WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Актуальна сама постановка проблемы, так как исследование глагольных носителей эврисемии типа haben / have ‘иметь’, geben / give ‘давать’ и nehmen / take ‘брать’ подразумевает рассмотрение эврисемии в синхронно-диахронной плоскости, а также историко-типологический подход к анализируемым единицам. Типологическая доминанта накопления черт корнеизоляции, агглютинации и аналитизма в германских языках еще не достаточно изучена или изучена неравномерно (например, лексикосинтаксические процессы). Историко-типологические исследования таких подсистем – это актуальная задача для понимания природы и устойчивости типологически релевантных процессов в результате дивергенции близкородственных языков. Такого рода сравнения дают представление об исторических корнях и стабильности продуктивных типов в современных германских языках. Сопоставление на уровне функционально и семантически соотносимых микросистем дает возможность оценить роль каждой из рассматриваемых микросистем в цельносистемных типологически релевантных процессах. Это актуально для теории истории языка, сравнительной и исторической типологии близкородственных языков, в особенности в практике обучения переводу и в разработке новых подходов к содержанию обучения по всему блоку данных дисциплин.

Теоретическая значимость работы заключается в том, что она вносит определенный вклад в разработку проблемы соотношения немецких и английских носителей значений haben / have, geben / give и nehmen / take на основании критериев идентификации носителей эврисемии, а также определения содержания и времени расхождения немецкой и английской микросистем глагольных носителей эврисемии. Результаты исследования могут использоваться для разработки теории истории языка и модели ее описания на историко-типологической основе.

Практическая значимость диссертационного исследования заключается в том, что полученные в нем результаты и материалы могут быть использованы в курсах по введению в германскую филологию, сравнительно-сопоставительному языкознанию, истории немецкого языка, сравнительной типологии английского и немецкого языков, лексикологии, а также в практике учебной исторической лексикографии – при создании словарей и учебных пособий по названным выше аспектам.

Апробация работы. Основные положения диссертационного исследования были изложены в виде докладов на втором Сибирском лингвистическом семинаре руководителей научных школ и проектов «Методология лингвистических исследований в России» (Новосибирск, 9–12 октября 2006 г.), IV Всероссийской научно-технической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Наука и молодежь – 2007» (Барнаул, 25–26 апреля 2007 г.), XXIV. Germanistikkonferenz in Tomsk «Fachkommunikation in der Fremdsprache Deutsch» (Томск, 23–26 мая 2007 г.), IV Международной научной конференции «Язык, культура, общество» (Москва, 27–30 сентября 2007 г.). Работа осуществлена при поддержке Инновационного образовательного проекта Рособразования № 456 от 05 июня 2007 года. Работа выполнена по теме «Взаимодействие творческих и разрушительных процессов семиотической деятельности в этногенезе и культурогенезе. Исследование типологически и этнически обусловленных лакун в преподавании иностранных языков» в лаборатории этнопсихолингвистики НИЧ НГУ по проекту НИР 1.14.07 (тематический план по заданию Рособразования).

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы (166 наименований, включая 32 работы на иностранных языках), списка использованных словарей и их условных обозначений, списка использованных источников примеров исследования, приложения. Общий объем работы составляет 189 страниц.

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы, определяются цель, задачи и методы исследования, излагаются новизна, актуальность, теоретическая и практическая значимость работы, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Теоретические основы исследования микросистемы глагольных носителей эврисемии» рассматриваются основные подходы к явлению эврисемии, а также к глагольным аналитическим конструкциям, образованным на базе глагольных носителей эврисемии.

Носители эврисемии образуют самостоятельную микросистему слов, не тождественную носителям полисемии: перед нами разные сущности одного порядка семантической организации структуры слова (моносемия – полисемия – эврисемия). Теоретической основой работы служат разработанные И. В. Шапошниковой [1999] на материале английского языка критерии идентификации носителей эврисемии. Во-первых, носители эврисемии представляют в языке онтологически значимые базовые концепты в прототипе концептосферы человека (например, ‘бытие’, ‘обладание’ и т. п.). Во-вторых, природа глагольной эврисемии может быть семантического или семантико-синтаксического характера. В-третьих, такие единицы обладают высокими сочетаемостными возможностями и широким объемом семантико-синтаксических валентностей. В-четвертых, им свойственна относительно высокая частотность употребления, исторически расширение валентностного потенциала сопровождается ростом частотности употребления этих единиц. И наконец, в-пятых, в семантической структуре глагола – носителя эврисемии отсутствует устойчивая основа для специализации значения. Мы экстраполируем данные критерии на немецкий языковой материал с целью определения статуса глаголов haben, geben и nehmen. На выходе при этом мы планируем построить объемную модель становления семантики глагольных носителей эврисемии со значением посессивного состояния в немецком и английском языках (средний период истории).

