WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

Здесь можно выделить исследования Л.Я.Кузьминой8, которая одна из первых в российской историографии подняла проблему формирования советского массового сознания, А.В.Голубева9, изучающего массовое сознание через призму внешнеполитических стереотипов.

Важной составляющей советского общественного сознания 1930-х годов был «образ врага». Анализ работ по данной проблеме свидетельствует о ее междисциплинарном характере, так как она является объектом изучения не только историков, но и культурологов, социологов, политологов, психологов.

Среди общетеоретических исследований можно выделить работы Х. Бургесса, Р.

Риебера, Р. Фишера, Л. Гудкова, И.Б. Гасанова, И.Л. Морозова10, в которых авторы раскрывают сущность понятия «образ врага», дают характеристику, определяют его функции, причины возникновения. Также теоретические и методологические аспекты вопроса рассмотрены в работах А.С. Сенявского и Е.С.

Сенявской11. Большое внимание уделяется исследователями рассмотрению роли Лебина Н.Б. Повседневная жизнь советского города. Нормы и аномалии, 1920 - 30 годы. СПб, 1999; Осокина Е.А.

За фасадом «сталинского изобилия»: распределение и рынок в снабжении населения в годы индустриализации.

1927-1941. М., 2008; Журавлев С.В. «Маленькие люди» и «большая история»: иностранцы московского Электрозавода в советском обществе 1920 – 1930-х гг. М., 2000.

Кузмина Л.Я. Массовое сознание в условиях тоталитарного общества: генезис и особенности. Автореферат на соискание канд. фил. наук. М., 1990.

Голубев А.В. Эволюция инокультурных стереотипов советского общества // 50 лет без Сталина: наследие сталинизма и его влияние на историю второй половины ХХ века. М., 2005; Он же. «Если мир обрушится на нашу Республику…»: Советское общество и внешняя угроза в 1920-1940-е гг. М., 2008.

Burgess H. Enemy Images. Beyond Intractability. Eds. Guy Burgess and Heidi Burgess. Conflict Research Consortium, University of Colorado, 2003; Rieber R.The Psychology of War and Peace: The Image of the Enemy. New York, 1991;

Fisher R. J. The Social Psychology of Intergroup Conflict and International Conflict Resolution. New York, 1990; Гудков Л. Негативная идентичность. Статьи 1997-2002 годов. М., 2004; Гасанов И.Б. Национальные стереотипы и образ врага. М., 1994; Морозов И.Л. Формирование в народном сознании «образа врага» как способ политической мобилизации России // «Наши» и «чужие» в российском историческом сознании: Материалы междунар. науч.

конф., 24-25 мая 2001 г. СПб., 2001. С. 54-56.

Сенявский А.С. Проблема «свой-чужой» в историческом сознании: теоретико-методологический аспект // «Наши» и «чужие» в российском историческом сознании. СПб, 2001. С. 13-15; Сенявский А.С., Сенявская Е.С.

Историческая имагология и проблема формирования «образа врага» (на материалах российской истории ХХ века) // Вестник РУДН. 2006. №2(6). С. 54-72; Сенявская Е.С. Психология войны в ХХ веке: исторический опыт России.

М., 1999.

«образа врага» в системе советской пропаганды, в частности предвоенному периоду (А.В. Фатеев, В.А. Невежин, С.В. Еремин12).

В рамках диссертационной работы исследован массив научной литературы по формированию образа Японии в России в различные исторические эпохи, что помогло автору понять предмет изучения, определить круг источников, неизученных проблем, выделить сформировавшиеся в исторической науке основные подходы и методы.

Первая попытка показать формирование представлений о Японии в России и СССР сделана С.И. Вербицким в конце 1980-х г.13 Основные стереотипы восприятия Японии в России и на Западе были рассмотрены в исследованиях Д.В.

Петрова14, С.Б. Маркарьяна15.

Среди работ, посвященных изучению представлений о Японии в российском обществе дореволюционного периода, можно выделить исследования В.Э. Молодякова, А.А Поповой, А.И. Штейнгауза и Н. Коньшиной16. Первым в отечественной историографии комплексный анализ образа Японии в представлениях европейцев с привлечением междисциплинарного подхода был сделан В.Э. Молодяковым. Он рассматривает образ Японии в представлениях европейцев как феномен политической, философской и эстетической мысли, культуры, искусства, и, наконец, массового сознания17.

Значительное количество работ было посвящено анализу образа Японии в период русско-японской войны18; в рамках данных исследований акцентировалось внимание на основных приемах формирования образа врага:

карикатурах, лубках, печатных изданиях19.

