WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

УДК 623.821.2.01(470) «1905/1917» (943.3)




ВИНОГРАДОВ Сергей Евгеньевич






СОЗДАНИЕ ЛИНЕЙНЫХ КОРАБЛЕЙ ДРЕДНОУТНОГО ТИПА

В РОССИИ В 1905 1917 гг.:

ПРОЕКТИРОВАНИЕ, ПОСТРОЙКА И БОЕВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ







Специальность 07.00.10 – История науки и техники





АВТОРЕФЕРАТ

Диссертации на соискание учёной степени

кандидата исторических наук

Санкт-Петербург

2012

Работа выполнена на кафедре истории Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Санкт-Петербургский государственный морской технический университет» (ФГБОУ СПбГМТУ)

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор  Санкт-Петербургского

  государственного морского технического университета

  Массов Александр Яковлевич

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор Российского госуда-

  рственного Педагогического университета им. А.И. Герцена

  Османов Али Ибрагимович


  доктор исторических наук, профессор, заместитель главного

  редактора журнала для учёных «Клио»

  Лосик Александр Витальевич


Ведущая организация: Федеральное государственное бюджетное образовательное

  учреждение высшего профессионального образования

  «Российский Государственный  Гуманитарный Университет»

Защита состоится « 16 » мая 2012 г. в 16 часов на заседании Объединенного совета ДМ 212.199.30 по защите докторских и кандидатских диссертаций при Российском государственном педагогическом университете им. А. И. Герцена и Санкт-Петербургском государственном морском техническом университете по адресу: 197046, Санкт-Петербург, ул. Малая Посадская, д. 26, ауд. 317.



С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена (Санкт-Петербург, 191186, наб. реки Мойки, д. 48, корп. 5) и в научной библиотеке Санкт-Петербургского государственного морского технического университета (Санкт-Петербург,190008, Лоцманская ул., д. 10)



Автореферат разослан  «______ »__________________ 2012 г.

Учёный секретарь Объединённого совета                                 М.М. Воронина

по защите докторских и кандидатских

диссертаций, доктор технических наук, профессор

Общая характеристика работы

В диссертации изучаются историко-технические и научно-исследовательские аспекты конструирования, строительства и боевого применения линейных кораблей дредноутного типа в России в период 1905 – 1917 гг. Тема затрагивает научно-техническую, экономическую, финансовую и политическую составляющую.

Исследование охватывает период исторического перехода всех ведущих морских держав к строительству линкоров системы «дредноут» – тяжёлых артиллерийских кораблей качественно новой конструкции, основной ударной силы боевых флотов начала ХХ столетия. Указанный этап совпал с повышенным вниманием всех крупных держав к созданию мощных ВМС, способных отстоять их интересы в борьбе за сферы влияния, колонии и рынки сбыта. Развитие и совершенствование типа линейного корабля освещается на фоне важнейших внешне- и внутриполитических процессов, происходивших в России с начала ХХ века.



Актуальность темы диссертационного исследования, помимо её чисто научного, исследовательского аспекта, обусловлена необходимостью применения накопленного исторического опыта по созданию системы стратегических вооружений в кратчайшие исторические сроки. Острота данного вопроса остается непреходящей, несмотря на смену исторических эпох. Становление системы серийной постройки дредноутов является отчётливым примером мобилизационного типа государственной деятельности, обусловленной остротой переживаемого исторического момента, а также необходимостью следования передовым общемировым тенденциям в условиях поиска адекватного ответа на внешние вызовы, угрожающие  национальным интересам.

Предпринятое исследование позволяет обстоятельно изучить и по-новому осмыслить развитие стратегической компоненты вооружённых сил России на значимом историческом этапе и представляет собой первое комплексное исследование по этому вопросу. Актуальное звучание поставленных в диссертационной работе проблем явилось действенным стимулом для проведённого исследования.

Хронологические рамки исследования. Нижняя хронологическая граница исследования определена 1905 годом, когда в Англии началась постройка первого линкора принципиально нового типа – «Дредноута». В этом же году русское Морское министерство в преддверии воссоздания потерянных в войне 1904 – 1905 гг. линейных сил образовало специальную комиссию для всестороннего обобщения боевого опыта и учёта всех наиболее передовых тенденций в линкоростроении. С этих пор главной стержневой осью и стратегической задачей правительства стала разработка и утверждение новой судостроительной программы. В качестве верхней границы взят 1917 год, в конце которого в результате перемирия, заключённого Советским правительством с Германией 2 декабря, прекратилась боевая деятельность русских дредноутов. Однако в той мере, в какой это представилось важным для уяснения процессов, приведших к появлению линейных кораблей системы «дредноут», изложение в ряде случаев начинается с 80-х гг. XIX в.

Исходя из сложившейся на сегодняшний день историографической ситуации, определены цели и задачи диссертационного исследования. Его цельюстало возможно более полное освещение и анализ политических, финансово-экономических, индустриальных, кораблестроительных и тактических аспектов создания в указанный период в России линейных кораблей дредноутного типа, а также определение степени их эффективности и общегосударственной значимости. Для достижения этой цели нами определён следующий круг принципиальных исследовательских задач:

  • обосновать правильность решения о необходимости перехода к созданию линейных кораблей системы «дредноут» при воссоздании флота после Русско-японской войны;
  • проследить эволюцию взглядов на тактико-техническую схему будущих линкоров-дредноутов, становление и развитие принципиальных инженерных решений, положенных в основу их конструкции;
  • определить факторы и причины интенсивного роста боевой мощи дредноутов при переходе от одной их серии к другой;
  • рассмотреть особенности хода постройки дредноутов;
  • показать необходимость, масштабы и динамику развития индустриальной базы для крупносерийного строительства тяжёлых артиллерийских кораблей дредноутного типа;
  • выявить ход участия русских дредноутов в морских операциях 1915 – 1917 гг., изучить его характер и особенности;
  • на основе осуществлённого исследования комплексно проанализировать уровень замысла, ход реализации крупных программ строительства дредноутов перед и во время Первой мировой войны, их влияние на ситуацию на морских театрах боевых действий.

Объектом исследования являютсялинейные корабли типа «дредноут» как основа морских сил возрождаемого после Русско-японской войны флота, предназначенные для решения широкого круга оперативных и стратегических задач на важнейших морских театрах России, а также игравшие ключевую роль в формировании военно-морской мощи государства.

Предметом исследования стали взгляды, концепции, программы восстановления морской мощи России после войны 1904 – 1905 гг., ход разработки конструкции отечественных линкоров-дредноутов, обстоятельства их строительства, а также создания мощной и современной промышленной базы кораблестроения, вооружения, броневой защиты, судового машиностроения и приборостроения. Предметом исследования также являлись взгляды в изучаемый исторический период государственных деятелей, моряков, корабельных инженеров, специалистов по артиллерии на проблемы состояния флота, пути его реформирования линкорами нового типа, их конструкцию, а также на способы их решения.

Методологической основой диссертационного исследования являются методы историзма и объективности. Для изучения проблемы строительства и боевого применения линейных кораблей дредноутного типа автор обращался к системному научному анализу, позволяющему рассматривать весь комплекс фактов, сопутствующих созданию линкоров нового типа в их неразрывной взаимосвязи. Характер поставленных в исследовании задач обусловил применение сравнительно-исторического, количественного и структурно-функционального методов исследования. Использование ретроспективного метода позволило изучить и проанализировать процессы, происходившие в сознании верховной власти, парламентского представительства в отношении необходимости создания дредноутов, их количественной и качественной компоненты, а также оценить результаты принимаемых государственными органами решений. Статистический метод позволил, на основе выявления, систематизации и обработки учётно-статистических данных о боевых походах русских дредноутов в ходе Первой мировой войны определить и проанализировать уровень их оперативной нагрузки, её влияние на решение задач отечественных морских сил на театрах боевых действий. 

Степень изученности темы. Проблемы, затронутые в диссертации, всё ещё остаются недостаточно исследованными в отечественной и зарубежной историографии.В общем плане вопросов создания линейных кораблей дредноутного типа в России в 1905 – 1917 гг. касались в своих трудах только авторы, изучавшие морскую политику, экономику, развитие флота накануне Первой мировой войны в целом. Это нашло отражение в ряде монографий и нескольких заслуживающих внимания статей.1

Отдельные аспекты вопросов конструирования, строительства и боевого использования дредноутов затрагивались в специальных работах, посвященных смежной проблематике.Одной из первых традиционно считается работа А.Е. Колтовского «Развитие типа линейного корабля нашего флота». Широкое привлечение автором документов Морского министерства, позволило ему создать весьма полное по своей информативности исследование о выработке проекта балтийских дредноутов типа «Севастополь». Во многих аспектах эта работа остаётся востребованной и до настоящего времени. Однако она, не касаясь последующих типов линкоров, не может считаться исчерпывающим исследованием о становлении конструкции дредноута в России в 1905 – 1917 гг.2

Этот пробел был отчасти восполнен в монографии М.А. Петрова3 и развитой им в серии статей, опубликованных в 20-е гг. ХХ в.4 В начале 40-х гг. увидел свет труд К.П. Пузыревского, проливающий свет на обстоятельства, сопутствующие боевому применению русских дредноутов в ходе Первой мировой войны. В частности, им были описаны аварии, происшедшие с ними в 1915 – 1917 гг. по навигационным причинам.5

В конце 50-х гг. – 60-е гг., был издан ряд отечественных сборников документов, а также монографий об участии моряков в подготовке и проведении Октябрьской революции и их участии в Гражданской войне, в которых содержатся сведения и из жизни дредноутов.6 В 1964 г. увидел свет крупный труд под редакцией профессора Д.Б. Павловича о действиях русского флота в период Первой мировой войны.7 В нём рассматриваются предвоенные планы боевого применения дредноутов, а также кратко освещается их участие в боях и походах в 1915 – 1917 гг.

Работы, касающиеся отдельных аспектов истории отечественных линейных кораблей системы дредноут, вышедшие в 20-х – начале 60-х гг., достаточно разнообразны по тематике, степени исследовательского подхода, обилию использованного материала, и, как итог, по общему вкладу в разрабатываемую проблематику. Ряд из них, как, например, исследования А.Е. Колтовского и М.А. Петрова, принадлежали перу людей, непосредственно причастных к созданию дредноутов или служивших на них. Однако для всех этих работ характерно то, что в каждой из них авторы исследовали лишь какую-нибудь одну из сторон сложной и многогранной проблемы – место системы оружия «дредноут» в политической перспективе, стратегических расчётах, становление его конструктивной схемы или отдельные аспекты участия кораблей в боевых операциях.

Пожалуй, единственным исключением в ряду немногочисленных работ по исследуемому вопросу может служить монография И.Ф. Цветкова «Линкор «Октябрьская Революция».8 В этой своей работе он впервые предпринимает попытку комплексного подхода к исследованию широкого круга вопросов, сопутствующих такому крупному явлению, каким был линкор начала ХХ века. Созданная в «эпоху застоя» и несвободная от идеологических наслоений, эта работа, тем не менее, может быть признана первой попыткой разностороннего подхода к рассматриваемому вопросу. Проблемы проектирования и постройки линкоров нового типа в России в довоенный период и во время Первой мировой войны И.Ф. Цветков затронул и в своей докторской диссертации, которая, однако оставляет исследователю дредноутов достаточный простор в разработке и оценке историко-технических проблем, связанных с конструированием, строительством и, особенно, с боевым применением дредноутов.9

Именно в подобном методологическом контексте представляется обоснованной дальнейшая разработка данного вопроса. Автор настоящей работы поставил перед собой цель исследовать проблему стратегической системы вооружений «дредноут» в поле политических, финансовых, экономических и оперативно-тактических возможностей и ориентиров тогдашней России, в тесной связи с проблемами реформирования Морского министерства, воссоздания флота и модернизации судостроительных, машиностроительных и оружейных производств.

