WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Исх. № 43/8-3275

от 17.07.2012 г.

ВИДЕНЬКИНА Жанна Васильевна

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ОРГАНИЗАЦИЮ ПРЕСТУПНОГО СООБЩЕСТВА ИЛИ УЧАСТИЕ В НЕМ

Специальность: 12.00.08 – уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право



А В Т О Р Е Ф Е Р А Т

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Москва – 2012

Диссертация выполнена на кафедре уголовного права федерального государственного казенного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Московский университет МВД России».

Научный руководитель:        доктор юридических наук, профессор

Кадников Николай Григорьевич,

начальник кафедры уголовного права

Московского университета МВД России

Официальные оппоненты:        доктор юридических наук, профессор

Красиков Юрий Алексеевич, профессор кафедры уголовно-правовых дисциплин Института международного права и экономики им. А.С. Грибоедова

                               кандидат юридических наук, доцент

                               Антонян Елена Александровна,

                               доцент кафедры криминологии и уголовно-

исполнительного права МГЮА

Ведущая организация: Академия права и управления ФСИН России

       Защита состоится «26» сентября 2012 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д 203.019.03, созданного на базе ФГКОУ ВПО «Московский университет МВД России» (117437, г. Москва, ул. Академика Волгина, д.12, зал заседания совета).

       

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского университета МВД России.

Автореферат разослан «___»  июля  2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент                                А.А. Шишков

  1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования. В начале XXI века, в условиях политического, экономического и социального реформирования, в России создалась сложная криминальная обстановка, которая характеризуется высоким уровнем преступности. Значительное влияние на криминализацию общественных отношений продолжает оказывать организованная преступность. Более всего действия организованной преступности проявляются посредством преступлений, совершаемых организованными группами, бандами и преступными сообществами. Так, организованными группами и преступными сообществами в 2009 году совершено 29,6 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений, в 2010 году – 21,2 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений, в 2011 году – 16,9 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений1. Как показывает статистика, разная динамика просматривается и в совершении преступлений, предусмотренных ст.209 и 210 УК. Можно говорить о некотором росте подобных преступлений в 2006 и 2007 г. и о снижении в 2008-2011 г. (в 2006 г. совершено 432 преступления, ответственность за которое предусмотрено ст.209 УК, и  255 преступлений по ст.210 УК, в 2007 г. соответственно 348 и 337 преступлений, в 2008 г. – 262 и 325 преступлений, в 2009 – 231 и 247 преступлений, в 2010 – 184 и 172 преступления, в 2011 г. – 183 и 172 преступления). Латентность преступлений данного вида также весьма высока.

Тем не менее, нельзя отрицать нарастание противодействия преступным сообществам со стороны государства. Это проявляется и в постоянном поиске законодательных форм воздействия на подобные преступные группировки. Изменилась редакция ч.4 ст.35 УК, где речь идет о понятии и признаках преступного сообщества, ст.210 УК, которая предусматривает уголовную ответственность за создание преступного сообщества или участие в нем2. Однако коренного перелома в борьбе с преступными сообществами не произошло. Это в полной мере относится и к законодательным изменениям. Не все правоохранительные органы до настоящего времени восприняли новые законодательные формулировки. Допускаются ошибки при организации оперативных мероприятий, раскрытии и расследовании преступлений данного вида. Серьезные недостатки выявлены в связи с ошибочной квалификацией преступлений, совершаемых преступными группами, характеризующими различные формы соучастия. Судебная практика также была весьма неоднозначной. В 70% случаях суды не признают организованную группу преступным сообществом, полагая, что преступление совершено либо бандой, либо организованной группой. Допускаются и другие ошибки при квалификации преступлений и назначении наказаний. Отчасти это результат неоднозначного судебного толкования, которое стало возможным в связи с принятием Пленумом Верховного Суда РФ двух различных по сути постановлений о судебной практике по применению уголовного закона об ответственности за создание преступных сообществ и за совершенные участниками этих сообществ преступления3.

В соответствии с этим возникла необходимость уточнить пределы ответственности за создание преступного сообщества или участие в нем, проанализировать новеллы уголовного законодательства и новые положения судебного толкования. Кроме того, необходимо тщательное изучение практики применения данной статьи, отграничения  указанного деяния от смежных преступлений.

В разработке и решении обозначенных проблем проявляется актуальность темы исследования. Наряду с этим, тема актуальна в связи с необходимостью дальнейшего развития и совершенствования теории уголовного права, уголовной политики в части противодействия организованной преступности, разработки предложений по совершенствованию разделов уголовного закона о соучастии, об ответственности за преступления против общественной безопасности.

Степень научной разработанности темы исследования. В отечественной доктрине уголовного права основы ответственности за преступления, совершенные в соучастии, были заложены в трудах Ф.Г. Бурчака, Р.Р. Галиакбарова, П.И. Гришаева, Г.А. Кригера, М.И. Ковалева, В.Н. Кудрявцева, А.А. Пионтковского, Н.С. Таганцева, П.Ф. Тельнова, А.Н. Трайнина и др. Вопросы противодействия организованным преступным группам, бандам, преступным сообществам  освещены в трудах таких видных ученых, как В.М. Быков, Н.П. Водько, Л.Д. Гаухман, В.Г. Гриб, П.Ф. Гришанин, А.И. Долгова, В.С. Комиссаров, П.И. Гришаев, А.Я. Гришко, А.И. Гуров, С.В. Дьяков, Н.Г. Кадников, Н.И. Карпец, С.В. Максимов, А.Н. Мондохонов.

Системное изучение проблем противодействия организованной преступности всегда находилось в центре внимания таких ученых, как Г.В. Дашков, А.Э. Жалинский, С.М. Иншаков, В.В. Лунеев, М.Г. Миньковский, А.В. Наумов, А.С. Никифоров, В.С. Овчинский, Э.Ф. Побегайло, В.Е. Эминов и другие.

Проблема ответственности за создание преступных сообществ изучалась на монографическом уровне в диссертациях Е.А. Галактионова, Е.А. Гришко, Н.Ю. Клименко, В.А. Конарева, О.Н. Литовченко, А.А. Мордовца и др.

Однако все диссертации были посвящены изучению ч.4 ст.35 УК и ст.210 УК в редакции 1996 г. и не учитывали новелл уголовного закона 2009 г., а также не содержали анализа разъяснений Пленума Верховного Суда РФ 2010 г.

Отмеченные моменты, по нашему мнению, свидетельствуют об актуальности темы, о ее теоретической и практической значимости, а также о важности ее исследования на диссертационном уровне.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, закономерности, складывающиеся по поводу создания преступных сообществ, банд и иных организованных групп или участия в них, а также комплекс теоретических и практических проблем, возникающих с их преступной деятельностью.

