WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Диссертант уделяет внимание проблеме повода к иску (интереса в правовой защите), который в дореволюционной процессуальной литературе расценивался как предпосылка процесса. При этом исследуются теории В.М. Гордона, А.Х. Гольмстена, Е.В. Васьковско го, М.А. Гурвича, В.П. Чапурского, К.С. Юдельсона, относящиеся к данной тематике. Автор высказывается в пользу плодотворности использования конструкции потребности в правовой защите как предпосылки рассмотрения иска по существу.

Возникновение исков о преобразовании в научном и практическом обороте в конце XIX – начале XX века является результатом прогресса научной мысли. В пользу существования исков о преобразовании высказались Т.М. Яблочков и Е.В. Васьковский.

После революции главным апологетом исков о преобразовании стал М.А. Гурвич. Законодательный фундамент указанных исков он видел в ст.6 ГК РСФСР 1964 г. (ст.12 ГК РФ). Автор соглашается с мнением М.А. Гурвича о том, что иск о преобразовании направлен на изменение или прекращение правоотношения посредством судебного решения, осуществляющего законное и обоснованное правомочие истца. М.А. Гурвича поддерживают И.М. Пятилетов, А.А. Ференц-Сороцкий, В.К. Пучинский, Г.Л. Осокина и Д.О. Тузов.

Диссертант, опираясь на классификацию М.А. Гурвича, вычленяет следующие виды исков о преобразовании: 1. иски, инспирирующие самоценные (т.е. не выступающие суррогатом волеизъявления сторон) судебные решения (иски о расторжении брака); 2. иски о решениях, заменяющих собой волеизъявление должника или ответчика (иски о расторжении договора).

Материально-правовым базисом преобразовательных исков выступает преобразовательное полномочие истца, а точнее – его модификация в виде права подачи иска о преобразовании.

Феномен преобразовательных исков исследуется на примере сравнения оспоримых и ничтожных сделок.

Автор подвергает критике позицию ученых, не признающих иск о преобразовании (В.М. Гордон, И.Е. Энгельман, Н.Б. Зейдер, А.Ф. Клейнман, В.П. Чапурский, А.А. Добровольский).

Третья глава диссертации посвящена изучению элементов иска (предмета спора) в гражданском процессуальном праве России и Германии.

В первом параграфе рассматривается значение содержания иска (элементов иска или предмета спора) в гражданском процессуальном праве России и Германии, заключающееся в том, что оно выступает критерием, с помощью которого устанавливается тождество исков, играющее центральную роль при разрешении ряда важных практических вопросов, а именно: вопросов о наличии объективной множественности исков и изменения иска, а также об обоснованности возражений о рассматриваемом или рассмотренном в другом процессе тождественном иске.

В первом пункте автор обращается к значению содержания иска в римском праве.

В римском праве объективная множественность исков существовала тогда, когда в процесс вводились несколько исков (actiones).

Изменение иска в виде изменения требования в римском праве являлось невозможным, т.к. истец получал от претора определенную формулу, по которой и должен был состояться процесс. Что касается фактического основания иска, то оно, поскольку не затрагивалось формулой, могло свободно меняться истцом.

Правовые последствия нахождения дела в судопроизводстве в отношении возможности подачи иска с таким же содержанием состояли в том, что запрещалось возбуждать новое дело по тому же иску. Тождественность двух дел определялась в зависимости от содержания формулы требованием истца, либо требованием истца и приведенным в его обоснование индивидуальным правоотношением. Объективные границы законной силы судебного решения определялись таким же образом.

Во втором пункте автор исследует значение содержания иска в германском гражданском процессуальном праве.

При использовании старой материально-правовой теории предмета спора количество процессуальных притязаний равнялось количеству лежащих в их основе притязаний материальных. В свою очередь, материальное притязание толковалось с помощью фактов, понимавшихся как основание его возникновения.

Со вступлением в силу ГПК Германии основание иска стало составной частью процессуального притязания. Следовательно, предметы спора в процессе были идентичны в том случае, когда полностью совпадали их индивидуализирующие элементы: само материальное притязание и его основание (основание иска). Применительно к теории субстанциирования основанием притязания выступала совокупность требуемых законом правопроизводящих фактов. Согласно теории индивидуализации, основание иска составляло правоотношение, из которого проистекает исковое притязание.

Разработанное А. Вахом в качестве предмета спора притязание на правовую защиту индивидуализировались предметом защиты (правом или правоотношением) и основанием защиты (интересом в правовой защите), которые вместе образовывали основание иска. Интерес в правовой защите выражал форму правовой защиты, испрашиваемую истцом у суда (присуждение или установление).

