WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

ШИРЯЕВА Елена Григорьевна

Сельскохозяйственные иностранные концессии

на Северном Кавказе

в 1920-х 1930-х и в 1990-х начале 2000-х гг.:

историко-сравнительный анализ

Специальность 07.00.02 — Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание

ученой степени кандидата исторических наук

Ставрополь — 2012

Работа выполнена

в ФГБОУ ВПО «Ставропольский государственный университет»

Научный руководитель:

доктор исторических наук

Плохотнюк Татьяна Николаевна

Официальные оппоненты:

ФГБОУ ВПО «Ставропольский государственный университет»,

доктор исторических наук, доцент

кафедры археологии и региональной истории

Колесникова Марина Евгеньевна

Ставропольский институт кооперации (филиал)

Автономной некоммерческой организации ВПО «Белгородский университет кооперации, экономики и права», кандидат исторических наук, доцент

Печалова Лариса Викторовна

Ведущая организация:

ФГБОУ ВПО «Саратовский

государственный университет» кафедра отечественной истории в новейшее время

Защита состоится 11 мая 2012 г. в ____ часов на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.256.03 по историческим наукам при ФГБОУ ВПО «Ставропольский государственный университет» по адресу 355 009, г. Ставрополь, ул. Пушкина, 1, аудитория 416

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ ВПО «Ставропольский государственный университет»

Автореферат размещен на сайтах: http://vak2ed.gov.ru

http://www.stavsu.ru

Автореферат разослан «___» апреля 2012 года

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор исторических наук, профессор И.А. Краснова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. Современная активизация иностранного капитала в экономике России стала вполне отчетливой реалией. Иностранный капитал продолжает прибывать в российскую экономику. Данные о динамике и объемах этого движения противоречивы, однако, по имеющимся оценкам аналитиков, масштабы участия предприятий с иностранным капиталом во многих отраслях российской экономики в последнее время резко возросли.

Такая активность порождает немало вопросов по поводу природы этого явления и формирует опасения по поводу того, что, нет ли в этом угрозы для развития отечественного бизнеса. Вопросы о том, что не является ли активизация иностранного бизнеса в России подтверждением упадка отечественного производства, не является ли повинным некомпетентное или коррупционное российское  чиновничество и бизнес в формировании тенденции к доминированию иностранного капитала и в чем проблема ориентации отечественного бизнеса на создание высокотехнологичного импортозамещающего производства уместны и адекватны в сложившейся ситуации. Ответы на них требуют не только теоретического знания, усовершенствованного за счет глубокого анализа современных процессов и мирового опыта, но и исторического знания, основанного на изучении отечественного государственно-частного партнерства.

Несомненно, что компаратив обобщенного исторического опыта государственно-частного партнерства в области сельского хозяйства особо значим для такого региона как Северный Кавказ, где аграрная сфера все еще остается приоритетной и являет собой важное условие развития экономики в целом.

Объектом исследования определена сельскохозяйственная иностранная концессия в условиях становления политической и экономической систем.

Предметом изучения является государственная политика привлечения иностранного капитала в региональное сельское хозяйство и функционирование концессий в северокавказском регионе.

Цель диссертации – проанализировать региональный опыт государственно-частного партнерства в условиях разных политических режимов и сходной ситуации смены экономической парадигмы на материалах северокавказского региона.

Исходя из этой цели в работе ставятся следующие исследовательские задачи:

– проанализировать политико-правовые и организационные основы привлечения иностранного капитала в России и в СССР в 1920-е годы;

– охарактеризовать состояние сельскохозяйственного производства северокавказского региона;

–проанализировать деятельность иностранных сельскохозяйственных концессий в северокавказской экономической практике в 1922 - 1934 гг.

– выявить и систематизировать экономические предпосылки и законодательные основы привлечения иностранного капитала в постперестроечную Россию и ее регионы в сравнении с ситуацией 1920-х годов;

– оценить состояние и определить основные тенденции развития сельского хозяйства северокавказского региона в 1990-х годах;

– изучить формы участия иностранного капитала в сельском хозяйстве регионов РФ на примере Северного Кавказа, сравнив их с формами 20-х–30-х годов ХХ века.

Хронологические рамки определены в соответствии с целью исследования. Для выполнения сравнения политико-правовых условий привлечений иностранного капитала, его организационных основ и результатов деятельности в регионе были определены два периода:

1) 1920 – 1934 гг., когда за достаточно короткий отрезок времени, в условиях сложной экономической и политической обстановки в советском государстве сложилась и получила практическое воплощение модель взаимодействия отечественного хозяйства с мировым рынком посредством использования иностранного капитала в форме концессий. Нижняя хронологическая грань определяется принятием декрета СНК «Об общих экономических и юридических условиях концессий» (23 ноября 1920 г.). Верхняя (1934гг.) совпадает по времени с утверждением в партийных кругах изоляционистских настроений, направленных в первую очередь на прекращение каких-либо внешнеэкономических отношений с Западом. После 1934 года до второй половины 80-х гг. ХХ в. Советский Союз выступал в качестве иностранного инвестора за рубежом. Но в СССР преобладало отрицательное отношение к иностранному капиталу, поэтому этот временной промежуток выпадает из нашего поля зрения.

2) Второй этап вмещается в рамки с 1987 по 2005 гг., когда за приблизительно сходный временной отрезок произошло становление и развитие инвестиционной деятельности российского государства. Нижняя граница этого анализируемого периода обусловлена «открытием» доступа иностранного капитала в отечественную экономику. С 1987 года было разрешено  создание совместных предприятий российских юридических лиц с зарубежными партнерами в форме закрытых корпораций (в нынешней российской терминологии – обществ с ограниченной ответственностью или закрытых акционерных обществ). В качестве верхней границы второго периода выбран год принятия ФЗ№ 115 «О концессионных соглашениях», ознаменовавшего оформление позиции государства в отношении присутствия иностранного капитала в экономике.

Территориальные рамки исследования охватывают северокавказский экономический район и были определены на основе признания факта физического расположения и факта сложившейся экономической системы. Оформление экономических связей, с одной стороны, было фактором административного деления территории, а с другой – в какой-то мере следствием, так как по мере экономического развития под воздействием политических процессов происходило и происходит административно-территориальное переустройство территории.

Степень изученности проблемы. Результаты выполненного историографического анализа систематизированы на основе проблемно-хронологического принципа, в соответствии с которым выявленный историографический массив был разбит по проблемам на три блока или группы.

Первый блок отразил результаты анализа историографического опыта изучения проблем трансформации хозяйственных механизмов в условиях НЭПа (1920-е гг.) и перехода к рыночным отношениям (1990-е – 2000- е гг.). Из весьма обширной историографии НЭПа1 наше внимание привлекает только период 1990-х – 2000-х гг., так как прежде советская историография не занималась проблемой функционирования рыночных механизмов в нэповский период. Только с началом 1990-х гг. стали появляться работы, авторы которых в соответствии с новой концепцией нэпа, проанализировали его рыночные начала2. На этом этапе развития историографии НЭПа стали появляться исследования, посвященные проблемам государственного управления деревней3, мотивации и стимулирования труда4, состоянию и результатам сельскохозяйственного производства5

Период 1990-х годов отмечен проведением глубоких исторических исследований кооперации, мелкотоварного производства и промыслов. Эти проблемы были рассмотрены с точки зрения анализа рыночных тенденций в их развитии6. Исследователи Ю.П. Бокарев, Л.Е. Файн, В.В. Кабанов рассматривают кооперацию как один из институтов рыночной экономики, подчеркивая изначальную несовместимость рыночной сути кооперации и политического режима в 1920-х гг.7. Отечественные исследователи характеризуют сельскохозяйственную кооперацию в России того времени как альтернативу монополизации сельскохозяйственного производства и рынков сбыта. По их мнению, экономический потенциал мелкого производства к концу новой экономической политики не был исчерпан8.

Современные рыночные отношения создают совершенно иную экономическую среду для функционирования народного хозяйства. О том, как изменилась экономическая основа, как перестроилась поведенческая ситуация хозяйствующих субъектов и как происходит переориентация трудовой мотивации на усиление рыночных стимуляторов пишут исследователи Семенюта О.Г., Галушкин В.И., Митрофанова И.В., Объедкова Л.В., Никулин А.М., Якушкин К. Н., Кондратенко Л.И., Калугина 3. И., Дорохина Т.Б. и др.9 В своих работах авторы выявляют предпосылки для формирования многоукладной экономики; характеризуют крупномасштабные хозяйственные формы, анализируют особенности хозяйственного механизма развивающегося рынка. Современная трансформация хозяйственных механизмов в аграрной сфере тщательно анализируется в работах И. Штейнберга, А.Д. Схапцежука, А.В. Мудрова, В.А. Сидорова, З.И. Калугиной10. По их мнению, подвижность и непредсказуемость российского рынка делают необходимой четкую координацию всей экономической системы, позволяющая оперативно реагировать на возможные изменения внешней среды.

Второй блок отражает результаты по систематизации работ, посвященных социально-экономическому состоянию северокавказского региона в 1920-х и 1990-х годах. Это публикации историко-научных исследований природно-хозяйственного потенциала региона и уровня развития аграрной сферы. Прежде всего, здесь представлены работы авторов периода 20-х – 30-х годов ХХ века И. Гольдентула, И. Клейнера; И. Дейчмана, A.И. Гозулова, И.А. Конюкова, В.И. Смирнского, А. Овчинникова11, которые изучали экономику и природный потенциал в те годы. В 1970-х – 1980-х годах эта тема была продолжена в работах исследователей 1970-х 1980-х гг. – Чернопицкого П.Г., Макаренко М.Ю., Воскобойникова Г.А., Прилепского Д.К., Овчинниковой М.И., Осколкова Е. Н., Ратушняка В.Н12. Выявление и анализ этих работ позволил реконструировать исторический контекст существования сельскохозяйственных концессий на Северном Кавказе.

Так как со временем методологические установки были обновлены, то в последующие периоды историография вопроса пополнилась новыми работами Булгаковой Н.И., Некрасовой ИИ., Савельева В.А., Абрамова И. Е., Зинченко С. А., Смородиной, Е. В., Бершадской О.В. Щетнева В.Е., Наухацкого В.В., Ногиной Е.В., Игонина А.В., Оборского Е.Ю, Сухановой Н.И., в которых были преодолены установившиеся стереотипы и приближено адекватное видение прежних проблем13

.

Одновременно шел процесс исследования современного хозяйственного механизма как результата реформ, осуществленных в аграрном секторе. В ходе теоретического осмысления преобразовательных процессов возникали дискуссионные вопросы теоретического и методологического характера, выяснение которых имеет немаловажное значение не только для приращения исторического знания, но и для продолжения реформ в направлении рыночной трансформации отечественного сельского хозяйства14

.

Сложившийся в России хозяйственный механизма явно не способен обеспечить оздоровления народного хозяйства страны, его ускоренное устойчивое развитие в будущем на пути трансформации индустриального общества в общество, основанное на знаниях. Данное обстоятельство придает дополнительную актуальность исследованиям в области формирования хозяйственного механизма применительно к особенностям России, как в аспекте экономической теории, так и хозяйственной практики.

