WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

НЕРОНОВА МАРИНА ЮРЬЕВНА

Феномен православного аскетического подвижничества в русской культуре

Специальность 09. 00. 14 Философия религии и религиоведение

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук

Санкт-Петербург – 2011

Работа выполнена на кафедре философии автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина».

Научный консультант: доктор философских наук, профессор Гордиенко Николай Семенович

Официальные оппоненты: доктор философских наук, доцент Гура Владимир Авраамович Кандидат философских наук, доцент Тульпе Ирина Александровна

Ведущая организация: Русская христианская гуманитарная Академия

Защита состоится « 18 » января 2012 г. в 15.00 на заседании диссертационного совета Д 800.009.01 при автономном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина» по адресу: 196605, Санкт-Петербург, Петербургское шоссе, д. 10, конференц-зал.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина

Автореферат разослан « 14 » декабря 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета И.Н. Мочалова

Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования обусловлена поиском путей развития религиоведческого знания в контексте формирования новой парадигмы русской духовной культуры. Одной из центральных проблем современной культуры в целом и русской культуры в частности является утрата людьми духовных опор, которые могли бы придать устойчивость и прочность их существованию в постоянно меняющемся мире. Для России эта проблема выступает наиболее остро, так как в исторически малый срок изменились границы страны, ее символика, идеология и многое другое. Перспектива построения общества, основанного на принципах гармоничного сочетания материального и духовного развития, требует выявления базовых факторов и механизма формирования и воспроизводства духовности, что невозможно без освоения национального культурного наследия, одним из важных элементов которого является духовный опыт православного аскетического подвижничества.

Сегодня на смену советскому атеизму пришло возрождение религиозности (в том числе православной). Однако возрождение Русской православной церкви вовсе не означает реального массового возврата людей к православной вере.

Тем не менее, относительно широкое обращение к православию говорит об актуальности поиска духовных ценностей как созидательных сил, без которых современные изменения общественной жизни не обладают достаточным смыслом. При этом растет интерес не только к богатому церковному наследию православия, но также и к духовному опыту православного аскетического подвижничества.

Степень научной разработанности проблемы. По различным аспектам православного аскетического подвижничества на сегодняшний день имеется обширная литература. Однако ни одна из рассмотренных работ не дает целостного систематического анализа этого феномена одновременно как центрального элемента православной традиции и значимого элемента русской духовной культуры.

У истоков осмысления православного аскетического подвижничества стояли восточные отцы церкви IV-XIV веков: Макарий Египетский, Евагрий Понтийский, Иоанн Лествичник, Василий Великий, Исаак Сирин, Иоанн Дамаскин, Григорий Богослов, Григорий Синаит, Григорий Палама и другие. Нельзя не отметить тот вклад, который был внесен в осмысление православного аскетического подвижничества русскими старцами XIV-XV веков: Сергием Радонежским, Нилом Сорским и Иосифом Волоцким.

Возрождение интереса к изучению православного аскетического подвижничества наблюдалось в России во второй половине XVIII-XIX вв. Сначала в богословии – благодаря деятельности Паисия Величковского и его учеников, а затем, начиная с 30-х годов XIX века, в рамках русской религиознофилософской мысли.

Серьезные исследования духовного опыта православного подвижничества были предприняты Вл. Лосским, П. Мининым, Г.П. Флоровским, И.М. Концевичем, Л.П. Карсавиным. Обращались к наследию православного подвижничества К.С. Аксаков, А.С. Хомяков, И.В. Киреевский, Вл. Соловьев, С.Н. Булгаков, Н.А. Бердяев, А.Ф. Лосев, Б.П. Вышеславцев, В.А. Аскольдов, В.В. Зеньковский, Н.П. Гиляров-Платонов, П.А. Флоренский и др.

Одновременно в русской исторической науке начались исследования монашества и русской святости. Появились работы Е.Е. Голубинского, В.В. Зверинского, С.М. Зарина, В.О. Ключевского, Г.П. Федотова, П.С. Казанского, Е.

Поселянина, митрополита Макария (Булгакова), И.К. Смолича и др.

Параллельно со светской наукой и философией продолжилось религиозное осмысление православного аскетического подвижничества в проповедях и трудах И. Кронштадского, Игнатия Брянчанинова, Феофана Затворника, в богословских работах еп. Алексия (Дородницына), арх. Василия (Кривошеина), арх.

Киприана (Керна) и др.