Правомерность подобного подхода, по нашему мнению, оправдывается также и тем, что в период 30-х – 80-х гг. область исторических исследований применительно к тематике дореволюционной России подвергалась искусственному сужению по причинам в первую очередь идеологического характера. Разработка ряда крупных начинаний последних лет царской власти – а далеко идущие планы создания дредноутов относятся к ним в первую очередь – сделалась практически невозможной в силу затруднения широкому кругу исследователей доступа к фондам ряда архивохранилищ.

В последние десятилетия положение изменилось в лучшую сторону. Историки смогли не только обратиться к исследованию насыщенных архивных пластов документов, но и постепенно, начиная с рубежа 80-х – 90-х гг., перейти к публикации своих наработок в многочисленных новых изданиях по истории кораблестроения и флота.

С начала 90-х гг. ХХ в. в историографии отечественных дредноутов произошёл зримый подъём. Рост числа публикаций, сопровождался, как правило, сравнением конструктивно-тактических свойств отечественных дредноутов с их зарубежными сверстниками-конкурентами. Пионерами в исследовании этих вопросов стали И.И. Черников и В.Ю. Усов. В отраслевом журнале «Судостроение» во второй половине 80-х годов они опубликовали ряд статей о российских дредноутах.10 Тема дореволюционной истории этих кораблей в последнее двадцатилетие звучала на страницах как научных журналов «Вопросы истории», «Военно-исто-рический журнал»,11 так и научно-популярных «Гангут»12, «Флотомастер»13, «Цитадель».14

В течение последнего десятилетия появился ряд тематических публикаций, посвящённых более подробному описанию конструкции российских дредноутов и, в ряде случаев, её критической оценке. Таковы текстуально небольшие работы Р.М. Мельникова, А.В. Скворцова и Л.А. Кузнецова.15 В целом они верно освещают отдельные аспекты истории отечественных дредноутов и опираются на работы предшественников и архивные документы. В то же время авторы этих публикаций порой впадают в отношении объекта своегоисследования в излишне критический тон, не всегда оправданный с точки зрения фактического положения вещей.

К теме русского типа дредноута в последние годы нередко обращаются и зарубежные исследователи. В основе их работ лежат публикации в российской литературе, однако в ряде случаев западныеисторики работали и в российских архивохранилищах. Таковы британец Дж. Уэствуд и американец С. Маклахлин. Их перу принадлежат наиболее взвешенные и информативные работы, проникнутые заметным стремлением подробно разобраться во всех принципиальных аспектах конструкции русских дредноутов и вынести о них объективные суждения.16 В подобном же позитивном направлении выстроена работа американца Н. Фридмэна о развитии методов и приборной базы контроля огня тяжёлой артиллерии линкоров эпохи дредноутов.17 В целом корректные и аналитически ориентированные, эти работы всё же подвержены единой принципиальной слабости – они практически не вводят в научный оборот новых источников и являются как бы компиляциями публикаций российских исследователей на английском языке.

В отдельную группу следует выделить публикации о формировании индустриальной базы для строительства дредноутов. Процесс издания работ о развитии производств для их постройки был начат в 30-е гг. и продолжился в 60-е. Фактографическая составляющая этих работ выстраивалась, преимущественно, в направлении повествования о зарождении и развитии на заводах революционного движения.18 Публикация аналогичных работ была продолжена в 70 – 80 гг., однако их ценность с точки зрения проблематики предпринятого автором диссертационного исследования представляется незначительной.19 В последние годы был осуществлён ряд публикаций документов и исследований по предреволюционному развитию судостроения и смежных производств, они были использованы в диссертации.20

В ряду работ о развитии индустриальной базы выделяются монографии К.Ф. Шацилло. Больших достоинством его работ является широкий политико-экономический фон, на котором историк воспроизвёл картину состояния и развития отечественных производств. 21

Проведённый обзор историографии темы дредноутов в России 1905 – 1917 гг. позволяет сделать вывод, что, несмотря на определённые успехи, до сих пор не имеется комплексного исследования данной проблемы с позиций истории науки и техники. Тема русского «дредноутостроения» и «дредноутизации» флота перед и во время мировой войны остаётся в значительной степени малоизученной, и настоящее исследование призвано восполнить этот пробел. 

Основу источниковой базы по теме исследования составили материалы 50 фондов из 10 архивов Российской федерации и ФРГ, а также 2 музеев России и Великобритании. Прежде всего, этоматериалы Российского Государственного архива Военно-морского флота (РГАВМФ, Санкт-Петербург); приподготовки диссертации были проработаны и использованы материалы 34 фондов этого архива.22 При подготовке и написании разделов о модернизации индустриальной базы под потребности крупносерийного строительства дредноутов использовались документы, сосредоточенные в фондах заводов и верфей, выполнявших заказы на дредноуты. Основная их часть сосредоточена в Центральном Государственном историческом архиве Санкт-Петербурга (ЦГИА СПб).23 Состояние этих производств к моменту установления Советской власти, т.е. тогда, когда они находились на пике своего развития по программам модернизации последних предреволюционных лет, прослеживается по делам Российского Государственного архива экономики (РГАЭ, Москва). Это фонды Учреждений по руководству военной промышленностью ВСНХ СССР (Ф. 2097) и Народного комиссариата тяжёлой промышленности (Ф. 7297).

Большинство использованных в диссертации архивных материалов из РГА ВМФ, ЦГИА СПб и РГАЭ выявлены автором и впервые вводятся в научный оборот.

Из фондов Российского Государственного Военно-исторического архива (РГВИА, Москва) были почёрпнуты документы, знакомящие с процессом выработки верховными учреждениями России консолидированного взгляда на роль и место подлежащих постройке дредноутов в общей системе обороны империи. Это документы фонда Совета государственной обороны (Ф. 830), а также фонда Главного управления Генерального штаба (Ф. 2000). Помимо указанного собрания документов РГВИА интерес представляли документы фонда Морского штаба Верховного главнокомандующего (Ф. 2003), по которым прослеживается хронология боевого применения русских дредноутов в морских операциях Первой мировой войны.

Несомненный и первостепенный интерес представляли также документы высших учреждений царской России, ведавшие вопросами отпуска средств на крупные и затратные программы строительства дредноутов. Они сосредоточены в Российском Государственном Историческом Архиве (РГИА, Санкт-Петербург) в фондах Департамента Государственного казначейства (Ф. 565), Совета министров (Ф. 1276), Государственной думы (Ф. 1278).

В Российском Государственном архиве кинофотодокументов (г. Москва) были выявленыи впервые использованы воспоминания бывшего директора Русско-Балтийского судостроительного завода И.А. Гаврилова, открывающие дополнительные факты и проливающие новый свет на постройку и деятельность этого крупнейшего предприятия накануне и в период Первой мировой войны.24

В Санкт-Петербургском филиале Архива российской академии наук (СПФ АРАН), были проработаны материалы личного архива А.Н. Крылова25, выдающегося учёного-кораблестроителя, одного их демиургов русского типа дредноута. Все они вводятся в научный оборот впервые.

Отдельную группу источников представляют воспоминания лиц, участвовавших в процессе выработки конструктивных решений дредноута национального типа и служивших на дредноутах офицеров. Это опубликованные мемуары государственных деятелей – императора Николая II, министра иностранных дел С.Д. Сазонова, морского министра адмирала И.К. Григоровича, а также посла союзной Франции в России М. Палеолога.26 Использованы также воспоминания А.Н. Крылова. Широко привлекались опубликованные материалы из воспоминаний прикомандированного к Ставке капитана 1 ранга А.Д. Бубнова, офицера штаба флота Балтийского моря И.И. Ренгартена, старшего артиллериста дредноута «Полтава» Г.Н. Четверухина, офицера дредноута «Петропавловск» А.А. Геринга, старшего офицера эсминца «Новик» Г.К. Графа. Интерес для рассматриваемого в диссертации вопроса представляли также воспоминания представителя России приГранд Флите Г.К. Шульца. Все эти мемуарные свидетельства позволяют лучше понять причины принимаемых решений, детали боевой подготовки и боевых операций.27

Весьма интересными в ряду мемуаров являются также выявленные в Отделе рукописей Российской национальной библиотеки и впервые вводимые в научный оборот воспоминания и дневники Л.В. Ларионова, командира яхты морского министра «Нева». Контактировавший по роду службы со многими информированными фигурами в военно-морском руководстве, он оставил ценные заметки о мотивации и причинах тех или иных решений относительного боевого применения дредноутов, а также интересные подробные психологические портреты адмиралов и иных деятелей, позволяющие лучше понять эти причины.28 Весьма информативными являются также неопубликованные до сих пор воспоминания С.А. Изенбека, в 1914 – 1916 гг. флагманского артиллерийского офицера бригады балтийских дредноутов. С.А. Изенбек, побывав 1916 – 1917 гг. в продолжительной командировке в Англии на дредноутах Гранд Флита, провёл сравнительный анализ постановки этого дела в британском и русском флоте, причём сравнение далеко не всегда получалось в пользу оружия союзников.29





Немало ценных сведений содержат и неопубликованные воспоминания корабельных инженеров А.И. Маслова и В.И. Юркевича, участвовавших в проектировании и строительстве дредноутов в 1911 – 1917 гг.30 В них раскрываются причины тех или иных решений в кораблестроительной политике, с неформальной стороны освещаются принципы организации проектных работ, даётся оценка применённых технических решений и анализируются итоговые конструкции сравнительно с иностранными дредноутами тех лет. Ещё один их коллега и сотрудник – корабельный инженер В.П. Костенко, также оставил массу неопубликованных материалов о различных аспектах конструкции тогдашних линкоров. Упомянутые выше рукописные материалы ранее в подготовке исследовательских работ не использовались и также впервые вводятся в научный оборот.

Широкий тематический фон, создаваемый воспоминаниями непосредственных участников создания дредноутов, службы на них, высказываемыми ими суждениями о тех или иных особенностях их конструкции и боевого применения позволяет вернее понять сильные и слабые стороны этих создававшихся в России в 1905 – 1917 гг. стратегических боевых кораблей. Содержащиеся в дневниковых и мемуарных записях взгляды и выводы, не зафиксированные официальными документами, отражают опыт и точку зрения непосредственно соприкасавшихся с дредноутами людей.

Важным подспорьем при оценке проблематики конструирования, строительства и боевого применения дредноутов в 1905 – 1917 гг. стали материалы, содержащиеся в Отделе фондов Центрального Военно-морского музея (ЦВММ, Санкт-Петербург). Это чертежи и спецификации, отражающие конструкцию, эволюцию проектных решений и устройство кораблей (фонд чертежей), фотоматериалы, запечатлевшие все стадии их строительства, испытаний и боевой службы (фотонегативный фонд), а также модели дредноутов, выполненные в период их проектирования и постройки (модельный фонд).

В процессе исследования использовались публикации официальных документов. К их числу следует отнести Ежегодники Министерства финансов и ежегодные отчёты Государственного контроля за 1910 – 1914 гг., а также официальные отчёты и публикации Морского ведомства. К ним относятся ежегодные отчёты и доклады по Морскому министерству, Сборники приказов, циркуляров и инструкций, сметы Морского министерства, объяснительные записки к законопроектам и техническим проектам кораблей, их спецификации.