Носители эврисемии необходимо рассматривать, опираясь на принципы системной типологии языков, в теории типологической трансформации германских языков. При исследовании важны такие параметры, как функционирование, структурная организация и семантико-синтаксические особенности (в синхронии), эволюция (в диахронии) и факторы изменений «режимов функционирования» (термин Г. П. Мельникова [2003]) разных систем, которые релевантны лишь в случае историко-типологического подхода. Эврисемия – это явление системное, строевое, способное обеспечивать специфику и имеющее свою нагрузку в разных, даже близкородственных языках. Эврисемия не является сугубо синхронным или диахронным явлением, она – и то и другое. Вследствие этого исследовать носители эврисемии нужно именно в объемном, не ограниченном синхронной или диахронной плоскостями, измерении. На этой же основе необходимо и сопоставлять однопорядковые единицы в немецком и английском языках.

На основе этимологической, концептуальной и когнитивной общности в близкородственных английском и немецком языках выявляются соответствия типа have / haben, be / sein, do / tun, make / machen, take / nehmen. Наблюдается функциональная соотносимость систем носителей эврисемии, однако правомерно утверждать, что и для английской, и для немецкой микросистем характерна своя внутренняя структурированность. Многомерность, специфичность моделей в английском и немецком языках не в последнюю очередь объясняется расхождениями в цельносистемной типологической трансформации германских языков.

Для английского языка (как было подмечено еще В. Я. Плоткиным [1989]) не характерна далеко идущая грамматикализация, приводящая к утрате лексического значения слова. Именно конкретное значение глагола – носителя эврисемии служит той базой, на основе которой становится возможным осуществление механизма когнитивной метафоризации.

В отличие от других глаголов у носителей эврисемии исходное конкретное значение продолжает устойчиво сохраняться в течение всего периода их существования в языке. Это позволяет сохранить целостность семантической структуры глаголов ‘иметь’, ‘давать’ и ‘брать’, а также служит основой для их дальнейшего развития в качестве микросистемы носителей эврисемии.

Так как носители эврисемии несут в себе строевые, системные функции, через их описание можно понять свойства языка в целом. Исходя из доказанного лингвистами положения об имевшем место в истории германских языков типологическом сдвиге, мы ставим задачу измерить степень расхождения английского и немецкого языков в той мере, в которой это позволяет сделать одна из самых функционально нагруженных глагольных микросистем, а также описать содержание этого расхождения.

Во второй главе «Становление глагольных носителей эврисемии со значением ‘посессивное состояние’ в древневерхненемецком и древнеанглийском языках» проводится анализ глаголов haben / habban, geban / gifan и nman / tacan в древневерхненемецком и древнеанглийском языках соответственно.

Основы словарного состава языка закладываются еще в глубокой древности. Глаголы ‘иметь’, ‘давать’ и ‘брать’ репрезентируют базовые концепты пространственно-временной области, через которую человек познает окружающий его мир. Данные глаголы описывают состояние обладания какой-либо сущностью, прежде всего окружающего нас вещного мира, а также через метафору мира наших чувств, ощущений, мыслей, другими словами, мира внутреннего, идеального, духовного. Мир вещный и мир идеальный, духовный представляют различные объекты, при этом одной из наших задач является рассмотрение того, как объединяются в семантической структуре глагольных носителей эврисемии различные объекты.

Глагол ‘иметь’ описывает простое нахождение человека – субъекта глагола в состоянии обладания («статическое обладание»), состояние центра посессивной сферы, а глаголы ‘давать’ и ‘брать’, в свою очередь, передачу объекта из одной обладательной сферы в другую [Плоткин, 1989;

Шапошникова, 1991; Кудинова, 1994; Wischer, 2001; Гурочкина, 2003;

Аналитизм… 2005]. Следовательно, по отношению к глаголу ‘иметь’ глаголы ‘давать’ и ‘брать’ описывают динамическое состояние обладания.

