WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 17 |

[Сын]: — Да не Прости, я не могу выразить Ты мне надоела, ты глупа, я холодно же! Ну не это иначе. Пожалуйста, не тебя не люблю.

хочу… Ну отстань. мешай мне тебя любить.

Поскольку интерпретация (инференция) третьего лица может не соответствовать смыслу, «имплицитное» шире «подразумеваемого».

1.4. Рассмотрение имплицитного в собственно лингвистическом аспекте В конце XX в. предпринимается попытка объяснить общий механизм возникновения имплицитного содержания высказывания и выявить важнейшие лингвистические и экстралингвистические факторы, способствующие его возникновению. Между тем, задача исследования, как правило, сужается до установления наиболее вероятного подтекста того или иного сообщения для определенной категории получателей, находящихся в определенных условиях.

Итак, адресату непосредственно дано само высказывание и, в зависимости от обстоятельств, те или иные параметры коммуникативной ситуации. Зная правила построения высказываний и текстов в различных условиях общения, адресат «вычисляет» те недостающие аргументы, которые его интересуют. Этим создаются необходимые и в большинстве случаев достаточные условия для извлечения имплицитного содержания высказывания [Долинин 1983: 41].

Если параметры высказывания не согласуются с данными о коммуникативной ситуации, которыми располагает получатель, такие высказывания воспринимаются как неправильные, странные. Один из путей разрешения возникающего противоречия — пересмотр представления о коммуникативной ситуации. При невозможности устранить противоречие таким путем получатель отвергает высказывание как абсурдное либо пытается решить вопрос путем пересмотра своего толкования высказывания [Долинин 1983: 42].

В некоторых работах высказывается мысль, что подтекст вообще связан с «неправильностями» в речевом поведении. По мнению Ц. Тодорова, имплицитное содержание сопряжено с наличием в тексте «лакун» — пропусков, недоговоренностей, неясностей, противоречий, нарушений норм коммуникации. Адресат интерпретирует сегмент текста, содержащий аномалию, опираясь на «презумпцию уместности».

Ведущим моментом в процессе восприятия подтекста К. А. Долинин называет информационные потребности получателя. Так, в тексте может быть формально не выражен некий факт (1) или же логическая связь между высказываниями и сообщаемыми фактами (2). Помимо лакун, возможны несоответствия высказывания деятельностной ситуации (3), роли адресата (4), основным параметрам коммуникативной ситуации (5). Отклонения от стандарта совершаются по определенным образцам. Отступая от ролевой или ситуативной нормы, человек строит свое речевое поведение в соответствии с нормами некоей другой роли или ситуации (3, 4). Лакуны в тексте (1, 2) часто вообще не воспринимаются как отступления от норм в силу привычности и стандартности, а «неправильные» иллокуции (5) употребляются настолько регулярно, что их типовые значения описываются даже в нормативных грамматиках. В связи с этим К. А. Долинин делает вывод, что имплицитными эти значения можно назвать лишь условно [Долинин 1983: 42-45].

С другой стороны, лакуны в тексте рассматриваются как проявление тенденции к компрессии текста. Сокращение высказываний описывается различно. Так, в исследованиях Е. И. Шендельс противопоставляются имплицитное («невыраженное») и эллипсис («сокращенное»). К. Кожевникова, напротив, не разграничивает явления имплицитности и эллипсиса. Она различает два вида имплицитности: имплицитность, основанную на логических связях выраженного содержания, и имплицитность, основанную на контекстуальных связях. Имплицитным при таком подходе считается способ выражения значения не отдельным словом, а, например, аффиксом или семантической структурой слова, поглощающей данное значение [Гак 1998: 107].

Одно из главных отличий подхода К. А. Долинина к проблеме имплицитного заключается в том, что за пределами рассмотрения оказываются характер высказывания, его актуальность для того или иного участника общения, «запланированность» адресантом, включенность высказывания в контекст: «Есть веские основания полагать, что механизм возникновения подтекста в основе своей един, а все различия в распространенности этого явления и в конкретных способах его реализации в различных жанрах не затрагивают сути дела» [Долинин 1983: 37]. Кроме того, автор сознательно отказывается от вычленения отдельных видов имплицитного содержания высказывания (импликация, подтекст, аллюзия, пресуппозиция, затекст и пр.).

Такой подход представляется нам правомерным, поскольку актуальность смысловых компонентов для участников общения может быть различной: «то, что для адресанта является чем-то само собой разумеющимся, для адресата может быть новым и актуальным» [Беллерт 1978: 204-205]. Актуальную информацию регулярно дают пресуппозиции высказываний, открывающих литературное повествование.