Подробности борьбы в стенах Государственной думы за выделение кредитов на строительство флота и постройку дредноутов, мнения депутатов, а также остроту дискуссий и ход принятия решений по исследуемому вопросу удалось проследить по Стенографическим отчётам Думы и её Обзорам деятельности комиссий и отделов за период 1908 – 1915 гг. Существенную помощь при работе над темой удалось получить из опубликованных Особых журналов Совета министров Российской империи за период 1909 – 1917 гг. В них отражено движение вопросов по многочисленным представлениям Морского министерства об отпуске средств на его различные начинания, среди которых основными являются проблемы финансирования постройки дредноутов и развития соответствующих производств.31

И, наконец, документальная база исследования получила итог в материалах из британского Национального Морского музея (NationalMaritimeMuseum, Greenwich), откуда были почёрпнуты данные расчётных тетрадей главного корабельного инженера компании «Виккерс» Дж. Оуэнса-Тэрстона (ThurstonNotebooks), в рассматриваемый период выдвинувшего значительное количество проектов дредноутов для русского флота.32 Из британского Морского музея были также получены копии построечных чертежей перспективных дредноутов британского Гранд Флита, а из германского Федерального/ Морского архива (Bundesarchiv/Marinarchiv, Freiburg) – немецких дредноутов Флота Открытого моря, что дало возможность детально сопоставить уровень применённых в них конструктивных решений с аналогичными решениями отечественных инженеров.33

Существенно дополняют взгляд на боевое применение русских линкоров нового типа и вытекающую из этого оценку их стратегической значимости сведения из изданий, принадлежащих перу немецких авторов – современников рассматриваемого периода дредноутов. Это, в первую очередь, мемуары гросс-адмирала А. Тирпица, традиционно считающегося «отцом германского дредноута».34 Ещё один важнейший свидетель, командующий Флотом Открытого моря адмирал Р. Шеер, также в своих мемуарах весьма взвешенно высказывался о возможностях русского Балтийского флота с четырьмя дредноутами во главе.35 Показателен с точки зрения отношения противника к русским дредноутам и взгляд со стороны официальной германской историографии, прослеживающийся по работам Р. Фирле, Г. Рольмана, Г. Лорея и Э. Чишвица.36

В качестве источника с соответствующим критическим подходом к нему были изучены публикации в отечественных и зарубежных периодических изданиях, как специального научно-технического характера, так и публицистика по морской тематике. Газеты и специализированные журналы, выражавшие точку зрения официальных учреждений, отдельных партий или социальных групп, уделяли значительное внимание постройке дредноутов. В них, как правило, широко освещались выдаваемые заказы, стоимость сооружавшихся кораблей, применяемые технические новинки, подробности конструкции, вооружения и защиты строившихся дредноутов. Подобные сведения представляются для исследуемого вопроса весьма ценными, поскольку отражают оценку современниками как тактико-технической стороны реализуемых проектов кораблей, т.е. их потенциальную успешность, так и сопутствующие их созданию факторы политического, финансового, экономического и индустриального плана.

При подготовке диссертации были изучены британские военно-морские информационно-аналитические ежегодники первого двадцатилетия ХХ в. – «Brassey`sNavalandShipbuildingAnnual» и «Jane`sFightingShips», ежемесячник «TheMarineEngineerandNavalArchitect», еженедельник «TheEngineer», а также газета «Times», традиционно уделявшая значительное внимание флоту. Рассмотрению подверглись германский судостроительный журнал «Schiffbau», ежемесячники американского («USNIP» [UnitedStatesNavalInstitutePrоceedings]) и итальянского («RivistaMarittima») флота. Отечественная пресса представлена как официозами Морского министерства «Котлин» и «Кронштадтский Вестник», так и общественно-политическими «Новое Время», «День», «Санкт-Петербургские ведомости». Использовались также специализированные журналы, такие как «Морской Сборник», «Ежегодник Союза морских инженеров», «Труды Императорского русского технического общества».

Помимо отечественной и зарубежной периодики использовались публикации эмигрантских периодических изданий. В основном это сведения мемуарного плана, ценность которых заключается в приведении фактов, мнений и выводов непосредственных участников службы на дредноутах, незамутнённых цензурными ограничениями, характерными для публикаций в советских изданиях того времени.37

Использованная источниковая база позволяет достаточно полно и объективно исследовать избранную проблему. Наличие вышеперечисленных работ отечественных и зарубежных исследователей, а также выявление значительного количества источников, позволяет, как представляется, осуществить задуманное комплексное исследование  широкого круга проблем, связанных с историей создания в России дредноутов и модернизации отечественной индустрии для их крупносерийной постройки.

Основные положения, выносимые на защиту

  1. Воссоздание военно-морских сил после разгрома флота в Русско-японской войне 1904 – 1905 гг. стало одной из важнейших национальных задач России, которая настоятельно диктовалась ее геополитическими интересами и потребностями надёжной обороны морских рубежей страны. При этом линейные корабли дредноутного типа, не уступающие по силе аналогичным системам оружия других морских держав, предполагались в качестве ядра будущего флота.
  2. Становление и развитие конструкции линкоров-дредноутов в России в 1905 – 1917 гг. проходило на базисе отечественных школ кораблестроения и вооружения, российских научно-технических разработок в области теории проектирования, строительной механики корабля, разработанных на основе боевого опыта систем броневой защиты и обеспечения боевой плавучести и остойчивости.
  3. С русскими дредноутами в мировое кораблестроение пришёл новый прогрессивный метод набора корпуса на основе сталей высокого и повышенного сопротивления, комплексно связанного с их броневой и конструктивной защитой.  В сочетании с такими фундаментальными нововведениями, как крупнокалиберные артиллерийские системы нового поколения, трёхорудийные башни, а также турбинные механизмы и тонкотрубные котлы это вызвало к жизни тяжёлый корабль принципиально нового типа, обогатило отечественную науку и технику, став в итоге составной частью общемирового вектора в развитии кораблестроения.
  4. Выработанный МГШ принцип восстановления флота целыми боевыми эскадрами с сериями дредноутов во главе потребовал разработки системных программ военного кораблестроения, увязанных с общими планами обороны империи и финансовыми возможностями государства.
  5. Задачи крупносерийного строительства дредноутов дали мощный импульс ускоренному развитию судостроительной индустрии и смежных отраслей производства – машиностроению, приборостроению, металлургии, химической и оптической промышленности, интенсивность которого позволяет квалифицировать его как процесс мобилизационного типа.
  6. Применение линкоров-дредноутов в морских операциях Первой мировой войны подтвердило все имевшиеся в их отношении ожидания – недопущение возможной германской операции прорыва вПетрограду на Балтике и обеспечение полного господства русского флота на Чёрном море, ставшее фактором стратегического доминирования в регионе.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в том, что оно является первой работой, посвящённой комплексному изучению разработки, создания, развития и боевого применения Россией новой системы морских вооружений – линейных кораблей класса «дредноут». Оно заполняет существующую лакуну в истории морских вооружений России последнего предреволюционного десятилетия, а также позволяет приблизиться к разрешению ряда вопросов, связанных со спецификой и особенностями развития техники и технологии отечественного кораблестроения в начале ХХ в. В научный оборот вводится обширный массив новых источников, содержащих сведения о конструировании, строительстве и боевом применении русских дредноутов.

Ряд сюжетов был изложен и проанализирован впервые. Это относится, в частности, к выработке концепции дредноута самобытного национального типа. Впервые изучены усилия страны по созданию мощной промышленной базы для успешного строительства самых современных и мощных линкоров-дредноутов. Впервые в научной литературе в диссертации подвергнут всестороннему анализу опыт боевых походов русских дредноутов в ходе первой мировой войны.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что положения и выводы диссертации способствуют развитию теоретических научных знаний в области истории кораблестроения и оборонных технологий – одной из основ национальной безопасности государства. Полученные результаты пополняют потенциал отечественной исторической науки в области истории науки и техники, способствуют непредвзятому исследованию исторических параллелей в объективно значимые исторические периоды, выявляют механизмы мобилизационного типа деятельности государства при решении задач экстренной модернизации.

Практическая значимость диссертации обуславливается богатым фактическим материалом, вводимым в научный оборот и раскрывающим многообразие аспектов создания линкоров-дредноутов в России в 1905 – 1917 гг. Изложенный материал и выводы диссертационного исследования могут быть использованы при подготовке научных работ и учебных пособий по истории российской науки и техники, в частности, кораблестроения, истории развития морских вооружений России начала XX столетия, по истории внешней и военно-морской политике России. 

Апробация результатов исследования. Текст диссертации и её главы обсуждались на заседаниях кафедры истории Санкт-Петербургского Государственного морского технического университета. Отдельные её положения излагались на заседаниях проблемной группы истории кораблестроения Российского института естествознания и техники РАН. Основные положения диссертации изложены в публикациях автора общим объёмом свыше 150 печ. л.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трёх глав, заключения, списка использованныхисточников и литературы и 23 приложений.

Основное содержание работы

Во Введении обосновывается актуальность исследования, определяются основные цели и задачи, обозначаются методологические подходы, раскрывается степень изученности темы и его источниковая база.

Первая глава диссертацииРусский дредноут: выработка и совершенствование конструкции, 1905 1917 гг. Проблемы и решения состоит из трёх параграфов. Отмечается, что в условиях блокового противостояния в Европе и приближения глобальной схватки за передел мира, наличие для России сильного флота с линейными кораблями новейшего типа приобретало особую значимость с точки зрения защиты её внешнеполитических, военно-стратегических и экономических интересов.

В первом параграфе «Выработка конструкции линейного корабля нового типа в России. Первые русские дредноуты (тип «Севастополь»исследуется подход, вырабатывавшийся в России при воссоздании линейного флота после Русско-японской войны. Отмечается, что после оперативной оценки боевого опыта 1904 – 1905 гг. Морским генеральным штабом (МГШ) был определён круг тактико-технических характеристик перспективных стратегических кораблей. В основу было положено вооружение из единого главного калибра в 10 – 12 12-дм орудий и механизмы новейшего турбинного типа. Принятие удачной идеи перехода к 3-орудийной башне, до этого в боевых флотах мира не использовавшейся, позволяло получить 15% экономию в весе и увеличить мощь артиллерии на 1/5, почти не поступившись тоннажём, и обрести тем самым линкор повышенной боевой мощи. Весомая выгода при этом заключалась и в менее протяжённом корпусе, более предпочтительном с точки зрения восприятия нагрузок на волне (изгиб) и при бортовой качке (кручение), защиты его бронёй и условий службы (маневренности, возможностей базирования и докования).

Таким образом, МГШ, положив в основу концепции однокалиберного линкора последовательную систему взглядов на его боевое применение, из которых следовал состав и расположение тяжёлой артиллерии, пришёл к конструктивно-тактической схеме будущего дредноута, которая и была в итоге осуществлена на практике.

При обращении к строительству технически сложнейших систем оружия – тогдашних линкоров-дредноутов, было принято прозорливое решение об их постройке на отечественных заводах, лишь в крайнем случае прибегая к помощи иностранных фирм и специалистов. Оно позволяло получить самостоятельный опыт проектирования и постройки линейных кораблей нового типа с учётом новейших зарубежных технологий, подготовить квалифицированные кадры, необходимые в последующем.