В Советское время возникли собственные исследования феномена русского православного аскетического подвижничества. Здесь можно назвать, к примеру, работы С.С. Аверинцева, М. Паозерского, А.В. Белова, Н.С. Гордиенко, А.И. Клибанова, Л.А. Дмитриева и др. Параллельно в литературе русского зарубежья в поздних работах Г.П. Флоровского, С.Н. Булгакова, Вл. Лосского, И.

Мейендорфа и др. также продолжилась рефлексия по поводу духовного наследия православного аскетического подвижничества.

Православное аскетическое подвижничество нашло свое отражение и в художественной культуре России в творчестве известных русских писателей Н.В. Гоголя, Д.Н. Мамина-Сибиряка, Л.Н. Толстого, Ф.М. Достоевского, Н.С.

Лескова и др.

Большое значение для понимания природы мистического опыта и практики аскетического подвижничества сыграли работы религиоведов Р. Отто, Э.

Трёльча, Э. Ренана, П. Бергера, М. Элиаде, Е.А Торчинова и др. Нельзя не отметить и работы У. Джеймса, З. Фрейда, К.Г. Юнга, посвященные психологии религии.

Конец 90-х годов ХХ века ознаменовался всплеском интереса к православному наследию в целом и к православному аскетическому подвижничеству в частности. В это время не только переиздавались дореволюционные работы и труды деятелей русского зарубежья, но и издавались произведения, которые ранее имели хождение только в «самиздатовском» варианте. К ним относятся некоторые работы А.Ф. Лосева, В.М. Лурье, Ю.М. Лотмана, В.Н. Топорова, С.С. Хоружего и других авторов. В этот период появились новые исторические, культурологические, искусствоведческие, богословские работы, посвященные различным аспектам православного аскетического подвижничества.

Это работы историков Л.А. Дмитриева, А.И. Сидорова, П.Н. Зырянова, Н.В.

Синицыной, Т.В. Барсегян и др.; культурологов С.С. Аверинцева, М.В. Баскакова, А.И. Бродского, Г.В. Скотниковой, А.А. Власовой и других; философов И.И. Семаевой, О.С. Климкова, В.В. Бычкова, А.Н. Волковой и др.; а также искусствоведов Л.А. Успенского, И.К. Языковой, М.В. Баскаковой; богословов и религиозных ученых В.В. Афанасьева, О.С. Климкова, С.М. Зарина, Х. Панайотиса, П.С. Христова, Д. Брэдшоу, А. Льюиса, Д. Коффи и др.

В начале XXI века интерес к исследованию православного аскетического подвижничества не ослабевает. Причем наряду с новыми работами авторов, уже давно исследующих данную тему (здесь можно упомянуть Н.С. Гордиенко, А. Ф. Замалеева, И.И. Семаеву, С.С. Хоружего), появляются работы новых исследователей. Стоит отметить работы историков И.В. Семененко-Басина, Г.М.

Запальского, А.В. Мороза; работы философов Л.О. Василенко, В.Н. Моргачева, И. В. Рынкового, Г.Ю. Каптена, В. И. Постоваловой, А.Н. Лазоревой, Т.А. Сениной, А.В. Антоневича и др.; культурологов и искусствоведов Л. В. Филиндаш, Е.П. Наделяевой, А.Г. Григорьева и др. В этот же период появляются и религиоведческие работы, посвященные исследованию православного аскетического подвижничества. Это исследования социокультурного феномена православного монашества И.В. Астэр, философско-религиоведческий анализ феномена аскетизма в нехристианских и христианских традициях С.М. Дергалева, работы по женской святости Е.Б. Емченко, Н.А. Малковой, О.В. Кириченко и др.

Ряд авторов, исследовавших проблемы православной святости, монашества и аскетического подвижничества (И.В. Семененко-Басин, И.В. Астэр, И.В.

Рынковой), подчеркивали явную недостаточность изученности таких проблем.

Проведенный выше анализ литературы, посвященной осмыслению феномена русского православного аскетического подвижничества и различных аспектов его влияния на русскую культуру, позволяет в целом согласиться с таким мнением, а также сделать вывод о том, что, несмотря на наличие значительного количества исследований и публикаций по указанной теме, среди них отсутствуют работы, посвященные последовательному и всестороннему религиоведческому анализу православного аскетического подвижничества как феномена, одновременно принадлежащего религиозной традиции православия и русской духовной культуре.

