, вырастет количество международных транзитных систем, которые в будущем могут подвергнуться воздействию различных технологических, политических и экономических рисков. Гарантией обеспечения бесперебойного и надежного функционирования международных транзитных маршрутов должно стать формирование соответствующей международно-правовой базы, как на двусторонней, так и на многосторонней основе.

В последнее время в Азиатско-Тихоокеанском регионе вопросы международно-правового обеспечения энергетического сотрудничества становятся все более актуальными. В частности, проект поставок газа из России в Республику Корея транзитом через КНДР является одним из самых значимых трансграничных проектов в данном регионе, которые планируется осуществить в будущем.

Предпосылкой данного проекта, как и в других похожих случаях, является острая необходимость поиска наиболее оптимального и взаимовыгодного для России и Республики Корея варианта торговли природным газом.  В связи с тем, что в данном проекте рассматривается поставка газа путём транзита через КНДР, впервые в Азиатско-Тихоокеанском регионе потребуется решить проблему транзита энергоносителей, которая на данный момент представляется серьезной преградой для реализации проекта. Поскольку до настоящего времени в регионе не было опыта реализации проектов по транзиту энергоносителей, данная тема, применительно к Азиатско-Тихоокеанскому региону, учеными практически не затрагивалась. Высокая актуальность этой проблемы для государств, заинтересованных в этом проекте, стала определяющим фактором выбора данной темы.

Цель и задачи исследования. Основной целью работы является формирование предложений по созданию международно-правовых механизмов для обеспечения устойчивого транзита энергоносителей по российско-корейскому газопроводному проекту.

Для этой цели потребовалось решение следующих научных задач:

- определить понятие, принципы и общие международно-правовые основы транзита товаров;

- выявить правовые особенности транзита энергоносителей как товара особого рода;

- проанализировать правовую характеристику многостороннего сотрудничества государств по транзиту энергоносителей с целью выработки положений, применяемых для рассматриваемого нами проекта;

- исследовать правовую характеристику двустороннего сотрудничества государств по транзиту энергоносителей с целью выработки положений, применяемых для рассматриваемого нами проекта;

- провести анализ правовых основ урегулирования споров в соответствии с действующими соглашениями по международному транзиту энергоносителей;

- изучить правовые основы двустороннего сотрудничества Российской Федерации и Республики Корея в сфере энергетики как материальные предпосылки реализации проекта;

- провести правовой анализ существующих предпосылок и нерешенных вопросов по двустороннему и трехстороннему сотрудничеству для реализации проекта между участниками рассматриваемого проекта;

- определить возможные пути международно-правового решения проблем реализации данного трансграничного трубопроводного проекта России и Республики Корея.

Объект и предмет диссертационного исследования. Объектом данного исследования являются правовые отношения, возникающие в процессе международного сотрудничества государств по вопросам транзита энергоносителей. Предметом данного исследования являются совокупность договорных источников международного права, регулирующих вопросы транзита энергоносителей, контракты, заключаемые между национальными хозяйствующими субъектами по поводу реализации проектов по транзиту, а также существующие правовые основы для реализации рассматриваемого проекта.

Методологическая и теоретическая основы исследования.  Исходя из поставленных целей, задач, а также из предмета и объекта исследования, в диссертации использовались как общенаучные методы (диалектический метод, системный метод, анализ и синтез, логический метод и др.), так и специальные правовые методы (формально-юридический и сравнительно-правовой).

Диссертация основывается на теоретических положениях и выводах российских и зарубежных авторов, а также на результатах анализа различных международных и национальных актов и международной практики. Прежде всего, общие работы по международному праву А.Н. Вылегжанина, В.В. Голицына, Р.А. Каламкаряна, Ф.И. Кожевникова, Ю.М. Колосова, Э.С. Кривчковой, Г.И. Тункина, Ю.И. Мигачева, И.И. Лукашука, П.В. Саваськова, и других ученых-юристов дают основополагающее понимание в изучении современных проблем международного права.

В тоже время основным проблемам в области международного экономического права посвящены работы М.М. Богуславского, Г.М. Вельяминова, Д.К. Лабина, В.М. Шумилова и других авторов. Поднимаемые ими вопросы имеют принципиальное значение для анализа правового регулирования международных экономических отношений.

Среди разнообразной научной литературы, в которой прямо или косвенно рассматривается проблема правового регулирования транзита энергоносителей в международно-правовом и политико-экономическом контексте, необходимо отметить труды таких ученых, как С.З. Жизнина, Н.В. Миронова, Е.А Телегиной и другие.

В связи со спецификой темы диссертационной работы среди трудов южнокорейских ученых работы Джэ Сон-Ок, Джу Джин-Ёл, Ли Джан-Хи, Пак Но-Хён, Чой Вон-Мок, Чой Дже-Ок служат основой для понимания основных проблем в отношениях между Республикой Корея и КНДР с точки зрения международного права.

Для раскрытия темы в работе подробно рассмотрены многосторонние международные соглашения, применяемые к транзиту энергоносителей, такие как Барселонская Конвенция о свободе транзита 1921 года, Соглашение о Всемирной торговой организации, Договор к Энергетической Хартии (ДЭХ). Также проанализированы различные примеры многосторонних и двусторонних межправительственных соглашений по транзиту энергоносителей

В плане применения практического опыта рассмотрены особенности типовых соглашений, разработанных Секретариатом ДЭХ, и Меморандума о механизме раннего предупреждения в сфере энергетики в рамках энергодиалога России и ЕС.

Относительно Российско-корейского газопроводного проекта рассмотрены межправительственные соглашения России и Республики Корея в сфере энергетики. Проанализированы национальное законодательство КНДР по внешнеэкономическому сотрудничеству, в том числе ее Конституция. Кроме того, рассмотрены международно-правовые основы для сотрудничества между Россией и КНДР, а также между Республикой Корея и КНДР.

