WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

  На правах рукописи

 

 

 

БОСАКОВ ВИКТОР НИКОЛАЕВИЧ

НАЛОГОВАЯ  ПРЕСТУПНОСТЬ:

СОСТОЯНИЕ,  РЕГИОНАЛЬНЫЕ  ОСОБЕННОСТИ
И  ТЕНДЕНЦИИ  ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ
(ПО  МАТЕРИАЛАМ  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО
ФЕДЕРАЛЬНОГО  ОКРУГА)

12.00.08 – уголовное право и

криминология; уголовно-исполнительное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Ростов-на-Дону – 2012

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном
образовательном учреждении высшего профессионального образования
«Ставропольский государственный университет»

Научный руководитель:        доктор юридических наук, профессор                                        Клюковская Ирина Николаевна

Официальные оппоненты:        доктор юридических наук, доцент

                       Шишко Ирина Викторовна

                       директор Юридического института

                       ФГОУ ВПО «Сибирский федеральный                                        университет»,

                       профессор кафедры уголовного права;

                       кандидат юридических наук, доцент

                       Витвицкая Светлана Сергеевна

                       ФГКОУ ВПО «Ростовский юридический

                       институт МВД РФ»,        

                       доцент кафедры уголовного права

       

Ведущая организация:        ФГАОУ ВПО «Северный (Арктический)

                       федеральный университет

                       им. М.В. Ломоносова»

Защита состоится 26 марта 2012 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д. 203.011.02 по юридическим наукам при ФГКОУ ВПО «Ростовский юридический институт МВД России» по адресу: 344015, г. Ростов-на-Дону, ул. Маршала Еременко, 83, ауд. 503.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГКОУ ВПО «Ростовский юридический институт МВД России».

Автореферат размещён на сайте ФГКОУ ВПО «РЮИ МВД России» – www.ruimvd.ru

Автореферат разослан 24 февраля 2012 г.

 

Ученый секретарь

диссертационного совета  А.Б. Мельниченко

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования определяется необходимостью совершенствования правовых, организационных основ и средств предупреждения налоговой преступности в условиях внедрения в российскую правовую систему новых стандартов рыночного правопорядка и противодействия коррупции. Только в течение 2011 года (по результатам проверки деклараций о доходах) Генеральная Прокуратура России обнаружила свыше 41 тыс. нарушений налогового законодательства, внесено около 9 тыс. представлений о привлечении к ответственности1. При общепризнанной высокой латентности налоговых преступлений, статистический анализ демонстрирует устойчивый характер налоговой преступности в течение последних двадцати лет развития рыночного правопорядка.

Несмотря на декриминализацию в 2003–2011 гг. целого ряда преступлений в сфере экономической деятельности, удельный вес налоговых преступлений устойчиво держится на уровне 10 % от всех официально зарегистрированных таких преступлений на протяжении последних пятнадцати лет. В свою очередь, ущерб, наносимый государству в результате совершения налоговых преступлений, превышает ущерб от всех иных преступлений экономической направленности.

Надо заметить, что в последние годы отмечен рост налоговых поступлений в бюджет. Актуализация проблем налогового правопорядка связана с необходимостью укрепления финансовой и налоговой дисциплины всех участников бюджетных отношений, особенно в свете решения стратегической задачи по превращению России в один из мировых финансовых центров, совершенствования инвестиционного климата, решения стратегических социальных задач. Особую значимость сказанное приобретает в отношении вновь образованного Северо-Кавказского федерального округа (далее – СКФО)2.

Применительно к задачам государственной уголовной политики, существенное значение имеет проблема предупреждения налоговой преступности в контексте сохраняющихся негативных тенденций, связанных с теневой экономикой, в том числе, на региональном уровне. Общепризнанно, что именно налоговая преступность подрывает основы бюджетной политики государства, используя «коррупционные ловушки» законодательства в целях получения незаконных доходов.

По официальным данным Госкомстата России масштабы теневого сектора экономики в России составляют 22–25 % от ВВП; по оценкам других экспертов – от 40 до 50 %3. Влияние факторов теневой экономики становится настолько ощутимым, что ставит под угрозу национальную безопасность страны; в свою очередь, эволюционируют схемы уклонения от уплаты налогов, которые с каждым годом становятся все более изощренными и «адаптированными» в отношении позитивного права и судебного правоприменения.

Несмотря на принимаемые органами государственной власти меры, собираемость налогов и сборов продолжает оставаться одной из самых острых проблем, стоящих перед государством. Территориальное распределение (география) налоговой преступности по субъектам РФ отличается большой неравномерностью. Согласно официальным данным, в субъектах РФ, входящих в состав СКФО (воспринимаемых в общественном сознании как «криминально неблагополучные») отмечается самый низкий уровень экономической, в т.ч. налоговой преступности. Однако геополитическая, социально-экономическая и этнонациональная специфика СКФО обусловливает высокий потенциал экономической преступности и ее особенности, в том числе высокую степень латентности налоговых преступлений. Сказанное, в определенной степени, позволяет сделать вывод о недостаточности мер, предпринимаемых государством, для надлежащего противодействия налоговой преступности в регионе, имеющем стратегическое значение для судеб всего российского государства, что, в очередной раз, подтверждает актуальность темы исследования.

Проблема налоговой преступности (которую в настоящее время составляет совокупность преступлений, предусмотренных ст. 198–199.2 УК РФ) является одной из наиболее дискуссионных тем в российской криминологической науке. В свою очередь, разработка концептуальных основ предупреждения налоговой преступности, выявление региональных особенностей налоговой преступности (с учетом особенностей СКФО) является актуальной в плане направлений современных криминологических исследований, что и обусловило выбор темы диссертационного исследования.

Степень научной разработанности темы исследования. Проблемы налоговой преступности находят отражение во многих современных исследованиях. Только по специальности 12.00.08 – «Уголовное право и криминология; уголовно-исполнительное право» в 1995–2011 гг. защищено более семидесяти диссертаций.