Объектом исследования является православная традиция в контексте русской духовной культуры.

Предметом исследования выступает православное аскетическое подвижничество как элемент русской духовной культуры.

Цели и задачи исследования. Основной целью данного исследования является раскрытие сути феномена православного аскетического подвижничества как органической части православной традиции в контексте русской духовной культуры.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

конкретизировать понятие аскетического подвижничества и выделить специфику православного аскетического подвижничества;

выявить связь между святоотеческой литературой и опытом православного аскетического подвижничества в русле православной традиции;

проанализировать основные причины принятия и распространения практики православного аскетического подвижничества в ходе процесса христианизации русских земель;

выделить те формы православного аскетического подвижничества, которые оказали влияние на различные направления русской духовной культуры;

исследовать причины проявления интереса к практике православного аскетического подвижничества в русской духовной культуре второй половины XIX века;

определить место и роль аскетического подвижничества в духовной культуре современной России.

Теоретические источники и методологическая основа исследования. В основе данного исследования лежит всесторонний религиоведческий анализ феномена православного аскетического подвижничества, который определил выбор теоретических источников диссертации.

В соответствии с целью диссертации все используемые автором теоретические источники можно разделить по содержанию и методологическим принципам на следующие категории:

1. Произведения святоотеческой и богословской литературы, посвященные осмыслению духовного опыта православного аскетического подвижничества.

2. Агиографическая литература и патерики (например, Оптинский патерик, Древний патерик).

3. Произведения писателей, художников, композиторов, публицистов, обращающихся в своем творчестве к духовному опыту православного аскетического подвижничества.

4. Произведения русских философов XIX-XX веков, посвященные осмыслению духовного опыта русского православного аскетического подвижничества, а также современные философские и религиозно-философские работы, посвященные осмыслению духовного опыта православного аскетического подвижничества.

Теоретико-методологической базой исследования послужили религиоведческие, исторические и культурологические работы, анализирующие феномен русского православия и аскетического подвижничества, а также религиоведческие, исторические и психологические работы, посвященные разным аспектам религиозных практик и их роли в религиозной традиции.

Концептуальные положения диссертационной работы выработаны посредством комплексного применения ряда научно-исследовательских методов.

В качестве исходных методологических принципов диссертации предусматриваются следующие:

принцип историзма, учитывающий последовательное развитие объекта исследования, а также единство исторического и логического в развивающемся объекте;

принципы целостности и системности, обеспечивающие объективность понимания изучаемых процессов.

В работе были использованы методы структурного и сравнительного исторического анализа с привлечением элементов генетического и семиотического методов, позволяющие выявить постепенное изменение смыслов, которые придавались православному аскетическому подвигу в ходе исторического развития русской духовной культуры.

Научная новизна результатов исследования состоит в том, что:

раскрыты причины культурного интереса к духовной практике и опыту православного аскетического подвижничества в русской духовной культуре на протяжении всего этапа ее исторического развития: с X по XXI века;

определена связь между отдельными формами православного аскетического подвижничества и разными формами русской средневековой культуры, также выявлено влияние русского православного аскетического подвижничества на формирование национальных представлений о духовности;

определены основные формы, в которых духовный опыт православного аскетического подвижничества представлен в современной культуре;

выделены и проанализированы культурные проблемы современной России, решение которых требует обращения к духовному опыту православного аскетического подвижничества;

выявлены формы, в которых духовный опыт православного аскетического подвижничества может быть усвоен культурой современной России.

Положения, выносимые на защиту:

1. Принятие практики православного аскетического подвижничества на Руси в X– XII веках было обусловлено исторической необходимостью дальнейшего развития национальной культуры, которая нуждалась в мощном духовном потенциале христианства.

2. В период XIII–XVI веков основные формы православного аскетического подвижничества активно способствовали развитию национальной культуры и служили не только духовной опорой для народа, но также – источником вдохновения для творцов русской художественной культуры указанного периода.

3. В конце XVIII – начале ХХ века в результате взаимодействия православного аскетического подвижничества (в форме старчества) с русской духовной культурой удалось соединить новую (постпетровскую) культуру России с историческим наследием Киевской и Московской Руси.

Светская культура, обращаясь к духовному опыту православного аскетического подвижничества, обретала в нем не только личностные духовные смыслы, но и основы национальной идентичности.

4. В культуре современной России происходит активный поиск духовных основ национальной идентичности, в ходе которого происходит обращение к историческим примерам проявления национальной духовности, в том числе к наследию православного аскетического подвижничества.