Предмет исследования составляют теоретические положения науки уголовного права об ответственности за преступления, совершенные в соучастии, российское и зарубежное законодательство в части регламентации ответственности за создание преступных сообществ (преступных организаций) или участие в осуществляемой ими преступной деятельности, следственная и судебная практика по делам об организации преступного сообщества, материалы правоохранительных органов в борьбе с преступными сообществами, имеющиеся научные публикации по этой проблематике.

Цель и задачи исследования. Цель исследования состояла в осуществлении комплексного исследования понятия и признаков преступного сообщества, как наиболее опасной формы соучастия, всех вопросов уголовной ответственности за создание преступного сообщества или участие в нем и совершенные его членами преступления, разработке конкретных предложений по совершенствованию соответствующих норм уголовного законодательства, и мер, направленных на предупреждение подобных преступлений.

Для достижения указанной цели были выдвинуты и решены следующие задачи:

- проведен историко-правовой анализ становления отечественного и зарубежного законодательства об ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней);

- обосновано авторское определение понятия преступного сообщества (преступной организации) и раскрыты его признаки с учетом новелл уголовного закона;

- предложена классификация форм соучастия с точки зрения имеющихся законодательных решений, обосновано место преступного сообщества в данной классификации, как наиболее опасной формы соучастия;

- с учетом новелл уголовного законодательства и имеющимися разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ исследованы объективные и субъективные признаки состава преступления «Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)»;

- изучены особенности уголовной ответственности организаторов и участников преступного сообщества (преступной организации), иных субъектов преступления, которые выделены законодателем в новой редакции ст.210 УК;

- проведены социологические опросы научных работников, специалистов-практиков по поводу понятия и признаков преступного сообщества, проблем уголовной ответственности за организацию преступных сообществ, по вопросам о пределах ответственности организаторов и рядовых участников за совершение преступлений в составе преступного сообщества, по разграничению различных форм организованных преступных групп;

- уточнены правила квалификации действий виновных в организации преступных сообществ, совершении ими различных преступлений и вопросы разграничения смежных деяний;

- выявлены закономерности внутренней динамики преступных сообществ (преступных организаций) и факторов, которые влияют на изменения, происходящие в обществе и государстве;

- сформулированы предложения по совершенствованию соответствующих норм уголовного закона, и мер противодействия преступными сообществами.

Методология и методика исследования. Методологической основой исследования являлись всеобщий метод познания – материалистическая диалектика, ее законы и категории, исторический материализм. Из общенаучных методов – анализ и синтез, дедукция и индукция, исторический и логический, восхождения от абстрактного к конкретному в мышлении. А также использовались частнонаучные методы исследования – формально-логический, метод системного анализа, сравнительного правоведения, статистический и конкретно-социологический, охватывающий интервьюирование, анкетирование, изучение и анализ документов и т. д.

Нормативно-теоретическую базу исследования составили Конституция Российской Федерации, уголовное, уголовно-процессуальное и другие отрасли законодательства Российской Федерации; источники отечественного уголовного законодательства, русское дореволюционное законодательство, уголовное законодательство зарубежных стран, труды российских и зарубежных ученых в области уголовного, уголовно – исполнительного права, криминологии, оперативно-розыскной деятельности, психологии, статистики и т.д. В диссертационном исследовании использованы положения постановлений и определений Пленумов Верховного Суда РФ.

Теоретической основой исследования являются основные положения научных трудов по уголовному, уголовно-исполнительному праву, криминологии, философии, логике, юридической психологии, теории и истории государства и права таких специалистов, как Г.А. Аванесов, С.С. Алексеев, Ю.М. Антонян, Р.А. Базаров, С.В. Бородин, Д.А. Бражников, Ф.Г. Бурчак, Н.И. Ветров, P.P. Галиакбаров, Л.Д. Гаухман, П.И. Гришаев, П.Ф. Гришанин, А.Я. Гришко, Г.В. Дашков, А.И. Долгова, А.Н. Игнатов, Н.Г. Кадников, С.И. Кириллов, М.И. Ковалев, И.Я. Козаченко, В.С. Комисаров, Д.А. Корецкий, Ю.А. Красиков, Г.А. Кригер, Н.Ф. Кузнецова, В.Н. Курченко, С.Я. Лебедев, Ю.И. Ляпунов, И.М. Мацкевич, В.И. Морозов, З.А. Незнамова, Б.С. Никифоров, Г.П. Новосёлов, С.Г. Ольков, А.А. Пионтковский, Т.А. Пособина, Э.Ф. Побегайло, B.C. Прохоров, Б.Т. Разгильдиев, А.И. Рарог, С.Н. Сабанин, Р.А. Сабитов, Н.С. Таганцев, П.Ф. Тельнов, А.Н. Трайнин, В.С. Устинов, Т.Д. Устинова, И.Я. Фойницкий, М.Д. Шаргородский, А.В. Шеслер и др.

Эмпирическую базу исследования составили результаты изученных 97 уголовных дел, рассмотренных по ст.209 и ст.210 УК РФ судами с 2006 по 2011 гг. в г. Москве и Санкт-Петербурге, Московской, Смоленской, Брянской, Тамбовской, Рязанской, Владимирской, Нижегородской областях, Краснодарском крае, Республике Татарстан.

Используя статистическое наблюдение, изучены сведения о преступности в Российской Федерации в целом и в частности о преступлении, ответственность за которое установлена ст.210 УК, за период 2006-2011 гг., а также документы МВД России, касающиеся борьбы с организованной преступностью. Опрошено 76 научно-педагогических работников юридических вузов, 220 сотрудников правоохранительных органов, непосредственно осуществляющих борьбу с преступными сообществами в регионах, в том числе сотрудников следственных аппаратов и судей. Использован также личный опыт практической работы автора в подразделении по борьбе с организованной преступностью в течение 10-ти лет.

Научная новизна диссертационного исследования связана с формированием нового подхода к установлению уголовной ответственности за организацию преступного сообщества и участие в нем, основанного на анализе норм действующего уголовного законодательства, практики его применения, научных воззрений различных авторов на исследуемую проблему и результатах собственного исследования. Выводы и предложения сформулированы с учетом новелл уголовного законодательства в части понятия и признаков преступного сообщества и редакции ст.210 УК.

Научная новизна диссертации состоит также и в том, что сформулированы авторские определения понятий преступного сообщества, координации преступных действий и раздела сфер преступного влияния, проанализированы цели преступного сообщества, качественные и количественные признаки участников подобных сообществ. Впервые предложено понятие лица, занимающего высшее положение в преступной иерархии, и обосновано критическое отношение к такого рода субъекту преступления, выделение которого следует признать не отвечающим доктрине уголовного права. С учетом новелл уголовного законодательства осуществлен научный анализ объективных и субъективных признаков основного и квалифицированного составов преступлений, ответственность за которые предусмотрена ч.ч.1 и 3 ст.210 УК. Разработаны рекомендации о квалификации действий по организации преступного сообщества, совершаемых его участниками преступлений и отграничении этого состава преступления от смежных составов преступлений. Обоснован комплекс предложений о совершенствовании уголовного законодательства об ответственности за организацию преступного сообщества и участие в нем.

