WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Фаворисов Евгений Владимирович

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ВОИНСКИХ ПРИСУТСТВИЙ

ПО РЕАЛИЗАЦИИ ВОЕННОЙ ПОЛИТИКИ

РОССИЙСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА В 18741912 гг.

(на примере Симбирской губернии)

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Казань – 2012

Работа выполнена на кафедре регионоведения и международных отношений Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Ульяновский государственный университет»

Научный руководитель: доктор исторических наук, доцент Ульяновского

  государственного университета

  Мухамедов Рашит Алимович (г. Ульяновск)

Научный консультант:  доктор исторических наук, профессор, 1-й зам. 

  директора, зав. отделом истории и

  общественной мысли ГУ «Институт Татарской

  энциклопедии Академии наук Республики

  Татарстан»

  Шайдуллин Рафаиль Валеевич (г. Казань)

 

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, доцент, зав. отделом

  средневековой истории Института истории

  Академии наук Республики Татарстан

Загидуллин Ильдус Котдусович (г. Казань);

 

  кандидат исторических наук, доцент Института 

  истории ФГАОУ ВПО «Казанский (Приволжский) 

  федеральный университет»

Астафьев Владимир Васильевич (г. Казань)

Ведущая организация:  Национальный исследовательский Мордовский

  государственный университет им. Н.П. Огарева

  Защита состоится «1» июня 2012 г. в 10 часов на заседании Совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 022.002.01 при Институте истории им. Ш. Марджани Академии наук Рес­публики Татарстан по адресу: 420014, г. Казань, Кремль, 5-й подъезд.

  С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института истории им. Ш. Марджани АН РТ по адресу: 420014, г. Ка­зань, Кремль, 5-й подъезд.

  Электронная версия автореферата размещена на официальном сайте Института истории им. Ш. Марджани АН РТ: http://www.tataroved.ru.

Автореферат разослан «___» _________ 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

  кандидат исторических наук          Р.Р. Хайрутдинов

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования обусловлена тем, что стоящие сегодня перед военными комиссариатами проблемы требуют осмысления их деятельности в прошлом. В рамках современной реформы Вооруженных Сил России1 развивается концепция мобилизации граждан на действительную службу2. Военные комиссариаты продолжают работать в соответствии с Положением о военных комиссариатах3 (от 1 сентября 2007 г.). Вышеизложенное делает уместным и оправданным обращение к анализу опыта такого института государственной власти царской России, как присутствия по воинской повинности – прообраза современных военных комиссариатов.

Обращение к отечественному опыту проведения военных реформ второй половины XIX–начала XX вв. востребовано также и в силу того, что до сегодняшнего времени внимание историков по большей части уделялось лишь ключевым аспектам проводимых в военной сфере преобразований или военных кампаний. Зачастую вне поля зрения исследователей оставались не столь броские сюжеты военных реформ, и деятельность присутствий по воинской повинности в данной связи не является исключением. Между тем, совершенно очевидно, что адаптация и использование опыта деятельности присутствий по воинской повинности положительно скажется на процессе преобразования военных комиссариатов. Таким образом, изучение деятельности присутствий по воинской повинности имеет важное научно-теоретическое и практическое значение.

Хронологические рамки исследования темы диссертации – период с 1874 по 1912 гг., то есть время от утверждения Александром II устава о воинской повинности и до издания последней его редакции в 1912 г.

Территориальные границы охватывают Симбирскую губернию – регион, управляемый наряду с 48 губерниями европейской России по «общему учреждению губернскому», – и соответствуют поставленным перед соискателем задачам, поскольку особенности становления и деятельности присутствий по воинской повинности комплексно могут быть изучены только с привлечением региональных материалов.

Степень научной разработанности проблемы. Анализ отечественной историографии позволяет сделать вывод об отсутствии специальных обобщающих работ по истории присутствий по воинской повинности. В то же время историография военных реформ второй половины XIX–начала XX вв. в целом достаточно обширна, и ее условно можно разделить на три периода: дореволюционный, советский и постсоветский.

Дореволюционный период (1874–1917 гг.) отечественной историографии военных реформ второй половины XIX–начала XX вв. представлен рядом публикаций. Авторами этих изысканий выступали как лица, участвовавшие в разработке преобразований в военной сфере или прямым образом причастные к их реализации (А.Ф. Редигер4, А.Н. Куропаткин5), так и историки, которые в своих общих трудах не могли обойти вниманием столь значимые изменения во внутренней политике государства второй половины XIX в., обусловленные, в том числе, и военными реформами (Г.А. Джаншиев6, Р.А. Фадеева7, А.П. Сафонов8, С.С. Татищев9, А.А. Корнилов10, А.А. Кизеветтер11). В изданиях вышеупомянутых исследователей рассматриваются различные аспекты реформирования армии и флота, воинской мобилизации и подготовки войскового резерва для российской армии. В этот период приоритет отдавался в основном освещению внешней организационной стороны преобразований армии.

Наиболее значимым трудом в области строительства вооруженных сил является исследование А.Ф. Редигера. Его отличают творческий подход автора к исследованию, привлечение богатого фактического материала, в том числе впервые вводимого в научный оборот, глубокий анализ основных проблем комплектования российской армии. Все это позволило А.Ф. Редигеру рассмотреть систему военного управления в России, сравнить ее с практикой, устоявшейся в армиях Австро-Венгрии, Германии, Италии и Франции.

Широкое освещение военных реформ, сопутствующих им реалий, а также вызванных ими преобразований в военной сфере мы находим на страницах периодической печати, выступавшей в качестве арены для обсуждения  наиболее  злободневных  и  дискуссионных  вопросов. Интерес для нас представляют журнал «Военный сборник»12 и газета «Русский инвалид»13.

Основной недостаток приведенной исторической литературы – идеалистическое отношение авторов к рассматриваемому феномену: обособленное его изучение, вне комплекса социально-политических предпосылок; преувеличение роли личности; приверженность к описательному повествованию. Кроме того, весь комплекс военных реформ рассматриваемого нами периода не стал предметом специального исследования, а потому многие аспекты их подготовки и реализации не нашли отражения.

Ценной работой по теме исследования, в которой присутствия по воинской повинности представлены в системе губернских «правительственных установлений», является учебное пособие профессора Казанского  университета  В.В. Ивановского «Государственное право», опубликованное в журнале «Известия и ученые записки Императорского  Казанского университета»14. В одном из параграфов этой работы  рассматривается штатный состав уездных и губернского присутствий по воинской повинности, перечисляются некоторые их компетенции.

