WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

В ходе обработки данных, собранных методом распознавания ии. словстимулов как знакомых/незнакомых, нами было выделено 5 условных групп стимулов в зависимости от степени известности: незнакомые (идентифицированные как встречавшиеся ранее менее, чем 20% Ии.), малознакомые (распознанные в 20%-40% анкет), относительно знакомые (идентифицированные 40%-60% Ии.), хорошо знакомые (распознанные в 60%80% случаев) и максимально знакомые (идентифицированные 80%-100% ии.).

В результате был выявлен ряд особенностей. Во-первых, количество опознанных ии. слов как не встречавшихся ранее (т.е. знакомых в 0%-20% случаев), как максимально знакомых (т.е. в 80%-100% случаев) и как хорошо знакомых (т.е. в 60%-80% случаев) приблизительно одинаково в мужских и женских анкетах. Во-вторых, одни и те же слова-стимулы относятся и ии.мужчинами и ии.-женщинами к одной и той же или к смежным группам.

Единственным установленным отличием стал тот факт, что в анкетах ии.

женского пола количество малознакомых слов (распознанных как знакомые в 20%-40% случаев) практически в два раза превышает количество отнесённых к этой группе стимулов в анкетах ии.-мужчин. Малознакомые слова-стимулы в анкетах мужчин абсолютно совпадают по составу со словами того же рода, перечисленными в женских анкетах. Остальные малознакомые стимулы из женских анкет распознаны ии.-мужчинами как знакомые в 40%-60% случаев, т.е. входят в смежную группу.

По результатам анализа данных, собранных методом определения степени понимания значения слова носителями языка, то, как и в предыдущем случае, мы выделили 5 условных групп по критерию частотности присвоения ии. словам-стимулам той или иной степени понятности (от минимальной – баллов до максимальной – 4-х баллов). В ходе сопоставительного анализа этих данных мы выявили следующие закономерности. Во-первых, как и в случае с группами стимулов, выделенными нами по критерию «знакомо/незнакомо», группы слов, максимально/минимально/относительно понятных ии. женского пола и ии. мужского пола, приблизительно совпадают как по количеству, так и по составу, или включают в себя стимулы из смежных групп. Например, стимулы «тяп-ляповый», «борщеед» и «переинструктировать» отнесены к максимально понятным более, чем 50% ии. обоих полов. Во-вторых, обнаруженные различия между группами относятся преимущественно к количественным показателям. Так, к группе минимально понятных в более, чем 50% случаев стимулов ии. мужского пола отнесли слова: «подвёрстываться», «лешакаться», «толмаческий», «притужный». Тогда как ии.-женщины включили в этот список ещё 3 стимула, в том числе слово «поавралить», которое 36% ии. мужского пола, в свою очередь, посчитали понятным. Кроме того, группа слов-стимулов, минимально понятых 30%-50% мужчин, в два раза больше соответствующей группы, выделенной нами при анализе анкет ии.

женского пола.

Таким образом, сопоставив результаты обработки данных по первым двум заданиям эксперимента, мы обнаружили некоторые различия между количественными показателями ии. противоположных полов, но однозначного преимущества одного пола по сравнению с другим установлено не было.

Прежде, чем перейти к результатам, полученным нами на этапе свободного ассоциативного эксперимента, необходимо, в первую очередь, заметить, что отнесение каждой отдельной ассоциативной реакции к какой-то конкретной стратегии идентификации является весьма условным, т.к. все они находятся в тесной взаимосвязи и, вероятно, могут действовать как одновременно, так и последовательно. Результаты исследований подобного рода показывают, что при идентификации значения слова ии. используют различные формальные мотивирующие элементы слова. Это может быть один или несколько значимых компонентов, т.е. морфем, слова, а могут быть случайные цепочки графических и/или фонетических символов, входящих в состав стимула. Кроме того, имеются случаи опоры на комбинации используемых для опознания компонентов. При анализе экспериментальных данных нами было отмечено, что ии. были применены словообразовательная модель и/или модель опознания мотивирующего слова (основы) для идентификации значений большей части слов-стимулов. Даже в случаях, когда в качестве ассоциации приводится такая лексическая единица, которая связана со стимулом единым внешним или внутренним контекстом, более или менее легко восстанавливается и последовательность опознания испытуемым отдельных компонентов стимула, и возникающая в связи с этим цепочка реакций.

В подавляющем большинстве случаев ии. реализовали, как минимум, две из выделенных моделей идентификации.