Теоретическая значимость диссертационного исследования. Теоретическая значимость данного исследования заключается в уточнении и углублении теории уголовного права в части форм соучастия, обосновании новых научных положений о понятии преступного сообщества, как наиболее опасной формы соучастия, об ответственности за организацию преступного сообщества и совершение его участниками различных преступлений. Сформулированные в исследовании предложения по совершенствованию действующего уголовного законодательства, практики его применения, профилактической деятельности органов внутренних дел могут быть использованы в законотворческом процессе, следственной и судебной практике. Материалы настоящего исследования могут быть использованы в учебном процессе высших учебных заведений при преподавании курса уголовного права (Общая и Особенная части), спецкурса по квалификации преступлений и криминологии.

Практическая значимость диссертационного исследования. В связи с тем, что борьба с организованной преступностью в нашей стране является одним из приоритетных направлений деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, то отдельные положения данного диссертационного исследования могут быть использованы при разработке государством стратегии противодействия организованной преступности в целом и организованным преступным группам в частности. Рекомендации о квалификации организации преступного сообщества или участие в нем, и об отграничении данного состава преступления от смежных составов могут быть использованы в работе правоохранительных органов. Выводы данного исследования могут дать соответствующие ориентиры органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность при планировании и проведении соответствующих мероприятий в отношении преступных сообществ.

Положения, выносимые на защиту:

1. Вывод о криминологической обусловленности выделения наиболее опасной формы соучастия – преступного сообщества и об установлении уголовной ответственности за организацию подобного сообщества. Такая обусловленность обоснована особой опасностью подобных организованных групп для всего общества и государственных институтов, тяжестью и распространенностью преступлений, совершаемых подобными группировками, а также особенностью содержания целей их создания, невозможностью правового воздействия на них с помощью иных отраслей законодательства и возможностью доказывания и документирования их преступной деятельности.

2. Вывод о том, что в основу уголовной ответственности за организацию преступного сообщества должна быть положена акцессорная теория соучастия, согласно которой все соучастники должны отвечать за все совершаемые рядовыми участниками преступления, если действия каждого находятся в причинной связи с действиями исполнителя и с наступившим преступным результатом.

3. Вывод о необходимости дополнения ст.35 УК указанием о выделении таких форм соучастия, как банда, незаконное вооруженное формирование, экстремистское сообщество, экстремистская организация.

4. Вывод о том, что ответственность за организацию преступного сообщества должна в полной мере соответствовать нормам Конвенции ООН от 15 ноября 2000 г. «Против транснациональной организованной преступности» в части понятия и признаков  сообщества, относящегося к преступному. В связи с чем, необходимо содержание ч.4 ст.35 УК в части целей создания подобных сообществ привести в соответствие с редакцией диспозиции ст.210 УК, дополнив последнюю указанием о цели получения сообществом финансовой или иной материальной выгоды.

5. Вывод о том, что организация преступного сообщества – усеченный состав преступления, которое считается оконченным в момент создания данного сообщества. Момент окончания для некоторых субъектов в настоящее время связывается также с руководством таким сообществом либо координацией преступных действий, а также с участием в собрании организаторов. В связи с такой юридической конструкцией не могут иметь место стадии приготовления или покушения на совершение данного преступления.

6. Предложения о совершенствовании уголовного закона: в ч.4 ст.35 УК следует указать, что преступное сообщество это организованная структурированная группа, состоящая из трех и более человек; ст.35 УК и ст.210 УК привести в соответствие в части признаков и понятия преступного сообщества (с учетом новелл законодательства); признать субъектом преступления по ч.1 ст.210 УК организатора (создателя) либо руководителя, или координатора, которые имеют реальное влияние на других участников, по ч.2 ст.210 УК участников преступных сообществ и представителей организованных групп, по ч.3 ст.210 УК – всех вышеперечисленных лиц, использующих при совершении преступлений свое служебное положение; ч.4 ст.210 УК исключить из данной статьи т.к. отсутствуют объективные критерии для выделения такого субъекта преступления, как лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии;

7. Предложения по квалификации различных вариантов совершения данного преступления, в совокупности с другими преступлениями и без таковой, с участием специальных субъектов, возможных соучастников и в случае действия специального случая деятельного раскаяния, признаки которого закреплены в примечании к ст.210 УК.

8. Вывод о необходимости дополнительного судебного толкования по делам данной категории со стороны высших судебных инстанций, которое должно коснуться целей создания преступного сообщества, характера действий, включенных законодателем в диспозицию данной статьи, признаков субъектов преступления.

Апробация результатов исследования. Результаты диссертационного исследования изложены автором в шести статьях, опубликованных в журналах и сборниках научных трудов, четыре из которых – в изданиях рекомендованных ВАК Министерства образования и науки России.

Некоторые положения проведенного исследования освещены на научно-практических конференциях и семинарах, в частности:

- на межвузовском научно-практическом семинаре в Московском университете МВД России (24.04.2009г.), который посвящен актуальным проблемам борьбы с коррупцией и организованной преступностью;

- на межвузовском научно-практическом семинаре в Московском университете МВД России (29.04.2010г.), посвященном актуальным проблемам борьбы с преступлениями в сфере экономики;

- на межвузовском научно-практическом семинаре в Московском университете МВД России (27.05.2011г.), «Значение норм Федерального закона «О полиции» для осуществления современной уголовной политики».

Теоретические положения и выводы диссертации прошли апробацию на заседаниях кафедры уголовного права Московского университета МВД России, они используются при проведении учебных занятий по курсу «Уголовное право» и «Криминология» в Московском университете МВД России и других вузах.

Предложения и рекомендации, содержащиеся в диссертации, внедрены в практическую деятельность УВД по Южному административному округу г.Москвы и других структурных подразделений правоохранительных органов, а также используются в системе служебной подготовки сотрудников органов внутренних дел.

Структура диссертации определена характером исследуемых в ней проблем, поставленными задачами и логикой исследования. Настоящая диссертация выполнена в объеме, соответствующем предъявляемым требованиям, и состоит из введения, двух глав, включающих в себя 9 параграфов, заключения, списка литературы и приложения.

  1. СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность избранной темы, определены объект, предмет, цель и задачи исследования, сформулированы его теоретические, методологические и правовые основы, научная и практическая значимость, приведены основные положения, выносимые на защиту, определена научная и практическая значимость.

Первая глава – «Преступное сообщество как форма соучастия» - состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе – «Социально-историческая обусловленность выделения преступного сообщества как формы соучастия» - содержится анализ отечественных законодательных норм, раскрывающих создание и развитие преступного сообщества как самостоятельной разновидности преступного деяния, истоки образования которого лежат в институте соучастия.

