WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

1.:/о1.:], уу [ 1.4:/1.4:], OO OO OO 2. В отличие от южносибирских тюркских языков, для киргизского вокализма свойственна более чёткая дифференциация гласных двух функциональных сингармонических рядов по артикуляторной рядности: все мягкорядные фонемы квалифицируются как комбинированные передне- / центральнозаднерядные (е [e:/F:;], и [.4/ъ:;.4], O [P/C ;], y [/o ;], ее [e::/F:;:], OO [P:/C ;:], yy [:/o ;:]), твёрдорядные – O OO O OO O OO как центральнозаднерядные (неогубленные фонемы: а [:1,], ы [ъ 1], аа [:1,:]) или комбинированные центральнозадне- / заднерядные (огубленные о [о:

1./о1.], у [ 1.4/1.4], оо [о:1.:/о1.:], уу [ 1.4:/1.4:]).

3. Несмотря на то, что фонологическая система гласных киргизского языка более рациональна по сравнению с южносибирской тюркской, для киргизского вокализма также свойственна тенденция к деполяризации характеристик гласных по параметрам ряда, к сдвинутости настроек к центру ртовой резонаторной полости в зону реализации центральнозадних артикуляций, хотя и менее выраженная по сравнению с сопоставляемыми языками. Системообразующими в киргизском вокализме являются комбинированные ряды – передне- / центральнозадний и центральнозадне- / задний, а также центральнозадний слабовыдвинутый. Переднерядные и заднерядные настройки находятся на периферии системы.

4. По степени раствора рта киргизские гласные можно разделить на полуширокие 5-й ступени – фонемы а [:1,] и аа [:

1,:], среднего подъёма 3-й–4-й ступеней – фонемы е [e:/F:;], ее [e::/F:;:], о [о: O OO [P:/C ;:], y [/o ;], yy [:/o ;:], и по1./о1.], оо [о:1.:/о1.:], O [P/C ;], OO O OO O OO луузкие 2-й ступени – фонемы ы [ъ 1], и [.4/ъ:;.4], у [ 1.4/1.4], уу [ 1.4:/1.4:]. Широкие (6-й ступени) и узкие (1-й ступени) реализации фонем малочастотны.

5. Лабиализация гласных в киргизском языке реализуется как плоскощелевая различной степени выраженности (слабой, умеренной, сильной и сверхсильной), выдвижение губ вперёд не является облигаторным.

6. Противопоставление гласных фонем по длительности (краткие / долгие) является в киргизском языке лингвистически значимым.

Кроме стяженной (вторичной) долготы констатируется долгота позиционная – широкие гласные удлиняются в открытом слоге перед слогом с узким гласным. Гипотетическая пратюркская долгота как система не сохранилась.

7. По общности принципов организации фонологических систем гласных – оппозиция единиц по параметрам ряда, подъёма, огубления и длительности – киргизский язык примыкает к группе южносибирских тюркских языков (алтайский, хакасский и их диалекты – кроме диалекта туба-кижи), в которых фарингализация реализуется на уровне аллофонов или индивидуального произношения, в отличие от языков тобаской группы (тувинский, тофский, туба-кижи), где дополнительная работа глотки является системообразующим признаком (основным или сопутствующим).

8. По доминантным признакам артикуляционно-акустической базы киргизский язык обнаруживает сходство с различными тюркскими языками южносибирского региона. По особенностям реализации твёрдорядных гласных он сближается с диалектами алтайского языка, киргизские мягкорядные настройки близки сагайскому диалекту хакасского языка, по параметрам открытости / закрытости в киргизском языке проявляются те же закономерности, что и в тувинском каа-хемском говоре, где дифференциация гласных по степени подъема – наименее выраженная по сравнению с остальными рассматриваемыми языками.

Специфика киргизского вокализма заключается в большей его рациональности, функциональности, в относительно меньшей вариативности реализаций единиц системы, в отсутствии не обусловленной исторически или фонетическим контекстом назализации, частотной в языках южносибирского региона, в последовательной плоскощелевой лабиализации в подклассе огубленных фонем.

Фонетические процессы, свойственные киргизскому языку и южносибирским тюркским, нельзя трактовать как результат контактирования с каким-то одним из языков сибирского ареала – общность фонетического ландшафта, по-видимому, обусловлена в исторической ретроспективе причинами регионального характера.

Теоретическая и практическая значимость исследования.

Теоретические положения и выводы диссертационной работы могут быть использованы – и уже используются – в сравнительно-сопоставительных и типологических исследованиях фонетики тюркских языков, в диалектологических и лингвогеографических разработках, при написании фонетических разделов в учебниках и учебных пособиях по киргизскому, русскому и иностранному языкам для школ и специальных учебных заведений, при разработке лекционных курсов по тюркской фонетике для лингвистических отделений гуманитарных факультетов вузов. Уточнения и добавления, внесенные в аппаратную методику обработки и интерпретации данных лабиографирования, применимы при исследовании звуковых систем языков различных семей и могут быть использованы для получения важнейших данных при построении фонетической типологии.