Существенный вклад в дело общей теоретической разработки проблем борьбы с налоговой преступностью внесли такие ученые, как И.В. Александров, А.П. Кузнецов, И.И. Кучеров, В.Д. Ларичев, О.Ш. Петросян, И.Н. Соловьев, П.С. Яни и др. Целый ряд работ посвящен изучению отдельных аспектов исследуемого явления, включая криминологические, уголовно-правовые, криминалистические и пр. Так, особенности тактики и методики расследования налоговых преступлений изучались в трудах Н.В. Башировой, Р.В. Бобринева, В.П. Васильева, П.В. Донцова, В.В. Карякина, И.В. Пальцевой, К.А. Пирцхалавы, Л.Г. Шапиро. Проведение оперативно-розыскных мероприятий при выявлении и пресечении налоговых преступлений исследовали С.А. Бурлин, Н.С. Решетняк, В.Н. Титова.

Вопросам квалификации налоговых преступлений посвящены труды таких ученых, как М.Ю. Ботвинкин, А.М. Вандышева, А.А. Витвицкий, Д.А. Глебов, О.Г. Соловьев, А.В. Щукин; криминологические и уголовно-правовые аспекты нашли отражение в работах М.О. Акопджановой, С.У. Бахарчиева, Р.С. Зайнутдинова, П.А. Истомина, Ф.А. Каримова, А.Г. Кот, М.И. Мамаева, Ш.Я. Насрутдиновой, В.Г. Пищулина, Л.В. Платоновой, Н.В. Побединской, А.И. Ролика, И.М. Середы, А.Р. Сиюхова, С.Ю. Соколова, Н.Р. Тупанчески, С.И. Улезько, А.Н. Цаневой и др. При этом большинство исследований посвящено анализу уголовно-правовых аспектов налоговых преступлений, и только в небольшой их части присутствуют разделы, отражающие криминологические аспекты налоговой преступности.

Отмечая определенные успехи в изучении налоговой преступности, нельзя не сказать о том, что многие криминологически значимые аспекты налоговой преступности до сих пор недостаточно изучены. В частности, это касается методики исследования налоговой преступности и личности налогового преступника. Необходимо уделить большее внимание системе детерминации преступности в налоговой сфере, характеристике криминогенных детерминант. В имеющихся исследованиях налоговой преступности, как правило, не оценивается общая криминальная ситуация, а именно она позволяет решать задачи выявления фактического, а отнюдь не статистического положения дел о налоговых преступлениях. В настоящее время необходимо разработать научно обоснованную основу для соединения методологических и теоретических подходов, разработанных в социологии и других науках, с подходами, в той или иной степени разработанными в криминологии с их проекцией на исследование налоговой преступности.

Цель и задачи исследования. Цель исследования состоит в выявлении тенденций, закономерностей и региональных особенностей современной налоговой преступности, факторов, ее порождающих, а также разработке предложений по повышению эффективности предупреждения налоговой преступности.

Достижение поставленной цели обусловило постановку и решение следующих задач:

– проследить эволюцию криминологических оценок налоговой преступности в современной России;

– проанализировать статистико-криминологическое состояние налоговой преступности в современных условиях: определить ее уровень, тенденции, а также ее латентную часть;

– выявить региональные (для СКФО) особенности налоговой преступности;

– определить социально-экономические на основе коррелятивного анализа статистических данных, социокультурные и психологические детерминанты налоговой преступности;

– составить криминологическую характеристику личности налогового преступника;

– разработать предложения по совершенствованию предупреждения налоговой преступности.

Объектом исследования выступает совокупность общественных отношений, связанных с существованием налоговой преступности, а также с развитием криминологически обоснованных мер воздействия на нее.

Предметом исследования являются статистические данные о состоянии налоговой преступности в современном российском обществе; оценка социальных последствий уклонения от уплаты налогов; характеристики личности налогового преступника; система причин и условий налоговой преступности в аспекте ее предупреждения; сформировавшаяся система практических мер борьбы с нею.

Методологическую основу исследования составляют категории и принципы диалектического метода познания социально-правовой действительности. В работе также использованы общенаучные методы (системно-структурный, формально-логический и др.), специальные методы социолого-криминологической направленности (статистическое наблюдение, сводка и группировка, сравнительно-криминологический анализ, метод экспертных оценок, анкетный, анализ документов и др.).

Для исследования индивидуально-психологических особенностей личности налогового преступника использовалась система психологического тестирования. В целях установления связи между различными видами налоговых преступлений и факторной переменной (коэффициент Джини) применен метод математического анализа статистических данных с использованием программного средства Mathcad.

Нормативную основу исследования составили Конституция РФ, отечественное и зарубежное уголовное законодательство, законы и подзаконные нормативные акты налогового, финансового, административного, гражданского и других отраслей права, а также международно-правовые нормы по вопросам противодействия налоговой преступности, содержащиеся в конвенциях (договорах, соглашениях), ратифицированных или подписанных РФ.

Теоретическая база исследования. В качестве общетеоретической базы в исследовании использовались труды А.И. Алексеева, М.М. Бабаева, Б.В. Волженкина, Л.Д. Гаухмана, А.И. Долговой, А.Э. Жалинского, С.М. Иншакова, И.И. Карпеца, А.Г. Кибальника, И.Н. Клюковской, В.В. Колесникова, Д.А. Корецкого, Н.Ф. Кузнецовой, В.Н. Кудрявцева, Н.А. Лопашенко, В.В. Лунеева, С.В. Максимова, С.Ф. Милюкова, А.В. Наумова, В.С. Овчинского, Э.Ф. Побегайло, С.В. Степашина, И.В. Шишко, В.Е. Эминова, П.С. Яни и др.

В области смежных наук использовались теоретические разработки таких ученых, как: В.И. Авдийский, В.А. Авксентьев, А.Д. Бадов, В.А. Бачинин, В.С. Белозеров, А.В. Маркин, Л.М. Тимофеев и др.

Эмпирической базой для исследования явились итоги Всероссийской переписи населения 2002, 2010 гг.; данные уголовной статистики о состоянии преступности и результатах расследования преступлений за 1997–2010 гг., опубликованные Госкомстатом РФ, МВД РФ, ГУВД по Ставропольскому краю; статистические данные Управления Судебного департамента при Верховном Суде РФ по Ставропольскому краю, УФНС России по Ставропольскому краю; статистические данные, полученные специалистами Научно-исследовательского института Академии Генпрокуратуры РФ; постановления Конституционного Суда РФ, Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ об ответственности за налоговые преступления.