Например, в качестве ассоциативного ряда на глагол «призванивать», среди прочих, ии.-мужчинами были приведены следующие слова: «колокол», «церковь», «религия», «буддизм» (3) – здесь и далее в скобках указывается количество реакций (примеч. автора). Среди реакций, данных ии.-женщинами на этот же стимул, находим слово «слежка» (1). На наш взгляд, в обоих случаях полученные ассоциации являются примером реализации стратегии опоры на ситуацию, когда ии. реагирует на исходное слово каким-либо фрагментом внутреннего и/или внешнего контекста, в котором оно может быть использовано: 1) «призванивать» «звонить» «колокол» «церковь» «религия» «буддизм» (здесь и далее курсивом выделены полученные от ии. реакции (примеч. автора)); 2) «призванивать» «звонить» «звонить» в слэнговом знач. «доносить» «следить» «слежка». Но при этом очевидным является тот факт, что обе цепочки были «запущены» с момента опознания корневой морфемы -зван-/звон-, что свидетельствует и о реализации стратегии опоры на формальные мотивирующие компоненты слова, в данном случае – морфологические. С этой точки зрения интерес представляет и стимул «водорослеводство», а точнее, две из полученных на него реакций. В одной из мужских анкет в качестве ассоциации приведено слово «водохлёб» (1), свидетельствующее об опознании одной из корневых морфем вод(а)- и об опоре в процессе идентификации на словообразовательную модель – сложение основ – -вод- и -хлеб-/-хлёб-, но ассоциативная реакция дана не на производную от корневых морфем вод- и рос-/раст- основу «водоросл(ь)-», от которой и было образовано новое слово «водорослеводство», а на исходную, от которой произошла так и не опознанная участником эксперимента основа «водоросл(ь)-». А в одной из женских анкет в качестве ассоциации на «водорослеводство» была обнаружена реакция «ненужное дело» (1), которую на первый взгляд можно отнести к денотатам, т.е. описать вдорослеводство как ненужное дело, или к прагматическому осмыслению значения стимула участницей эксперимента. С другой стороны, подобное сочетание стимула и реакции – «водорослеводство» и «ненужное дело», а именно: «вода» и «ненужное» – вызывает в памяти выражение «переливать из пустого в порожнее», которое и может быть промежуточным звеном в данной цепочке реакций. Иными словами, вместо фактически участвовавших в процессе образования стимула основ информантом были выделены вод(а)- и разлив-, что послужило толчком к запуску предположительно следующей цепной реакции: «вод-о-рослев-одство» «воду разливать» «(воду) переливать» «переливать из пустого в порожнее» «ненужное дело (занятие)». В этом случае мы имеем дело с опорой на графический образ стимула и отнесению к сходному по значению выражению (синониму/симиляру).

Было выявлено некоторое количество примеров реализации трёх моделей идентификации, например, словообразовательной модели, звуко-буквенного комплекса и приведения определения: «затутукать» «загудеть» (муж. – 1).

Наиболее часто встречающаяся комбинация моделей – словообразовательная модель + опознание мотивирующей основы = конкретизация через синоним/симиляр или дефиниция – особенно актуальна для глаголов, независимо от их словообразовательной модели, но имеет место и у прилагательных и у существительных. «Нашалопутить» жен.: «начудить, напроказничать, нашалить, набедокурить, нашкодить» (16), «натворить нечто» (1), «натворить, наделать глупостей» (3); муж.: «накутить» (1), «набедокурить» (2), от 2-ух распознанных основ шалить и путь – «начудить (в дороге)» (3). «Лешакаться» жен.: от мотивирующей основы, распознанной как лишай – «чесаться» (1), от мотивирующей основы лес – «аукаться» (1), «пугаться» (1); муж.: от мотивирующей основы лес – «прятаться» (1), «шляться» (1), от мотивирующей основы, распознанной как Лёша – «общаться с Лёхой» (1). «Отпластовать» муж.: «отделить» (2), «отрезать пласт» (2); жен.: «отбить, распластать» (1), от мотивирующей основы, распознанной как плац – «отмаршировать» (1), «отделить пласты» (2), «отрезать» (5). «Назеркаленный» жен.: «начищенный (до блеска)» (6) и от него же в переносном значении – «нафуфыренный» (1), «напомаженный» (1);

муж.: «надраенный (пол)» (1), «накрашенный» (1). «Мадонность» жен.:

«манерность» (1), «важность, значимость» (2), «безупречность» (1), «святость» (2); муж.: «важность, изысканность» (1), «идеальность, общепринятость» (1), «красивость» (1). Здесь следует заметить, что причина превосходства стимулов-глаголов по количеству полученных на них реакций с опорой на 3 модели идентификации, по всей видимости, кроется в продуктивности словообразовательных моделей в целом и словообразующих аффиксов в частности.

