WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

В. Заборовского и Е. И. Кобзаревой проведен весьма плодотворный подход к их исследованию. Для них важно было понять, какую роль играли отношения с Бранденбургом (как и с другими государствами, контакты с которыми России историки вовлекли в свои исследования) для российской внешней политики и какое место они занимали во внешнеполитических расчетах российского правительства. Иначе говоря, предметом исследования становилась именно российская внешняя политика как активный деятель в системе международных отношений. Однако в этих работах в центре внимания находятся все-таки в большей степени русско-польские и русскошведские отношения; задачи целостно и последовательно изучить русскоMnchen,1981. S. 214—215; Gloger B. Friedrich Wilhelm Kurfrst von Brandenburg:

Biographie. Berlin, 1989. S. 124; Wessel M. S. Rulands Blick auf Preuen. Die polnische Frage in der Diplomatie und der politischen ffentlichkeit des Zarenreiches und des Sowjetstaates 1697—1947. Stuttgart, 1995. S. 27.

См.: Очерки истории СССР. Период феодализма: XVII век. М., 1955. С. 497—499;

Мальцев А. Н. Россия и Белоруссия в середине XVII в. М., 1974; История внешней политики России. Конец XV—XVII век. М., 1999. С. 305, 306; Кретинин Г. В. Восточная Пруссия в российско-прусских отношениях (конец XVII – середина XVIII в.). Научный доклад на соискание ученой степени доктора исторических наук. М., 1999. С. 22—29.

бранденбургские контакты исследователи перед собой не ставили11. Заслугой Д.И. Иванова является то, что он, изучая русско-польские переговоры под Вильной (1656 г.), ввел в научный оборот новые сведения о русскобранденбургских конфликтах на пограничье Пруссии и той части Литвы, которая была завоевана царскими войсками12.

Нужно признать, что долгое время в изучении русско-бранденбургских отношений господствовала германская традиция; до самого последнего времени едва ли можно говорить о существовании особой российской историографической традиции в разработке нашей темы. В целом до появления работ Заборовского в литературе доминировал подход, видевший только в бранденбургской политике активный фактор, который тем или иным способом (обычно с целью нейтрализации русской опасности) воздействовал на российскую политику. Определённый интерес к русско-бранденбургской проблематике, прослеживаемый в современной российской историографии, но реализуемый пока только в исследовании отдельных эпизодов, оправдывает стремление изучить русско-бранденбургские отношения как элемент и самостоятельное направление внешней политики России на протяжении целостного периода.

Источниковой базой исследования послужили в первую очередь делопроизводственные документы, связанные с организацией и протеканием как российских, так и бранденбургских дипломатических миссий. Основным комплексом источников являются материалы фонда-коллекции Российского Заборовский Л. В. Россия, Речь Посполитая и Швеция в середине 17 в.: Из истории международных отношений в Восточной и Юго-Восточной Европе. М., 1981.С.35—39.

См. также: Заборовский Л.В. Начало русско-польской войны и дипломатические контакты России с Австрией, Бранденбургом и другими европейскими державами (конец 1653 – январь 1655 г.) // Исследования по славяно-германским отношениям. М., 1971; Кобзарева Е. И. Дипломатическая борьба России за выход к Балтийскому морю в 1655—1661 гг. М., 1998.

Иванов Д.И. Восточная Европа во внешней политике России середины XVII века.

Русско-польские переговоры 1656 года. Дисс… канд. ист. наук. М., 2000. С.128—134.

государственного архива древних актов (РГАДА) «Сношения России с Пруссией», или «Прусские дела» (фонд 74). Материалы фонда исходят в основном из архива Посольского приказа. Наиболее существенный массив данных по русско-бранденбургским отношениям содержат столбцы – первичная форма приказного делопроизводства, сохранившие оригиналы многих документов, в том числе черновики, отразившие процесс работы над тем или иным решением. Как правило, столбец объединяет документацию, посвящённую одной дипломатической миссии; делопроизводство Посольского приказа при этом отражает различные этапы и аспекты подготовки и проведения российского или встречи иностранного посольства, хотя композиция дел о российских посольствах, с одной стороны, и о прибывавших к царю бранденбургских – с другой, обладает рядом отличий.

Подготовка посольства, в частности, определение его задач, становятся известными из наказа (инструкции) и царских грамот, в нашем случае – курфюрсту; его ход, с момента отъезда от царя до возвращения, освещен в статейном списке (дневнике-отчёте) и отписках (донесениях) дипломата, причем основной объем дневника занимает, как правило, рассказ о переговорах и других, порой неофициальных, контактах с представителями принимающего государства.