Важные аспекты темы изучены на основе проведенного социально-психологического исследования: анкетирование субъектов предпринимательской деятельности (150 чел.), интервьюирование сотрудников подразделений ОРЧ (по НП) ГУВД по Ставропольскому краю, налоговых органов, органов прокуратуры, следователей (120 чел.), а также осужденных за налоговые преступления (150 чел.). Для получения необходимых сведений изучались материалы уголовных дел о налоговых преступлениях (250 дел), рассмотренных судами Ставропольского края за период с 2004 по 2010 год, иные документы информационно-справочного характера. Информация содержала данные более чем о 500 осужденных за налоговые преступления лиц.

Эмпирический материал, сделанные на его основе выводы отвечают требованиям репрезентативности. Анализ и интерпретация указанного материала производились с широким привлечением вторичных эмпирических источников, что позволило провести сравнение с данными других исследований и сделало выводы более обоснованными.

Научная новизна диссертационного исследования определяется постановкой научной проблемы и программой исследования. Изучение сущности налоговой преступности проведено посредством интеграции научных достижений в различных предметных областях и дисциплинарных подходах, что отличает авторскую концепцию от ранее предложенных в отечественной криминологической науке.

На основе комплексного подхода и системного анализа в работе обоснована точка зрения о необходимости рассмотрения налоговой преступности как самостоятельного феномена современного общества. В свою очередь, налоговая преступность тесно взаимосвязана с другими видами экономической преступности (с организованной преступностью и коррупцией). Само существование налоговой преступности в настоящее время взаимообусловлено с особенностями социальной среды, спецификой существующих экономических и социально-политических условий и отношений. В работе раскрыты социально-экономические и социокультурные факторы налоговой преступности, психологические детерминанты преступного поведения налогоплательщиков, выявлены механизмы формирования такого поведения, показано значение личностных психологических свойств налоговых преступников.

Новизной характеризуются результаты анализа статистико-криминологической характеристики налоговой преступности, выявленные характерные ее особенности. Проведенный анализ механизма формирования преступного поведения в налоговой сфере дополняет криминологическую теорию личности преступника. Выполненное исследование негативных социальных и экономических явлений, влияющих на преступное поведение в налоговой сфере, позволило предложить систему мер профилактики налоговой преступности, учитывающую специфику СКФО.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. С учетом реформ налогового, уголовного, уголовно-процессуального законодательства автором определены пять этапов эволюции налоговой преступности в постсоветский период. Установлено, что на начальном этапе (1991–1993 гг.) возникновения феномена налоговой преступности, характеризующемся отсутствием конституционной основы развития налоговых отношений, были сформированы объективные предпосылки для ее роста, что также предопределило последующую негативную тенденцию частых институциональных преобразований органов налогового администрирования и правоохранительных органов, специализирующихся в сфере борьбы с налоговой преступностью.

2. В исследовании, на основе анализа развития налоговой преступности в 2004–2010 гг., обоснован вывод о ее цикличности. В 2004–2008 гг. имел место последовательный рост данного вида преступности (количество налоговых преступлений возросло в 1,9 раза, коэффициент налоговой преступности вырос с 5,6 до 10,8). Незначительный спад налоговой преступности произошел в 2009 г. (-5 %), который резко усилился, в связи с изменениями законодательства, в 2010 г. (-53,5 %). Несмотря на реформу законодательства, отмечены стабильно высокие величины удельного веса налоговых преступлений (по фактам регистрации) относительно официальных данных о преступности в сфере экономической деятельности (от 11 % в 2004 г. до 10,4 % в 2010 г.).

3. Существенная доля регистрируемых налоговых преступлений (45,8 %) приходится на уклонение от уплаты налогов с организации (ст. 199 УК РФ); больше трети налоговых преступлений (35,6 %) составляет уклонение от уплаты налогов физических лиц (ст. 198 УК РФ), 11,7 % – это преступления, предусмотренные ст. 199.2 УК РФ и 6,9 % – ст. 199.1 УК РФ. В 2004–2010 гг. практически неизменной оставалась доля (около 30 %) преступлений, совершаемых в особо крупных размерах. Эти показатели свидетельствуют не только о высокой, но и стабильной устойчивости налоговой преступности, что предопределяет необходимость формирования эффективно действующего органа противодействия налоговой преступности в системе правоохранительных органов.

4. В диссертации обоснована позиция о том, что официальные статистические данные о налоговой преступности не отражают в полной мере ее фактического положения и не позволяют достоверно установить причиняемый ею ущерб государству. Применяя метод специального структурирования латентных преступлений, где основанием является величина коэффициента их латентности (Кл)4, в 2004–2010 гг. выделены следующие категории латентности налоговой преступности: в 2004 г. она относится к категории высоколатентной (Кл – 24,8); с 2005 по 2009 год – среднелатентной преступности (средний Кл – 15,5); в 2010 г. – высоколатентной (Кл составил, как минимум, 33).

5. В настоящее время в России существуют существенные территориальные особенности налоговой преступности. Если в целом (2009 г.) по стране уровень налоговой преступности (в расчете на 100 тыс. населения) составлял 10,3, то в федеральных округах этот показатель варьировал от 12,1 (Дальневосточный федеральный округ) до 8,3 (Уральский федеральный округ). Парадоксальная ситуация сложилась в Южном федеральном округе, где данный показатель составлял 7,7 в субъектах РФ, вошедших в 2010 г. в состав СКФО, а в остальных субъектах округа он составлял 12,3.

6. Динамика налоговой преступности в республиках, входящих в СКФО, носит волнообразный, малопрогнозируемый характер. Официальные статистические данные о налоговой преступности в субъектах РФ, входящих в СКФО, в 2005–2010 гг. могут рассматриваться только как некоторая выборка, осуществляемая под влиянием специфики правоприменительной деятельности.

7. С учетом основополагающих методологических подходов в структуре причинного комплекса налоговой преступности можно выделить: а) феномены индивидуальной и групповой психологии, обусловленные как неудовлетворенностью материальным положением, так и ухудшением духовных условий жизни; б) разрушение прежней системы ценностей на фоне недостаточно сформировавшихся новых механизмов социального и индивидуального целеполагания; в) неизбежные негативные последствия перехода от коллективистской этики традиционного общества к ценностям индивидуализма и этике инновационного общества; г) наличие противоречий в экономической, государственно-управленческой, правовой и иных сферах жизни.

Криминологический анализ причинного комплекса налоговой преступности позволил выявить ряд объективных противоречий, формирующих выявленные деформации. Динамика налоговых преступлений в 2004–2010 гг. имеет очень тесную положительную корреляционную связь с динамикой неравенства в распределении доходов населения (коэффициент Джини).