Степень научной разработанности темы. Данная тема исследована лишь по экономическим аспектам в следующих трудах:

- Кан Мин-су. Энергетическое сотрудничество Республики Корея со странами постсоветского пространства: Автореф. дис. канд. экон. наук:08.00.14 /МГИМО - М., 2007

- Юн Бюн-чол. Перспективы энергетического сотрудничества России и Республики Корея в области поставок природного газа в Республику Корея: Дис. канд. экон. наук:08.00.14/РГУ нефти и газ им.И.М.Губкина.- М., 2007 г.

Научная новизна исследования. Тема реализации российско-корейского газопроводного проекта до настоящего времени комплексно не исследовалась. В различных публикациях рассматриваются лишь отдельные аспекты указанной темы, в основном, политические и экономические.  До настоящего времени отсутствует какая-либо внятная стратегия создания юридических механизмов реализации рассматриваемого проекта. Также в весьма сложном состоянии находится проблема международного сотрудничества с КНДР. В работе будет предложено несколько возможных вариантов для решения различных вопросов, связанных с реализацией Российско-корейского газопроводного проекта.

Разработка темы диссертационного исследования позволила автору сформулировать следующие основные положения, выносимые на защиту:

1. Российско-корейский газопроводный проект обладает несомненной спецификой проблем, обусловленных участием в нем взаимно не признающих друг друга государств: Республики Корея и КНДР. Однако для эффективного разрешения указанной проблемы, безусловно, следует опираться на действующие нормы международного права, а также учитывать опыт правового обеспечения других проектов схожего характера.

2. По действующей международно-правовой базе сегодня встала необходимость ее пересмотра, прежде всего, механизмов Договора к Энергетической Хартии, которые оказались не способны оперативно и эффективно реагировать на кризисные ситуации, возникающие в процессе транзита энергоносителей. При этом ее усовершенствование и адаптация к новым условиям Договора к Энергетической Хартии должны осуществляться с учетом принципов, изложенных в «Концептуальном подходе к новой правовой базе международного сотрудничества в сфере энергетики», предложенном Россией.

3. Правовая база международных проектов по транзиту энергоносителей, сопровождающихся созданием новых инфраструктурных объектов, на современном этапе представляет собой: во-первых, правовое урегулирование отношений между Сторонами (Правительствами); во-вторых, между Сторонами и Участниками (Правительствами и Компаниями); в-третьих, между Участниками (Компаниями).

4. Соглашения в сфере транзита энергоносителей должны четко регламентировать следующие три ключевых вопроса:

- равный учет интересов всех сторон в сфере транзита, то есть государства-поставщика, государства-транзитера и государства-потребителя, с предоставлением каждому из них соответствующих правовых гарантий, включая надежность спроса, транзита и предложения;

- соответствующие гарантии правительств по обеспечению осуществления проекта по транзиту энергоносителей и их соответствующая правовая ответственность;

- эффективный механизм разрешения споров, а также оперативного реагирования на чрезвычайные ситуации, возникающие в процессе транзита энергоносителей.

5. Для создания наиболее эффективного механизма урегулирования споров в межправительственных соглашениях по транзиту энергоносителей необходим комплексный подход, сочетающий в себе практически все средства, рекомендуемые в ст. 33 Устава ООН, такие как переговоры, обследование (специальная группа мониторинга), посредничество (мировые посредники), примирение (совместная комиссия) и арбитраж. Однако с учётом специфики объекта сотрудничества приоритетное значение преобратают иные меры, такие как меры раннего предупреждения чрезвычайных ситуаций и согласованный план совместных действий для быстрого реагирования в случае их возникновения.

6. Тот факт, что по урегулированию проблем транзита энергоносителей отсутствует такой договор, в котором участвуют Россия и обе Кореи вместе, не может служить помехой для реализации Российско-корейского трансграничного газопроводного проекта, так как в принципе уже имеются основные двусторонние правовые базы для экономического сотрудничества между государствами участниками проекта. Иными словами, с международно-правовой точки зрения на данный момент явной преграды для осуществления данного проекта не существует.

7. Для успешной реализации поставок российского газа в Республику Корея транзитом через КНДР желательно предпринять следующие меры правового характера:

1) заключить межправительственное трехстороннее рамочное соглашение в формате Россия – КНДР – Республика Корея;

2) заключить межправительственные двусторонние соглашения в форматах Россия – Республика Корея (по поводу поставки) и Россия – КНДР (по поводу транзита);

3) создать на трехсторонней основе совместное предприятие для строительства и эксплуатации трубопровода;

4) создать меры раннего предупреждения кризисных ситуаций, например, как Совместную комиссию, в которую бы входили представители России, Республики Корея и КНДР;

5) создать комплексные меры для эффективного урегулирования споров, в том числе специальную группу экспертов, которая представит объективный отчет об обстановках.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что в нем содержится большой фактический материал, на основе которого был проведен анализ и сделаны соответствующие выводы. Содержащиеся в работе положения могут быть использованы:

- при дальнейшем рассмотрении международно-правовых вопросов урегулирования проблем транзита энергоносителей по проекту поставок газа из России в Республику Корея;

- в плане оказания помощи специалистам, занимающимся проблемами международно-правового регулирования транзита энергоносителей по проекту поставок газа из России в Республику Корея;

- в научно-исследовательской деятельности и учебном процессе МГИМО (У) МИД России и других учебных заведениях, готовящих юристов-международников.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации изложены в опубликованных работах. Диссертация обсуждена на заседании кафедры международного права Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России.

Структура работы определяется целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и библиографии.