Переход на новый механизм хозяйствования в экономике в целом и в аграрной сфере в частности вызвал острейшую научно-практическую дискуссию по поводу иностранных инвестиций в отечественную экономику. Поэтому третий блок суммировал исследования проблем присутствия иностранного капитала в отечественной экономике. Так как данная тема для дискуссии не является новой, то в этот блок вошли работы, отразившие результаты исследований 1920-х – 1930-х гг. и 1990-х 2000-х гг. Период 1920-х – 1930-х гг. представлен работами Бернштейна И.Н., Рейхеля М. (правовые аспекты концессии в советских условиях); Врачева И. Бутковского В., Арского Р., Пятакова Г.Л., Соколова Б.Н., Сорокина В., Гуревича М., Двинова С., Дергачевой Н.П, Степанова И., Югова А., Янина М., (формы концессии и сферы их применения); Носова Н. К., Иоэльсона М (кризис концессий)15. И только одна работа была посвящена сельскохозяйственной концессии – это публикация исследования экономиста М.И. Лациса16. Все работы этого периода были глубоко политизированными, что было вызвано процессом становления основ официальной государственной доктрины экономических преобразований, базирующихся на марксистском экономическом учении.

К началу 60-х годов ХХ в. под воздействием социально-политических процессов (прежде всего, «хрущевской оттепели») в исторической науке продолжили изучение проблемы присутствия иностранного капитала, но уже в рамках нового направлении. Позитивную роль в экономике России зарубежного капитала смогли отстоять изучавшие историю финансов России до 1917 г. Бовыкин17, Б.В. Ананьич18, Л.Е. Шепелев, Ю.Б. Соловьев, В.С. Дякин.19.

Реформы правительства М.С. Горбачева во второй половине 80-х гг. ХХ в. актуализировали исследования рыночных механизмов20. В это время появились публикации, обобщающие исторический опыт государственно-частного партнерства – это были работы Р.Ш. Ганелина, Н.Н. Гурушиной, А.Г. Донгарова, И.А. Дьяконовой, И.Ю. Кисловского, Е.В. Кочетыговой, Е.Г. Лисовской, Л.И. Муравьевой, И.В. Поткиной, Е.В. Сапилова, В.Л. Степанова, М.К. Шацилло21. Особенно плодотворно работал в это время С.Л. Данильченко, который всесторонне проанализировал концессионную политику советского государства22.

В этот период появились работы Ю.Б. Рагера, Т.Н. Плохотнюк, посвященные сельскохозяйственным концессиям региона23, и работа В.Ю. Солдатенкова, который предпринял очередную попытку подытожить результаты деятельности иностранных концессий в российской экономике24.

В июне 1995 г. при Волгоградском государственном университете был создан Научно-исследовательского института проблем экономической истории России XX века. С 2001 г. институт ведет исследование по теме «Разработка проблематики иностранного капитала в России и СССР в 1-й четверти XX в» в рамках программы «Иностранные концессии в российской экономике: исторический опыт для современности». В 2002 году сотрудники НИИ ПЭИР приступили к исследовательской работе в рамках гранта «Механизм участия иностранного капитала в индустриальном развитии Волгоградской области, 1900-1945 гг»25.

Несомненно, проблема присутствия иностранного капитала в экономике России привлекала историков, экономистов и социологов Запада. Первые обобщающие труды появились еще 1960-е годы. Позиция американских исследователей – Э. Саттона, К. Сиджела, У. Коэна, К. Паррини, К. Сигель26

имеет определенное сходство с позицией немецких исследователей – Г. Гершуни, П. Хёнселя, О. Почтера и других27. И те, и другие настаивали на том, что для советской стороны важнее всего была технологическая поддержка западных концессионеров, благодаря которой была восстановлена советская экономика.

Историографический анализ подтвердил, что дискуссионными были и остаются вопросы о привлечении в Россию внешних займов, иностранных инвестиций (вложений) в промышленность, об импорте в РФ интеллектуального капитала, использовании зарубежного производственного опыта, техники и технологий, развитии внешней торговли и совершенствовании таможенной политики. И наконец, о законодательном регулировании со стороны государства отечественной внешнеэкономической деятельности. Таким образом, проведенный историографический анализ подтверждает важность темы концессии как специфического политико-экономического явления. Ее присутствие в российской истории способствовало формированию опыта государственно-частного партнерства, И в советской действительности 1920-х годов, и в Российской Федерации 1990-х годов концессия выступала формой взаимодействия отечественной хозяйственной системы с мировой. Интерес к ее изучению вызван необходимостью осмысления российской истории и важен для понимания таковой в целом.

Источниковую базу исследования составляет обширный комплекс опубликованных и архивных материалов. Среди них следует отметить произведения руководителей Советского государства и, прежде всего, В.И. Ленина, так как он выступал главным инициатором и организатором концессионной политики в Советском государстве. В них раскрывается значение концессий в восстановлении народного хозяйства страны, принципы, которыми руководствовалось советское правительство при сдаче того или иного концессионного объекта в аренду. Представление о существовавших в то время в партийных кругах других альтернативных путей экономического развития страны дают статьи, речи и выступления - Н. Бухарина, Л. Троцкого, Л. Красина, А. Рыкова, Ф. Дзержинского, И. Сталина, П. Богданова, А. Ломова и др28

.

Объем опубликованных документов по истории концессионной политики Советского государства весьма ограничен и состоит из материалов центральных органов политического и хозяйственного управления, содержит информацию о развитии внешнеэкономической политики государства, ее планировании и управлении.

Важными источниками для понимания вопроса служат статистические материалы. Они дают возможность оценить и сравнить показатели производства на концессионных и аналогичных государственных предприятиях. Определенная часть статистических материалов содержится также в архивных фондах. В диссертации были использованы документы, хранящиеся в фондах 4 архивохранилищ страны: Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного архива экономики (РГАЭ), Государственный архив Ставропольского края (ГАСК), Государственный архив Ростовской области (ГАРО).

Большое количество документов, относящихся к деятельности центральных ведомств, разрабатывающих основы концессионной политики Советского государства, содержится в фондах двух федеральных архивов – Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ, г. Москва) и Российский государственный архив экономики (РГАЭ, г. Москва). В документах, хранящихся в местных архивах, содержатся материалы организационного характера (уставы, обязательства, трудовые соглашения и т.д.), позволяющие судить о деятельности концессий на Северном Кавказе. Это материалы таких архивов, как Государственный архив Ставропольского края (ГАСК, г. Ставрополь), Государственный архив Ростовской области (ГАРО, г. Ростов-на-Дону). Распорядительная документация, включающая в себя приказы, циркуляры и различного рода распоряжения, дает возможность проследить деятельность центральных и местных органов управления, непосредственное их руководство через систему декретов, постановлений, приказов правительства.

Огромное значение при изучении данной темы имеет плановая и отчетная документация (заключения экспертов, по квартальные отчеты о проделанной работе), позволяющая восстановить картину происходивших событий, оценить работу концессий и выполнение концессионных договоров как со стороны правительства, так со стороны иностранных предпринимателей. Подавляющее большинство данных, зафиксированных в государственной, партийной и профсоюзной отчетности, относится к вопросу о положении трудящихся, занятых на концессионном производстве. В этом плане большую ценность представляют информационные сводки местных парторганизаций включающих данные о концессионных предприятиях в 20-е годы. Протоколы заседаний бюро РКП(б), информационные сводки крайкома о политическом состоянии населения Северо-Кавказского края, информационные доклады, а также сводки райкомов и сообщения (отчеты) профессиональных союзов, содержат сведения о настроениях в производственных коллективах, об имевших там место конфликтах рабочих с администрацией и о случаях остановок производства, об их причинах и мерах, направленных на их разрешение.

Авторская методологическая позиция строилась на основе компаративистского подхода, позволяющего не только выявить своеобразие каждого исторического процесса и явления, но и увидеть общее, а также уяснить историческую индивидуальность. Компаративистский подход в заявленном исследовании предопределил применение сравнительного метода в качестве основного. Сравнительный метод продуктивен в любой науке. По нашему мнению, для исторического познания историко-сравнительный метод можно определить наиболее результативным, так как «другой» – основополагающее понятие истории. Позитивный результат применения историко-сравнительного метода был подкреплен диахронным подходом, так как сравнивались процессы, происходившие во времени и удаленные по времени друг от друга.

В рамках исторического исследования историко-сравнительный метод не только конструктивен, но и компромиссен: допускает применение всех других методов. Поэтому стало возможным пополнить исследовательский инструментарий такими общеисторическими методами, как историко-генетический, историко-типологический, а также универсальными методами – дедукцией, описанием, синтезом. Использование статистических сведений обусловило применение статистических методов.

Основными методологическими принципами работы являются научная объективность и историзм, позволяющие видеть исторические факты и явления в развитии и взаимосвязи применительно к сложившимся конкретно-историческим условиям.

Научная новизна заключается в том, что впервые на основе выявленного и систематизированного комплекса неопубликованных источников обобщен региональный опыт государственно-частного партнерства 20-х годов ХХ и  начала XXI вв. на северокавказских материалах;

Научная новизна усилена тем, что

– впервые предпринята попытка использовать диахронный и междисциплинарный подходы и методы  для исторической реконструкции сельскохозяйственной концессии на Северном Кавказе. При диахронно-сравнительном анализе было выявлено принципиальное отличие в понимании роли и значимости концессии в 20-е годы и в 90-е годы ХХ века: если для 20-х годов концессия имела, прежде всего, политическое значение, то в 90-х годах формы инвестирования капитала в сельское хозяйство определялись в соответствии с экономическими механизмами

– комплексное рассмотрение исследуемых проблем позволило определить позицию государства и властей регионального уровня по отношению к сельскохозяйственной иностранной концессии и доказать, что привлечение иностранного капитала всегда рассматривалось как средство оптимизации сельскохозяйственного производства, а также оценить значимость иностранного капитала как фактора возрождения сельского хозяйства и реализации природно-ресурсного потенциала региона;

– выявлено, что создание и функционирование концессионных предприятий оказалось возможным в условиях введения рыночных отношений и механизмов хозяйствования;

– изучена деятельность концессионеров по организации производства и формированию социокультурной среды на предприятиях;

– проанализированы условия труда и быта, прежде всего, жилищные условия и медицинское обслуживание советских концессионных рабочих, а также формы социального страхования, профессиональной подготовки, повышения общеобразовательного и культурного уровня российских рабочих и служащих по условиям региональных концессионных соглашений в 1990-е – 2000-е годы.

Положения, выносимые на защиту:

– для северокавказского региона стороны появление концессионных хозяйственных предприятий было обусловлено крушением товарного производства зерновых и животноводческих продуктов и острым недостатком финансовых средств для развития сельскохозяйственного производства.

– сельскохозяйственную концессию создавали только в колонизационных условиях, т.е. концессионеры способствовали освоению земель, включению их в сельскохозяйственное производство.

