WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |

Использованием доктрины «эффекта» («действительного эффекта») или теста «намерения» для выявления т.н. «желаемого эффекта» для определения места совершения преступления значительно расширяются возможности уголовной репрессии, а установлением «невыраженного» намерения законодателя относительно экстерриториального применения федерального статута нередко игнорируется принцип примата международного права.

«Пассивно-персональный» принцип – наиболее спорный, т.к. его реализация может представлять собой значительное посягательство на суверенитет другого государства. Тенденция к расширению пространственной юрисдикции проявляется на уровне штатов – преимущественно по территориальному принципу. Специфический аспект проблемы – действие уголовных законов на индейских территориях. Он отличается нечеткостью и даже запутанностью законодательного регулирования; при определенных обстоятельствах там может осуществляться юрисдикция федеральная, какого-то штата или индейского племени. Индеец и неиндеец за сходные посягательства могут быть наказаны по-разному, а юрисдикция индейских племен, нередко в нарушение заключенных с ними договоров, в целом, весьма ограничена.

3. Принцип законности в американской доктрине понимается у же, нежели в российской, т.к. не включает ясно выраженного требования неукоснительного соблюдения уголовно-правовых норм всеми лицами и органами. Однако и в таком виде он весьма уязвим для критики по всем элементам, его составляющим. 1). Поскольку уголовная ответственность может быть возложена не только на основании закона, принцип «Nullum crimen...» в условиях США должен звучать так: «Нет преступления, нет наказания без указания в законе, нормах общего права и в подзаконных актах», при этом, имея в виду, что и многие вопросы общей части (на федеральном уровне – преимущественно) регулируются общим правом, а суды расширяют определения преступлений, включая в них новые признаки. 2).

Следствием изложения статутов языком нечетким, двусмысленным – является привлечение к ответственности лиц, которые не имели четкого представления о противоправности своего поведения. Использование правила «беспристрастного», а не «точного» толкования двусмысленных статутов, в целях упрочения правосудия и достижения целей уголовного закона, позволяет судам выйти за пределы того, что в них написано. Несмотря на конституционный запрет законов ex post facto и его четкую интерпретацию Верховным судом, ретроактивность, в том числе судебных решений – существенная черта американской правовой системы, в частности, в случаях совершения преступлений malum in se. Аналогия права (закона) в принципе не допустимая в современном уголовном праве, в США не является чем-то необычным. Во-первых: общее (прецедентное) право по своей сути предполагает аналогию, прежде всего, по вопросам, не урегулированным статутом. Во-вторых: аналогия допускается и законодательством (ст. 13 Фед.

УК, ст.5 УК Калифорнии).

4. Несмотря на конституционный запрет (поправка V) в США существует опасность неоднократного преследования за одно и то же или сходное посягательство в разных юрисдикциях. В аспекте соотношения компетенции федерации и штатов – федеральные власти почти всегда, когда посчитают нужным, могут осуществить преследование лица, которое уже подвергалось преследованию в штате; при определенных условиях и штаты могут привлекать к ответственности лицо, которое уже подвергалось преследованию на федеральном уровне. В аспекте совпадающей юрисдикции двух или более штатов – преследование за одно и то же деяние не исключается, хотя под влиянием Примерного УК во многие УК включены существенные ограничения. Аспект юрисдикции индейских племен – самый сложный, запутанный. Но исходя из дела Уиллера (1978), индеец может быть подвергнут двойному преследованию (за посягательство, основанное на одном и том же поведении) – по закону (праву) племени и федеральному, если племя не лишено такого права, а исходя из дела Рамоса (1985), индейскому племени не возбраняется преследование после осуществленного преследования штатом.

5. Составляющие основания уголовной ответственности элементы actus reus, а особенно mens rea страдают неопределенностью значений. Однако, несмотря на заслуженную критику, прежде всего последнего, многими учеными США, они обнаруживают поразительную «живучесть» в доктрине и судебной практике. Относящееся к actus reus бездействие – понятие в американском праве более узкое, чем в странах континентальной системы права, например во Франции, где обязанность действовать имеет более широкое морально-нравственное основание.