Условия на проектирование линкора 23 декабря 1907 г. были разосланы 6 отечественным заводам и 21 иностранной фирме. Разбор присланных проектов возглавил полковник А.Н. Крылов, назначенный 21 января 1908 г. и.д. главного инспектора кораблестроения. 20 мая 1908 г. Морской технический комитет (МТК) подвёл итог рассмотрения присланных проектов. Лучшим признали разработку  германской фирмы «Бломунд Фосс» (BlohmundVoss), проект русского инженера Л.Л. Коромальди, а также «вариант Х [икс]» итальянского инженера В. Куниберти. А.Н. Крылов особо выделил также проект Балтийского завода, разработанный под руководством И.Г. Бубнова. Проект был отмечен МТК как наилучший по конструкции корпуса и бронированию. Исходя из этих достоинств, МТК поручил переработать его, изменив расположение главной артиллерии на равномерно-линейное. В итоге именно проект И.Г. Бубнова и был признан наилучшим. Таким образом, проблема конструирования линкора нового типа (серия «Севастополь») оказалась отечественным специалистам вполне по плечу, более того, выдвинутые ими новаторские решения в части бронирования и конструкции корпуса были признаны лучше заграничных.

Этим проектом во всех его элементах была определена на долгие годы конструкция отечественного типа дредноута. «Севастополь» стал крупнейшим шагом в отечественном кораблестроении. Конструктивные нововведения в нём были представлены в гораздо большей мере, нежели это сопутствовало переходу к дредноуту во флотах всех других морских держав. Этот тип был признан в России настолько успешным, что стал основой для проектирования линкоров последующих серий.

Во втором параграфе «Разработка дредноутов в 1911 1917 гг.»рассматривается дальнейшее создание проектов линкоров нового типа. Итоговый проект дредноутов для флота Чёрного моря был выполнен силами Русского судостроительного общества (РСО), образованного именно для их быстрой постройки на юге России в 1910 г. Его разработку возглавлял одарённый инженер Л.Л. Коромальди, в сентябре 1911 г. возглавивший проектирование на РСО.

Серия из трёх дредноутов, заложенная в Николаеве в октябре 1911 г., (тип «Императрица Мария») в целом являлась модифицированной версией своего балтийского предшественника. Усовершенствования не носили принципиального характера, и заключались, в основном, в усилении всех, кроме палуб, элементов броневой защиты за счёт понижения требований по скорости и усиления противоминного вооружения.

В начале 1914 г. был спроектирован четвёртый дредноут для Черноморского флота. Его вооружение копировало «Императрицу Марию», а бронирование было существенно усилено, исходя из необходимости противодействия строившимся в Англии турецким сверхдредноутам. Этот линкор – «Император Николай I» – стал первым дредноутом, который разрабатывался специальной проектной группой Главного управления кораблестроения (ГУК), которую вскоре планировалось развернуть в полноценное подразделение для разработки всех кораблей флота. Проектирование возглавил И.Г. Бубнов.

Помимо линкоров для традиционной «линии баталии», в России, начиная с 1910 г., обратились к созданию дредноутов специализированного назначения. Эти корабли, именуемые линейными крейсерами, обладали скоростью крейсера и артиллерией линкора (за счёт ослабления бронирования) и развивались в направлении универсального тяжёлого артиллерийского корабля, пригодного для морской операции практически любого рода. Поскольку их важнейшей тактической характеристикой являлась повышенная сравнительно с линкорами на 5 – 6 узлов скорость, мощность их механизмов возрастала по сравнению с ними в 1,5 – 2 раза, и в итоге крейсера-дредноуты превосходили линкоры и размерами, и тоннажём.

Их общий архетип следовал из решения, найденного в 1908 г. в «Севастополе». Изначально главное вооружение планировалось из 9 14-дм орудий в трёх башнях, однако впоследствии было решено добавить четвёртую башню, что увеличивало боевую мощь на треть. Новый линейный крейсер (тип «Измаил») получил вооружение линкора-сверхдредноута – такие корабли пришли на смену дредноутам в условиях развернувшейся с начала 10-х гг. ХХ в. гонки морских вооружений.

Сочетание подобной артиллерии с высокой скоростью в 26,5 узла переводило корабли серии на качественно новую ступень – в разряд быстроходных линкоров, идея которых в то время ещё только формировалась. Её, во многом непреднамеренно, развивал лишь британский флот в серии сверхдредноутов типа «Куин Элизабет». Созданный в то же время, что и британский проект, «Измаил» олицетворял идею быстроходного линкора будущего. В конструкции применялись важные технические новинки – система активного успокоения качки, повышавшая меткость артиллерии, отопление части котлов жидким топливом, шпоночное соединение бортовых броневых плит.

Дальнейшие проекты дредноутов, в связи с началом войны, не шагнули далее чертёжной доски, хотя подготовка к их строительству осуществлялась весьма энергично – создавался новый тип орудия, натурные варианты бронирования. Сохранялась конструктивная преемственность с принципами «Севастополя» и «Измаила», а артиллерийское насыщение планировалось исключительно высоким: 12 орудий 16-дм калибра. Сверхтяжёлое вооружение должно было позволять наносить на предельных боевых дистанциях решающие повреждения любым линкорам противника, а высокая скорость хода (25 уз) – командовать условиями боя.

Разработанный весной 1914 г. под руководством И.Г. Бубнова проект сочетал ряд новинок – 4-орудийную башню, полностью нефтяное отопление котлов, эшелонную компоновку отсеков двигательной установки. Этот проект примечателен тем, что в 1914 г. ни один флот в мире не планировал иметь в своем составе столь мощных кораблей. Замысел этого линкора служит свидетельством как амбиций российских политиков, так и способностей отечественных кораблестроителей, в эпоху дредноутов очень восприимчивых к новизне и на этот раз в своих идеях шагнувших далеко вперед.

Последние проекты дредноутов в России были разработаны в конце 1916 – начале 1917 г. в Николаеве под руководством даровитого инженера В.П. Костенко. Отбросив ограничения весового порядка, он создал исключительно сбалансированные корабли, отличавшиеся высокой скоростью хода и превосходной защищённостью. 

Третий параграф «Особенности конструкции русских дредноутов»посвящён анализу их проектных решений, выработанных в 1907 – 1917 гг. Воссоздавая свои линейные силы практически с нуля, Россия нуждалась в кораблях, которые по боевой мощи, уровню защиты и живучести превосходили линкоры потенциального противника. Решение этой задачи лежало в плоскости разработки наиболее передовой, основанной на последних достижениях науки, конструкции.

Опираясь на передовые теоретические разработки, создание А.Н. Крыловым и И.Г. Бубновым специальной научной дисциплины – строительной механики корабля, русские учёные-кораблестроители во всей полноте применяли результаты этих работ при проектировании дредноутов начиная с 1908 г. Новая система набора корпуса – продольная, где основные усилия по восприятию изгибающих нагрузок на корпус воспринимались продольными связями, позволили снизить долю веса корпуса в составе нагрузки 26,3 до 21,5 % . Сам корпус теперь оказывался легче на 19%. И.Г. Бубновым были также научно разработаны нормы допустимых напряжений и создана собственная оригинальная теория проектирования корабля.

При переходе к дредноутам была радикально пересмотрена система бронирования. В основе её лежали идеи А.Н. Крылова, И.Г. Бубнова и Л.Л. Коромальди, разработанные в 1906 – 1908 гг. Характерная только для русских дредноутов разнесённая вертикальная защита существенно экономила вес и предотвращала проникновение осколков в жизненные части. Отечественные дредноуты имели полностью бронированный надводный борт.

Прямоприводные турбины применялись во всех проектах, однако уже во время войны Балтийский завод разработал проект оснащения «измаилов» понижающей зубчатой передачей, что экономило до 1200 т веса и снижало расход топлива на 20 – 30%. На первых же отечественных дредноутах были применены тонкотрубные котлы треугольного типа. Это было смелым нововведением: в линейном флоте «законодательницы мод» в морском деле – Великобритании – тонкотрубные котлы появились только на «Худе» (1918), т.е. спустя почти 10 лет. В проекте «Измаила» наряду с котлами со смешанным отоплением появляются также и нефтяные котлы, а проект линкора с 16-дм артиллерией 1914 г. отличался полностью нефтяным отоплением котлов. Этот факт свидетельствует о том, что в России своевременно проводилась прогрессивная идея перевода планируемых линейных кораблей на жидкое топливо.

В конструкции русских дредноутов нашёл воплощение важнейший опыт Русско-японской войны в части борьбы за живучесть. Была применена быстродействующая система спрямления крена с использованием крупных кингстонов в сочетании с мощной водоотливной системой. Система обеспечения боевой плавучести и остойчивости дополнялась введением поста для оперативного руководства борьбой за живучесть.

При всех прогрессивных новинках конструкция русских дредноутов не была свободна от пробелов. Так, у «Севастополя» оказалась неоправданно занижена толщина брони башен и барбетов, а создание надёжной конструктивной защиты корпуса от подводных взрывов ускользает от приоритетного внимания отечественных инженеров.

Рассмотрение хода и итогов проектирования в России в 1905 – 1917 гг. линкоров-дредноутов позволяет заключить, что проблемы их конструирования были отечественным кораблестроением в целом успешно разрешены. В 1909 – 1914 гг. в России было начато строительство 12 дредноутов и сверхдредноутов, для чего потребовалась разработка 4 подробных рабочих проектов. Эволюция отечественного линкора нового типа избегла резких скачков в его конструкции, сопутствующих установлению типа дредноута в большинстве других морских держав, и приняла стабильную форму постепенного развития удачных черт более ранних проектов и перенесения их в более поздние. Среди своих современников русские дредноуты сочетали в своём устройстве наибольшее количество принципиальных технических новшеств, которые, собранные воедино, позволили получить незаурядную по своей новизне конструкцию.

Вторая глава диссертации «Строительство дредноутов и развитие индустриальной базы» состоит из четырёх параграфов. Отмечается, что исследование процесса создания линкоров-дредноутов в период 1905 – 1917 гг. невозможно без рассмотрения тех производственных мощностей, которые могли сделать реальным интенсивное строительство крупных современных кораблей.

В первом параграфе «Балтика: судостроительные и механические заводы» дан обзор состояния судостроительной промышленности к моменту начала перехода к дредноутам. Рассматриваются общие задачи модернизации крупнейших казённых Адмиралтейского (АСЗ) и Балтийского (БСМЗ) заводов для серийной постройки линкоров нового типа. Отмечается, что постройка на них четырёх дредноутов типа «Севастополь» хотя и была в основном осуществлена в прежних эллингах, но существенному расширению подверглись их судо- и машиностроительные отделы – в связи с переходом на корпусную сталь повышенного сопротивления и установлением турбостроения.

Подробно рассмотрен ход дальнейшего техперевооружения обоих заводов для строительства сверхдредноутов серии «Измаил» – возведение новых стапелей, оснащение их кранами, постройка новых цехов и комплектование их новейшими высокопроизводительными станками, возведение электростанций, протяжённых достроечных стенок, прокладка новых транспортных путей. Подробно рассматриваются планы создания на АСЗ подотчётного казне крупного производства башен для дредноутов, возведение цехов башенного отдела, итоговое к 1917 г. состояние строительства.