– каждый заключенный концессионный договор приобретал еще и внешнеполитическое значение, поскольку способствовал преодолению недоверия. Заключение концессии с представителями западных фирм и компаний могло послужить примером для других и являлось подтверждением сигналом открытости советского государства для конструктивного диалога.

– сельскохозяйственная концессия на Северном Кавказе была предоставлена иностранным инвесторам с целью создания рационального аграрного производства. Договор предусматривал конкретные сроки, в течение которых концессионер должен был обработать всю получаемую им земельную площадь.

– принципиальное отличие между концессией в 20-е годы и в 90-е годы ХХ века заключено в том, что для 20-х годов концессия имела, прежде всего, политическое значение, тогда как в 90-х годах формы инвестирования капитала в сельское хозяйство определялись в соответствии с экономическими механизмами

– в начале 1990-х годов неудовлетворительная государственная охрана земель сельскохозяйственного назначения, а также их изъятие для несельскохозяйственных целей использования привели к сокращению площади сельскохозугодий.

– для решения двух стратегических задач – удовлетворение потребностей страны в высокопроизводительных сельхозорудиях и развертывание активной борьбы с эрозией почв – региону нужны были финансовые средства и новые технологии. Таким образом, иностранные инвестиции могли обеспечить развитие устойчивого стабильного сельского хозяйства в долгосрочном аспекте, что соответствовало как общегосударственным, так и региональным интересам.

– активизация взаимодействия России с мировым сообществом создала условия для привлечения иностранных инвестиций для реализации взаимовыгодных проектов и подъема северокавказского сельского хозяйства.

Практическая значимость диссертации заключается в том, что фактический материал и выводы, полученные в ходе исследования, могут быть использованы при создании обобщающих трудов по истории края, в практической работе преподавателей отечественной истории.

Соответствие шифру научной специальности. Диссертация соответствует шифру специальности 07.00.02 – Отечественная история и областям исследования (определенным в паспорте научной специальности): п. 21 – История экономического развития России и ее регионов, отчасти п. 11 – Социальная политика государства и ее реализация в соответствующий период развития страны, п.15 – Исторический опыт российских реформ.

Апробация результатов исследования. Диссертация обсуждена на заседании кафедры истории России Ставропольского государственного университета.

Основные положения были изложены в сообщениях на международном семинаре «Европа и Северный Кавказ в 19-20 веке: опыт межкультурной коммуникации и социо-культурной адаптации» (Ставрополь, 2005) международной научной конференции «Курорт» в дискурсивных практиках социо-гуманитарного знания» (Пятигорск, 2007), Всероссийской конференции «Россия и Кавказ» (Карачаевск, 2009), вузовской конференции «Университетская наука – региону» (Ставрополь, 2010).

Основные результаты исследования по теме диссертации опубликованы (общее количество 6 статей), в том числе в ведущем рецензируемом научном журнале «Вестник Ставропольского государственного университета» из перечня журналов, рекомендованных ВАК Минобразования России для защиты докторских и кандидатских диссертаций.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, приложений и списка использованных источников и литературы

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

В трех параграфах первой главы «Сельскохозяйственные концессии в северокавказской экономической практике в 1920 - 1934 гг.» проанализированы политико-правовые и организационные основы привлечения иностранного капитала в 1920-е годы, дана характеристика состояния хозяйства северокавказского региона  и выполнен анализ процесса создания и результатов деятельности иностранных концессий в сельском хозяйстве Северо-Кавказского края в 1920-х – 1930-х гг.

Для России, еще не успевшей подняться после гражданской войны, введение иностранной концессии давало возможность выйти из хозяйственной разрухи. Поэтому В.И. Ленин всячески способствовал принятию декрета о концессиях. Он был принят 23 ноября 1920 года, а 29 марта 1921 г были приняты основные принципы концессионных договоров. После принятия этих документов были разработаны и систематизированы важнейшие материалы, необходимые для создания реальных условий введения концессий и подписания концессионных договоров. Прежде всего, были составлены характеристики районов, отводимых в сельскохозяйственную концессию. Затем предприняты попытки привлечения потенциальных концессионеров.

Значительная часть территории Северного Кавказа, где возникла одна из первых сельскохозяйственных концессий, входила в так называемый Юго-Восточный государственный колонизационный фонд. Он предназначался для регулирования переселенческих процессов. Наличие свободных земель этого фонда должно было снять напряжение в экстренных случаях, обусловленных активизацией миграции, как в пределах региона, так и в центральных губерниях России. В соответствии со статьей 3 «Правил об образовании Государственного колонизационного фонда», а также постановлениями Юго-Восточного краевого и Всероссийских землеустроительных съездов в колонизационный фонд Юго-Востока вошли:

1 700 000 дес. – в Донской области;

500 000 дес. – в Ставропольской губернии;

300 000 дес. – в Кубано-Черноморской области;

330 000 дес. – в Терской области

Эти земли были разделены на две категории: категория «А» – земли, наиболее обследованные и представляющие наибольшую ценность для сельскохозяйственного освоения по своим естественным качествам с учетом водоснабжения и близости железных дорог; категория «Б» – земли, менее исследованные, трудные для освоения, требующие крупных работ по регулированию и устройству земельных отношений среди населения. К районам категории «Б» были отнесены часть Ставропольской губернии, примыкавшая к проектировавшемуся Манычскому каналу, часть Терской области в дельте Терека и Кубанской области в дельте Кубани.

В этом регионе в силу естественно-исторических причин предполагали создание комбинированных концессий – скотоводческо-зерновых, коневодческо-зерновых, а также чисто скотоводческих и коневодческих с подсобным зерновым хозяйством. Крупповская сельскохозяйственная концессия «Маныч» (Kruppsche Landkonzession Manytsch G.m.b.H.) возникла как комбинированная с преобладанием зернового хозяйства.

Переданные в концессию участки составляли западную часть Восточного частного коннозаводства войсковых земель Донской области. До 1917 года плата за аренду была достаточно высокой и владельцы предпочитали не вести собственное хозяйство на этих землях, а передавать их арендаторам. Концессионные участки представляли собой сплошной земельный массив, что позволило избежать выселения местного населения. Землеустроительные работы включили и установку границ со смежными станицами Донской области и селениями Ставропольской губернии. Кроме того, была установлена граница между отведенным участком и остающейся частью Восточного коннозаводства и решен вопрос с предоставлением участков  в другом месте для  коллективов, которые арендовали некоторые из земельных участков, переданных в концессию. Затем был произведен обход окружной межи, выдел скотопрогона, солевозного тракта, выполнена съемка ситуации всего массива и сельскохозяйственная таксацию угодий. Перечисленные работы выполнили в течение 2-х месяцев, затратив 32 950 рублей золотом.

Часть участков, передаваемых в концессию, арендовали  сельскохозяйственные кооперативы и крестьяне-собственники соседней административной территории Ставропольской губернии. Арендуемые земли не были для них основой производства. Но, тем не менее, это обстоятельство было учтено и еще в момент осмотра крупповскими представителями концессионного участка оно стало предметом обсуждения. Представитель концессионера согласился с тем, что часть земли рентабельнее будет сдавать в аренду, выбирая для этого земли пригодные под выгон и покос, так как концессия предполагалась зерновой.

Земли, передаваемые концессионерам, были целинные. Прежде их использовали под пастбище, поэтому создать в короткие сроки высокорентабельного зернового хозяйства оказалось невозможно. Понимая важность прецедента для международного экономического положения и идя навстречу пожеланиям концессионера, Советское правительство согласилось изменить условия концессии.

В итоге на территории существовавшего тогда Северо-Кавказского края были заключены три иностранных сельскохозяйственных концессий – это продовольственная концессия с компанией «Фридрих Крупп в Эссене»(1922), семеноводческая концессия ДРУЗАГ(1922), Прикумское Русско-американское сельскохозяйственное товарищество(1924). Так называемая концессия Круппа расположилась на границе двух округов – Сальского и Ставропольского. Под концессию ДРУЗАГ земли были отведены в Армавирском округе. Прикумское Русско-американское товарищество было оформлено на землях Терского округа при станции Маслов Кут. В рамках этих концессий был привлечен германский и американский иностранный капитал.

Раньше других был заключен концессионный договор с компанией «Фридрих Крупп в Эссене». Его подписание  в Москве 23 марта 1922 года состоялось за месяц до заключения советско-германского соглашения в Рапалло. Согласно договору правительство РСФСР предоставляло концессионеру в эксплуатацию 50 тыс. десятин земли в Северо-Кавказском крае для ведения рационального сельского хозяйства. Договор предусматривал конкретные сроки, в течение которых концессионер должен был обработать всю получаемую им земельную площадь. В качестве платы за концессию правительство могло получать ежегодно 20%  общего урожая концессионера. Последний обязывался снабдить хозяйство всем необходимым инвентарем, материалами, сооружениями и т.п.

Осенью этого же 1922 года был заключен концессионный договор с Германским обществом семеноводов (Deutsche Saatbau-Gesellschaft). В соответствии с этим договором концессия должна была содействовать организации интенсивного индустриализованного хозяйства за счет привлечения иностранного капитала, обеспечить семеноводческое зерновое направление производства в регионе, а также его механизацию. Концессионный договор о создании Прикумского Русско-американского товарищества  или концессия Уэра (по имени инициатора и организатора концессии с американской стороны) была заключена в 1924 году.

В соответствии с заключенными договорами на всех концессионеров возлагалась обязанность вести за свой счет рациональную сельскохозяйственную эксплуатацию всей отводимой им земли с сохранением специализации. Ряд пунктов договоров содержал обязательства концессионера относительно соблюдения советского законодательства, в частности, в области труда и социального обеспечения. Отдельные пункты регулировали вопросы хозяйственной деятельности концессии, пользования транспортом и т.п. Договоры заключались на длительные сроки от 24 лет и более. Предусматривалась возможность досрочного выкупа концессии Советским правительством.

Концессионные участки представляли собой сплошной земельный массив, что позволило избежать выселения местного населения. Землеустроительные работы включили установку границ со смежными населенными пунктами. А также был произведен обход окружной межи, выдел скотопрогона, солевозного тракта, выполнена съемка ситуации всего массива и сельскохозяйственная таксацию угодий. Перечисленные работы в срок были выполнены только в случае с концессией Круппа. Их выполнение заняло 2 месяца и было затрачено 32 950 рублей золотом. В отношении двух других концессий эти работы были затянуты и даже оказались на грани нарушения соответствующих пунктов договоров.

Крупповская сельскохозяйственная концессия «Маныч» (Kruppsche Landkonzession Manytsch G.m.b.H.) действовала как комбинированная с преобладанием зернового хозяйства. Результаты деятельности этой концессии удовлетворяли местные власти, которые видели в ней образцовую модель концессии. Она возникла как колонизационная, т.е. компания получила незаселенные и не включенные в производство земли. Поэтому первые 4 года большая часть средств была вложена в постройки, потрачена на приобретение живого и мертвого инвентаря. К 1925 г. были капитально отремонтированы постройки, переданные правительством, и дополнительно возведены 41 здание, среди которых собственная дизельная электростанция и кирпичный завод.

