WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||

Помимо этого в 1891-1917 гг. в войске происходили сложные многофакторные процессы, приводившие не только к внешним переменам, но и к изменению сознания казачества, а следовательно и к внутреннему расколу. С 70-х гг. XIX в. утратился пограничный фактор в жизни казаков. Исчезновение непосредственной военной угрозы и необходимости бороться со степняками за выживание стимулировало активизацию хозяйственной жизни казаков, порождая внутри войска процесс естественно-исторического расказачивания и окрестьянивания, продолжавшийся и в начале ХХ в. Между тем, именно военная служба для казаков являлась системообразующим фактором.

Казачество в связи с его тяжелым экономическим положением и все большей зависимостью от государственных дотаций становилось для казны все более обременительным. Но государственная власть даже тогда, когда было очевидно, что без реформ казачьим войскам не выжить, не имела четкой программы реформирования казачества. В итоге казачество встретило 1917 г. практически при том же состоянии своего управления и жизненного уклада, что и в середине XIX в. и даже ранее, между тем реалии внешнего мира уже были совершенно иными.

Участие казачества в крупных военных конфликтах, несмотря на массовый героизм казаков и ряд успешных операций, показало неэффективность сохранения огромной казачьей конницы, уже не имевшей серьезных преимуществ перед «регулярными» войсками. Такой вывод можно сделать сейчас, но в то время, несмотря на стремительно прогрессировавший с середины XIX в. упадок конницы, подобные идеи не получили распространения. При этом участие казаков в присоединении к России Туркестана, в подавлении массовых беспорядков было более чем успешным. Таким образом, в конце существования Российской империи казачество по долгу присяги выступило в качестве социальной опоры власти. Крайняя слабость полиции в России привела к тому, что на казаков, способных к быстрой мобилизации и мобильным передвижениям, были возложены полицейские функции, по характеру решаемых задач казачество приблизилось к современным внутренним войскам. В условиях внутриполитической нестабильности власть не могла пойти на сокращение казачьих частей. Эти факторы стали весомым аргументом в вопросе о перспективах сохранения казачества как сословия.

Следовательно перспективность казачества оценивалась властью исключительно с позиций военной эффективности. Для укрепления своей опоры государство выделило казачеству огромную материальную помощь, однако половинчатые меры не решили назревших проблем, а экономическая неэффективность подрывала эффективность казачьего военного управления.

Кризис казачества к 1917 г. не стал системным, но результатом его стало наличие внутри казачества внешне не всегда заметных для власти сложных разрушительных процессов.

Естественно-историческое расказачивание, некоторые полумеры власти, направленные на облегчение казачьей воинской повинности, грубые ошибки самой власти при использовании казачьих частей на подавлении беспорядков, неспособность власти выполнять свои обязательства перед казаками, все большее отставание казачества на фоне процессов модернизации, а также влияние революционных событий приводили в конце XIX – начале XX вв. к формированию нового сознания казачества, прежде всего в среде казачьей молодежи. Главным признаком этого сознания было отсутствие прежнего глубоко почтительного отношения к воинской повинности, долгу и присяге, старшим. Существенную роль в расколе казачества сыграла немногочисленная, но авторитетная для основной массы казачья сельская интеллигенция (фельдшеры, сельские учителя, агрономы). Эта категория лиц не имела достаточного образовательного ценза, но часто исповедовала радикальные идеи и стремилась взять под свой контроль управление на станичном и поселковом уровне, под ее влияние и подпадала неопытная казачья молодежь. По своему возрасту носители нового сознания позднее составили категорию «фронтовиков» и заняли позицию вооруженного нейтралитета, а некоторые признали Советскую власть на начальном этапе Гражданской войны. Появление носителей нового мировоззрения и конфликт поколений раскалывали казачество. Эти факторы являются принципиально важными и позволяют приблизиться к пониманию причин и особенностей Гражданской войны в казачьих областях.

События первой русской революции и участие оренбургских казаков в обеспечении государственной безопасности не дали повода для обвинения казаков в нелояльности. Авторы, прежде считавшие такими признаками отдельные проявления брожения в оренбургских частях, как показал более глубокий анализ документов, основывались лишь на части сохранившихся источников. Кроме того, эти проявления не носили политического характера, а имели целью лишь обеспечение нормальных условий несения казаками службы, о чем по своей недальновидности в этой чрезвычайной обстановке власти в достаточной мере не позаботились.