Своеобразные подходы дореволюционного российского законодательства и доктрины уголовного права позволили нам выделить ряд отличительных черт того времени в части противодействия преступным организациям. Во-первых, деятельность по созданию преступных сообществ, банд и сговоров рассматривалась как некое приготовление к основному преступлению, совершение которого исключало ответственность за деятельность по созданию таких объединений. Во-вторых, уже в то время выделялись роли организатора, создателя группы, сообщества, банды, ее участников и пособников, четко дифференцировалась их ответственность, за исключением политических и государственных преступлений.

Особенностью субъективной стороны, с точки зрения диссертанта, было заведомое осознание характера совершаемых действий и характера самой организации, членами которой являлось то или иное лицо, которое входило в ее состав или каким-либо образом оказывало помощь и содействие такой организации.

Уже в Уголовном уложении 1903 г. предпринимались попытки предупреждения подобных преступлений путем выделения норм-примечаний о деятельном раскаянии и добровольном отказе от участия в преступной организации. Лицо, которое заранее донесло о существовании преступного сообщества или банды, освобождалось от наказания, если в его действиях не содержалось признаков иного состава преступления.

Изменялись правила квалификации создания и участия в преступном сообществе или банде. Так, до 1917 г. преступление, для совершения которого была создана такая организация, охватывало создание последней. Была предусмотрена ответственность за сам факт создания какого-либо сообщества без соответствующего разрешения. Цель создания такого сообщества не имела никакого значения для квалификации. В советское же время, создание сообщества, организации, практически всегда, охватывало те преступления, ради совершения которых оно (она) создавалось. И только в 1980-х гг. иные преступления, совершаемые преступными организациями, предложено квалифицировать по правилам совокупности преступлений.

Соучастие усугубляет тяжесть преступления. В соответствии со ст.39 УК РСФСР 1960 г. совершение преступления организованной группой признавалось отягчающим обстоятельством. В нормах Особенной части повышенная общественная опасность этой формы соучастия выражалась двумя способами. Первый способ – соучастие указывалось в качестве обязательного элемента ряда особо тяжких преступлений, например, в ст.72 УК 1960 г. – организованная антисоветская деятельность или ст.77 – бандитизм. Всего в УК РСФСР 1960 г. таких составов преступлений было 11. И второй способ, когда совершение преступления в соучастии в ряде составов преступлений признавалось квалифицирующим признаком, требующим изменения квалификации преступления и назначения более строго наказания. На наш взгляд, совершение преступления в составе преступного сообщества следовало бы также как и совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой внести в нормы уголовного кодекса в качестве квалифицирующего признака. Данное предложение поддержали 76% опрошенных респондентов.

Анализируя историю уголовного законодательства, касающегося института соучастия в целом и преступного сообщества в частности, мы видим, что современное определение преступного сообщества, имеющееся в ч.4 ст.35 УК РФ, своими основными чертами воспроизведено из Уголовного уложения 1903 г. с некоторыми изменениями.

Необходимо отметить, что УК РФ 1996 г. впервые в истории российского уголовного законодательства предусмотрел ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации) (ст.210 УК РФ).

Во втором параграфе – «Законодательство зарубежных стран об ответственности за создание преступного сообщества» - содержится анализ зарубежных законодательных норм, которые в своем содержании родственны нормам о преступном сообществе по УК РФ.

Процесс криминализации организованных форм преступной деятельности за рубежом начался значительно раньше, чем в России, однако, организованная преступность, несмотря на национальные особенности, имеет определенные сходные черты. Более детально изучив уголовное законодательство зарубежных стран, диссертант отмечает, что российское уголовное законодательство имеет много общего с зарубежным законодательством, однако, некоторые законодательные решения могут быть учтены при доработке норм российского законодательства.

Вместе с тем, в зарубежном законодательстве, в основном отсутствует четкое определение понятия «соучастие в преступлении» (Франция, Италия, США и др.). А законодательство Франции и Италии признают возможность соучастия и в неосторожных преступлениях. Как и в России, в уголовном законодательстве других государств характерным является установление уголовной ответственности за факт создания преступного сообщества, а в УК Республики Казахстан и за факт создания организованной преступной группы. В большинстве стран (Франция, Италия, Швейцария, Республика Беларусь, Республика Казахстан), в том числе и в России, предусмотрена ответственность за участие в преступном сообществе или организации.

В законодательстве отдельных стран (Республика Казахстан, Республика Армения, Украина) в качестве обязательного признака субъективной стороны названа цель – совершение одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений. Однако в ряде УК государств цель сформулирована в виде совершения преступлений вообще или же как осуществление преступной деятельности (Франция, Германия, Италия, Швейцария).

По сравнению с российским уголовным законодательством, законодательство зарубежных стран не содержит жестких санкций даже за содействие таким сообществам, сговорам или преступным объединениям.

Есть особенности в уголовном законодательстве зарубежных стран и по другим аспектам. Например, по УК Германии, в качестве признаков объективной стороны преступления выделены такие признаки, как «вербовка в объединение» и «поддержание деятельности такого объединения».

Более точно закреплены указания на количественный состав преступного сообщества или преступной организации. Так, например, УК Республики Узбекистан и некоторых других стран количественный состав преступного сообщества должен быть представлен двумя или более лицами. УК Италии и КНР предусматривают объединение из трех и более человек. Согласно УК Украины, преступное сообщество имеет место тогда, когда в его состав входит пять и более участников. Отечественному законодателю в процессе работы над совершенствованием УК РФ следовало бы обратить внимание на положения названных УК и внести количественный показатель в понятие преступного сообщества. На взгляд диссертанта, число участников преступного сообщества должно быть не менее трех.

В третьем параграфе – «Понятие преступного сообщества (преступной организации) по действующему УК РФ» - рассматривается понятие преступного сообщества в рамках института соучастия в уголовном праве, как форма соучастия.

Понятие преступного сообщества рассматривается в исторической ретроспективе, с учетом различных позиций в науке уголовного права относительно форм соучастия и видов соучастников.

Из всех рассмотренных попыток совершенствования определения соучастия наиболее конструктивным, на наш взгляд, представляется указание именно на умышленный характер преступлений, которые и должны совершаться в соучастии. В результате тщательного изучения и изменения института соучастия, наука уголовного права и законодательство, пришли к современному определению соучастия. В соответствии со ст.32 УК, соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления. В этом определении сформулированы основные признаки соучастия, которые отражают принятую в России концепцию соучастия, выработанную еще во второй половине XIX столетия русскими учеными-правоведами.

В исследовании особая роль отведена различным теориям соучастия. Диссертант приходит к выводу, что нормы УК РФ в определенной степени отражают различные теории соучастия. Данный вывод обосновывается теоретическими аргументами и с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ.