Применение теории К. Хелльвига - Ф. Лента о конкретном правоутверждении к указанным четырем институтам имело в целом те же последствия.

Сформулированное Л. Розенбергом и А. Никишом учение об абстрактном правоутверждении позволило объединить в одно процессуальное притязание несколько материальных прав на преобразование (притязаний), стремящихся к одной цели. Кроме того, Л. Розенберг, в отличие от А. Никиша, включивший в предмет спора форму правовой защиты, очень просто объяснил возможность подачи после иска об установлении некоего материального притязания иска о присуждении к исполнению этого притязания.

Отрицательной стороной этой теории было нечеткое определение понятия «обстоятельства дела».

Вследствие этого автор соглашается с мнением К.Х. Шваба о том, что предмет спора определяется только исковым требованием, а обстоятельства дела привлекаются исключительно для его толкования в случаях, когда само требование не вносит достаточной ясности в обозначение предмета спора.

В третьем пункте автор исследует значение содержание иска в российском гражданском процессуальном праве.

Автор полагает, что согласно действующему законодательству средства индивидуализации иска суть его предмет (требование истца, обращенное к суду) и основание (обстоятельства дела).

Ряд нынешних авторов выделяет содержание иска в качестве третьего элемента последнего, что с позиции закона совершенно необоснованно. Следовательно, правы процессуалисты, критикующие указанную концепцию уже за одно неудачное словоупотребление, ибо содержание иска – это, скорее, не его отдельная составная часть, а сам иск в целом (В.П. Чапурский, К.С. Юдельсон).

Диссертант не соглашается с отождествлением предмета иска с требованием истца к ответчику, т.к. оно существует только в исках о присуждении и оставляет тем самым прочие иски без своего предмета. Автор высказывает сомнения в обоснованности определения предмета иска как спорных права или правоотношения. Неоправдан и расщепленный подход к предмету иска в разных исках, когда в одном случае в качестве предмета выступает требование (и правоотношение), а в другом – только правоотношение.

В свете сказанного, автор в целом согласен с трактовкой предмета иска как способа защиты нарушенного или оспоренного права, либо охраняемого законом интереса, осуществляемой Г.Л. Осокиной.

Во втором параграфе исследуется содержание иска в германском гражданском процессуальном праве.

В первом пункте автор обращается к содержанию иска в римском праве, где указанный вопрос решался в соответствии с тем, как иск (actio) был индивидуализирован в данной претором формуле. Автор приходит к выводу, что в зависимости от вида иска его содержание было различным: либо требование истца само по себе, либо это требование и его основание (правоотношение). В некоторых случаях (actiones in factum) основанием иска являлись факты. Однако истец мог ограничить предмет рассмотрения в процессе, когда он определялся только исковым требованием, конкретным правовым основанием.

Относительно того, как сами римские юристы, определяли предмет судопроизводства, можно сказать лишь, что они использовали слово res (дело).

Во втором пункте исследуется содержание иска в германском гражданском процессуальном праве.

Автор указывает следующие основные теории предмета спора: 1. теория предмета спора как материально-правового требования истца к ответчику, подвидами которой являлись учения о фактической (субстанциирование) и юридической индивидуализации; 2. теория предмета спора как притязания на правовую защиту; 3. теория предмета спора как конкретного правоутверждения; 4. теория предмета спора как абстрактного правоутверждения; 5. современные теории предмета спора: одно-, двух-, трехчленный предмет спора.

Что касается доктринальных концепций процессуального притязания, то германская юридическая литература довиндшайдовского периода характеризовалась пониманием иска в материальном смысле (или права на иск в материальном смысле) в качестве предмета спора сторон в процессе. Иными словами, процессуальный спор шел по поводу того, как процессуальными средствами обосновать фактически существующее материальное право на иск.

Б. Виндшайд выдвинул концепцию, согласно которой действительное значение и в праве, и в процессе имело притязание, становившееся предметом процесса. Указанное понятие было заимствовано ГПК Германии и ГГУ.

Как предмет процесса, притязание индивидуализировалось его предметом, или исковым требованием, и основанием, или основанием иска. Применительно к последнему возникли две теории: субстанциирования (Л. Гаупп, Г. Фиттинг, Ю.В. Планк) и индивидуализации (А. Вах, Ю. Петерсен). Относительно судьбы этого некогда принципиального спора в современной науке можно сказать, что верх взяла теория субстанциирования.

Основу современного учения о предмете спора заложил А. Вах, подход которого отражал существо процессуальных правоотношений и подчеркивал, что между материальным и процессуальным притязанием наличествует связь, аналогичная взаимодействию материального и процессуального права. Его теория получила название притязания на правовую защиту. В дальнейшем концепция А. Ваха, в силу присущих ей существенных недостатков, была отвергнута.