Структура работы. Работа состоит из введения, трёх глав, заключения и приложения.

Апробация работы. Основные положения исследования изложены в двенадцати докладах на конференциях и семинарах различного уровня и в одиннадцати публикациях.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность исследования, намечаются цели и задачи, определяются объект, материал и методика исследования, излагаются положения, выносимые на защиту.

Первая глава «История вопроса. Состав гласных фонем» состоит из четырёх параграфов. В первом из них приводятся общие сведения об этапах формирования киргизского языка, дается краткое изложение истории изучения киргизского вокализма, освещаются актуальные задачи изучения гласных в тюркских языках и очерчивается круг проблем исследования киргизского вокализма, требующих своего решения. Второй параграф посвящен выявлению вокальных единиц, функционирующих в современном киргизском языке. В третьем освещаются некоторые закономерности гармонии гласных.

В четвёртом параграфе излагаются результаты сопоставительнотипологического анализа инвентарей гласных фонем и гармонии гласных в киргизском языке и в тюркских языках Южной Сибири.

Использование комплексной методики дистрибутивного, квазиомонимического и морфологического анализа позволило выявить в современном киргизском языке четырнадцать гласных фонем: восемь кратких – а [: ы [ъ 1], е [e:/F:;], и [.4/ъ:;.4], о [о:1./о1.], 1,], у [ 1.4/1.4], O [P/C ;], y [/o ;] и шесть долгих – аа [: ее [e::/F:;:], O O 1,:], O оо [о:1.:/о1.:], уу [ 1.4:/1.4:], OO OO OO [P:/C ;:], yy [:/o ;:]; краткие неогубленOO ные узкие фонемы ы [ъ 1] и и [.4/ъ:;.4] не имеют долгих коррелятов.

Сопоставительный анализ инвентарей гласных фонем киргизского и южносибирских тюркских языков свидетельствует об их значительном сходстве. Все рассматриваемые системы характеризуются тенденцией к идеальной тюркской симметричной модели вокализма, включающей 8 кратких и 8 долгих единиц. Тем не менее, полностью заполнены все клетки системы только в алтайском литературном языке [Чумакаева 1976], в тувинском [Дамбыра 2005], а также в одном из северных диалектов алтайского – тубинском [Сарбашева 2004]. В остальных диалектах алтайского языка, а также в хакасском отмечается неполнота подсистем долгого узкого неогубленного вокализма; в этом проявляется сходство с киргизским языком, в котором нет долгих фонем ыы, ии.

Гармония гласных как основная составляющая сингармонизма является характерной чертой алтайской языковой общности.

Как показывает материал, в киргизском, как и в других тюркских языках, различается нёбная (палатальная) и губная (лабиальная) гармония гласных.

Однако, если палатальная гармония соблюдается в киргизском языке последовательно, то губная гармония «нарушается» в том случае, если после слога с узким огубленным гласным у следует аффикс с широкой огласовкой – гласный этого аффикса не лабиализуется, например: куш ‘птица’ – куштар ‘птицы (мн. ч.)’, но: кушу ‘птица=его’.

Сингармоническая система киргизского языка может быть представлена пятью сингармоническими моделями. Из них две модели – однозначные:

1) только после огубленного широкого гласного о начального слога в неначальном слоге могут употребляться широкий огубленный о или узкий огубленный у: чоролор ‘палачи’ – чоросу ‘палач=его’;

2) только после огубленного узкого гласного у начального слога в неначальном слоге могут употребляться широкий неогубленный а или узкий огубленный у: кур ‘пояс’ – курлар ‘пояса’ – куру ‘пояс=его’.

Кроме того, в языке выделяются три двузначные модели:

1) как после а, так и после ы начального слога в неначальном слоге употребляются гласные а или ы: ата ‘отец’ – аталар ‘отцы’ – атасы ‘отец=его’; кыш ‘зима’ – кыштар ‘зимы’ – кышы ‘зима=его’;

2) как после э, так и после и в неначальном слоге употребляются гласные э или и: жер ‘земля’ – жерлер ‘земли’ – жерлериер ‘земли=ваши’; ит ‘собака’ – иттер ‘собаки (мн. ч.)’ – ити ‘собака=его’;

3) как после o, так и после y в неначальном слоге употребляются гласные o или y: кoл ‘озеро’ – кoлдoр ‘озёра’ – кoлy ‘озеро=его’;

кyн ‘день’ – кyндoр ‘дни’ – кyндoрyнoр ‘дни=ваши’.

Следовательно, киргизскому вокализму свойственно довольно последовательное проведение губной гармонии гласных – не лабиализуются лишь аффиксы с широкой огласовкой, следующие за слогом с узким огубленным у, то есть, из восьми сингармонических цепочек в бисиллабах семь подчиняются законам лабиальной гармонии.