Помимо возможностей казённого судостроения подробно освещается вопрос создания частных заводов и верфей, профилем которых являлись крупные линкоры-дредноуты. Вдохновлённые широкими планами правительства в отношении постройки сильного флота, частные банки и компании с размахом принялись за создание первоклассных производственных мощностей, стремясь не упустить свою долю финансового пирога при распределении заказов будущих морских программ. Общество Путиловских заводов начало в 1912 г. постройку в Петербурге с нуля крупной, оборудованной по последнему слову техники верфи, завода по изготовления турбин при ней и башенного отдела для производства орудийных установок для дредноутов. Мощностям выделенной в отдельное предприятие Путиловской верфи была с 1914 г. вполне по силам быстрая постройка дредноута с механизмами и башнями. Реализация подобных начинаний свидетельствует о стремлении частного капитала и связанных с ним предпринимателей конкурировать в вопросе создания дредноутов с наличными казёнными заводами.

Крупным новым частным судостроительным производством было также учреждённое в 1913 г. «Русско-Балтийское судостроительное и механическое общество». Его завод, возводимый в Ревеле, имел два стапеля для линкоров водоизмещением до 30 тыс. т, четыре малых стапеля и цех для комплектования кораблей турбинными механизмами. Строительство завода велось ускоренными темпами, он вошёл в строй уже в годы мировой войны и получил заказы на два крейсера, 8 эсминцев и серию тральщиков.

Второй параграф «Чёрное море: судостроительные и механические заводы»– посвящён созданию мощностей для постройки дредноутов и их строительству на южном направлении.

Центральное место в данном параграфе занимает подробное изложение истории модернизации и создания новых судостроительных производств на юге России. Отмечается, что верфи, построившие ранее все броненосцы для Черноморского флота, совершенно не были готовы к строительству дредноутов. Форсированное проведение через Думу в мае 1911 г. ассигнований на постройку трёх дредноутов для Чёрного моря стало базисом для создания новых производств. Существующие «Общество Николаевских заводов и верфей» (ОНЗиВ) получило заказ на один линкор и оперативно обновило свои производства: построило новый стапель, 150-т плавучий кран, возвело новый цех орудийных установок, оборудовало новый достроечный бассейн, модернизировало станочный парк. После спуска на воду дредноута «Екатерина II» в мае 1914 г. на этом стапеле была немедленно начата сборка более крупного «Императора Николая I».

Уже в ходе войны ОНЗиВ развернуло строительство большого металлургического и ковочного завода для выполнения крупных отливок и поковок для дредноутов. К началу 1917 г. готовность его мощностей оценивалась в 50%. Однако и этот неполный успех может свидетельствовать о способности к развитию тогдашней отечественной тяжёлой индустрии даже в обстановке тяжёлой войны и вызванных ей трудностях.

Второе предприятие, получившее заказ на постройку двух линкоров, создавалось также в Николаеве, но практически на ровном месте. Новый завод строился специально учреждённым для постройки дредноутов «Русским судостроительным обществом» (РСО), в 1911 г. начавшим возводить крупный эллинг для двух смежных стапелей под постройку линкоров водоизмещением до 30000 т. К эллингу примыкал железобетонный судостроительный цех. Примечательно, что и корпуса обоих начатых постройкой дредноутов («Императрица Мария» и «Император Александр III»), и сам эллинг возводились параллельно, кардинально экономится время на строительство кораблей.

Основная специализация РСО как верфи, в то время как ОНЗиВ мог строить и корпуса, и орудийные башни, и механизмы, привела в1915 г. к слиянию обоих заводов в единый трест «Наваль – Руссуд». Отныне бывший РСО полностью сосредоточился на постройке крупных корпусов, а  ОНЗиВ («Наваль») строил для них все судовые механизмы и орудийные башни.

В третьем параграфе «Производство артиллерийского вооружения»раскрываются задачи отечественной оборонной индустрии в отношении снабжения запланированных серий дредноутов первоклассным вооружением. Вопрос о производстве значительного количества тяжёлых орудий для них являлся особенно актуальным, поскольку на 1905 г. в России имелся только один завод – Обуховский сталелитейный (ОСЗ), где могли производиться такие орудия. Между тем, быстрое развитие корабельной артиллерии, рост калибров, требовали совершенствования производственной базы.

Модернизация ОСЗ началась параллельно с постройкой первых дредноутов серии «Севастополь.  На нём было создано электро-сталелитейное производство, возведены новые цеха орудийного, башенного и снарядного отделов, расширена электростанция, проложены новые транспортные пути. В 1913 г. на развитие производства новых типов орудий ОСЗ было выделено 3925 тыс. руб.После реализации этой программы завод был способен ежегодно изготавливать 72 12-дм орудия, или соответствующее число орудий 14 – 16-дм калибра (первых до 48, вторых до 12), а также до 180 орудий средних калибров. Существенно было расширено и производство снарядов.

В 1914 г. была подготовлена новая программа расширения ОСЗ под потребности массового производства 16-дм орудий перспективных линкоров. Она включала постройку трёх сталеплавильных печей, два крупных токарных станка для обработки орудий,  возведение нового цеха заготовки башенных конструкций рядом с прокатным и сборочным цехами. Её стоимость исчислялась в 6623 тыс. руб., однако в связи с началом войны мероприятия по этому плану оказались выполнены не в полном объёме.

Вторым казённым заводом для изготовления тяжёлой артиллерии дредноутов был избран Пермский пушечный завод, выступавший по отношению к ОСЗ в качестве подконтрольного правительству предприятия-дублёра. В 1913 г. заводу отпустили 10628 тыс. руб. для установки оборудования для производства орудий калибром 14 дм до 12 штук в год. Уже через год Пермский завод получил новые задания – теперь требовалось наладить выпуск в год не менее 18 орудий 16-дм калибра с резервом до 24 штук.

Помимо двух казённых заводов, занятых в производстве артиллерии для дредноутов, в России частным Русским акционерным обществом артиллерийских заводов (РАОАЗ), было начато в Царицыне на Волге строительство ещё одного крупного орудийного производства. Для проектирования завода и поставки оборудования оно заключило договор с британской фирмой «Виккерс», владеющей 20% акций РАОАЗ.

7 сентября 1913 г. правительством был заключён с РАОАЗ контракт на поставку 36 14-дм орудий для сверхдредноутов серии «Измаил» и береговой обороны, а также на 30 8“/50 и 101 130-мм/55 морских пушек для линкоров и крейсеров. Сумма контракта составляла 10633 руб. с уплатой казной вперёд 1/3 всей суммы. Завод оборудовался для выделки ежегодно не менее чем 12 орудий 16-дм калибра и 50 орудий меньших калибров. Постройка завода и комплектование его оборудованием в связи с начавшейся вскоре войной шло непросто. Полностью завод был пущен в ход уже в советское время.

Башенные установки для дредноутов изготавливал также частный Петроградский Металлический завод (ПМЗ), являвшийся крупным производством, располагающим опытными инженерно-техническими кадрами. В 1909 г. проект трёхорудийной 12-дм башни, разработанный ПМЗ, стал победителем на конкурсе проектов орудийной установки для первых русских дредноутов. По этому проекту исполнялись и аналогичные установки для четырёх черноморских линкоров. В 1912 – 1913 гг. заводом была осуществлена разработка проекта трёхорудийной 14-дм башни для линейных крейсеров серии «Измаил». Каждая третья башня дредноутов исполнялась на ПМЗ.

В четвёртом параграфе «Производство брони»подробно рассматривается развитие броневых заводов. Основная роль в этом принадлежала казённому Ижорскому заводу, которому для своевременного обеспечения бронёй четырёх дредноутов типа «Севастополь» было необходимо увеличить её выпуск более чем в 2,5 раза. По плану наращивания бронепроизводства на Ижорсом заводе на него передавался броневой отдел с ОСЗ, что признавалось необходимым для «специализации казённых заводов и расширения броневого производства, в связи с постройкой новых судов, лишь на одном заводе». Масштабная задача увеличения производства в разы, требовала, по сути, создания нового броневого завода с цехами и всем оборудованием – сталеплавильными и закалочными печами, кранами, мощными прессами для загибания броневых плит, расширением вспомогательной инфраструктуры, созданием новых транспортных путей. В 1911 1912 гг. заводу было отпущено для этого 6243 тыс. руб.

Новые мощности вступили в строй в 1912 г. С их пуском завод смог выпускать до 12 тыс. т крупповской цементированной брони ежегодно, не считая палубной. Очередное дооборудование завода, потребовавшееся в связи с введением на линкорах скрепления броневых поясных плит между собой шпонками по всей высоте плиты, началось в 1914 г.

Помимо казённого Ижорского завода броню для дредноутов выпускал частный завод, построенный в 1911 г. на юге России, «Никополь-Мариупольским горным и металлургическим обществом». Он был оснащён по последнему слову техники, по некоторым параметрам выпускаемых броневых плит даже превосходил Ижорский завод и начал производство толстой цементированной брони по методу Круппа в 1911 г. Осенью 1913 г., в связи с освоением способа скрепления плит стыками друг с другом посредством шпонок, на заводе приступили к дооборудованию. На расширение производства и его пополнение станками для фигурной строжки кромок плит было ассигновано 1000 тыс. руб. Дооборудование завода закончилось в начале 1915 г.

Подвергнутые кардинальному переоборудованию в 1910 – 1915 гг., русские бронепрокатные заводы по мощности своих технических средств не уступали лучшим иностранным производствам. Достаточно упомянуть, что Ижорский завод в 1913 г. произвёл почти 14 тыс. т крупповской цементированной брони, а в 1914 – уже свыше 19 тыс. т. Подобный уровень производства позволил полностью снять проблему своевременного снабжения строившихся дредноутов бронёй, характерную для конца XIX в. и первых лет ХХ столетия, когда до 20 % брони тогдашних линкоров-додредноутов приходилось заказывать заграницей. Теперь вся линкорная броня, в наиболее полном соответствии с выдвинутым правительством лозунгом «строить корабли в России, из русских материалов, руками русских рабочих», была отечественного производства.

Третья глава диссертации «Боевое применение русских дредноутов, 1915 1917 гг.» – состоит из трёх параграфов.

В первом параграфе «Планы боевого применения линкоров-дредноутов в России, 1907 1914 гг.»рассматриваются довоенные воззрения на будущее использование дредноутов. Необходимость разделения всего боевого флота на две части – для Балтики и Чёрного моря обусловила расхожесть принципиальных задач морских сил на каждом из театров и, соответственно, планов боевого применения линейных кораблей.

На Балтике основной задачей линкоров была признана оборона Финского залива от неприятельского (германского) флота вторжения, который ввиду слабости русских сил после 1905 г. мог решиться на операцию в направлении Кронштадта и Петербурга с высадкой крупного десанта в тыл Северному фронту. Эта задача была конкретизирована принятым в начале 1907 г. оперативным планом развёртывания Балтийского флота и осталась неизменной в его уточнённых в 1910, 1912 и 1914 гг. вариантах. 

Для противодействия прорыву неприятельского флота предполагалось оборудовать морскую оборонительную позицию (в плане 1907 г. – по меридиану о. Гогланд, после 1910 г. – о. Нарген). Финский залив при угрозе вторжения перекрывался минными полями, а все наличные линкоры при попытке их форсирования вступали с неприятелем в решительный бой. Этот план противодействия противнику меньшими силами основывался на идее активной обороны минно-артиллерийской позиции. Для её заблаговременного оборудования в 1912 г. в Ревеле было начато строительство новой крупной морской крепости и базы флота, в состав которой, для поддержки действий линкоров за кромкой минного поля, должны были войти сильные береговые батареи.