Основное содержание диссертации

Во введении обосновывается актульность темы диссертации, ставятся цели и задач и исследования, определяются его объект, предмет, методологические и теоретические основы, аргументируется научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, излагаются основные положения, выносимые на защиту.

Глава 1 «Общие международно-правовые основы транзита энергоносителей на современном этапе» состоит из трёх параграфов.

В первом параграфе «Понятие, принципы и общие международно-правовые основы транзита товаров» изучаются многосторонние международные соглашения, такие как Барселонская Конвенция о свободе транзита 1921 года, Соглашение о Всемирной торговой организации, в которых установлены понятия и прниципы, применяемые к транзиту товаров.

Показывая, что существуют различные виды транзита и раскрывая их общие принципы, автор утверждает о существовании самостоятельного института международного права – права транзита, или права прохода через иностранную территорию. Однако автор подтверждает, что право прохода через иностранную территорию, несмотря на многие нюансы, в различных случаях носит, в основном, договорной характер. Следовательно, для обеспечения и надежного функционирования международных транзитных машрутов необходимо формирование соответствующей международно-правовой базы не только на двусторонней, но и на многосторонней основе.

При этом автор подчеркивает, что неукоснительное соблюдение принципа территориального суверенитета является тем, на чем основано правовое регулирование этого вопроса. Своего рода противовесом ему является другой общепризнанный принцип международного сотрудничества – принцип свободной торговли и вытекающий из него принцип свободы транзита. Нахождение баланса между ними является важнейшим условием эффективности международных договоров по транзиту.

Во втором параграфе «Правовые особенности транзита энергоносителей как товара особого рода» рассматриваются вопросы, связанные с Договором к Энергетической Хартии.

Энергоносители как товар в международных торгово-экономических отношениях, вне всяких сомнений, обладают своей, присущей только им, спецификой, которая выражается в некоторых дополнительных инструментах регулирования по сравнению с другими категориями товаров. Транзит углеводородов представляет собой один из важнейших факторов международного сотрудничества в энергетической сфере, который нуждается в четком и эффективном правовом регулировании.

Договор к Энергетической Хартии - это соглашение о правилах международного сотрудничества в области торговли энергоносителями, их транзита и инвестиций в сфере энергетики. Он содержит обязательства предоставлять иностранным инвесторам те же условия, что и собственным производителям, в частности, недискриминационный доступ к своим трубопроводным системам.

В третьем параграфе «Недостатки и пути модернизации действующих международно-правовых институтов в сфере транзита энергоносителей» рассматривается вопрос о необходимости пересмотра Договора к Энергетической Хартии.

По распространенному мнению экспертов в области энергетики России и ЕС, Договор к Энергетической Хартии не является совершенным документом с юридической точки зрения, так как содержит ряд «неясностей», которые могут потенциально оказывать неблагоприятное влияние на энергетический сектор. Также в ДЭХ отсутствуют механизмы обеспечения исполнения странами-членами принятых на себя обязательств, быстрого и эффективного многостороннего предупреждения и разрешения чрезвычайных ситуаций в энергетике, быстрых и эффективных санкций за нарушение положений ДЭХ.

Представляется, что отсутствие в ДЭХ положений, регулирующих порядок преодоления кризисных ситуаций, прежде всего в области транзита энергоносителей, является его главным правовым пробелом.

При этом усовершенствование и адаптация к новым условиям ДЭХ должны осуществляться с учетом принципов, изложенных в «Концептуальном подходе к новой правовой базе международного сотрудничества в сфере энергетики», предложенном Россией.

«Концептуальный подход» содержит принципы, на которых в дальнейшем будет строиться энергетическая дипломатия России, в том числе ее отношения с иностранными партнерами в сфере транзита энергоносителей. Документ содержит приложение 1  «Элементы соглашения о транзите», согласно которому интегральной частью новой системы документов должно стать новое соглашение о гарантиях транзита энергетических материалов и продуктов, включающее в качестве неотъемлемой части договор, устанавливающий процедуру преодоления чрезвычайных ситуаций в данной сфере.

Закрепление указанных положений в соглашениях о транзите должно свести к минимуму возможность различного рода злоупотреблений, недобросовестной конкуренции, а также прерывание или изменение условий транзита в одностороннем порядке по политическим или экономическим причинам.

Глава 2 «Международно-правовое обеспечение реализации проектов в процессе многостороннего и двустороннего сотрудничества государств в рамках конкретных проектов по транзиту энергоносителей» состоит из трёх параграфов.

       В первом параграфе «Правовая характеристика многостороннего сотрудничества в области транзита энергоносителей» изучаются межправительственные соглашения по многосторонним проектам по транзиту энергоносителей для того, чтобы установить наиболее эффективные положения рассматриваемых соглашений, которые могут быть использованы в проекте с участием России и Республики Корея. С этой целью автор провел анализ особенностей юридических документов по реализации проектов нефтепровода Бургас – Александруполис, нефтепровода Баку – Тбилиси – Джейхан (БТД), и газопровода Туркменистан - Узбекистан - Казахстан – Китай.

В первых двух проектах заключено «зонтичное соглашение» (Umbrella Treaty), из которого вытекают соответствующие юридические документы слудующего этапа для реализации проекта, а в последнем – нет. Вместо него Китайской стороной были заключены отдельные двусторонние соглашения со всеми странами транзита (Узбекистан, Казахстан). В отличие от предыдущих двух примеров, Туркмено-китайский газовый проект продемонстрировал нам свой подход к многостороннему сотрудничеству по трансграничным трубопроводам, путем заключения множества двусторонних соглашений. Такой подход может оказаться более эффективным в том случае, когда страны участники проекта вместе не могут найти общего языка по различным причинам.