Справочный обзор присутствий по воинской повинности мы находим и в энциклопедических изданиях того времени15.

Таким образом, уже в дореволюционной историографии был накоплен значительный фактический материал по военным реформам второй половины XIX–начала XX вв., заложена основа для последующего их исследования. Наряду с трудами общего характера мы находим и работы, попутно затрагивающие или освещающие те или иные направления военной политики16 российского правительства, являвшиеся слагаемыми компетенции присутствий по воинской повинности, однако, изучены они были дореволюционными историками вне связи с их деятельностью. Так и не было обращено внимание на положение института присутствий по воинской повинности как субъекта системы властных структур на местах. О том, что в дореволюционной историографии отсутствуют специальные исследования по нашей теме, свидетельствуют и библиографические указатели, содержащие перечень изданий по проблемам военных реформ, и их краткие аннотации17.

В советский период (1917–1991 гг.) историческая наука развивалась в русле марксистско-ленинской идеологии. В 1920–1940-е гг. в советской историографии тема военных реформ в России 1860–1870-х гг. не получила конкретного освещения: весьма скуден материал, так или иначе имеющий отношение и к нашей теме18. В то же время нельзя не отметить очерки по русской военной истории ученого «русского зарубежья», генерала А.А. Керсновского19, который, будучи ярым монархистом, предпринял попытку показать «самобытность русского военного искусства» с верноподданнических позиций.

Широкий интерес советских исследователей к вопросам военных реформ царского периода проявляется лишь в конце 1940-х гг. Он ознаменован выходом в свет монографий П.А. Зайончковского20, в которых достаточно подробно анализируются проблемы, связанные с реформой комплектования армии и введения всесословной воинской повинности. Однако, следуя традиции советской исторической школы – негативного отношения к периоду правления Александра III, он сосредоточил основное внимание на недостатках и критике состояния русской армии конца ХIХ в. Его  же  перу принадлежит и справочник (библиографический указатель) по истории дореволюционной России, насчитывающий более 4 тысяч наименований, с систематизацией и аннотированием всех источников21.

К числу работ подобного же качества следует отнести и монографию  А.В. Федорова. В ней, наряду с другими проблемами, рассматривается процесс подготовки и проведения военных реформ 1860–1870-х гг. В общей канве повествования автор уделил особое внимание обстоятельному анализу устава о воинской повинности 1874 г., обращаясь при изложении фактического материала к примерам местного свойства22.

В фокус научных интересов Н.П. Ерошкина, принадлежавшего к школе П.А. Зайончковского, попали преимущественно проблемы истории государственных учреждений. В его учебнике для студентов высших учебных заведений «История государственных учреждений дореволюционной России»23  среди прочего мы встречаем упоминание и о  присутствиях по воинской повинности.

1970-е гг. характеризуются началом нового этапа в истории изучения военных реформ и военных кампаний, проводившихся в интересующий нас период. Создание фундаментальных трудов связано с именем Л.Г. Бескровного24. Он, корифей отечественной военной истории, сосредоточил свое внимание на военно-теоретическом наследии дооктябрьского периода, тщательным образом исследовал организацию русской армии, структуру управления войсками, военно-экономический потенциал вооруженных сил, внес в научный оборот огромный пласт разнообразных исторических источников.

Различные вопросы дореволюционной военной истории нашли отражение в специальных монографических работах25, в историографических обзорах коллективных трудов общего характера26 и в отдельных публикациях. В обзорных статьях, изданных в «Военно-историческом журнале», большое внимание уделялось отечественному наследию в области военной мысли и внешней политики царской России27.

Между тем институту присутствий по воинской повинности не было уделено должного внимания и в общих исследованиях, предметом анализа которых являлась история исторической науки СССР в целом28.

Таким образом, советская историческая наука, находившаяся под жестким идеологическим прессом правившей Коммунистической партии, характеризовалась относительным однообразием научно-методологических подходов и аналитических выводов. Тема военных реформ 1860–1870-х гг. рассматривалась, как правило, в контексте кризиса феодально-крепостнической системы и революционных выступлений против правящих «верхов»29. При всем обилии фактического материала работы советских историков имеют один существенный недостаток: они полны односторонних выводов, построенных с классовых позиций; в их анализе происходившего преобладает тенденциозный идеологический подход.

Современный (постсоветский) период (с 1991 г.) характеризуется многовариантностью точек зрения,  открытостью и доступностью новых архивных источников, что дает возможность исследователям по-новому взглянуть на исследуемую проблему.

Особенность данного периода заключается  в расширении и углублении взгляда на военные реформы: внимание исследователей обращается на такие проблемы дореволюционной военной истории, которые раньше не анонсировались в научной литературе. Ярким подтверждением тому является такой жанр исторического исследования, как диссертационное сочинение. Именно по диссертациям последних лет мы можем судить о возникновении совершенно новых направлений в исторической науке по интересующей нас проблематике. Так, например, ярким тому свидетельством является работа А.Ф. Агаркова «Взаимодействие военной администрации и местных органов власти по расквартированию и пребыванию военных частей в российской провинции в 1874–1908 гг.»30.

Новые подходы мы наблюдаем и в изучении уже знакомых нам сюжетов военных реформ второй половины XIX–начала XX вв. В работах В.Б. Горячева31, Д.С. Симкина32 проблема комплектования армии и флота стала рассматриваться с точки зрения деятельности центральных и местных органов государственной власти по обеспечению армии личным составом. В них соискатели не могли обойти вниманием одну из прерогатив деятельности присутствий по воинской повинности – привлечение населения к исполнению всеобщей воинской повинности.

Другие же исследователи, такие как С.Ю. Окунев33, М.Н. Зуев34,  Ю.В. Щербинина35, несмотря на исследуемую ими проблематику, столь близкую к нашей, не ставили перед собой задачу дать некоторый обзор деятельности присутствий по воинской повинности.

Общие вопросы реформ второй половины XIX в. обращают на себя внимание не только отечественных, но и зарубежных историков. Так, в  коллективном труде «Великие реформы в России 1856–1874 гг.» рассматриваются возможные пути развития русского общества того периода, проблема реформ, как альтернатива революции36.

