WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

КЕКЛИС Александр Юрьевич

ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ОХРАННОГО ОТДЕЛЕНИЯ
ПО БОРЬБЕ С ТЕРРОРИЗМОМ
(историко-правовой аспект)

Специальность 12.00.01 теория и история права и государства;
история учений о праве и государстве

Автореферат
диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Санкт-Петербург – 2012

Работа выполнена на кафедре теории и истории государства и права ФГКВОУ ВПО «Санкт-Петербургский военный институт внутренних войск
Министерства внутренних дел Российской Федерации»

Научный руководитель:

Стремоухов Александр Алексеевич,

кандидат юридических наук, доцент

Официальные оппоненты:

Нижник Надежда Степановна, доктор юридических наук, профессор; ФГКОУ ВПО «Санкт-Петербургский университет Министерства внутренних дел Российской Федерации» / профессор кафедры теории государства
и права;

Сафонов Александр Александрович, доктор юридических наук, доцент; ФГАОУ ВПО «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» / профессор кафедры теории права и сравнительного
правоведения.

Ведущая организация:

ФГБОУ ВПО «Курский государственный университет».

Защита состоится 30 мая 2012 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета Д 203.012.01, созданного на базе Санкт-Петербургского университета МВД России, по адресу: 198206, г. Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д. 1.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Санкт-Петербургского университета МВД России.

Автореферат разослан 28 апреля 2012 г.

Учёный секретарь

диссертационного совета Д 203.012.01

кандидат юридических наук, доцент       Н.И. Карчевская

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ




Актуальность темы исследования обусловлена исключительной научно-практической значимостью вопросов, связанных с оптимизацией государственной политики в сфере противодействия терроризму, который в настоящее время вызывает серьезную озабоченность мировой общественности, руководителей нашей страны и всех российских граждан1. При этом на общем фоне увеличения разнообразия и изощренности способов террористической деятельности, все очевиднее становится факт, что истоки многих современных проблем следует искать в нашей истории. В связи с этим особое внимание привлекает к себе опыт работы специальных служб дореволюционной России по противодействию терроризму в целом и борьбе с проявлениями террористической деятельности в столице российского государства.

Санкт-Петербург являлся центром политической и общественной жизни Российской империи, крупным индустриальным городом, в котором во второй половине XIX в. располагались все высшие органы государственной власти, проживала царская семья и первые должностные лица государства. Не случайно, что активность террористов находила здесь максимальное выражение и требовала пристального внимания со стороны правоохранительных органов. Убийства императора Александра II, его сына – московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича, министров внутренних дел Д. С. Сипягина и В. К. Плеве, уфимского губернатора Н. М. Богдановича и других представителей государственной власти2 заставляли искать новые формы и методы противодействия терроризму. Поэтому закономерным можно рассматривать создание в Санкт-Петербурге уникальной системы безопасности, имевшей сложную, многоуровневую и полифункциональную структуру, элементами которой являлись разнообразные правоохранительные органы, включая Санкт-Петербургское охранное отделение. В этой связи исследование вопросов, касающихся организации и деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом, должно расширить представления о формах и методах противодействия терроризму, об эффективности принимаемых правительством мер по стабилизации внутриполитической ситуации в стране.

Изложенные обстоятельства актуализируют проблему историко-правового исследования организационно-правовых основ деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом, предопределяют выбор темы и хронологических рамок настоящего исследования.

Степень разработанности проблемы. Диссертационная проблематика охватывает широкий круг вопросов, связанных с организацией и функционированием Санкт-Петербургского охранного отделения, которые до настоящего времени специальным предметом научного исследования в отечественной историко-правовой науке не являлись. Объясняется такая ситуация прежде всего секретностью деятельности охранного отделения и сведений о его структуре и особенностях функционирования. Однако отдельные вопросы, касающиеся деятельности охранных отделений в Российской империи, нашли свое отражение в исследованиях ученых-историков, юристов, социологов, политологов.

В историографии деятельности охранных отделений Российской империи условно можно выделить несколько этапов:

1) февраль 1917 г. – начало 1920-х годов: с доступностью для исследователей архивных материалов (после Февральской революции 1917 г.) появились единичные работы о деятельности охранных отделений (А. Волков, В. Б. Жилинский, В. Я. Ирецкий, А. Красный, М. А. Осоргин, П. Пильский, С. Б. Членов), особенностью которых была ярко выраженная направленность на дискредитацию царского правительства и констатацию преступного характера деятельности исследуемых учреждений;

2) начало 1920-х – начало 1930-х годов: несмотря на расширение источниковой базы исследований, в том числе публикацию мемуаров руководителей политического сыска, эмигрировавших из России (П. П. Заварзин, А. И. Спиридович, А. В. Герасимов, К. И. Глобачев), малочисленные исследования, затрагивавшие деятельность политической полиции, оставались идеологически ангажированными, далекими от объективной оценки работы охранных отделений;

3) 1930-е – 1950-е годы: публикации, посвященные каким-либо аспектам деятельности политической полиции Российской империи, отсутствовали (можно предположить, из-за негласного запрета на исследования данной проблематики3);

4) 1960-е – 1990-е годы: введение в научный оборот архивных материалов и их изучение, прежде всего сотрудниками учреждений, подведомственных МВД СССР, способствовало исследованию методов деятельности Департамента полиции, в том числе по борьбе с терроризмом (Р. С. Мулукаев, Д. И. Шинджикашвили). Несмотря на то, что возможности ученых ограничивались политическими и ведомственными соображениями, существенный вклад в формирование научных представлений об административно-карательном аппарате самодержавия внесли П. А. Зайончковский и его ученик Н. П. Ерошкин, Л. И. Тютюнник, З. И. Перегудова. Появились диссертационные работы, посвященные функционированию охранительных органов Российской империи, деятельности центральных учреждений, роли политической полиции в системе органов Министерства внутренних дел (А. А. Миролюбов, Ю. И. Овченко, А. Е. Скрипилев). Расширился спектр исследуемых вопросов, большое значение среди которых имели противостояние революционных партий и органов политической полиции (Н. Н. Ансимов, А. П. Кознов, Б. К. Эренфельд), методы борьбы органов политического сыска с революционным движением (З. И. Перегудова).