По упомянутым трём проектам изучены следующие межправительственные соглашения:

- «Соглашение между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Болгарии и Правительством Греческой Республики о сотрудничестве при сооружении и эксплуатации нефтепровода Бургас – Александруполис» 2007 г.;

- «Межправительственное Соглашение между Азербайджаном, Грузией и Турцией» 1999 г.;

- «Генеральное Межправительственное Соглашение об осуществлении проекта  по Туркменистано-Китайскому газопроводу и продаже природного газа из Туркменистана в Китайскую Народную Республику» 2006 г.; и

- «Соглашение между Правительством Республики Казахстана и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве в строительстве и эксплуатации газопровода Казахстан – Китай».

Несмотря на то, что существует множество вопросов, связанных с транзитом энергоносителей, регулируемых этими соглашениями, анализ правового аспекта этих проектов в данной диссертации охватывает лишь самые важные для обеспечения стабильного транзита вопросы, такие как:

- правовая структура проекта, то есть назначение правительствами уполномоченных организаций в качестве исполнителей проекта;

- вопрос ответственности правительств по обязательствам своих уполномоченных организаций;

- механизм разрешения споров, исходя из выше сказанной правовой структуры;

- совместная комиссия (или мониторинговая комиссия) как механизм досудебного разрешения  конфликтной ситуации, и её адекватная роль и полномочия;

- совместное предприятие (международная проектная компания) как правовой инструмент для реализации договоренностей государств-участников проекта.

Кроме этого, автор обратил внимание на одну интересную правовую особенность межправительственных соглашений по проектам трансграничных трубопроводов. Межправительственные соглашения устанавливают две категории субъектов – «стороны» и «участники» проекта. Под первыми понимаются государства в лице своих правительств и уполномоченных органов, под вторыми – национальные хозяйствующие субъекты, занимающиеся непосредственной реализацией проекта. Стороны являются субъектами международного права, участники – нет. Именно стороны наделяют участников соответствующими полномочиями и определяют степень их самостоятельности на стадии реализации проекта. Однако следует отметить, что в предложенных примерах, стороны не несут ответственности по обязательствам участников, но принимают все допустимые меры с целью того, чтобы последние выполняли свои обязательства по проекту.

Во втором параграфе «Правовая характеристика двустороннего сотрудничества государств в области транзита энергоносителей» изучаются различные двусторонние межправительственные соглашения.

Все двусторонние соглашения по транзиту энергоносителей автор условно разделил на две группы:

- соглашения, заключаемые государствами с целью реализации конкретных проектов по транзиту энергоносителей, то есть создания и совместной эксплуатации новых энергетических инфраструктурных объектов;

- соглашения, заключаемые с целью предоставления государствами друг другу уже функционирующих инфраструктур для транзита энергоносителей на условиях взаимности.

Примерами первого вида соглашений являются Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь «О поставке российского природного газа в Республику Беларусь и создании системы транзитных газопроводов на территории Республики Беларусь» 1994 года и Соглашение между Казахстаном и Китаем «О сотрудничестве в строительстве и эксплуатации газопровода Казахстан – Китай» 2007 года. Для реализации таких проектов, как правило, создается совместное предприятие с участием национальных хозяйствующих субъектов, в собственности которого находится соответствующий трубопровод.

Второй вид соглашений представлен значительным количеством договоров как между государствами СНГ.

Среди таких договоров можно отметить следующие соглашения:

-  соглашения «О гарантиях транзита российского естественного газа через территорию Украины» 2000 г., «О дополнительных мерах по обеспечению транзита российского естественного газа территорией Украины» от 4 октября 2001 г.;

       - Договор между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой о транзите азербайджанской нефти через территорию Российской Федерации 1996 г.;

       - Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Казахстан о сотрудничестве и развитии топливно-энергетических комплексов 1993 г. (статья 10);

       - Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Туркменистана о сотрудничестве в нефтяной и газовой отраслях1995 г. (статья 5) и др.

Часть таких соглашений посвящена непосредственно транзиту энергоносителей, однако некоторые из них регулируют общие вопросы межгосударственного энергетического сотрудничества, в том числе и вопросы транзита в отдельных статьях.

       Автор обратил внимание на то, что только межправительственные соглашения являются источником международного права, а основанные на них контрактные отношения между национальными компаниями, участвующими в проектах по транзиту, относятся уже к области международного частного права, то есть имеют гражданско-правовую сущность. Поэтому для избежания путаницы необходимо чётко устанавливать юридическую взаимосвязь между межправительственным соглашением и контрактами хозяйствующих субъектов. 

В процессе рассмотрения различных межправительственных соглашений по трансграничным трубопроводам, установлены следующие особенности:

во-первых, при реализации проектов, сопровождающих создание новых инфраструктур, часто наблюдается трехуровневая система заключения юридических документов.

На первом уровне присутствует межправительственное соглашение, устанавливающее общие принципы сотрудничества. Второй уровень - это соглашение о транзите и/или инвестиционное соглашение, заключаемые между правительствами государств – с одной стороны, и соответствующей международной компанией – с другой (совместное предприятие или консорциум), создаваемой договаривающимися государствами (иногда вообще без участия государств) для реализации конкретного проекта. Третий уровень – это правоотношения между хозяйствующими субъектами договаривающихся сторон, возникающие в связи с реализацией соответствующего межправительственного соглашения, то есть в связи с созданием и деятельностью международной компании и/или куплей-продажей энергоносителей;

во-вторых, в качестве способов урегулирования споров в большинстве перечисленных соглашений предлагались «переговоры» и «консультации». Однако положения Соглашения по нефтепроводам «Баку-Тбилиси-Джейхан» и Соглашения между Россией и Азербайджаном по транзиту отсылают к механизму ДЭХ;

в-третьих, анализируя содержание соглашений, в целом можно отметить, что вопросы, регулирующие транзит энергоносителей, касаются разных сфер, в том числе создания совместного предприятия, строительства, эксплуатации, определения транзитного тарифа, совместной комиссии как механизма контроля риска,  механизма разрешения споров и других. По свойствам проектов и взаимоотношениям сторон в каждом соглашении встречались весьма специфические и своеобразные положения. Сфера регулируемых вопросов различалась по каждому межправительственному соглашению, а конкретность урегулирования также была разного уровня. Поэтому общих подходов в межправительственных соглашениях нет. Однако наиболее удачные формулировки положений по отдельным вопросам помогут нам создать более надежный юридический механизм для Российско-корейского газопроводного проекта.