Положения о причинной связи в Примерном УК излагаются весьма сложно, но, по-видимому, не настолько «неудачно», ибо его рекомендации в той или иной степени восприняты во многих штатах. Возложение ответственности по теории ближайшей (легальной) причинности – в зависимости от того, насколько отдаленным является результат или зависящим от поведения другого лица (чтобы оно могло считаться «справедливым») нередко зависит от интуиции судей, их желания принять во внимание подлинные «глубинные причины» совершения преступлений – социальное неравенство, дискриминацию, дурное влияние среды и др. В случае совершения преступления, подпадающего под действие доктрины (правила) «фелония – тяжкое убийство», строгой (абсолютной) ответственности или «одного года и одного дня», говорить о причинной связи подчас вообще трудно.

Предложенная Примерным УК новая (психологическая концепция mens rea с ее 4-членной классификацией форм виновности и «элементным анализом», пришедшая на смену старой с ее сущностью в виде моральной упречности – важнейшее достижение всей реформы уголовного права. Но она воспринята не во всех юрисдикциях, как не везде или не полностью отказались от архаичного деления намерения на общее (которое может презюмироваться) и специальное, а также на перемещаемое и конструктивное, что значительно усложняет проблему вины. Установление же неосторожности и небрежности с использованием традиционной англо-американской юридической фикции «разумного лица» зависит от усмотрения суда. Субъективизированный подход закреплен лишь в УК некоторых штатов, например, Огайо.

В отличие от российского, американское уголовное право, как и все англосаксонское, мотиву преступления, рассматриваемому только применительно к умышленным преступлениям, большого значения не придает, иногда занимает двойственную, противоречивую позицию.

Требование совпадения actus reus и mens rea по времени – важное условие уголовной ответственности – не всегда соблюдается на практике.

Сложнее с другим аспектом принципа «совпадения» - mens rea и результата:

он менее определенный и более ограниченный по сфере действия, а потому небесспорный.

6. Уголовная ответственность юридических лиц (корпораций) и других объединений – специфическое явление, т.к. по существу возлагается по правилам субститутивной и строгой ответственности, позволяющим обойти неразрешимую проблему установления mens rea. Их осуждением утрачивается одно из основных предназначений уголовного права – моральная порицаемость виновного, слабое выражение получает общепревентивный эффект наказания. Ответственность объединений является объективно ограниченной, но почему они не могут быть осуждены за «совершаемые» ими тяжкие убийства Разумного объяснения вопрос не имеет.

7. Деление обстоятельств, исключающих уголовную ответственность на «оправдывающие» и «извинительные» - это скорее дань истории, нежели отражение современных реалий.

Отношение к ошибке в праве (в целом – негативное) и к ошибке в факте (в целом – позитивное) в законодательстве и судебной практике, думается, обусловлено соответственно разным отношением к ним общего права. Круг объектов защиты при необходимой обороне в США более узкий, чем в РФ. Он там включает в себя личность обороняющегося, других (в некоторых штатах – определенных) лиц и их имущество. Наиболее острый вопрос – о правомерности использования в соответствующих ситуациях смертоносной силы. Однозначный ответ затруднителен, но вряд ли можно признать целесообразным действующее в ряде штатов правило: лицо не может прибегнуть к смертоносной силе перед угрозой применения такой силы агрессором, если у него была возможность «отступить» (убежать). Однако в настоящее время считается «неразумным» использование смертоносной силы для предупреждения или пресечения нарушения просто права владения или кражи (хищения); ранее это допускалось, например, в штате Нью-Йорк. В рамках института крайней необходимости также наиболее сложный вопрос касается лишения жизни – одного невиновного ради спасения жизни большего числа людей. Некоторые американские ученые склонны оправдывать такое убийство. Позиция небезупречна, во всяком случае, в морально-нравственном отношении. И в данном случае вряд ли применимо в принципе весьма важное правило «выбора наименьшего зла», которое, например, в УК Франции (ст.

122-7) не закреплено.

8. Перевод неоконченных посягательств из категории мисдиминоров в категорию фелоний повлек за собой усиление уголовной репрессии. Есть сторонники и противники сохранения института подстрекательства.