Каждый из языков, взятый в отдельный период исторического развития, выбирает наиболее оптимальный для себя способ кодирования информации о категоризуемом опыте. Проведенный анализ семантикосинтаксической валентности глаголов habn / habban, geban / gifan и nman / tacan в древневерхненемецком и древнеанглийском языках соответственно позволяет выделить когнитивные сферы, отраженные в наполняемости моделей с данными глаголами. Эти когнитивные сферы находятся «внутри объекта», т. е. «упаковываются» под его семантику, а уже сам объект структурируется по-разному (объектная валентность):

1) сфера манипуляции с конкретными (материальными) объектами, описывающими внешний микромир человека – субъекта глагола (V + NAKKконкр.). Например:

др.-в.-нем. др. англ.

habn: Tho quad in der heilant: vvuo habban: Haefdon swurd nacod, manigu brot habet ir (Tat., Ev. Harm., tha wit on sund reowon (Beow 89, 5) ‘Тогда спросил их святой: как 539) ‘Имели мечи обнаженнымного хлеба имеете вы’ * ми, кинулись в зыби’ geban: ber s gb ro uut (Notker, gifan: Se cyng geaf heora land Mart. Cap., II (102, 18)) ‘Однако tham mannum the him holde waeона дала им одеянье’ ron (P. Chr 1088) ‘Тот король дал их землю тем людям, которые ему верными были’ * Полужирным курсивом в тексте примеров отмечены рассматриваемые глаголы; пунктирной линией – имена существительные – объекты, дополнения при глаголе; волнистой линией – расширители модели. Для удобства рассмотрения здесь и далее по тексту приведен буквальный подстрочный перевод.

nman: Nim uufen unde sclt. unde tacan: tha menn ealle he toc and stant f. hlf mir (Notker, Ps., 34 dyde of heom thaet he wolde (Chr (108, 22)) ‘Возьми оружие и щит. И 1072) ‘тех мужчин всех он взял встань. Помоги мне’ и сделал с ними все, что хотел’;

2) сфера абстрактного, отражающая внутренний микромир человека – субъекта глагола (V + NAKKабстр.):

др.-в.-нем. др. англ.

habn: Inti sr tho ther heilant sprah habban: Hi nan helpe ne haefden n quedenti: habet r beldida, ih bm of the king (Chr 1140) ‘Они ниiz, ni curet u forhten (Tat., Ev. какой помощи не имели от того Harm., 81, 2) ‘И тут же святой ска- короля’ зал: имейте мужество, я есмь, не должны вы бояться’ geban: Hrbeste gb kt te ra gifan: ac se aelmihtiga God him (Notker, Boeth. Cons., I (36, 3)) gife wurthscipe on tham towear‘Лучшим дал бог честь’ dan (P Chr 1085) ‘да пусть всемогущий бог честь ему воздаст на том свете’ nman: endi nam sigu in dhem iu- tacan: He toc swilce gerihta swa deoliudim (Is., De Fide, 5, 8) ‘и взял he him gelagade (Chr 1075) ‘Он победу над иудеями’ взял (принял) те права, которые ему были предписаны’;

3) сфера действия, деятельностная микросфера:

– глагол + псевдообъект (V + NAKKдеят.):

др.-в.-нем. др. англ.

habn: Tu telih nde hbent (Not- habban: Hi nan helpe ne haefden ker, Boeth. Cons., II (100, 6–7)) ‘Все of the king (Chr 1140) ‘Они никонец имеют (все заканчивается)’ какой помощи не имели от того короля’ (для древнеанглийского языкового материала не характерно разграничение моделей V + NAKKабстр. и V + NAKKдеят.) geban: Ther heilant ni gab imo noh- gifan: – hein antuurti (Tat., Ev. Harm., 197, 7) ‘Святой не дал ему никакого ответа’ nman: – tacan: – – V + NAKK + Vinf, V + NAKK + to / zi (ze) + VPart / Vinf:

др.-в.-нем. др. англ.

habn: bidiu iu dri taga thuruhuuo- habban: nu ic longe spell haebbe nent mit mir inti ni habent uuaz ezzen to secgenne (Oros 94.16) ‘теперь (Tat., Ev. Harm., 89, 1) ‘оба вы три я длинный рассказ имею расдня оставались со мной и не имели сказывать’ что-либо кушать’ geban: Tho quad iru der heilant: gib mir gifan: – trinkan (Tat., Ev. Harm., 87, 2) ‘Тогда сказал ей святой: дай мне пить’ nman: – tacan: – – глагол habn / habban + NAKK + VPartII (перфект):

др.-в.-нем. др. англ.

С согласованием habs managiu guot gi- tha othere sittende waesaztiu (Tat., Ev. Harm., ran ymb tha burg, oth hi 105, 2) ‘многих хоро- hie gewunnene haefdon ших посадил’ (досл. (Oros 56.27) ‘те сидя‘имеешь многих хоро- щими были вокруг той ших посаженными’). крепости, пока они имели ее побежденной’ Без согласования Vuaz mag ih Gte tun. for thaem the hi haefdon umbe al daz er mir getan genumen him Yryc to habet (Notker, Ps., 115 cyninge (P Chr 948) ‘по(431, 23–24)) ‘Что я тому что они имели могу для Бога сделать принятым (приняли) За все то, что он мне Эрика как своего коросделал’ ля’.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»