Третий параграф «Правовые основы урегулирования споров и меры раннего предупреждения кризисных ситуаций» посвящен поискам эффективных способов урегулирования споров по транзиту энергоносителей.

Правовая процедура урегулирования споров является одним из важнейших элементов правоотношений в сфере транзита энергоносителей. От эффективности ее механизмов напрямую зависит надежность и бесперебойность функционирования транзитных маршрутов.

Большинство межправительственных соглашений по транзиту энергоносителей в части урегулирования споров содержит нормы, предусматривающие использовать переговоры и консультации, зачастую ограничиваясь лишь этим. Однако некоторые соглашения содержат условия, по которым в случае неэффективности упомянутых средств урегулирования стороны могут использовать другие процедуры, предусмотренные международным правом.

Изучив различные межправительственные соглашения по транзиту энергоносителей в части урегулирования споров и «Меморандум о механизме раннего предупреждения в сфере энергетики в рамках Энергодиалога Россия-ЕС» 2009 г. автором предложено, что следует более скрупулезно и детально подходить к данному вопросу именно на уровне межправительственных соглашений. Особенно важными представляются поиски различных эффективных способов разрешения споров по транзиту энергоносителей в досудебном порядке. Это вызвано тем, что разрешение споров в суде предусматривает более длительную по времени процедуру.

Проблема заключается в том, что вопрос транзита энергоносителей является весьма специфическим и нуждается в самом быстром решении, так как в противном случае причиняемый ущерб каждой из сторон, даже за короткий срок, может быть очень серьезным. Поэтому важно сделать так, чтобы большинство вопросов по конфликту не проходило процедуру разрешения споров, а решалось оперативно и в более упрошённом порядке.

При этом автор показал, что в принципе возможно создавать механизм, сочетающий в себе все позитивные элементы: и комиссии по соглашению по трубопроводам «Баку-Тбилиси-Джейхан», и группы экспертов по «Меморандуму» России и ЕС.

Например, в рамках совместной комиссии создать постоянную рабочую группу экспертов с аналогичными функциями, как у группы экспертов механизма раннего предупреждения в «Меморандуме» России и ЕС. Вместе с этим можно создать специальную группу мониторинга, которая будет заниматься изучением и фиксацией обстановки в случае возникновения чрезвычайной ситуации для подготовки объективного отчета.

Поскольку в любом разбирательстве самый сложный момент всегда заключается в выяснении истинной природы вещей, тем более, если речь идет о газовом конфликте, достаточно трудно, спустя некоторое время, доказывать имевшие место факты. Поэтому отчет независимых и авторитетных экспертов о зафиксированных обстоятельствах и фактах сможет служить ускорению разбирательства и принятию наиболее справедливого арбитражного решения. Такой отчет группы экспертов мониторинга также сможет представляться совместной комиссии для более предметного обсуждения ситуации, что позволит не доводить дело до арбитража.

Подводя итоги, автор подчеркивает, что для создания наиболее эффективного механизма урегулирования споров в межправительственных соглашениях по транзиту энергоносителей необходим комплексный подход, сочетающий в себе практически все средства, рекомендуемые в ст. 33 Устава ООН, такие как переговоры, обследование (специальная группа мониторинга), посредничество (мировые посредники), примирение (совместная комиссия) и арбитраж. Однако с учетом специфики объекта сотрудничества преоритетное значение приобретают иные меры, такие как меры раннего предупреждения чрезвычайных ситуаций и согласованный план совместных действий для быстрого реагирования в случае их возникновения.

Глава 3 «Международно-правовые подходы к решению проблем реализации проекта поставок газа из России в Республику Корея транзитом через КНДР» состоит из трёх параграфов.

В первом параграфе «Правовые основы двустороннего сотрудничества Российской Федерации и Республики Корея в сфере энергетики как материальные предпосылки реализации проекта» изучаются соответствующие документы по проекту и их основное содержание.

3  сентября 2007 года приказом Министерства промышленности и энергетики РФ утверждена «Программа создания в Восточной Сибири и  на  Дальнем Востоке единой системы добычи, транспортировки газа и газоснабжения с учетом возможного экспорта газа на рынки Китая и других стран Азиатско-Тихоокеанского региона (Восточная газовая программа)». Сотрудничество с Республикой Корея и другими странами АТР представляется одним из важнейших элементов эффективной реализации данной Программы.

17 октября 2006 года в г. Сеуле (Республика Корея) было подписано соглашение между Правительством РФ и Правительством Республики Корея «О сотрудничестве в области газовой промышленности», в соответствии с которым ОАО «Газпром» и Корейская Национальная Газовая Корпорация «Kogas» были назначены уполномоченными организациями по вопросам организации поставок природного газа из России в Республику Корея. При этом следует отметить, что данный договор является своего рода продолжением заключенного ранее Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Корея о сотрудничестве в отраслях топливно-энергетического комплекса от 10 октября 2000 года.