Приезд иностранного посольства документируется, что естественно, с момента появления дипломата на пограничной заставе; его продвижение к Москве сопровождается царскими указами воеводам стоящих на пути городов об обхождении с ним и соответствующими отписками. Немало места в деле занимают материалы о приветственной и прощальной аудиенциях у царя с тщательно расписанным церемониалом. Переговоры излагались в протоколах, не имевших специального названия; к ним могли прилагаться переводы меморандумов, ходатайств и иных документов, подаваемых дипломатами. Здесь же хранились и переводы грамот курфюрста к царю.

На основе столбцов в начале 1670-х гг. была составлена посольская книга, охватывающая период с 1650 по 1671 гг. Материалы первичного делопроизводства копировались в книгу очень выборочно. Целый ряд посольств рассматриваемого периода вовсе не нашел в ней своего отражения;

из некоторых дел скопировали лишь несколько документов; другие были списаны почти полностью13. Кроме того, в архиве хранятся подлинные грамоты курфюрста царю и экземпляры русско-бранденбургских договоров.

Материалы фонда «Прусских дел» до последнего времени практически не публиковались. Этот недостаток лишь частично восполнен благодаря недавней публикации Е. И. Кобзаревой14.

Бранденбургские источники были использованы в настоящем исследовании по монументальной публикации «Документов и актов по истории бранденбургского курфюрста Фридриха Вильгельма» 15;

отношениям Бранденбурга с Россией в изучаемый период здесь посвящено два раздела16. Недостатком этого издания является то, что многие документы в нем напечатаны в сильно сокращенном виде, часто просто в пересказе.

Однако это компенсируется тем фактом, что некоторые исследователи работали с материалами Берлинского тайного архива; в трудах С.

Пуфендорфа, Ф. Хирша и Г. В. Форстена17 многие тексты даны в пересказе РГАДА. Ф. 74. Оп. 1. Кн. 2.

Е. И Кобзарева. Отношения России и Бранденбурга в 50-е годы XVII в. // Русская и украинская дипломатия в международных отношениях в Европе середины XVII в. М., 2007. С. 311—340.

Urkunden und Actenstcke zur Geschichte des Kurfrsten Friedrich Wilhelm von Brandenburg. Berlin, 1864—1930. Bd. 1—23.

Ibid. Berlin, 1872. Bd. 6. S.700—707; Berlin, 1884. Bd. 8. S. 3—78.

Pufendorf S. De rebus gestis Friderici Wilhelmi Magni, electoris Brandenburgici, commentariorum libri novendecim. Berolinum, 1695. P. 253, 290—291, 334—337, 396—397, 455, 493; Hirsch F. Op. cit. Passim; Форстен Г. В. Указ. соч. Passim.

или в выдержках, восполняющих пропуски публикации. Обнародованы и международные договора Бранденбурга18.

Основные разновидности документов в бранденбургском комплексе напоминают изложенную выше классификацию русских источников.

Имеются инструкции, отчёты посольств в виде дневников, донесения, или реляции, протоколы. Кроме того, представлена частная переписка государственных деятелей, но по форме и по содержанию она весьма сходна с донесениями. Отличием бранденбургского документального комплекса от русского является больший удельный вес личной дипломатической переписки относительно материалов чисто делопроизводственного происхождения; в ней больше места занимает обмен мнениями; вообще личная точка зрения того или иного чиновника, в отличие от российских источников, много чаще находит выражение в бранденбургских актах совершенно эксплицитно.

В исследовании также привлекались материалы по сношениям России с другими странами: Польшей19, Швецией20, Австрией21, Данией22 и Курляндией23 – и материалы внешних сношений Бранденбурга24, а также сообщения дипломатических представителей других стран25.

Moerner T. von. Kurbrandenburgs Staatsvertrge von 1601 bis 1700. Berlin, 1867.

РГАДА. Ф. 79.

Там же. Ф. 96.

Памятники дипломатических сношений древней России с державами иностранными.

СПб., 1854. Т. 3.

РГАДА. Ф. 53.

Там же. Ф. 63.

