WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

Д.И. Фонвизин в «Письмах из Франции» широко использует квантитативы в основном интенсифицирующего характера. Это и понятно, ибо писателю хотелось представить описываемое им как глобальное, имеющее типический характер для данной страны и данного народа. При этом Д.И. Фонвизин часто прибегает к антитезе, сопоставляя квантитативные интенсивы и деинтенсивы:

«В первый день весь город заговорил о войне; на другой день ни о чем более не говорили, как о новой трагедии…» (Д.И. Фонвизин, «Письма из Франции»); «В прочих французских городах, которые все так однообразны, что кто был в одной улице, тот был в целом городе, а кто был в одном городе, тот все города видел» (Там же); «Во Франции множество маленьких деревень, но ни в одну нельзя выезжать, не зажав носа» (Там же).

Особенно часто автор использует квантитатив - интенсификатор всякий на месте современных любой, каждый: «Гульбища всякий день наполнены людьми»… (Д.И. Фонвизин, «Письма из Франции»); «Чтоб иметь все под руками и никуда не ходить, под всяким домом поделаны лавки» (Там же).

Излюбленным Д.И. Фонвизиным интенсификатором является слово весьма, которое в современном русском языке носит книжный характер. Данный интенсификатор широко используется как в качестве усилителя интенсива - квалитатива, так и интенсива - квантитатива. Например, сочетания с квантитативами: «….Но не могу же не отдать и той справедливости, что надобно отрешись вовсе от общего смысла и истины, если сказать, что нет здесь весьма много чрезвычайно хорошего и подражания достойного» (Д.И. Фонвизин, «Письма из Франции»).

Стремление как можно подробнее и объективнее описать страну, по которой он путешествует, ее нравы, государственное устройство, образ мысли и поведения населяющих ее людей привело к обилию сложноподчиненных конструкций, специализирующихся на выражении категории интенсивности (следует отметить, что в проанализированных произведениях А.Н. Радищева и Н.М.

Карамзина они почти не встречаются).

Особенно часто использует Д.И. Фонвизин местоименно-соотносительные конструкции фразеологизированного типа. Предпочтение, оказываемое им предложениям с союзным сочетаниям «так, такой - что», понятно, так как объясняется их смысловой и функциональной емкостью. Интенсивность признака или действия выражается в них местоимениями так, такой, таков, в такой степени и усиливается содержанием придаточных с союзом что. В то же время придаточная часть передает определенные логические отношения, выражая следствие того, о чем сообщается в главной части, и является результатом проявления факта ниже или выше нормы: «Сила духовенства во Франции такова, что знатнейшие не боятся потерять ее никаким соблазном» (Д.И. Фонвизин, «Письма из Франции»).

Антитеза с целью образности, выразительности речи, создания контраста часто строится Д.И. Фонвизиным на основе сложносочиненного предложения с сопоставительными союзами «а» или «но», и за счет сопоставления интенсивов: «Декорации и танцы прекрасны, но певцы прескверны» (Д.И. Фонвизин, «Письма из Франции»); «…Француз всегда молод, а из молодости переваливается вдруг в дряхлую старость». (Там же).

Так, тот же контраст выражен в сравнительно-сопоставительном сложноподчиненном предложении: «Я нашел доброе гораздо в меньшей степени, нежели воображал, а худое в такой большой степени, которое и вообразить не мог» (Д.И. Фонвизин, «Письма из Франции»). «Худое» синоним современному «плохое», «доброе = хорошее».

При этом в последнем примере сопоставление идет как по линии сопоставления квантитативов – «меньшей степени – большей степени» (сопоставляется деинтенсив с интенсивом), так и по линии квалитативов – «доброе - худое» (сопоставляется интенсив с деинтенсивом). Таким образом, Д.И. Фонвизин мастерски использует и квалитативы и квантитативы в стилистических целях усиления, градации, контраста, употребляя их как в простом, так и сложном предложениях.

Для представления о том, какова специфика средств интенсификации в художественных текстах XVIII века, дан анализ стилистических функций средств категории интенсивности в тексте произведения Н.М. Карамзина «Бедная Лиза». Он свидетельствует о том, что, когда Н.М. Карамзин описывает какие-то переживания персонажа, он широко использует разные средства интенсификации даже в пределах одной конструкции. Это придает всему высказыванию экспрессивный оттенок, максимально выражает чувства автора и его героев, композиционно выстраивая образы произведения.