5. Новые направления православного аскетического подвижничества, которые возникли в русле движения «белого иночества», могут стать одной из форм обретения личных духовных смыслов и опор для современных россиян.

Теоретическая значимость диссертации состоит в том, что результаты настоящего исследования углубляют понимание феномена православного аскетического подвижничества не только как значимого элемента религиозной традиции, но и как важного фактора в развитии русской духовной культуры. Они могут быть использованы как для дальнейшего изучения феномена религиозного аскетического подвижничества, так и для изучения основ национальной культурной идентичности и формирования ценностного и смыслового фундамента современной русской духовности, которая не может существовать без опоры на собственные историко-культурные традиции.

Практическая значимость результатов исследования обусловлена возможностью использования материалов и выводов исследования в преподавательской деятельности как при подготовке и чтении общих курсов по религиоведению, по истории и философии религии, по философии и культурологии, спецкурсов по истории православной церкви и истории православного аскетического подвижничества, так и при проведении воспитательной и культурнопросветительной работы со студенческой молодежью.

Апробация диссертации. Основные положения и выводы диссертации изложены в ряде публикаций, а также представлены и обсуждены в ходе различных научных конференций, среди которых конференция «Современная философия как феномен культуры: исследовательские традиции и новации», посвященная 30-летию кафедры современной зарубежной философии СПбГУ (СПб., 2001); международная научная конференция «Высшее образование в условиях реформирования системы подготовки специалистов и глобальные проблемы современности» (СПб., 25-27 ноября 2008 года); XI международная конференция «Рациональность и экзистенция», проводимая в рамках форума «Ценностные миры современного человечества» (СПб., 17-19 ноября 2011г.) и др. Материалы диссертационного исследования были использованы при подготовке учебных курсов по предмету «Культурология» (Санкт-Петербургская государственная химико-фармацевтическая академия) и «Теория и история религии» (Балтийский институт экологии, политики и права).

Структура диссертационного исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, содержащих шесть параграфов, заключения и списка литературы (219 наименований).

Основное содержание работы

Во введении обосновывается актуальность выбранной темы исследования, оценивается степень разработанности исследуемой проблемы, формулируется цель и задачи исследования, его методологические основы, раскрывается научная новизна, характеризуется теоретическая и практическая значимость выполненной работы.

В первой главе «Аскетическое подвижничество, его сущность, место и роль в православии», состоящей из трех параграфов, рассматривается генезис православного аскетического подвижничества в недрах христианской традиции, анализируются основные культурные формы его проявления; подчеркивается взаимосвязь между развитием практики православного аскетического подвижничества и осмыслением его в святоотеческой литературе IV-XIV веков и выделяются особенности духовной практики; анализируются причины, которые способствовали принятию православного аскетического подвижничества в русской языческой культуре в период X - XII веков.

Первый параграф «Аскетическое подвижничество как специфическая форма православной духовной практики» посвящен рассмотрению православного аскетического подвижничества как важного элемента восточнохристианской традиции и особой формы духовной практики.

В начале параграфа определяется термин «аскетическое подвижничество», который возникает благодаря пересечению объемов двух понятий: «аскетизм» и «подвижничество». Аскетическое подвижничество можно рассматривать как образ жизни, который направлен на качественное изменение (трансформацию) личности адепта в согласии с принятой формой культурного идеала. Подчеркивается, что аскетический подвиг имеет место как в религиозной, так и в светской культуре, что он требует от человека не только отказа от эгоизма и концентрации всех сил на достижении поставленной цели (элемент подвига), но и намеренной дисциплины, отречения от привычек и привязанностей, поддерживающих прежнюю форму личности (элемент аскезы). Православное аскетическое подвижничество представляет собой одну из форм религиозного аскетического подвижничества, которую отличают следующие специфические черты:

духовный демократизм (аскетический подвиг был открыт для мирян и не считался прерогативой священства); радикализм и абсолютность поставленной цели (в качестве цели подвижника выступает обожение как преображение человеческой природы в божественную); наличие оригинальной духовной практики (исихазма).

Также конкретизируется содержание понятия «духовная практика православного аскетического подвижничества». Духовной практикой православного аскетического подвижничества можно назвать закрепленные в православной традиции методы, позволяющие аскетам-подвижникам целенаправленно и последовательно изменять себя и двигаться к достижению поставленной предельной цели (обожения). Подчеркивается, что аскетическое подвижничество оказалось комплементарно религиозному духу восточного христианства и стало адекватной культурной формой для воплощения мистического опыта христианской святости.