Диссертационная проблематика нашла некоторое отражение и в зарубежной историографии. Отдельные вопросы организации и функционирования охранных отделений Российской империи исследовали J. W. Daly, N. Schleifmann, F. S. Zuckerman4.

5) 2000-е годы – настоящее время: история политического сыска и деятельность правоохранительных органов дореволюционной России по борьбе с терроризмом нашли отражение в исследовательских трудах Ч. Н. Ахмедова, О. Г. Бодуновой, Ю. Л. Дудченко, С. Н. Жарова, Д. В. Жесткова, Т. Б. Иса-евой, П. А. Казанцева, Н. Д. Литвинова, Ф. М. Лурье, Н. С. Нижник, А. В. Осипова, З. И. Перегудовой, Е. И. Щербаковой и др. Деятельности по борьбе с терроризмом Московского охранного отделения посвящены работы И. Н. Горба-чевой и И. В. Попова.

Таким образом, несмотря на многолетний интерес ученых к истории политической полиции Российской империи, вплоть до настоящего времени работы, непосредственно обращенные к историко-правовому анализу организационно-правовых основ деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом, отсутствуют.

Данная диссертация направлена на восполнение этого пробела.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в процессе противодействия терроризму, с акцентированием внимания на участии в этом процессе органов политической полиции. Предмет исследования образуют: законодательство Российской империи второй половины XIX – начала XX в., закреплявшее основные направления деятельности политической полиции как элемента механизма обеспечения государственной безопасности; нормативные акты, регламентировавшие организацию и функционирование Санкт-Петербургского охранного отделения; деятельность Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом.

Цель и задачи исследования. Целью исследования является комплексный историко-правовой анализ содержания и правовой регламентации деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом.

Достижение цели исследования предполагает решение следующих
задач:

– уточнить содержание понятия «государственные преступления», закрепленного в законодательстве Российской империи, раскрыть его сущностную взаимосвязь с такими понятиями как «терроризм», «террористическая деятельность», «террористический акт»;

– определить роль и место охранных отделений в механизме противодействия терроризму в России в конце ХIХ – начале ХХ в.;

– выявить нормативные основания организации и функционирования охранных отделений в Российской империи;

– охарактеризовать нормативно-правовое обеспечение деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом в конце ХIХ – начале ХХ в.;

– раскрыть особенности организационного построения и кадрового обеспечения Санкт-Петербургского охранного отделения в конце ХIХ – начале ХХ в.;

– исследовать содержание и правовое обеспечение деятельности Отделения для производства дел по охранению общественного порядка и спокойствия в Санкт-Петербурге при Управлении Санкт-Петербургского обер-полицмейстера (градоначальника);

– определить возможности использования российскими правоохранительными органами опыта, накопленного Санкт-Петербургским охранным отделением по борьбе с терроризмом.

Хронологические рамки диссертационного исследования определяются временем существования Санкт-Петербургского охранного отделения и обусловлены попыткой проведения комплексного исследования его деятельности по борьбе с терроризмом. Исследование охватывает вторую половину XIX – начало XX в. Верхняя хронологическая грань определена 4 апреля 1866 г. – днем первого покушения на императора Александра II, которое послужило толчком к реформированию правоохранительной системы Санкт-Петербурга и созданию 19 сентября 1867 г. Санкт-Петербургского охранного отделения. Нижняя хронологическая грань определена 27 февраля 1917 г., когда в ходе Февральской революции Санкт-Петербургское охранное отделение прекратило свое существование.

Методологическая основа исследования. Для рассмотрения явлений, событий и фактов в их развитии, взаимосвязи и взаимообусловленности использовался метод материалистической диалектики. Логический метод был использован при исследовании наиболее значимых событий, повлиявших на организацию деятельности охранных отделений в их последовательности и причинно-следственной связи. Системно-структурный подход способствовал научному познанию объекта исследования как единой системы и выделению в его структуре взаимодействующих элементов. Исторический метод был использован при раскрытии конкретно-исторических причин политико-правовых явлений, оказавших воздействие на устройство Санкт-Петербургского охранного отделения. На основе сравнительно-правового метода выявлено соотношение сходства и различий нормативных правовых актов, регламентировавших деятельность Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом.

Изучение проблемы обусловливалось применением принципов объективности, конкретности, восхождения от единичного к общему, единства качественных и количественных характеристик, критического анализа.

Методология исследования определялась также использованием субстанционального подхода, раскрывающего сущностные признаки рассматриваемых в диссертации правовых явлений, а также институционально-функционального подхода, акцентирующего внимание на структурных и процессуальных (функциональных) аспектах исследуемых явлений.

Теоретическую основу исследования составили научные труды отечественных ученых-юристов и зарубежных исследователей, посвященные анализу феномена «терроризм» (У. С. Алиев, Ю. М. Антонян, О. В. Будницкий, В. П. Емельянов, А. И. Долгова, К. В. Жаринов, С. И. Илларионов, В. В. Кафтан, Н. Д. Литвинов, В. В. Лунев, В. В. Мальцев, А. К. Микеев, С. Ф. Милюков, Г. М. Миньковский, Г. В. Овчинникова, Д. В. Ольшанский, В. Е. Петрищев, В. И. Попов, В. П. Ревин, К. Н. Салимов, А. В. Федоров и др.) и методам противодействия ему (Ю. И. Авдеев, В. Н. Алтунин, Ю. Н. Ансимов, В. Ф. Антипенко, И. И. Артамонов, Н. Н. Афанасьев, С. У. Дикаев, В. Г. Ермаков, О. В. Зубова, П. А. Кабанов, В. И. Кривохижа, А. В.  Малашенко, В. И. Попов, В. В. Татарчук, В. В. Устинов и др.), а также исследования, посвященные политической полиции в целом и охранным отделениям в частности (Ю. Е. Аврутин, В. М. Курицын, А. Я. Малыгин, Р. С. Мулукаев, Н. С. Нижник, З. И. Перегудова, Ю. А. Реент, Ч. Рууд, М. И. Си-зиков, А. Е. Скрипилев, Д. И. Шинджикашвили и др.).