Одобрение вызывала активность концессионера в комплектовании технического парка концессии: сюда на территорию Северо-Кавказского края  было ввезено 17 тракторов общей мощностью 602 лошадиные силы, запасных частей к тракторам на сумму 22 тыс. 850 золотых марок, пять автомобилей, в том числе три пятитонных грузовика и один мотоцикл; 54 плуга, 61 борона, 26 культиваторов, 49 различных сеялок, запасных частей к машинам и орудиям на 10 тыс. 504 золотых марок и т. д.

Столь же успешно шла комплектация машино-тракторного парка Прикумского Русско-американского товарищества. В рамках этой концессии сюда на Северный Кавказ были ввезены 10 тракторов, бороны и плуги, пресс для сена, культиваторы и аппарат для прокладывания дорог, а также запасные части, инструменты и оборудование для мастерских. А вот действия руководства концессии ДРУЗАГ вызывали значительные нарекания со стороны местных властей. Не имея собственного машинно-тракторного парка, эта концессия привлекала крестьян с собственной тягловой силой (в качестве такой использовали не только волов, но и верблюдов) и по сути дела возродили давно устаревшую систему испольщины.

Ситуация усугублялась еще и тем, что при заключении договора не были учтены свойства почв, которые в последующем не позволили ДРУЗАГу заниматься исключительно семеноводством, по этой причине концессионер вынужден был сочетать выращивание семян с овцеводством и производством другой сельскохозяйственной продукции.

Для всех концессий без исключения самой острой проблемой было финансирование. Даже в относительно правильной и благополучной концессии Круппа эта проблема стала причиной реорганизации. Финансирование этой концессии осуществлялось германским обществом с ограниченной ответственностью «Маныч», расположенным в Эссене. Именно перед его дирекцией отчитывалась администрация концессии (главный управляющий – Клётте). Однако выделяемого на нужды концессии капитала оказалось недостаточно. И в этом случае действовал пресловутый погодно-климатический фактор – все территории, отданные в концессии, располагались в зоне рискованного земледелия. Поэтому, несмотря на то, что в той же концессии Круппа затрачивали на 18 рублей больше, чем в расположенных рядом хозяйствах (в концессии Круппа на каждую десятину тратили 48 рублей, а в соседних хозяйствах – по 30 рублей), уже по итогам первого года существования концессия понесла убытки и пришлось изыскивать дополнительные средства, чтобы поддержать концессию.

Следует отметить, что со временем после реорганизации концессия Круппа приобрела статус смешанной, так же как и Прикумское Русско-американское товарищество. В процессе переговоров в Москве было, однако, достигнуто соглашение о том, что после ликвидации существовавшей «чистой» концессии Круппа она будет преобразована в смешанное акционерное общество «Маныч-Крупп» («смешанная» концессия) с равными долями участия германской фирмы и советского правительства, представленного Государственным сельскохозяйственным синдикатом, позднее Совхозцентр, о чем был подписан соответствующий договор 29 августа 1928 года. Капитал товарищества определялся 3 млн. руб., причем германский пай полностью состоял из наличествующих капиталов концессии, а остальную сумму должен был вложить Госсельсиндикат. Только на таких условиях Крупп был согласен сохранить концессию.

А вот концессия ДРУЗАГ сохранила свой статус иностранной концессии, хотя и ее существование было поддержано советскими финансовыми средствами. В начале 1930-х годов в ДРУЗАГе была построена электростанция, элеватор, здание школы, жилые дома для служащих. Труд в хозяйстве был механизирован, теперь машинно-тракторный парк насчитывал 65 тракторов, 17 автомашин, 10 комбайнов.

Итак, мотивы заключения государством договоров сельскохозяйственной концессии исключительно с иностранными инвесторами в то время были разнообразными. Во-первых, необходимость освоение земель (колонизация), которые в ближайшие годы не могли быть освоены собственными силами региона или государства. Во-вторых, механизация производства, организованного в процессе колонизационной концессии. В-третьих, организация крупного производства взамен мелкого и повышение уровня производительности труда.

В 1934 году концессионные договоры были расторгнуты  советской стороной со значительными нарушениями. Прежде всего, концессионеров упрекнули в хищническим отношении к природным богатствам региона и в несоблюдении договоров и финансовых обязательств. Но в отношении сельскохозяйственных концессий региона эти упреки уже не соответствовали реальному положению дел. Если говорить о несоблюдении договора, то изначально, как центральные, а за ними и региональные власти строили отношения с этими концессиями, исходя из того, что концессия означала исключение из советских законов о государственной монополии. Концессионный договор допускал ряд льгот и изъятий по сравнению с действующим общим правом. Например, договор с фирмой Круппа менялся несколько раз только с целью улучшить условия для самого концессионера, но не советской стороны. А концессия «ДРУЗАГ» без изменения положений договора получала крупную финансовую поддержку со стороны советского государства.

Таким образом, реальные причины свертывания концессии задолго до окончания концессионных договоров носили политическую и идеологическую подоплеку. В определенной мере прекращение концессионных договоров с германскими концессиями было обусловлено ухудшением отношений с Германией после гитлеровской акции помощи голодающим немцам Поволжья «Братья в нужде». Кроме того, директор концессии «ДРУЗАГ» предоставил мировой общественности информацию о беженцах из районов, охваченных голодом. Но эти обстоятельства следует рассматривать лишь в качестве повода. Истинной причиной было отношение к концессиям как кратковременным соглашениям, которое и возобладало при стечении всех других обстоятельств.

Во второй главе  «Иностранный капитал в сельском хозяйстве северокавказского экономического региона в девяностых годах ХХ века», так же состоящей из трех параграфов, анализируются экономические предпосылки и законодательные основы привлечения иностранного капитала в постперестроечную Россию и ее регионы», дан анализ уровня и основных тенденций развития сельского хозяйства в северокавказском регионе, а также выявлена роль иностранного капитала в развитии новых форм сельскохозяйственного производства на Северном Кавказе.

«Возвращение» иностранного капитала в регион состоялось после 1987 года. Основная форма привлечения иностранных инвестиций в экономику бывшего СССР в этот период – создание совместных предприятий российских юридических лиц с зарубежными партнерами в форме закрытых корпораций (в нынешней российской терминологии – обществ с ограниченной ответственностью или закрытых акционерных обществ). Возникновение данной формы было вызвано тем, что первые постановления (№ 48 и № 49) Совета министров СССР допускали только создание и деятельность на территории страны совместных предприятий (СП) с участием капитала советских и зарубежных юридических лиц. В условиях господства государственной формы собственности привлечение иностранного инвестора было возможно лишь на основе договора между отечественными государственными предприятиями, выделившими определенную часть имевшейся в их распоряжении собственности (здания, оборудование, право пользования землей) в качестве вклада в уставной фонд СП, и иностранным инвестором, доля которого в уставном фонде определялась стоимостью поставляемых им машин и оборудования, современной технологии и денег в свободно конвертируемой валюте (СКВ). Инвестиционная политика этого периода отличалась жесткостью по отношению к инвесторам, а, следовательно, снижением инвестиционной активности иностранных инвесторов, особенно в производственной сфере. Активизация иностранных инвесторов в российской экономике произошла в период с 1999 г. по 2005 г. До определенного момента сложившаяся в России схема активизации притока иностранных инвестиций демонстрировала приемлемое соответствие поставленным целям, объем иностранных инвестиций в отечественную экономику постоянно увеличивался.

Для иностранных инвесторов северокавказский экономический регион, прежде всего три его территории – Ростовская область, Краснодарский и Ставропольский края, сохраняли привлекательность, так как здесь к категории сельхозугодий относится 74,5 % земельного фонда, что и определяет их аграрную специализацию.

Вся территория Северного Кавказа, до 2010 года «вписанная» в ЮФО, занимала 58,9 млн. га, из которых 43,9 млн. га - сельскохозяйственные угодия (по состоянию на 1 января 2004 г.), что составляло 19,9 % площади сельхозугодий в целом по России, в том числе пашня - 22,8 млн. га, или 52 % площади сельхозугодий, залежь - 0,1 млн. га (0,1 %), многолетние насаждения - 0,4 млн. га (1 %), сенокосы - 1,4 млн. га (3,2 %), пастбища - 19,2 млн. га (43,7 %). Земли запаса (находящиеся в государственной и муниципальной собственности и не предоставленные гражданам или юридическим лицам), т. е. неиспользуемые земли, составляли в ЮФО до 2,7 млн га, или 4,5% земель округа. В структуре почвенного покрова Ростовской области преобладают черноземы - 64,2 % к общей площади, меньше трети - 26,6% -каштановые почвы, В Ставропольском крае распространены два типа почв -черноземы на площади 3,1 млн. га (47,4 %) и каштановые почвы на площади 3,5 млн. га (52,6 %), в Республике Адыгея - выщелоченные (52,6 % пашни) и слитые черноземы (10,3 % пашни), а также лугово-черноземные и серые лесные почвы. Черноземы Юга России представлены в основном четырьмя подтипами: выщелоченным, типичным, обыкновенным и южным.

К моменту начала перехода страны на принципы рыночных отношений агропромышленный комплекс Северного Кавказа нуждался в значительных капиталовложениях для его соответствия все возраставшим потребностям общества. Рыночные преобразования в сельском хозяйстве тормозились рядом факторов, среди которых ключевым можно считать относительно высокие издержки производства, значительно превышающие мировой уровень, что, по сути, означало неконкурентоспособность северокавказской сельскохозяйственной продукции на внешних рынках.

Сельское хозяйство региона сползало в состояние кризиса. Производство валовой продукции сельского хозяйства за 1991-1997 гг. сократилось на 38%, валовой сбор зерна в 1997 г. по сравнению с 1986-1990 гг. упал на 39%, производство молока снизилось на 27,5%, мяса скота и птицы - на 37%, яиц – на 30%.

Обеспеченность хозяйств основными видами сельскохозяйственной техники не превышало 40-70%, что не позволяло способствовать повышению конкурентоспособности сельскохозяйственного производства. Негативную роль сыграло и то, что распад крупных коллективных хозяйств, удельный вес которых в общем объеме сельскохозяйственного производства был велик, не сопровождался адекватным увеличением производства в средних и малых хозяйствах. Объем инвестиций в сельское хозяйство в течение первой половины 90-х годов ХХ века сократился более чем в 3 раза. Поэтому одним из методов, направленных на подъем сельского хозяйства региона стали инвестиции – как отечественные, так и иностранные.

Активизация взаимодействия России с мировым сообществом создала условия для привлечения иностранных инвестиций для реализации взаимовыгодных проектов и подъема отечественного сельского хозяйства. В федеральной программе развития агропромышленного комплекса на 1996-2000 гг. было указано на то, что выход из кризиса, стабилизация и подъем агропромышленного комплекса связаны, прежде всего, с его насыщением современной техникой, обновлением материально-технической базы, реконструкцией заводов сельскохозяйственного машиностроения.