Более того, созданная целостная картина применения оренбургских казаков на подавлении массовых беспорядков дает представление о высокой эффективности их действий. Власть своей невнимательностью к нуждам казаков, сама того не желая, усугубляла кризисные явления в казачестве, рискуя лишиться поддержки казаков и столкнуться с их организованным протестом.

Межвоенный период не привнес значительных перемен в жизнь войска. Росла товарность казачьих хозяйств и большая ориентация казаков на ведение хозяйственной жизни, накануне войны активизировались мероприятия власти по укреплению казачьих традиций, что должно было способствовать консолидации казачества и повышению его самосознания и духа. После первой тотальной мобилизации периода русско-японской войны и первой русской революции войско оказалось на грани разорения, в таком состоянии оно просуществовало вплоть до 1917 г.

Отсутствие свободных средств в войсковом капитале не позволяло войску нормально развиваться, совершенствуя, к примеру, наиболее отстававшую сферу медицинского обслуживания населения. Таким образом, период 1905-1917 г. во внутреннем развитии войска можно назвать в определенной степени периодом стагнации. Такое положение вещей беспокоило наиболее мыслящуюю часть казачества. Чтобы изменить ситуацию, войску необходима была государственная поддержка в еще большем масштабе, чем было до 1914 г. Власть озаботилась этим вопросом лишь в 1916 г., организовав специальное совещание в Петрограде, но было уже поздно – вплоть до февраля 1917 г. серьезных улучшений в жизни войска не произошло.

Первая мировая война не оказала серьезного негативного влияния на жизнь войска, казачья экономика подорвана не была, казачьи части, в отличие от пехоты, в ходе войны сумели сохранить свой кадровый состав, но война привела к иным последствиям для казачества.

Военные годы привели к глубокому разделению фронтового и станичного казачества, жившего по разным нормам: фронтовики – жизнью русской армии (со своими казачьими особенностями), а станичники – архаичной станичной жизнью. Семена этого разделения пали на благодатную почву уже назревавшего внутреннего поколенческого раскола. Появление на территории войска значительного количества военнопленных и беженцев усиливало внутреннюю нестабильность и включало защитные механизмы, присущие казачеству еще со времен степной опасности. После февраля 1917 г., когда казачество получило возможность самостоятельно выбрать путь своего развития, эти механизмы в условиях общегосударственной нестабильности привели к автономизации войска. Со всей определенностью можно сказать, что до февраля 1917 г. никаких предпосылок серьезного протеста против существовавшего режима в Оренбургском казачьем войске не имелось. Казаки, как и ранее, оставались надежным и высокоэффективным инструментом в руках сильной государственной власти. Прежде всего, это касалось неприятной для казаков обязанности подавления массовых беспорядков. Февральская революция вызвала в станичном казачестве чувство растерянности, фронтовики быстрее сумели включиться в общественно-политическую жизнь при новых условиях. Однако крах исторической российской государственности и ослабление роли центра в регионах, а также «демократизация» армии привели к необратимым изменениям и в Оренбургском казачьем войске, хотя серьезные перемены в казачестве происходили позднее соответствующих перемен в неказачьем населении.

Казаки и до 1917 г. таили в себе сильную тягу к анархии, сдерживавшуюся контролем сверху. С утратой контроля низменные проявления вырвались на поверхность. Такая особенность казачества позволяет прийти к выводу о его эффективности как инструмента государственной политики лишь при наличии жесткого административного контроля.

Применение казачьих частей было наиболее эффективно вне территории войска. Подобная система, несмотря на архаизм казачества, вплоть до 1917 г. работала практически безотказно.

Основные положения диссертации Ганина А.В. отражены в следующих публикациях:

1. Ганин А.В. Российский историк генерал-майор И.Г. Акулинин //Труды научной конференции "Ломоносов-2000". История /Отв. ред. А.Ю. Андреев. М., 2000. С. 34-36.

2. Ганин А.В. Генерал-майор И.Г. Акулинин //Белая армия. Белое дело. Исторический научнопопулярный альманах. Екатеринбург, 2000. № 8. С. 85-91.