8. Комплексное, системное рассмотрение криминологически значимых психологических свойств личности налоговых преступников позволило сделать следующие выводы:

а) преступное поведение налогоплательщика – это специфическая ответная реакция человека, зависящая от стимулирующей социально-экономической, политической, организационно-управленческой и других ситуаций в конкретный момент времени и представляющая собой сложную комбинацию каждой личностной черты, значимой для данной ситуации, с ведущим ситуационным фактором;

б) в личности налогового преступника выделяется трехуровневая структура:

– качества универсального уровня (предприимчивость; активность; склонность к лидерству; готовность к риску; социальная смелость; способность принимать самостоятельные, неординарные решения; эгоцентричность; настороженность; автономность) представляют собой относительно постоянные тенденции реагировать типичным образом в разных ситуациях и в разное время. Они присутствуют в различной степени у всех налогоплательщиков;

– уровень общих личностных переменных (жесткость; радикализм; дипломатичность; расслабленность; спокойствие) – черты, представляющие гипотетические психические структуры, обнаруживающиеся в поведении, которые обусловливают предрасположенность поступать единообразно в различных обстоятельствах и с течением времени;

– черты индивидуального уровня личности отражают устойчивые и предсказуемые психологические характеристики и являются значимыми в понимании и предупреждении преступного поведения в налоговой сфере. К ним, по результатам исследования, относятся: практичность, эмоциональная нестабильность, доминантность, невысокий интеллект, конформизм;

в) посредством анализа качеств личности общего уровня среди налоговых преступников явно проявились две группы, различающиеся по личностному профилю, социальному статусу и способу нарушений налогового законодательства с учетом применяемой системы налогообложения: руководители организаций и предприятий различных организационно-правовых форм деятельности и индивидуальные предприниматели. Если для первых наиболее типичными являются такие способы уклонения от уплаты налогов, как сокрытие объектов налогообложения, дохода (прибыли) в регистрах бухгалтерского и налогового учета, переложение налоговых обязательств на несуществующих контрагентов, то для вторых – сокрытие выручки или дохода путем подделки документов, неправомерное ведение деятельности;

г) в механизме преступного поведения осознание налоговыми преступниками неудовлетворенности базовой потребности в безопасности и материальных потребностях опредмечивается в мотивации преступного поведения к достижению успеха, который направляет деятельность личности налогового преступника к удовлетворению материальных потребностей безопасным способом, в том числе через сокрытие налогов.

9. Российская правоприменительная практика в 2004–2010 гг. была ориентирована на более низкую оценку общественной опасности налоговой преступности, чем законодатель. Так, штраф как основной вид наказания за налоговые преступления применялся в среднем в 30,8 % по ст. 198 УК РФ; в 37,1 % по ст. 199 УК РФ; в 52,3 % и 31 % по ст. 199.1 и ст. 199.2 УК РФ соответственно.

Лишение свободы как вид наказания применялся судами в 3 %; при этом максимальный срок лишения свободы получали в среднем в год 0,3% осужденных, минимальный – 0,6 %. Условно осуждены к лишению свободы в среднем по ст. 198 УК РФ – 64,6 %; по ст. 199 УК РФ – 55,4 %; по ст. 199.1 УК РФ – 43,8 %; по ст. 199 2 УК РФ – 64,9 %.

В отношении 11 % лиц, выявленных за налоговые нарушения, уголовные дела были прекращены на стадии предварительного следствия; освобождены от наказания в среднем в год 2,8 % осужденных.

10. Повышение эффективности налогового контроля, осуществляемого налоговыми органами, как мера, направленная на выявление и пресечение налоговых правонарушений, должно быть обеспечено посредством разработки и утверждения на федеральном уровне Порядка взаимодействия правоохранительных и налоговых органов (с учетом актуального налогового законодательства), а также внедрения новых и совершенствования существующих программных комплексов, используемых налоговыми органами.

Предусмотренная УК РФ уголовная ответственность за совершение налоговых преступлений не соответствует характеру и степени общественной опасности совершаемых налоговых преступлений. Одним из путей повышения эффективности государственной политики борьбы с налоговой преступностью должно стать введение института уголовной ответственности юридических лиц за налоговые преступления.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что совокупность полученных в процессе его проведения выводов дополняет и развивает криминологическое учение о детерминации налоговой преступности, формировании личности налогового преступника, системе предупреждения налоговой преступности и ее правовой регламентации, и таким образом, вносит определенный вклад в развитие общей теории криминологии.

Практическая значимость результатов исследования проявляется в целесообразности использования конкретных его выводов при решении актуальных задач правоохранительной деятельности: в частности, разработанная криминологическая характеристика личности налогового преступника применима в работе правоохранительных и налоговых органов, организационной деятельности названных служб, а также в процессе повышения квалификации их сотрудников.

Результаты исследования могут быть использованы органами государственной власти в целях совершенствования предупреждения налоговых преступлений; в учебном процессе юридических вузов при проведении теоретических и практических занятий по криминологии; в научно-исследовательской деятельности при последующих разработках проблем противодействия преступному поведению в налоговой сфере.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные положения, выводы и рекомендации, сформулированные в исследовании, отражены в 15 публикациях автора, общий объем которых составляет 4,4 п.л. В периодических изданиях, включенных в перечень ВАК, опубликованы 4 научные статьи. Результаты исследования нашли отражение: в материалах международных научно-практических конференций (г. София, Болгария, 2011 г.; г. Перемышль, Польша, 2012 г.), Всероссийских научно-практических конференций (г. Ставрополь, 2008 г., 2011 г.); в материалах научно-методических конференций преподавателей и студентов «Университетская наука – региону» (г. Ставрополь, 2010 г., 2011 г.).

Отдельные предложения внедрены автором в практическую деятельность следственного управления Следственного комитета России по Ставропольскому краю, УФНС России по Ставропольскому краю. Результаты исследования внедрены в научно-исследовательскую деятельность и учебный процесс Ставропольского государственного университета, Северо-Кавказского социального института, где используются в процессе преподавания по курсу «Криминология» и спецкурсу «Актуальные проблемы криминологии».