       29 сентября 2008 года «Газпром» и «Kogas» подписали Меморандум о взаимопонимании по поставкам природного газа из России в Республику Корея, а 23 июня 2009 года между ними было подписано Соглашение по исследованию проекта поставок российского газа в Республику Корея от конечной точки газопровода «Сахалин – Хабаровск – Владивосток». Данные документы были приняты на уровне хозяйствующих субъектов двух стран в развитие межправительственного соглашения «О сотрудничестве в области газовой промышленности» 2006 года. В статье 1 данного Соглашения установлены области, в которых будет осуществляться сотрудничество. Каждая из установленных областей сотрудничества так или иначе связана с реализацией интересующего нас проекта поставок газа, однако непосредственное отношение к данному вопросу имеют пункты 1), 3) и 10):

1) поставки трубопроводного природного газа из Российской Федерации в Республику Корея;

3) строительство, модернизация и техническая эксплуатация газопроводов, хранилищ газа и других объектов инфраструктуры газовой промышленности;

10) поставка природного газа конечным потребителям в Республику Корея и в третьи страны.

Второй параграф «Правовой анализ существующих предпосылок и нерешенных вопросов по двустороннему и трехстороннему сотрудничеству для реализации проекта» посвящён поискам возможности для транзита российского газа через территорию КНДР с точки зрения национального законодательства и международных договоров КНДР.

В 1998 году КНДР приняла дополнение к своей Конституции о том, что государство поощряет совместное и кооперативное предпринимательство учреждений, предприятий, организаций КНДР и юридических или частных лиц зарубежных стран (статья 37). После этого КНДР принимала определенные попытки для привлечения иностранных инвестиций, включая принятие и изменение необходимых законодательных актов. Однако до сих пор существуют множество неясностей и некоторая абстрактность (отсутствие конкретики) в предпринимательском праве в целом для того, чтобы возможно было осуществлять совместные проекты с иностранными партнерами. Поэтому при подготовке межправительственного соглашения по осуществлению рассматриваемого проекта будет необходимо предусмотреть обязательство КНДР по принятию специального закона относительно данного проекта, подобного уже принятым специальным законам «Об экономической торговой зоне Наджин-Сонвон» и «О промышленной зоне Кэсон».

В качестве договорной основы отношений России с КНДР, особенно в сфере экономического сотрудничества двух стран, можно отметить ряд соглашений. Среди них Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве 2000 г. является международно-правовой основой для реализации в будущем совместных проектов между двумя странами, в том числе в области энергетического сотрудничества. Статья 5 Договора отмечает, что: «Стороны будут оказывать активное содействие развитию торгово-экономических и научно-технических связей, создавая для этого благоприятные правовые, финансовые и экономические условия. В этих целях Стороны будут всемерно способствовать двустороннему сотрудничеству в хозяйственной сфере, и заключать отдельные соглашения, поощряющие инвестиции, в соответствии с национальным законодательством и общепризнанными принципами и нормами международного права».

Особое внимание уделено «Соглашению о поощрении и взаимной защите капиталовложений» 1996 г., которое было ратифицировано в 2006 году. В статье 3 Стороны закрепляют режим наибольшего благоприятствования, который должен быть предоставлен инвесторам. Важное положение содержится в статье 4 Соглашения, где оговорено, что капиталовложения инвесторов не будут национализированы или подвергнуты мерам, равным по последствиям национализации, за исключением случаев, когда такие меры принимаются в общественных интересах в установленном законодательством порядке, не являются дискриминационными и сопровождаются выплатой быстрой, адекватной и эффективной компенсации. Весьма подробно в Соглашении проработаны механизмы урегулирования возможных споров, закрепленные в статьях 6 и 8.

Исходя из анализа этих положений, автор подчеркнул, что рассматриваемое Соглашение содержит необходимые условия для защиты инвестиций, связанных с двусторонним экономическим сотрудничеством между Россией и КНДР, и при их соблюдении реализация проекта по транзиту российского газа через территорию КНДР представляется вполне осуществимой.

Проблема двустороннего сотрудничества Республики Корея и КНДР имеет многосторонные аспекты. Несмотря на сложные взаимоотношения между РК и КНДР, в случае согласования всех необходимых условий по транзитному проекту, маловероятно возникновение каких-либо международно-правовых сложностей с заключением трехстороннего соглашения как межправительственного. Будучи членами ООН, эти государства являются равноправными субъектами международного права, то есть, имеющими равное право на заключение подобных соглашений. Однако нельзя не отметить, что между двумя Кореями существует необычная международно-правовая проблема.

Дело в том, что в нынешней Конституции Республики Корея статья 3 говорит, что территорией Республики Корея является Корейский полуостров и прилегающие к нему острова. Под этой фразой корейская Конституция подразумевает, что КНДР является государством-самозванцем, которое незаконно занимает свою территорию.

Несмотря на напряженную ситуацию, с 1970-х годов были предприняты попытки наладить диалог между Югом и Севером Корейского полуострова, и принят ряд документов для развития отношений, в частности: Совместная Декларация от 4 июля 1972 года, Основное Соглашение между Югом и Севером 1991 года и Совместная Декларация от 15 июня 2000 года.

Хотя все эти документы носят политический, декларативный характер, их принятие сыграло позитивную роль в развитии диалога между сторонами, так как в этих документах стороны признают свое взаимное отношение как «особое и временно сложившееся в процессе объединения одной нации». Исходя из вышеизложенной ситуации, мнение у многих южнокорейских ученых сводится к тому, что в международных отношениях Южная и Северная Корея являются независимыми суверенными государствами, а с внутренней точки зрения стороны находятся в специфических отношениях.

В 1990 г. Республика Корея приняла Закон «Об обмене и сотрудничестве между Югом и Севером». Данный закон определяет Северную Корею как партнера, с которым можно и нужно сотрудничать, а также устанавливает ряд правил по сотрудничеству с ней. После введения данного закона в Республике Корея было принято около 20 исполнительных подзаконных актов, которые подробно регламентируют принципы по экономическому сотрудничеству КНДР.

