WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Селиверстова Ольга Игоревна

Международно-правовой режим военных баз

Российской Федерации за рубежом

12.00.10 – Международное право; Европейское право

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Москва – 2012

Работа выполнена на кафедре международного права Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская академия правосудия»

Научный руководитель:

заслуженный юрист Российской Федерации

доктор юридических наук, профессор,

Нешатаева Татьяна Николаевна

Официальные оппоненты:

Капустин Анатолий Яковлевич

доктор юридических наук, профессор,

заместитель директора ФГНИУ «Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации»

Голубок Сергей Александрович

кандидат юридических наук,

адвокат Адвокатской палаты

г. Санкт-Петербурга

Ведущая организация:

Федеральное государственное бюджетное  образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Новосибирский национальный исследовательский государственный университет»

Защита состоится 24 мая 2012 года в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д 170.003.02 при Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия правосудия» по адресу: 117418, г. Москва, ул. Новочеремушкинская, д. 69А, ауд. 910.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская академия правосудия».

Автореферат разослан «___»___________2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета  С.П. Ломтев

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена изменением содержания международно-правового режима военных баз в эпоху глобализации. Регламентация вопросов, которые связаны с функционированием военных баз за рубежом, с позиций современного международного права требует выработки определения понятия «военной базы».

В доктрине международного права указанное понятие слабо разработано. Традиционное представление военной базы как широкого комплекса технических и иных средств, обеспечивающего поддержание в готовности определённого рода вооружённых сил на занятой территории, уже не соответствует современным реалиям, а потому нуждается в пересмотре. Разработка понятия «военной базы» возможна через установление признаков, присущих военным базам; путем определения основных элементов, характеризующих «военную базу» как таковую.

Международно-правовой режим военной базы во многом зависит от её правовой природы. В отечественной доктрине проблема правовой природы военной базы за рубежом не получила должного рассмотрения. Вместе с тем, решение этой проблемы необходимо, потому что от него зависит  теоретическое обоснование предоставления военным базам и лицам, входящим в их состав, привилегий и иммунитетов в государстве пребывания; характера и объёмов соответствующих привилегий и иммунитетов.

Основополагающее значение для содержания международно-правового режима военных баз имеют две юридические концепции – концепция юрисдикции и концепция территории.

Действие в отношении базы и её сотрудников одновременно юрисдикции государства флага и юрисдикции государства пребывания вызывает различные правовые коллизии, связанные с  неопределённостью в решении вопроса о том, какая из юрисдикций имеет приоритет в той или иной ситуации. Смешанное регулирование режима  военных баз, таким образом, делает весьма актуальной проблему определения природы и пределов юрисдикции обоих государств, соотношения норм их внутреннего законодательства с нормами международного договора о военной базе. Решению коллизионных вопросов, порождаемых столкновением юрисдикций, должна способствовать их чёткая регламентация с позиций международного права.

Государство флага базы осуществляет на занимаемой территории  эффективный контроль (права администрации, управления, юрисдикции и др.), что имеет специфические правовые последствия, главным из которых является обязанность соблюдать права человека на соответствующей территории. Теоретическое определение критериев осуществления эффективного контроля, его влияния на режим территории, переданной под размещение военной базы, необходимо для решения практических вопросов об ответственности государства в отношении обеспечения прав и свобод лиц на контролируемой территории.

Два вида российских военных баз - комплекс «Байконур» в Казахстане и военная-морская база Черноморского флота в Украине - имеют уникальный международно-правовой режим, который обусловлен историей создания, специфическими целями и задачами их функционирования.

Среди российских военных баз комплекс «Байконур» в Казахстане и база Черноморского флота в Украине представляют собой случаи sui generis. Особенности международно-правового режима указанных баз во многом предопределяют наличие нестандартных правовых проблем и связанных с ними затяжных межгосударственных споров, что, несомненно, требует выработки оригинальных правовых подходов в их решении.

Степень разработанности темы исследования.

Общие проблемы международно-правового режима военных баз за рубежом исследовались дореволюционными авторами - Э. Грабарём, Л.А. Комаровским, Н.М. Коркуновым, Ф.Ф. Мартенсом, В. Ульяницким, Л. Шалландом.

В советский период международно-правовой режим военных баз  наиболее основательно был рассмотрен в научных трудах М.И. Лазарева: докторской диссертации - «Иностранные военные базы на чужих территориях и современное международное право» (1961 г.); монографиях - «Империалистические военные базы на чужих территориях и международное право» (1963 г.), «Военные базы США в Латинской Америке - международный деликт» (1970 г.) и др.