К. А. Долинин различает два вида подтекстов: референциальный и коммуникативный. Первый относится к номинативному содержанию высказывания, отражающему ту или иную референтную ситуацию; второй входит в коммуникативное содержание высказывания, соотносимое с самим актом коммуникации и его участниками [Долинин 1983: 38].

Причину возникновения имплицитного содержания высказывания К. А. Долинин видит во взаимодействии семантики текста с набором взаимосвязанных сведений, касающихся содержания текста. Иными словами, адресат, опираясь на свои «фоновые знания», сам приписывает сообщению некое содержание. Между тем, отмечает автор, для успешного восприятия имплицитного содержания высказывания, знания о мире (взаимосвязанные сведения, касающиеся содержания текста) должны быть дополнены знаниями о речи, об основных закономерностях речевого поведения.

Важнейшая предпосылка возникновения референциального подтекста, по К. А. Долинину, — «взаимосвязанность объектов и явлений действительности, находящая свое отражение во взаимосвязанности представлений и понятий о мире, из которых складывается тезаурус носителя данной культуры и данного языка. В результате сообщение о факте А, связанном в действительности и/или в тезаурусе реципиента с фактами В, С, D и т. д., потенциально имплицирует последние в его сознании: А В, С, D…» [Долинин 1983: 38].

Любое повествовательное высказывание потенциально несет сообщение о явлениях, связанных с описываемым явлением, например, о предпосылках описываемого факта и его возможных последствиях. Так, высказывание «Габи выходит замуж за Лулу», позволяет заключить, что:

(1) Габи — женщина;

(2) Лулу — мужчина;

(3) Габи и Лулу — взрослые люди, во всяком случае, оба достигли брачного возраста;

(4) Габи и Лулу — по всей вероятности, французы;

(5) Габи и Лулу до этого хотя бы какое-то время не состояли в браке и т. п.

И. Беллерт, подробно описавшая подобные «квазиимпликации» в статье «Об одном условии связности текста» (1978), различает выводы, основанные на знании языка сообщения (в приведенном примере 1 и 2) и на «знании мира» (3-5). Стоит отметить, что знания о языке — это те же знания о мире, зафиксированные в системе значений данного языка [Долинин 1983: 38].

Выводы указанного типа часто описываются также в терминах пресуппозиций.

Из того, что Габи выходит замуж за Лулу, следует также, что:

(6) Габи и Лулу, по всей вероятности, будут жить вместе;

(7) У них, возможно, будут дети и т. д.

В референциальный подтекст входят также экзистенциальные пресуппозиции: пресуппозиция существования объекта или лица и пресуппозиция реальности факта. Именно они «позволяют высказать нечто так, как если бы это и не требовалось высказывать» [Ducrot 1972: 23]. Так, вопрос «Где вы убили вашу жену» предполагает, что адресат ее убил, даже если он это отрицает. Подтекст, задаваемый экзистенциальными пресуппозициями, «основывается уже не на знаниях о мире вещей и явлений, внешних по отношению к речи, а на известных реципиенту общих принципах и нормах речевой коммуникации, которые лежат в основе коммуникативного имплицитного содержания высказывания и играют решающую роль в восприятии подтекста вообще» [Долинин 1983: 39].

Обусловленность речи вообще и каждого отдельного высказывания в частности референтной ситуацией (отрезок объективной действительности, с которым соотносится референциальное содержание высказывания), деятельностной ситуацией, в рамках которой происходит речевое общение, предметно-ситуативным фоном (то, что происходит вокруг), каналом связи осознается большинством взрослых членов социума как ролевые предписания и ролевые ожидания. Это приводит к тому, что каждое высказывание не только несет определенное эксплицитное содержание, но выступает как сложный «знак-признак» того коммуникативного акта, в результате которого оно возникло [Долинин 1983: 39-40].

Однако, в силу того, что ситуации общения бесконечно разнообразны, а речевое поведение адресанта определяется не непосредственно параметрами коммуникативной ситуации, а его субъективным представлением о ней, объективно сходные коммуникативные ситуации разными субъектами могут быть расценены по-разному. «Субъекты, занимающие разные позиции в коммуникативном акте, обладающие разными сведениями относительно референтного пространства и параметров данной коммуникативной ситуации и заинтересованные в получении разной информации, извлекут из данного высказывания разный подтекст» [Долинин 1983: 41].

