WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Именно различие интенциональных горизонтов двух личностей может стать причиной разногласий, недопонимания, неправильного толкования событий или сообщений одного из коммуникантов. Напротив, при относительной близости интенциональных горизонтов коммуниканты достигают взаимопонимания и желаемых результатов. Ведь понять смысл высказывания означает перевести его на свой собственный язык, сопоставив его с рядом тех смыслов, которые нас окружают (Risser J.).

Из всего вышеизложенного можно сделать вывод, что, совершая речевые акты, говорящий вкладывает в них особый смысл (интенцию). Роль слушающего заключается в распознавании этой интенции для продолжения коммуникации.

Таким образом, роль интенциональности очень велика, так как, если слушающий не поймет или поймет неправильно интенции говорящего, то коммуникацию между ними можно будет назвать неуспешной.

При построении диалогического дискурса коммуниканты прибегают к различным стратегиям. Стратегию можно определить как способ поведения человека в условиях конфликта целей, который делает невозможным их непосредственное достижение (т.е. достижение целей в одно действие).

Соответственно, стратегия определяет серию действий, которые направлены на достижение стратегом своих целей. Коммуникация, имеющая в своей основе некоторое противоборство (т.е. характеризующаяся конфликтом целей партнеров) и проходящая в игровой ситуации (т.е. ограниченная в пространстве и времени, а также характеризующаяся наличием правил и принципиальной возможности выбора) с использованием средств речевого воздействия как основного орудия достижения коммуникантами своих целей, получает название стратегической коммуникации.

Поскольку диалогический дискурс как никакой другой представляет собой «речь, погруженную в жизнь» (Арутюнова Н.Д.), то говорящие организуют его для своих слушающих так, чтобы структура дискурса не была заранее решена. Пожалуй, на разных этапах коммуниканты сталкиваются с рядом альтернативных речевых действий, из которых они выбирают наиболее соответствующие их замыслу.

Другими словами, для того, чтобы общение можно было назвать успешным, коммуникантам следует прибегать к определенным коммуникативным стратегиям, которые реализуются тактиками речи, исходя из ситуации общения. Важным для постижения сути коммуникативной стратегии является то, что стратегия несет на себе отпечаток личности человека, приобретает индивидуальную окраску.

Стратегия является вектором проявления языковой личности в диалогическом дискурсе (Вохрышева Е.В.).

Коммуникативную стратегию диалогического взаимодействия можно определить как множество вариантов речевых реализаций, возможных в конкретных коммуникативных обстоятельствах и отражающих весь спектр смысловых потенций, и процесс выбора конкретного варианта в определенной коммуникативной ситуации.

Коммуникативная стратегия – это совокупность запланированных говорящим заранее и реализуемых в ходе коммуникативного акта теоретических ходов, используется для достижения определенной коммуникативной цели, как пишет Е.В.

Клюев, «стратегический результат, на который направлен коммуникативный акт» (Клюев Е.В.).

Коммуникативная тактика, в противовес стратегии, как общей канве коммуникативного поведения, рассматривается как совокупность практических ходов в реальном процессе речевого взаимодействия. Коммуникативная тактика – более мелкий масштаб рассмотрения коммуникативного процесса по сравнению с коммуникативной стратегией. Она соотносится не с коммуникативной целью, а с набором отдельных коммуникативных намерений.

Владение стратегиями и тактиками общения входит в прагматическую компетенцию говорящего и слушающего: чем более они компетентны в языке и речи, в применении постулатов и правил общения, тем многообразнее и гибче их стратегии и тактики, и тем успешнее они добиваются своих целей. Заметим также, что чем более официальна обстановка общения и социальные роли коммуникантов, тем жестче сценарии, стереотипнее их каркас и строже контроль за стратегиями и тактиками.

Залогом успешной коммуникации можно считать соблюдение главных принципов Коммуникативного кодекса, а именно принципов Кооперации и Вежливости. Несоблюдение Коммуникативного кодекса приводит к неуспешной коммуникации, а именно, в рамках нашего исследования, к неуспешному диалогическому дискурсу.

Из следующего примера:

(1) «Это вы дежурите при мне, когда я сплю» «Нет».

«А кто» «Другая».

«Я бы хотела видеть отца».

«Нельзя».

«Я бы хотела видеть доктора Дулена».

«Доктор Динн не позволяет».

«Скажите мне что-нибудь».

«Что» «Что угодно. Поговорите со мной».

«Запрещено» [Жапризо С., с. 13] видно, что почти на все задаваемые вопросы девушки, которая пришла в себя после пожара, ее сиделка отвечает односложно: «Нет»; «Другая»; «Нельзя»; «Что»;

«Запрещено». Данный факт говорит о том, что сиделка, сообщая минимум информации (нарушение максимы Количества), показывает свое нежелание дальнейшего общения, так как ей было запрещено разговаривать с этой пациенткой.