Следует отметить, что в 2005 году в КНДР также был принят закон «Об экономическом сотрудничестве между Севером и Югом».

После официальной встречи глав Южной и Северной Кореи в 2000 г. Стороны заключили 4 значимых Соглашения. Таковыми являются: «Соглашение о защите инвестиций между Югом и Севером», «Соглашение об избежании двойного налогообложения на доходы между Югом и Севером», «Соглашение о процедуре разрешения коммерческих споров между Югом и Севером» и «Соглашение о ликвидации и расчете между Югом и Севером». Эти документы стали юридическим фундаментом для экономического сотрудничества двух стран, в том числе уже реализованного проекта инвестирования южнокорейских компаний в специальную промышленную зону Кэсон.

Третий параграф «Возможные пути международно-правового решения проблем реализации проекта поставок российского газа в Республику Корея транзитом через КНДР» посвящен предложению по ключевым правовым вопросам для обеспечению непрерывного транзита.

На данном этапе многие вопросы, непосредственно связанные с проектом, не урегулированы на международно-правовом уровне, что требует принятия дополнительного межправительственного соглашения по исследуемому проекту.

Что касается участия в процессе КНДР, то здесь возможны два варианта: либо КНДР является исключительно транзитным государством, со всеми вытекающими отсюда правами и обязанностями, либо она рассматривается в перспективе как потребитель российского газа.

По вопросам транзита российского природного газа Россия, Республика Корея и КНДР могут заключить трехстороннее рамочное соглашение, в котором будут учтены и согласованы отношения Сторон по всем ключевым вопросам функционирования транзитного газопровода, включая плату за транзит, вопросы обеспечения надежности и бесперебойности поставок, эффективную и исчерпывающую процедуру урегулирования возможных споров, а также создание совместного предприятия, если Стороны захотят этого.

Вместе с тем, необъходимо дополнительно заключить двусторонние соглашения в формате Россия – Республика Корея (по поводу поставки) и Россия – КНДР (по поводу транзита), в которых более детально будут отражены вопросы взаимодействия по конкретным аспектам. Таким образом, предполагается осуществлять международно-правовое обеспечение Проекта в сочетании двух форматов – трехстороннего и двустороннего. В данном процессе Россия может сыграть роль сближающего фактора, и в некотором роде посредника в отношениях между двумя Кореями по поводу реализации Проекта по транзиту.

Представляется, что при осуществлении рассматриваемого транзитного проекта среди них наиболее актуальными элементами могут быть следующие:

– обязательства сторон соглашения обеспечивать выполнение обязательств по транзиту своими субъектами;

– неприемлемость непредусмотренного транзитными договорами прерывания или сокращения транзита, а также вмешательства в транзитные потоки;

– систему органов (комиссий, формируемых на основе представительства сторон и авторитетных международных организаций), уполномоченных урегулировать чрезвычайные ситуации и действующих на принципах равноправного участия сторон;

– обязательность реагирования сторон на запросы партнеров и обязательства по обеспечению доступа экспертов сторон и органов по урегулированию конфликтов к транзитной инфраструктуре;

– предпочтительность дипломатических каналов урегулирования конфликтов перед судебным процессом с возможностью разрешения споров в соответствии с арбитражным регламентом Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ).

По поводу системы органов, уполномоченных урегулировать чрезвычайные ситуации, а также по вопросу обязательности реагирования сторон на запросы партнеров и обязательства по обеспечению доступа экспертов сторон и органов по урегулированию конфликтов к транзитной инфраструктуре, в первую очередь, можно ориентироваться на «Меморандум о механизме раннего предупреждения в сфере энергетики в рамках энергодиалога Россия – ЕС» (16 ноября 2009 года).

Диссертант утверждает, что в принципе, возможно, создать механизм, сочетающий в себе все позитивные элементы и комиссии по соглашению «Баку-Тбилиси-Джейхан» и групп экспертов по «Меморандуму» России и ЕС. В этой связи в диссертации предложено создать в рамках совместной комиссии постоянную рабочую группу экспертов, с аналогичными функциями как у группы экспертов механизма раннего предупреждения, а также создать специальную группу мониторинга, которая будет заниматься изучением и фиксацией обстановок в случае возникновения чрезвычайной ситуации для подготовки объективного отчета. Отчет независимых и авторитетных экспертов о зафиксированных обстоятельствах и фактах сможет служить ускорению разбирательства и принятию наиболее справедливого арбитражного решения. Такой отчет группы экспертов мониторинга также может быть представлен совместной комиссии для более предметного обсуждения по ситуации, что позволит сторонам не довести дела до арбитража.

За основу механизма урегулирования споров желательно взять процедуру, установленную в межправительственном Соглашении о поощрении и взаимной защите капиталовложений между Россией и КНДР 1996 года. Представленная там схема разрешения споров достаточно подробно регламентирует действия сторон в случае, если переговоры и консультации не привели к результату.

Касательно прочих способов для минимизации транзитного риска для обеспечения надежного и бесперебойного транзита, который должен быть огражден от влияния политических разногласий между сторонами, необходим такой механизм, который заставит транзитное государство добросовестно исполнять свои обязательства вне зависимости от отношений с государствами-партнерами. Если КНДР будет не только осуществлять транзит, но и потреблять российский газ, создать такой механизм будет гораздо проще.

Значит, в соглашении можно предусмотреть такое положение об автоматическом приостановлении подачи газа из страны-поставщика в страну-транзитёра в случае прерывания или сокращения транзита в страну–конечного покупателя со стороны транзитного государства. Необходимо отметить, что это осуществимо в случае, если КНДР будет не только транзитером, но и потребителем российского газа.

