WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

3. Морфологические особенности современных говоров к югу от г.

Арзамаса (территории бывшего Арзамасского уезда) отражаются в изученных документах лишь в некоторой степени, что обусловлено спецификой формуляра и лексического состава «Отдельных и межевых книг», составляющих исследуемый сборник.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Работа состоит из введения, четырех глав, заключения и приложения.

В каждой главе предпринято сравнение полученных данных с результатами исследований, посвященных деловым и неделовым текстам XVII века и данными современных говоров, бытующих на территории к югу от г. Арзамаса, приведены основные гипотезы, объясняющие причины тех или иных морфологических явлений.

Во введении заявлен предмет предпринятого исследования, определены его цель и задачи, актуальность и научная новизна; охарактеризованы источники исследования, указаны методы качественного лингвистического анализа, обоснована необходимость получения статистических характеристик использования грамматических категорий и вариантных окончаний отдельных форм.

Первая глава посвящена описанию и анализу функционирования имен существительных в «Арзамасских поместных актах»: в вероятностностатистическом аспекте рассмотрены основные грамматические категории и лексико-грамматические группы, описаны особенности словообразования, принадлежность к древним типам склонения, колебания некоторых лексем и отдельных типов личных имен по принадлежности к роду, специфика числового оформления существительных, их склонения и др.

Анализ результатов позволил заключить, что:

В Арзамасских поместных актах наиболее активно используются существительные с предметным значением, личные имена и существительные, называющие лицо по социальному положению. Реже встречаются отвлеченные, собирательные и вещественные существительные, а также географические названия.

Наблюдаемые в анализируемых текстах формы винительного падежа свидетельствуют о вполне сформировавшейся категории одушевленности для существительных со значением лица во множественном числе: взявъ с собою тутошнихъ и стороннихъ поповъ, и дьяконовъ, старостъ, и целовальниковъ, и крестьянъ, сколько человекъ пригоже (Отд. 127).

В исследуемых текстах наблюдается превалирование существительных мужского рода (в основном, за счет предметных и личных значений). Род некоторых существительных в «Арзамасских поместных актах» не всегда соответствует роду тех же существительных в современном русском языке (тое угодьи нет (Отд. 57), но в томъ угодье (Отд. и Меж. 129), в той поместьи (Отд. 209), но то поместье (Отд. 208), на грани признака (Отд.

377). Квалитативы с суффиксами –к- и –л- относятся чаще всего к женскому роду, как в памятниках деловой письменности, созданных в центральном регионе, причем оформление по женскому или среднему роду может варьироваться в пределах одного документа (сказал, что Богдашки нестало… за Богдашком поместье… де его, Богдашка, место (Нак. 121).

В «Арзамасских поместных актах» активнее, чем в других исследованных памятниках деловой письменности, используются формы существительных единственного числа, что связано с необходимостью указания на конкретный объект или лицо в ходе межевания. В «Арзамасских поместных актах» зафиксированы колебания в выборе числовой формы существительного (выпал снег (Отд. 154); выпали снеги велики (Отд. 37), отличия от современного русского языка в числовом оформлении некоторых существительных: отписавъ сена все покошенные (Отп. 128), за те сена взято (Зап. 136) и др.

Вероятностно-статистические данные об использовании падежей существительных показывают, что в «Арзамасских поместных актах», как и в других памятниках письменности, группу высокочастотных падежей составляют именительный, родительный и винительный; их частотность в «Арзамасских поместных актах» и других текстах практически не различается. Несколько выше, чем в других документах активность дательного и местного падежа (прежде всего, в зачине и в непосредственном описании межи), в меньшей степени употребителен творительный. Формы звательного падежа встречаются крайне редко.

Особенности склонения существительных в исследованных текстах в сравнении с деловой письменностью XVII века других регионов и современных говоров таковы:

1) В родительном падеже единственного числа склонения на *, j наблюдается варьирование окончаний –а/-я и –у/-ю в одних и тех же условиях, в ряде случаев даже в пределах одного документа. Вероятность использования нового окончания составила Р±Lp = 0.313±0.036, как правило, существительные с указанной флексией характеризуются темпоральным или локальным значением, имеют несколько слогов, причем ударение зафиксировано на основе. Конкретизация значения связана с флексией -а: съ водопоя, но для водопою, а значение части от целого дифференцируется окончанием -у: березнику, но отъ березника, что отражает общерусские тенденции. Количественные показатели не имеют существенных отличий от московских, нижегородских и угличских деловых памятников, частотность неисконных окончаний в летописных текстах существенно ниже, чем в «Арзамасских поместных актах». В современных говорах в районе города Арзамаса наблюдается более широкое использование окончаний былого *склонения.