Эволюция образа Японии в советской печати, карикатурах 1920-30-х годов прослежена в работах Ю.Д. Михайловой, Ю.С. Костылева20. Следует отметить, что особое внимание авторы уделили изучению представления Японии в СМИ в Фатеев А.В. Образ врага в советской пропаганде. 1945-1954 гг. М., 1999; Невежин В.А. Синдром наступательной войны. Советская пропаганда в преддверии «священных боев», 1939-1941 гг. М., 1997; Еремин С.В. Образ врага в советской пропаганде (историографический аспект) // Малоизученные и дискуссионные проблемы отечественной истории: сборник научных трудов. Нижневартовск, 2005.

Вербицкий С. Формирование представлений о Японии в России и СССР // Япония. 1989. Ежегодник. М., 1991. С.

129-149.

Петров Д. Россия и Япония: стереотипы восприятия // Знакомьтесь - Япония. 1994. №5,6. 1995. №7.

Маркарьян С.Б. Эволюция взаимовосприятия в отношениях Японии и Запада // Япония. 1996-1997. Ежегодник.

М., 1997. С. 151-159.

Молодяков В.Э. Моделирование образа Японии // Япония: переворачивая страницу. М., 1998. С. 125-151;

Попова А.А. Формирование образа Японии в российском общественном сознании: Автореф. дис. на соиск. учен.

степ. канд. ист. наук Краснодар, 2001; Штейнгауз А.И. Япония и японцы глазами русских (вторая половина XIX в.) // Toronto Slavic Quarterly. 2005. №12; Коньшина Н.Д. Влияние японской культуры на литературу и живопись России конца XIX – начала – ХХ вв. Автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. культурологии. Саратов, 2006.

Молодяков В.Э. «Образ Японии» в Европе и России. Вторая половина XIX- нач. ХХ вв. Москва-Токио, 1996.

Жукова Л.В. Формирование «образа врага» в русско-японской войне 1904-1905 гг. // Военно-историческая антропология. Ежегодник, 2003/2004. Новые научные направления. М., 2005. С. 259- 275; Дроздова Э.А. Образ Японии и японцев в русско-японскую войну 1904-1905 гг. // Пятая Дальневосточная конференция молодых историков. Владивосток, 1998. С. 38-42.

Mikhailova Y. Japan and Russia: mutual images, 1904-1939 // Japanese and Europe: Images and Perceptions. Bert Edstron (ed.), Japan Library, 2000. Pp. 152-171; Филиппова Т. «Страшный враг» и «добрый микадо» // Родина. 2005.

№10. С. 61-66; Экшут С. Ударим плакатом …// Родина. 2005. №10. С. 67-68.

Mikhailova Y. Japan's place in Russian and Soviet national identity from Port Arthur to Khalkhin-gol // Japanese Slavic and East European. 2002. Vol.23. Pp. 1-32; Костылев Ю. С. Образ японца в советской массовой печати // Политическая лингвистика. 2007. №1(21). С.39-46.

предвоенный период, а именно во время военных конфликтов 1938 г. и 1939 г., кроме того, исследователи анализируют основные средства, приемы, механизмы формирования образа врага.

Формирование образа Японии как врага и отражение его в настроениях населения Дальнего Востока СССР 1930-1945 гг. рассматривается в диссертационной работе А.А. Исаева21. Сравнительный анализ Японии как противника России в войнах ХХ века провела Е.С. Сенявская22, которая отметила, что представления о Японии большей части были мифологизированными.

Важным для понимания особенностей советского массового сознания изучаемого периода является исследования японского ученого Игауэ Наха, который рассматривает представления о русских и японцах на основе фольклорного материала23.

Первой попыткой комплексного изучения образа Японии в общественном сознании за достаточно долгий промежуток времени (с XVII в. по настоящее время) можно назвать совместную монографию исследователей А.Куланова и В.Молодякова24. Значительное внимание исследователи уделяют проблеме формирования образа дальневосточного соседа на различных этапах российской истории, целям, задачам и основным средствам пропаганды, вопросу о влиянии военных столкновений на настроения. В то же время авторы ограничились анализом представлений достаточно узкого круга людей (элитных групп).

Образ Японии в современном российском обществе изучен достаточно хорошо. Здесь можно выделить работы А.Е. Куланова, Ю.Д. Михайловой, П.Ф.

Воробьевой25. Согласно выводам исследователей, большая часть представлений о Стране восходящего солнца идеологизирована, что заменило собой реальные знания об этой стране.

Итак, подводя итог рассмотрению историографии проблемы, можно констатировать, что к настоящему моменту сформировался круг основных вопросов, наметились интересные подходы к их изучению. Анализ работ показывает, что лучше всего исследован образ Японии в России второй половины XIX -в начале XX вв. Это можно объяснить наличием обширной источниковой базы. Однако в данных исследованиях рассмотрены представления в основном Исаев А.А. Общество Дальнего Востока в условиях японской опасности (1931-сер. 1940-х гг.). Автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. ист. наук. Владивосток, 2006.

