WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |

На всех выделенных нами этапах формирование образа Японии проходило под влиянием Сталина. Анализ переписки советского руководства, иные источники показывают, что именно его представления и его мировоззрение определяли советско-японские отношения. Образ Японии создавался у вождя на фоне собственного мнения о нормах и ценностях, через черно-белое восприятие действительности, на фоне представлений, которые были далеки от реальности39.

Надо отметить, что на восприятие Японии советским политическим руководством оказывал большое воздействие исторический груз конфликтов, претензий и обид. На его сознание продолжали влиять и устойчивые стереотипы о Японии, которые сложились в предыдущие периоды40. Это можно объяснить тем, что негативные черты складываются в общественном сознании быстрее, чем позитивные и приобретают более устойчивую форму. Здесь еще следует добавить, что, когда нет диалога культур, широкого информационного обмена, образ другой страны обедняется.

Исследование показало, что через первые успехи, в том числе на оз. Хасан и р. Халхин-Гол, достижения в построении сильного государства власть легитимизировала себя в народном сознании, а также осознавала свою значимость, важность в управлении страной.

В целом, изучение формирования образа Японии как части общей системы представлений о реальности у советского политического и военного руководства свидетельствует о том, что его представления трансформировались с трудом, для него была характерна стабильность и устойчивость взглядов, определенная инерционность мышления, недостаточная его подвижность по отношению к меняющимся требованиям окружающего мира.

Во второй главе – «Образ Японии в представлениях советской интеллигенции 30-х гг. ХХ в.» - анализируются особенности социальной психологии научных кругов, в частности, японоведов, сотрудников ВОКС, ТАСС и представителей творческой интеллигенции, раскрывавшихся через образ Японии, так как восприятие Страны восходящего солнца (как и всего внешнего мира) вносило вклад в процесс самоидентификации советской интеллигенции, становление ее как социальной группы. Также изучение взглядов представителей науки, искусства на Японию позволяет проследить их представления о советской политике, экономике, выявить особенности взаимоотношений власти и интеллигенции.

Исследуемый период характеризуется развитием советского японоведения:

формируются научные школы, закладывается источниковедческий, методологический фундамент, поднимаются новые проблемы, расширяется круг изучавшихся вопросов, особое внимание уделяется исследованию проблем современной истории. В связи с потребностями времени развивается лингвистика и языкознание, составляются различные словари, издаются фундаментальные работы, которые будут актуальны и востребованы многие десятилетия.

Несмотря на серьезные изменения в японоведении, советские ученые продолжали развивать те тенденции, которые были характерны и для дореволюционной школы, а именно, параллельное исследование проблем современной жизни страны и ее классического наследия. К концу 1930-х г.

советское японоведение имело уже и свои достижения, которые получили См.: Сталин и Каганович. Переписка. С. 18.

Миф о «желтой опасности», «островной хищнице», стране «самураев» и «гейш».

положительную оценку среди ведущих зарубежных исследователей; были заложены основы для будущих работ. К сожалению, в исследованиях ученых той поры не представлено изучение вопросов культуры, религии, философии, вклад японской культуры в мировое развитие. Это было результатом «социального» заказа, а также особенностей времени и эпохи.

Для части исследователей это был тяжелый период, прежде всего из-за внедрения нового методологического подхода, полного контроля власти, «навязывания» тематики работ, что сказывалось на отношении ученых к миру, на их сознании.

Однако следует отметить, что, несмотря на влияние официальной линии, советские японоведы в своих исследованиях сумели подчеркнуть рациональность японцев, их стремление к инновациям. Советские востоковеды выделили основные направления развития японской экономики, в частности, ориентацию на технические достижения, импорт в страну достижений научно-технической мысли из-за рубежа. Одной из заслуг является разработка вопроса периодизации японской истории на основе анализа содержания переходных эпох в социальноэкономическом развитии страны.

Образ Японии не был однозначным в сознании советской интеллигенции.

Как показали многочисленные источники, культура, искусство, наука Японии оценивалась ею с положительной стороны, как часть мирового потенциала и наследия человечества, а политическая, экономическая деятельность японского правительства воспринималась негативно, осуждалась. Восприятие зависело от социального происхождения, профессиональной деятельности, уровня образования, принадлежности к партии, опыта личных контактов, от близости к власти, степени участия в создании официального образа.