Планы боевого применения балтийских дредноутов имели ещё одну составляющую. Она заключалась в намерении правительства использовать их в качестве «свободной морской силы», которая при определённой политической необходимости могла быть отослана с Балтики для подкрепления интересов империи в любой точке мира. Таким образом, планы использования балтийских дредноутов в процессе их постройки, происходившей с 1909 по 1914 гг., изменению не подверглись. В случае войны с Германией они должны были участвовать в позиционной операции по отражению вражеского удара на Петербург, в контексте же амбиций «свободной морской силы» могли быть отправлены в океан для оказания военно-политического давления.

Иначе рассматривался вопрос о применении дредноутов на юге. Здесь в его основу закладывалась задача противодействия попыткам любой морской державы ввести в случае войны свой флот в Чёрное море. По плану войны 1908 г. линкоры должны были действовать на минной позиции у Босфора против сил вторжения противника.

Как и на Балтике, во взглядах на будущее применение черноморских дредноутов присутствовала и сверхзадача. Она заключалась в обеспечении силовой акции в Босфоре для захвата зоны проливов, что должно было увенчать вековую мечту российской политики – обеспечение свободного выхода в Средиземноморье. Тактически действия дредноутов при этом не должны были отличаться от действий линкоров старого типа – подавление тяжёлой артиллерией береговых укреплений Босфора, поддержка десанта, артиллерийский бой с флотом противника при попытке противодействия последнего.

В параграфе втором «Боевое применение дредноутов на Балтике» рассматриваются действия четырёх линейных кораблей типа «Севастополь», переданных флоту в конце 1914 г. Переведённые тогда же в главную базу – Гельсингфорс, они прошли укомплектование, курс приёмки всех устройств и систем, а с апреля по июль 1915 г. – курс боевой подготовки. Сведённые вместе с четырьмя линкорами старого типа в эскадру, дредноуты продолжали оставаться основным ресурсом для боя на Центральной минной позиции. Положение изменилось с августа 1915 г., когда командование флота получило разрешение пользоваться двумя дредноутами без особого разрешения свыше.

Первой их боевой операций стало обеспечение 15 августа минной постановки у Ирбенской позиции. Для этого были привлечены «Севастополь» и «Гангут», которые прикрывали отряд постановки с зюйда. При возвращении корабли попали в навигационные аварии, причём «Севастополь» вышел из строя на 71 сутки. В сумме «Севастополь» и, сразу вслед за ним, «Полтава» отсутствовали в строю 97 суток, в течение которых боевая мощь 1-й бригады оставалась сокращённой на четверть. Несмотря на оба инцидента, «Петропавловск» и «Гангут» 28 – 30 октября и 22 – 24 ноября 1915 г. привлекались к обеспечению новых минных постановок в центральной части Балтийского моря к югу от о. Готланд. На этих заграждениях вскоре подорвались два германских крейсера.

С этих пор дредноуты на Балтике уже ни разу не выходили в боевые походы, хотя существовали планы их посылки, в качестве сил прикрытия, в дальние минно-заградительные операции в дальний тыл противника – вплоть до меридиана Берлина. Остаток войны дредноуты провели в плаваниях по Финскому заливу, совершенствуя боевую выучку и материальную часть. Была существенно улучшена приборная база их артиллерии, системы управления огнём, установлена зенитная артиллерия. После февральской революции в боевой подготовке произошёл резкий спад, и только однажды (6 – 10 октября) бригада выдвигалась для прикрытия отходящих из Рижского залива сил.

В походах выяснилась достаточно высокая уязвимость крупных дредноутов от аварий навигационного характера – в 1916 г. в них ещё дважды попадал «Севастополь», а в 1917 г. – «Петропавловск».  Таким образом, на деле главными противниками балтийских дредноутов оказались не германские линкоры, а мели и камни Финского залива, что, конечно, совершенно не умаляет значение этих кораблей как стратегического фактора сдерживания, в полном объёме выполнившего отведённое им предназначение.

В параграфе третьем «Боевое применение дредноутов в Чёрном море» исследуются их действия на южном морском театре. Вследствие вступления Англии в войну  конфискации ею обоих готовых к передаче заказчику турецких дредноутов главным противником русского флота стал здесь германский линейный крейсер «Гебен», сопровождаемый быстроходным малым крейсером «Бреслау». Объявленные проданными Турции. Эти корабли остались с прежним экипажем из немцев под германским командованием. До вступления в строй русских дредноутов «Гебен» оставался самым мощным кораблём на театре и являлся важнейшим стратегическим ресурсом противника.

30 июня 1915 г. линкор-дредноут «Императрица Мария» перешёл в Севастополь и через два месяца был готов к участию в операциях. 29 октября 1915 г. к флоту присоединилась и «Императрица Екатерина Великая». Дредноуты стали основой двух тактических («маневренных») групп, каждая из которых была сильнее пары «Гебен» – «Бреслау». Создание этих групп обеспечивало сменность сил, что способствовало организации систематических действий у берегов противника и блокаде его флота в Босфоре, ограничению перевозок морем по снабжению армии в Анатолии и поддержке приморского фланга Кавказского фронта. Сильное прикрытие в виде дредноутов также позволяло использовать для борьбы с неприятельскими морскими перевозками крупные группы эсминцы, в том числе старого типа, максимально затруднив для Турции снабжение углем. С этого времени «Гебен», который уступал русским дредноутам по части артиллерии, высылался в море только в случае крайней необходимости.

Исследование динамики выхода в боевые походы обоих русских черноморских дредноутов в 1915 – 1916 гг. позволило выявить их весьма высокое оперативное напряжение – в течение 61% времени в море находился хотя бы один дредноут, способный немедленно встретить «Гебен» при получении сведений о его выходе из Босфора.

В отличие от своих балтийских собратьев черноморские дредноуты несколько раз скрещивали своё оружие с врагом. Первая стычка с «Гебеном» имела место 26 декабря 1915 г., когда эсминцы охранения «Императрицы Екатерины» навели на неё германский дредноут. В коротком бою тот столкнулся с подавляющим артиллерийским преимуществом русских на боевых дистанциях, для него не достижимых, их меткость оказалась неожиданно высокой, а отрыв дался с большим трудом. Немцы убедились, что у «Гебена» практически отсутствовали шансы уцелеть в случае устойчивого связывания его боем со стороны «императрицы» и спасение достигалось только экстренным отходом в Босфор. С этих пор активность германского дредноута стала минимальной.

9 июля 1916 г. «Императрице Марии» удалось сблизиться с «Бреслау» до дальности действия её орудий и, открыв огонь на полном ходу, сразу захватить противника в вилку. Германский крейсер несколько раз окутывался дымовой завесой, сбивая стрельбу, и полным ходом уходил на Босфор. Русский дредноут добился накрытия, но «Бреслау», как более быстроходному кораблю, всё же удалось уйти. 12 июня 1917 г. он столкнулся у Босфора со «Свободной Россией» («Екатериной»), успевшей сделать по нему с предельной дистанции 9 залпов. «Бреслау» вновь удалось уйти. Как и до этого, крейсер уцелел только благодаря своему высокому ходу и применению дымовой завесы.

7 октября 1916 г. в Севастополе от внутреннего взрыва погибла «Императрица Мария». Несмотря на немедленно произведённое следствие, точную причину возгорания пороха в погребах I башни установить не удалось. Были обозначены три наиболее вероятные причины – самовозгорание пороха, небрежность в обращении с боеприпасами, злой умысел. В техническом отношении гибель линкора последовала от наполнения носовой половины водой, поступление которой интенсивно происходило через повреждённые взрывами соединения кингстонов затопления погребов I башни с обшивкой.

Потеря «Марии» тяжело отразилась на настроениях во флоте, но сильно повлиять на ситуацию на театре не могла, поскольку в созданных к этому времени условиях доминирование русского флота оставалось бесспорным, а вскоре последовало вступление в строй нового дредноута – «Воля» (до апреля 1917 г. «Император Александр III»). В 1917 г. дредноуты предполагалось использовать только для прикрытия блокадных сил или при получении сведений о выходе в море «Гебена» или «Бреслау».

Оценивая действия русских дредноутов на Чёрном море в 1915 – 1917 гг., правомерным представляется вывод о том, что их применение стало принципиальным залогом успеха всех основных операций на южном театре. Являясь мобильной точкой опоры оперативных корабельных группировок, дредноуты надёжно обеспечивали их действия от угрозы ударов со стороны «Гебена». Они выходили в боевые походы несравнимо чаще не только балтийских собратьев, но и вообще всех линкоров воюющих держав.

Проведённое исследование использования русским флотом дредноутов в ходе Первой мировой войны позволяет сделать вывод о том, что фактически оно имело не так много общего с тем, что предписывалось им в довоенных планах. Планы их боевого применения последовательно уточнялись морскими штабами в соответствии с изменением оперативной обстановки на театрах военных действий. В меньшей степени это относится к Балтике, где они имели вполне конкретное предназначение и сберегались для использования в стратегической позиционной операции – обороне Петрограда от флота вторжения противника. Это предопределило в целом пассивную роль балтийских дредноутов в боевых действиях 1915 – 1917 г. Что касается действий дредноутов на черноморском театре, то вступление их в строй в 1915 г. позволило кардинально изменить ситуацию. С этих пор господство русского флота на море стало неоспоримым. Таким образом, фактическое участие русских дредноутов в боевых действиях хотя отчасти и отличалось от довоенных планов их боевого применения, но и в реально последовавших событиях сыграло существенную роль в том успехе, с которым русский флот действовал на двух своих важнейших морских театрах.

В Заключениидиссертации подведены итоги исследования. Необходимость воссоздания мощных военно-морских сил после разгрома флота в Русско-японской войне определялась внешнеполитическими и экономическими национальными интересами России, а также задачами обороны морских границ государства. Быстрое развитие ситуации в Европе в обстановке блокового противостояния, одним из принципиальных участников которого была царская Россия, в направлении всеобщей большой войны, не оставляло правящим кругам страны иного выхода, кроме как всемерного наращивания армии и флота. В этом контексте постройка дредноутов новейших типов определяла вектор развития отечественных ВМС в направлении создания первоклассной морской силы, способной как защитить морские рубежи державы, так и обеспечить империи, по выражению К.Ф. Шацилло, должную «союзоспособность».

Вступление в строй британского «Дредноута» весной 1907 г. являлось в этой связи спасительным явлением – теперь постройка будущих линкоров начиналась на качественно новом уровне и как бы с новой точки отсчёта. Для России специфичность ситуации заключалась, однако, в том, что в этот момент в стране отсутствовала прочная система создания морской силы, которая уже существовала у её внешнеполитических конкурентов и компаньонов – Германии и Англии. Феномен России заключался в том, что и сама система создания дредноутов, как стратегических морских вооружений, формируемая разрешением широкого круга взаимосвязанных внешне- и внутриполитических, финансовых, технологических и прочих проблем, так и их проектирование и постройка проходили параллельно. В значительной своей части эти проблемы были к лету 1914 г. успешно разрешены, однако «задержка со стартом» не позволила своевременно ввести в строй почти половину из начатых постройкой в 1909 – 1914 гг. дредноутов. 

Принятие в 1911 – 1914 гг. крупных программ их строительств, а также декларированные правительством ещё более масштабные планы, модернизация казённых производств и быстрое создание частным капиталом новых судо-, машиностроительных, орудийных и броневых заводов, высокие темпы постройки – всё это позволило к 1914 г. выйти на передовые позиции по постройке дредноутов. Не считая готовящихся к передаче флоту четырёх линкоров типа «Севастополь», в начале лета 1914 г. в России в разной степени постройки находились 8 дредноутов и сверхдредноутов, а с принятием осенью, как предполагалось, новой морской программы их количество в начале 1915 г. могло достигнуть 14. Это были бы самые высокие в мире темпы, свидетельствующие о быстро набиравшем силу политико-экономическом развитии страны, её крупных исторических перспективах.