Источниковую базу исследования составили:

1) нормативные правовые акты, содержащиеся в Полном собрании законов Российской империи (собрание 3-е), Своде законов Российской империи, Собрании узаконений и распоряжений правительства, издаваемом при правительствующем Сенате, определяющие основные направления деятельности правоохранительных органов по борьбе с терроризмом в Российской империи;

2) справочные издания XIX в. – начала XX в. (памятные и справочные книжки Санкт-Петербургского полицейского управления, справочные книжки Управления Санкт-Петербургского градоначальства и столичной полиции, алфавитные указатели к приказам Санкт-Петербургской полиции), содержащие прямую и опосредованную информацию о структуре органов полиции и основных направлениях их деятельности;

3) мемуары сотрудников полиции, наибольшую значимость среди которых имеют воспоминания начальников Санкт-Петербургского охранного отделения А. В. Герасимова и К. И. Глобачева, начальников Московского охранного отделения П. П. Заварзина, А. П. Мартынова и А. И. Спиридовича, которые содержат информацию об особенностях деятельности охранных структур в российском государстве в конце XIX – начале XX в.;

4) документы и материалы Департамента полиции, прежде всего хранящиеся в Государственном архиве Российской Федерации (ф. 102 – Департамент полиции Министерства внутренних дел (1880–1917)), а также документы и материалы, касающиеся организации и деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения, которые хранятся в Государственном архиве Российской Федерации (ф. 111 – Отделение по охранению общественной безопасности и порядка в Петрограде (охранное отделение) (1866–1917)) и Центральном государственном историческом архиве г. Санкт-Петербурга (ф. 339 – Канцелярия Санкт-Петербургского обер-полицмей-стера, ф. 569 – Канцелярия Петроградского градоначальника, ф. 1648 – Полицейские участки г. Санкт-Петербурга).

Научная новизна диссертации определяется авторским подходом к исследованию вопросов диссертационной проблематики и полученными при этом результатами.

Диссертация является первым в историко-правовой науке исследованием, в котором раскрыт организационно-правовой механизм противодействия терроризму в Российской империи во второй половине XIX – начале XX в., обоснованы место и роль в нем Отделения для производства дел по охранению общественного порядка и спокойствия в Санкт-Петербурге.

При этом новизной отличаются следующие результаты, полученные лично соискателем:

– определение основных этапов эволюции содержания категории «государственные преступления» в законодательстве Российской империи;

– характеристика государственных преступлений как предмета деятельности охранных отделений;

– характеристика нормативных оснований организации и функционирования охранных отделений в Российской империи;

– результаты анализа особенностей организации и функционирования Санкт-Петербургского охранного отделения в конце ХIХ – начале ХХ в.;

– перечень нормативных правовых актов различного уровня, регламентировавших организацию и деятельность Отделения для производства дел по охранению общественного порядка и спокойствия в Санкт-Петербурге при Управлении Санкт-Петербургского обер-полицмейстера (градоначальника);

– определение политико-правовых факторов, обусловливающих изменение вида деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения и усиление его роли как органа по борьбе с терроризмом;

– вывод о детерминированности изменений организационно-штатной структуры Санкт-Петербургского охранного отделения расширением круга возлагаемых на него задач;

– характеристика нормативно-правового обеспечения деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом в конце ХIХ – начале ХХ в.;

– выводы о возможности использования российскими правоохранительными органами опыта, накопленного Санкт-Петербургским охранным отделением по борьбе с терроризмом.

В научный оборот впервые введены архивные документы и материалы, характеризующие структуру и персональный состав Санкт-Петербургского охранного отделения, а также ведомственные нормативные правовые акты, касающиеся деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения в конце ХIХ – начале ХХ в.

Положения, выносимые на защиту:

1. Основанный на анализе архивных источников и научной литературы вывод о том, что при отсутствии в законодательстве Российской империи понятий «терроризм», «террористическая деятельность», «террористический акт» соответствующие им деяния охватывались понятием «государственные преступления». Объект государственных преступлений постоянно расширялся и к концу XIX в., помимо действий против личности монарха, включал в себя и разнообразные посягательства на государственные устои.

2. Обоснование вывода о том, что «терроризм» в Российской империи во второй половине XIX – начале XX в. понимался как один из способов ведения политической борьбы, включавший в себя совершение противоправных насильственных действий против представителей государственной власти с целью оказания воздействия на внутреннюю политику, проводимую государством. Атрибутивной чертой проявлений терроризма в Российской империи второй половины ХIХ – начала ХХ в. являлась персонифицированная направленность против должностных лиц, состоящих на государственной службе.

3. Вывод о том, что в конце XIX в. в российском государстве был создан механизм противодействия терроризму, представлявший собой систему средств, с помощью которых должно было осуществляться результативное воздействие на подвергшиеся террористическим угрозам общественные отношения и социальные процессы. Ведущая роль в борьбе с терроризмом отводилась специализированным органам политического сыска, компетенция которых, место в системе государственных органов, основные принципы сыскной и дознавательной деятельности закреплялись нормативными актами различных уровней.

4. Совокупность аргументов, доказывающих, что основной задачей охранных отделений являлось противодействие организациям и лицам, пытающимся изменить существующую политическую систему Российской империи, в том числе террористическими методами.

С учетом правового статуса и объема решаемых задач охранных отделений Российской империи диссертант предложил их авторскую классификацию и характеристику каждого типа охранных отделений.

5. Авторская аргументация вывода о том, что Отделение для производства дел по охранению общественного порядка и спокойствия в Санкт-Петербурге было создано 19 сентября 1867 г. при Управлении Санкт-Петербургского обер-полицмейстера и осуществляло свою деятельность до 27 февраля 1917 г. Санкт-Петербургское охранное отделение стало первым подразделением, осуществлявшим задачи по политическому контролю населения вне структуры III отделения Собственной е. и. в. канцелярии и выполнявшим функции координационного центра по борьбе с терроризмом в масштабе всей страны.

6. Совокупность аргументов, доказывающих, что Санкт-Петербургское охранное отделение, созданное как Отделение для производства дел по охранению общественного порядка и спокойствия в Санкт-Петербурге в 1867 г. не проводило оперативно-розыскных мероприятий, осуществляя учет и производя анализ информации о политически неблагонадёжных лицах, а также осуществляя руководство деятельностью участковых приставов столичной полиции в данном направлении. Ключевая роль в противодействии терроризму в столице (включая обеспечение личной безопасности императора и членов его семьи) была отведена Санкт-Петербургскому охранному отделению с 1880 г. после упразднения III отделения Собственной е. и. в. канцелярии и образования в составе Министерства внутренних дел Департамента государственной полиции.