Структура работы представлена введением, двумя главами, заключением, списком источников и литературы, приложениями.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы исследования, показаны степень ее разработанности и теоретическая база, определяются объект, предмет, цели, задачи, методология и методика исследования, ее научная новизна и теоретическая значимость, излагаются выносимые на защиту положения, определяется их практическая значимость, приводятся сведения об апробации результатов исследования.

Первая глава – «Криминальная ситуация в налоговой сфере: оценка изменений» – состоит из пяти параграфов. В первом – анализируются сложившиеся в отечественной науке традиции в исследовании проблем борьбы с налоговой преступностью (в числе налоговых преступлений рассматриваются деяния, предусмотренные ст. 198–199.2 УК РФ). Автор обращает внимание на пробел в обобщенной системе взглядов теоретического и практического свойства, который касается методики исследования налоговой преступности, использования разнообразных методов познания, когда главным инструментарием являются термины и понятия, а также математические методы исследования. Выявляется взаимосвязь налоговой преступности с теневой экономикой, которая тесно переплетена с организованной преступностью и коррупцией; обосновывается мнение о том, что налоговая преступность, являясь элементом сложного специфического системно-структурного образования, каким является преступность в сфере экономической деятельности, обладает признаками экономической преступности и имеет свои особенности. Сложные вопросы взаимообусловленности налоговой преступности с особенностями социальной среды, спецификой существующих экономических и политических условий и отношений диссертант предлагает и рассматривает с позиций комплексного, междисциплинарного подходов. Подчеркивается, что степень ухода бизнеса в теневой сектор экономики должна восприниматься как тест, оценивающий правильность проводимой налоговой политики, методов государственного регулирования, параметров правовой системы и экономической политики в целом. Деструктивный характер функционирования теневой экономики состоит в том, что ее деятельность расшатывает основы, на которых строится легитимное человеческое сообщество, отрицает устоявшиеся в обществе правовые, экономические, морально-этические и духовные императивы.

Во втором параграфе автором реализуется исследовательская программа поэтапного анализа состояния налоговой преступности в России конца ХХ – начала ХХI вв. Диссертант объясняет это тем, что все это время шло становление и дальнейшее реформирование законодательства, органов, осуществляющих борьбу с налоговыми преступлениями, а также преобразование системы налоговых правоотношений. Изменения, вносимые в уголовное, уголовно-процессуальное и налоговое законодательство существенно изменяли правовые условия борьбы с налоговыми преступлениями. Поэтому статистические данные за весь двадцатилетний период не являются сопоставимыми. Для оценки криминальной ситуации в налоговой сфере автором выделены этапы:

– первый этап (1991–1993 гг.). Отмечается, что по данным Департамента налоговой полиции РФ по фактам правонарушений в налоговой сфере в 1993 г. было возбуждено 617 уголовных дел, в 1992 г. – 147. За один год увеличение произошло в 4,2 раза. В этот период до 90 % уголовных дел по налоговым преступлениям прекращалось на стадии предварительного расследования. Указанный период называется «доконституционным» и именуется периодом «налогового беспредела»;

– второй этап (1994–1998 гг.). Анализ динамики налоговых преступлений: в 1994 г. – 2684, 1995 г. – 3793, 1996 г. – 6743 позволяет автору сделать вывод о прогрессирующем их росте. В 1997 г. (декриминализированы деяния, ранее предусмотренные ст. 162.3 УК РСФСР) было зарегистрировано 2713 налоговых преступлений, в 1998 г. – уже 4085. Число лиц, привлеченных к уголовной ответственности, значительно ниже: в 1994 г. – 212, 1995 г. – 432, 1996 г. – 1380, 1997 г. – 1560, 1998 г. – 2952. Продолжался вывоз капитала из страны: к концу 1994 г. общий объем только нелегальной утечки капиталов из России составил 50 млрд. долл. при ежемесячном вывозе 1,5–2 млрд долл. Незаконно вывезенные за рубеж средства фактически безвозвратно утрачены для российского налогообложения. Отмечается, что в этот период, несмотря на активную деятельность законодателя, принципиальных перемен не выявлено. По мнению автора, происходило наращивание масштабов теневой и криминальной экономики в России, как и в других странах Восточной Европы;

– третий этап (1999–2003 гг.). Значительный рост налоговой преступности происходит в 1999 г. Абсолютная численность налоговых преступлений выросла с 4085 в 1998 г. до 11498 в 1999 г., т.е. в 2,8 раза. В 2,76 раза возросло и число лиц, их совершивших. В 1999 г. по сравнению с 1998 г. зарегистрировано в 2,5 раза больше фактов уклонения граждан от уплаты налогов и почти в 3 раза больше – уклонения от уплаты налогов с организаций. На долю последних среди всех налоговых преступлений в 1999 г. приходилось 68,7 %. При этом доля преступлений, совершаемых неоднократно, впервые составила за год более 5 %. Пик динамики налоговых преступлений приходился на 2001 г., когда в абсолютных показателях налоговая преступность превысила 23 тыс. фактов, количество лиц, привлеченных к уголовной ответственности, составило 22865 чел.; в 2003 г. зарегистрировано 3506 налоговых преступлений, что на 72,7 % меньше, чем в 2002 г. (Указом Президента РФ от 11.03.2003 г. № 306 с 1 июля 2003 г. ликвидирована ФСНП России). При этом в 2003 г., в частности, преступность экономической направленности имела рост (коэффициент прироста составил +16,2%), что также свидетельствует о специфической динамике налоговой преступности;

– четвертый этап (2004-2009 гг.). К 2004 г. сложилась современная система налогов. Автор отмечает, что 45,5 % всех регистрируемых преступлений в сфере налогообложения приходится на уклонение от уплаты налогов с организаций; практически неизменна доля (около 30 %) преступлений, совершаемых в особо крупных размерах. Эти показатели свидетельствуют об исключительно корыстной направленности налоговых преступников и, следовательно, об устойчивости налоговой преступности. Планировать налогообложение и прибегать к различным схемам минимизации субъекты предпринимательской деятельности стали значительно активнее;

– пятый этап (с 2010 г. по настоящее время). С начала 2010 г. существенно изменена как налоговая, так и уголовная политика государства в сфере налоговых правонарушений и преступлений. Как результат, в 2010 г. зарегистрировано 6802 налоговых преступлений – по отношению к 2009 г. отмечен отрицательный прирост (-53,5 %). Отдавая предпочтение математическим методам исследования, автор делает акцент на единстве познания и оценки реальной (то есть не только зарегистрированной) преступности, им анализируется комплекс криминологически значимых обстоятельств. При этом используются сведения, полученные в результате изучения статистических данных, опросов, уголовных дел, других документов и наблюдений, а также статистические данные, полученные специалистами Научно-исследовательского института Академии Генпрокуратуры РФ.

