WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

Стихотворения Гао Мина можно распределить по следующим основным тематическим группам: послания друзьям, надписи на картинах, дорожные размышления, думы об исторических событиях прошлого, любования природой. Имеется также одно нравственно-этическое стихотворение, посвященное добродетельной женщине Ван, верно служившей родителям мужа после его смерти.

Многие стихотворные произведения обличительны по духу и социально направлены. Они содержат критику лихоимствующего чиновничества и непатриотичного поведения высших сановников, проникнуты сочувствием к простому народу, страдающему от непосильного труда и своеволия правителей («Поездка в Баоцзи-сы», «Надпись на картине с тигром», «Подражая рифме чэнчжи1 Чжао, пишу о могиле Юэ-вана»). Вполне вероятно, что отдельные стихотворения иносказательно осуждают политику императора и власть иноземной династии («Картина Чжаоцзюнь покидает заставы»). Ряд поэтических творений – как правило, пейзажные зарисовки или обращения к друзьям («Надпись на [жилище] скромного отшельника Мэн Цзунчжэня в Хуэйлу», чэнчжи – сановник по секретным повелениям императора.

«Дерево Безрукий старик»), – преисполнен отшельнических и философских мотивов. Устав от многочисленных мимолетных житейских треволнений, служебных обид и огорчений, а также тревог смутного времени, Гао Мин ищет внутреннего утешения в идеях буддизма и даосизма и в общении с вечной и чистой природой, в беседах за вином или чаем с понимающими друзьями («Зеленый домик»).

В составе прозаических произведений Гао Мина представлены:

предисловие к сборнику стихов известного сунского поэта Лу Ю (1125—1210), четыре надписи на стелах к каллиграфии древних мастеров кисти, одно рассуждение о принципах каллиграфии, надгробная эпитафия, заметка, адресованная другу-отшельнику, заметка о строительстве крепости в Юйяочжоу, заметка об отшельнике, два произведения с морализаторским содержанием и одно – сатирическим («Повесть о черной драгоценности»).

Наше внимание привлекли произведения на нравственную тематику – в них драматург восхваляет долг сыновнего благочестия, – и «Повесть о черной драгоценности», где Гао Мин рассуждает о губительности финансовой политики двора, выпускавшего в больших количествах бумажные деньги, а также о пороках и беспорядках, которые деньги порождают в обществе.

Также Гао Мином, кроме «Пипа цзи», была написана еще одна пьеса, носившая название «Минь Цзыцзянь в простой одежде», не сохранившаяся, но, видимо, восхвалявшая сыновнюю почтительность одного из учеников Конфуция.

Обзор наследия Гао Мина позволил нам увидеть, что драматурга в значительной мере волновали проблемы нравственного поведения людей, толкуемые в понятиях традиционного конфуцианства и утверждавшие зависимость мира и благополучия в государстве от этического состояния общества. Причем особенно его интересовали семейные ценности.

Очевидно, он считал, что для стабильного и спокойного существования страны необходимо прививать людям базовые принципы конфуцианской морали, укреплять семью, поощрять людей совершать благие дела, избегать пороков. Особое внимание этим вопросам он уделял в драматургии – наиболее доступном и популярном в народе виде искусства.

Это наблюдение дает нам важный ключ в понимании главной темы и идеи изучаемой нами пьесы «Пипа цзи».

В третьей главе «История жанра наньси и роль пьесы «Пипа цзи» в его развитии» мы рассматриваем ранние пьесы южного театра, определяем их время и место возникновения, авторов. Здесь же мы исследуем тематику и основные структурные особенности этих произведений, выявляем отличия пьесы «Пипа цзи» от ранних наньси, обозначаем, какой вклад произведение Гао Мина могло внести в развитие южной драматургии.

Южная драма зародилась во второй половине XII века, была довольно популярна в то время и на протяжении XIII столетия.

Авторы сивэней чаще всего неизвестны, потому что тогда подобная информация редко сообщалась: понятие индивидуального творчества в драматургии появилось только в юаньскую эпоху. Есть сведения, что пьесы обычно писались в книжных обществах столицы южносунской династии Ханчжоу. Создавали их также в другом крупном торговом городе провинции Чжэцзян – Вэньчжоу.

Из ранних пьес до нас дошли только три – «Первый победитель Чжан Се», «Ошибка знатного юноши» и «Мясник Сунь» – созданные в конце правления династии Южная Сун и в первой половине эпохи Юань. Они имеют разную длину (количество иероглифов колеблется от 5 до 32-х тысяч знаков), представляют собой не расчлененные на части сплошные тексты, в которых прозаические монологи и диалоги актеров перемежаются ариями, написанными на южные народные мелодии.

Исполнялись пьесы, несколькими актерами, выступавшими в трех главных амплуа – шэн, дань и мо.