Ограничения территориального верховенства, возникающие при размещении военных баз, подробно исследованы польским учёным Ц. Березовским. Институт международно-правовой аренды территории под военную базу являлся предметом изучения Ю.Г. Барсегова, Б.М. Клименко.

Следует признать, что в современной отечественной литературе по международному публичному праву отсутствуют специальные монографические исследования международно-правового режима военных баз.

Аспекты пребывания российских военных баз на территориях иностранных государств являются предметом преимущественно политологических работ. Правовые исследования проблем, связанных с международно-правовым режимом военных баз за рубежом, немногочисленны и носят фрагментарный характер. Составляющие компоненты избранной проблематики рассматривались по отдельности, такими авторами как, С.А. Голубок, А.Я. Капустин, Н.А. Крюков, В.И. Липунов, Т.Н. Нешатаева, О.Ж. Саматов, В.В. Свинарев, В.И. Шерпаев.

Проблемы международно-правового режима военных баз в середине прошлого века изучались зарубежными авторами, в числе которых, Д. Анцилотти, Э.Х. де Аречага, Дж. К. Блюнчли, Г.П. Бартон, Я. Броунли,  Е. Ваттель, С.Ф. Вольф А. Кассесе, К. Кольяр, В. Лов, Г.Е. Менцер, Ф. Мефферд, Л. Оппенгейм, Е. Рейд, А. Фердросс, Ч. Хайд, О. Шахтер.

В ряду современных исследователей следует отметить Дж. Вестлэйка, Дж. Гэмбла, Г.Л. Мариса, Дж. Пауста, Г.Перрита, М. Рагаци, М. Дж. Страусса, М. Шоу.

Среди зарубежных исследований, посвященных проблемам международно-правового режима военных баз, особого внимания заслуживают работы английского профессора Г.П. Бартона «Foreign Armed Forces: Immunity From Criminal Jurisdiction» (1950 г.), французских учёных - Ф. Мефферда «Le Statut Juridique des cessions a bail Americaines» (1950 г.), М.Дж. Страусса «The Leasing of Guantanamo Bay» (2009 г.).

Объектом диссертационного исследования являются правоотношения, складывающиеся в процессе функционирования международно-правового режима военных баз Российской Федерации за рубежом.

Предметом диссертационного исследования является совокупность правовых норм, определяющих содержание международно-правового режима российских военных баз за рубежом.

Целью диссертационной работы является обоснование положений о конструировании механизма правового регулирования международно-правового режима военных баз Российской Федерации за рубежом.

Задачами диссертационного исследования являются:

- установление содержания понятия «военная база»;

- определение правовой природы «военной базы» за рубежом;

- выявление правовой основы учреждения военной базы за рубежом;

- анализ соотношения источников правового регулирования международно-правового режима военных баз;

- установление основания, характера и объёмов распространения экстерриториальной юрисдикции государства флага;

- выявление основных тенденций договорно-правового регулирования распределения юрисдикции в отношении военных баз и лиц, входящих в их состав;

- обоснование предоставления привилегий и иммунитетов военным базам и лицам, входящим в их состав;

- установление характера и объёмов привилегий и иммунитетов, предоставляемых  военным базам и лицам, входящим в их состав.

Методологическая основа исследования

При проведении исследования использовались общенаучные (анализ, синтез, сравнение, абстрагирование, конкретизация, обобщение, индукция, дедукция, идеализация, аналогия, моделирование) и частнонаучные (формально-юридический, сравнительно-правовой) методы исследования.

Теоретической основой исследования явились положения общей теории международного права; положения о правовом статусе воинских формирований одного государства, расположенных на территории другого государства.

Эмпирическую основу диссертации составили результаты изучения:

- 7 международных договоров РФ о военном сотрудничестве, 6 международных договоров о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи;

- 63 международных соглашений по статусу военных баз, из них 17 соглашений по Черноморскому флоту РФ, 19 соглашений по комплексу «Байконур»;

- 2 решения Постоянной палаты международного правосудия, 1 решение Постоянной палаты третейского суда, 3 решения Европейского суда по правам человека, 2 решения Экономического Суда СНГ, 8 решений национальных судов.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в  1) определении понятия и правовой природы «военной базы» РФ за рубежом,  обосновании концепций территории и юрисдикции как детерминант международно-правового режима военных баз; 2) выделении видов и объёмов привилегий и иммунитетов, необходимых для функционирования военных баз; 3) выявлении особенностей международно-правового режима отдельных видов военных баз.