Далее в работе проводится исторический анализ причин возникновения монашеско-аскетического движения в христианстве. Отмечается, что аскетическое подвижничество возникает как культурная форма, сохраняющая ядро духовно-мистической практики первоначального христианства, и становится методом воплощения высшего идеала христианской добродетели.

На основе рассмотрения двух типов аскетического подвижничества – отшельнического (или анахоретского) и общежительного (или киновийного) – делается вывод о том, что в своем истоке духовная практика христианских подвижников несла в себе элементы протеста против универсалистских тенденций, возобладавших в церкви после официального принятия христианства императором Константином. Отмечается также, что по мере развития аскетического подвижничества оппозиция монашества и церкви ослабевает, однако монашеское подвижничество все-таки сохраняет свою автономность внутри православной традиции.

Подчеркивается, что, несмотря на приоритет анахоретства, во всех формах православного аскетического подвижничества присутствовали элементы духовной практики (исихазма), а также отмечается, что роль духовной практики аскетического подвижничества в традиции восточного христианства постепенно возрастает. Происходит это за счет институционализации аскетического подвижничества. Подвижничество постепенно теряет свой исходный протестный характер и освобождается от крайностей. Указывается, что все описанные выше процессы освещаются святоотеческой литературой.

Во втором параграфе «Святоотеческая оценка аскетического подвижничества» раскрывается связь между практикой православного аскетического подвижничества и святоотеческой литературой; выделяются этапы формирования духовной практики православного аскетического подвижничества и подчеркивается влияние, которое оказало на этот процесс осмысление опыта подвижников в трудах отцов церкви.

В работе выделяются отдельные этапы развития святоотеческой литературы и отмечается тот вклад, который был внесен святыми отцами каждого исторического периода в осмысление и развитие духовной практики православного аскетического подвижничества.

Подчеркивается, что в трудах отцов церкви III - IV веков происходило осмысление отдельных элементов опыта аскетов-подвижников в контексте основных христианских догматов. Важным достижением этого этапа в деле развития культурной формы христианского аскетического подвижничества следует считать выделение Евагрием Понтийским ступеней духовной жизни (Праксис и Феория), а также закрепление «умной молитвы» в качестве основы духовной практики аскетического подвижничества.

В трудах отцов церкви V - IX веков происходила кристаллизация культурной формы христианского аскетического подвижничества, ядром которой стало непрестанное творение в уме так называемой молитвы Иисусовой: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного».

В трудах отцов церкви X - XIV веков (прежде всего, в творчестве Григория Синаита и особенно Григория Паламы) происходило богословское осмысление и оформление духовной практики аскетического подвижничества (исихазма), которая выделилась в качестве духовного ядра восточного христианства.

Подчеркивается, что в XIII - XIV веках духовная практика аскетического подвижничества вышла за границы обителей и монастырей, стала универсальным феноменом православной духовной культуры.

В третьем параграфе «Причины распространения православного аскетического подвижничества на Руси» анализируются факторы, которые привели Русь к принятию православного аскетического подвижничества и превращению его в существенный элемент национальной духовной культуры.

Выделяются следующие факторы, способствовавшие процессу принятия православного аскетического подвижничества на русской земле: во-первых, мифичность сознания русского народа, который был ориентирован на практику и конкретно-чувственное воплощение духовности больше, чем на проповеди, и желал не только слышать о христианской жизни, но и видеть ее практическое воплощение; во-вторых, наличие в языческой культуре славян элементов, подобных аскетическому подвижничеству, что помогло «узнаванию» и облегчило принятие христианской формы подвижничества русским народом; в-третьих, такие черты самого аскетического православного подвижничества, как «духовный демократизм» (открытость пути подвижничества представителям всех слоев населения), абсолютность и предельность основной цели (обожения), которая открывала перед человеком возможность преодоления фундаментального разрыва между сакральным и профанным мирами, а также особенности духовной практики (такие как сочетание пути индивидуальной свободы с родовым служением, воплощенность и «эмпирическая достоверность» религиозных истин и другие).

Делается вывод, что все названные выше факторы в сочетании с особенными ценностными установками, характерными для русского национального менталитета, не только обусловили принятие православного аскетического подвижничества русским народом, но и определили его высокий статус в русской духовной культуре.