По разному воспринимали Японию старая и новая интеллигенция. Образ Японии у представителей старшего поколения основывался на знаниях, опыте, интеллектуальном багаже, который сложился в дореволюционный период;

влияние имели определенные стереотипы, сформировавшиеся в к.ХIХ-н.ХХ вв.

Однако более важными были умение более глубоко анализировать информацию, давать критические оценки, учитывать социокультурные особенности при изучении других народов. Тем не менее, четкого разграничения между этими группами нет, и очень трудно провести границы. Это, в свою очередь, свидетельствует о сложной структуре советской интеллигенции 1930-х годов, а также ее неоднородности.

В целом образ Японии как части картины мира советской интеллигенции формировался под влиянием марксисткой идеологической парадигмы.

Анализ деятельности японоведов, творческой интеллигенции показывает, что образ Страны восходящего солнца – это сложный компонент общественного сознания; он включал в себя и научные представления, и набор мифов. Образ Японии в представлениях советского общества большей частью являлся результатом мыслительной деятельности интеллигенции, что свидетельствовало о ее значительной роли в формировании советского сознания.

Однако следует отметить, что массовые настроения влияли и на саму интеллигенцию, и ее взгляды тоже включали мифы о Японии.

Образ Японии способствовал процессу самоидентификации советской интеллигенции: для одной ее части он представлял собой приспособление и принятие новой системы ценностей, новых условий существования, для другой части – становление как социальной группы с характерным образом мышления, восприятия, оценки окружающего мира.

Анализ процесса привлечения советским руководством научной и творческой интеллигенции к формированию образа Японии показывает, что отношения между властью и интеллигенцией выстраивались непросто. С одной стороны, одной из задач руководства было уничтожение интеллектуальной и творческой свободы, с другой – интеллигенция, в том числе старая, необходима была власти для практических целей, формирования новой картины мира. Также для определенной части интеллигенции характерно было внутреннее противостояние, борьба между двумя «образами»: сложившимся и навязанным.

В целом, анализ взглядов советской интеллигенции показывает, что Япония воспринималась как реальный военный противник, однако не только для СССР, но и многих других стран. Типичным представлением о Японии было признание того, что она шла по капиталистическому пути развития, но со своей спецификой - общество оставалось в своей основе традиционным, но при этом японцы тяготели к инновациям, то есть Япония была уникальной страной со значительными культурными, научными достижениями.

В третьей главе – «Пропаганда и представления о Японии в массовом сознании СССР (1931-1939)» - на примере формирования образа Японии рассматриваются основные средства пропаганды и манипуляции общественным сознанием, их особенности и преимущества в создании «образа врага»;

эффективность их воздействия на массовое сознание; через представления о Стране восходящего солнца анализируются особенности, специфика советского массового сознания.

Власть осознавала важность и значение применения средств политикоидеологических коммуникаций в формировании нового советского общества.

Воздействие на общественное сознание проходило систематически, комплексно, планомерно. С помощью прессы, радио, литературы, кинематографа и музыкальной культуры власть реализовала в массах свои интересы, прежде всего, социально-политические. Усилия советского руководства были направлены на создание режима «осажденной крепости», что позволило ему сфокусировать внимание населения на проблеме внешней опасности. Именно благодаря средствам коммуникации активно поддерживалось в обществе чувство страха, нагнеталась психологическая напряженность.

Можно выделить некоторые особенности формирования образа Японии. Вопервых, создаваемые представления были связаны с внешнеполитическим курсом страны, с официальной линией руководства, которая менялась на протяжении 1930-х годов; следовательно, данный образ не был статичным. Во-вторых, в основе образа лежала бинарность: с одной стороны Японию изображали агрессивной страной, с другой – слабым, зависимым государством. Основными символами Японии, получившими отражение в образах кино, плаката, карикатуры, были в первой половине десятилетия капиталист в цилиндре, во второй – самурай, военный в очках, с мечем. Эти тенденции в изображении прослеживались во всех средствах пропаганды и несли в себе глубокий идеологический, классовый смысл.

Однако следует отметить, что при формировании представлений о Японии пропаганда отталкивалась от реальных событий на Дальнем Востоке, поэтому нельзя категорично утверждать, что вся транслировавшаяся на советское общество информация была ложью.