Положения, выносимые на защиту:

1. Военная база состоит из трёх элементов: персонального - воинских формирований, обладающих особым правовым статусом; территориального - участка территории, отводимого под военную базу, в пределах которого ограничивается территориальное верховенство государства пребывания; имущественного - движимого и недвижимого имущества базы, имеющего специальный правовой режим.

2. Российские военные базы представляют собой государственные органы, учреждаемые для обеспечения интересов РФ в области безопасности на иностранной территории. Основными признаками военной базы как  государственного органа, являются:  её деятельность от имени и в интересах Российской Федерации в составе Министерства обороны РФ; выполнение публичных функций в соответствии с международным и внутригосударственным правом, установленной в Российской Федерации компетенцией (например, в части управления воинскими формированиями, входящими в её состав).

3. Правовой основой учреждения военной базы является двусторонний международный договор, заключаемый с целью защиты суверенитета и безопасности государства флага и государства пребывания базы на длительный срок, и включающий нормы о привилегиях и иммунитетах военной базы и лиц, входящих в её состав.

4. Правовая природа военной базы предполагает смешанное регулирование её режима нормами международного и национального права. Наряду с международным договором, правовое регулирование международно-правового режима военных баз осуществляется на основе соответствующих обычаев права.  Нормы национального права государства пребывания и государства флага служат вспомогательным источником правового регулирования и не должны противоречить содержащимся в договорах нормам.

5. Государство пребывания военной базы предоставляет государству, которому принадлежит база,  право на осуществление экстерриториальной юрисдикции. Объём экстерриториальной юрисдикции устанавливается международным договором.

В зависимости от объёма осуществления юрисдикции государством флага всё многообразие форм размещения военных баз на территориях иностранных государств можно подвести под два основных международно-правовых режима: «жёсткий» и «мягкий». Жёсткий режим предполагает исключительное распространение юрисдикции государства флага в отношении военной базы и её персонала. Мягкий режим предполагает совместное осуществление юрисдикции направляющим и принимающим государствами. Выбор международно-правового режима военной базы осуществляется договаривающимися государствами и зависит от целей её размещения, состояния взаимоотношений, политических мотивов и интересов договаривающихся государств.

6. Экстерриториальная юрисдикция государства флага основана на персональном принципе.

Современные тенденции правового регулирования состоят в признании того, что юрисдикция государства флага имеет строго выраженный функциональный характер. Юрисдикция государства флага обладает приоритетом над территориальной юрисдикцией государства пребывания при решении вопросов, связанных с режимом территории базы; осуществлением публично-правовых актов сотрудниками базы. Юрисдикция государства флага уступает территориальной юрисдикции государства пребывания при решении вопросов, связанных с частноправовыми отношениями базы и её сотрудников.

7. Военная база и её сотрудники пользуются привилегиями и иммунитетами, которые представляют собой особые права и изъятия из  территориальной юрисдикции государства пребывания. Данные привилегии и иммунитеты предоставляются преимущественно на договорной основе, в силу функциональной необходимости, имеют ограниченный характер. Тенденции развития обычно-правового регулирования состоят в признании за иностранными военнослужащими иммунитета от юрисдикции государства пребывания в делах, касающихся воинской дисциплины и внутренней организации базы, а также по отношению к действиям, предпринятым во исполнение их служебных обязанностей.

Теоретическая значимость результатов исследования заключается в том, что они дополняют и развивают международно-правовую теорию юрисдикции в части концептуальных положений об основаниях юрисдикции (принципе компетенции государства в отношении своих публичных служб); концептуальные положения международно-правовой теории территории об ограничениях территориального верховенства.

Практическая значимость диссертации заключается в том, что материалы и выводы диссертации могут быть применены при подготовке специалистов в области международного публичного права; использованы  для дальнейших научных исследований по соответствующей проблематике.

Апробация результатов исследования 

Основные положения диссертации были изложены в научных докладах на научных, научно-практических конференциях: «Традиции и новации в системе современного российского права» (3-4 апреля 2009 г.,  Москва, Московская государственная юридическая академия им. О.Е. Кутафина); «Ломоносов» (13-18 апреля 2009 г., Москва, Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова); «Преодоление правового нигилизма как вектор развития современного государства и общества» (27-28 ноября 2009 г., Казань, Казанский (Приволжский) федеральный университет); «Право и суд в современном мире» (1 марта 2011 г., Москва, Российская академия правосудия).