Процесс привлечения иностранных инвестиций в АПК Северного Кавказа можно условно разбить на два этапа – 1) 1992 – 1998; 2) после августа 1998 – 2005. Первый этап характеризовался резким ростом импорта продуктов питания вследствие распада отечественного производства и заниженного курса доллара. Это тормозило прямые инвестиции. Они направлялись главным образом в пищевую промышленность (причем доля США в общем их объеме достигла 72%), что объясняется их быстрой окупаемостью в этой отрасли и возможностью получения в этой системе относительно высоких прибылей. В этот период импортные продукты питания доминировали на северокавказском рынке, что усиливало сокращение внутреннего производства, вело к потере рабочих мест и росту социально-экономической напряженности.

Специфика северокавказского российского рынка для иностранных инвесторов в агропромышленный комплекс заключалось в том, что было необходимо контролировать последовательно все технологические процессы до сбыта (с учетом транспортировки).

Инвестиционное сотрудничество с США и Германии  с 1992 по 1998 гг. ограничивалось рядом отдельных проектов, в частности, созданием показательных фермерских хозяйств, поставками оборудования для малых мясомолочных заводов, а также оказанием консалтинговых услуг, что, безусловно, не соответствовало реальным возможностям американской стороны и потребностям отечественного аграрного сектора.

Американские компании «Эйч Джей Эйч Девелопмент Корпорэйшн» и  «Х.Дж.Девелопмент Корпорейшен» одни из первых еще  на этапе совместных предприятий оказались на региональном рынке. Вместе со своими российскими партнерами они создали СП «Хайнц Россия», которая расположила свои производственные комплексы в г.Отрадном Ленинградской области и в г. Георгиевске Ставропольского края. Компания «Хайнц Россия» – один из крупнейших производителей кетчупов, соусов, майонезов, растительно-жировых спредов и детского питания в России.  В ее ассортименте более 200 наименований высококачественных продуктов питания для покупателей всех ценовых групп от «премиум» до «эконом». Филиал компании в городе Георгиевске – «Хайнц-Георгиевск» специализируется на производстве детского питания.

По существу ни один из крупных и значимых инвестиционных проектов с участием американского аграрного капитала не был полностью реализован. Это произошло по ряду причин, основной из которых является отсутствие в России специалистов, способных фундаментально провести предварительную проработку проекта и подготовить грамотное и убедительное обоснование. Серьезной проблемой было и наличие высокой инфляции, которую только в 1996 г. удалось подавить до приемлемого уровня в 40-50% в год, при котором, как показывает мировой опыт, можно рассчитывать на существенный приток внешнего капитала.

С учетом предыдущего опыта привлечения американских инвестиций в агропромышленный комплекс России требовалось принятие ряда организационных мер, способных кардинально переломить ситуацию в сторону их роста. Прежде всего, следовало сделать доступной информацию о базовых данных по северокавказскому сельскохозяйственному региону.

Особенности организации производства на Северном Кавказе отдельных культур определяли и возможные направления для инвестиций в сельское хозяйство. В частности, в 1997 году 94% от общего объема зерна производилось крупными сельскохозяйственными предприятиями, на долю фермерских хозяйств пришлось 6%. В то же время до 75% картофеля и отдельных видов овощей производилось в личных подсобных хозяйствах.

Отсутствие у производителей денежных средств на приобретение и замену устаревшей сельскохозяйственной техники и необходимость срочного решения этого вопроса заставило обратиться к мировому опыту в области лизинга. На Северном Кавказе применение лизинговых операций началось после Указа президента РФ в сентябре 1994 г. «О развитии финансового лизинга в инвестиционной деятельности». В ложившихся условиях развитие лизинга позволяло быстро решать проблему обновления основных производственных фондов, при которой основные средства не продаются, а сдаются в аренду.

Федеральная программа развития агропромышленного комплекса в 1996-2000 гг. предусматривала стимулирование иностранных инвестиций в создание совместных предприятий по производству сельскохозяйственных машин и оборудования. Одним из направлений реализации этого положения стало налаживание с помощью американских инвесторов производства почвозащитной сельскохозяйственной техники на ростовских заводах. Частично комплектующие поставлялись из США, частично производились в Ростове и других городах Ростовской области на базе предоставляемой технической документации. США одними из первых начали внедрение почвозащитных технологий у себя в стране, создав соответствующую материально-техническую базу, и достигли на этом пути впечатляющих успехов. Предприятия сельскохозяйственного машиностроения США в короткий период наладили производство широкого диапазона специализированного оборудования для почвозащитной обработки.

Переход ко второму этапу процесса иностранного инвестирования сельского хозяйства Северного Кавказа ознаменовался активизацией в регионе мирового лидера по производству всего набора сельскохозяйственной техники «Джон Дир». Знаменитая американская компания, имеющая давние связи с СССР и Россией. одной из первых отреагировала на открывшиеся возможности. Примечательно, что стратегическое решение о переходе к активной работе на российском рынке было принято сразу после разразившегося в России финансового кризиса в 1998 г. и предусматривало программу инвестиций стоимостью в 2 млрд. долл. на лизинговой основе на ближайшие 5 лет с последующей передачей сельскохозяйственной техники в собственность. В основных сельскохозяйственных районах предполагалось возродить машинно-тракторные станции, которым затем передавалась техника.

Переход при помощи иностранных инвесторов – американских, канадских,  –  к производству почвозащитной техники содействовало одновременному решению двух стратегических задач: удовлетворению потребностей страны в высокопроизводительных сельхозорудиях, а также развертыванию активной борьбы с эрозией почв. Все это соответствовало как общегосударственным, так и региональным интересам по развитию устойчивого стабильного сельского хозяйства в долгосрочном аспекте.

Кампания «Джон Дир» в рамках стратегического партнерства рассматривала возможность переоборудовать один из заводов сельскохозяйственного машиностроения в Ростовской области, либо построить новый завод и наладить выпуск высокопроизводительных надежных комбайнов. Производство зерноуборочных комбайнов в России упало с 55 тысяч в 1991 г. до 2,5 тысяч в 1996 г., а кормоуборочных комбайнов с 7,4 тысяч до 0,5 тысяч за этот же период. Между тем, потребность отечественного сельского хозяйства по тракторам и комбайнам превышало уровень их производства по разным оценкам в 10-20 раз. Объяснялось это и тем, что многие предприятия, снабжавшие агропромышленный сектор, после распада СССР, находились за пределами России и продавали сельхозтехнику за валюту.

Ростовский завод сельхозмашин стал партнером американской компании «Джон Дир». За один год работы нового менеджмента компании, производственный план вырос в пять раз по сравнению с показателями кризисных лет. Была произведена модернизация оборудования, стали внедряться современные лазерно-раскройные и гибочные комплексы, система комплексной автоматизации, разработанная на базе SAP R/3, новая линия окраски в цехе окраски машин. В 2004 году Ростсельмаш успешно прошел сертификацию на соответствие международным стандартам по системе менеджмента качества ИСО: 9001. Компания стала регулярно принимать участие в престижных сельскохозяйственных выставках.

Все эти факты свидетельствуют, что была найдена оптимальная форма для привлечения иностранных инвестиций для перевооружения и восстановления на новой качественной основе производства сельскохозяйственной техники на отечественных заводах. В частности, с помощью американских инвесторов было повышено качество комбайнов «Дон» и стало возможным окупить вложения за счет расширения их сбыта.

Довольно скоро в северокавказском регионе появилась немецкая кампания CLAAS KGaA mbH. Несколько лет эта компания занималась лишь реализацией программы инвестиций для поставок сельскохозяйственной техники на лизинговой основе. А затем было создано дочернее предприятие ООО «Клаас» в г. Краснодаре, производящее самоходные зерноуборочные комбайны и трактора по самым передовым технологиям. В начале 2000 года компанией CLAAS было принято принципиальное решение о реализации проекта в Российской Федерации. После приобретения земельного участка, площадью 10 га, в мае 2003 года было начато строительство в г. Краснодаре завода фирмы ООО «Клаас» по выпуску зерноуборочных комбайнов MEGA. А уже с марта 2005 года было запущено производство первых 200 комбайнов с конвейера нового завода. В целом производственные мощности рассчитаны на 1000 машин в год. Производственная программа ООО «Клаас» осуществляла сборку комбайнов TUCANO, MEGA и тракторов ATLES. Трактора с мощностью 280 л.с., которые ранее производились на заводе CLAAS во Франции в г. Ле Манс, довольно быстро хорошо зарекомендовали себя в России.

Строительство завода по производству зерноуборочных комбайнов стало решительным шагом для обеспечения российского сельского хозяйства современной и высокопроизводительной техникой. 20 мая 2005 года состоялось торжественное открытие нового российского комбайнового завода компании CLAAS. Открытием нового завода компания CLAAS подтверждает свое намерение принимать долгосрочное участие в развитии российского сельского хозяйства в рамках национальной программы развития АПК.

Одним из самых перспективных направлений для иностранных инвестиций в северокавказский АПК явились вложения в его инфраструктуру. Значительные потери уже полученной продукции на пути от поля до потребителя – это ахилесова пята зернового производства региона. В частности, потери зерна превышают в несколько раз допустимый уровень. Этот фактор негативно сказывался на объемах производства зерна, что наряду с объективными причинами (засуха, природные катаклизмы) стимулировало рост его закупок. Прогрессирующий дефицит зернохранилищ - а ввод их в действие сократился с 1991 г. по 1998 г. в 2,5 раза - удерживает на уровне 70% от требуемого обеспеченность ими сельского хозяйства.

Программы по решению этой проблемы открывали широкие возможности для иностранных  инвесторов. Ориентация инвестиций на это направление должна была носить приоритетный характер, так как  по существу означала возможное увеличение обеспеченности зерном за счет снижения потерь. Даже незначительное снижение потерь на 1-2% высвобождали крупные валютные резервы. Подобные инвестиции высокоэффективны и для экономики в целом, так как возможность перепрофилирования существующих  фабрик и наличие металла загрузили простаивающие мощности и создавали значительное количество рабочих мест.

Наиболее привлекательным в этом отношении оказался Краснодарский край. Его инвестиционная привлекательность обусловлена собственным потенциалом и уже имеющейся инфраструктурой. Краснодарский край стабильно удерживает первенство по привлечению инвестиций в северокавказском регионе и входит в число лидеров среди российских регионов. Среди регионов ЮФО по объему привлеченных инвестиций Краснодарский край занимает 1-е место. Итогом активной работы инвестиционной работы краевых властей стал приход на Кубань крупных инвесторов. В крае создано свыше 1000 предприятий с участием партнеров из более 70 стран, в том числе Франции, Германии, США, Швеции, Турции, Нидерландов. Среди стратегических партнеров региона компании с мировым именем, такие как «Кнауф», «Клаас», «Филипп Моррис», «Бондюэль», «Секаб», «Вим Билль Данн», «Нестле», «Рэдиссон», «Тетра Пак» и др. Не меньшей привлекательностью обладали и проекты в сфере малого бизнеса, который более мобильно адаптировался к новым экономическим условиям. Среди основных инвестиционных проектов, реализованных на территории Краснодарского края, – строительство зернового терминала в порту Туапсе, ОАО «Туапсинский морской торговый порт», а в сфере АПК и переработки сельхозпродукции – это строительство агропромышленного комплекса по производству овощных консервов, сладкой кукурузы и бобов в Тимашевском районе.