Таким образом, можно сказать, что диалогический дискурс в данной ситуации не был успешным для пациентки, которая потерпела коммуникативную неудачу (полную коммуникативную неудачу, так как она не добилась того, чего хотела), но был успешным для сиделки, поскольку она четко дала понять, что не будет дальше поддерживать разговор. Также следует отметить, что меньшее количество информации привело к удлинению диалогического дискурса за счет лишних высказываний: «А кто»; «Я бы хотела видеть доктора Дулена»; «Скажите мне что-нибудь»; «Что угодно. Поговорите со мной». Можно сказать, что этот диалогический дискурс неуспешен для говорящего.

Однако в другом случае (английский язык):

(2) «Are you trying to kill me» I spluttered when I had enough breath.

«We’ve got two minutes in hand,» Richard replied calmly. «I thought if I went ahead I could delay the train for you» [Hunt S., p. 139] девушка очень устала от ходьбы и после того, как она отдышалась, быстро и невнятно спросила Ричарда, не пытается ли он ее убить: «Are you trying to kill me».

Несмотря на то, что этот вопрос носит иронический характер и выражен он в косвенной форме, Ричард не отвечает на него прямо, а дает объяснение своему поступку: «We’ve got two minutes in hand… I thought if I went ahead I could delay the train for you». Согласно принципу Кооперации, в данном примере усматривается избыток информации, т.е. нарушение максимы Количества. Однако такое нарушение не повлекло за собой нарушение процесса общения. Другими словами, коммуникация и для слушающего, и для говорящего осталась успешной.

Ярким примером нарушения максимы Согласия является следующий диалог (немецкий язык).

(3) «Mama, ein neues Jahrtausend fngt an», sagte ich zu ihr, «alles wird anders warden. Wir steigen wieder ein, Mama, wir kommen gro raus. Wir machen einfach das, was wir wollen, Ellbogen raus und los, verstehst du, Mama – einfach das, was wir wollen!» Sie sah mich an mit ihren mden Augen. «Ich will nichts mehr», sagte sie.

Sie war damals vierzig, bisschen drber vielleicht, ich msste rechnen. Ich war fnfzehn, verstehen Sie Das waren zwei Welten.

Als sie das gesagte, «Ich will nichts mehr» – ich meine, mit vierzig ist man doch noch nicht fertig. Unsere Welten fielen einfach auseinander. Zwei Satelliten, die keine gemeinsame Bahn mehr hatten. Sie hat mir auch nie gezeigt, dass ich wichtig fr sie bin, oder so etwas. Sie wollte ja ohnehin nichts mehr, mich auch nicht, nahm ich an. Wir stehen also vor dem dritten Jahrtausend, vor uns der Himmel wird schon laut und bunt und ich den Kopf voller Wirbel und das Blut voll Brause, das kribbelt und qult. Und sie sagt mir mit ihren mden, langweiligen Augen ins Gesicht: «Ich will nichts mehr».

«Arschloch», habe ich zu ihr gesagt. Spter tat es mir Leid, das sagt man nicht zu seiner Mutter, ich wollte das auch nicht, es kam so raus.

«Armer Mensch», htte ich sagen sollen, «armseliger» vielleicht, aber man denkt nicht in so Situationen [Ziegler R., S.7-8].

Сын говорит маме, что наступает новое тысячелетие, и что они могут начать новую жизнь и делать все, что захотят: «Mama, ein neues Jahrtausend fngt an», sagte ich zu ihr, «alles wird anders warden. Wir steigen wieder ein, Mama, wir kommen gro raus. Wir machen einfach das, was wir wollen, Ellbogen raus und los, verstehst du, Mama – einfach das, was wir wollen!». Однако мама мальчика не согласна с ним и говорит, что ничего больше не хочет: «Ich will nichts mehr». Такая реакция со стороны мамы стала неожиданной для подростка. Ему было пятнадцать, а ей сорок, и он считал, что в сорок лет у человека все впереди. Его кровь бурлила, и ему хотелось жить, а его мама сказала ему прямо в лицо, что ей ничего больше не надо: Sie war damals vierzig, bisschen drber vielleicht, ich msste rechnen. Ich war fnfzehn, verstehen Sie Das waren zwei Welten. Als sie das gesagte, «Ich will nichts mehr» – ich meine, mit vierzig ist man doch noch nicht fertig. Unsere Welten fielen einfach auseinander. Zwei Satelliten, die keine gemeinsame Bahn mehr hatten. Sie hat mir auch nie gezeigt, dass ich wichtig fr sie bin, oder so etwas. Sie wollte ja ohnehin nichts mehr, mich auch nicht, nahm ich an. Wir stehen also vor dem dritten Jahrtausend, vor uns der Himmel wird schon laut und bunt und ich den Kopf voller Wirbel und das Blut voll Brause, das kribbelt und qult. Und sie sagt mir mit ihren mden, langweiligen Augen ins Gesicht: «Ich will nichts mehr». Мальчик с этим категорически не согласен, и слова мамы вызывают в нем бурю негодования. Он произносит нецензурное слово: «Arschloch», habe ich zu ihr gesagt. Позже он пожалеет о своих словах, но, как он замечает, человек не думает в таких ситуациях: Spter tat es mir Leid, das sagt man nicht zu seiner Mutter, ich wollte das auch nicht, es kam so raus. «Armer Mensch», htte ich sagen sollen, «armseliger» vielleicht, aber man denkt nicht in so Situationen. В этом диалоге налицо нарушение максимы Согласия, которое привело к неуспешной коммуникации и со стороны говорящего, и со стороны слушающего. Следовательно, оба коммуниканта являются виновниками неуспешного диалогического дискурса.