Структура диссертационного исследования соответствует цели и поставленным задачам исследования и представлена следующим образом: введение; три главы, объединяющие десять параграфов; заключение; приложение.

СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обоснована актуальность выбранной темы диссертации; определена степень ее разработанности;  определены предмет, цель и задачи исследования; обозначены научная новизна и практическая значимость результатов диссертационного исследования; сформулированы положения, выносимые на защиту; приведены сведения об апробации полученных в процессе исследования результатов.

Первая глава «Понятие и теоретические основы международно-правового режима военных баз» посвящена рассмотрению понятия и правовой  природы военных баз; установлению роли различных источников правового  регулирования их режима; выявлению и анализу основных юридических концепций, определяющих содержание международно-правового режима военных баз.

В первом параграфе  «Понятие военной базы. Военные базы как органы направляющего государства» проведён анализ определения  «военной базы», выявлены его сущностные признаки; исследована правовая природа российских военных баз за рубежом.

Понятие «военной базы» в международном праве слабо разработано. В отечественной доктрине делались лишь отдельные попытки определить это понятие. В практике заключения международных договоров этот термин рассматривается, прежде всего, не как правовая категория, а как военно-техническое определение, которое не влияет на существо соглашения о военной базе. Кроме того, используется ряд смежных понятий, таких как «место дислокации», «полигон», «опорный пункт».

Учитывая многообразие вариантов военного присутствия за рубежом, проводится отграничение военных баз от иных форм базирования воинского контингента на территориях иностранных государств. Указанная задача достигается посредством формулирования признаков, квалифицирующих военные базы в качестве таковых. Делается вывод о том, что военная база состоит из трёх элементов: персонального - воинских формирований, обладающих особым правовым статусом; территориального - участка территории, отводимого под военную базу, в пределах которого ограничивается территориальное верховенство государства пребывания; имущественного - движимого и недвижимого имущества базы, имеющего специальный правовой режим. Наличие совокупности указанных элементов может служить основой для отнесения тех или иных объектов к военным базам.

Военные базы отличает их особый статус, выражающийся в обладании определёнными иммунитетами и привилегиями в государстве пребывания. Наличие такого статуса обосновывается отнесением военных баз к органам направляющего государства. На основании исследования правовой природы баз сделан  вывод о том, что российские военные базы представляют собой государственные органы, учреждаемые для обеспечения интересов РФ в области безопасности на иностранной территории. Сформулированы основные признаки базы, характеризующие её в качестве государственного органа, которыми являются: деятельность от имени и в интересах Российской Федерации в составе Министерства обороны РФ; выполнение публичных функций в соответствии с законодательно закреплённой компетенцией; управление воинскими формированиями, входящими в её состав.

Во втором параграфе «Источники правового регулирования международно-правового режима военных баз» установлено, что правовая природа военной базы предполагает смешанное регулирование её режима нормами международного и национального права. Рассмотрение источников правового регулирования международно-правового режима российских военных баз проводится в соответствии с перечнем источников международного права, содержащимся в статье 38 Статута Международного Суда ООН.

Несмотря на то, что размещение военных баз на иностранной территории является одним из направлений внешней политики государств, специальных многосторонних международных договоров по военным базам, как на региональном, так и на универсальном уровне не существует. Все вопросы, связанные с размещением воинских формирований, решаются в рамках двустороннего сотрудничества между государством флага базы и государством пребывания. 

Правовой основой учреждения военной базы является двусторонний международный договор, заключаемый с целью защиты суверенитета и безопасности государства флага и государства пребывания базы на длительный срок, и включающий нормы о привилегиях и иммунитетах военной базы и лиц, входящих в её состав.

По сравнению с международными договорами роль иных источников правового регулирования режима военных баз не велика. Некоторые обычаи сложились лишь в отношении предоставления иммунитетов военным базам и их персоналу; распределения юрисдикции между направляющим государством и государством пребывания. Соответствующие обычаи могут заполнять пробелы договорного правового регулирования, однако, не являются достаточно чёткими.

Международная судебная практика в данной области отсутствует. Значение имеющихся решений внутригосударственных судов по делам, связанным с размещением военных баз, заключается в основном в свидетельстве согласия государства с тем или иным международным обычаем либо об используемых подходах к толкованию и применению положений международных договоров по базам.

На основе анализа теоретического и практического материала, делается вывод о том, что особенность правового регулирования международно-правового режима военных баз состоит в том, что, несмотря на нормы jus cogens, положения Устава ООН, основным источником такого регулирования является международный договор, заключаемый между государством флага базы и государством пребывания. Остальные источники являются вспомогательными и не могут самостоятельно регулировать отношения, складывающиеся в процессе размещения военных баз.