Таким образом, сингармоническая система киргизского языка определяется как полная, реализующая не только нёбную, но и губную гармонию гласных [Черкасский 1965].

Сопоставление киргизской сингармонической системы с данными по тюркским языкам Южной Сибири – алтайскому, хакасскому, шорскому и тувинскому – свидетельствует о более последовательном соблюдении губной гармонии гласных в киргизском языке по сравнению с южносибирскими тюркскими, для которых характерна тенденция к разрушению губной гармонии гласных, к переходу сингармонических систем от полных, включающих подсистемы и нёбной, и губной гармонии, к стяженным, в которых признак огубленности гласных сингармонически нерелевантен, такая тенденция отмечается, в частности, в хакасском литературном языке (в отличие от его диалектов).

Последовательный сингармонизм, свойственный киргизскому языку, в частности, сохранение лабиальной гармонии в основе и в аффиксах, отмечается и в якутском языке, что может свидетельствовать о близких исторических связях носителей этих языков.

Вторая глава «Артикуляторные характеристики гласных» состоит из двух параграфов. Первый посвящен описанию вокальных настроек киргизского языка по результатам исследования с использованием комплекса соматических инструментальных методов, во втором параграфе проводится сопоставительный анализ артикуляторных характеристик киргизских и южносибирских тюркских гласных.

Вокальная система киргизского языка структурируется артикуляторными параметрами ряда, подъёма и огубления.

Единицы системы реализуются в настройках трёх артикуляторных рядов, отнесённость к которым является фонематически значимой. Твёрдорядные гласные манифестируются как центральнозаднерядные – фонемы а [:1,], аа [:1,:], ы [ъ 1], или как комбинированные центральнозаднерядно- / заднерядные – о [о:1./о1.], оо [о:1.:/о1.:], у [ 1.4/1.4], уу [ 1.4:/1.4:]. При этом твёрдорядные огубленные гласные являются звуками более задней артикуляции, чем их неогубленные корреляты. Мягкорядные гласные реализуются как комбинированные переднерядно- / центральнозаднерядные – фонемы е [e:/F:;], ее [e::/F:;:], и [.4/ъ:;.4], O [P/C ;], OO O OO O OO [P:/C ;:], y [/o ;], yy [:/o ;:].

O OO По степеням подъема гласные фонемы киргизского языка распределяются следующим образом:

5-я ступень – фонемы а [:1,], аа [:1,:]; 4-я ступень – фонемы O [P/C ;], OO [P:/C ;:]; 3-я ступень – фонемы е [e:/F:;], ее [e::/F:;:], O OO O OO O OO о [о:1./о1.], оо [о:1.:/о1.:], y [/o ;], yy [:/o ;:]; 2-я ступень – фонемы ы [ъ 1], и [.4/ъ:;.4], у [ 1.4/1.4], уу [ 1.4:/1.4:]. 6-я и 1-я ступени реализуются на фоническом уровне – в позиционно-комбинаторных аллофонах фонем.

Таким образом, все фонемы можно разделить на полуширокие – 5-й ступени (фонема аа), среднего подъёма – 4-й–3-й ступеней (фонемы ээ, оо, oo, yy), полуузкие – 2 ступени (фонемы ы, и, уу).

Гласные фонемы киргизского языка делятся на нелабиализованные – а, аа, ы, э, ээ, и и лабиализованные – о, оо, у, уу, o, oo, y, yy.

Огубление в киргизском языке реализуется только как плоскощелевое различной степени выраженности – слабой (o, oo), умеренной (о, оо), сильной (у, уу) и сверхсильной (y, yy); выдвижение губ вперёд при огублении не является обязательным.

Сопоставление результатов инструментальных исследований систем гласных фонем киргизского языка и тюркских языков южносибирского региона показало, что при общих принципах построения они существенно различаются артикуляторно-акустическими характеристиками их реализаций.

По показателям артикуляторной рядности аллофоны центральнозаднерядной киргизской фонемы аа близки к соответствующим звукам бачатско-телеутского, кумандинского, чалканского, тубинского, сагайского диалектов и каа-хемского говора тувинского языка, отличаясь от алтай-кижи, где гласный аа – центральнорядный или заднерядный, а также от качинско-хакасского, где звук аа – комбинированный центральнозаднерядно- / заднерядный. По степени подьёма киргизский гласный аа также ближе всего к диалектам Алтая.

Настройки киргизского центральнозаднерядного гласного ы совпадают со всеми сопоставляемыми языками, кроме чалканского – комбинированного переднерядного / центральнозаднерядного.

Реализации комбинированной центральнозаднерядной / заднерядной киргизской фонемы оо обнаруживают существенное сходство с диалектом туба-кижи, значительно отличаясь при этом от алтайского литературного центральнорядного и качинского заднерядного оо. По параметрам подъёма киргизский оо примыкает к языкам с наименьшей степенью открытости – туба, сагайский, каа-хемский (3-я ступень), максимально отличаясь от качинского и кумандинского (6-я ступень).

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»