Как показал анализ, несмотря на привлекательность северокавказского региона для иностранных инвесторов, крупные иностранные компании не проявляют желаемой для экономики региона активности. Среди причин называют три основные проблемы для крупных инвесторов: небольшое количество подготовленных площадок, слабые возможности контроля над реализацией проектов, на северокавказском рынке пока слишком мало публичных компаний. Поэтому акценты постепенно сместились на проекты с более короткими сроками окупаемости и меньшими рисками. Это проекты технического перевооружения и модернизации производств, реконструкции действующих объектов.

В заключении сформулированы основные выводы:

– сельскохозяйственная концессия на Северном Кавказе была предоставлена иностранным инвесторам с целью создания рационального аграрного производства;

– договоры предусматривали конкретные сроки, в течение которых концессионеры должны обработать всю получаемую им земельную площадь. Каждый из договоров содержал обязательства концессионеров относительно соблюдения советского законодательства, в частности, в области труда и социального обеспечения. Отдельные пункты договора регулировали вопросы хозяйственной деятельности концессии, пользования транспортом и т.п. Каждый из договоров предусматривал дополнительные условия концессии, которые, как правило, носили конфиденциальный характер.

– почвенно-климатические условия район концессии не располагали к ведению зернового хозяйства, таковое можно было рассматривать лишь как подсобную отрасль. Земли, передаваемые концессионерам, были целинные. Прежде их использовали под пастбище, поэтому создать в короткие сроки высокорентабельного зернового хозяйства оказалось невозможно. Таким образом, в силу естественно-исторических причин были созданы комбинированные концессии – животноводческо-зерновые, коневодческо-зерновые, а также чисто животноводческие и коневодческие с подсобным зерновым хозяйством.

– условия заключения договоров, система уступок, практика реализации, а также условия и причины досрочной ликвидации концессионных договоров 1920-х– 1930-х годов свидетельствуют, что для этого периода концессия имела, прежде всего, политическое значение, тогда как в 90-х годах формы инвестирования капитала в сельское хозяйство определялись в соответствии с экономическими механизмами.

– в начале 1990-х годов неудовлетворительная государственная охрана земель сельскохозяйственного назначения, а также их изъятие для несельскохозяйственных целей использования привели к сокращению площади сельскохозугодий в северокавказском регионе. Использование способов и технологий обработки земель, не обеспечивающих сохранение их плодородия, привело к снижению урожайности основных сельскохозяйственных культур;

– для решения двух стратегических задач – удовлетворение потребностей страны в высокопроизводительных сельхозорудиях и развертывание активной борьбы с эрозией почв – региону нужны были финансовые средства и новые технологии. Активизация взаимодействия России с мировым сообществом создала условия для привлечения иностранных инвестиций для реализации взаимовыгодных проектов и подъема северокавказского сельского хозяйства Инвестиционное сотрудничество региона с другими странами на этих этапах ограничивалось рядом отдельных проектов, среди которых были: проекты по созданию показательных фермерских хозяйств; проекты по поставкам оборудования для малых мясомолочных заводов; лизинговые проекты по замене устаревшего парка сельскохозяйственной техники; оказание консалтинговых услуг.

А также в заключении изложены разработанные практические рекомендации по реализации исторического опыта государственно-частного партнерства в регионе.

Список публикаций автора по теме диссертации

  1. Ширяева Е.Г. Крупповская сельскохозяйственная концессия на Северном Кавказе в 1920-е–1930-е годы: опыт участия иностранного капитала в развитии советской экономики // Европа и Северный Кавказ в 19-20 веке: опыт межкультурной коммуникации и социо-культурной адаптации. – Ставрополь: Изд-во СГУ, 2005. – С. 86-97.
  1. Ширяева Е.Г. Участие иностранного капитала в развитии курортов Кавказа // «Курорт» в дискурсивных практиках социо-гуманитарного знания. Материалы международной научной конференции (Пятигорск , 27-29 апреля 2007 года). – Ставрополь – Пятигорск – Москва, 2007. – С. 353-360.
  1. Ширяева Е.Г. Сельскохозяйственные концессии в Северо-Кавказском крае в 1920-х годах: региональный опыт привлечения иностранного капитала // Россия и Кавказ: история и современность глазами молодежи. – Карачаевск, Изд-во Карачаево-Черкесского  гос. ун-та им. У.Д. Алиева, 2010. – С.107-112.
  1. Ширяева Е.Г. Легитимация и становление сельскохозяйственной концессии в экономической практике северокавказского региона // Вестник Ставропольского государственного университета. 2010. Вып. 71(6). С. 62-68.
  1. Ширяева Е.Г. Иностранный капитал в сельском хозяйстве северокавказского экономического региона в девяностых годах ХХ века // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. – 2012. – № 3. – С. 132-141.
  1. Ширяева Е.Г. Региональный опыт государственно-частного партнерства: историко-компаративный анализ (на материалах Северного Кавказа) // Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов. – 2012. – № 3. – С.47-58.

1 Бехтерева Л.Н. Проблемы новой экономической политики 1920-х годов в современной отечественной историографии // Вестник Удмуртского университета. – 2010. – Вып.I. – С. 57.

2 НЭП: завершающая стадия. Соотношение экономики и политики. Под ред. В.П. Дмитренко. – М., Изд-во Центрального института российской истории РАН, 1998. – 269 с.; НЭП: приобретения и потери. Сборник статей. Под ред. В.П. Дмитренко. М., «Наука», 1994. – 215 с.; НЭП: экономика, политика, идеология. Тезисы докладов и сообщений научной конференции, посвященной 70-летию начала перехода к НЭПу. Под ред. С.А. Есикова. – Тамбов, 1991г. – 55 с.; Рогалина Н. В поисках меры (некоторые уроки российских реформ в XX в.) // Вопросы экономики. 1996. № 7. – С. 112-121; Рогалина Н. Аграрные реформы в России 1910–1920-х гг. (к 80-летию введения новой экономической политики) // Вопросы экономики. 2001. № 8. – С.130-143; 10. Нэп: Завершающая стадия: Соотношение политики и экономики: Сб. ст. / Отв. ред. В.П. Дмитренко. М.: РАН ИРИ, 1998. – 269 с.; Сенявский А.С. Конференция по истории новой экономической политики // Отечественная история. 2003. № 3. – С.178–184; Крюкова С. Опыт становления рынка в период нэпа // Вопросы экономики. 1999.  № 2. – С.102-116.

3 Чернышова А.В. Механизм государственного управления деревней в условиях нэпа: проблемы функционирования. – М., 2005.

4 Бородкин Л.И., Сафонова Е.И. Государственное регулирование трудовых отношений в годы нэпа: формирование системы мотивации труда в промышленности // Экономическая история. Обозрение. – М., 2000. Вып. 5. – С. 23-46.

5 Рогалина  Н.Л. Новая экономическая политика и крестьянство// НЭП: приобретения и потери: сб. статей. М., 1994. – С.67-94.

6 Шанин Т. Кооперация и коллективизация // Великий незнакомец. Крестьяне и фермеры в современном мире. – М., 1992; Панарин A.A. Развитие северокавказской кооперации в 1925- 1927 гг. и опыт согласования экономических интересов государства и производителя // Историко- археологический альманах. — Армавир- Москва, 1999; Панарин А.А. Развитие сельскохозяйственной кооперации на Дону, Кубани
и Ставрополье в 1921-1929 годы. - Армавир, 2000; Панарин А.А. К проблемам эволюции сельскохозяйственной кооперации в 20-ые годы //Проблемы аграрной истории Северного Кавказа: Материалы межрегиональной научной конференции. - Ставрополь, 1999; Сидоренко Т.Н. Возникновение и развитие кооперации на Кубани (вторая половина 19 в. - 1920 год): Автореф. дис. канд. ист. наук. — Краснодар, 2000; др.

7 Современные концепции аграрного развития. Теоретический семинар // Отечественная история. 1995. № 3; Ильиных В.А. Государственное регулирование сельскохозяйственного рынка Сибири в условиях нэпа (1921–1928 гг.). Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2005; Бокарев Ю.П. Социалистическая промышленность и мелкое крестьянское хозяйство в СССР в 20-е годы. Источники, методы исследования, этапы взаимоотношений. М., 1989; Файн Л.Е. Нэповский «эксперимент» над российской кооперацией // Вопросы истории. 2001. № 7; Файн Л.Е. Советская кооперация в тисках командно-административной системы (20-е годы) // Вопросы истории. 1994. № 4; Кабанов В.В. Был ли  «слом»  кооперации? // Нэп: Завершающая стадия: Соотношение политики и экономики. М., 1998. Режим доступа: http://www. auditorium.ru 

8 Свищев М.А. Мелкое производство в 20-е годы // Нэп: приобретения и потери. М., 1994. – С. 123-139.

9Семенюта О.Г. Основные принципы функционирования рыночной экономики России. –Ростов н/Д.: Изд-во Рост, ун-та, 2004. –100с.; Галушкин В.И., Митрофанова И.В., Объедкова Л.В. Кооперация и интеграция в агропромышленном комплексе современной России: от традиционализма к модернизации//Национальные интересы: приоритеты и безопасность. – 2009. – №1. – C. 10-19; Никулин А.М. Из колхоза - в кооператив, в ферму, в глубинку, в холдинг, в асьенду // Куда идет Россия. М., 2001; Якушкин К. Н. Экономическое регулирование аграрного сектора и развития села // Экономика сельскохозяйственных и перерабатывающих пред-приятий.2000. №4; Кондратенко Л. Социально-трудовая сфера села: состояние и меры по выводу из кризиса// Экономика сельского хозяйства России. – 2000. – №10. – С.34-47; Калугина 3. И. Сельское предпринимательство в современной России: институциональные основы и социальные практики // Россия, которую мы обретаем: Исследования Новосибирской экономико-социологической школы. – Новосибирск: Наука, 2003. – С. 193-222; Дорохина Т. Социальная адаптация специалистов к рыночной экономике: исследование методом «устной истории» // Вопросы экономики. – 1994. – №6. – С.114-216.