Третий параграф «Основные юридические концепции, определяющие содержание международно-правового режима военных баз» состоит их двух подпараграфов. Исследуются две юридические концепции, имеющие основополагающее значение для содержания международно-правового режима военных баз – концепция территории и концепция юрисдикции.

Размещение военных баз на иностранной  территории опосредуется отношениями по аренде соответствующей её части. В случае размещения военной базы государство флага осуществляет гораздо больше прав на арендованной под базу территории, нежели принимающее государство. При этом осуществление значительной доли контроля на арендованной территории имеет следующее правовое последствие.

Государство флага базы может оказаться единственным субъектом, способным обеспечивать соблюдение прав человека на территории, над которой оно осуществляют эффективный контроль. Анализ практики Европейского суда по правам человека показывает, что решающим фактором при определении субъекта, ответственного за соблюдение прав человека на занятой территории, выступает осуществление преимущественного контроля над этой территорией, а не её принадлежность конкретному государству. Таким образом, несмотря на то, что в случае размещения военных баз суверенитет на отведённой территории не переходит к государству флага, осуществление им значительной доли контроля имеет специфические правовые последствия, одним из которых является обязанность соблюдать права человека на территории, над которой государство флага осуществляет эффективный контроль.

Международно-правовой режим военной базы тесно связан с концепцией юрисдикции. Государство флага базы распространяет свою юрисдикцию в пределах участка территории иностранного государства, отводимого под военную базу, а также на лиц, входящих в её состав. Принимающее государство, в свою очередь, ограничивает собственную юрисдикцию в отношении базы и лиц, входящих в её состав. Юрисдикция государства флага является экстерриториальной и основывается на персональном принципе.

Основной проблемой в правовом регулировании международно-правового режима военных баз является определение приоритета при конфликте юрисдикций государства флага и государства пребывания.  Главенствующую роль в решении этой проблемы играют положения двусторонних международных договоров о распределении юрисдикции. В отсутствии соответствующих правил в международном договоре экстерриториальная юрисдикция государства флага имеет приоритет в том случае, когда она основана на международном обычае и не вступает в конфликт с юрисдикцией государства пребывания. Современные тенденции правового регулирования состоят в признании того, что юрисдикция государства флага имеет чётко выраженный функциональный характер. Юрисдикция государства флага обладает приоритетом над территориальной юрисдикцией государства пребывания при решении вопросов, связанных с режимом территории базы; осуществлением публично-правовых актов сотрудниками базы. Юрисдикция государства флага уступает территориальной юрисдикции государства пребывания при решении вопросов, связанных с частноправовыми отношениями базы и её сотрудников.

Вторая глава «Содержание международно-правового режима военных баз» посвящена исследованию отношений, складывающихся в процессе учреждения, функционирования и закрытия военных баз.

В первом параграфе «Учреждение военных баз» рассматриваются вопросы, возникающие в процессе создания военных баз на территории иностранных государств. Создание военной базы в соответствии с  международным договором необходимо отграничивать от ввода войск на основании решений международных организаций, уставные цели которых предполагают полномочия в деле поддержания мира и стабильности.

На основе анализа существующего порядка допуска воинских формирований и их размещения на территории государств-участников Организации Договора о коллективной безопасности, который осуществляется по решению глав государств-участников Договора - членов Совета коллективной безопасности, сделан ряд выводов. Основным из них является вывод, согласно которому главная задача решений международных организаций - уполномочить соответствующие государства создать силы, способные выполнять на иностранной территории определённые задачи.  В то же время, учреждение военной базы как таковой, предусматривающее длительный срок её размещения, особый статус в государстве пребывания, оговаривается отдельно в двусторонних договорах. Двусторонний договор является основным правовым основанием учреждения военной базы и может быть заключен, как на основе соответствующих решений международных организаций, так и без наличия таковых.

Второй параграф «Состав военных баз» посвящён анализу персонального элемента военной базы (воинских формирований, обладающих особым правовым статусом).

При определении некоторых вопросов, касающихся состава военных баз (о возможности ограничения численности военного персонала по требованию государства пребывания, порядке вступления командира базы в свои полномочия), может быть использована аналогия дипломатического права. В других случаях в силу специфики рассматриваемых отношений требуется специальное правовое регулирование. Обычаи в указанной сфере пока ещё не сложились, поэтому вопросы, при решении  которых невозможно применить аналогию права (например, вопросы о возможности вхождения в состав военных баз граждан третьих государств; о высылке нежелательных лиц из состава баз за пределы государства пребывания) должны определяться в международных договорах либо путем переговоров между уполномоченными органами направляющего и принимающего государств.