В третьем параграфе на основе анализа состояния, в том числе такого показателя как уровень (коэффициент в расчете на 100 тыс. населения), и других криминологических характеристик выявляются общие закономерности и региональные особенности (на примере субъектов СКФО) современной налоговой преступности. Автор отмечает, что в период с 2005 по 2010 год коэффициент налоговой преступности в целом по субъектам, в настоящее время входящих в СКФО, был ниже (в среднем на 20 %) соответствующих общероссийских показателей и по этому показателю имеет место значительная (в 16 раз) территориальная дифференциация в округе. В двух субъектах: в Ставропольском крае и в Республике Северная Осетия-Алания, где проживает 36,8 % (3499 тыс. чел) населения округа (9496,8 тыс. чел.) и на которые приходится 65 % фактов зарегистрированных налоговых преступлений в округе, этот показатель превышает соответствующие федеральные показатели на 38,2 и 34,9 % соответственно. В Карачаево-Черкесской и Кабардино-Балкарской республиках коэффициент налоговой преступности примерно в 1,5 раза ниже общероссийских показателей и в 2 раза ниже, чем, например, в Ставропольском крае. В Республике Дагестан – самый большой по численности населения субъект в СКФО (проживает 2977,4 тыс. чел, т.е. 31,4 % от общего населения в округе) коэффициент налоговой преступности в среднем в 1,8 раза ниже общероссийского. В Республике Ингушетия (с июня 1994 г. по июнь 1997 г. была учреждена зона экономического благоприятствования: в 1995 г. от зарегистрированных компаний бюджет республики получил 210 млн руб., в 1996 г. – 239 млн руб., в 1997 г – 327 млн руб.) в исследуемом периоде наблюдается один из самых низких в округе (в среднем 2,7, что в 3,7 раза ниже, чем, в целом по России) коэффициентов налоговой преступности. Практически по одному факту в год регистрируются в республике преступления, предусмотренные ст. 198 УК РФ, единицами измеряются преступления, предусмотренные ст. 199 и ст. 199.2 УК РФ, не работает ст. 199.1 УК РФ. Самый низкий (0,85, что в 11,7 раза ниже общероссийского) уровень налоговой преступности по официальной статистике зафиксирован в Чеченской Республике (проживает 1269,1 тыс. чел., т.е. 13,4 % населения СКФО и 0,9 % всего населения страны), практически не работают ст. 199.1 и ст. 199.2 УК РФ.

Отмечается своеобразная, не совпадающая с общероссийской, тенденция развития налоговой преступности в субъектах СКФО, в отдельных из них динамика налоговой преступности носит волнообразный, непредсказуемый характер. При этом в республиках, которые по общепризнанному мнению, считаются неблагополучными в криминальном плане (Ингушетия, Дагестан, Чеченская Республик) наблюдается самый низкий уровень преступности, причем, не только в округе, но и в сравнении с общероссийскими показателями.

Используемый в исследовании эмпирический материал автор сравнивает с данными других исследований по рассматриваемой проблеме. Диссертант подчеркивает, что официальные статистические данные о преступности могут рассматриваться только как некоторая выборка, осуществляемая под влиянием специфики правоприменительной деятельности, вместе с тем отмечает, что эти данные имеют научное значение, поскольку в определенной степени отражают состояние преступности, ее интенсивность, а при необходимой критичности и взвешенности в их оценках возможности совершенствования проводимой уголовно-правовой политики. Автор обращает внимание на то, что в исследуемом периоде Россия преодолевала сложные этапы внутренних преобразований, на каждом из которых показатели преступности в значительной степени детерминированы влиянием соответствующих экономических, политических, социальных, правовых и иных факторов.

Четвертый параграф посвящен выявлению содержательных характеристик, выбору эмпирических показателей и анализу различных комплексов детерминации преступного поведения в налоговой сфере, под которой, в первую очередь, понимается связь причинения, обусловливания и корреляции (Н.Ф. Кузнецова). Акцент делается на уровневой классификации детерминант: первый уровень – социальная среда (макросреда) в целом, второй – непосредственные факторы формирования личности (микросреда) и третий – сама личность, взаимодействующая с конкретной жизненной ситуацией (В.Н. Кудрявцев). Рассматривая первый, социологический уровень проявления криминогенных факторов, автор исходит из того, что именно социальное неравенство порождает у налогоплательщиков акты преступного поведения. Используя аппарат корреляционно-регрессионного анализа, в работе проводится исследование влияния одного из видов социального неравенства (коэффициент Джини) на уровень налоговой преступности в период с 2004 по 2009 год, и подтверждается вывод о том, что ее динамика имеет очень тесную положительную корреляционную связь (близкую к функциональной, то есть к единице) с динамикой неравенства в распределении доходов населения, по крайней мере, в определенное время и в конкретном социально-культурном пространстве (С.Г. Ольков). Автор обращает внимание на то, что причину преступного поведения надо также искать в деструктивности духовности налогоплательщика. Изучение преступного поведения должно осуществляться не как исследование отдельных его изолированных аспектов, а как поиск разноуровневых детерминант, раскрытие характера взаимодействия между ними и выявление закономерных соотношений между составляющими такое поведение компонентами.

В определенной мере эти аспекты нашли отражение в следующем, пятом параграфе, посвященном рассмотрению проблем изучения личности налоговых преступников. При этом автор исходит из того, что при анализе преступного поведения необходимо исследование не только актуального мотива, но и субъекта в целом, с особенностями его личности, функционального состояния и т.д., на основе которых формируется так называемая интеграция или готовность к определенному преступному поведению. Наряду с выделенными особенностями социально-демографических характеристик налоговых преступников, диссертантом учтены уголовно-правовые характеристики, индивидуально-психологические особенности личности.

Исследование личностных качеств налоговых преступников проводилось в период с января 2009 г. по июнь 2010 г. с использованием авторской комплексной программы, включающей: 16-факторный опросник Р.Б. Кеттелла, методику диагностики степени готовности к риску Шуберта, методики диагностики личности на мотивацию к избеганию неудач и на мотивацию к успеху Т. Элерса, методику диагностики степени удовлетворенности основных потребностей.