7. Обоснование вывода о том, что организация и функционирование Санкт-Петербургского охранного отделения регламентировались широким кругом нормативных правовых актов, позволяющих осуществлять разнообразную деятельность в соответствии с санкционированными государством нормами права. Отмечается, что важную роль в осуществлении законной деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения играл высокий уровень правосознания его кадровых работников.

8. Авторская аргументация существования в составе Санкт-Петербургского охранного отделения структурно-функциональных элементов: 1) охранного отделения; 2) охранной команды; 3) центрального филерского отряда (с 1906 г.); 4) регистрационного бюро (с 1911 г.); 5) команды низших служителей, связанных между собой разнообразными формами взаимосвязи и взаимозависимости.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что положения и выводы, формулируемые и обосновываемые в его рамках, дополняют и конкретизируют разделы истории государства и права и истории органов внутренних дел России. Отдельные теоретические положения и выводы могут быть востребованы такими научными дисциплинами, как история учений о праве и государстве, конституционное право, административное право, правоохранительные органы.

Практическая значимость исследования определяется тем, что теоретические результаты могут быть использованы: в научно-исследовательской деятельности, связанной с анализом различных аспектов противодействия терроризму; в правотворческой деятельности, направленной на обеспечение борьбы с терроризмом; в совершенствовании правового регулирования деятельности полиции; в образовательном процессе при преподавании истории государства и права России, конституционного и административного права, учебной дисциплины «Правоохранительные органы».

Апробация результатов исследования. Результаты исследования обсуждались и были одобрены на заседании кафедры теории и истории государства и права Санкт-Петербургского военного института внутренних войск МВД России, а также нашли свою апробацию в выступлениях автора на межрегиональной научно-практической конференции «Большой Кавказ – узел геополитических интересов» (Владикавказ, 16 ноября 2006 г.); международной студенческой научно-практической конференции «Правовая система России: этапы становления (к 90-летию Февральской революции)» (Санкт-Петербург, 14 апреля 2007 г.); II общероссийской конференции «Безопасность личности, общества, государства» (Санкт-Петербург, 17 мая 2007 г); межвузовской региональной научно-практической конференции «Служебно-боевая деятельность внутренних войск МВД России в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы» (Санкт-Петербург, 24 апреля 2009 г.); VII исторических чтениях «Политическая история России: прошлое и современность» (Санкт-Петербург, 27–28 апреля 2009 г); IV международной научно-практической конференции «Безопасность личности, общества, государства» (Санкт-Петербург, 8–9 октября 2009 г.); международной научно-практической конференции «Проблемы права в современной России» (Санкт-Петербург, 23 апреля 2012 г.); межвузовской научно-практической конференции «Государство и правоохранительная система Российской империи на рубеже XIX–XX веков (150 лет со дня рождения П. А. Столыпина)» (Санкт-Петербург, 26 апреля 2012 г.).

Результаты исследования внедрены в учебный процесс Санкт-Петербургского военного института внутренних войск МВД России и используются в преподавании курса «История государства и права России».

Структура диссертации. Работа состоит из введения, двух глав, содержащих пять параграфов, заключения, списка источников и литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность выбранной темы исследования, освещается степень ее разработанности, определяются цели, задачи, теоретическая и методологическая основы исследования, характеризуется источниковая база диссертационного исследования, его хронологические рамки и научная новизна, приводятся основные положения, выносимые на защиту, указываются теоретическая и практическая значимость работы, приводятся сведения об апробации результатов исследования.

Первая глава «Охранные отделения Российской империи: организационные и нормативные основания функционирования» – состоит из трех параграфов: « Государственные преступления как предмет деятельности охранных отделений Российской империи» (§ 1), «Охранные отделения Российской империи как структурно-функциональный элемент механизма противодействия терроризму в конце ХIХ – начале ХХ века» (§ 2),
«Нормативные основания организации и функционирования охранных отделений в Российской империи» (§ 3).

Отмечая наличие в современной юридической науке плюрализма подходов к определению сущности феномена «терроризм» и закрепление в законодательстве Российской Федерации ответственности за противоправные действия в этой сфере, диссертант подчеркивает, что законодательство Российской империи понятиями «терроризм», «террористическая деятельность», «террористический акт» не оперировало. При этом насильственные методы достижения собственных, как правило, политических  целей, а также конкретные акты устрашения или устранения отдельных людей, которые как личности или представители власти мешали достижению этих целей, в российской общественной жизни использовались достаточно широко. Они характеризовали действия, которые в российском законодательстве получили закрепление как «государственные преступления».

Диссертант анализирует генезис понятия «государственные преступления» и выделяет основные этапы его эволюции в отечественном праве. По мнению диссертанта, несмотря на терминологические вариации, государственные преступления всегда были связаны с угрозой жизни руководителя государства или покушением на его жизнь. Трансформации политико-правовой системы отечественного государства способствовали расширению объекта государственных преступлений, который, помимо действий против личности монарха, к концу XIX в. включал в себя и разнообразные посягательства на государственные устои.

Опираясь на анализ содержания категории «государственное преступление», получившее закрепление в нормативных правовых актах Российской империи, диссертант приходит к выводу, что во второй половине ХIХ – начале ХХ в. терроризм рассматривался как один из способов ведения политической борьбы, включающий в себя совершение противоправных насильственных действий против представителей государственной власти с целью оказания воздействия на внутреннюю политику, проводимую государством.

В качестве аргумента, подтверждающего свой вывод, диссертант использует семантический анализ законодательства и политико-правовой литературы, подчеркивая, что в русских словарях и энциклопедиях дореволюционной эпохи толкования понятия «террор» не содержалось. В первом издании словаря Брокгауза и Ефрона (1901) были помещены статьи о якобинском терроре эпохи Великой французской революции и о белом терроре роялистов в 1815–1816 гг. (Т. XXXIII). Только в 1907 г. на страницах его нового издания появилась статья «Террор в России», в которой террор был назван «системой борьбы против правительства, состоявшей в организации убийства отдельных высокопоставленных лиц, а также шпионов, и в вооруженной защите против обысков и арестов».