2) В дательном падеже единственного числа существительные мягкой разновидности былых *, j –основ зафиксированы только с новыми окончаниями. Неисконное окончание –е зафиксировано и у существительных с древними основами на * и *r (по выписе (Отд. 93); межу тое пустоше (Отд. 373), матере … вдовh (Отд. 68), что отличает «Арзамасские поместные акты» от нижегородской и угличской письменности. Соответствующие флексии активно используются в рязанских текстах, отчасти это явление находит отражение в северо-западных документах, ДАРЯ фиксирует наличие указанных окончаний в говорах некоторых сел на территории бывшего Арзамасского уезда.

3) В винительном падеже в конструкции существительное на –а + инфинитив (обычно, в формульных выражениях типа земля делити (Отд.

209); сестра имъ своя девка Ненила кормити (Отд. 240) используется флексия именительного падежа, частотность указанного явления в нижегородских деловых текстах существенно ниже, в угличских и нижегородских летописно-повествовательных текстах оборот отсутствует.

4) В местном падеже единственного числа отражается взаимодействие твердой и мягкой разновидностей древнего склонения на *, j (на дворе (Отд. 93); во двори (Отд. 62).

5) Формы дательного, творительного и местного падежей отражают процесс унификации склонений во множественном числе в той же степени, что и нижегородская деловая письменность, существенно отличаясь от московских текстов.

Во второй главе анализируются особенности прилагательных в «Арзамасских поместных актах»: описаны семантико-грамматические разряды, степени сравнения, категории рода, числа, падежа, представлены именное и местоименное склонение прилагательных.

В «Арзамасских поместных актах» встречаются прилагательные различных семантико-грамматических разрядов, чаще всего в форме положительной степени. Наиболее употребительными оказались притяжательные прилагательные, высокочастотны относительные и относительно-притяжательные прилагательные. Реже используются качественные; счетные и отглагольные прилагательные в «Арзамасских поместных актах» практически не встречаются. Такое распределение прилагательных по семантико-грамматическим разрядам отражает жанровые особенности отдельных и межевых книг.

В исследуемых текстах наблюдаются самые высокие показатели вероятности использования мужского рода в кругу всех именных частей речи «Арзамасских поместных актов». Менее употребительны формы женского рода, прилагательные среднего рода характеризуются достаточно низкой активностью в сравнении с деловой письменностью других регионов.

Формы единственного числа прилагательных превалируют в «Арзамасских поместных актах» и характеризуются существенно более высокой активностью по сравнению с нижегородскими и угличскими деловыми памятниками того же периода. Правильные формы двойственного числа в исследованных текстах не используются, замещаясь формами множественного числа. В отдельных случаях они могут употребляться вместо единственного числа (только если речь идет о парных или имеющих две равноправные части предметах).

Высокие показатели, описывающие использование прилагательных мужского рода и единственного числа, связаны с наличием в отдельных и межевых книгах, составляющих «Арзамасские поместные акты», значительного количества патронимических образований.

Падежная система прилагательных именного склонения в меньшей степени, нежели деловые документы других регионов, отражает закрепление за ними предикативной функции, поскольку значительное количество именных прилагательных притяжательные. В соответствии с коммуникативной задачей текста в «Арзамасских поместных актах» наибольшую активность проявляют формы именительного, винительного и дательного падежей.

Особенности склонения прилагательных в «Арзамасских поместных актах» таковы:

1) В форме родительного и дательного падежей женского рода единственного числа в исследованных текстах наблюдается варьирование исконной и местоименной флексий у притяжательных прилагательных: отъ Маврины земли (Отд. 150), отъ Васильевой дороги (Отд. 16); Богдановой земле (наряду с «Богданове земле» (Отд. и Меж. 1). В ряде случаев притяжательные прилагательные присоединяли суффикс –ск: Булатовской жены (Отд. 220).