Принимая участие в диалогическом дискурсе, коммуниканты задействуют все принципы и правила кооперативного общения. В связи с этим кажется целесообразным рассмотреть диалоги, где встречаются несколько нарушений.

Так в примере на английском языке:

(4) «Would you like a lift» The driver enquired.

My head said yes, my heart said no – the rest of me was confused.

Richard was well ahead.

«Thank you. Er… I don’t know how much further we have to go. I’ll ask my husband – he’s ahead. We’re on a sponsored walk you see».

«Och weil I’ll no give you a lift then!» He drove off in a cloud of exhaust [Hunt S., p. 224] водитель интересуется, не хочет ли девушка, чтобы ее подвезли: «Would you like a lift» (вопрос задан в соответствии с максимой Симпатии, принцип Вежливости).

Очень вежливо со стороны водителя помочь девушке. В ее ответе сразу заметно несколько нарушений. Во-первых, ей очень хотелось поехать на машине, но ее муж ушел далеко вперед. Поэтому она благодарит: «Thank you» и поясняет, что ей надо спросить у мужа: «I’ll ask my husband – he’s ahead!», а также сообщает, что они на спонсорской прогулке: «We’re on a sponsored walk you see». (Нарушение максимы Качества сопровождается нарушением максимы Количества. Девушка не знает точно, согласится ли ее муж, чтобы их подвез незнакомец, а также она сообщает много лишней информации). Избыток информации стал причиной соответствующей реакции водителя. Он нарушает максиму Такта: «Och weil I’ll no give you a lift then!» и отказывается подвезти. Рассмотрение этого же диалога с точки зрения стратегии и тактик делает очевидным, что ни тот, ни другой коммуникант не имели успеха.

Успешный процесс коммуникации является ключевым шагом в развитии и становлении социальной личности. Для этого необходимо уметь правильно применять принципы и правила Коммуникативного Кодекса, а также осуществлять правильный выбор стратегий и тактик ее реализации при построении диалогического дискурса.

Если хотя бы один из коммуникантов нарушает принцип Кооперации или принцип Вежливости или их оба, то такую коммуникацию можно считать неуспешной для одного из участников диалогического дискурса. Однако в таком случае для другого коммуниканта дискурс может быть успешным. В случае обоюдного нежелания соблюдать данные принципы оба коммуниканта несут ответственность за неудачное общение.

Максимы двух рассмотренных принципов могут вступать в противоречия.

При необдуманном и невзвешенном выборе стратегий и тактик двумя или одним из коммуникантов полноценное общение становится невозможным. Однако в одном диалогическом дискурсе можно увидеть как успешную, так и неуспешную коммуникацию, поскольку в диалогическом дискурсе принимают участие как минимум два человека.

Тот факт, что весь процесс общения интенционален, является бесспорным. До начала общения в коммуникантах возникают интенции, которые необходимо распознать. Неправильное их понимание приводит к нарушению процесса коммуникации.

В процессе поиска практического материала можно столкнуться с проблемой выявления нарушений. Это связано с тем, что в процессе общения коммуниканты стремятся не к конфликтному (неуспешному), а к кооперативному (успешному) дискурсу, следовательно, говорящий и/или слушающий стараются перевести коммуникативную неудачу в коммуникативное затруднение, чтобы быть понятыми.

Таким образом, в результате проведенного исследования можно сделать вывод, что дифференциальными признаками неуспешного диалогического дискурса являются нарушение принципа Кооперации и принципа Вежливости, а также неправильный выбор стратегий и тактик речи. В перспективе можно продолжить исследования в этом направлении и расширить круг признаков, препятствующих успешному диалогическому дискурсу, а также можно провести сравнительный анализ примеров на нескольких языках для выявления межкультурных особенностей носителей разных языков.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

1. Иванова М.А. Неуспешная коммуникация как результат нарушения принципа Вежливости Дж. Лича [Текст] / М.А. Иванова // Вестник Сибирского государственного аэрокосмического университета. – Красноярск, 2006. – Вып. 4. – С. 22-29.

2. Иванова М.А. Прагматический аспект интенциональности [Текст] / М.А.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»