Таким образом, исторические исследования постсоветского периода в значительной степени свободны от идеологических догм. На современном этапе исследователь имеет возможность делать выводы, основываясь исключительно на фактах. Все это позволило по-новому взглянуть на изучаемую проблему, использовать более совершенные научно-методологические подходы при анализе документов и материалов.

Проведенный историографический обзор работ по военным реформам второй половины XIX–начала XX вв. показал, что деятельность присутствий по воинской повинности как самостоятельная проблема в отечественной историографии не ставилась. Справедливости ради, стоит сказать, что верным будет данное заключение не только по отношению собственно к деятельности присутствий по воинской повинности, но и к иным местным органам государственной власти гражданского и военного ведомств, призванных претворять в жизнь военную политику российского правительства в 1874–1912 гг. Так, до настоящего времени не поднимался вопрос о подводной, военно-конской и военно-повозочной повинностях населения; единичны в своем роде работы, раскрывающие систему учета чинов запаса, порядок их призыва при мобилизации, назначение местных войск и военного управления, взаимодействие гражданских властей на местах с органами военного ведомства и т.д.

Необходимость научного изучения деятельности присутствий по воинской повинности, актуальность и неразработанность в отечественной историографии заявленной проблемы обусловили выбор этой темы для диссертационного исследования.

Объектом исследования являются присутствия по воинской повинности Симбирской губернии в 1874–1912 гг.; предметом основные прерогативы и компетенции их деятельности.

Целью диссертационного исследования является комплексное изучение деятельности воинских присутствий Симбирской губернии в 1874–1912 гг.

Для достижения цели исследования соискатель поставил перед собой следующие задачи:

– проанализировать основные мероприятия по обеспечению  российской армии воинскими чинами запаса армии и флота;

– рассмотреть прерогативы деятельности местных органов власти по комплектованию войск личным составом и мобилизации российской армии;

– выявить специфику компетенции присутствий по воинской повинности по комплектованию армии рядовым составом;

– раскрыть содержание предмобилизационных мероприятий по призыву нижних чинов запаса и поставки в войска лошадей;

– изучить особенности формирования вневойскового резерва для российской армии;

– показать основные формы и способы материального вспомоществования увечным нижним чинам.

Методологическую основу исследования составили современные подходы, принципы и методы исторического исследования. При работе с документами, источниковыми и историографическими материалами и в работе использовались следующие подходы: диалектический (для рассмотрения явлений в их развитии и в связи с другими событиями); системный (для определения  иерархии аспектов изучаемого явления и установления их внутренних связей); компаративистский (для выявления черт тождества и дифференциации различных аспектов изучаемого явления); историко-ситуационный (для анализ явлений и процессов в контексте конкретной исторической ситуации); историко-ретроспективный (для раскрытия смысла и значения явлений прошлого с определенной исторической дистанции).

При выборе, интерпретации и обобщении фактического материала, оценке тех или иных данных соискатель руководствовался основными принципами исторической науки: историзм, объективность и комплексность. Историзм как метод изучения исторических событий в их причинно-следственной связи и взаимной обусловленности требует рассматривать деятельность властных структур губернии через призму преобразований, обусловленных внутренними и внешними причинами. Объективность же предполагает изучение и сопоставление источников, мнений, избегая при этом тенденциозности в оценке событий.

Источниковую базу исследования составляют разнообразные источники, которые условно можно подразделить на три группы:

1. Неопубликованные делопроизводственные документы – журналы (протоколы) заседаний губернского и уездных воинских присутствий; наряды к руководству губернскому присутствию; данные о выполнении призывов; бумаги, относившиеся к мобилизационным расписаниям, формированию частей ополчения; циркуляры и распоряжения губернаторов; рапорты уездных исправников и пр.

2. Законодательные акты: Полное собрание законов Российской империи (главным образом, второе и третье собрания), соответствующие книги Свода военных постановлений 1869 г., а также Свода законов Российской империи; циркуляры Военного министерства и Министерства внутренних дел, указы Правительствующего Сената, приказы и циркуляры Главного штаба, приказы по Казанскому военному округу и др.

3. Периодическая печать – журнал «Военный сборник»; газеты: «Правительственный вестник», «Русский инвалид», «Симбирские губернские ведомости» и др.

Научная новизна работы. Впервые на уровне диссертационного исследования предпринимается попытка комплексного анализа деятельности присутствий по воинской повинности Симбирской губернии в 1874–1912 гг. В научный оборот вводится значительное количество прежде неопубликованных архивных документов и материалов, делаются новые аналитические обобщения и выводы.

Практическая значимость диссертации состоит в том, что представленные в ней материалы, предложенные подходы могут быть востребованы в научно-исследовательской, равно как и в учебно-педагогической практике: при разработке обобщающих и специальных трудов, лекционных курсов и учебных пособий по истории военных реформ в России. Результаты диссертации могут послужить научно-теоретическим и методическим материалом для обновления и совершенствования учебных программ и тематических планов учебных дисциплин, изучаемых в военно-учебных заведениях Министерства обороны.

На защиту выносятся следующие основные положения:

1. Военная политика российского правительства, реализуемая органами государственной власти губернии и местного самоуправления, выражалась в обеспечении вооруженных сил чинами запаса армии и флота; в проведении мероприятий, содействовавших комплектованию войск личным составом и мобилизации армии.

2. Обеспечение вооруженных сил чинами запаса армии и флота подразумевало учет чинов запаса армии и флота, производство учебных сборов, а также призыв запасных чинов на действительную службу при объявлении мобилизации.

3. Местные органы власти содействовали комплектованию войск личным составом и мобилизации российской армии. Одновременно они  занимались квартирным довольствием войск, отводом для них земельных участков, поставкой подвод, лошадей, повозок и упряжи, призрением семей чинов запаса и ратников ополчения, призванных в военное время на действительную службу.

4. Основные прерогативы деятельности присутствий по воинской повинности: комплектование армии рядовым составом; предмобилизационная подготовка к призыву нижних чинов запаса и поставке в войска лошадей, повозок и упряжи; организация вневойскового резерва; оказание материального вспомоществования увечным нижним чинам.

5. Присутствия по воинской повинности являлись промежуточным звеном в системе властных структур Симбирской губернии, обеспечивавшим межведомственное взаимодействие гражданской власти с подведомственными военно-окружному штабу чинами, управлениями и учреждениями в деле мобилизационной подготовки на местах.