Всего в исследовании приняло участие 300 испытуемых, по 150 чел. в каждой из выделенных групп («налоговые преступники» и «добросовестные налогоплательщики»).

Обобщая психологические исследования свойств и личностных особенностей налоговых преступников, автор выделил три уровня их проявления: универсальный (представлен характеристиками личности, которые совпадают с контрольной группой), особенный (в рамках которого явно проявились особенности преступников, различающихся по личностному профилю, по социальному статусу и способу сокрытия налогов: руководители организаций и индивидуальные предприниматели) и индивидуальный (устойчивые психологические характеристики, присущие личности налогового преступника – практичность, эмоциональная нестабильность, доминантность, невысокий интеллект, конформизм).

В результате изучения степени выраженности социально-психологических установок у лиц, совершивших налоговые преступления, автор пришел к выводу, что осознание налоговыми преступниками неудовлетворенности базовой потребности в безопасности и материальных потребностей опредмечивается в мотивации преступного поведения к достижению успеха, который направляет деятельность личности налогового преступника к удовлетворению материальных потребностей через сокрытие налогов (безопасным способом).

Рассмотрение индивидуально-психологических особенностей личности налоговых преступников в комплексе, в системе необходимо для индивидуального прогнозирования и осуществления мер, направленных на предупреждение их преступного поведения, а также для более правильного определения системы индивидуально-профилактического воздействия на них.

Глава вторая – «Основные направления предупреждения налоговой преступности» – посвящена изучению вопросов совершенствования социально-правовых средств предупредительного воздействия на анализируемый феномен. В первом параграфе автор обосновывает мнение о том, что преступность – целостное, системно-структурное явление, в котором налоговая преступность является одним из системообразующих факторов. При всей специфике изучаемого социального явления оно вплетено в систему общественных отношений данного социума и переплетено с иными социальными феноменами, процессами, поэтому противостоять надо системе. Важно, чтобы противодействие преступности было постоянной функцией государства, частью его политики. По мнению автора, при выборе определенной стратегии борьбы с преступностью предпочтение должно отдаваться предупреждению, с учетом сохранения стабильности гражданского общества и демократических институтов.

Отмечается, что в современной научной литературе выделяются две параллельные линии: уголовная политика и безопасность. Проведенный автором анализ законодательных и других директивных нормативно-правовых источников, закрепляющих понятие национальной, экономической, налоговой безопасности логически обосновывает вывод о том, что безопасность должна быть встроена в конструкцию уголовной политики, стать ее сущностью.

Констатируя отсутствие на современном этапе концепции уголовной политики в широком смысле слова, а также доминирование двух подходов к решению проблем борьбы с преступностью – радикально-либерального и репрессивного, диссертантом сделан вывод об отсутствии в литературе единого мнения по структуре такой политики. Разделяя мнение криминологов (А.И. Алексеева, М.М. Бабаева, А.Э. Жалинского, В.Н. Кудрявцева, Н.Ф. Кузнецовой, В.С. Овчинского, Э.Ф. Побегайло) по данной проблеме о том, что в качестве составных частей уголовной политики могут выступать уголовно-правовая, уголовно-процессуальная, уголовно-исполнительная (пенитенциарная), криминологическая (или профилактическая), автор также говорить о политике использования в борьбе с преступностью институтов и норм таких отраслей права, как финансовое, налоговое и пр. Каждая из названных разновидностей единой политики в сфере борьбы с преступностью (уголовной политики в широком смысле слова) располагает специфическими средствами и приемами, закрепленными в нормативных актах.

Во втором параграфе автор анализирует проблемы организации деятельности по предупреждению налоговых преступлений и содержания мер такого воздействия. Руководствуясь основными положениями системно-структурного подхода к изучению социальных систем, в качестве которой выступает и предупреждение преступности, подчеркивается, что последнее требует управления, определен объект предупреждения налоговой преступности (совокупность взаимосвязанных политических, экономических и социально-психологических процессов, препятствующих добросовестному исполнению налогоплательщиками своих налоговых обязанностей) и предложена классификация субъектов воздействия на преступность (по функциональным и территориально-административным признакам). Обобщая комплекс мер, принимаемых в рамках направлений по борьбе с преступностью, выделенных В.Н. Кудрявцевым5, с учетом результатов проведенного исследования, автор обосновывает несколько положений для их правового закрепления на федеральном уровне с целью организации предупредительной деятельности в отношении налоговых преступлений:

– повышение эффективности налогового контроля должно быть обеспечено посредством разработки и утверждения Порядка взаимодействия правоохранительных и налоговых органов (с учетом актуального налогового законодательства), а также внедрения новых и совершенствования существующих программных комплексов, используемых налоговыми органами;

– предусмотренные УК РФ положения об уголовной ответственности за совершение налоговых преступлений, по мнению автора, не отвечают в полной мере требованиям необходимой уголовной политики, вследствие чего, одним из действенных мер предупреждения налоговой преступности, в том числе в аспекте воздействия на учредителей организаций, может явиться введение института уголовной ответственности юридических лиц;

– налоговая амнистия, как составная часть налоговой политики государства, должна прямо предусматриваться федеральным законом;

– для решения социально-экономических проблем необходимо совершенствование налоговой политики, сокращение теневого сектора экономики, а также снижение административных барьеров развития бизнеса;

– основное назначение государственно-правового регулирования должно заключаться в поддержке и мотивации экономической целесообразности и общественно приемлемой, безопасной морали посредством отражения принципов правового регулирования, пропагандистских средств, а также мотивации нравственного поведения в основных положениях налогового законодательства.

В работе отмечена важность обеспечения криминологически грамотного реагирования на все криминальные проявления всеми специальными и иными субъектами реагирования, а также необходимость исходить из того, что без комплексной, всеобъемлющей общероссийской стратегии противодействия преступности, какого-либо стабильного позитивного эффекта в деле борьбы с исследуемыми явлениями достичь невозможно, даже в условиях отдельного региона.

В заключении подводятся итоги исследования, формулируются основные выводы и предложения, наиболее значимые из которых содержатся в положениях, выносимых на защиту.

В приложения включены таблицы, содержащие статистические расчеты, графики, отражающие количественные зависимости между налоговыми преступлениями и отдельными экономическими, социальными и другими факторами, используемые в работе методики по изучению личности налоговых преступников.