Основываясь на сложившихся в правоведении (Н. Н. Алексеев, С. А. Корф, Н. И. Лазаревский, В. Ф. Дерюжинский, Г. Еллинек, В. М. Гес-сен), политологии (Р. Фредландер , З. Ивиански, О. В. Будницкий, И. Хард-ман) концептуальных представлениях о терроризме, диссертант приходит к выводам о том, что: терроризм в Российской империи характеризовался не только стремлением вывести из равновесия законное правительство, но и желанием продемонстрировать широким слоям населения угрозу безопасности власти;  сущностным моментом в стратегии терроризма являлась публичность террористического акта; логика террористической деятельности не может быть понята без адекватной оценки показательной природы террористического акта.

Анализ проявлений терроризма в Российской империи позволил выделить его атрибутивную черту во второй половине ХIХ – начале ХХ в.: персонифицированную направленность против должностных лиц, состоящих на государственной службе.

Опираясь на анализ нормативных правовых актов Российской империи («Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» (1845, 1857, 1866, 1885), «Уголовное уложение» (1903)), диссертант приходит к выводу, что основные юридически значимые признаки государственных преступлений, степень их уголовного преследования, перечень субъектов преступного посягательства, применяемые меры уголовного наказания нашли законодательное закрепление. Ведущую роль в борьбе с государственными преступлениями отводилась специализированным органам политического сыска, компетенция которых, место в системе государственных органов, основные принципы сыскной и дознавательной деятельности закреплялись нормативными актами различных уровней.

Используя институционально-функциональный подход к анализу политико-правовой системы Российской империи, диссертант констатирует создание в конце XIX в. в российском государстве механизма противодействия терроризму, представлявшего собой систему средств, с помощью которых должно осуществляться результативное воздействие на подвергшиеся террористическим угрозам общественные отношения и социальные процессы. В качестве таких средств, помимо собственно организаций, осуществляющих функцию противодействия терроризму, диссертант выделяет нормативно-правовую базу, лежащую в основе формирования и функционирования правоохранительных органов и их взаимодействия по достижению цели противодействия терроризму; методы, способы, приемы, используемые субъектами для борьбы с терроризмом, для решения стоящих перед ними задач.

В диссертации представлена характеристика всех структурно-функциональных элементов механизма противодействия терроризму Российской империи, охарактеризована его логико-правовая модель, отражающая цели, задачи и принципы его функционирования.

Анализ подходов к рассмотрению государственно-правовой системы Российской империи (А. Я. Аврех, А. В. Борисов, А. Гейфман, А. В.  Гоголевский, Дж. Дейли, Н. П. Ерошкин, П. А. Зайончковский, В. С. Измозик, М. К. Лемке, А. Я. Малыгин, Р. С. Мулукаев, З. И. Перегудова, Ю. А. Реент, Ч. Рууд, М. И. Сизиков, А. Е. Скрипилев, С. Степанов, А. Ярмыш) позволил обосновать вывод о том, что центральным элементом субъектного состава механизма противодействия терроризму, играющим системообразующую роль не только в данном механизме, но и в государственно-правовой системе в целом, являлась политическая полиция.

Проанализированный массив нормативных правовых актов, принятие которых было вызвано нарастанием террористической угрозы (прежде всего «О временном подчинении дел о государственных преступлениях и о некоторых преступлениях против должностных лиц ведению военного суда, установленного для военного времени» (1878), «Высочайшие утвержденные Правила от 1 сентября 1878 года», «Положение о мерах к охране государственного порядка и общественного спокойствия» (1881), «Об издании Положения о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия и объявлении некоторых местностей империи в состоянии усиленной охраны» (1881), «Положение о полицейском надзоре, учреждаемом по распоряжению административных властей» (1882)), свидетельствовали о том, что с конца 70-х годов XIX в. произошел переход к чрезвычайному законодательству, оправдываемому властью целями охраны государственной и общественной безопасности.

Особо подчеркнуто, что основополагающим актом для организации противодействия терроризму явилось не утратившее своей юридической значимости до последних дней существования Российской империи «Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» от 14 августа 1881 г., которое объединило все имевшиеся чрезвычайные установления в одно общероссийское законодательство и распространяло единые инструменты управления безопасностью на территории всей Российской империи. По мнению диссертанта, этот акт, во-первых, консолидировал центральную и местную администрацию в противодействии распространявшемуся революционному движению и политическому терроризму; во-вторых, закрепил дифференциацию управленческих функций центральных и местных органов власти и политической полиции для обеспечения государственной безопасности.

Используя субстанциональный подход, диссертант представил развернутую аргументацию вывода о том, что после принятия «Положения о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» координационным центром мер безопасности в государстве стало Министерство внутренних дел. Несмотря на то, что император продолжал оставаться главным действующим лицом, определявшим государственную политику, МВД превратилось в основную инстанцию принятия правительственных решений, от которой зависело не только обеспечение государственной безопасности, но и сохранение самой самодержавной власти.

Однако перманентное продление чрезвычайного законодательства с 1881 г. по 1917 г., когда значительные территории Империи были изъяты из управления по гражданским законам, по мнению диссертанта, заметно ослабляло эффективность действия исключительных мер. Постоянное действие законодательства, наделявшего исполнительную власть и политическую полицию исключительными полномочиями в течение длительного времени, не только не предотвратило распространение революционного движения, но и способствовало увеличению числа лиц, оппозиционно настроенных по отношению к политическому режиму самодержавной власти.

Анализ субъектного состава механизма противодействия терроризму привел диссертанта к выводу о том, что в качестве его структурно-функциональных элементов следует рассматривать охранные отделения, созданные в Санкт-Петербурге (1867), Москве (1880), Варшаве (1900), а затем и в иных регионах России (с 1902 г.).

Доминирующей детерминантой создания охранных отделений диссертант считает неспособность существующей правоохранительной системы государства противостоять революционному подъёму и возрастающему количеству террористических актов против представителей государственной власти.