Структура диссертационной работы состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованных источников и литературы, приложений.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного сочинения неоднократно обсуждались на заседаниях кафедры регионоведения и международных отношений Ульяновского государственного университета, а также нашли отражение в 2 монографиях и 14 публикациях, в том числе в 3 статьях в изданиях из перечня ведущих рецензируемых научных журналов, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации. Общий объем публикаций составил  43,68 п.л.

Результаты исследования также внедрены при разработке лекционно-практического курса «Военная история» в Ульяновском высшем военно-техническом училище, а также специального курса «Реформы Александра II» в Ульяновском государственном университете.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность избранной темы, проанализирована степень ее научной изученности, сформулированы цель и задачи, определены объект и предмет, хронологические и территориальные рамки  диссертационного исследования, проанализированы его теоретико-методологическая и источниковая основы, а также рассмотрены  научная новизна и практическая значимость работы.

В первой главе «Военная политика российского правительства, реализуемая органами государственной власти губернии и местного самоуправления» проанализированы мероприятия по обеспечению действующих вооруженных сил чинами запаса армии  и флота; рассмотрены основные прерогативы деятельности и компетенции местных органов власти, сопутствовавшей комплектованию войск личным составом и мобилизации армии.

В первом параграфе «Обеспечение действующих вооруженных сил чинами запаса армии и флота» анализируются мероприятия по обеспечению действующих вооруженных сил чинами запаса армии  и флота. Введение в  1874 г. личной общеобязательной воинской повинности повлекло реформирование системы подготовки резервного войскового запаса, которая  находилась в тесной связи с организацией комплектования армии и флота в мирное время, и вместе с тем вызвало изменения в порядке учета нижних чинов запаса на местах.

В новых условиях зачисление нижних воинских чинов в запас армии и флота, исключение из него и их учет во время состояния в запасе возлагались на уездных воинских начальников. Эта работа ими проводилась поуездно при содействии полиции (как в лице собственно уездных и городских полицейских управлений, так и подведомственных им становых приставов и старших чиновников полиции исполнительной), волостных правлений. До 1907 г. чины запаса подлежали учету и по месту своего временного жительства. С 1907 г. уездные по воинской повинности присутствия обязывались освидетельствовать каждого нижнего чина, усомнившегося в своей годности к продолжению военной службы.

В данном отношении присутствия по воинской повинности выступили преемниками особых комиссий, состоявших до 1875 г. при управлениях губернских воинских начальников, в задачу которых входило удостоверение объективности медицинского освидетельствования нижних чинов и признания их неспособными к продолжению действительной службы. Назначая к увольнению со службы, воинские присутствия определяли и способность увольняемых нижних чинов по состоянию здоровья содержать себя личным трудом без посторонней помощи. С 1882 г. к определению возможности увольняемых со службы лиц по свойству заболеваний обеспечивать себя собственным трудом приступили войсковые комиссии.

По делам учета состоявшие в запасе генералы, штаб- и обер-офицеры, чиновники, а также нижние чины запаса находились в ведении подведомственных уездных воинских начальников. В порядке надзора губернское по воинской повинности присутствие могло вызывать к переосвидетельствованию увольняемых во время военных действий в отставку офицеров и чиновников о правильности забракования которых уездными по воинской повинности присутствиями возникали сомнения.

Корпусу чинов запаса армии и флота необходимо было дать некоторую военную подготовку, чтобы он по праву мог стать составляющей именно военно-обученного резерва вооруженных сил государства. Успех учебных сборов чинов запаса зависел и от совместной слаженной деятельности на местах органов власти и должностных лиц как военного, так и гражданского ведомств. Так, заботу гражданских властей губернии составляли оповещение призываемых в сборы чинов запаса и обеспечение их своевременной явки на сборные пункты, а также содействие движению нештатных воинских команд к частям войск по назначению.

Деятельность присутствий по воинской повинности в данной связи была продиктована необходимостью медицинского освидетельствования призываемых лиц. Ими переосвидетельствовались все те нижние чины, кто по результатам медицинского осмотра на сборных пунктах при управлениях уездных воинских начальников был признан неспособным к военной службе или больным. В порядке надзора губернское воинского присутствие могло  подвергать переосвидетельствованию каждое лицо из запаса,  исключенное согласно решению того или иного подведомственного ему уездного присутствия. От этой процедуры освобождались лишь те лица, у которых со времени освидетельствования прошло два года.

Непосредственной слагаемой деятельности местных органов власти по обеспечению действующих вооруженных сил чинами запаса армии и флота являлся собственно их призыв на действительную службу при приведении армии в полный состав и во время войны. Так, от уездных и городских полицейских управлений зависело оповещение о мобилизации становых приставов, полицейских надзирателей и волостных правлений. Посредством мобилизационных объявлений, полученных от полицейских управлений и в том числе доставленных от них нарочными призывных листов (карт), сельское начальство оповещало о мобилизации населения всех отдаленнейших селений, а самих призываемых чинов запаса – персональным вручением высланных на них уездными воинскими начальниками призывных листов. Возникающие по ходу призыва частные вопросы относительно контингента призываемых запасных в пределах наряда, предусмотренного с того или иного уезда мобилизационным расписанием, оставлялись на усмотрении  местных воинских начальников.

Прибывшие по явке нижние чины запаса подлежали медицинскому осмотру, который проводился всем запасным по внешнему виду, с подробным освидетельствованием тех из них, кто казался больным или сам заявил о своей болезни. Нижние чины, признанные на сборном пункте неспособными или больными, подлежали переосвидетельствованию в местном воинском присутствии с таким расчетом времени, чтобы те, кто в итоге оказался здоровым, мог по возможности отправиться в войска до закрытия сборного пункта. Запасные, отправленные в лечебные заведения, переосвидетельствовались после их выписки. Решения уездных присутствий о признании нижних чинов запаса способными к военной службе имели окончательную силу и не подлежали обжалованию в губернском присутствии. Со дня явки на сборные пункты нижние чины запаса считались поступившими на службу  и ставились в  полное довольствие от казны.

При размещении в уездных городах призванных на действительную службу запасных нижних чинов принимались все меры к наиболее сосредоточенному казарменному их расквартированию. Однако в виду отсутствия в мелких уездных городах Симбирской губернии подходящих помещений властям часто приходилось расселять призывников по обывательским квартирам, или в нарушении инструкции в казарменных помещениях, предназначенных для проведения учебных сборов ратников первого разряда.