Во второй главе диссертации «Воздействие православного аскетического подвижничества на русскую духовную культуру», состоящей из трех параграфов, исследуются различные формы культурного влияния православного аскетического подвижничества на процесс становления и развития русской духовной культуры в период с X века до начала XX века. Также исследуются место православного аскетического подвижничества и тенденции его развития и функционирования в культуре современной России.

В первом параграфе «Основные формы православного аскетического подвижничества, их специфика и влияние на культуру Руси (XI - XVI веков) дается характеристика всех основных видов православного аскетического подвижничества, существовавших на Руси в период с XI по XVI века. Подробно рассматриваются следующие виды аскетического подвижничества: отшельническое, или анахоретское подвижничество (пустынничество и отшельничество);

киновийное подвижничество (общежительное); скитское подвижничество.

Также упоминаются «особенные виды» подвижничества: старчество и юродство. Как показано в работе, каждый из упомянутых видов православного аскетического подвижничества оказывал свое специфическое влияние на русскую духовную культуру XI - XVI веков.

Анахоретство задавало образ идеальной христианской личности и влияло на формирование ценностных установок и мотивов внутреннего мира человека.

Под активным воздействием опыта русских отшельников и пустынников складывалась житийная литература и иконопись, создавалось национальное прочтение духовности в ее личностном проявлении. Духовность начала ассоциироваться с подвигом самопожертвования ради высших ценностей веры, правды и справедливости, а также – с преодолением внешних и внутренних препятствий, стоящих на пути воплощения высшего идеала.

Большие общежительные монастыри (киновии) стали центрами развития внешних форм духовной культуры; здесь создавались и сохранялись книги и летописания, иконы, предметы декоративно-прикладного искусства. Вокруг монастырей складывались целые архитектурные комплексы, включающие в себя храмовые, жилые и хозяйственные постройки. Вместе с укреплением русской государственности не только церковь, но и общежительные монастыри становятся опорой власти.

Скитская аскеза, основателем которой на Руси считается Нил Сорский, оказалась связана с развитием духовной практики исихазма. Как и анахоретство, скитская аскеза в большой степени влияла на развитие духовных представлений личности, а также на этические и эстетические представления духовной элиты древнерусского общества (это проявилось в творчестве Феофана Грека, Андрея Рублева и др.). Именно в скитской аскезе окончательно формируется духовный облик русского подвижника.

В заключении параграфа делается вывод о том, что аскетическое подвижничество явилось важнейшим элементом православия и оказало значительное воздействие на усвоение культурой средневековой Руси формы христианской духовности в течение всего периода XI - XVI веков. Своего пика указанное воздействие достигло к XIV - XV векам, когда в Московской Руси сложился образ Святой Руси, а православие стало системообразующим ядром национальной культуры.

Во втором параграфе «Взаимодействие и взаимовлияние православного подвижничества и духовной культуры царской России (XVII - XIX веков)» рассматриваются непростые взаимоотношения, которые складывались между православным аскетическим подвижничеством и русской светской культурой XVII - XIX веков.

Отмечается, что XVII век и первая половина XVIII века были ознаменованы кризисом русской средневековой православной культуры, связанным с завершением культурного диалога «Русь-Византия» и началом нового культурного диалога «Россия-Запад». Кризисные явления затронули и православное аскетическое подвижничество.

Необходимые условия для возрождения православного аскетического подвижничества сложились только во второй половине XVIII – начале XIX века.

Этому способствовали следующие факторы: во-первых, русское образованное дворянство, освоив ценности западного Просвещения, начало поиск прототипов «новых людей» среди персонажей национальной культуры; во-вторых, духовно-просветительская деятельность Паисия Величковского и его учеников сделала духовный опыт православных монахов-подвижников доступным для восприятия рационально мыслящего человека Нового времени; в-третьих, представители православного монашества, столкнувшись с новыми культурными вызовами, начали поиск адекватных форм для выражения православной духовности, который привел их к возрождению старчества. Отмечается, что именно эта форма православного аскетического подвижничества оказалась максимально приспособленной к духовным запросам новой просвещенной России.

Далее раскрываются взаимоотношения, сложившиеся между старцами Оптиной Пустыни и деятелями русской духовной культуры XIX - начала ХХ веков (И. Киреевским, Н.В. Гоголем, Ф.М. Достоевским, Л.Н. Толстым и др.).