Основной корпус текста «Бедной Лизы» представлен повествованием с элементами описания и рассуждения; эксплицитно (высокочастотным местоимением первого лица, превосходной степенью имени прилагательного, сравнительными конструкциями). Повествователь «Бедной Лизы» не исчезает в силу активного употребления лексики со значением восприятия.

Так, основой первого абзаца произведения является антитеза, которая выделена отрицательными и усилительными частицами, использованием степеней сравнения и повторами, т.е. максимальным использованием показателей интенсивности, а также введением субъекта-автора: «Никто не знает так хорошо; никто чаще моего не бывает, никто более моего не бродит» (Н.М. Карамзин, «Бедная Лиза»).

Далее Москва и ее пригороды представлены как традиционная буколическая антитеза, создаваемая лексическими средствами интенсификации; при этом усиление интенсификации происходит за счет сочетания интенсива с интенсификатором: «Ужасная громада домов и церквей, алчная Москва, -лесочки, деревеньки» (Там же).

Интенсивы и интенсификаторы в характеристике Москвы и словообразовательные деинтенсивы «деревеньки, лесочки» – противопоставлены контрастно.

Явная или завуалированная оппозитивность – контрастность, заданная в экспозиции, развивается в нескольких направлениях на всем текстовом пространстве.

Именно образ Лизы представлен с максимальной шкалой оценок. Разнообразны интенсифицирующие характеристики Лизы («прекрасная, прекрасная душою и телом»). И в этом случае за счет повтора интенсивов создается фигура усиления.

Исходная близость героини к природе акцентируется многократным использованием лексики, называющей природные явления, употреблением в роли интенсивов сравнительных оборотов при характеристике Лизы: «Улыбалась, как майское утро после бурной ночи; чистая радостная душа светилась в глазах твоих, подобно как солнце светится в каплях росы небесной» (Н.М. Карамзин, «Бедная Лиза»).

Категория интенсивности используется при сопоставительной характеристике контраста эмоционального состояния Лизы при встрече и при расставании с Эрастом: «Ах, матушка! Какое прекрасное утро!» - говорит Лиза, очарованная Эрастом. (Там же). После расставания…. «свет показался ей унылым и печальным».

Высказывания Лизы, сопровождаются употреблением интенсивов в сложных предложениях местоименно-соотносительного типа фразеологизированной структуры: «-Тогда бывает мне так хорошо, так хорошо, что я себя забываю, забываю все, кроме – Эраста». (Там же).

Антитеза создается повтором, выделительной конструкцией, градацией «я – все - Эраст». Противопоставляется квантитатив – интенсив «все» и «Эраст».

Таким образом, в «Бедной Лизе» широко используется интенсификация действий, состояний и признаков в художественных целях – для создания усиления, градации, антитезы, выражения контраста. Широко представлены образные интенсифицирующие сравнения. То есть языковые средства интенсификации отличаются от соответствующих средств, используемых в «Письмах русского путешественника», большим количеством стилистических фигур и тропов, в основе которых лежат интенсифицирующие средства языка, а также созданием с помощью интенсифицирующих средств приема контраста, служащего художественной гармонизации текста.

Н.М. Карамзин широко использует здесь вышедшие из оборота словасоюзы наподобие как, подобно как, архаические отрицательные конструкции с целью интенсификации и др.

Проведенный нами анализ языка произведений писателей XVIII века показал, что способы выражения категории интенсивности в художественных текстах XVIII века, их употребление зависит во многом от принадлежности писателя к литературному направлению, от целей и задач произведения, его содержания.

Представители сентиментализма, апеллируя к чувствам читателя, широко используют интенсивы, выражающие крайне высокую степень интенсивности признака, действия, состояния за счет дополнительного усиления форм превосходной степени прилагательного или наречия осложнением усилительной при ставкой или словом «самый», чего почти не наблюдается у Д.И. Фонвизина, сторонника классического направления и рационалиста, стремящегося как можно объективнее и подробнее отразить свои впечатления от путешествия по Франции и тем не менее широко использующего категорию интенсивности. Но «Письма» Д.И. Фонвизина более насыщены не только эмоциональными оценками, но и рациональным смыслом, ибо они носят информативный характер полуофициального отчета уважаемому им высокопоставленному лицу об увиденном. Отсюда широкое употребление им интенсифицирующих сложных предложений, аналогичных по форме и значению современным сложным предложениям. Думается, что большая степень приближенности языка произведения Д.И. Фонвизина к современному русскому литературному языку свидетельствует о престижности собственно русского языка уже в XVIII веке, даже у отдающих дань использованию церковно-славянизмов писателей.