Таким образом, обеспечение действующих вооруженных сил чинами запаса армии и флота подразумевало учет чинов запаса на местах; механизм взаимодействия органов власти и должностных лиц гражданского и военного ведомств, призванного способствовать своевременной явке чинов запаса на сборные пункты при призыве их на учебные сборы или на действительную военную службу (наряду с ратниками ополчения первого разряда), а также при приведении армии в полный состав и во время войны.

Во втором параграфе «Прерогативы деятельности местных органов власти по содействию комплектованию войск личным составом и мобилизации армии» рассматривается содержание мероприятий по исполнению населением и земством обязательств, обусловленных потребностями войск и мобилизацией армии.

С введением в 1874 г. Положения о преобразовании воинской квартирной повинности за земскими и городскими общественными учреждениями законодательно закреплялся отвод войскам квартир с условием  компенсации государственной казной части расходов. Личная квартирная повинность обывателей предусматривалась теперь в ограниченном числе случаев: во время пребывания на сборных пунктах нижних чинов запаса и ратников государственного ополчения, призванных в учебные сборы; когда городские и сельские общественные управления не имели возможности предоставить квартиры в общественных или арендованных зданиях, а все предпринятые меры для найма помещений, удовлетворявших требованиям казарменного расположения нижних чинов, оказались безуспешными и др.

Попечение об удобном расквартировании войск в губернии, распоряжения по найму воинских помещений и удовлетворению квартирных потребностей, а также определение условий, соответствующих для квартирования войск и казарменного их расположения здания, возлагались на губернский распорядительный комитет и подведомственные ему распорядительные комитеты уездные комиссии, состоявшие под председательством исправников. Земельные участки могли отводиться войскам по требованию военного начальства: для лагерного расположения, для маневров, под саперные работы и т.д.

Для исполнения населением военно-конской повинности каждый уезд делился на военно-конские участки, образуемые уездными присутствиями с утверждения губернского присутствия. В каждом участке назначался сборный пункт. Руководство работой по поставке лошадей в губернии относилось к обязанности губернатора и состоявшего под его председательством губернского присутствия по воинской повинности; в уездах – уездных присутствий, а в военно-конских участках – лиц, ими заведовавших. Заведующие военно-конскими участками избирались из местных обывателей на трехлетний срок и были подотчетны присутствиям.

Комплектование войск лошадьми и их снабжение повозками и упряжью для формирования военного транспорта при приведении армии в полный состав и во время войны происходило за счет поставки населением  лошадей,  повозок и упряжи за установленное денежное вознаграждение от казны. Подводы для каждой потребности как для штатных воинских частей и команд, воинских команд, не имевших штатного устройства; так для отдельных воинских чинов и семейств нижних чинов поставлялись местным населением, на условиях определенным законом. Расчет с поставщиками, городскими и сельскими обществами за выставленные ими подводы в основном был безналичным в зачет списания государственных подушных податей, в том числе окладного сбора с мещан, государственного поземельного налога и казенного налога с недвижимых имуществ в городах.

Высочайше утвержденный 1 января 1874 г. устав о воинской повинности, кроме того, что устанавливал порядок исполнения населением этой личной повинности, предполагал призрение семейств чинов запаса и ратников ополчения, призванных в военное время на действительную службу. Воинским уставом призрение возлагалось на земство, городские и сельские общества.

Таким образом, основные прерогативы местных органов власти по содействию комплектованию войск личным составом и мобилизации солдат и офицеров в армию заключались в следующих мероприятиях:  в квартирном довольствии; в отводе земельных участков;  в выставлении подвод и поставке для войск лошадей, повозок и упряжи; в призрении семей чинов запаса и ратников ополчения, призванных на действительную службу по мобилизации.

Во второй главе «Ключевые компетенции присутствий по воинской повинности» рассмотрена  специфика деятельности воинских присутствий по комплектованию армии рядовым составом, проанализировано  содержание предмобилизационных мероприятий на местах по призыву  нижних  чинов  запаса и поставки в войска лошадей, а вместе с тем определена роль и компетенции  властных структур губернии, ответственных за мобилизационную подготовку. Одновременно исследовано особенности организации вневойскового резерва вооруженных сил, посредством чего раскрыто одно из ключевых направлений деятельности присутствий – порядок оказания материального вспомоществования увечным нижним чинам.

В первом параграфе «Комплектование армии рядовым составом» выявлена специфика деятельности губернского и уездных присутствий по воинской повинности Симбирской губернии, а также рассмотрен  порядок  привлечения населения к исполнению всеобщей воинской повинности.

Распорядительными полномочиями обладало губернское по воинской повинности присутствие. Исполнительные действия по призыву новобранцев возлагались на уездные присутствия по воинской повинности. В их компетенцию входили проведение следующих мероприятий: составление и проверка призывных списков; определение прав призываемых на льготы;  медицинское освидетельствование и назначение на службу лиц, подлежавших согласно принципу жеребьевки и результатам освидетельствования зачислению на действительную службу.

Система отсрочек и льгот, предусмотренная уставом о воинской повинности 1874 г. и получившая свое развитие в его последующих редакциях, неукоснительное следования жеребьевого принципа при наборе призывников и установленного порядка освидетельствования и переосвидетельствования как принимаемых лиц, так и новобранцев, несомненно, значительно затрудняли работу уездных присутствий.

Таким образом, комплектование армии рядовым составом представляло собой одно из ключевых направлений деятельности присутствий по воинской повинности, собственно и обусловившее их учреждение в системе местных органов государственной власти дореволюционной России.

Во втором параграфе «Предмобилизационная деятельность по призыву нижних чинов запаса и поставке в войска лошадей» проанализирована  совокупность предмобилизационных мероприятий по призыву нижних чинов запаса и поставке в войска лошадей, повозок и упряжи. К их числу относились организация поверочных сборов нижних чинов запаса, проведение военно-конских переписей и подготовка необходимых предварительных расчетов и соображений по своевременному обеспечению  исполнения нарядов и работ, предусмотренных действующими мобилизационными расписаниями.

В интересах правильного составления предварительных мобилизационных расчетов, безусловно, было необходимо постоянное содержание в полной исправности всех учетных сведений о наличном числе нижних чинов запаса армии и флота. Вместе с тем не предоставлялось возможным полагаться на данные письменного учета без фактической проверки наличия запасных воинских чинов и физической их годности к службе, что и являлось главной целью поверочных сборов.