Сенявская Е.С. Противники России в войнах ХХ века: эволюция «образа врага» в сознании армии и общества.

М., 2006.

Нахо Игауэ. Взаимные образы русских и японцев (по фольклорным материалам) // Вестник Евразии. 2004. №1.

С. 15-36; Он же. Отражение военных конфликтов между Россией и Японией в русском народном творчестве ХХ в.:

к постановке проблемы (на материалах Сибири и европейской части России) // Этнокультурные взаимодействия в Сибири (ХVII-XX вв.). Тезисы, доклады и сообщения международной научной конференции. Новосибирск 19-июня 2003 г. Новосибирск, 2003. С. 254-258.

Куланов А. Россия и Япония: имиджевые войны / А. Куланов, В. Молодяков. М., 2007.

Куланов А.Е. Образ Японии в современной России: стереотипы и реалии // Россия и Япония: соседи в новом тысячелетии. М., 2004. С. 55-73; Он же. Между миром и собой: трансформация имиджа Японии в эпоху глобализации // Глобальные вызовы – японский опыт. М., 2008. С. 59-77; Михайлова Ю.Д. Представления россиян о Японии и российско-японских отношениях по материалам опросов общественного мнения в Санкт-Петербурге и Владивостоке // Япония 2007. Ежегодник. М., 2007. С. 171-188; Воробьева П.Ф. Стереотипные образы России и Японии (по материалам социологического опроса и обзорного анализа литературы) // Япония 2008. Ежегодник. М., 2008. С. 162-181.

политического руководства и интеллигенции. В большинстве исследований анализируется представления о Японии в российском общественном сознании военных периодов, что, конечно, сужает общий круг представлений о дальневосточном соседе.

Таким образом, к настоящему времени можно говорить об оформлении основных контуров нового направления в историографии, связанного с изучением образа Японии в советском общественном сознании, в том числе важного и интересного ответвления этого направления – исследования особенностей общественного сознания через призму образа «другого». Однако, значительный пласт проблем не нашел должного освещения в научной литературе, в частности, не проведен комплексный анализ представлений всех социальных групп общества, не рассмотрен вопрос о влиянии образа другой страны на принятие политических решений.

Источниковая база исследования включает обширный архивный и опубликованный материал. Для написания диссертационной работы были использованы документы Российского государственного архива социальнополитической истории (РГАСПИ) и Государственного архива РФ (ГАРФ). В РГАСПИ особый интерес для исследования формирования образа Японии у советского руководства, механизма выработки внешнеполитического курса представляют фонды И.В. Сталина (Ф. 558), М.И. Калинина (Ф.78), К.Е.

Ворошилова (Ф. 74), А.А. Жданова (Ф. 77).

В частности, в фонде Сталина хранятся книги «Военно-фашистское движение в Японии», «Военно-морские силы Японии», Т.О Конроя «Японская угроза» с личными пометками вождя, которые показывают отношение советского лидера к традициям, к истории японского народа, позволяют выявить круг интересовавших его проблем. Были привлечены и секретные донесения иностранного отдела ОГПУ-НКВД по вопросам Японии, ее внешней политики.

Большую роль при изучении представлений масс о Японии сыграл комплекс писем граждан к М.И. Калинину по поводу событий на озере Хасан, хранящийся в личном фонде «всероссийского старосты». Важным документом для исследования формирования внешнеполитического курса СССР в отношении Японии, для понимания психологии советского руководства является стенограмма беседы М.И. Калинина с сотрудниками ИНО ОГПУ, представителями дипмиссий по вопросам Японии.

Комплекс документов, отложившихся в фондах ГАРФ, составляют материалы ведомств, ответственных за советскую внешне- и внутриполитическую пропаганду: Всесоюзное общество культурных связей с заграницей (Р-5283), ТАСС (Р-4459), Государственный комитет СССР по телевидению и радиовещанию (Р-6903), газета «Известия» (Р-1244). Источники содержат сведения о механизмах формирования образа Японии в советских средствах массовой информации, о представлениях интеллигенции о Стране восходящего солнца.

Большую группу значимых источников представляют документы Восточного отдела ВОКС. В фонде хранится личная переписка представителей организации в Японии с руководством, отчеты сотрудников по поводу встреч с японскими туристами, личные выступления деятелей общества на различного рода мероприятиях, совещаниях, объяснительные записки.

Опубликованные источники можно объединить в следующие группы: 1) переписка высшего партийного руководства СССР; 2) документы ЦК ВКП (б); 3) выступления советских лидеров; 4) сводки ОГПУ-НКВД о настроениях населения; 5) «письма во власть»; 6) материалы периодической печати; 7) мемуары, дневники, воспоминания; 8) фольклор; 9) художественная литература;

10) кинодокументы; 11) работы советских японоведов; 12) работы военных специалистов; 13) материалы АН СССР, высших учебных заведений.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.