Вместе с тем, действующий уголовный закон не отрицает ни акцессорности, ни самостоятельности соучастия. С одной стороны справедливым будет привлечение к уголовной ответственности соучастников преступления, в случае освобождения по какому-либо основанию от ответственности исполнителя. Но с другой стороны невозможно отрицать и тот факт, что при неоконченном преступлении исполнителя ответственность других соучастников квалифицируется как приготовление или покушение.

Теория акцессорности соучастия, по мнению диссертанта, должна являться неким фундаментом, на котором базируется все соучастие: соучастники всегда должны осознавать, что действуют совместно и умышленно, а действия каждого соучастника должны находиться в причинной связи с действиями исполнителя и с наступившим преступным результатом.

Диссертант отмечает о различных попытках конкретизации признаков преступного сообщества. Сходство их в том, что любое преступное сообщество определяется, в первую очередь, как устойчивое объединение лиц, организованных преступных групп, имеющих в своей основе иерархическое построение, точное распределение ролей и жесткую дисциплину, объединенных единой целью на осуществление преступной деятельности для получения материальной выгоды. Эти определения отличаются в основном уровнем обобщенности и количеством оценочных признаков, характеризующих преступное сообщество.

Новеллы УК в этой части содержат новые признаки, не раскрывая их содержание. Например, в новой редакции ч.4 ст.35 УК под преступным сообществом понимается структурированная организованная группа, а ранее им признавалась сплоченная организованная группа. Понятие «структурированной организованной группы» законом не конкретизировано.

На наш взгляд, максимально учтены высказанные предложения, точки зрения и даны общие разъяснения признаков структурированной организованной группы в постановлении Пленума Верховного Суда РФ4, под которой следует понимать сплоченную группу лиц, состоящую из подразделений, подгрупп, звеньев.

В исследовании подробно рассматриваются признаки организатора. Диссертант поддерживает позицию тех ученых, которые отмечают, что именно организатор, включая руководителя, разрабатывает план преступных действий, распределяет роли между членами группы, направляет и корректирует их действия, поддерживает дисциплину5. Следует сказать, что такую позицию занимает и Пленум Верховного Суда РФ, а также многие ученые и 92% из опрошенных практических работников.

Диссертант поддерживает позицию по признаку структурности. В диссертации рассматривается признак преступного сообщества, характеризующий количественный состав участников преступного сообщества. Автор полагает необходимо следовать положениям Конвенции ООН6 от 15 ноября 2000 г., согласно которым количественный состав преступного сообщества может равняться трем участникам, один из которых будет являться организатором этого сообщества и возможно его руководителем. Если же преступное сообщество, с момента создания, предполагает объединение организованных групп, действующих под единым руководством, тогда мы можем говорить о том, что объединены должны быть, хотя бы две организованные группы и один из их участников является организатором преступного сообщества. В этом случае их количественный состав, согласно ч.3 ст.35 УК, никак не может быть менее четырех человек. В решении этого вопроса нас поддержали 76% респондентов. По такому пути идет и судебная практика.

Анализируя судебную практику и учитывая мнение опрошенных респондентов, под «структурным подразделением» преступного сообщества, на наш взгляд, следует понимать группу из трех и более лиц, между которыми четко распределены роли и заранее оговорен характер членства в таком подразделении. Помимо всего, каждый из участников должен осознавать его личную цель нахождения в такой группе, а руководитель, лидер, не только личную цель, но и общую цель преступного сообщества, которая заключается в совершение одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений с целью получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

В диссертации обосновывается целесообразность отказа от двойного наименования такого рода сообществ. На наш взгляд, второе наименование преступного сообщества – «преступная организация» является информационно избыточным и лишь усложняет восприятие текста уголовного закона. Такой же позиции придерживаются и 75% анкетируемых в процессе диссертационного исследования лиц.

В четвертом параграфе – «Отличие преступного сообщества (преступной организации) от иных форм соучастия» - приводится классификация форм соучастия и их отличительные особенности.

Как показывают исследования, в теории уголовного права господствующим критерием дифференциации соучастия на формы является объективный критерий. Этот критерий позволяет на основе законоположений УК выделить следующие четыре формы соучастия: простое соучастие (соисполнительство, совиновничество), сложное соучастие, организованная группа и преступное сообщество. Такая классификация позволяет отличить каждую из этих форм друг от друга по способу связи между соучастниками, а также квалифицировать деяния каждого из них.

В работе осуществлен сравнительный анализ форм соучастия, что позволило диссертанту сформулировать следующие выводы:

Во-первых, новая редакция ст.35 УК не нарушает иерархический принцип форм соучастия, который заключается в том, что понятие организованной группы рассматривается как базовое для определения других, более сложных форм соучастия, в частности преступного сообщества.

Организованную группу необходимо отличать, прежде всего, от группы лиц по предварительному сговору. Основным отличительным критерием разграничения этих форм соучастия друг от друга является признак устойчивости, который не определен в законе, но считается основным критерием. Диссертант рассматривает позиции ученых по характеристике признака устойчивости и приходит к выводу, что единственным признаком, поддающимся установлению и доказыванию, является наличие организатора. Именно организатор, включая руководителя, разрабатывает план преступных действий, распределяет роли между членами группы, направляет и корректирует их действия, поддерживает дисциплину.

Во-вторых, преступное сообщество является наиболее опасной формой соучастия. В отличие от организованной группы преступное сообщество, обладая всеми ее признаками, отличается рядом дополнительных признаков. К ним относятся: структурированность организованной группы, деятельность объединения организованных групп под единым руководством, момент окончания преступления, цель совершения преступления и уголовно-правовое значение преступного сообщества. Преступное сообщество отличается от иных видов преступных групп, в том числе от организованной группы, более сложной внутренней структурой, это группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений, состоящая из подразделений (подгрупп, звеньев и т.п.), характеризующихся стабильностью состава и согласованностью своих действий. Структурированной организованной группе, кроме единого руководства, присущи взаимодействие различных ее подразделений в целях реализации общих преступных намерений, распределение между ними функций, наличие возможной специализации в выполнении конкретных действий при совершении преступления и другие формы обеспечения деятельности преступного сообщества.

В-третьих, при организации преступного сообщества преследуются особые цели, которые предполагают совместное совершение одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды. Диссертант полагает, что содержание цели создания преступного сообщества следует дополнить указанием о совершении умышленных преступлений средней тяжести.

В работе рассматриваются проблемы отличия преступного сообщества от других форм соучастия. Преступное сообщество отличается от иных видов преступных групп более сложной внутренней структурой. Кроме наличия цели, оно отличается также возможностью объединения двух или более организованных групп, действующих под единым руководством. Такая деятельность предполагает наличие единого руководителя, либо единого руководства, состоящего из организаторов или руководителей организованных групп, вошедших в объединение.

Однако с учетом сложившейся системы построения статей Особенной части УК совершение преступления в составе преступного сообщества следовало бы предусмотреть как особо квалифицирующий признак в наиболее опасных тяжких и особо тяжких преступлениях против жизни и здоровья Особенной части УК РФ.