Тематика ранних наньси достаточно разнообразна. «Первый победитель Чжан Се» – пьеса с сильным социальным содержанием, в ней осуждается порожденное расцветом сунской экзаменационной системы явление семейного предательства студентов, выдерживавших экзамены и бросавших своих жен. В пьесе «Ошибка знатного юноши» – любовнобытовой и назидательной – осуждается легкомысленное поведение молодого человека отправившегося на экзамены, но промотавшего на певичек данные ему родителем деньги и поэтому не сдавшего их. Наконец, третья пьеса относится к судебным, потому что в ней рассказывается об убийстве женщиной мужа-мясника и раскрытии этого преступления.

Ранние южные пьесы выглядят достаточно примитивными в структурном и художественном отношении. Они имеют простые сюжеты, написаны простым языком, их арии чаще всего информативны и лишены психологизма. Эти недостатки наньси привели к тому, что их быстро затмили строгие и совершенные четырехчастные северные произведения цзацзюй, появившиеся в юаньское время и тогда же занявшие господствующие позиции в театре. Популярность новых пьес могла бы привести к постепенному исчезновению и забвению наньси, если бы не сложность канона, требовавших при создании северных цзацзюй соблюдения определенных композиционных, музыкальных и сценических правил, сильно ограничивавших возможности произведений и препятствовавших развитию набиравшей в эпоху Юань силу тенденции к психологизации и детализации художественного изображения в произведениях. Излишняя канонизирован-ность и небольшие размеры цзацзюй (стандартное количество иероглифов колеблется от 10 до тысяч), не позволявшие более подробно описывать действия и внутренний мир героев, побуждали авторов пьес искать новые более простые, но вместе с тем достаточно изящные театральные формы. Гао Мин, видимо, был одним из таких драматургов. Он обратился к еще недавно хорошо известному в его родных местах жанру наньси, избавленному от канонов и позволяющему произведениям иметь сколь угодно большие размеры, необходимые в зависимости от требования сюжета и замысла автора. Он обратился к жанру, который к тому же политически не ассоциировался с монгольским севером, но напоминал о прежней китайской национальной династии и его столице Ханчжоу. Драматург создал свою южную пьесу и она оказалась более совершенной, чем прежние. В ней он дал ответы на волновавшие современников эстетические театроведческие вопросы, но также – идеологические (об этом подробнее говорится в пятой и шестой главах нашей работы). Пьеса быстро стала известна. А поскольку «Пипа цзи» своим появлением предложила драматургам действительно весьма удобное решение для преодоления формальных трудностей цзацзюй, она нашла подражателей и таким образом поспособствовала возрождению и дальнейшему развитию наньси.

Четвертая глава называется «Сюжет пьесы Пипа цзи. Вопрос о его генезисе и переработке Гао Мином старого полуфольклорного источника. Развитие сюжета после появления Пипа цзи».

В настоящей главе изучается происхождение сюжетного материала, положенного в основу пьесы Гао Мина и его дальнейшая судьба. Мы обращаемся к этому вопросу потому, что он нередко бывает интересен для китайских ученых, всегда желавших знать, почему сюжет «Пипа цзи» отличается от предполагаемого ее прототипа – пьесы «Добродетельная Чжао и Цай Второй», – какой творческий замысел драматург вкладывал в свое произведение и каким образом имя легендарного ханьского ученого Цай Юна (133-192), никогда не бросавшего жены ради женитьбы на дочери первого министра, оказалось связано с этой историей.

Для удобства рассмотрения вопросов, обозначенных в названии главы, эта часть нашего исследования предваряется изложением сюжета «Пипа цзи» по картинам с указанием амплуа персонажей – подобный принцип, но применительно к пьесам цзацзюй, предлагается в монографии «Китайская классическая драма XIII-XIV вв.» В.Ф. Сорокиным.

Проблема происхождения сюжета «Пипа цзи» начала обращать на себя внимание китайских ученых уже давно. За несколько веков существования пьесы предлагалось несколько версий на этот счет. Мы выбрали пять наиболее известных и классифицировали их по двум группам, выделив среди них гипотезы, полагающие, что сюжетный материал для пьесы Гао Мина предоставил реальный случай, свидетелем которого был драматург («А»), или более раннее народное предание («Б»).

К группе «А» мы отнесли легенду, изложенную в «Мин ши ивэнь чжи» («Библиографический раздел истории династии Мин») и версию минского критика Тянь Ихэна (вторая половина XVI в.), изложенную в его книге «Лю цин ни чжа» (). В «Мин ши ивэнь чжи» сообщается, что изображаемые в пьесе события произошли с приятелем драматурга, но имя его не указывается. В сочинении Тянь Ихэна называется имя «Ван Четвертый». Другим сторонником гипотезы был китайский критик Мао Шэншань, написавший в XVII веке комментарии к пьесе.