Аргументы последних представляются предпочтительнее. Во всяком случае, наказывать за подстрекательство так же как за основное преступление – несправедливо, и уж тем более – за покушение на него. Из всех посягательств этой группы особо выделяется сговор, т.к. предоставляет весьма широкие, дискреционные (в силу неопределенности дефиниций) возможности уголовного преследования на самом раннем этапе предварительной преступной деятельности – на стадии обнаружения умысла. Лицо может быть осуждено за соглашение, в том числе «одностороннее», совершить преступление (в некоторых юрисдикциях и что-то неприступное, в частности, аморальное), т.е. за одно лишь намерение, нередко никаким действием не подкрепленное. Сговор – опасное орудие, используемое в политических целях, в борьбе с профсоюзами, забастовщиками и правозащитниками. Обвинители, пытаясь наказать кого-то строже или, не имея достаточных доказательств для осуждения за основное преступление, прибегают к обвинению в сговоре.

Использование же для решения проблемы установления покушения критерия «существенного шага», представляющего собой, например, ожидание в засаде, розыск предполагаемой жертвы, либо владение определенными предметами или орудиями, позволяет значительно расширить понятие покушения за счет приготовительных действий. Применением других критериев нередко достигается такой же результат.

9. Отход или даже отказ от акцессорной (производной) теории соучастия в пользу персональной расширил пределы действия этого института. В ряде штатов даже не доведенная до сознания исполнителя помощь может рассматриваться как соучастие в преступлении. Проблемным является вопрос причинной связи, а также вины (виновности). Является ли цель (намерение) формой mens rea, необходимой для ответственности соучастника за оказание помощи исполнителю, либо помощи в совершении преступления или в обоих случаях Вообще же соучастником может быть признан тот, кто оказывает помощь исполнителю с любой формой виновности, даже по небрежности.

Использование правила, при разрешении вопроса об эксцессе исполнителя, об ответственности за все «естественные и вероятные» последствия его поведения чревато серьезными последствиями для соблюдения «фундаментальных принципов» уголовного права, особенно в случае применения доктрины «фелония – тяжкое убийство».

10. Реформа в области наказания в штатах и на федеральном уровне была обусловлена следующими причинами: неэффективностью реабилитационной модели с ее системой неопределенных приговоров и чрезвычайно большими различиями в назначении наказаний за одинаковые или сходные преступления, но, прежде всего – ростом преступности. На первый план выдвигается концепция «справедливо заслуженного», по существу цель возмездия или кары, реализуемая введением новой системы определенных приговоров. Для устранения указанных различий на федеральном уровне, были введены обязательные для судей Руководства по назначению наказаний. Думается, что в целом положительный апробированный американский опыт в борьбе с преступностью, в назначении наказаний (имея в виду коррупционность судей в нашей стране) мог быть использован и у нас. А именно: 1) при вынесении приговоров суды должны исходить из того, что согласно ст. 43 УК РФ первоочередная цель наказания – восстановление социальной справедливости, содержащая значительный элемент кары; 2) необходимо продумать вопрос о возможности разработки обязательного для судей документа, подобного упомянутым Руководствам, с учетом их недостатков.

11. Применение наказания в виде смертной казни в США имеет специфические черты: несмотря на то, что законодательство о смертной казни было в основном упорядочено, подчас недостаточная четкость различий между тяжким убийством II-ой степени и I-ой, за которое смертный приговор может быть вынесен, - источник опасности назначения несправедливого наказания; большой разрыв (10-15, а то и более лет) между вынесением смертного приговора и его приведением в исполнение ослабляет его общепредупредительное значение, делает это наказание чрезвычайно мучительным, жестоким, позволяющим ставить вопрос о конституционности его исполнения; нередко, особенно в южных штатах, применение смертной казни имеет расово-дискриминационный характер; США – мировые «рекордсмены» по вынесению смертных приговоров несовершеннолетним, а в целом, т.е. не только им и по приведению их в исполнение – среди всех развитых стран.

Лидируют США и в области применения мер безопасности – в отношении т.н. «сексуальных психопатов», т.е. лиц, «страдающих отсутствием контроля своих сексуальных импульсов или имеющих склонность к совершению половых преступлений». Это – помещение в специальный центр (до излечения, т.е. нередко пожизненно), а также кастрация – «химическая» и хирургическая. Последняя, как мера членовредительская, представляется недопустимой в современном цивилизованном обществе. Чрезвычайно репрессивной может быть мера, применяемая по принципу «третье преступление – последнее», т.к. представляет собой обязательное осуждение к пожизненному заключению за совершение, например, любых трех насильственных фелоний.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»