В диссертации представлена развернутая характеристика правового статуса охранных отделений, в качестве основной задачи которым была поставлена организация оперативно-розыскной деятельности по противодействию терроризму. На основании анализа нормативных правовых актов в зависимости от объема решаемых охранными отделениями задач диссертант предлагает их классификацию и выделяет типы:

– центральные охранные отделения: располагались в Санкт-Петербурге, Москве и Варшаве (функционировали до февраля 1917 г.); организационно-правовые основы их деятельности были утверждены императором; деятельность как государственных учреждений регулировалась приказами соответствующих градоначальников (обер-полицмейстеров); задачи определялись инструкциями, утверждаемыми министром внутренних дел по представлению соответствующего градоначальника (обер-полицмейстера); организация политического сыска регулировалась распоряжениями Департамента полиции; основные задачи: проведение негласных розысков и расследований по делам террористической направленности, предупреждение несанкционированных стачек, сходок, демонстраций на промышленных предприятиях и в учебных заведениях, расследование обстоятельств сопровождающих стачки, наблюдение за приезжими в город, наблюдение за политическим состоянием учебных заведений, клубов и обществ;

– местные охранные отделения: учреждались Департаментом полиции в местностях с напряженной политической обстановкой, при нормализации обстановки упразднялись распоряжением МВД (функционировали в 1902–1914 гг.); организационно-правовые основы деятельности устанавливались министром внутренних дел; регулирование деятельности отделений осуществлялось нормативными актами Департамента полиции; задача: проведение негласных расследований по делам о государственных преступлениях, в том числе, террористической направленности.

В диссертации представлена развернутая характеристика нормативных оснований организации охранных отделений Российской империи и их деятельности по борьбе с терроризмом, получивших закрепление в актах общегосударственного и ведомственного уровня.

Выявляя основные направления развития системы охранных отделений, диссертант обнаруживает тенденцию на децентрализацию управления охранными отделениями (для координации деятельности политической полиции региона, в том числе и местных охранных отделений, в 1906 г. были созданы районные охранные отделения), которая, по оценке диссертанта, способствовала повышению эффективности системы.

Учитывая результаты историко-правовых исследований (Е. Н. Сучков), диссертант выделяет основные мотивы упразднения местных охранных отделений:

– снижение активности революционного движения;

– стремление сэкономить средства, тратящиеся на обеспечение деятельности охранных отделений;

– дезорганизация деятельности радикальных частей политической оппозиции;

– приход к руководству в Департаменте полиции жандармских офицеров, которые негативно относились к деятельности самих охранных отделений.

Если, по мнению диссертанта, реорганизация местных охранных отделений была оправдана, то решение В. Ф. Джунковского о запрете ведения агентурной работы в армии получило в диссертации оценку как необоснованное. Диссертант приводит аргументы своей позиции и подчеркивает, что оно способствовало росту революционной агитации и антиправительственных настроений в воинских частях, во многом обусловивших неспособность власти подавить февральский мятеж 1917 г.

Вторая глава «Санкт-Петербургское охранное отделение: противодействие терроризму в конце ХIХ начале Хвека» – состоит из двух параграфов: «Задачи, структура и компетенция Санкт-Петербургского охранного отделения в конце ХIХ – начале ХХ века» (§ 1), «Нормативно-право-вое обеспечение деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения по борьбе с терроризмом» (§ 2).

Учитывая отсутствие в современной историко-правовой и исторической науке единства взглядов на время создания Санкт-Петербургского охранного отделения (Ф. Лурье – «вслед за выстрелом Каракозова 4 мая 1866 года»5, З. И. Перегудова, И. В. Сирица – 1866 г.6, А. В. Горожанин – 1880 г.), диссертант приводит аргументированные, с опорой на архивные материалы, доказательства того, что первое охранное отделение Российской империи - «Отделение для производства дел по охранению общественного порядка и спокойствия в Санкт-Петербурге» было образовано в 1867 г.

Вопреки устоявшемуся в отечественной историографии мнению (Грегори Л. Фриза, Н. П. Ерошкин, А. Е. Иванов, Ф. Лурье, С. В. Мироненко, З. И. Перегудова, А. Д. Степанский) о том, что первое в стране охранное отделение было образовано при канцелярии Санкт-Петербургского градоначальника7, диссертант на основании исследования источников утверждает, что должность Санкт-Петербургского градоначальника пришла на смену должности обер-полицмейстера в соответствии с Положением «О выделении Санкт-Петербурга из состава С.-Петербургской губернии и превращения его в самостоятельную административно-полицейскую единицу – градоначальство» от 20 марта 1873 г.8, то есть была утверждена после создания охранного отделения в столице.

В диссертации охарактеризованы причины создания Отделения для производства дел по охранению общественного порядка и спокойствия в Санкт-Петербурге при Управлении Санкт-Петербургского обер-полицмей-стера. Диссертант акцентирует внимание на том, что создание охранного отделения стало следствием реформирования системы обеспечения общественного порядка и безопасности Санкт-Петербурга, вызванного покушением на императора Александра II 4 апреля 1866 г. и осложнением общественно-политической ситуации в стране. Следствием реформы стало упразднение должности Санкт-Петербургского генерал-губернатора, состоящего при нем управления и распределение принадлежавших им функций между другими органами исполнительной власти Санкт-Петербурга. Дела полицейского управления городом были переданы в Управление Санкт-Петербургского обер-полицмейстера «с подчинением его по делам охранения общественной безопасности и общественного порядка III [отделения Собственной е. и. в.]… канцелярии, а по делам полиции исполнительной Министерству внутренних дел»9. Такое положение заметно увеличивало самостоятельность полицейского управления и упрощало его взаимоотношения с шефом жандармов.

Оценивая необходимость и возможность создания в Управлении Санкт-Петербургского обер-полицмейстера подразделения политической полиции, диссертант отмечает неоднозначное отношение к нему должностных лиц и решающую роль в реорганизации столичной полиции обер-полицмейстера Санкт-Петербурга генерал-адъютанта Ф. Ф. Трепова, по инициативе которого при Управлении столичной полиции было создано секретное отделение «по делам политическим».

Субстанциональный подход к рассмотрению органов политической полиции позволил диссертанту определить цели и задачи, поставленные перед Санкт-Петербургским охранным отделением. Диссертантом отмечена направленность деятельности данного органа – политический контроль за населением столицы. В качестве важнейших его задач выступали управление и координация действиями столичной полиции «по поводам политическим», сбор и обобщение информации о политически неблагонадёжных лицах.

В диссертации проведен анализ особенностей организации и функционирования Отделения для производства дел по охранению общественного порядка и спокойствия в Санкт-Петербурге и отмечено, что важнейшими среди них являлись отсутствие специального аппарата для проведения оперативно-розыскных мероприятий и ограничение деятельности только аналитической и распорядительной работой.