2) В именительном падеже единственного числа в «Арзамасских поместных актах» наиболее употребительным было новое окончание –ой (бобыльской дворъ (Отд. и Меж. 222); никольской попъ (Отд. 137). После основ на мягкий согласный чаще всего используется флексия –ей (козачей дворъ (Отд.12). У прилагательных женского рода единственного числа, помимо наиболее частотных флексий –ая/-яя (десятинная пашня (Отд. и Меж. 14), челядняя изба (Отд. 220), зафиксированы –оя/-ея (людцкоя избушка (Отд. 220); лишнея земля (Отд. 221). Во множественном числе невысокой активностью (как в нижегородских и северновеликорусских говорах) характеризуется церковнославянское окончание –ыя, встречающееся в основном в формульных выражениях (добрыя люди (Отд. 12); боярскыя дети (Отд. 221).

3) В формах родительного падежа единственного числа мужского рода наблюдаются вариантные окончания (традиционные, церковнославянские и отражающие живую речь). «Арзамасские поместные акты» характеризуется более высоким показателем сохранения исконных флексий –ого/-его (Р±Lp = 0,740±0,060) в сравнении с другими памятниками.

4) В винительном падеже, как в именительном, варьируются окончания – ой и –ый, после основ на мягкий обнаруживается исключительно окончание – ей или его фонетический вариант –яй; при согласовании с одушевленными существительными во всех употреблениях наблюдается окончание родительного падежа. на –ою.

Вероятностно-статистический анализ позволяет сделать вывод о достаточной близости прилагательных в «Арзамасских поместных актах» к современным при сохранении некоторых стилистически маркированных архаических и церковнославянских флексий, употребляемых в определенных клаузулах и формулах. Диалектные окончания используются крайне редко, лишь в отдельных документах, как правило, они отражают особенности акающих говоров. Связь с северо-западными говорами прослеживается нечетко, хотя некоторые северновеликорусские черты находят отражение в исследуемых текстах.

В третьей главе рассматриваются формы и функционирование местоимений в «Арзамасских поместных актах»: основы личных и возвратного, основы и семантические группы неличных местоимений, категории рода, числа, а также именное и местоименное склонение местоимений.

В исследуемых текстах обнаружены все семантико-морфологические группы местоимений (за исключением неопределенных); наиболее активно употребляются указательные и притяжательные местоимения, почти так же активны лично-указательные, определительные и вопросительноотносительные местоимения.

В «Арзамасских поместных актах» наиболее активно использовались местоимения в форме мужского рода, менее употребительны формы женского и среднего рода. Категория грамматического рода местоимений во множественном числе практически утратила морфологические показатели.

Специфика исследованных текстов заключается в более активном по сравнению с другими памятниками (в частности, нижегородскими и угличскими) использовании местоимений среднего рода.

Формы единственного числа так же, как в сфере употребления имен существительных и прилагательных, встречаются значительно чаще, нежели формы множественного. Количественные показатели единственного числа в «Арзамасских поместных актах» выше, чем в текстах других жанров и регионов, что соотносится с высокой употребительностью конкретных существительных в исследуемом сборнике.

Местоимения именного склонения используются в анализируемых текстах достаточно редко, в большинстве случаев обнаруживая окончания, близкие к современным. В то же время тексты не свободны от архаических и промежуточных основ (сопоставимых скорее со среднерусскими (окающими) и севернорусскими говорами), при этом многие особенности современных говоров региона не находят отражения в исследованных текстах.

Распределение падежных форм в «Арзамасских поместных актах» значительно отличается от зафиксированного для деловой письменности иных регионов и других жанров.

Особенности склонения местоимений в «Арзамасских поместных актах» в сравнении с деловой письменностью XVII века других русских территорий, а также современных говоров таковы:

1) В исследованных текстах отсутствует церковнославянская основа местоимения 1 лица азъ, фиксируемая в деловой письменности других регионов. Основа возвратного местоимения соб- отмечена в дательном (что характерно для многих регионов) и родительном падежах.

2) Местоимения 3 лица обнаруживают формы без начального н- как в исследуемых текстах, так и в современных говорах. Они употребляются активнее, чем в нижегородской деловой письменности разных жанров; в угличских текстах этих вариантов не зафиксировано.

3) В форме родительного падежа возвратных местоимений используется только новое окончание –я; по этому признаку исследуемые тексты оказываются близки среднерусским (окающим) и северновеликорусским говорам.

4) В родительном падеже мужского и среднего рода активнее, чем в других памятниках, отражаются новые флексии -ово/-ево. Для женского рода характерно преобладание исконного окончания -ое (по количественным показателям исследуемый сборник наиболее близок нижегородской деловой письменности).

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»