Как у ии.-мужчины, так и у ии.-женщины в ходе свободного ассоциативного эксперимента приоритетными моделями реализации стратегий идентификации стали нулевая реакция, отнесение слова к ситуации, прямая дефиниция значения слова-стимула и реакция через синоним/симиляр, причём именно отказу от реакции отдали предпочтение ии. обоих полов в большинстве случаев.

Наибольшее и наименьшее количество отказов от реакции у ии. обоих полов вызвали одни и те же стимулы. Максимальное количество нулевых реакций, полученное от ии. мужского пола на новое слово «лешакаться», составляет 40% от общего количества данных ими ассоциаций и 52% от общего количества приведённых субъективных дефиниций (21 и 28 из соответственно). У ии. женского пола эти показатели равняются 68% и 83% соответственно, т.е. выше на 30% по сравнению с показателями ии.-мужчин.

Минимальное количество отказов у ии. обоих полов получило новое слово «тяп-ляповый» – 2 от приведения ассоциации и 4 от дефиниции у мужчин и 0 и 1 соответственно у ии. женского пола.

В ходе анализа женских анкет нами было выделено в 5 раз больше словстимулов, «получивших» более 50% отказов от определения значения, т.е. 10.

Причём на 3 из них – «козерожный», «слухомань», «хмелить» – реагировать отказалось минимальное количество ии.-мужчин (лишь от 6% до 24%). И от 50% до 68% ии.-женщин отказались от приведения ассоциативного ряда для стимулов из 29. Наименьшее количество нулевых реакций у ии. мужского пола получили 14 из 29 слов-стимулов. У ии.-женщин это показатель ниже – всего на 9 слов ии. отреагировали отказом менее, чем в 17% случаев.

Таким образом, вышеперечисленные данные свидетельствуют в пользу того, что ии.-мужчины значительно реже прибегают к такому средству реагирования на слово-стимул, как отказ от реакции, чем ии.-женщины. В то же время, в ходе обработки анкетных бланков нами отмечены примеры приведения микроконтекстов употребления тех или иных слов-стимулов даже в случаях отказа от ассоциативной реакции или дефиниции. В результате подсчёта количества таких микроконтекстов было установлено, что процент ии.

мужского пола и ии. женского пола, давших примеры употребления стимула, несмотря на отказ от приведения ассоциативной реакции и/или дефиниции, одинаков и составляет 20% от общего количества ии. Так, например, ии. обоих полов составили предложения со словами «обкультурить», «затутукать», «доводочно-сдаточный» и рядом других, несмотря на отказ от приведения определения значения слова: жен. – «Наш город начали понемногу обкультуривать», «Он обкультурил её мировоззрение.», «Затутукать соседа», «Доводочно-сдаточный цех был за углом.»; муж. – «Дети обкультурили городской парк.», «Обкультурить парк за 3 дня.», «Меня это до смерти затутукало.», «Доводочно-сдаточный материал отгружен.»; ср.: « <…> молодёжь обкультурите и воспитаете»; «Затутукать – начать издавать короткие гудки.»; «Доводочно-сдаточный – осуществляющий доводку изделий и подготовку их к сдаче заказчику.». Ии. обоих полов дали примеры употребления неизвестных им новых слов как с относительно прозрачным значением, см.: «обкультурить», так и абсолютно не понятных новообразований. При этом как в мужских анкетах, так и в женских были зафиксированы микроконтексты, свидетельствующие и о верном распознании значения стимула: жен. – «отхилять» – «Ему всё же удалось отхилять вовремя.», «Мы недавно отхиляли с пары»; муж. – «призванивать» – «призванивать в колокол»; жен. – «затутукал» – «Поезд поехал и затутукал.»;

и об ошибочном: «толмаческий» – муж.: «Определения в философии какие-то толматические.», «На горе стоял толмаческий дворец.», «Толмаческий голос говорящего был узнаваем.»; жен.: «Он использует толмаческий вид разговора.», «Толмачевский институт приглашает абитуриентов.»; ср.: «Отхилять – отойти, убраться прочь.»; «Призванивать – издавать тихий звон.»;;

«Толмаческий – связанный с переводом с одного языка на другой (в разговоре, беседе).».

В целом, несмотря на незначительные количественные различия в показателях степени актуальности реализованных на стадии ассоциативного эксперимента моделей идентификации, представленные в таблице «Частотность использования моделей идентификации значения слова ии.

мужского и женского полов», практически полное совпадение результатов качественного анализа у ии. обоих полов свидетельствует в пользу того факта, что гендерный аспект не имеет решающего значения при выборе индивидуумами стратегии идентификации значения нового слова.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»