На наш взгляд, в основе разграничения организованных форм соучастия от неорганизованных, а также организованных форм соучастия между собой законодательно должны быть закреплены универсальные и максимально формализованные признаки, исключающие неединообразие их толкования и применения.

Вторая глава – «Уголовно-правовая характеристика состава преступления, предусмотренного ст.210 УК РФ» - состоит из пяти параграфов.

В первом параграфе – «Объективные признаки основных составов преступлений, предусмотренных ч. ч.1 и 2 ст.210 УК РФ» - основной акцент сделан на анализе объективных признаков.

Рассматривая объект данного преступления, диссертант анализирует различные точки зрения, имеющиеся в литературе по данному вопросу. Непосредственным объектом состава преступления, предусмотренного ст.210 УК, по мнению автора, выступают общественные отношения, складывающиеся в сфере обеспечения общественной безопасности. Причиняя вред этим отношениям, опосредовано происходит посягательство и на другие объекты, которыми могут быть как жизнь и здоровье граждан, так и отношения собственности, а также иные объекты. В отличие от других составов преступлений, ответственность за которые предусмотренные главой 24 УК, общественная безопасность нарушается уже самим фактом создания преступного сообщества. Это преступление может быть совершено в самых различных сферах жизнедеятельности общества, помимо всего прочего, оно имеет возможность причинения тяжкого и особо тяжкого вреда неограниченному кругу как физических, так и юридических лиц.

Особенностью объективной стороны ч.1 ст.210 УК является характер деяния, которое может быть выражено в следующих альтернативных действиях: 1) создании преступного сообщества (преступной организации) в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений; 2) руководстве таким сообществом (организацией) или входящими в него (нее) структурными подразделениями; 3) координации преступных действий; 4) создании устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами; 5) разработке планов и создание условий для совершения преступлений такими группами; 6) разделе сфер преступного влияния и преступных доходов между ними, совершенные лицом с использованием своего влияния на участников организованных групп; и 7) участии в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп в целях совершения хотя бы одного из тяжких или особо тяжких преступлений.

В работе рассматриваются признаки указанных деяний, их судебное толкование. По конструкции объективной стороны состав преступления, предусмотренный ст.210 УК, следует признать усеченным. Это означает, что совершение хотя бы одного из перечисленных в диспозиции ч.1 этой статьи деяний образует оконченный состав преступления. Вместе с тем нет единого мнения по поводу момента окончания преступления.

По нашему мнению, создание преступного сообщества необходимо понимать как деятельность, своеобразный процесс, заключающийся в вовлечении новых участников в это сообщество. Моментом окончания следует признать момент, когда преступное сообщество готово к осуществлению преступной деятельности, ради которой оно и создавалось. В работе рассмотрены особенности создания преступного сообщества, руководство таким сообществом, координации действий различных организованных групп. При этом отмечается, что создание может выражаться также в объединении уже существующих организованных групп, образованных для совершения тяжких или особо тяжких преступлений.

Руководство может выражаться в формировании целей, разработке общих планов деятельности преступного сообщества (преступной организации), в подготовке к совершению конкретных тяжких или особо тяжких преступлений, в распределении ролей между членами сообщества, в организации материально – технического обеспечения, в разработке способов совершения и сокрытия совершенных преступлений, в принятии мер безопасности в отношении членов преступного сообщества, конспирации, в распределении средств, полученных от преступной деятельности.

Под координацией преступных действий различных организованных групп диссертант предлагает понимать системное регулирование таких действий, обеспечивающее исключение преступных действий разных организованных групп против друг друга и их пересечение, а также распределение деятельности этих групп по различным направлениям, ее согласованность и осуществление постоянного контроля за соблюдением выполнения всех предписаний указанной организационно-руководящей деятельности, что в совокупности может проявляться в разнообразных действиях, выражаемых в устной, письменной или иной форме.

В диссертации рассматриваются также особенности создания устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами, разработки планов и создание условий для совершения преступлений такими группами представляет собой, на наш взгляд, комплекс действий, который непосредственно связан с планированием в дальнейшем преступной деятельности. К подобным действиям, по мнению диссертанта, следовало бы отнести и прогнозирование возможных препятствий, которые могут встретиться в момент совершения преступной деятельности, а также путей их преодоления.

Нельзя не отметить и специфику такого действия, входящего в объективную сторону ч.1 ст.210 УК, как раздел сфер преступного влияния и преступных доходов между различными самостоятельно действующими организованными группами, совершенные лицом с использованием своего влияния на участников организованных групп. В научной литературе по данному поводу приводятся различные точки зрения. Диссертанту более близка позиция, согласно которой этот признак объективной стороны следует понимать как распределение влияния конкретных организованных групп по тем или иным признакам, в частности, по территориальному, социально-экономическому, этническому и т.д., или, как определение порядка и форм распределения преступных доходов между разными организованными группами и их объединениями. Что касается распределения преступных доходов, то автор обращает внимание, что с одной стороны это могут быть доходы, которые делятся между различными организованными группами, а с другой стороны, это могут быть средства, которые отчисляются на общие для сообщества нужды, например, на установление и поддержание коррупционных связей, на покупку оружия или иных средств, необходимых для существования преступного сообщества и осуществления им преступной деятельности.

По решению законодателя, к уголовной ответственности могут быть привлечены и не члены преступного сообщества, в тех случаях, когда они принимали участие в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп, совместно обсуждали вопросы, связанные с планированием или организацией совершения деяний, указанных в диспозиции ч.1 ст.210 УК. Важно, чтобы участник такого собрания четко осознавал, что принимает непосредственное участие в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп при обсуждении вопросов, напрямую связанных с деятельностью преступного сообщества.

Диссертант считает данное предложение законодателя и разъяснение Постановления Пленума Верховного Суда весьма спорным. К тому же, ч.2 ст.210 УК предусматривает ответственность за участие в преступном сообществе. По мнению автора, сложившееся положение вещей говорит о недостаточности судебного толкования и поспешности в принятии новой редакции ч.4 ст.35 и ст.210 УК.

По мнению диссертанта, ч.2 ст.210 УК предусматривает ответственность за участие в преступном сообществе (преступной организации). С нашей точки зрения, участником преступного сообщества может быть лицо, которое непосредственно лично дало свое согласие быть участником этого сообщества, оно реально осознает свою принадлежность к преступному сообществу и обязуется выполнять любые, необходимые для достижения целей преступного сообщества действия, обязанности, возложенные на него организатором или руководителем преступного сообщества.

Диссертант полагает, что преступление в форме участия лица в преступном сообществе (преступной организации) считается оконченным с момента совершения хотя бы одного из намеченных преступлений или иных конкретных действий по обеспечению деятельности преступного сообщества (преступной организации). Участник преступного сообщества подлежит уголовной ответственности за действия, которые предусмотрены ч.2 ст.210 УК независимо от его осведомленности о действиях других участников сообщества (организации), а также о времени, месте, способе и иных обстоятельствах планируемых и совершаемых преступлений.