В таком случае необходимо разработать такой механизм, чтобы конфликт между Россией и КНДР не повлиял на поставки российского газа в Республику Корея. Подобная ситуация ущемляет интересы не только страны-потребителя, но и страны-поставщика из-за невыполнения своих договорных обязательств. В этой связи автор предлагает включить в соглашение условие, согласно которому в случае прерывания транзита газа не по причине договорных отношений между Россией с Республикой Корея, Россия поставляет СПГ (сжиженный природный газ) с Сахалина в качестве временной замены. Хотя это - не совсем юридический способ, тем не менее, он будет эффективным и осуществимым при нынешних условиях, так как на данный момент российский СПГ поставляется в Республику Корея. Такая возможность также позволит ограничить амбиции страны-транзитера в плане использования транзита как рычага давления в экономической или политической области. Данное условие может быть упомянуто и в двустороннем, и трехстороннем соглашении.

Вопрос правового обеспечения защиты инвестиций может урегулироваться на тех принципах, отраженных в «Соглашении о поощрении и взаимной защите капиталовложений» России и КНДР 1996 г. При этом автор отмечает, что данное положение в плане жесткости формулировок по защите инвестиций уступает подобному положению в Соглашении между Россией и Белорусией, в котором категорически исключается возможность национализации, конфискации и ликвидации имущества Газпрома на территории Белоруси в любой форме. Ели стороны смогут достигнуть к договоренности о таком принципе, желательно оставаться на Российско-белорусском варианте.

За основу структуры соглашения для рассматриваемого проекта можно взять типовое межправительственное соглашение, разработанное Секретариатом Энергетической Хартии, так как его договорная структура исчерпывающая. Оно содержит широкий спектр вопросов между государствами участниками проекта по трансграничным трубопроводам.

Так как типовое межправительственное соглашение преследует цель оказания содействия в проведении переговоров по конкретным проектам, устанавливая нейтральные и необязательные исходные точки для переговорного процесса, полагается, что данное типовое соглашение также сможет послужить исходной точкой для переговоров по Российско-Корейскому газопроводному проекту.

В целом многие положения данного типового соглашения такие как, статья 3 «Об отсутствии противоречий с настоящим договором», статья 6 «Права на землю» и статья 13 «Налоги» возлагают повышенную ответственность государства за широкий круг вопросов. В этой связи автор утверждает, что это является необходимым условием для проекта, так как без подобных гарантий вряд ли сможет осуществляться такой капиталоёмкий долгосрочный проект.

Исходя из специфического характера рассматриваемого проекта, автор предлагает включить в Соглашение по нашему проекту положение статьи 15 типового соглашения «Неподверженности любым пограничным или территориальным спорам». Между Республикой Корея и КНДР сухопутные границы были установлены по «Соглашению по приостановлению войны» 1953 года. Однако до сих пор локальные военные конфликты на территориальном море не редко возникают и моментально влияют на экономическое сотрудничество между Республикой Корея и КНДР. 

Принимая во внимание, что проект трансграничных трубопроводов, особенно, когда он основан на строительстве новой инфраструктуры, рассчитывается минимум на 50 лет, также принимая во внимание весьма динамичную политическую ситуацию на Корейском полуострове, необходимо включить данное положение статьи 16 «Правопреемства государств» в межправительственное Соглашение по нашему проекту.

Также важным положением, которое необходимо учесть в будущем соглашении по рассматриваемому проекту является вопрос «ответственности» Государства. Сравнивая положение статьи 18 Типового соглашения  с положениями различных межправительственных соглашений, автор рассматривает положение в Соглашении по Китайско-Туркменскому газопроводу в качестве самой удачной формулировки: «стороны могут назначать соответствующие институты, органы, или компании и поручать им выполнять за них свои обязательства по настоящему Соглашению. Однако это не освобождает Сторону от выполнения обязательства, установленного по Соглашению». Данный подход позволит не нагружать межправительственные отношения обязательствами хозяйствующих субъектов, и одновременно предоставляет инвесторам (или хозяйствующим субъектам) необходимую гарантию со стороны правительства.

Кроме этого, в Типовом межправительственном соглашении встречаются и другие полезные положения. Однако каждое из них требует нашего творческого подхода к оптимальному решению вопросов.

В заключении изложены необходимые меры правового характера, которые нужно предпринять для успешной реализации поставок российского газа в Республику Корея транзитом через КНДР:

1) заключить межправительственное трехстороннее зонтичное соглашение в формате Россия – КНДР – Республика Корея;

2) заключить межправительственные двусторонние соглашения в форматах Россия – Республика Корея (по поводу поставки) и Россия – КНДР (по поводу транзита);

3) создать на трехсторонней основе совместное предприятие для строительства и эксплуатации трубопровода;

4) создать меры раннего предупреждения кризисных ситуаций, например совместную комиссию, в которую бы входили представители России, Республики Корея и КНДР.

5) создать комплексные меры для эффективного урегулирования споров, в том числе специальную группу экспертов, которая представит объективный отчет об обстановках.

Основные положения диссертации были отражены в статьях автора:

  1. Ли Юджин. Правовые основы по урегулированию споров и меры раннего предупреждения кризисных ситуаций // Государство и право No.6  Июнь 2011– 0,8 п.л. (научный журнал входит в перечень ВАК);
  2. Ли Юджин. Недостатки и пути модернизации действующих международно-правовых основ в сфере транзита энергоносителей // Нефть.Газ и Бизнес, Дек.2010 – 0,7 п.л. (научный журнал входит в перечень ВАК);
  3. Ли Юджин. Международно-правовые подходы к решению проблем реализации проекта поставок газа из России в Республику Корея // НефтьГазПраво. Янв. 2011 – 0,8 п.л.





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.