В Заключении систематизированы результаты исследования и обоснованы его перспективы. Реализация выдвинутых на защиту положений позволяет завершить работу следующим резюме.

1. Категория интенсивности, средства ее выражения в языке XVIII века служат не только текстообразованию, но и актуализации определенных компонентов высказывания. Исследование функциональных особенностей категории интенсивности позволяет сделать вывод, что употребление средств интенсификации всегда основано на эффекте неожиданности, чувстве удивления и акцентуации, что особенно характерно для языка писателей - сентименталистов.

2. Язык художественной литературы XVIII века – свидетельство удивительного богатства разноуровневых средств интенсификации как церковнославянского, так и собственно русского происхождения, их синонимики.

В языке XVIII века явно наблюдается тенденция к унификации языковых средств. Вытеснение одних языковых средств интенсификации другими происходило в основном в пределах одного уровня языка – лексического, словообразовательного или морфолого-синтаксического. При этом преимущество оставалось за элементами русского происхождения, которые и утвердились в языке XIX века.

3. Своеобразие языка в XVIII веке проявляется в обилии форм превосходной степени, в частом использовании сравнительной степени прилагательного в отрицательных конструкциях, в использовании сложных предложений, образованных по модели «так - что», но с варьируемыми, часто архаичными для современного русского языка указательными словами; а также создается за счет местоимений и местоименных наречий, вышедших из употребления в современном русском языке.

В языке XVIII века способы выражения категории интенсивности представляют собой не менее богатый арсенал, чем в современном русском языке, однако они отличаются от современного русского языка частотностью употребления, более широкой сферой синонимичности слов и форм разного происхождения.

4. Сопоставление языка разных писателей показало, что наиболее близок к современному русскому языку в средствах выражения интенсификации Д.И.

Фонвизин, сторонник классицизма. В наибольшей степени архаичен язык А.Н.

Радищева, ибо его произведение характеризуется публицистичностью, стремлением максимально воздействовать на ум и чувства читателей и, следовательно, по мнению автора, требует возвышенных, торжественных языковых средств не только русского, но и церковно-славянского происхождения. Язык Н.М. Карамзина менее архаичен, но в его художественном тексте категория интенсивности оптимально обслуживает идею гармоничности, в частности создаваемую за счет контактного употребления контрастных средств интенсивности и деинтенсивности.

Основные положения работы изложены в следующих публикациях:

1. Радченко, Г.И. Языковые средства экспрессии в произведениях А.Н. Радищева [Текст] / Г.И. Радченко // Материалы межвузовской научнопрактической конференции вузов Южного региона.– Ростов н/Д: РИНЯз, 2004.

(0,3 п.л.) 2. Радченко, Г.И. Способы выражения интенсивности в языке писателей века [Текст] / Г.И. Радченко // II Межвузовская конференция». // – Ростов н/Д:

РГПУ, 2005. (0,2 п.л.) 3. Радченко, Г.И. Стилистические функции категории интенсивности в повести Н.М. Карамзина «Бедная Лиза» [Текст] / Г.И. Радченко // Культура русской речи. Материалы IV Международной конференции в рамках реализации федеральной и краевой программы «Русский язык». – Армавир: АГПУ, 2005.

(0,2 п. л.) 4. Радченко, Г.И. Вариативность категории «интенсивность» в русском языке XVIII века [Текст] / Г.И. Радченко // журнал «Научная мысль Кавказа» (Приложение). – Ростов н/Д: СКНЦ, 2006. – №13. (0,3 п.л.) 5. Радченко, Г.И. Разноуровневые языковые средства интенсификации в произведении Н.М. Карамзина «Письма русского путешественника» [Текст] / Г.И. Радченко // журнал «Гуманитарные и социально-экономические науки» – Ростов н/Д: СКНЦ, 2006. № 11.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»