Проведение поверочных сборов предусматривалось Правилами об учете и призыве на действительную службу нижних чинов запаса армии и флота (1884 г.). Однако начало им было положено уже в Инструкции о порядке производства в уездах поверочных сборов нижних чинов запаса армии и флота (1894 г.). От присутствий по воинской повинности зависела разработка плана производства поверочных сборов в тех уездах губернии, которые  были определены военно-окружным штабом.

Предварительные расчеты по призыву на службу нижних чинов запаса заключались в составлении уездными воинскими присутствиями расписаний пунктов, из которых нижние чины должны были следовать в уездный город на подводах или другим транспортом из назначенного в каждой волости сборного пункта. Это обусловливалось  необходимостью для волостного и сельского начальств правильного и удобного надзора за передвижением и аккуратной явкой на сборный пункт в уездный город нижних чинов. Расписания пунктов сбора подвод для запасных нижних чинов подлежали утверждению губернским присутствием по воинской повинности.

Уездные по воинской повинности присутствия также рассчитывали общие наряды подвод, подлежавших поставке в каждом подводном и пересадочном пункте для доставления при мобилизации запасных из мест их жительства на сборный пункт на счет земских сумм. Для пресечения злоупотребления алкоголем и, как следствие, нарушения порядка и спокойствия в местах значительного скопления людей при производстве действительной мобилизации запаса местные воинские присутствия принимали решения о временном прекращении питейной торговли в сборных пунктах призывников.

Мобилизационная готовность армии в рассматриваемый период в значительной степени зависела, кроме прочего, и от своевременной поставки населением лошадей в войска. Немалая доля успеха по исполнению им военно-конской повинности обеспечивалась предварительным и точным составлением расчетов, основой для которых служили данные военно-конских переписей. Военно-конские переписи распространялись на всех лошадей и выражались в подсчете их общего количества по каждому военно-конскому участку и разделением конского состава на удовлетворявших по росту и возрасту для службы в войсках и не отвечавших этим требованиям. При определении действительно годных лошадей и распределении их по сортам тщательно изучались условия и характер местного коневодства.

Распорядительные действия по переписи в губернии возлагались на губернское присутствие по воинской повинности, с участием секретаря губернского статистического комитета. Ходом переписи в уездах руководили уездные  воинские присутствия. Подготовительная работа, касавшаяся организации поставки населением в войска лошадей, также была вменена в обязанность присутствий. В процессе исполнения этой работы первоочередной задачей являлось составление ведомости распределения (разверстки) лошадей каждого сорта между военно-конскими участками уезда, согласно назначенного по мобилизационному расписанию. Ими же определялись  сроки мобилизационного расписания для привода лошадей на сдаточный пункт, в который они поступали от каждого военно-конского участка. Таким образом, уездные по воинской повинности присутствия готовили ведомости последовательности прибытия лошадей от населения, в назначенные сроки и установленные сборные пункты военно-конских участков.

Дополнительно к тому присутствиями по воинской повинности распределялся наряд лошадей между приемными комиссиями. При учреждении на одном сдаточном пункте нескольких приемных комиссий присутствие приписывало к каждой из них определенное число военно-конских участков с целью распределить работу по поставке между всеми комиссиями таким образом, чтобы избежать скопления лошадей и перерыва в работе.

Таким образом, в присутствиях по воинской повинности Симбирской губернии была сосредоточена предмобилизационная деятельность по призыву нижних чинов запаса и поставке в войска лошадей.

В третьем параграфе «Организация вневойскового резерва» проанализированы особенности организации вневойскового резерва российской армии и флота. В нем основное внимание акцентируется на двух аспектах организации вневойскового резерва: 1) производство учебных сборов ратников ополчения первого разряда; 2) устройство и порядок формирования государственного ополчения губернии.

В русле проводимых правительством военных реформ назрела необходимость обучению новобранцев к военному делу. Для этих целей стали широко практиковать учебные военные сборы ратников ополчения первого разряда. От присутствий по воинской повинности зависело определение числа очередей для прохождения ратниками учебных сборов и сроков их сбора в каждую из них.

Для установления порядка в деле формирования частей государственного ополчения в губернии присутствия по воинской повинности составляли  списки лиц:

– зачисленных в ополчение при минувшем призыве новобранцев;

– пополнивших ряды ополченцев, за истечением срока состояния в запасе армии.

Учету в присутствиях подлежали и чины ополчения офицерского звания. Кроме того, присутствия ежегодно составляли и имели подробный план формирования частей губернского ополчения, в котором расписывались основные меры по обеспечению успешного образования ополченских частей и своевременному снабжению их всем следующим по Положению о государственном ополчении.

Таким образом, компетенцию присутствий по воинской повинности Симбирской губернии, кроме прочего, составляла и деятельность по организации вневойскового резерва вооруженных сил.

В четвертом параграфе «Оказание материального вспомоществования увечным нижним чинам» рассмотрен основной порядок оказания материального вспомоществования увечным нижним чинам, а также выявлены прерогативы деятельности воинских присутствий в этой сфере.

Воинский устав наделял нижних чинов, утративших во время  действительной службы способность к труду, или получивших увечье во время учебных сборов, в случае неспособности к личному труду и неимения средств к жизни, а также родственников, желавших принять их на свое иждивение, правом на получение казенного пособия.

Первоначально определение прав нижних чинов на получение денежных пособий из казны, как и само назначение им этих пособий, зависело от казенной палаты. К обязанностям  уездных присутствий по воинской повинности относилось освидетельствование состояния здоровья ходатайствующих лиц и удостоверение в способности или неспособности их к личному труду. С 1883 г. законоположения устава о воинской повинности о призрении нижних чинов стали распространяться и на тех, кто утратил способность к личному труду уже после увольнения в запас, вследствие ран, увечий или болезней, понесенных ими во время действительной службы. Учреждался и новый порядок назначения мер государственного призрения: от присутствий по воинской повинности стало зависеть рассмотрение всех обстоятельств дел по ходатайствам просителей, равно как и их освидетельствование.

Таким образом, одной из важных слагаемых деятельности присутствий по воинской повинности Симбирской губернии являлось рассмотрение ходатайств утративших трудоспособность нижних чинов, освидетельствование состояния их здоровья и по результатам этих работ принятие мер по оказанию им государственного призрения.

