WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||

недавно издан и русский текст, впрочем, не атрибутированный публикатором: Е. И Кобзарева. Отношения России и Бранденбурга в 50-е годы XVII в. // Русская и украинская Немаловажен факт того, что на переговорах с Эйленбургом российская сторона приняла предложение курфюрста о его посреднических услугах для урегулирования русско-шведского конфликта (впервые появившееся ещё в беседах с Мышецким). Этот проект не раз потом возникал при русскобранденбургском контакте вплоть до 1658 г.; и хотя он не осуществился, интерес к нему российского правительства показывает, что оно искало путей для того, чтобы выяснить, существует ли возможность мирных переговоров со Швецией.

В пятом параграфе рассмотрена миссия посланников дворянина И. А.

Францбекова и подьячего М. Львова, направленная к курфюрсту с целью получить ратификацию заключенного с Эйленбургом договора и продолжить переговоры о посредничестве между Россией и Швецией.

В конце главы подведен ее итог: в течение 1656 г. российское правительство пыталось в той или иной форме привлечь Бранденбург к союзу и установить с ним более тесные отношения; но всем, чего удалось добиться, – был Рижский договор о нейтралитете; и именно взаимный нейтралитет составлял суть русско-прусских отношений в этот период. В России готовы были терпеть шведско-бранденбургское сотрудничество, лишь бы оно не было направлено против царя.

Глава 5 «Отношения России и Бранденбурга в период русско– польского сближения (конец 1656 г. – начало лета 1657 г.)» излагает еще один сюжет, практически не попадавший в поле зрения исследователей:

миссию дворянина Ф. П. Обернибесова (декабрь 1656 – май 1657 г.).

Автором выявлено воздействие русско-польских отношений на развитие русско-бранденбургского контакта в этот период.

Первый параграф посвящен рассмотрению международной обстановки в первой половине 1657 г. и происшедшим в ней изменениям после заключения между Россией и Речью Посполитой перемирия в Вильне (дипломатия в международных отношениях в Европе середины XVII в. М., 2007. С. 326— 328.

ноября старого стиля). Во втором параграфе изучен ход посольства Обернибесова, который показывает, что после заключения Виленского перемирия, когда Россия и Польша стали союзниками, а царю было обещано избрание на польский престол, отношение к Бранденбургу изменилось: пока Россия воевала со Швецией сама по себе, в ней готовы были терпеть шведско-бранденбургское сотрудничество. Надеясь на скорое избрание царя (хотя и осознавая, что в Речи Посполитой есть оппозиция этому проекту), Россия взялась за дипломатическую поддержку своего нового союзника.

Теоретически Виленский договор предусматривал военные действия против Пруссии, ограниченные лишь очень шатким условием: «если Прусский князь не будет припущен до милости Речи Посполитой»34; но в России не стремились к войне с курфюрстом. Однако союз Бранденбурга со Швецией оказался несовместим с новым пропольским курсом российской политики;

проявлением этого курса стало жесткое требование курфюрсту порвать со Швецией и помириться с Польшей, которое и передал Обернибесов. Позиция Бранденбурга на переговорах с ним свелась к отстаиванию своего права, коль скоро курфюрст нейтрален по отношению к России, вести войну с Польшей.

В третьем параграфе проанализировано обсуждение прусского вопроса на русско-польских переговорах в первой половине 1657 г. и показано, как попытки поляков побудить Россию к враждебным действиям против Бранденбурга встречались с упорным нежеланием Москвы ухудшать с ним отношения.

Завершает главу четвертый параграф. В нем показано, что правительство, подводя после возвращения Обернибесова итоги его миссии, de facto согласилось с тем, что у Бранденбурга есть основания для борьбы с Речью Посполитой. И хотя посланнику удалось добиться уступок курфюрста по всем пунктам (правда, только на словах), правительство впоследствии, в начале лета, фактически отказалось от этого успеха, что было связано с Полное собрание законов Российской империи. Собрание первое. Спб., 1830. Т. 1. С.

408—409, 411.

охлаждением в течение 1657 г. русско-польских отношений из-за невыполнения польской стороной своих виленских обязательств.

Продемонстрировано, далее, что в Бранденбурге с большим беспокойством восприняли пропольскую позицию России, выраженную Обернибесовым. Ее оценили как важное препятствие для шведской политики и увидели в ней потенциальную угрозу для своей безопасности. Подобная оценка сделалась одним из катализаторов, подталкивавших сближение Фридриха Вильгельма с Речью Посполитой и его разрыв со Швецией, последовавшие летом 1657 г.

В главе 6 «Россия и Бранденбург в период ухудшения русско– польских отношений (середина 1657 – 1658 г.)» рассматривается время, когда интенсивность русско-бранденбургских отношений начала постепенно угасать.