Urkunden und Actenstcke zur Geschichte des Kurfrsten Friedrich Wilhelm von Brandenburg. Berlin, 1877. Bd. 7; Berlin, 1884. Bd. 8; Berlin, 1929. Bd. 23/1; Schlippenbach A.

von. Zur Geschichte der Hohenzollerischen Souvernitt in Preussen. Diplomatischer Briefwechsel des Knigs Karl Gustav von Schweden und des Gesandten… Chr. K. von Schlippenbach aus den Kriegsjahren 1654—1657. Berlin, 1906; Protokolle und Relationen des Следует отметить, что обеспеченность рассматриваемой темы источниками довольно высока; при этом наличие источников, происходящих и с российской, и с бранденбургской стороны, а также целого ряда известий от сторонних наблюдателей позволяет взглянуть на процесс русскобранденбургских отношений с разных точек зрения, подвергая их заодно взаимной проверке и корректировке. И эта возможность приобретает тем большее значение, что до сей поры исследователи использовали её далеко не в полной мере. Основное внимание уделялось, как правило, показаниям западных источников; российский же документальный комплекс оказывался в неоправданном небрежении. Между тем жанровое разнообразие содержащихся в нем документов позволяет, при сопоставлении с иностранными источниками, реконструировать и задачи, и ход, и результаты контактов России с Бранденбургом.

В своей методологии исследование исходит из того положения, что политика, как правило, представляет собой рациональную целесообразную деятельность; следовательно, за политическими акциями стоят определенные замыслы, ведущие к определенной цели. Таким образом, на основании данных о предпринимаемых политиками действиях можно восстановить их планы и намерения; при этом необходимо учитывать как характерные для того времени и тех культур дипломатические практики, так и особенности политического сознания и правосознания деятелей той эпохи, насколько они известны и поддаются реконструкции на основании данных об их Brandenburgischen Geheimen Rathes aus der Zeit des Kurfrsten Friedrich Wilhelm / Hrsg. von O. Meinardus. Leipzig, 1907. Bd. 5.

Die Berichte des kaiserlichen Gesandten Franz von Lisola aus den Jahren 1655—1660 / Hrsg.

von. A. F. Pribram. Wien, 1887. (Archiv fr sterreichische Geschichte. Bd. 70); Lettres de Pierre Des Noyers secrtaire de la reine de Pologne Marie-Louise de Gonzague princesse de Mantoue et de Nevers, pour servir l’histoire de Pologne et de Sude de 1655 1659. Berlin, 1859; Portofolio krlowej Maryi Ludwiki. Czyli zbir listw, aktw urzdowych i innych dokumentw, cigajcych si do pobytu tej monarchini w Polsce. Pozna, 1844. T. 2.

деятельности. Герменевтический подход к релевантным текстам разрешает возникающую в этом случае ситуацию логического круга.

Научная новизна работы состоит в том, что в ней впервые целостно и на основании всех известных источников проанализировано такое направление внешней политики России, как ее контакты с Бранденбургско-Прусским государством на протяжении законченного периода их отношений. Ряд эпизодов из этих отношений, таких как миссии Д. Е. Мышецкого (1656 г.) и Ф. П. Обернибесова (1657 г.), до настоящего времени оставался практически не изучен. Другие сюжеты хотя и привлекали внимание исследователей, но часто разбирались на недостаточном или одностороннем источниковом материале. Настоящая работа заполняет подобные исследовательские лакуны. В тех случаях, когда те или иные дипломатические акции оказывались более изученными, углубленный анализ источников и хода событий позволил выдвинуть новые интерпретации для известных событий.

Практическая значимость работы. Результаты исследования, проанализированный в нем фактический материал и сделанные на его основе частные наблюдения могут быть использованы в работах, посвященных проблемам внешней политики России, ее вхождения в европейскую систему международных отношений, типологии ее внешнеполитических контактов, при подготовке обобщающих монографий, учебных пособий, курсов лекций и семинаров по истории России в период позднего Средневековья и раннего Нового времени и истории российской дипломатической службы.

Апробация результатов исследования. Диссертация была обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры истории России до начала XIX века Исторического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Основные ее положения и отдельные выводы докладывались на международных и всероссийских конференциях, среди которых XV Скандинавская конференция (Москва, 2004), Вторые открытые исторические чтения “Молодая наука» (Москва, 2004), "Ломоносов-2005" (Москва), VI Уваровские чтения (Муром, 2005), XI Платоновские чтения (Самара, 2005) и другие. По материалам диссертации опубликовано 5 статей и сообщений общим объемом 2 п. л. (Список публикаций приводится в конце автореферата.) II. СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

.

Диссертация состоит из Введения, включающего разделы «Историография» и «Источники», шести глав, заключения и списка источников и литературы.

Во Введении содержится постановка проблемы, обоснование актуальности темы, определяются проблематика, цели, задачи и хронологические рамки исследования.

Раздел «Историография» содержит характеристики работ, посвященных исследуемой теме. В нем показано развитие историографических представлений о русско-бранденбургских отношениях середины XVII века и обосновано обращение к теме с точки зрения историографической ситуации.

В разделе «Источники» описаны документальные комплексы, на основании которых проведено исследование, дана классификация источников, оценена степень их информативности и достоверности.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»