3. Ганин А.В. Войсковой атаман Оренбургского казачьего войска А.И. Дутов //Кубанец:

Magazine of Kuban cossack association /Изд. Кубан. казачьего союза. 2001. № 209. Февраль.

С. 27-32.

4. Ганин А.В. Проблемы казачества начала ХХ века в освещении журнала "Военный сборник" (1900-1914) //Россия и реформы. Сб. статей. Ред.-сост. О.Р. Айрапетов. М., 2002. С. 53-90.

5. Ганин А.В. Рец.: Казачьи войска Азиатской России в XVIII - начале ХХ века (Астраханское, Оренбургское, Сибирское, Семиреченское, Уральское). Сб. док. /Сост. Н.Е. Бекмаханова.

М., 2000. //Россия и реформы. Сб. статей. Ред.-сост. О.Р. Айрапетов. М., 2002. С. 181-185.

6. Ганин А.В. «Зажглась кровавая заря...». Оренбургские казаки на сопках Маньчжурии //Родина. Российский исторический иллюстрированный журнал. 2004. № 1. С. 68-73.

7. Ганин А.В. «Зажглась кровавая заря...». Оренбургские казаки в русско-японской войне //Русско-японская война 1904-1905. Взгляд через столетие. Международный исторический сборник под редакцией О.Р. Айрапетова. М., 2004. С. 249-322.

8. Ганин А.В. Вожди антибольшевистского движения оренбургского казачества в Николаевской Академии Генерального Штаба, 1901-1914 гг.: Опыт историкопсихологического исследования //Русский сборник. Исследования по истории России XIX - XX вв. Т. 1. М., 2004. С. 152-196.

9. Ганин А.В. Рец: P. Holquist. Making War, Forging Revolution. Russia's Continuum of Crisis, 1914-1921. Harvard University Press. Cambridge, Lnd. 2002. 360 p. П. Холквист. Ведя войну, выковывая революцию. Непрерывность кризисов 1914-1921 гг. в России //Вопросы истории.

2004. № 10. С. 173-175.

10. Ганин А.В. Офицерский корпус Оренбургского казачьего войска в войне с Японией (19041905 гг.) //Ломоносов-2004. История. Труды научной конференции. М., 2004. С. 71-75.

11. Ганин А.В. Зайцев Иван Матвеевич //Челябинская область. Энциклопедия. Гл. ред. К.Н.

Бочкарев. Т. 2. Д-И. Челябинск: Каменный пояс, 2004. С. 363.

12. Ганин А.В. Лейб-гвардии Сводно-казачий полк //Челябинская область. Энциклопедия. Гл.

ред. К.Н. Бочкарев. Т. 3. К-Л. Челябинск: Каменный пояс, 2004. С. 680-682 (в соавт. с Н.С.

Шибановым).

13. Ганин А.В. Оренбургское казачье войско //Челябинская область. Энциклопедия. Гл. ред.

К.Н. Бочкарев. Т. 4. Челябинск: Каменный пояс, 2004. С. 749-750 (член авторского коллектива).

14. Ганин А.В. Шестой побег генерала Зайцева //Родина. Российский исторический иллюстрированный журнал. 2005. № 3. С. 28-32.

15. Ганин А.В. Предки и потомки Войскового атамана Оренбургского казачьего войска А.И.

Дутова //Генеалогический вестник. Санкт-Петербург. 2005. № 21. С. 40-47.

16. Ганин А.В. Александр Ильич Дутов //Вопросы истории. 2005. № 9. С. 56-84.

17. Ганин А.В. Оренбургские казачьи офицеры в войне с Японией //Россия в войнах начала ХХ века. Екатеринбург, 2005. С. 56-74.

18. Ганин А.В. Большая игра генерал-майора И.М. Зайцева //Казачество России в Белом движении. Белая гвардия. Альманах. 2005. № 8. С. 193-207.

19. Ганин А.В. Архивные коллекции по истории оренбургского казачества и их судьба //Отечественные архивы. 2006. № 1. С. 36-41.

20. Ганин А.В. Оренбургские казаки в борьбе с революционным движением в Поволжье и на Урале в 1905-1908 гг. //Русский сборник. Исследования по истории России. Т. 3. М., 2006. С.

128-168.

21. Ганин А.В. Судьба Генерального штаба полковника Ф.Е. Махина //Военно-исторический журнал. 2006. № 6. С. 54-58.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»