Основные положения и выводы исследования опубликованы в следующих работах.

Научные статьи, опубликованные в изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки России:

1. Босаков В.Н. Взаимодействие правоохранительных органов в борьбе с налоговыми преступлениями // Общество и право: научно-практический журнал. Краснодар, 2009. № 4(26). – 0,5 п.л.

2. Босаков В.Н. Уголовная ответственность за совершение налоговых преступлений в условиях декриминализации налоговой сферы // Вестник Ставропольского государственного университета. 2010. Вып. 5(70). – 0,4 п.л.

3. Босаков В.Н. Проблемы оптимизации криминологических исследований // Вестник Ставропольского государственного университета. 2011. Вып. 5(76). – 0,3 п.л.

4. Босаков В.Н. Этапы налоговой реформы и криминальная ситуация в сфере налогообложения // Вестник Ставропольского государственного университета. 2011. Вып. 6(77). – 0,3 п.л.

Научные статьи, опубликованные в иных изданиях:

5. Босаков В.Н. Проблема определения объема характера общественной опасности деяния как категории уголовного права // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Ставрополь: Сервисшкола, 2005. Вып. 8. – 0,2 п.л.

6. Босаков В.Н. Категория общественной опасности и ее роль в процессе дифференциации уголовной ответственности // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Ставрополь: Сервисшкола, 2005. Вып. 10. – 0,2 п.л.

7. Босаков В.Н. Категория общественной опасности как признак налоговых преступлений // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Ставрополь: Сервисшкола, 2008. Вып. 17. – 0,3 п.л.

8. Босаков В.Н., Адоньева А.Н. Социально-психологические особенности личности налоговых неплательщиков // Конституция Российской Федерации и Всеобщая Декларация прав человека как основа правовых гарантий прав и свобод личности: Материалы научно-практической конференции (г. Ставрополь, 5 декабря 2008 г.). В 2 ч. Ставрополь: «Мысль», 2009. Ч. 1. – 0,3/0,2 п.л.

9. Босаков В.Н. Основные типологические личностные характеристики налогового преступника (комплексный анализ) // Правовая действительность: состояние, перспективы, проблемы развития (на материалах СКФО): Материалы 55-й научно-методической конференции преподавателей и студентов «Университетская наука – региону» (г. Ставрополь, 15 апреля 2010 г.). Ставрополь: «Мысль», 2010. – 0,3 п.л.

10. Босаков В.Н. Проблемы законодательной техники при конструировании диспозиций статей о налоговых преступлениях // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Ставрополь: Сервисшкола, 2010. Вып. 23. – 0,3 п.л.

11. Босаков В.Н. Уклонение от уплаты налогов как источник преступных доходов (по опыту зарубежных стран) // Правовая действительность: состояние, перспективы, проблемы развития (на материалах СКФО): Материалы 55-й научно-методической конференции преподавателей и студентов «Университетская наука – региону» (г. Ставрополь, 15 апреля 2010 г.). Ставрополь: «Мысль», 2010. – 0,3 п.л.

12. Босаков В.Н. Некоторые правовые реалии борьбы с налоговыми преступлениями // Право и государство на этапе модернизации: задачи и пути решения: Материалы 56-й научно-методической конференции преподавателей и студентов «Университетская наука – региону» (г. Ставрополь, 29 апреля 2011 г.). Ставрополь: «Мысль», 2011. – 0,3 п.л.

13. Босаков В.Н. Проблемы предъявления гражданского иска в уголовных делах по налоговым преступлениям // Проблемы теории и практики организации судебной защиты в России: история и современность (к 140-летию со дня введения института адвокатуры на Тереке и Кубани): Материалы Всероссийской научно-практической конференции (10-11 ноября 2011 г.). Ставрополь: Изд-во СГУ, 2011. – 0,3 п.л.

14. Босаков В.Н. Ошибка налогоплательщика и ее влияние на квалификацию налоговых преступлений // Бъдещето въпроси от света на науката – 2011: Материали за 7-а международна научна практична конференция (17–25 декември 2011 г.). София: «Бял ГРАД-БГ» ООД, 2011. Т. 15. Закон. – 0,2 п.л.

15. Босаков В.Н. Аналитический подход к определению детерминации налоговых преступлений // Kluczowe aspekty naukowej dzialalnosci – 2012. Materialy VIII miedzynarodowej naukowi-praktycznej konferencji (7-15 stycznia 2012 roku). Przemysl: Sp. z o.o. «Nauka I studia», 2012. – 0,3 п.л.

Формат 60х84/16. Объем 1,5 п.л. Набор компьютерный.

Гарнитура Таймс. Печать ризография. Бумага офсетная.

Тираж 100 экз. Заказ №

Отпечатано в отделении оперативной полиграфии НИиРИО

Ростовского юридического института МВД России.

344015, г. Ростов-на-Дону, ул. Маршала Еременко, 83.


1 Российский налоговый портал: www.taxpravo.ru.

2 Указ Президента РФ от 19.01.2010 № 82 «О внесении изменений в перечень федеральных округов, утвержденный Указом Президента Российской Федерации от 13.05.2000 г. № 849 и в Указ Президента Российской Федерации от 12.05.2008 г. № 724 «Вопросы системы и структуры федеральных органов исполнительной власти».

3 Елисеева И.И., Щирина А.Н., Капралова Е.Б. Определение объема теневой деятельности на основе макроэкономических показателей // Вопросы статистики. 2004. № 4. С. 21.

4 Коэффициент латентности показывает, во сколько раз фактическая преступность больше зарегистрированной. В зависимости от величины коэффициента латентности преступления классифицируются на: низколатентные (Кл от 1 до 2); среднелатентные (Кл выше 2, но не более 20); высоколатентные (Кл выше 20, но не более 50); особо высоколатентные (Кл более 50).

5 По мнению В.Н. Кудрявцева первое направление – непосредственное воздействие на преступность, состоящее в предупреждении и пресечении преступлений, задержании и наказании виновных; второе – воздействие на главные, основные причины преступности, коренящиеся в экономическом строе общества, а также в социальной и политической сферах жизни людей; третье направление – связанное с общественным и индивидуальным сознанием, моральными, религиозными и правовыми представлениями и характерами людей. (См.: Кудрявцев В.Н. Преступность и нравы переходного общества. – М.: Гардарики, 2002. – 238 с.).






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.