Необходимо также отметить, что ряд важных производств для дредноутов развивался в России накануне мировой войны недостаточно интенсивно. К ним относилось создание литейно-ковочных мощностей для выполнения особо крупных стальных отливок и поковок, отдельные изделия точного машиностроения (шары погонов башен) и электротехники (электродвигатели широкого ассортимента), широкое производство оптического стекла и создание длиннобазисных дальномеров. Это предопределило зависимость постройки от иностранных поставок и отразилось на своевременности достройки находящихся на ранних стадиях строительства кораблей. Примечательно, что и значительная часть (около трети) начатых до войны постройкой и реконструкцией производств к концу 1917 г. находилась в незавершённом состоянии.

Высокий уровень научно-технической компоненты разработки конструкции определялся сложившейся в стране передовой кораблестроительной школой. Ее принципиальные достижения не только аккумулировали передовой зарубежный опыт, но и развивались на базисе отечественных научно-технических теоретических дисциплин, таких как строительная механика корабля и теория проектирования, созданных А.Н. Крыловым и И.Г. Бубновым. Была воспитана замечательная плеяда инженеров, таких как И.А. Гаврилов, А.Г. Дукельский, А.И. Маслов, А.П. Меллер, Л.Л. Коромальди, В.П. Костенко, В.И. Юркевич. Их идеи в отношении конструкции и техники дредноутов позволили создать незаурядные по своей новизне и эффективности корабли, некоторые из которых просуществовали до 50-х гг. ХХ в.

Действия вступивших в строй 7 дредноутов во время Первой мировой войны оправдали все имевшиеся в отношении них ожидания. На Балтике четыре корабля типа «Севастополь» вполне выполнили возложенную на них миссию, по выражению А.Д. Бажанова, «щита Петрограда», трижды поучаствовав в дальних походах по обеспечению дальних минно-заградительных операций, имевших успех. На Чёрном море, где русские дредноуты господствовали безраздельно, их наличие превратилось в фактор стратегического доминирования в регионе.

В заключение хотелось бы отметить, что итоги исследования вопроса о создании и боевом применении дредноутов в 1905 – 1917 гг. служат, на наш взгляд, доказательным свидетельством способности России к модернизационному рывку, актуальность которого остаётся непреходящей для любой исторической эпохи. Страна, имеющая самые протяжённые в мире морские границы и располагающая огромными залежами полезных ископаемых в пределах своих территориальных вод, всегда испытывала, и будет испытывать потребность в мощном и современном военно-морском флоте. В современных условиях обостряющейся мировой конкуренции за запасы природных ресурсов злободневность задачи сохранения политического и экономического суверенитета приобретает для России особую значимость. Она тесно смыкается с необходимостью возрождения отечественного флота на качественно новом, более высоком уровне, на основе новейших научно-технических достижений и наукоёмких технологий. В этой связи исследование комплексного механизма создания столетие назад дредноутов – основной стратегической компоненты морской силы начала ХХ века, как яркого и весьма успешного примера мобилизационного типа государственной деятельности, представляет в наши дни несомненный практический интерес. 

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора:

Монографии


  1. Виноградов С.Е. Последние исполины Российского Императорского флота: Линейные корабли с 16" артиллерией в программах развития флота, 1914 – 1917 гг. – СПб: ГалеяПринт, 1999. С. 408. (26,37 печ. л.),
  2. Виноградов С.Е. Линейный корабль «Императрица Мария». – СПб: Корабли и сражения, 2002. С. 116. (7,92 печ. л.),
  3. Виноградов С.Е.  «Императрица Мария» – возвращение из глубины. – СПб: Корабли и сражения, 2002. С. 96. (8,19 печ. л.),
  4. Виноградов С.Е. Сверхдредноуты кайзера – «Байерн» и «Баден». – М: Профиздат, 2003. С. 128. (9,50 печ. л.),
  5. Виноградов С.Е., Федечкин А.Д. Крейсера «Адмирал Макаров», «Паллада», «Баян». – СПб: Галея-Принт, 2006. С. 164. (13,67 / 6,8 печ. л.),
  6. Виноградов С.Е., Федечкин А.Д. Броненосный крейсер «Рюрик». Флагман Балтийского флота.– М: Яуза/Эксмо, 2010. С. 160. (12,35 / 6,4 печ. л.),
  7. Виноградов С.Е. Эскадренный броненосец «Слава». Непобеждённый герой Моонзунда. – М: Яуза/Эксмо, 2011. С. 176. (23,87 печ. л.),
  8. Виноградов С.Е., Федечкин А.Д. Броненосный крейсер «Баян» и его потомки. – М: Яуза/Эксмо, 2011. С. 208. (25,60 / 12,70 печ. л.),

Работы, опубликованные в ведущих рецензируемых журналах и изданиях,

рекомендованных ВАК МОи Н РФ

  1. Виноградов С.Е. Последний бой линкора «Слава» // Морской Сборник. 2010, №1. С. 70 – 80; 2010, № 2. С. 61 – 71; 2010, № 3. С. 69 – 78. (0,53 печ. л.).
  2. Виноградов С.Е. Авария эскадренного броненосца «Орёл»// Военно-исторический журнал. 2010, № 7. С. 51 – 54. (0,52 печ. л.).
  3. Виноградов С.Е. Обуховский сталелитейный завод в программах строительства дредноутов в России, 1907 – 1917 гг.: проблемы и опыт модернизации // Клио. 2012, № 2 (февраль). С. 105 – 109. (0,65 печ. л.)
  4. Виноградов С.Е. Боевые походы русских дредноутов на Балтике в 1915 г. // Морской Сборник. 2012, № 3 (март). С. 65 – 75.  (0,67 печ. л.)

Статьи

  1. Виноградов С.Е.Решётчатые мачты на линейных кораблях «Андрей Первозванный» и «Император Павел I» // Корабли и сражения. 1995, №1. С. 48 – 51. (0,21 печ. л.),
  2. Виноградов С.Е. Линейные корабли в программах развития Российского флота, 1908 – 1914 гг. // Цитадель. 1996, №2. С. 45 – 66. (1,64 печ. л.),
  3. Виноградов С.Е. Линейный корабль «Дредноут»//Морская коллекция. 1996, №6. С. 1 – 32. (3,44 печ. л.),
  4. Виноградов С.Е. Неизвестный линкор («Император Николай I») // Цитадель. 1997, № 1. С. 16 – 44. (2,92 печ. л.),
  5. Виноградов С.Е. Кораблестроитель В.И. Юркевич // Цитадель. 1997, № 2.  С. 116 – 119. (0,36 печ. л.),
  6. Vinogradov S.E. Battleship Development in Russia from 1905 to 1917 (part I, II, III, IV) // «Warship International» (Toledo (Ohio), USA). 1998, № 3. P. 267 – 290; 1999, № 2. P. 118 – 141; 2000, №1. P. 14 – 26; 2000, № 4. P. 224 – 244.  (7,45печ. л.),
  7. Виноградов С.Е. «Измаил» – сверхдредноут Российской империи // Морская коллекция. 2001, № 1. С. 1 – 32. (3,40 печ. л.),
  8. Виноградов С.Е. Линкоры типа «ВирибусУнитис» // Морская коллекция. 2001, № 3. С. 1 – 32. (2,48 печ. л.),
  9. Виноградов С.Е. Броня инженера Костенко // Вестник технологии судостроения. 2006, № 14. С. 128 – 131. (0,55 печ. л.),
  10. Виноградов С.Е. 14 дюймов для прибрежной войны// Морская кампания. 2010, № 7. С. 12 – 25. (1,10 печ. л.),
  11. Виноградов С.Е. Зенитные орудия в русском флоте во время Первой мировой войны // Морская кампания. 2011, № 6. С. 43 – 53. (0,84 печ. л.).

1Бажанов Д.А. Щит Петрограда: служебные будни балтийских дредноутов в 1914 – 1917 гг. – СПб: РГПУ им. Герцена, 2007. – 224 с.; Бескровный Л.Г. Армия и флот России в начале ХХ в. Очерки экономического потенциала. – М: Наука, 1986. – 238 с.; Буров В.Н. Отечественно военное кораблестроение в третьем столетии своей истории. – СПб: Судостроение, 1996. – 600 c.; Зубов Б.Н. Развитие кораблестроения на юге России. – Калининград: Областное книжное издательство, 1990. – 384 с.; Симоненко В.Г. Последний линкор Российской империи // Судостроение. 1976, № 1. С. 68 – 70; Усов В.Ю. Линейные крейсеры типа «Измаил» // Судостроение. 1986, № 7. С. 61 – 64; 1986,  № 8. С. 56 – 59; Шацилло К.Ф. Русский империализм и развитие флота накануне первой мировой войны, 1906 – 1914 гг. – М: Наука, 1968. – 368 с.; Цветков И.Ф. Судостроение в первой четвери ХХ в. (1906 – 1925 гг.) / История Отечественного судостроения. В пяти томах. Т. III. – СПб: Судостроение, 1995. – 560 с.

2Колтовской А.Е. Развитие типа линейного корабля нашего флота. – СПб, 1996. – 80 с.

3 Петров М.А. Подготовка России к мировой войне на море. – Л, 1926. – 264 с.

4 Петров М.А. Задачи и планы русского флота в период, предшествовавший мировой войне 1914 – 1918 гг. // Морской сборник. 1925, № 9. С. 81 – 101; Петров М.А. Морская оборона берегов в опыте последних войн России. – Л: воен. тип.управления делами НКВМ и РВС СССР, 1927. – 207 с.; Петров М.А. О планах развёртывания Балтийского флота в период между Крымской и Империалистической войнами // Морской сборник. 1925, № 4. С. 75 – 96.

5Пузыревский К.П. Повреждения кораблей, борьба за живучесть и спасательные работы. – М – Л: Военмориздат, 1942. – 256 с.

6 Балтийские моряки в подготовке и проведении Великой Октябрьской социалистической революции. Под редакцией Р.Н. Мордвинова. – М – Л: Изд. АН СССР, 1957. – 437 с.; Протоколы и постановления Центрального комитета Балтийского флота, 1917 – 1918 гг. Под ред. Д.А. Чугаева. – М – Л: АН СССР, 1963. – 479 с.Балтийские моряки в борьбе за власть Советов, ноябрь 1917 – декабрь 1918 г. Документы и материалы. – Л: Наука, 1968. – 366 с.; Кровяков Н.С. «Ледовый поход» Балтийского флота в 1918 г. – М: Воениздат, 1955. – 221 с.

7 Флот в Первой мировой войне (под общ.ред. Д.Б. Павловича). т. I. Действия русского флота. В.И. Ачкасов, И.А. Козлов, И.Н. Соловьёв. Действия русского флота на Балтийском море (1914 – 1917), с. 59 – 318; Н.М. Гречанюк, А.А. Ляхович, В.С. Шломин. Действия русского флота на Чёрном море (1914 – 1917), с. 317 – 573). – М: Воениздат, 1964. – 648 с.

8 Цветков И.Ф. Линкор «Октябрьская революция». – Л: Судостроение, 1983. – 224 с.

9 Цветков И.Ф. Военное судостроение в России накануне и в период Первой мировой войны (1905 – 1918 гг.): дисс. на соискание уч. степени д.т.н.: 07.00.10. – СПб: СПФ ИИЕТ, 1996. – 542 с.