Во второй группе нами перечисляются четыре истории, по содержанию напоминающие пьесу «Пипа цзи» – в них разные ученые усматривали возможные источники сюжета для «Пипа цзи»:

- история о северосунском ученом Цай Бяне и дочери известного сановника Ван Аньши (1021-1086, сторонник версии – Сюй Цзунъянь, 1768-1818), - новелла о танском студенте Цае и дочери известного министра Ню Сэнжу (779-847, сторонник – Ван Шичжэнь, 15261590), - история о восточноцзиньском Му Жунцзе и дочери министра Ню Цзиня (гипотезы придерживался Байюнь-саньсянь, конец XV- первая пол. XVI вв.; другой сторонник – Хуан Цзюянь, XVII в.), - история о ханьском ученом Цай Юне (южносунские пьеса наньси «Добродетельна Чжао и Цай Второй» и сказ под барабан).

Все эти истории чем-то похожи одна на другую: в них совпадают либо имена отдельных или большинства героев, либо повторяется основная канва сюжета. Но имеют они и определенные различия. Например, в пьесе «Добродетельная Чжао и Цай Второй» финал имеет несчастливое завершение: молодой ученый намеренно отказывается от первой жены.

Более того, Цай Юн насмерть затаптывает женщину Чжао копытами своего коня. В наказание вечно справедливое Небо испепеляет его молнией. В этой пьесе конфликт разрешен в соответствии с народным представлением о том, что предатель семьи непременно будет покаран всевидящим Небом.

В остальных трех историях герой оказывается мужем дочери министра не по своей инициативе и первую жену вовсе не отвергает, но воссоединяется с ней и живет с обеими женами в мире и согласии.

Большинство современных китайских литературоведов (Чжоу Ибай, Дай Буфань, Лань Фань) считает, что Гао Мин при создании своего произведения опирался на пьесу «Добродетельная Чжао». Они полагают, что драматург переработал эту наньси, придал ей счастливый финал, и с тех пор якобы история о Боцзе и существует в двух вариантах – с двумя разными концами. Но сопоставление приведенных нами вариантов истории группы «Б» и сведение о том, что одна из них (о танском студенте Цае), вероятно, восходит к эпохе Тан, дают нам основание утверждать, что уже до появления пьесы Гао Мина могли существовать варианты с несчастливым и благополучным финалами. Более того, танская новелла о студенте Цае со счастливым концом могла быть известна драматургу, потому что она упоминается в «Записках в свободное от полевых работ время» Тао Цзунъи (1316-), современника и почти земляка Гао Мина (оба жили в провинции Чжэцзян), оставившего о драматурге много ценных сведений. На основании этого и результата вышеприведенного сопоставления мы предположили, что Гао Мин не был автором счастливого конца, и что при создании своего произведения он мог руководствоваться не только южносунской наньси, но и танской новеллой.

Относительно причины того, почему имя ханьского ученого Цай Юна стал носить главный герой южносунской истории, мы предположили, что виной тому было либо его служение известному узурпатору древности Дун Чжо (II в.), о котором простые китайцы могли знать из цикла многочисленных преданий об эпохе Троецарствия. Либо то, что исторический Цай Юн носил на службе звание «чжунлана» (офицер дворцовой стражи), а другой Цай – очевидно, его однофамилец и человек, действительно сдававший экзамен и бросавший жену, был вторым сыном в семье и поэтому имел прозвища «чжунлан» и «эрлан». Простые люди могли спутать термин родства и служебное звание Цай Юна и приписать тот поступок ему.

После создания пьесы Гао Мина сюжет пьесы «Пипа цзи» был известен в двух вариантах. В одном он был полностью идентичен «Пипа цзи» с редкими незначительными изменениями, в другом – герой представлялся явным изменником и находил наказание в финале пьесы.

Пятая глава «Идейное содержание Пипа цзи» посвящена проблеме главной идеи пьесы Гао Мина.

Главную идею в пьесе «Пипа цзи» ученые Китая видели по-разному.

Старые критики (Мао Шэншань) обычно называли ее дидактической и говорили, что она призвана воспитывать нравы в обществе. Иногда появлялись люди, утверждавшие иное: Мао Сюйши (XVII в.) усматривал в пьесе осуждение поступка главного героя.

После революции 1949 года идейное содержание произведения тоже трактовалось неоднозначно и нередко с позиций вульгарного социологизма. То говорили, что «Пипа цзи» иносказательно осуждает угнетавших китайское население монгольских правителей (Шан Юэ), обличает «мрачные стороны» средневековой действительности Китая и воспевает лучшие внутренние качества простых китайских людей (Чэнь Юцинь ), то находили в ней обнажение противоречий между нравственным долгом сыновнего благочестия и преданностью государю, выступление в защиту семьи (Ли Чанчжи, Пу Цзянцин ).

Другие обнаруживали критику экзаменационной системы (Хоу Байпэн). То говорили, что Гао Мин излишне восхваляет конфуцианскую мораль (Сюй Шофан, Чэнь До), то полагали, что он ее осуждает (Сяо И ).

Pages:     | 1 || 3 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.