В заключении диссертационного сочинения подводятся обобщающие итоги к разделам исследования, формулируются основные теоретические выводы о цели, задачах и содержании деятельности присутствий по воинской повинности в 1874–1912 гг.

Основные положения диссертационного исследования изложены

в следующих публикациях автора:

1. Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных изданиях, определенных ВАК

1.1. Фаворисов, Е. В. К вопросу о деятельности губернских (областных) по воинской повинности присутствий в 1874–1912 гг. (на материалах Симбирской и Самарской губерний) / Е. В. Фаворисов // Вестник Екатерининского института. – 2010. – №3(11). – С.83–86 (0,30 п.л.).

1.2. Фаворисов, Е. В. Порядок призыва чинов запаса при мобилизации (последняя треть XIX–начало XX вв.) / Е. В. Фаворисов // Вестник Екатерининского института. – 2011. – №1(13). – С.107–111 (0,30 п.л.).

1.3. Фаворисов, Е. В. Уездные присутствия по воинской повинности на рубеже XX в. / Р. А. Мухамедов, Е. В. Фаворисов // Известия Самарского научного центра Российской Академии наук. – 2011. – Т.13. – №3(2). – С.378–380 (0,30 п.л.).

2. Монографии

2.1. Фаворисов, Е. В. Прерогативы деятельности местных органов государственной власти губернии и местного самоуправления по реализации военной политики российского правительства (Симбирская губерния, 1874– 1912 гг.): Моногр. / Е. В. Фаворисов; – Ульяновск: УлГУ, 2011. – 188с. (14,48 п.л.).

2.2. Фаворисов, Е. В. Деятельность института присутствий по воинской повинности по реализации военной политики российского правительства (Симбирская губерния, 1874–1912 гг.): Моногр. / Е. В. Фаворисов; – Ульяновск: УлГУ, 2011. – 296с. (22,80 п.л.).

3. Статьи в других научных изданиях

3.1. Фаворисов, Е. В. Симбирское губернское ополчение (1876–1911 гг.) / Е. В. Фаворисов // Вестник Ленинского мемориала. – Ульяновск: Изд-во «Вектор-С», 2007. – Вып.9. – С.204–208 (0,50 п.л.).

3.2. Фаворисов, Е. В. Предмобилизационная деятельность учреждений и должностных лиц гражданского ведомства по исполнению военно-конской повинности населением в 1870–1912 гг. (на примере Симбирской губернии) /  Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2009. – №10. – С.287–291 (0,40 п.л.).

3.3. Фаворисов, Е. В. Учебные сборы ратников ополчения в 1890–1912 гг. (на примере Симбирской губернии) / Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2009. – №10. – С.291–294 (0,30 п.л.).

3.4. Фаворисов, Е. В. Учет нижних чинов запаса в России (1870-е – 1912 гг.) / Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2010. – №9. – С.202–209 (0,60 п.л.).

3.5. Фаворисов, Е. В. Учебные сборы чинов запаса в России (1887–1912 гг.) / Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2010. – №9. – С.209–216 (0,60 п.л.).

3.6. Фаворисов, Е. В. Призрение семей нижних чинов, призванных в военное время на действительную службу (1874 – 1912 гг.) / Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2010. –  №9. – С.217–223 (0,70 п.л.).

3.7. Фаворисов, Е. В. Порядок обеспечения увечных нижних чинов пособиями от казны в 1867–1912 гг. / Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2010. – №9. – С.224–229 (0,50 п.л.).

3.8. Фаворисов, Е. В. Изъятия и льготы, предоставляемые лицам, призываемым к исполнению воинской повинности в 1874–1911 гг. / Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2010. – №9. – С.229–236 (0,60 п.л.).

3.9. Фаворисов, Е. В. Порядок освидетельствования и переосвидетельствования лиц, призываемых к исполнению воинской повинности, и новобранцев (1874–1912 гг.) / Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2010. – №10. – С.217–222 (0,50 п.л.).

3.10. Фаворисов, Е. В. Призыв войск для содействия гражданским властям в 1870-е–1912 гг. / Е. В. Фаворисов // Молодой ученый. – 2010. – №10. – С.223–228 (0,50 п.л.).

3.11. Фаворисов, Е. В. Поверочные сборы запасных нижних чинов (на примере Симбирской губернии) / Е. В. Фаворисов // Межвузовский сборник научных трудов. – Ульяновск: УлГУ, 2011. – Вып.2. – С.73–77 (0,30 п.л.).


1 Доклад Международного института стратегических исследований «Военный баланс- 2010». [Электронный ресурс]  // Портал «Родон».  URL: http://www.rodon.org/polit-  100217111105 (дата обращения: 1.09.2010).

2 Секретная  реформа.  Реорганизация  Вооруженных Сил проводится как военная операция – в глубокой тайне от тех, кто оказался ее объектом [Электронный ресурс]. // Общественно-политическое ежедневное Интернет-издание «Государственные вести». URL: http://www.gosnews.ru/analytics/army/22 (дата обращения: 1.09.2010).

3 Указ Президента Российской Федерации от 1 сентября 2007 № 1132 «Об утверждении Положения о военных комиссариатах» // Российская газета. – 2007.  – 7 сентября.  – С.10.

4 Редигер А.Ф. Комплектование и устройство вооруженной силы. – СПб., 1900.

5 Куропаткин  А.Н.  Русско-японская война,  1904–1905:  Итоги войны / Под ред. Н.Л.

Волковского. – СПб., 2002; Русская армия. – СПб., 2003.

6 Джаншиев Г.А. Эпоха великих реформ: Исторические справки. – М., 2008.

7 Фадеев Р.А. Собрание сочинений в 2-х т. – СПб., 1889.

8 Сафонов А.П. Царствование иператора Александра II. М., 1900.

9 Татищев С.С. Александр II. Его жизнь и царствование. Спб., 1903.

10 Корнилов А.А. Курс истории России XIX в. М., 1912–1914.

11 Кизеветтер А.А. История России в XIX в. М., 1916.

12 Григоров В. Прием, осмотр и распределение запасных нижних чинов на сборном пункте  во  время  мобилизации  // Военный  сборник. – 1894. – №3; Кашкаров  Д. К вопросу о подготовке унтер-офицеров // Военный сборник. – 1897. – №8;  Крицкий П. Обзор мероприятий, могущих улучшить контингент новобранцев // Военный сборник. – 1895. – №9 и др.