Во втором параграфе – «Субъективные признаки основных составов преступлений, предусмотренных ч. ч.1 и 2 ст.210 УК РФ» - рассматриваются субъективные признаки.

Состав преступления, предусмотренный ст.210 УК, совершается только с прямым умыслом. Виновное лицо осознает не только противоправность и опасность совершаемого деяния, но и желает создать преступное сообщество в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений либо руководить таким сообществом или входящими в него структурными подразделениями, а также координировать преступные действия, создавать устойчивые связи между различными самостоятельно действующими организованными группами, разрабатывать планы и создавать условия для совершения преступлений такими группами или осуществлять раздел сфер преступного влияния и преступных доходов между ними, а равно участвовать в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп в целях совершения хотя бы одного из указанных преступлений. Цель, как обязательный признак субъективной стороны позволяет охарактеризовать умысел как заранее обдуманный и определенный.

В ч.2 ст.210 УК лицо, которое является участником преступного сообщества, осознает себя участником конкретного преступного сообщества и желает выполнять действия, которые будут направлены на достижение целей этого преступного сообщества в целом. Такое лицо желает осуществлять отводимую ему роль, на выполнение которой вправе рассчитывать преступное сообщество.

Участник же собрания организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп, осознает свое непосредственное участие в таком собрании и желает принимать дальнейшее участие в этом собрании с последующим осуществлением целей – совершением хотя бы одного из указанных преступлений.

Диссертант обращает внимание на то, что в новой редакции ч.1 ст.210 УК изменено и уточнено определение цели организации преступного сообщества, которая сформулирована как цель совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений. В прежней редакции этой же нормы цель предполагала совершение тяжких или особо тяжких преступлений. В настоящее время, для квалификации преступления по ч.1 ст.210 УК РФ достаточно совершения хотя бы одного тяжкого или особо тяжкого преступления, тогда как ранее необходимо было совершить не менее двух таких преступлений. В действующем УК РФ в качестве квалифицирующего признака предусмотрено совершение преступления организованной группой в 22 составах преступлений средней тяжести. А это, на взгляд диссертанта, свидетельствует о том, что такие преступления могут быть совершены и организованными группами, которые одновременно могут являться структурными подразделениями какого-либо преступного сообщества и действовать строго в целях этого сообщества. Автор считает, что было бы более правильным и актуальным, если бы в ч.4 ст.35 и ч.1 ст.210 УК содержание цели охватывало совершение не только тяжкого либо особо тяжкого преступления, но и совершение умышленного преступления средней тяжести. В этой части с нами согласны 85% проанкетированных респондентов. К тому же данное положение закреплено и в Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности.

В работе анализируется дополнительный субъективный признак преступного сообщества, указанный в новой редакции ч.4 ст.35 УК, а именно цель создания преступного сообщества – получение прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды. О такой цели ничего не говорится в диспозиции ст.210 УК. Таким образом, налицо коллизия норм, определяющих понятие преступного сообщества и условия ответственности за создание такового. Данное противоречие может негативно отразиться на правоприменительной практике.

На взгляд диссертанта, содержание ч.4 ст.35 УК и ст.210 УК, касающееся целей создания преступного сообщества, необходимо привести в соответствие, в их содержании не должно быть расхождений, что в дальнейшем исключит разногласия при квалификации преступлений по ст.210 УК.

Впервые в ст.210 УК, в качестве специальных субъектов, выделены: «лицо, использующее свое влияние на участников организованных групп» и «лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии». Однако в законе не раскрыты признаки таких субъектов, что позволяет автору говорить об оценочном характере данных понятий и о затруднениях, которые могут встречаться в правоприменительной практике. Отсутствует в этой части и точное судебное толкование. В науке уголовного права есть разные точки зрения на признаки указанных субъектов. В диссертации автором высказано его собственное мнение относительно названных субъектов. В параграфе диссертант проводит различие между организатором преступного сообщества и его руководителем.

Особое внимание в диссертации уделено примечанию к ст.210 УК, оно содержит специальный случай деятельного раскаяния. Из смысла текста можно сделать вывод, что законодатель имеет в виду тех, кто участвует в преступном сообществе, но в таком случае остается неясным вопрос, распространятся ли данное примечание на организаторов, руководителей и лидеров преступного сообщества, а также лиц, занимающих высшее положение в преступной иерархии. В данном вопросе диссертант считает, что опираясь на букву закона, к таким лицам положения примечания применять нельзя. Такого же мнения придерживаются и 82% проанкетированных автором респондентов.

В третьем параграфе – «Квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки» - рассматриваются квалифицированный и особо квалифицированный состав организации преступного сообщества.

Квалифицирующим признаком, характеризующим состав преступления, предусмотренный ч.3 ст.210 УК, является специальный субъект. В российском уголовном праве им признается лицо, характеризующееся помимо общих еще и дополнительными признаками. В данном случае речь идет о лице, которое может совершить общественно опасные деяния, перечисленные в ч.1 и 2 ст.210 УК, с использованием своего служебного положения. Диссертант согласен с доминирующей позицией по данному вопросу, согласно которой данный признак не ограничивается только рамками должностного положения, а предполагает использование служебного положения в любых сферах.

Автор считает верной позицию Пленума о назначении дополнительного наказания лицам, совершившим преступление, предусмотренное ч.3 ст.210 УК, с использованием своего служебного положения, в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Однако, в связи с остротой этой проблемы перед современным обществом, диссертант считает, что для членов преступного сообщества, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления с использованием своего служебного положения, следовало бы законодательно закрепить пожизненное лишение права занимать определенные должности. В решении этого вопроса автора поддержали 88% опрошенных респондентов.

Особое внимание диссертант уделяет ч.4 ст.210 УК, в которой указан новый квалифицирующий признак, характеризующий специального субъекта, а именно – лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии. По мнению автора, признаки такого субъекта являются сугубо оценочными и имеют значение для выработки мер предупредительного характера.

Поэтому диссертант предлагает таких субъектов выделять в криминологии при классификации преступников и выработке мер предупреждения, а ч.4 исключить из ст.210 УК. С этим предложением согласно 87% респондентов.

В четвертом параграфе – «Отграничение состава организации преступного сообщества (преступной организации) от смежных составов преступлений» - подробно рассматриваются вопросы отграничения состава преступления, предусмотренного ст.210 УК от смежных составов преступлений, таких как организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем – ст.208 УК, бандитизм – ст.209 УК, организация экстремистского сообщества – ст.2821 УК, организация деятельности экстремистской организации – ст.2822 УК, а также от ст.239 УК – организация объединения, посягающего на личность и права граждан.