В третьем параграфе «Имущество военных баз» рассматривается правовой режим имущества военных баз.

В  соответствии с практикой размещения российских военных баз недвижимое имущество (земельные участки, здания и другие объекты инфраструктуры, предназначенные для функционирования базы) может передаваться во владение и пользование безвозмездно, либо на условиях взимания арендной платы. При этом в зависимости от правового режима можно выделить три вида недвижимого имущества российских военных баз - имущество, временно переданное в пользование РФ; объекты, построенные и приобретенные за счёт средств РФ; совместно используемое имущество.

Движимое имущество может быть как собственностью РФ, так и собственностью принимающего государства, предоставляющего это имущество на безвозмездной основе либо за плату.

Условия международных договоров о передаче недвижимости во временное пользование во многом схожи с условиями арендных договоров в частном праве. Юридическое оформление прав на передаваемое в рамках международных договоров имущество осуществляется уполномоченными органами государства пребывания в порядке, установленном его законодательством. Недостаток проработки вопросов оформления соответствующих прав на уровне международных соглашений, несоответствие положений этих соглашений с внутренним правом принимающего государства порождает определённые препятствия для функционирования военных баз.

Существующий порядок разрешения имущественных споров военных баз путем дипломатических переговоров не является достаточно эффективным; на практике это приводит к возникновению затяжных правовых проблем.

Четвертый параграф «Привилегии и иммунитеты военных баз и лиц, входящих в их состав» состоит их трёх подпараграфов. В первом из них содержится теоретическое обоснование привилегий и иммунитетов военных баз и лиц, входящих в их состав.

Исходя из анализа основных теорий, объясняющих происхождение иммунитетов (теория экстерриториальности, представительская теория, теория суверенного иммунитета государств, функциональная теория), сделан вывод о том, что военная база наделяется иммунитетом с целью создания такого статуса, при котором она сможет беспрепятственно осуществлять свои полномочия, оставаясь независимой от действия права принимающего государства. При осуществлении местной юрисдикции без каких-либо изъятий пострадала бы цель, ради которой предоставляется право размещения иностранных военных баз. Идею предоставления иммунитетов в силу их функциональной необходимости предлагается закрепить в международных соглашениях по военным базам.

Не только сама база, но и члены воинских формирований, входящих в её состав, в силу осуществления публичных функций в государстве пребывания наделяются соответствующими иммунитетами. Всё многообразие доктринальных концепций относительно иммунитета вооружённых сил, находящихся на иностранной территории, можно свести к двум основным – концепции исключительного иммунитета и концепции ограниченного иммунитета. Если военнослужащие полностью изъяты из-под действия местной юрисдикции, то иммунитет является исключительным. Если же они в ряде случаев подлежат местной юрисдикции – это ограниченный иммунитет.

Исследование обозначенных концепций показало, что концепция исключительного иммунитета противоречит принципу государственного суверенитета, согласно которому государство осуществляет в своих границах территориальную юрисдикцию, ограничивая её в пользу иностранной юрисдикции лишь в исключительных случаях. Поэтому лицам, входящим в состав военных баз, должен предоставляться ограниченный иммунитет.

На основе анализа доктрины, судебной практики и норм договоров о военных базах сделан вывод о том, что в настоящее  время идёт процесс формирования обычая, согласно которому иммунитет от юрисдикции государства пребывания за иностранными военнослужащими признаётся в делах, касающихся воинской дисциплины и внутренней организации базы, а также по отношению к действиям, предпринятым во исполнение их служебных обязанностей.

При этом правовая основа иммунитетов носит смешанный характер. Фактической основой иммунитетов является необходимость эффективного осуществления функций государства флага базы, а юридической основой - согласие государства пребывания на предоставление военным базам и их персоналу определённых изъятий из-под действия своей юрисдикции.