13 Форсова В.В. Военная реформа Александра II // Вестник Российской академии наук. – 1995. – Т. 65. – № 9.

14 Ивановский В. Государственное право. Известия и ученые записки Казанского университета.  По изданию №5 1895 г. – №11 1896 г.. § 38. Губернские учреждения, касающиеся военного ведомства. Губернские и уездные по воинской повинности присутствия [Электронный  ресурс]  //  Информационно-образовательный юридический портал «Все о праве». URL: http://www.allpravo.ru/library/doc117p0/instrum2817 /item2965.html (дата обращения: 06.07.2009).

15 Воинские Присутствия // Энциклопедический словарь: в 86 т. / Под ред. И.Е. Андреевского (К.К. Арсеньева). – СПб., 1892. – Т.VI a.; Присутствия //  Там же. – СПб., 1898. – Т.XXV; Присутствия по воинской повинности // Энциклопедия военных и морских наук: в 8 т. / Под ред. Г. Леера. – СПб., 1893. – Т.VI и  др.

16 Под военной политикой следует понимать систему общественных взглядов, отношений и учреждений, а также определяемую ими деятельность государства и его отдельных структур, других социально-политических институтов общества, направленных на создание, подготовку и применение военной силы в политических целях. Военная энциклопедия: в 8 т. М., 2002. – Т. 6. – С. 476 – 477.

17 Безгин И.Г. Военно-библиографический указатель. – СПб., 1892; Панченко А.М. В высшей степени полезные издания // Библиография – 2009. – №5 (364); Попов В.А. Систематический указатель статей, помещенных в нижепоименованных периодических изданиях с 1830 по 1884 г. – СПб., 1885 и др.

18 Кафенгауз Б.Б. Военно-историческая литература в СССР за 25 лет // Двадцать пять лет исторической науки в СССР. – М.-Л., 1942; Лучинин В. Русско-японская война 1904–1905 гг.: Библиографический указатель. – М., 1939 и др.

19 Керсновский А.А. История русской армии. – М., 1994.

20 Зайончковский П.А. Военные реформы 1860–1870-х годов в России. – М., 1952; Высшее военное управление. Император и царствующий дом. – М., 1998;  Кризис самодержавия на рубеже 1870–1880 гг. – М., 1964;  Самодержавие и русская армия на рубеже XIX – начала XX столетия. 1881–1903. – М., 1973;  Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. – М., 1978 и др.

21 Справочники по истории дореволюционной России: Библиографический справочник / Под  ред. П.А. Зайончковского. – М., 1978.

22 Федоров А.В. Русская армия в 50–70-х годах XIX века. – М., 1959.

23 Ерошкин Н.П. История государственных учреждений до Великой Октябрьской социалистической революции: Учебное пособие. – М., 1965; История государственных учреждений дореволюционной России: Учебное пособие. – М., 1983; История государственных учреждений дореволюционной России: Учебное пособие. – М., 1997.

24 Бескровный Л.Г. Русская армия и флот в XIX веке. Военно-экономический потенциал. – М., 1973; он же. Русское военное искусство XIX века. – М., 1974; он же. Армия и флот в России в начале XX века. Очерки военно-экономического потенциала. – М., 1986; он же. Очерки по источниковедению военной истории России. – М., 1957; он же. К зарождению и развитию военной историографии в России // Военная мысль. – 1954. – № 8 и др.

25 Мещеряков Г.П. Русская военная мысль в XIX веке. – М., 1973; История русско-японской войны 1904–1905 гг. / Под. ред. И.И. Ростунова. – М., 1977; Русско-турецкая война 1877–1878  / Под ред. И.И. Ростунова. – М., 1977.; Русская  военная  мысль  (конец  XIX – начало  XX в.) / Под ред. П.А. Жилина. – М., 1982.

26 Золотарев В.А. Русско-турецкая  война 1877–1878 гг. в отечественной историографии конца XIX–начала XX века. – М., 1978.

27 Габаев Г.О некоторых ошибках русской военной историографии // Военно-исторический журнал (далее – ВИЖ). – 1940. – №3; Осипова М. Обзор военно-научных трудов  Д.А. Милютина // ВИЖ. – 1972. – №9; она же. После Крымской войны // ВИЖ. – 1992. – №2; Барбасов А. Краткая историография русско-турецкой войны 1877–1878 гг. // ВИЖ. – 1978. – №3 и др.

28  Очерки советской военной историографии  / Под ред. П.А. Жилина. – М., 1974;  Очерки истории исторической науки в СССР: в 5 т. / Под ред. М.В. Нечкиной и др. – М., 1985. – Т.5;  Зарождение и развитие советской военной историографии 1917–1941 / Отв. ред. П.А. Жилин. – М., 1985 и др.

29 Коновалов С.С. Военные реформы 1860–1870-х гг. на Урале: историография вопроса // Вестник Челябинского государственного  университета: Серия 1. История. – Челябинск, 2007. – Вып.20. – № 11.– С.77.

30 Агарков А.Ф. Взаимодействие военной администрации и местных органов власти по расквартированию и пребыванию военных частей в российской провинции: дис. … канд. ист. наук. Брянск, 2009.

31 Горячев  В.Б. Комплектование  русской армии рядовым составом в конце XIX–начале XX вв.: дис. … канд. ист. наук. – М., 2006.

32 Симкин Д.С. История воинских призывов россиян: 1874–1917 (на примере Курской губернии): дис. … канд. ист. наук. – Курск, 2006.

33 Окунев С.Ю. Государственное ополчение в России в XIX–начале XX века: дис. … канд. ист. наук. СПб., 2005.

34 Зуев М.Н. Подготовка военно-обученного резерва в России (1876–1914): дис. … канд. ист. наук. СПб., 2008.

35 Щербинина Ю.В. Социальная адаптация и правовое положение отставных и бессрочноотпускных солдат русской армии в XIX в.: автореф. дис. … канд. ист. наук. Воронеж, 2007. [Электронный ресурс]. // Сайт Воронежского государственного педагогического университета. URL: www.vspu.ac.ru/images/news/27_02_2007/ref2.doc (дата обращения: 6.07.2010).

36 Великие реформы в России. 1856–1874 / Под ред. Л.Г. Захаровой, Б. Эклофа, Дж. Бушнелла. – М., 1992.







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.