Следующим этапом в развитии учении о предмете спора стало конкретное правоутверждение, разработанное К. Хелльвигом и Ф. Лентом, выражавшееся в том, что предметом спора называлось подлежащее утверждению или отрицанию истцом право (правоотношение), касательно которого истребуется правовая защита.

Конкретность рассмотренного правоутверждения состоит в том, что оно опирается на определенное материальное правоотношение, т.е. в большинстве случаев этому правоут верждению соответствует некоторое материальное право или притязание. Однако при таком подходе в предмет спора не включается форма правовой защиты, которая как раз и лежит, по мнению автора, в основании деления исков на виды.

Начало современным теориям предмета спора положили разработки, сделанные Л. Розенбергом и А. Никишом, указавшими на особое значение для понятия процессуального притязания требования, выдвигаемого истцом (абстрактное правоутверждение).

Л. Розенберг дефинировал предмет спора как направленное на установление правового последствия с помощью судебного решения требование, которое определяется заявленным ходатайством и приведенными в его обоснование обстоятельствами дела. Позиция А. Никиша отличалась тем, что в состав предмета спора не включалась форма правовой защиты.

Теория А. Никиша и Л. Розенберга подверглась в дальнейшем доработке и вылилась в учение о двучленном предмете спора для всех исков (позиция большей современных немецких процессуалистов - Х. Томас и Х. Путцо, О. Яуэрниг, Р. Брунс, П. Готвальд и др., а также судебной практики).

Э. Бёттихер, на основе процессов, связанных с брачными правоотношениями, сформулировал учение об одночленном предмете спора, определяемом только исковым требованием. Это учение было распространено впоследствии К.Х. Швабом на весь гражданский процесс. Предмет спора определялся здесь как требование определенного судебного решения. Автор присоединяется к теории одночленного предмета спора, продуктивного и для российского гражданского процесса, как наиболее приемлемой для разрешения тех практических вопросов, урегулированию которых она служит.

Автор также подвергает анализу трехчленный предмет спора В. Хабшайда; варианты двухчленного предмета спора, разработанные А. Бломайером, О. Яуэрнигом, В. Хенкелем и Р. Брунсом.

В третьем параграфе исследуется содержание иска в российском гражданском процессуальном праве.

Дореволюционные авторы в большинстве считали, что содержание иска составляют исковое требование и его основание (В.М. Гордон, А.Х. Гольмстен, И.Е. Энгельман, Т.М.

Яблочков). Что касается основания иска, то в русской науке гражданского процесса, подобно германской, спор разгорелся вокруг того, являются ли этим основанием факты (теория фактической индивидуализации – субстанциирования: В.М. Гордон, Т.М. Яблочков, И.Е. Энгельман) или правоотношение (теория юридической индивидуализации: А.Х.

Гольмстен), из которых проистекает притязание истца.

Особую точку зрения в названном вопросе защищал Е.В. Васьковский, выделивший три составные части иска, с помощью которых осуществляется различение одного иска от любого другого. К числу этих составных частей иска Е.В. Васьковский относил его содержание, предмет и основание.

Тенденция развития учения о составных частях иска в послереволюционный период характеризуется острой дискуссией между сторонниками вычленения двух и трех элементов иска. В качестве таковых первые (В.П. Чапурский, А.А. Добровольский, С.А. Иванова, К.С. Юдельсон, Н.Б. Зейдер и др.) называют предмет и основание иска, вторые добавляют к ним также содержание иска, т.е. его процессуальную цель (М.А. Гурвич, А.Ф. Клейнман, А.А. Ференц-Сороцкий и др.). Кроме того, отдельные ученые считают третьим элементом иска спорящие стороны (К.И. Комиссаров, Г.Л. Осокина).

Под основанием отечественные процессуалисты практически единодушно понимают юридические факты, иными словами, те обстоятельства дела, с наличием или отсутствием которых закон связывает возникновение или прекращение правоотношения. Лишь А.А.

Добровольский встал на позицию юридической индивидуализации.

Что касается предмета иска, то относительно него в отечественной процессуальной науке наличествуют, пожалуй, наибольшие разногласия. Они вызваны тем, что ряд сторонников двухчастной конструкции иска (А.А. Добровольский, К.С. Юдельсон и С.А. Иванова) понимают под его предметом то, что их противники выделяют в качестве отдельного его элемента (М.А Гурвич, А.Ф. Клейнман, И.М. Пятилетов): требование истца (к ответчику).

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.