10 Черников И.И. Линейные корабли типа «Севастополь» // Судостроение. 1986, № 2. С. 61 – 65; Черников И.И. Линейные корабли типа «Императрица Мария» // Судостроение. 1987, № 5. С. 50 – 53; Усов В.Ю. Линейные крейсеры типа «Измаил» // Судостроение. 1986, № 7. С.61 – 64; 1986, № 8.С.56–59.

11 Поликарпов В.В. Виккерс на Волге (1913 – 1917 гг.) // Вопросы истории. 1995, № 7. С. 121 – 132; Козлов Д.Ю. «Утрата флота на Балтийском море… отзывается расстройством самого государственного организма». Планы оперативно-стратегического применения флота Балтийского моря накануне Первой мировой войны в 1907 – 1914 гг. // Военно-исторический журнал. 2004, № 8. С. 10 – 17.

12 Кузнецов Л.А. Почему не были достроены линейные крейсеры типа «Измаил» // Гангут. 1991, № 1. С. 60 – 68; Кузнецов Л.А. Последний дредноут империи // Гангут. 2002, № 32. С. 54 – 73.

13 Козлов Д.Ю. Черноморский дебют адмирала Колчака // Флотомастер. 2003, № 1. с. 20 – 29.

14 Виноградов С.Е. Линейные  корабли в программах развития Российского флота, 1908 – 1914 гг. // Цитадель. № 2, 1996. С. 45 – 66.

15 Р.М. Мельников. Линейные корабли типа «Императрица Мария» // Мидель-шпангоут № 3 (8). – СПб: Гангут, 2003. – 48 с.; Скворцов А.В. Линейные корабли типа «Севастополь» // Мидель-шпангоут № 1 (6). – СПб: Гангут, 2004. – 48 с.; Кузнецов Л.А. Линейные крейсеры типа «Измаил». – СПб: Гангут, 2011. – 160 с.

16 McLaughlin S. The Baltic Dreadnoughts. The «Sevastopol»>

17Friedman N. Naval Firepower.Battleship Guns and Gunnery in the Dreadnought Era. – Annapolis: Naval Institute Press, 2008. Р. 277, 278.

18 Завьялов С.И. История Ижорского завода. – М: Госиздат, 1934. – 411 с.; Розанов М.Д. Обуховцы. – Л: Лениздат, 1965. – 523 с.; Сергеев Н.С. Металлисты. История Ленинградского Металлического завода. – Л: Машиностроение, 1967; Тайц Р.М., Ермольева Т.А., Горюнов В.А. Корабельщики Нарвской заставы. – Л: Судостроение, 1967. – 308 с;

19 Кузнецов К.А., Лившиц Л.З. и др. Балтийский судостроительный завод, 1856 – 1917 гг. – Л: Судостроение, 1970. – 560.; Карма О., Скороход А. Трудная судьба. Краткая история Русско-Балтийского судостроительного завода. Таллин: Ээстираамат, 1971. – 62 с.; Кац Р.С., Златопольская О.М. и др. Черноморский судостроительный завод, 1898 – 1972. – Л: Судостроение, 1973. – 356 с.; Выборнов П.В., Гуйван В.У. и др. Имени 61 коммунара. – Одесса: Маяк, 1973. – 204 с.; Воронков А.К., Григорьев Г.В и др. Баррикадцы.– Волгоград, 1989. – 336 с.

20 Военная промышленность России в началеXX в. (1900 – 1917 гг.). Сборник документов. Под редакцией Р.Ш. Ганелина. Составители Л.Я. Сает, Б.Б. Давыдов, Н.В. Ильина. – М: Новый хронограф, 2004. – 832 с.; Кондратенко Р.В. Развитие броневого производства в Российской империи. – СПб: ЛеКо, 2008. – 52 с.

21Шацилло К.Ф. Русский империализм и развитие флота накануне первой мировой войны, 1906 – 1914 гг. – М: Наука, 1968. – 368 с.; Шацилло К.Ф. Государство и монополии в военной промышленности России: конец ХIХ в. – 1914 г. – М: Наука, 1992. – 270 с.

22Главное управление кораблестроения (Ф. 401), Главное Военно-морское судное управление (Ф. 407), Канцелярия Морского министерства (Ф. 410), Кронштадтский военно-морскойо суд (Ф. 412), Главный морской штаб (Ф. 417), Морской Генеральный штаб (Ф. 418), Морской технический комитет (Ф. 421), Комиссия морских артиллерийских опытов (Ф. 423), Главное управление кораблестроения и снабжений (Ф. 427), Николаевская Морская академия (Ф. 433), Совет управления делами заводов Морского ведомства, 1914 – 1918 (Ф. 441),Штаб начальника 1-й бригады линейных кораблей флота Балтийского моря (Ф. 477), Эскадра Балтийского моря (Ф. 478), Штаб командующего флотом Балтийского моря (Ф. 479), Центральный комитет правлений Русского судостроительного общества и Общества Николаевских заводов и верфей (Ф. 512), Штаб командующего флотом Чёрного моря (Ф. 609), Санкт-Петербургский военно-морской кружок (Ф. 703), Морской штаб верховного главнокомандующего при Ставке (Ф.716), Коллекция вахтенных и шканечных журналов (Ф. 870), Коллекция кораблестроительных чертежей (Ф. 876), Штаб береговой обороны Финского залива Балтийского моря (Ф. 953), Верховная морская следственная комиссия, 1917 – 1918 (Ф. 1248), Штаб начальника 1-й бригады линейных кораблей Чёрного моря (Ф. 1262), Морская подкомиссия по восстановлению Военной промышленности (Ф. р-26), Морская историческая комиссия (Ф. р-29), Штаб Краснознамённого Балтийского флота (Ф. р-92), Вахтенныеи навигационные журналы судов советского военно-морского флота (Ф. р-172), Морской генеральный штаб (Ф. р-342), Соединения линейных кораблей КБФ (Ф. р-852), Исторический отдел Главного морского штаба, 1871 – 1950 (Ф. р-1529), Научно-испытательный морской артиллерийский полигон (Ф. р-1565), Послужные списки и личные дела командного и начальствующего состава советского ВМФ (Ф. р-2192), а также материалы личных фондов – С.А. Изенбек (Ф. 755) и В.Н. Черкасов (Ф. 1147).

23Обуховский сталелитейный завод (Ф. 1267), Путиловская верфь (Ф. 1270), Балтийский судостроительный и механический завод (Ф. 1304), Компания Петроградского Металлического завода (Ф. 1357), Адмиралтейский судостроительный и башенный завод (Ф. 1434), Правления Русско-Балтийского судостроительного и механического общества (Ф. 2145).

24РГАКФФД, ед. хр. 1258; Гаврилов И.А. Описание возникновения, строительства и деятельности Русско-Балтийского судостроительного и механического завода в Ревеле, в 1912 – 1917 гг. Рукопись. 1962. – 72 с.

25 СПФ АРАН. Личный фонд А.Н. Крылова (ф. 759).

26 Дневники императора Николая II. – М: Орбита, 1991. – 736 с.; С.Д. Сазонов. Воспоминания. – М: Межд. отношения, 1991. – 400 с.; Григорович И.К. Воспоминания бывшего морского министра. – СПб: Дева, 1993. – 220 с.; Палеолог М. Дневник посла. – М: Захаров, 2003. – 830 с.

27 Крылов А.Н. Мои воспоминания. – Л: Судостроение, 1979; Бубнов А.Д. В царской ставке // Русское военно-морское зарубежье. Вып. 3. – СПб: Облик, 1995; Октябрьская революция в Балтийском флоте. Из дневника И.И. Ренгартена // Красный Архив. 1927, Т. XXV, № 6. С. 34 – 95; Четверухин Г.Н. Сполохи воспоминаний // Морской сборник. 1989,  № 11, 12; 1990, № 1 – 5; Геринг А. Три похода «Петропавловска» // Военная быль, № 119. Ноябрь 1972 г., год издания XXI. С. 19 – 20; Граф Г.К. На «Новике». Балтийский флот в войну и революцию. – СПб: Гангут, 1997; Г.К. Шульц. С английским флотом в мировую войну. – СПб, 2000.

28 ОР РНБ. Личный фонд Л.В. Ларионова (ф. 422).

29 РГАВМФ. Личный фонд С.А. Изенбека (ф. 755).

30 ЦВММ. Маслов А.И. Автобиография. Б. м. и г. – 18 с. (рукописный фонд, ед. хр. № 22356); РГАЭ. Личный фонд В.И. Юркевича (ф. 341).

31 Государственная Дума. Стенографические отчёты заседаний за 1907 – 1914 гг.; Государственная Дума. Обзор деятельности комиссий и отделов. Третий созыв. Сессия I, 1907 – 1908 гг. – СПб: государственная типография, 1908. – 168 с.; Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909 – 1917 гг. – М: Российская политическая энциклопедия (РОСПЭН), 2001 –2007.

32ThurstonNotebooks.NationalMaritimeMuseum, Greenwich. MS/72/017.

33 1921 – 1922 Capital ships, Design G3. National Maritime Museum, Greenwich. Drawings 417230, 417230A, 417230B, 417230C, 417230i, 417230J, 417231, 417233; Bundesarchiv/Marinarchiv (ВА/МА). Reichsmarineamt. Teil 09: Konstruktions-Departement. SMS GBEN: RM 3/12036 (Lngsschnitt), RM 3/12034 (Batteriedeck), RM 3/12028 (Unteres Plattformdeck), RM 3/12042 (Hauptspant); SMS KAISER: RM 3/14628 (Lngsschnitt), RM 3/14627 (Oberdeck ), RM 3/12148 (Panzerdeck), RM 3/13404 (Oberes Plattformdeck), RM 3/13402 (Mittlere Querschnitte); SMS KNIG: RM 3/20513 (Lngsschnitt), RM 3/20510 (Oberdeck), RM 3/20508 (Obere Ansicht), RM 3/22138 (Batteriedeck), RM 3/14615 (Hauptspant).

34 А. фон Тирпиц. Воспоминания. / Пер. с нем. – М: Воениздат, 1957. – 656 с.

35Шеер Р. Германский флот в мировую войну 1914 –1918. – М: Эксмо/Изографус, 2002. – 673 с.

36Фирле Р. Война на Балтийском море. Т. I. От начала войны до марта 1915 г. / Пер. снем.  – М: Госвоениздат, 1937. – 388 с.; Ролльман Г. Война на Балтийском море. 1915-й год. / Пер. с нем. – М: Госвоениздат, 1937. – 530 с.; Лорей Г. Операции германо-турецких морских сил в 1914 – 1918 гг. / Пер. с нем. – М: Госвоениздат, 1934. – 320 с.; Э. Чишвиц. Захват Балтийских островов Германией в 1917 г./ Пер. с нем. – Л., 1935.

37 Альгин В.В. Последнее боевое столкновение в Чёрном море // Морской Сборник (Бизерта). 1923, № 5. С. 90 – 94; Геринг А. Три похода «Петропавловска» // Военная быль, № 119. Ноябрь 1972 г., год издания XXI. С. 19 – 20; Городыский А.В. Гибель линейного корабля «Императрица Мария» // Морской журнал (Прага). 1928, № 12. С.14 – 16; Успенский В.В. О гибели линейного корабля «Императрица Мария» // Бюллетень Общества бывших офицеров Российского Императорского флота в Америке. 1969, № 1 (118). С. 21, 22; Чернушевич А.М. («А. Черноморцев»). Взрыв «Императрицы Марии» // Вахтенный журнал. 1937, № 2. С. 32 – 34.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.