Используя функционально-институциональный метод, диссертант раскрывает уникальность Санкт-Петербургского охранного отделения, которое стало первым подразделением, выполняющим задачи «высшей полиции», и не входящим в структуру III отделения Собственной е. и. в. канцелярии. По мнению диссертанта, наделение подразделения Управления городской полиции частью полномочий III отделения свидетельствовало о завершении периода либеральных реформ и усилении охранительной функции государства.

В контексте проведенного в диссертации анализа структурных реорганизаций Санкт-Петербургского охранного отделения и выделения основных этапов его деятельности, диссертант отмечает, что после совершения террористических актов 1879–1880 гг., реформирования системы правоохранительных органов Российской империи, упразднения III отделения Собственной е. и. в. и образования в составе Министерства внутренних дел Департамента государственной полиции задачи по обеспечению государственной безопасности в столице были возложены на Санкт-Петербургское охранное отделение, в соответствии с чем, внутри него имели место изменения организационно-штатной структуры и направлений деятельности (наряду с аналитической и распорядительной деятельностью производилась и оперативно-розыскная).

Предметом особого рассмотрения в диссертации стала деятельность Санкт-Петербургского охранного отделения, особенности которой определили, прежде всего: 1) участие в охране императора и членов его семьи; 2) работа по ликвидации террористических и иных революционных организаций; 3) участие в подавлении регулярных студенческих волнений. На основе проведенного анализа диссертант определяет место Санкт-Петербургского охранного отделения в государственном механизме и роль в системе правоохранительных органов Российской империи.

Анализ нормативной базы организации и функционирования Санкт-Петербургского охранного отделения позволил диссертанту сделать следующие выводы:

– основы организации и деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения закрепляли указы императора Александра III от 9 апреля и 12 мая 1887 г. (определявшие штатный состав) и «Инструкция состоящему в Управлении Санкт-Петербургского Градоначальника Отделению по охранению общественной безопасности и порядка в столице», утвержденная министром внутренних дел 26 мая 1887 г. (определявшая основные направления деятельности)»;

– комплекс нормативных правовых актов, всесторонне регламентировавший противодействие охранных отделений терроризму, сложился в начале ХХ в. после учреждения охранных отделений по всей стране;

– правовой основой деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения в сфере борьбы с терроризмом являлись ведомственные акты Департамента полиции;

– правовой основой деятельности охранной команды Санкт-Петербургского охранного отделения являлись «Положения об охранной агентуре» (1883) и «Инструкция о порядке службы охранной агентуры» (1887);

– правовой основой деятельности чинов Санкт-Петербургского охранного отделения по ведению внутреннего и наружного наблюдения в первые годы его существования являлись охранные обычаи, не получившие закрепления в нормативных правовых актах, в связи с чем, эффективность этого вида деятельности во многом определялась подготовкой и личным профессиональным опытом начальника отделения и работой с агентами;

– неспособность подразделений политической полиции заблаговременно пресекать террористическую деятельность радикальных организаций, с одной стороны, активизация террористической деятельности в условиях революции 1905–1907 гг. – с другой, и стремление Министерства внутренних дел повысить эффективность форм и методов оперативно-розыскной деятельности – с третьей, обусловили разработку серии нормативных правовых актов, расширяющих компетенцию охранных отделений и упрощающих решение вопросов их взаимодействия;

– правовой основой организации наружного и внутреннего наблюдения являлись «Положение о негласном надзоре полиции» (1882), «Инструкция филёрам «летучего отряда» и филёрам розыскных и охранных отделений» (1902), «Инструкция по организации наружного (филерского) наблюдения» (1907), «Инструкция начальникам охранных отделений по организации наружного наблюдения» (1907), «Инструкция по организации и ведению внутреннего (агентурного) наблюдения» (1907);

– правовой основой перлюстрации являлся комплекс нормативных актов, детально регламентировавших ее проведение и определявших ее законность.

Изложенное позволило диссертанту придти к выводу, что организация и функционирование Санкт-Петербургского охранного отделения определялись нормативными актами, позволяющими осуществлять разнообразную деятельность в соответствии с санкционированными государством нормами права. Отмечается, что важную роль в осуществлении законной деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения играл высокий уровень правосознания его кадровых работников.

Анализ эволюции организационной структуры Санкт-Петербургского охранного отделения привел диссертанта к следующим выводам:

– структурной особенностью Санкт-Петербургского охранного отделения являлось наличие в его составе охранной команды, центрального филерского отряда и регистрационного бюро;

– руководство охранным отделением осуществлял начальник, в состав отделения входили:

1) охранное отделение (состав: помощник начальника, чиновники для поручений, секретные агенты, филеры наружного наблюдения, полицейские надзиратели, общая и секретная канцелярии),

2) охранная команда (состав: начальник команды – помощник начальника охранного отделения, старший чиновник для поручений – помощник начальника команды, сотрудники охранной команды, канцелярия);

3) центральный филерский отряд (состав: начальник, помощник начальника, филеры отряда) (с 1906 г.);

4) регистрационное бюро (состав: заведующий бюро, помощник заведующего, филеры бюро, секретные агенты, канцелярия) (с 1911 г.);

5) штат низших служителей: курьеры, сторожа, конюхи, кучера, шофер с помощником, фотограф с помощником и т. д.

Принимая во внимание то, что наиболее объективную информацию о количестве сотрудников и их занятости дают ревизии охранного отделения, диссертант, изучив финансовую отчетность отделения и результаты проведённой Департаментом полиции ревизии10, установил, что в 1914 г., кроме штатных 12 сотрудников Санкт-Петербургского охранного отделения, оплачивалась работа ещё 642 наемных работников (не считая секретных агентов, количество которых превышало 100 человек). В 1914 г. Отделению было выделено 646 860 руб., что свидетельствовало о высоком уровне финансовой поддержки деятельности Отделения.

По мнению диссертанта, осуществление своей деятельности в столице, центре политической и общественной жизни страны, позволила Санкт-Петербургскому охранному отделению заметно выделиться из ряда аналогичных учреждений России. Высшие чиновники Министерства внутренних дел напрямую, минуя Департамент полиции, взаимодействовали с начальником Отделения, и, соответственно, начальник Отделения при решении многих вопросов обращался непосредственно в Министерство внутренних дел. Санкт-Петербургское охранное отделение выполняло роль координационного центра по борьбе с терроризмом в масштабе всей страны.