Анализ советской пропаганды 1930-х годов показывает, что для нее был характерен процесс «военизации», что, конечно, отразилось и на общественном сознании. Исследуемый период был ключевым для советской пропагандисткой системы еще и потому, что в это время для формирования внешней картины мира привлекались новые средства пропаганды (кино, музыкальная культура), совершенствовались приемы воздействия на сознание, которые получат свое развитие в период Великой Отечественной войны. Учитывая особенности массового сознания, пропаганда, в первую очередь, старалась воздействовать на чувства, эмоции населения, что упрощало процесс формирования человека нового типа.

В частности, активно отрабатывались технологии формирования «образа врага». Характерным приемом являлось дегуманизация предполагаемого противника, например, изображение его в образе животных. Ярким примером являлись политические карикатуры, представлявшие японцев в виде обезьян, собак, котов. Анализ материалов основных средств пропаганды показывает, что главными характеристиками «образа врага» являлись лексемы «тупой», «эгоистичный», «коварный», «враждебный», «агрессивный».

В целом, в исследуемый период происходит трансформация представлений о Японии. Для первой половины 1930-х Япония больше представлялась капиталистической страной, затем - сильным врагом, который угрожает существованию социалистической системы. Однако под влиянием активной антияпонской пропаганды, а также событий на оз. Хасан и р. Халхин-Гол был развеян миф о непобедимости японской армии. В результате использования политических коммуникаций в формировании образа Японии перед Второй мировой войной, японцы ассоциировались в глазах большинства советских людей с такими словами, как «милитарист», «шпион», «враг», то есть в массовом сознании было создано негативное отношение к Стране Восходящего солнца, был сформирован «образ врага».

Картина мира многих людей достаточно уверенно формировалась мифологемами и советской официальной культурой. Однако при этом не исчезли и протестные настроения. Как справедливо заметила Н.Н. Козлова, «масса не может быть приручена на все сто процентов», а тотальная манипулируемость массы является мифом41. То есть общественные настроения были противоречивыми, что нашло отражение в неоднозначном восприятии Японии.

Свое недовольство политикой советского руководства, свою реакцию на конкретные действия представителей власти на местах часть населения выражала своим сочувственным отношением к Японии и видела в ней защитницу и освободителя от власти Советов, в частности, от колхозов. То есть Страна восходящего солнца виделась средством решения социальных проблем.

Сводки, письма во власть показывают, что сталинской пропагандисткой машине не удалось до конца подавить независимые от власти представления.

Параллельно официальной существовала и народная культура (фольклор), в которой отразились взгляды и идеи простого человека.

В свою очередь, все эти представления показывают специфику и особенности советского общества данного периода. Через призму образа Японии происходила самоидентификация населения, осознание своего места в мире и в обществе, а также процесс определения отношения к власти и режиму.

Образ внешнего мира в массовом сознании представлял собой сложный комплекс мифов, стереотипов, так как, по большей части, он являлся продуктом пропаганды и мифополагания. Однако в массовом сознании существовали и рациональные представления и оценки внешнеполитической ситуации.

Таким образом, можно говорить о том, что общественные настроения граждан СССР предстают далекими от однородности, хотя и находящимися под глубоким воздействием пропаганды.

В заключении подведены основные итоги исследования и сделаны основные выводы.

1931-1939 гг. – это один из ключевых периодов в истории нашей страны, который имеет важное значение с точки зрения формирования советского общественного сознания. В эти годы оформились характерные черты психологии основных групп населения, отражавшие особенности политического, экономического и социокультурного развития СССР.

В процессе формирования общественного сознания СССР сталинской эпохи образ Японии служил одним из средств самоидентификации советского человека, способом создания политизированной коллективной идентичности советских людей. «Официальный» образ Страны восходящего солнца рассматривался властью как одно из средств формирования однородной эмоциональной атмосферы общества, при которой советские граждане должны были пребывать в едином эмоциональном порыве и ощущать себя не личностями, а представителями Советского государства. Автор приходит к выводу, что представления о Японии являлись отражением изменений, происходивших в сознании, мышлении советского общества, его реакции на события в стране и в мире.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.