WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

М.В. Ломоносова, а также были опубликованы в ряде статей («Чистый язык – сильная нация». «Плодоносящее общество» (1618-1680) в борьбе за немецкую Herzliches Seuffzen und Wehklagen / auch Christlicher Trost unnd endtlich Gttliche Hlf unsers Vaterlandes / werter Teutscher Nation. HAB, IH 101; Trwehertzige Warnung an des Heiligen Rmischen Reichs Adeler, unnd Teutscher Nation Liebhabende Patrioten. 1619 // Flugschriftensammlung Gustav Freytag, 4894; Der Teutschen Planet, Das ist: Nothwendige Betrachtung Der frembden Kriegeswaffen in Teutschland, darinnen, Von derselben Gerechtsame Befgn, wie auch vermutlichen Augang. 1639 // Flugschriftensammlung Gustav Freytag, 5638; (Liebfriedt, Christian) An ganz Teutschland, von De Spanniers Tyranney, welche er ohn unterscheidt der Religion auch an aller Unschuldigen verbt. 1620 // Flugschriftensammlung Gustav Freytag, 4986.

Некоторые из этих документов сохранились в коллекции Густава Фрейтага. В первую очередь интерес представляют так называемые «законы об одежде» из этой коллекции: 1010. Dero Stadt Braunschweig KleiderOrdnung. 1650; 1014. E.E. und Hochweisen Raths der Stadt Leipzig verneuerte und von Churfl. Durchl. zu Sachsen gndigst confirmierte Bettler – und Kleider-Ordnung- 1652; 992. Verneuerte Ordnung, Der Erbarn Hochzeiten zu Nrmberg. 1626; 997. Johan Kasimir Herzog von Sachsen: Mandat De Durchluchtigen…Herrn Johann Casimiers, Herzogen zu Sachsen, … Zu aller und jeden dero Unterthanen Wohlfart, Nutz, und gemeinem besten, bey gegenwertigen gefhrlichenLeufften, und Zeiten…ergangen, und augefertiget. 1631; 999. E.E. Raths der Stadt Leipzig Renoviertes Mandat, Wegen der Kleider-Ordnung, Und wie es forthin uff Verlbnssen, Hochzeiten, Kindtauffen und Leichenbegngnssen zu halten. 1634; 988. Rectoris Und EinesEhrwrdigen Concilii Revidirte Kleider, Verlbnu:

Hochzeit, Kindtauff, Recrorats: und Promotion: Ordnung. Rostock. 1625.

Briefe und Akten zur Geschichte des Dreissigjhrigen Krieges. 12 Bd. Mnchen, 1886-1914; Briefe und Akten zur Geschichte des Dreissigjhrigen Krieges. Neue Folge: die Politik Maximilians I. Von Bayern und seiner Verbndeten.

9 Bd. Mnchen, 1964-1986; Documenta bohemica bellum. 7 Bd. / Hrgs. von J. Policenskiy. Praha, 1976-1982.

национальную самобытность // Вестник Московского университета. Сер. 8, История. 2005. № 3. С. 36—56; Немецкие иллюстрированные листовки Тридцатилетней войны (1618-1648 гг.): Образ солдата-наемника // Источниковедческие исследования. М., 2006. Вып. 3. С. 82—113) и представлены в качестве докладов на конференциях («Власть, общество и личность в истории». Научная конференция 22-24 ноября 2006 г. Доклад «Общество и война. К вопросу о повседневной жизни в Германии в годы Тридцатилетней войны (1618-1648)»; «1948 г. – переломный год германской истории» Российско-германская конференция историков 19-20 июня 2008 г.

Доклад «„Особый“ год в немецкой истории (1648-1848-1948)»).

Структура диссертации отвечает проблемному подходу. Она состоит из введения, трех глав, заключения, библиографии и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ Во введении к диссертации дается общая проблематика исследования, определяются хронологические рамки, обосновываются его цели и задачи, актуальность и научная новизна. Здесь же предлагается общая характеристика источников и историографии.

В первой главе («Будители» нации: опыт просопографии) диссертации составлен просопографический портрет немецких литераторов и публицистов эпохи Тридцатилетней войны – «будителей» немецкой нации XVII в. В первом параграфе показано идейное наследие, на которое опирались немецкие мыслители при создании своих национальных концепций. Гуманисты Виллибрант Пиркгеймер (1470-1530), Себастьян Брандт (1457-1521), Ульрих фон Гуттен (1488-1523), Иоганн Авентин (1477-1534), Филипп Меланхтон (1497-1560), и другие «в противовес церковному и культурному преобладанию итальянцев стремились доказать равноправие, если не превосходство немцев».34 Для последующего развития немецкой национальной идеи гуманизм XVI в. сформировал несколько главных основ. Во-первых, определилась среда, к которой принадлежали «будители» нации. Во-вторых, были намечены основные контуры тех идей: патриотизма, немецкой самобытности, превосходства, – которые приобретут особое значение и будут детально разработаны в эпоху Тридцатилетней войны. В-третьих, было заложено начало «немецкой организации гуманистов». Таким образом, эпоха гуманизма стала базой для немецкого национализма времен Тридцатилетней войны, одним из этапов становления немецкой идеи нации в целом, которая вплоть до XVIII в.