10 Калугина З.И. Парадоксы аграрной реформы в России: социологический анализ трансформационных процессов. 2-е издание. Новосибирск: ИЭ и ОПП СО РАН, 2001. – 196 с.; Штейнберг И. Крестьянство и власть: тенденции трансформации. Исследования власти в постсоветском селе.// Куда идет Россия? Социальная трансформация постсоветского пространства/под ред. Т.И. Заславской.- М.: Аспект Пресс, 1996.- 512. С. 465-473; Штейнберг И. Тенденции трансформации власти в постсоветском селе //Социс. 1996. №7. С. 21-27; Схапцежук А. Д. Функционирование российского села в условиях рыночных трансформаций АПК (Агропромышленного комплекса). Автореферат дисс… канд. соц. Наук. – Майкоп 2007. – 21 с.;Мудров А.В. Трансформация хозяйственного механизма в условиях экономических преобразований в России. Автореферат дисс…канд. эконом. Наук. – Краснодар, 2007. – 20 с.; Сидоров В.А. Трансформация производительности труда на этапе рыночных преобразований. Краснодар, 1999; Калугина 3. И. Институциональные основы и социальная база развития сельского предпринимательства//Регион: экономика и социология. 2001. №3.; Калугина 3. И. Реформирование аграрного сектора: итоги и проблемы: Взгляд социолога// Регион: экономика и социология. 1995. №3; Калугина 3. И. Сельское предпринимательство в современной России: институциональные основы и социальные практики // Россия, которую мы обретаем: Исследования Новосибирской экономико-социологической школы. Новосибирск. Наука, 2003

11 Гольдентул И. Земельные отношения на Кубани. Краткий очерк. – Ростов н/Д Краснодар, 1924. – 115 с.; Клейнер И. Действительность кубанской станицы.  –Краснодар, 1924. – 93 с.; Дейчман И. Кооперация в деревне как она есть. - Ростов н/Д, 1924. – 58 с.; Народное хозяйство Ростовской области за 20 лет / Под ред. A.И. Гозулова. Ростов н/Д., Ростиздат, 1940. - 436 с.; Конюков И.А. О расслоении крестьянских хозяйств Кубани. -Краснодар, 1928. – 118 с.; Конюков И.А. Опыт исследования организации садовых,виноградарских, огородных и табаководных хозяйств. – Краснодар, 1929. – 87 с.; Смирнский В.И. Динамика коллективного земледелия и социальная структура колхозов Кубанского округа.  – Краснодар, 1930. – Вып. 2. – 54 с.; Смирнский В.И. Население и хозяйство Кубанского округа к началу 1924-1925 гг. – Краснодар, 1924. – 43 с.; Овчинников А. Сельское хозяйство Ставропольской губернии в его прошлом и настоящем. Ставрополь, 1922. – 93 с.; Осинский С. Краткий очерк сельскохозяйственной кооперации Юго-Востока – Ростов н/Д, 1924. – 102 с.; Сельское хозяйство Кубани и пути его развития. – Краснодар, 1928. – 75 с.

12 Чернопицкий П.Г. Деревня Северокавказского края в 1920–1929 гг. Ростов н/Д, 1987; Макаренко М.Ю. Население Кубани в 1920-1926 гг. (историко-демографический аспект). / Автореф. дис. канд. ист. наук. -Краснодар, 1997; Аграрная история Дона и Северного Кавказа. Ростов-н/Д., 1980; Воскобойников Г.А., Прилепский Д.К. Казачество и социализм. Исторические очерки. – Ростов-н/Д., 1986; Овчинникова М.И. Советское крестьянство Северного Кавказа. 1921 – 1929 гг. Ростов-н/Д., 1972; Осколков Е. Н. Победа колхозного строя в зерновых районах Северного Кавказа. Ростов-н/Д., 1973; Ратушняк В.Н. Сельскохозяйственное производство Северного Кавказа в конце ХIХ-начале XX века. – Ростов-н/Д., 1989.

13 Булгакова Н.И. Сельское население Ставрополья во второй половине 1920х начале 30-х годов XX века: изменения в демографическом, хозяйственном и культурном облике. Дис. . канд. ист. наук. Ставрополь, 2003. -325 е.; Некрасова ИИ. Коллективизация в сельском хозяйстве Ставропольского края (конец 20-х начало 30-х гг.): оценки и выводы. Автореф. дис. . канд. ист. наук. – Ставрополь, 2010. – 20 с.; Савельев В.А. Отношение крестьянства Кубани и Дона к землеустройству (1923-1927 гг.). // Молодые учёные: сборник статей. – Армавир, 2008; Абрамов И. Е. Социально-экономическое развитие донской деревни в условиях новой экономической политики (1921-1927 гг.) / Автореферат дис… канд. ист. наук. – Зерноград, 2000; Зинченко С. А. Южнороссийское крестьянство в системе советских аграрных отношений: 1920-е п.п. 1930-х гг. / Автореферат дис… канд. ист. наук. - Пятигорск, 2006; Смородина, Е. В.Сельское хозяйство Кубани в условиях НЭПа, 1921-1927 гг. Краснодар, 1994; Судьба казачьего хозяйства степных районов Дона и Кубани в 20 е годы XX в. //Формы сельскохозяйственного производства и государственное регулирование; XXIV сессия симпозиума по аграрной истории Восточной Европы: Тезисы докладов и сообщений. — М.; МГПУ им. В. И. Ленина, 1994. – С. 158–160; Бершадская, О.В. Социально-экономический облик черноморской деревни в 1920-е годы /О.В. Бершадская, В.Е. Щетнев // Динамика и темпы аграрного развития России: инфраструктура и рынок: тезисы докладов и сообщений XXIX сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. – М.; Краснодар: Изд-во РАН, 2004. – С. 125-127; Бершадская Ольга Владиславовна Черноморская деревня в условиях НЭПА. (Социально-экономический аспект) Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук. – Краснодар, 2007. – 19 с.; Наухацкий В.В. Сельское хозяйство Северо-Кавказского края второй половины 1920-х гг. и проблема продовольственной безопасности // Государственная власть и крестьянство в XIX – начале XXI  вв.// Сб. статей. / Науч. ред. А.И. Шевельков. – Коломна, 2011. – С.267-268; Ногина Е.В. Особенности социально-экономического развития Ставрополья в условиях НЭПа [Электронный ресурс] Режим доступа – http://abiturient.ncstu.ru; Северо-Кавказское общество на переломе (1917 – конец 1920-х годов)// Кол. авторов Игонин А.В., Оборский Е.Ю, Суханова Н.И.. – Ставрополь: Издательство СГУ, 2009. – 292 с.

14 Бугаев С. Н. Экономическое развитие и общественно-политические процессы в Ставропольском крае во время «перестройки» и в постперестроечный период (1985-1993 гг.) : Дис. ... канд. ист. наук : 07.00.02 Пятигорск, 2005. – 168 с.; Наухацкий В.В. Землевладение и землепользование Ростовской области: динамика и тенденции 1990-х годов // Землевладение и землепользование в России. Материалы 27 сессии симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. М., 2002.; БезбородовА., Елисеева Н., Шестаков В. Перестройка и крах СССР. 1985–1993. – СПб.: Норма, 2010. – 216 с.; Михалев А.А. Аграрный кризис в России (региональный аспект: причины, последствия, меры преодоления). М., 1997.- 278 с.; Медведев Ж. Сельскохозяйственный кризис и аграрные реформы в России // Степные просторы. 1997. №5-6; Петриков А. В. Специфика села в контексте реформ // Социологический журнал. 1994. №4; Концепция аграрной политики России в 1997 - 2000 годах // Под ред. Е.С. Строева. М., 1997, с. 92 – 93; Гордеев А. Сельское хозяйство России на современном этапе и в ближайшей перспективе // Международный сельскохозяйственный журнал. – 2000. – №5. – С.3-6; Артемов В. А. Село 90-х годов: тенденции повседневной деятельности сельского населения // СОЦИС. –  2002. – №2. – С.47-72; Бондаренко Л. Оценки уровня социального развития села // АПК: экономика, управление. – 1997. – №6. – С.83-102 и др

15 Бернштейн И.Н. Очерк концессионного права в СССР. – М.-Л., Госиздат, 1930. – 128 с.;Бернштейн И.Н. Правовые условия концессионной деятельности в СССР. Систематизированные материалы с комментариями. – М., Гос. юр. изд-во РСФСР, 1930. –173 с.; Врачев И. Советская республика в капиталистическом окружении. (К вопросу о товарообмене и концессиях). – Грозный, Изд-во политотдела Кавказкой армии труда, 1921. – 34 с.; Бутковский В. Иностранные концессии в народном хозяйстве СССР. – М,- Л., ГИЗ, 1928. –123 с.; Арский Р. Концессии. – Ростов-на-Дону, Донецкое отделение ГИЗа, 1921. – 30 с.; Пятаков Г.Л. Концессионная политика в лесном деле. //Лесопромышленное дело. – 1923. – №5-6. – С. 24-28; 22-26; Радек К. Внешняя политика Советской России. – М.-Пг., Госиздат, 1923. –112 с.; Рейхель М. Концессии в советском законодательстве и практике. – М., «Советское право», 1927. – 182 с.; Соколов Б.Н. Советские концессии. – Париж, 1926. – 98 с.; Сорокин В. Концессии и Советская Россия.  – Пермь: ГИЗ, 1921. – 46 с.; Степанов И. Об иностранных концессиях. – М.: ГИЗ, 1920. – 20 с.; Югов А. Политика концессий. //Социалистический Вестник. – 1928 –. 28 октября. – № 20. – С. 25-32; Янин М.  Новые черты в концессионной политике. // Плановое хозяйство. – 1925. – № 7. – С. 39-53; Янин М Привлечение иностранной техники. // Экономическое обозрение. – 1926. – № 3. – С. 45-52; Носов Н. К кризису понятия концессионного договора // Советское право. – 1926. – № 3–4; Рейхель М. Концессии в советском законодательстве и практике.  – М., 1927. Бернштейн И.Н. Очерк концессионного права СССР.  – Л., 1930; Он же. Правовые условия концессионной деятельности в СССР. Систематизированные материалы с комментариями. – М. 1930; Иоэльсон М. Итоги и задачи нашей концессионной политики // Большевик. – 1925. – №. 8. – С. 46–60; Янин М. . Некоторые вопросы концессионной политики // Плановое хозяйство – 1926. – №. 10. – С. 67–76; Гуревич М. Частный капитал и наша концессионная политика. //Торгово-промышленная газета. – 1925. – 23 марта; Двинов С. Концессии в России. //Социалистический Вестник. – 1926. – 29 декабря. – №24. – С. 7-10; Дергачева Н.П. Концессии. – Л.: «Прибой», 1925. – 76 с.; Иоффе A.A. Итоги и перспективы концессионной политики и практики в СССР //Плановое хозяйство. – 1927. – № 1. – С. 26-34; Иоффе A.A. Итоги и перспективы концессионной политики СССР. // Экономическая жизнь. – 1926. – 7 февраля. – С. 19-25; Иоффе A.A. Концессионная политика СССР. // Экономическое обозрение. – 1927. – № 1.

16 Лацис. М.И. Сельскохозяйственные концессии. – М. Л., Госиздат, 1926. – 84 с.

17 Бовыкин, В.И. О некоторых вопросах изучения иностранного капитала в России / В.И. Бовыкин // Об особенностях империализма в России. - М.: Изд-во АН СССР, 1963. - С. 250-313.

18 Россия и международный капитал.1874-1914 гг. Очерки истории финансовых отношений. - Л.: Наука, 1970.