К основным критериям разграничения указанных преступлений, по мнению диссертанта, следует отнести цель создания подобных объединений (ст. 209, 210, 239 и 2821 УК), а также признак вооруженности, относительно ст. 208 и ст. 209 УК. Что же касается экстремистской организации – ст. 2822 УК то, принципиальным отличием в этом случае будет являться вступившее в законную силу судебное решение о ликвидации или запрете деятельности.

В пятом параграфе – «Проблемы совершенствования законодательства об ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней) и практики его применения» - автором рассматриваются особенности применения нормы об ответственности за организацию преступного сообщества или участие в нем в следственной и судебной практике, а также автор вносит предложения по совершенствованию уголовного законодательства в этой части.

В результате проведенного нами анкетирования практических работников правоохранительных органов, и судей, а также применяя логико-формальный анализ норм УК о преступном сообществе, диссертант определил следующие особенности применения нормы об ответственности за организацию преступного сообщества или участие в нем.

Применяя ст.210 УК, в первую очередь следует определить момент окончания этого преступления. На практике данный вопрос является спорным и тем самым вызывает ряд неопределенностей. В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, данное преступление окончено с момента фактического образования указанного преступного сообщества, то есть с момента создания в составе организованной группы структурных подразделений или объединения организованных групп и совершение ими действий, свидетельствующих о готовности преступного сообщества реализовать свои преступные намерения независимо от того, совершили ли участники такого сообщества запланированные ранее преступления или нет. По мнению автора, момент окончания преступления связан еще и с утверждением всеми участниками преступного сообщества целей его создания - получение прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды и совершение одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений. Без наличия этих целей создание преступного сообщества по действующему уголовному закону будет означать создание организованной группы, цель которой – совершение умышленных преступлений.

Следующий момент, на который следовало бы обратить внимание, это то, каким образом следственные органы должны квалифицировать действия участника преступного сообщества, совершившего конкретное преступление. Учитывая судебное толкование, в настоящее время такие действия следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ч.2 ст.210 УК и соответствующей части (пункту) статьи Особенной части УК с учетом квалифицирующих признаков «организованная группа», «группа лиц по предварительному сговору», а при их отсутствии – по признаку «группа лиц».

Диссертант предлагает признак «совершение преступления в составе преступного сообщества» предусмотреть как особо квалифицирующий признак в наиболее опасных тяжких и особо тяжких преступлениях, например, против жизни, здоровья или собственности. В решении этого вопроса нас поддержали 72% респондентов.

В результате проведенного опроса и изучения материалов уголовных дел, а также приговоров в отношении участников преступного сообщества, автор пришел к выводу о том, что квалификации только по одной ст.210 УК, иными словами «в чистом виде», то есть не в совокупности с другими статьями Особенной части УК, на практике не встречается. Это подтверждается и статистическими данными. В период с 1997 г. – 2011 г. не было ни одного случая осуждения лиц только за сам факт организации преступного сообщества. Также отсутствует практика квалификации за приготовление или покушение на организацию преступного сообщества.

В результате проведенного исследования на основе эмпирических материалов, изучения научной и исторической литературы, правовых актов, диссертант пришел к выводу о необходимости совершенствования уголовного законодательства об ответственности за организацию преступного сообщества. В параграфе содержатся конкретные предложения по совершенствованию действующего законодательства и повышению эффективности мер, направленных на противодействие преступным сообществам.

В заключении обобщены результаты диссертационного исследования, сформулированы выводы по всему кругу проблем, рассмотренных в работе, а также содержатся предложения и рекомендации, вытекающие из проведенного исследования.

Основные положения диссертационного исследования опубликованы в следующих работах автора:

В изданиях, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации

1. Виденькина Ж.В. Преступное сообщество. К вопросу о понятии и признаках // Закон и право. 2011. № 1. С. 14-19.

2. Виденькина Ж.В. К вопросу об отличии преступного сообщества от иных форм соучастия // Вестник Московского университета МВД России. 2011. № 2. С. 82-88.

3. Виденькина Ж.В. К вопросу о субъекте преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ // Вестник Московского университета МВД России. 2011. № 3. С. 95-98.

4. Виденькина Ж.В. Цель создания преступного сообщества // Закон и право. 2012. № 2. С. 84-87.

В иных изданиях

5. Виденькина Ж.В. Преступное сообщество (преступная организация) по действующему Уголовному кодексу Российской Федерации // Современные проблемы борьбы с преступлениями в сфере экономики: сборник научных статей по итогам научно-практического семинара в Московском университете МВД России, состоявшегося 29 апреля 2010г., посвященного памяти профессора В.А. Владимирова / Под ред. д.ю.н., проф. Н.Г. Кадникова и к.ю.н. М.М. Малыковцева. М.: Московский университет МВД России, 2010. С. 257-267.

6. Виденькина Ж.В. О понятии и признаках преступного сообщества // Актуальные вопросы теории и практики совершенствования нормотворческой и правоохранительной деятельности: сборник научных статей адъюнктов, аспирантов, соискателей и докторантов МосУ МВД России / Под ред. д.ю.н., проф. С.С. Маиляна. М.: Московский университет МВД России, 2011. С. 88-98.

7. Виденькина Ж.В. К вопросу об объективных признаках организации преступного сообщества или участия в нем // Значение норм Федерального закона «О полиции» для осуществления современной уголовной политики: Сборник научных статей по итогам научно-практического семинара, посвященного памяти профессора В.Ф. Кириченко, 27 мая 2011 г. / Под ред. д.ю.н., проф. Н.Г. Кадникова и к.ю.н., доцента Р.Б. Осокина. М.: Московский университет МВД России, 2011. С. 202-214.

ВИДЕНЬКИНА Жанна Васильевна

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА

ОРГАНИЗАЦИЮ ПРЕСТУПНОГО СООБЩЕСТВА

ИЛИ УЧАСТИЕ В НЕМ

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

__________________________________________________________

Подписано в печать 25  июня  2012 г.

Заказ № 1237 Тираж 100 экз.

Отпечатано в типографии «АллА-принт»

г. Москва, Лубянский пр-д., д.21, стр.5

www.allaprint.ru

________________________________________________________________________


1 См.: [Официальный сайт МВД РФ]. http://www.mvd.ru/presscenter/statistics/reports/show (см. 22.02.2012 г.).

2 В редакции Федерального закона от 3 ноября 2009 г. № 245-ФЗ.

3 Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)» от 10 июня 2008 г. № 8 и Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» от 10.06.2010 N 12 /сайт Верховного Суда – vsrf.ru.

4 См.: Постановление Пленума ВС РФ от 10.06.2010 г. № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)» // Российская газета, № 5209, 17.06.2010.

5 Уголовное право. Часть Общая. Часть Особенная. Учебник / Под общ. ред. Л.Д. Гаухмана, Л.М. Колодкина, С.В. Максимова. М. : Юриспруденция, 1999. С.154.

6 См.: Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности от 15 ноября 2000г. // Собрание законодательства Российской Федерации. 2004. № 40. Ст. 3882.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.