В заключении подводятся итоги исследования, формулируются основные выводы и предложения, которые могут быть учтены в сфере изучения деятельности специальных служб в борьбе с терроризмом.

Основные научные результаты и положения диссертации опубликованы в следующих работах автора:

I. Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК:

1. Кеклис А. Ю. Законодательное регулирование перлюстрации в Российской Империи конца XIX – начала ХХ веков // История государства и права. – 2009. – № 4. – С. 23–25. - 0,3 п. л.

2. Кеклис А. Ю. Наружное наблюдение в деятельности охранных отделений Российской Империи в начале ХХ века // История государства и права. – 2009. – № 13. – С. 31–32. - 0,25 п. л.

3. Кеклис А. Ю. Из истории создания Санкт-Петербургского охранного отделения как органа политической полиции Российской Империи // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. – 2010. – № 3 (47). - С. 23–27. – 0,6 п. л.

4. Кеклис А. Ю., Миняйленко Н. Н. Организационно-правовые основы деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения (1867–1887 гг.) // История государства и права. – 2010. – № 23. - С. 20–23. – 0,4 (0,2) п. л.

II. Статьи, опубликованные в иных научных изданиях:

5. Кеклис А. Ю. Развитие уголовного законодательства России второй половины XVII – начале ХХ веков в вопросах борьбы с терроризмом // Большой Кавказ – узел геополитических интересов: Материалы региональной межведомственной научно-практической конференции. – Владикавказ: СКВИ ВВ МВД России, 2007. – С. 258–262. – 0,3 п. л.

6. Кеклис А. Ю. Некоторые моменты подготовки агентов наружного наблюдения в охранных отделениях Российской Империи в конце XIX – начале XX веков // Правовая система России: этапы становления (к 90-летию Февральской революции): Сборник статей международной студенческой межвузовской научно-практической конференции 14 апреля 2007 года. – СПб.: Изд-во Политехн. ун-та, 2008. - С. 147–150. – 0,25 п. л.

7. Кеклис А. Ю. Государственные преступления в законодательстве Российской империи // Безопасность личности, общества, государства: Материалы Второй общероссийской научно-практической конференции (проблемы, задачи, технологии). – Т. 2. – СПб.: «Академия проблем безопасности, обороны и правопорядка», 2008. – С. 97–99. – 0,3 п. л.

8. Кеклис А. Ю. Правовое регулирование деятельности Санкт-Петербургского охранного отделения в конце XIX века // Служебно-боевая деятельность внутренних войск МВД России в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы: Сборник межвузовской региональной научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 24 апреля 2009 года. – СПб.: Санкт-Петербургский военный институт внутренних войск МВД России, 2009. - С. 46–49. – 0,25 п. л.

9. Кеклис А. Ю. Развитие нормативной правовой базы, регулирующей деятельность органов политического розыска Российской Империи в 70-80 годах XIX века // Политическая история России: прошлое и современность. Исторические чтения: «Гороховая, 2» – 2009. – Вып. VII. – СПб., 2009. - С. 29–36. – 0,5 п. л.

10. Кеклис А. Ю. Положение об усиленной и чрезвычайной охране и его влияние на безопасность государства // Безопасность личности, общества, государства: Материалы четвертой международной научно-практической конференции (проблемы, задачи, технологии). – СПб.: Издательский Дом «Петрополис», 2010. - С. 614–617. - 0,3 п. л.

Общий объем опубликованных по теме диссертации научных работ, подготовленных лично соискателем, составляет 3,25 п. л.


1 См.: Выступление Президента Российской Федерации Д. Медведева на расширенном заседании коллегии ФСБ 7 февраля 2012 года // URL: президент.рф/новости/14459 (дата обращения: 19.02.2012).

2 Только за полгода (с октября 1905 г. по 20 апреля 1906 г.), докладывал Государственной думе председатель Совета министров П. А. Столыпин, по политическим соображениям в России были убиты 288 должностных лиц и 388 ранены. Тенденция на рост подобных происшествий была очевидной. В 1907 г. только за две недели января от рук террористов пострадали 67 должностных лиц (20 их которых убиты), а в июне нападению подверглись 101 должностное лицо, 54 из которых были убиты. – См.: Индивидуальный политический террор в России: ХIХ – начало ХХ в.: Материалы конференции / Сост. К. Н. Морозов; Под ред. Б. Ю. Иванова и А. Б. Рогинского. – М.: Мемориал, 1996.

3 См.: Рууд Ч., Степанов С. Фонтанка, 16: Политический сыск при царях. М., 1993. С. 7.

4 См.: Daly J. W. Autocracy under Siege. Security Police and Opposition in Russia, 1866–1905. – Northern Illinois University Press, 1998; Schleifmann N. Undercover Agents in the Russian Revolutionary Movement: the SR Party, 1902–1914. – Oxford, 1988; Zuckerman F. S. Political Police and Revolution: The Impact of the 1905 Revolution on the Tsarist Secret Police // Journal of Contemporary History. – 1992. – № 2.

5 Лурье Ф. Политический сыск в истории России, 1649–1917 гг. – М.: «Центрполиграф», 2006. – С. 115.

6 См.: Государственный архив Российской Федерации: Путеводитель. – Т. 1: Фонды Государственного архива Российской Федерации по истории России XIX – начала ХХ вв. / Под ред. С. В. Мироненко, Грегори Л. Фриза. – М.: «Благовест», 1994. – С. 119; Перегудова З. И. Политический сыск России (1880–1917). – М., 2000. – С. 116; Лурье Ф. Политический сыск в истории России, 1649–1917 гг. – С. 115; Ерошкин Н. П. История государственных учреждений дореволюционной России. – 5-е изд., доп. / Под ред. А. Е. Иванова, А. Д. Степанского. – М., 2008. – С. 356.

7 Государственный архив Российской Федерации: Путеводитель. – С. 119; Перегудова З. И. Политический сыск России (1880–1917). – С. 116.

8 См.: Полное собрание законов Российской империи. – Собрание 2-е. – Т. XLVIII. – № 52032.

9 Об упразднении Санкт-Петербургского генерал-губернаторства: Именной данный Сенату от 4 мая 1866 г. // Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при правительствующем сенате. – 1866. – № 41. – Ст. 310.

10 Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга. – Ф. 569. – Оп. 23. – Д. 44. – Л. 1–6.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.