Во втором подпараграфе рассмотрены виды и объёмы иммунитетов, предоставляемых российским военным базам и лицам, входящим в их состав в соответствии с международными договорами РФ. Выявлено, что при договорном определении объёма привилегий и иммунитетов российских военных баз и их персонала может быть использована аналогия с иммунитетами дипломатических представительств и их административно-технического персонала. Тем не менее, данная аналогия не должна носить всеобъемлющего характера. Дипломатическое представительство осуществляет представительские функции, содействуют развитию дружественных отношений и т.п.; военная база размещается в целях защиты военными средствами национальной безопасности и суверенитета. Правовой статус дипломатических представительств определяется на универсальном уровне; военной базы - на двустороннем уровне. Ввиду указанных отличий обоснован вывод о том, что военным базам и их персоналу должен предоставляться ограниченный иммунитет, обусловленный исключительно необходимостью эффективного осуществления возложенных на них функций.

В третьем подпараграфе рассмотрены виды и особенности привилегий российских военных баз и лиц, входящих в их состав в соответствии с международными договорами РФ. Установлено, что предоставление привилегий военным базам и лицам, входящим в их состав, также как и предоставление иммунитетов, носит договорный характер. Наличие или отсутствие привилегий, их содержание зависят от волеизъявления сторон. Последнее может быть основано на нормах международной вежливости либо продиктовано политическими усмотрениями. В соответствии с договорами между Россией и Казахстаном, Россией и Украиной, бывшие военнослужащие и члены их семей наделены правом выбрать в качестве постоянного места жительства - государство пребывания, получить прописку (вид на жительство), сохранить за собой право на занимаемые ими жилые помещения. Очевидно, что на закрепление в договорах таких привилегий повлияли особые взаимоотношения договаривающихся государств, история создания и эксплуатации существующих военных баз и т.п. Установление подобных привилегий возможно исключительно в договорном порядке.

Предоставление более «традиционных» привилегий (свобода сношений с государством флага; право использования государственных символов на помещениях и средствах передвижения военной базы и т.п.) может быть основано не только на договоре, но и на содержании соответствующих обычаев либо использовании аналогии с предоставлением дипломатических привилегий.

В пятом параграфе «Закрытие военных баз» рассматриваются  основания и условия закрытия военных баз.

Вывод войск с территории иностранного государства и закрытие военной базы возможны только после прекращения международного договора о базе. Проведенный анализ договоров о российских военных базах показывает, что, иных оснований  для прекращения указанных договоров, кроме окончания срока их действия (при отказе одной из сторон от пролонгации) не предусмотрено.

Вместе с тем,  прекращение договора, его денонсация могут иметь место в результате применения положений Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года. В отношении договоров о военных базах наибольшее значение имеют, прежде всего, такие основания их прекращения как нарушение договора и коренное изменение обстоятельств. Необоснованный отказ государства пребывания от договора о базе не влечет за собой его прекращения и может породить международно-правовую ответственность.

Как показала практика закрытия российской базы в Грузии, этот процесс занимает несколько лет и может стать сложной проблемой для государств пребывания, в случае их заинтересованности осуществить вывод иностранных войск со своей территории к моменту окончания срока действия договора по военной базе. Согласно действующим договорам о российских военных базах государство пребывания должно сообщить российской стороне об отказе от пролонгации договора не позже, чем за год (по некоторым договорам – за шесть месяцев) до окончания срока. То есть, военная база будет функционировать и после окончания срока действия соответствующего договора, но уже в режиме вывода в соответствии с новым соглашением.

Третья глава «Международно-правовой режим отдельных видов военных баз» посвящена исследованию двух российских военных баз, имеющих уникальный международно-правовой режим – комплекса «Байконур» в Казахстане и военно-морской базы Черноморского флота в Украине.

В первом параграфе «Комплекс «Байконур» в Казахстане рассматриваются основные этапы становления существующей системы правового регулирования использования и функционирования комплекса «Байконур»; исследуются условия аренды комплекса «Байконур», особый  статус города Байконур.

Комплекс «Байконур» включает в себя испытательные, технологические, научные, производственно-технические, социальные и обеспечивающие объекты космодрома «Байконур» и город Байконур. В городе Байконур действует уникальная система государственного управления и регулирования имущественных и других отношений.

Формулировка Соглашения между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о статусе города Байконур, порядке формирования и статусе его органов исполнительной власти 1996 года в соответствии с которой его статус соответствует статусу города федерального значения, вносит неясность в определение основных составляющих правового положения соответствующей территории, влечёт за собой постоянные споры относительно того, является ли территория города Байконур территорией Российской Федерации или нет.

Соглашение о статусе города Байконур, на первый взгляд, содержит два взаимоисключающих положения. С одной стороны, оно определяет город Байконур в качестве административно-территориальной единицы Республики Казахстан, с другой стороны, наделяет его статусом, соответствующим городу федерального значения Российской Федерации. Однако, толкование статьи 1 указанного соглашения, а также имеющейся правоприменительной практики приводит к выводу о том, что территория города Байконур рассматривается, прежде всего, в качестве составной части Республики Казахстан. Несмотря на аренду указанной территории, она не перестаёт оставаться под суверенитетом Казахстана.