Первый параграф дает фон для этого процесса. В нем обрисована эволюция международной ситуации в 1657 – 1658 гг., отмеченная такими поворотными событиями, как формирование антишведской коалиции с участием Бранденбурга, обострение русско-польских отношений вплоть до открытия военных действий осенью 1658 г. и улучшение отношений русскошведских, завершившееся заключением в декабре 1658 г. Валиесарского перемирия.

Во втором параграфе рассмотрены задачи миссии камер-юнкера Ф. И.

фон Борнтина, направленной к царю после перехода курфюрста со шведской на польскую сторону в сентябре 1657 г. (договор в Велау). Присоединение Бранденбурга к польской коалиции делало для него крайне нежелательным становившийся всё более вероятным русско-польский разрыв; попыткой предотвратить его и стала миссия Борнтина. Через него курфюрст предлагал свои услуги для устранения разногласий России и Речи Посполитой.

Одновременно курфюрст побуждал царя активизировать борьбу со шведами.

В третьем параграфе разобраны переговоры Борнтина в Москве, прошедшие в феврале 1658 г., на которых посланник пытался убедить российское правительство принять предложения курфюрста.

В четвертом параграфе проанализированы результаты посольства и показано исчезновение точек соприкосновения в позициях России и Бранденбурга. В Москве в это время были настроены мириться со Швецией;

прогнозы же об отношениях с Польшей, наоборот, были более пессимистичными. Поэтому российское правительство приняло решение использовать услуги курфюрста, и не только для побуждения Речи Посполитой к миру, но и для отделения от неё Великого княжества Литовского и закрепления его за Россией (миссия стольника А. И.

Нестерова, март – сентябрь 1658 г.). Однако в России неверно оценили позицию курфюрста. Ориентация на Польшу была в тот момент непререкаемой доминантой его политики, и поэтому его сотрудничество с Россией в деле расчленения Речи Посполитой полностью исключалось; и очередной проект сотрудничества между Россией и Бранденбургом оказался неисполнимым. А заключение в конце 1658 г. перемирия со Швецией и начало новой войны с Польшей на долгое время лишили Россию и Бранденбург точек соприкосновения. Интересы курфюрста заключались теперь в войне со Швецией и попытках вытеснить её из Померании; для России же на первое место вышел украинский вопрос, и борьба с Речью Посполитой за Украину поглотила все силы Московского государства. В этих предприятиях Россия и Бранденбург ничем не могли помочь друг другу, и потому не имели оснований для контакта и взаимодействия.

В Заключении подведены итоги исследования и сформулированы основные выводы. Бранденбург оказался довольно неудобным партнером для России. Вынужденный всё время лавировать между более могущественными державами, и крайне непостоянный в своей политической позиции, он был почти непредсказуем для партнеров. Контакт с Бранденбургом предоставлял Московскому государству мало возможностей для улучшения своего внешнего положения. Ему нельзя поставить в упрек отсутствие старания: оно делало попытки привлечь Бранденбург для решения своих проблем; но этим попыткам недоставало гибкости и понимания положения, в котором в каждый данный момент находился курфюрст. Недоверие контрагентов друг к другу не давало им возможности добиться друг от друга иных результатов, кроме взаимного подтверждения нейтралитета. В силу того, что польский и шведский вопросы понимались ими во многом по-разному, Россия и Бранденбург не сумели воспользоваться теми возможностями повлиять на международную обстановку, которые открывались благодаря контактам этих стран друг с другом.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Прудовский П. И. К предыстории Валиесарского перемирия 1658 г.:

проект бранденбургского посредничества между Швецией и Россией // XV конференция по изучению истории, экономики, языка и литературы Скандинавских стран и Финляндии. Тезисы докладов. М., 2004. Ч. 1. С. 120— 122. 0,15 п.л.

Прудовский П. И. Проблематика русско-бранденбургских переговоров и заключение Рижского договора 1656 г. // Труды научной конференции студентов и аспирантов «Ломоносов-2005». Секция «История». Сборник тезисов. М., 2005. С. 6—9. 0,25 п.л.

Прудовский П. И. К вопросу формирования дипломатического протокола:

Россия и Бранденбург в середине XVII века // Вестник архивиста. 2005. № (85). С. 252 – 259. 0,4 п.л.

Прудовский П. И. Почему в архиве не сохранилось дело о миссии бранденбургского посланника Л. Киттельмана к Алексею Михайловичу // Архив русской истории. М., 2007. Вып. 8. С. 636—644. 0,5 п.л.

Прудовский П. И. Начало русско-шведской войны 1656—1660 гг. и генезис Рижского договора 1656 г. Между Россией и Бранденбургом // Вестник МГУ. Серия 8. История. 2007. № 5. С. 21—32. 0,7 п.л. (Журнал входит в перечень изданий, рекомендованных ВАК.)

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»