19 Дякин В.С. Об особенностях империализма в России. - М.: Изд-во АН СССР, 1963. - С. 345-362; Дякин, В.С. Первая мировая война и мероприятия по ликвидации так называемого немецкого засилья // Первая мировая война. 1914-1918: сб. науч. статей. - М.: Наука, 1968. - С. 227-238; Смирнов, Е.Т. Приамурский край на амурско-приморской выставке 1899 года в Хабаровске / Е.Т. Смирнов. - Хабаровск, 1899. - 660 с.; Шепелев, Л.Е. Акционерная статистика в дореволюционной России / Л.Е. Шепелев // Монополии и иностранный капитал в России: труды Ленингр. отд-ния Института истории. Вып. 4. - М., 1962.-С. 163-207; Шепелев, Л.Е. Акционерные компании в России / Л.Е. Шепелев. - Л.: Наука, 1973. - 345 с.

20 Горбачев СМ.С. Перестройка и новое мышление. М.: Политиздат, 1988. С. 240 с.

21 Ананьич, Б.В. Сергей Юльевич Витте и его время / Б.В. Ананьич, Р.Ш. Ганелин. - СПб.: Дмит­рий Булавин, 2000. - 429 с.; Бовыкин, В.И. Бельгийское предпринимательство в России / В.И. Бовыкин, В. Петерс // Иностранное предпринимательство и заграничные инвестиции в России: Очерки; рук. проекта В.И. Бовыкин. - М.: Росспэн, 1997. - С. 183-242; Бовыкин, В.И. К проблеме иностранного предпринимательства в России на рубеже XIX-XX вв. / В.И. Бовыкин // Отечественная история. - 1998. - № 6.; Гурушина, Н.Н. Английские капиталы в частное предпринимательство в России / Н.Н. Гурушина, И.В. Поткина // Иностранное предпринимательство и заграничные инвестиции в Рос­сии: очерки; рук. проекта В.И. Бовыкин. - М.: Росспэн, 1997. - С. 54-119; Донгаров, А.Г. Иностранный капитал в России и СССР / А.Г. Донгаров. - М.: Международные отношения, 1990. - 168 с.; Дьяконова, И.А. Прямые германские инвестиции в экономике имперской России / И.А. Дьяконова // Иностранное предпринимательство и заграничные инвестиции в России: очерки; рук. проекта В.И. Бовыкин. - М.: РОССПЭН, 1997. - С. 120-152; Ковальчук, М.А. Исторический опыт формирования транспортной отрасли Дальнего Востока России (70-е гг. XIX в. - июнь 1941 г.): автореф. дисс. ...д-ра ист. наук: 07.00.02 / М.А. Ковальчук. -Иркутск, 1998. - 40 с.; Ладисов, Г.Ю. Иностранное предпринимательство на территории Приамурья во второй половине XIX - начале ХХ вв.: автореф. дисс. ...канд. ист. наук: 07.00.02 / Г.Ю. Ладисов. - Благовещенск, 1998. - 26 с.; Лисовская, Е.Г. Иностранный капитал в экономике пореформенной России: дисс. .канд. экон. наук: 08.00.01 / Е.Г. Лисовская. - М., 1996. - 215 с.; Муравьева, Л.И. Развитие капитализма в России и его особенности / Л.И. Муравьева // Вопросы истории КПСС. - 1990. - № 10. - С. 120-131; Сапилов, Е.В. Акционерные общества в дореволюционной России / Е.В. Сапилов. - М.: ИЭ РАН, 1993. - 37 с.; Степанов, В.Л. Социально-экономические реформы Н.Х. Бунге: автореф. дисс. ...д-ра ист. наук: 07.00.02 / В.Л. Степанов. - М., 1999. - 42 с.; Шацилло, М.К. Иностранцы в составе российского предпринимательства / М.К. Шацилло // Иностранное предпринимательство и заграничные инвестиции в России: очерки; рук. проекта В.И. Бовыкин. - М.: РОССПЭН, 1997. - С. 34-53.

22 Данильченко С.Л. Концессионные предприятия в народном хозяйстве Советской России в годы НЭПа // Ученые записки Российского государственного социального университета. – М.: РГСУ, 2002. – № 3. – С. 94-113; Данильченко С.Л. Особенности концессионной политики Советской России в середине 1920-х гг. // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России. – М.: РУДН, 2006. – № 2. – С. 43-51; Данильченко С.Л. Концессионное право Советского государства в период НЭПа // Преподаватель. XXI век. – 2006. – № 2. – С. 20 – 37; Данильченко С.Л. Методы ликвидации иностранных концессий в СССР // Материалы заседания секции истории научной сессии факультета социологии, экономики и права МПГУ по итогам научно- исследовательской работы за 1999 год. – М.: «Гном-Пресс». 2000. – С.71-74; Данильченко С.Л. Международные факторы советской концессионной политики // Актуальные проблемы социально-гуманитарных наук. Сборник научных трудов. – М.: Типография МПГУ. 2001. – С. 122-129; Данильченко С.Л. Организация концессионного дела и формы капиталовложений в СССР // Проблемы гуманитарных наук. Сборник научных трудов. – М.: Издательство МАДИ. 2001. – С.65-73; Данильченко С.Л. Концессионная политика Советского государства в освещении зарубежной и советской печати // Гуманитарий. История и общественные науки. Сборник научных трудов. Вып.4. – М.: Типография МПГУ. 2002. – С. 133-150; Данильченко С.Л. Концессионная политика Советского государства в условиях НЭПа // Экономический журнал. – 2002. – №5. – С. 45-79 и др.

23 Рагер Ю.Б. О германо-советской концессии «Друзаг» в Ванновском немецком районе Северо-Кавказского края // Российские немцы на Дону, Кавказе и Волге: Материалы междунар. науч. конф., Анапа, 22–26 сентября 1994 г. М., 1995. С. 73–78; Плохотнюк Т.Н. Германские сельскохозяйственные концессии на Северном Кавказе (1920 – 1930-е гг.) // Немцы в России и СССР, 1900 – 1941 гг.: Материалы междунар. науч. конф., Москва 17 – 19 сент. 1999 г. М., 2000. С. 217–225. 

24 Солдатенков В.Ю. Социально-экономические последствия и опыт концессионной деятельности в СССР // Труд и социальные отношения. – 2008. – № 11.

25 Булатов, В. В. Водная магистраль Волга – Дон – Азовское море: неарелизованные концессии / В. В. Булатов, М. М. Загорулько. – Волгоград : Волгогр. науч. изд-во, 2007. – 188 с.; Загорулько, М. М. Концессии в годы нэпа: исторические корни, принципы и механизмы реализации (научно-методические основы исследования) / М. М. Загорулько, О. В. Иншаков. – Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2002. – 64 с.; Марьин, Д. А. К проблеме изучения концессионной политики СССР в отечественной историографии: общие критические замечания и актуальность исследования  // Историко-экономические исследования. – 2004. – Т. 5., № 3 С. 76-98; Юдина, Т. В. Иностранный капитал в жилищной сфере России в 1920-е гг. // Вестн. Том. гос. ун-та. – 2008. – № 310, май. – С. 100–104; Юдина, Т. В. Частно-государственное партнерство на концессионных предприятиях СССР в годы нэпа // Вестн. С.-Петерб. ун-та. Сер. 2, История. – 2008. – Вып. 3. – С. 32–43; Юдина, Т. В. Концессии и проблема занятости населения СССР в 1920-е гг. // Власть. – 2008. – № 10. – С. 106–111. Юдина, Т. В. Концессионные рабочие в 1920-е гг.: из опыта культурно-просветительской деятельности // Культурная жизнь Юга России : регион. науч. журн. – Краснодар, 2009. – № 1. – С. 21–24.

26 Cohen Warren. Empire without Tears: American's Foreign Relations. 1921-1923. Philadelphia, 1987; Parrini Carl Heir to Empire: United States Economic Diplomacy. 1916-1923. Pittsburg, 1968; Siegel Katherin. Technology and Trade: Russian's Pursuit of American Investments. 1917-1929. //Diplomacy History. 1993. № 63; Sutton Antony. Western Technology and Soviet Economic Development. 1917-1930. T.1 Stanford, 1968; T.21930-1945. Stanford, 1971; T.3 1945-1960. Stanford, 1973; Carr E. H., Davies R.H. Foundation of a Panned Economy. 1926-1929.T.1 London, 1969; Carr E.H. A History of Soviet Russia. Socialism in One Country. 1924-1926. 3 vols. New York. 1958-1964; Davies R. H. The Soviet Economy in Turmoil. 1929-1930. CamBiidge,1989.

27 Die Erteilung von Konzessionen an das auslndische Kanital (mit drei Karten) // Russische Korrespondenz. – 1921. – № 3/4. – S. XX; Gerschuni, G. Die Konzessionspolitik Sowjetrusslands / G. Gerschuni. – Berlin : R. L. Prager, 1927. – 135 S.; Haensel, P. Die Wirtschaftspolitik Sowjetrusslands / P. Haensel. – Tbingen : Verlag von J. C. B. Mohr, 1930. – 204 S.; Potschter, O. Wesen und Recht der Konzession (Verleihung) in Deutschland und Sowjetrussland / O. Potschter. – Jena : Verlag von Gustav Fischer, 1928. – 143 S.

28 Ленин, В. И. Заседание коммунистической фракции ВЦСПС, 11 апр. 1921 г. : докл. о концессиях // Ленин В. И. Полн. собр. соч. – Т. 43. – М. : Изд-во полит. лит., 1977. – С. 165–183; Ленин, В. И. Набросок Постановления СНК о нефтяных концессиях от 1 февраля 1921 г. // Ленин В. И. Полн. собр. соч. – Т. 54. – М. : Изд-во полит. лит., 1978. – С. 437; Ленин, В. И. О продовольственном налоге // Ленин В. И. Полн. собр. соч. – Т. 43. – М. : Изд-во полит. лит., 1977. – С. 205–245; Ленин, В. И. Постановление СНК об основных принципах концессионных договорах от 29 марта 1921 г. // Ленин В. И. Полн. собр. соч. – Т. 43. – М. : Изд-во полит. лит., 1977. – С. 514;  Ленин, В. И. Проект Постановления СНК по вопросу о концессиях от 16 ноября 1920 г. // Ленин В. И. Полн. собр. соч. – Т. 54. – М. : Изд-во полит. лит., 1978. – С. 433–434; Ленин, В. И. Собрание актива Московской организации РКП(б) // Ленин В. И. Полн. собр. соч. – Т. 42. – М. : Изд-во полит. лит., 1963. – С. 55–83; Сталин, И. В. Беседа с участниками совещания агитпропов // Сталин И. В. Соч. : в 13 т. – Т. 7 : 1925. – М. : Гос. изд-во полит. лит., 1953. – С. 235–240; Сталин, И. В. К итогам работы XIV конференции РКП(б) // Сталин И. В. Соч. : в 13 т. – Т. 7 : 1925. – М. : Гос. изд-во полит. лит., 1953. – С. 90–132; Сталин, И. В. Политический отчет Центрального комитета на XIV съезде ВКП(б), 18–31 дек. 1925 г. // Сталин И. В. Соч. : в 13 т. – Т. 7 : 1925. – М. : Гос. изд-во полит. лит., 1953. – С. 261–352; Томский, М. П. Итоги VI съезда профессиональных союзов СССР, 11–18 нояб. 1924 г. / М. П. Томский. – М. : Изд-во ВЦСПС, 1924. – 59 с.







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.