Особо выделяется роль духовного наследия православного аскетического подвижничества для развития русской философской мысли XIX - начала ХХ веков.

Отмечается также возрастание интереса к православному аскетическому подвижничеству как в среде научной и творческой интеллигенции, так и в других слоях российского общества.

В заключении параграфа делается вывод о том, что к началу XX века благодаря активному культурному взаимодействию между российской интеллигенцией и представителями православного аскетического подвижничества в лице оптинских старцев и наиболее просвещенных монахов (Игнатий Брянчанинов, Феофан Затворник и др.) происходит частичное преодоление культурного разрыва, образовавшегося в результате радикальных изменений конца XVII - первой половины XVIII веков. Русская светская культура в лице своей творческой элиты и мыслящей интеллигенции осваивает духовный опыт православия и, используя его, начинает формировать представления о специфике национальной духовности. Православное аскетическое подвижничество находит свою культурную нишу в обновившейся русской культуре и приступает к выработке новых форм, соответствующих вызовам современного мира. При этом именно представители православного аскетического подвижничества в лице старцев являются посредниками в диалоге между русской интеллигенцией и православной церковью, позволяя примирять ценности Просвещения с религиозными ценностями православия.

Третий параграф «Православное аскетическое подвижничество и современная русская культура» рассматривает то место, которое занимает православное аскетическое подвижничество в современной российской культуре, а также определяет возможные перспективы позитивного усвоения духовного опыта православного подвижничества в наши дни.

Начиная с 90-х годов ХХ века, в жизни нашей страны начинают происходить радикальные изменения, связанные с отказом от коммунистической идеологии. Одним из следствий этого становится процесс возрождения православия и других традиционных религий в рамках новой российской социальнополитической системы, ориентированной на буржуазно-демократический путь развития. Православие получает особый статус, в какой-то мере подобный тому, какой существовал во времена царизма, однако оно вынуждено теперь считаться не только с ведущей ролью государства, но и с реальными интересами других традиционных конфессий, которые в поле демократических ценностей более не могут быть «младшими братьями». Стремясь укрепить свой авторитет во всех слоях населения, Русская православная церковь (РПЦ) начинает активно способствовать возрождению православного аскетического подвижничества.

Подчеркивается, что сегодня возрождение православного аскетического подвижничества происходит в тех культурных нишах, которые были органичны для него в досоветский период, а именно: аскетическое подвижничество возрождается как элемент православной традиции (канонизация новых святых, возрождение монастырей, привлечение феноменов чудотворчества, культа святых, культа мощей и т.д.); аскетическое подвижничество возрождается как элемент религиозной культуры (издание духовной литературы – как святоотеческой, так и трудов по аскетизму старцев и богословов конца XIX – начала ХХ века; активное издание агиографической литературы – книг, брошюр и журнальных статей; создание сайтов и электронных библиотек, фильмов, аудио- и электронных книг по данным темам); аскетическое подвижничество возрождается как элемент русской религиозно-философской традиции (переиздание почти всего наследия русской религиозно-философской традиции конца XIX – начала XX веков, а также созданных в эмиграции трудов В. Лосского, С.Н. Булгакова И.

Мейендорфа, Г.В. Флоровского, П.А. Флоренского и др.). Можно отметить и активный интерес к духовному опыту исихазма со стороны современных философов: И.И. Семаевой, С.С. Хоружего, И.В. Рынкового и других ; аскетическое подвижничество возрождается и как элемент воспроизводимой в наши дни классической русской культуры (сюда можно отнести издания произведений русских писателей, посвященных осмыслению опыта христианского подвига, а также многочисленные исследования в области истории искусства, связанные с изучением воздействия духовного опыта православного подвига на различные стороны русской художественной культуры).

Анализ перспектив освоения духовного опыта православного аскетического подвижничества современной русской культуры приводит к следующим выводам: во-первых, духовное наследие русского православного подвижничества может помочь в определении государственно-политической и культурной идентичности России, которая на сегодняшний день строится, в основном, на отрицании собственного советского прошлого; во-вторых, духовный опыт православного аскетического подвижничества может стать основой для решения проблемы персональной самоидентичности человека в условиях современного антропологического кризиса.

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования и формулируются основные выводы:

В Х - XVI вв. благодаря началу культурного диалога «Русь-Византия» православное аскетическое подвижничество приходит на Русь в качестве центрального элемента византийской версии христианства. В результате взаимодействия с культурой славянского язычества происходит освоение и присвоение опыта и духовной практики православного аскетического подвижничества.