Вместе с тем, несмотря на вариативность интерпретации, в каждом конкретном случае данное сообщение потенциально несет некоторое объективное имплицитное содержание [там же]. Поскольку вся эта информация теоретически доступна лишь наблюдателю, способному подойти к сообщению со всех возможных позиций, К. А. Долинин сужает задачу исследования до установления наиболее вероятного подтекста того или иного сообщения для определенной категории получателей, находящихся в определенных условиях [там же].

Проблема имплицитного выражения затрагивается также в главе, посвященной проблеме взаимосвязи языка и мышления, вошедшей в состав монографии «Общее языкознание: формы существования, функции, история языка» (1970). Здесь различаются широкое понимание имплицитности (как оно представлено, например, у Ш. Балли) — его можно было бы назвать психологическим, — и более узкое — языковое. Различие между ними зависит от того, с чем сравнивать имплицитное выражение, что полагать в качестве его исходного эксплицитного варианта.

Ш. Балли считает высказывание имплицитным не по сравнению с полным выражением, присущим языковой норме, а по сравнению с психическим процессом образования мысли, суждения, которое он также понимает широко. Сам Балли подчеркивает, что собственно экспрессивные высказывания типа Я полагаю, что подсудимый невиновен в языке далеко не самые распространенные (они, как правило, искусственны с точки зрения обычного общения). Наиболее употребительными являются различные имплицитные формы высказывания (подсудимый виновен), в которых большое значение имеют неартикулируемые знаки — музыкальные (интонация, паузы, ударение и т. д.) и ситуативные. Ш. Балли обсуждает явление имплицитности главным образом в связи с модальностью высказывания.

С лингвистической точки зрения целесообразно считать имплицитными такие выражения, которые противостоят «полным» выражениям в плане языковой нормы (по-видимому, сюда нужно включить и частотность как один из ее критериев), образуя с ними синонимические ряды. Такие имплицитные выражения могут быть в различной степени узуальными, поскольку возможность «неназывания» отдельных компонентов мысли или даже целой мысли заложена в самой системе языка в виде особых форм и конструкций, которые служат именно для имплицитного выражения тех или иных элементов мысли-сообщения в определенных коммуникативных ситуациях. Сюда относятся различные виды эллипсов — традиционных и продуктивных, в том числе и весьма разнообразные типы односоставных предложений [Общее языкознание 1970: 389].

В настоящий момент в лингвистике скрытые компоненты смысла изучаются в свете когнитивно-коммуникативного подхода к языку (Л. А. Нефедова, Г. К. Хамзина). Так, имплицитность рассматривается как одна из важнейших речевых универсалий (Г. К. Хамзина). Поскольку это явление возникает в результате тесного взаимодействия языковых и речевых факторов, имплицитность рассматривается как языковая универсалия (Ю. М. Скребнев).

Кроме того, если одними лингвистами манифестируется существование семантических элементов, не выраженных явно, но вытекающих из эксплицитно выраженных средств (А. В. Бондарко), то другими утверждается, что любой компонент смысла обязательно имеет материальное выражение (Е. И. Шендельс, П. А. Лекант). С указанными подходами соотносятся два направления исследования. В фокусе первого оказываются речевые действия:

порождение и восприятие скрытых компонентов смысла. Речемыслительная деятельность не сводится лишь к сопоставлению обнаруженных в речевом потоке единиц со списком строевых средств языка (словарем) и установлению их значения (доказательствами этого служат «поиски нужного слова», использование заведомо неточных обозначений с операторами как бы, нечто вроде, буквально и т. п.). Соответственно, необходимо изучение дополнительных операций, не сводимых к отождествлению значений языковых знаков. Такими мыслительными операциями слушающего являются:

а) восстановление лакун в представлениях какого-либо уровня (например, неполноту синтаксических структур);

б) извлечение дополнительной информации с учетом контекста, фоновых и прагматических знаний;

в) «отграничение» замысла говорящего от других интерпретаций (отбрасывание неверных пониманий);

г) определение нереализованных в данном тексте потенций высказывания (выявление «заднего смысла») [Имплицитность… 1999: 11].

Перечисленные операции ведут к обогащению содержания сообщения за счет информации, не выраженной эксплицитно.

В фокусе второго направления — соотносимые с неявными компонентами смысла элементы речи (и, далее, дискурса): «Имплицитность в тексте возникает в результате взаимодействия словарных значений слов с контекстом, поскольку формы этого взаимодействия практически всегда связаны с речемыслительной деятельностью. Слушающий осуществляет референцию, т. е. соотнесение слов с обозначаемыми ими фрагментами реальности, а также восстанавливает регулярно пропускаемые куски смысла» [Борисова 1999: 30].

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 17 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»