«не развивалась поступательно и равномерно, а скорее толчками и в Медяков А.С. Указ. соч. С. 399.

определенных, как правило, кризисных ситуациях».35 Новый кризис принесла с собой Тридцатилетняя война.

Во время военного хаоса и явного ухудшения уровня жизни охотно верилось, что весь «мир чувствует себя как объевшийся крестьянин, который начал забираться в седло, но тут вдруг летит кувырком».36 Ощущение «перевернутого мира» или «сумасшедшего мира», 37 было типичной чертой для начала XVII в. На иллюстрированных листовках можно найти изображение земного шара в шутовском колпаке, указывающее на то «безумие», «ненадежность», «шаткость»,38 которые стали своеобразным символом для кризисного периода. Поиски новых опор и ориентиров проявились в это время наиболее четко у представителей образованных кругов, которые пытались противопоставить неурядицам и кризисам свой «мир академий» интеллектуальных сообществ, ставивших перед собой в основном просветительские цели. Именно в этих «академиях» начинает свое развитие немецкая идея нации эпохи Тридцатилетней войны. Она стала «знаменем», которое подняли немецкие литераторы, юристы, теологи, философы, пытаясь таким способом преодолеть кризисные тенденции эпохи.

Основным вехам жизни немецких литераторов посвящен второй параграф первой главы. Для анализа деятельности и наследия «будителей» немецкой нации наиболее уместным представляется жанр просопографических исследований, который позволяет на примере конкретных биографий создать не только коллективный портрет, но и «некий образ исторической реальности».39 В полях созданной базы данных «Поэты» в формализованном виде представлены биографии наиболее ярких деятелей немецкой литературной среды эпохи Тридцатилетней войны и отражены такие показатели, как временной промежуток жизни и деятельности поэта; место рождения;

социальное происхождение; образование; социальный статус; членство в научных обществах и организациях. Специально выделены поездки за границу.

Главной задачей при составлении базы данных стало создание коллективного динамического образа и коллективных статичных портретов немецких литераторов.40 Таким образом, база данных является своего рода многомерной моделью, предоставляющей возможности проведения комплексного анализа Там же. С. 405.

Virga vigilans, Da ist Ein Einfltiger doch christlicher Discurs, von jetzigem, am Himmel stehenden Cometen:

darinn schrifftlich und trewhertzig angezeiget, wofr Teutschland bey jetziger vor Augen schwebender Unruh selbigen ansehen und achten soll... / von Jacobo Herrenschmidt. Ulm, 1619. HAB, A: 202.79 Quod. (2). S. 12.

Illustrierte Flugbltter des Barock. Eine Auswahl. Tbingen, 1983. S. 65 (Далее IFB).

Ibid S. 63.

Гарскова И.М. Указ. соч. С. 87.

Юмашева Ю.Ю. Методологические проблемы… С. 32.

становления взглядов на идею нации немецких литераторов эпохи Тридцатилетней войны.В социальной среде можно выделить три основные группы, сформировавшие фундамент социального состава немецких литераторов.

Большая часть – 33% - происходят из бюргерских семей (например, С. Дах, Г.Ф. Гарсдёрфер, П. Гергарт), 27% - из семей церковнослужителей протестантского толка (например, И. Клай, Ф. Цезен, Ю. Г. Шоттель), около 20% - представители знати и землевладельцев (например, И. Мошерош). 99% немецких литераторов имеют как начальное школьное, так и университетское образование. Наибольшее количество будущих литераторов получили юридическое образование - 53% (в частности, Ю.Г. Шоттель, М. Опиц, Г.Ф. Гарсдёрфер, З. Биркен), некоторые были теологами – 27% (например, И. Клай, П.Гергарт и др.) и лишь 13% изучали филологию и лингвистику (А. Грифиус, Ф. Цезен).

Важной чертой, повлиявшей на становление национальных взглядов немецких литераторов первой половины – середины XVII в., является степень их мобильности. Здесь речь идет как о возможности и желании переездов внутри Германии, так и путешествиях за границу. Подобная мобильность способствовала не только стиранию привычных границ, но также и созданию единого коммуникативного пространства внутри немецких княжеств, что стало одной из самых важных предпосылок в развитии национальной идеи в эпоху Тридцатилетней войны.

О путях «национальной коммуникации» и обмене информацией в немецких княжествах эпохи Тридцатилетней войны речь идет в третьем параграфе первой главы. Теоретики национализма, такие, как Б. Андерсон, К. Дойч и другие, считают, что именно благодаря распространению информации феномен идеи «нации» стал вообще возможен.42 Этот тезис вполне подтверждается данными диссертации. Литераторы способствовали становлению и развитию единой сети коммуникации, а вместе с этим и распространению идеи нации. Этот процесс в эпоху Тридцатилетней войны шел двумя основными путями. Во-первых, поэты, писатели, публицисты объединялись в так называемые «языковые общества», которые находились в постоянном контакте друг с другом, несмотря на свою географическую удаленность,43 а во-вторых, они были основными авторами печатной О просопографических базах данных в исследованиях отечественных специалистов подробнее см.