Итогом этого процесса становится формирование феномена собственно русского аскетического подвижничества, который становится значительным явлением русской средневековой религиозной культуры.

В XVII - первой половине XVIII вв. благодаря окончанию культурного диалога «Русь-Византия» и началу нового диалога «Россия-Запад» происходит общий кризис русской религиозной культуры. Православное аскетическое подвижничество также находится в состоянии упадка.

Во второй половине XVIII- начале ХХ вв. активное культурное взаимодействие между русской интеллигенцией и представителями православного аскетического подвижничества в лице оптинских старцев и наиболее просвещенных монахов приводит к частичному преодолению культурного разрыва, образовавшегося в результате радикальных изменений конца XVII - первой половины XVIII веков. Русская светская культура в лице своей творческой элиты и мыслящей интеллигенции осваивает духовный опыт православия и, используя его, начинает формировать представления о специфике национальной духовности.

Православное аскетическое подвижничество находит свою нишу в обновившейся русской культуре и приступает к выработке новых форм, соответствующих вызовам современного мира.

Основной вывод диссертационного исследования состоит в том, что русское православное аскетическое подвижничество явилось центральным элементом религиозной традиции православия и значимым фактором русской духовной культуры. Оно оказало свое влияние на различные стороны культурной жизни России на всех этапах ее исторического развития: от начала христианизации Руси в Х веке до начала XX века. Это дает основание утверждать, что наследие православного аскетического подвижничества является культурным достоянием всего русского народа, а не только Русской православной церкви и, следовательно, может и должно активно использоваться для формирования элементов национальной культурной и персональной идентичности. Тенденции развития современного российского общества способствуют выделению подвижничества в качестве одной из универсальных форм проявления национальной духовности.

Основное содержание диссертации отражено в восьми публикациях, в том числе три из них в рецензируемых научных журналах:

1. Неронова М.Ю. Религиозная традиция и множественность миров культурного опыта / М.Ю. Неронова // Вестник Русской христианской гуманитарной академии: Научный журнал. – СПб., 2009. - Т.10. -Вып. 1. - С.62 - (0,5 п. л.).

2. Неронова М.Ю. Православное аскетическое подвижничество как реализация теологически осмысленной «духовной технологии» /М.Ю. Неронова // Вестник Ленинградского государственного университета имени А.С.

Пушкина: Научный журнал. - СПб., 2010. - №4. - Т.2. Философия. - С.172 - 180 (0,6 п. л.).

3. Неронова М.Ю. Религиозно-мистическая практика и ее роль в системе современной культуры / М.Ю. Неронова // Вестник Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина: Научный журнал. - СПб., 2011. - №1. - Т.2. Философия - С.191 - 198 (0,5 п. л.).

4. Неронова М.Ю. Типология мистического опыта / М.Ю. Неронова // Современная философия как феномен культуры: исследовательские традиции и новации. Материалы научной конференции. Серия «Simposium». Вып. 7. – СПб.:

Изд-во Санкт-Петербургского философского общества, 2001. - С.110 -112 (0,п.л.).

5. Неронова М.Ю. Непосредственный религиозно-мистический опыт и его культурная адаптация в опыте священного / М.Ю. Неронова // Международный сборник научных трудов (ноябрь 2006 г). - СПб.: «Инфо-да», 2006. - С.184 - 1(0,4 п.л.);

6. Неронова М.Ю. Православно-аскетический подвиг как эмпирическое доказательство духовной реальности / М.Ю. Неронова // Acta eruditorum. Научные доклады и сообщения – СПб., 2007. – Вып. 4. - С.39 - 42 (0, 4 п.л.);

7. Неронова М.Ю. Аскетическое подвижничество в православной религиозной традиции как культурное конструирование реальности сверхъестественного / М.Ю. Неронова // Высшее образование в условиях реформирования системы подготовки и глобальные проблемы современности: Материалы международной конференции (25-27 ноября 2008 г). - СПб.: Изд-во СПбМТУ, 2008. – С.102-106 (0,3 п.л.);

8. Неронова М.Ю. Религиозно-мистическая практика в структуре смысложизненных поисков современного человека / М.Ю. Неронова // Рациональность и экзистенция. Тезисы международной научной конференции(17-19 ноября 2011г.). - СПб.: Изд-во СПбГУ, 2011.– С.131 - 133 (0,2 п.л.).




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.