Отличие комплекса «Байконур» от «классических» военных баз, на территории которых юрисдикция РФ распространяется в ограниченных объёмах, состоит в том, что комплекс  включает в себя город, фактически полностью подпадающий под юрисдикцию РФ. При этом указанная территория не является анклавом или какой-либо иной частью территории РФ. Юрисдикция Республики Казахстан распространяется только на соблюдение конституционных прав граждан Республики Казахстан, проживающих на комплексе «Байконур». Остальные правоотношения подразумевают осуществление юрисдикции РФ.

Во втором параграфе «База Черноморского флота Российской Федерации в Украине» исследуется история изменения правового статуса военно-морской базы Черноморского флота, её международно-правовой режим.

Учитывая комплексный и довольно сложный состав объектов, передаваемых в аренду Черноморскому флоту, а также межгосударственный характер арендных отношений предлагается заключить межправительственный договор об аренде аналогичный договору аренды комплекса «Байконур» в Казахстане. С одной стороны, в нём будут прописаны предмет, цели, сроки аренды, размер арендной платы, порядок расчётов, права и обязанности арендодателя и арендатора и ряд других типичных условий, характерных для частноправового договора аренды. С другой стороны, регламентированы организационные основы управления арендуемым комплексом, порядок осуществления межгосударственного контроля за ходом выполнения условий договора и т.д.

Базовые договоры по Черноморскому флоту были заключены в период острой необходимости как можно быстрее урегулировать его статус. В итоге, правовая основа функционирования флота создана в самом общем виде, многие вопросы оказались не затронуты либо затронуты частично. Пробелы в правовом регулировании порождают разные подходы сторон к толкованию спорных моментов. Такая ситуация усугубляется тем, что Украина пытается восполнить эти пробелы путём принятия в одностороннем порядке документов, противоречащих межгосударственным договорам. Российско-украинские имущественные отношения власти Украины также пытались решить через национальные суды в одностороннем порядке, а не путём двусторонних переговоров, как это предусмотрено международными соглашениями.

Между Россией и Украиной нет обязательств в области коллективной обороны, как в отношениях с другими государствами постоянного базирования российских воинских формирований, поэтому пробелы в двустороннем регулировании не могут быть восполнены путём применения многосторонних соглашений по статусу военных сил на иностранных территориях, принятых Организацией Договора о коллективной безопасности. Таким образом, проблемы, связанные с пребыванием флота, должны решаться исключительно на двустороннем уровне в рамках межгосударственного сотрудничества по конкретизации действующих договоров по Черноморскому флоту.

В заключении подводятся итоги исследования и обобщаются наиболее важные выводы и положения диссертации.

Приложение содержит данные сравнительно-правового анализа об  основных составляющих международно-правового режима российских военных баз по договорам между Российской Федерацией и государствами пребывания в виде таблицы.

Основные положения диссертации опубликованы:

I. В рецензируемых научных журналах и изданиях, рекомендованных  Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации

1. Селиверстова О.И. Проблемы и перспективы развития правового регулирования статуса российских военных баз на территории иностранных государств // Евразийский юридический журнал. 2010. № 6 (25). - С. 61-63.

II. В иных научных изданиях

2. Селиверстова О.И. Правовой режим учреждения и закрытия военных баз // Право и суд в современном мире: материалы II ежегодной научной конференции аспирантов и соискателей (1 марта 2011г.). М.: РАП, 2012. - 1 электрон. опт. диск (CD-ROM).

3. Селиверстова О.И. К вопросу о правовой природе военных баз за рубежом // Социально-гуманитарный вестник Юга России. 2010. № 3. - С. 204-211.

4. Селиверстова О.И. Правовое регулирование размещения военных баз за рубежом. Проблема определения правовой природы иммунитетов // Преодоление правового нигилизма как вектор развития современного государства и общества: Материалы IV Международной научно-практической конференции студентов и аспирантов. Казань: Казан. гос. ун-т, 2009. - С. 270-272.

5. Селиверстова О.И. Правовой режим военных баз. Проблемы осуществления государственной юрисдикции // Традиции и новации в системе современного российского права: Сборник тезисов международной  межвузовской научно-практической конференции студентов и аспирантов. М.: МГЮА, 2009. - С. 378-379.







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.