Юмашева Ю.Ю. Историография просопографии… Здесь же хотелось бы отметить, что жанр таких исследований представляет собой яркий пример междисциплинарных подходов, сочетая в себе наработанные историками-источниковедами приемы изучения массовых источников, процедуры исследования общества, заимствованные у социологов, методики проведения аналитических исследований, выработанные статистиками, технологию баз данных, созданную математиками и программистами.

См., например: Андерсон Б. Указ. соч. С. 31.

продукции первой половины – середины XVII в., которая в еще большей степени способствовала созданию единого коммуникативного поля в Германии.

Языковые общества, участие в которых было еще одной общей чертой коллективного портрета литераторов эпохи Тридцатилетней войны, представляли собой научно-просветительские организации, в программах которых были заявлены не только лингвистические, но и более широкие цели.

Они дают основания обращаться к языковым обществам как к «национальным» организациям. Первой и, вероятно, самой заметной структурой такого рода на территории Священной Римской империи было «Плодоносящее общество» (1617-1680). Его основателем стал князь Людвиг фон Ангальт-Кёттен (15791650), кальвинист, брат одного из лидеров Протестантской унии.44 В дальнейшем литераторами Германии были созданы «Нелицемерное общество ели» (1633), появившееся в Страсбурге в студенческой среде, «Музыкальная хижина тыквы» (1636) Симона Даха в Кенигсберге, гамбургское «Товарищество немецкого духа» профессионального писателя Филиппа фон Цезена (1643), «Пегницкий цветочный и пастуший орден» (1644), объединивший группу литераторов Нюрнберга, а также созданный в Гамбурге «Орден Эльбских лебедей» под руководством священника-лютеранина Иоганна Риста (1658).

В уставах обществ литераторы многократно обращались к теме пользы Отечеству, к мотиву обновления и чистоты, в то же время они были «призваны сохранять и распространять немецкую (курсив мой. – А. Л.) добродетель и обычаи».45 Речь шла об общем «свежем ветре», «необходимом родным княжествам».46 Под таким «свежим ветром» поэты понимали целый комплекс разнообразных «нововведений», которые должны были воспитать у немцев чувство национальной гордости и осознание их единства.

Создание единого коммуникативного пространства и укрепление национальной идеи было бы невозможно без распространения печатной продукции XVII в. Иллюстрированные листовки и памфлеты способствовали тому, что на территории немецких княжеств в эпоху Тридцатилетней войны начало складываться общественное мнение и политическая культура, которые во многом являются определяющими для формирования национального сознания. В разнообразии сюжетов иллюстрированных листовок национальная тематика связывает разрозненные картины политических событий в единое целое. Немецкие публицисты эпохи Тридцатилетней войны действовали в духе распространенной в то время поговорки: «За Отечество должен сражаться Протестантская уния (1608—1621) – или Евангелическая - союз германских протестантских князей и имперских городов во главе с курфюрстом Пфальца.

Schottel J. G. Fruchtbringender Lustgarten…Vorrede.

Zesen Ph. Op. cit. S. 12.

каждый. Кто деньгами, кто оружием, а кто мудрым советом».47 Решающим фактором, заставившим задуматься о Германии как об общем отечестве и о немцах как о едином самобытном народе, стала Тридцатилетняя война.

Во второй главе («Немецкая война»: новый патриотизм и борьба за культурную самобытность) дается общая характеристика Тридцатилетней войны и ее роли в становлении национальной мысли в Германии в XVII в., а также анализируются культурные явления, появившиеся в годы войны и имевшие прямое отношение к формированию национальных представлений немецких литераторов и публицистов. В первом параграфе прослеживается развитие новых тенденций в патриотических представлениях немцев под влиянием Тридцатилетней войны. У современников война получила название «немецкой» (der Teutsche Krieg, bellum Germanicum). Речь идет не только о географии, хотя основным театром военных действий стали именно немецкие княжества. «Немецкой» война была еще и потому, что стала «потрясением для немецкого народа»,48 если говорить о ее итоге для Германии в целом. Наконец – и это особенно важно - «немецкой» война стала и потому, что способствовала появлению первых ростков национального самосознания и складыванию представлений о единой Германии. Немецкие мыслители восприняли Тридцатилетнюю войну как всеобщее бедствие, не оставившее в стороне никого:49 «Сейчас у нас витает дух / который убивает все своим движением / скажите, где осталась / красота старого мира Все умирает / постоянным остается лишь непостоянство», - писал Ю.Г. Шоттель.50 «Огонь, чума и смерть.

И стынет сердце в теле. / О скорбный край, где кровь потомками течет», - сокрушался А. Гифиус.51 Однако новое национальное сознание питалось не только ощущением общегерманской катастрофы. В качестве новой программы немецкие писатели и поэты предложили новое понимание патриотизма.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»