WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

Таким образом, основными семантическими узлами текста ситуации, активировавшими различные пространства ожидания и входящие в них схемы, концепты и мыслительные образы, были слова «собака», «кость» и «мусорное ведро». Чтобы более наглядно представить основные направления, по которым шла мысль ии. в процессе восприятия текста ситуации, мы сконструировали следующую обобщенную модель (Рис.1). На рисунке темно-серым цветом обозначены зоны интеграции пространств ожидания; светло-серым – наиболее типичные ожидания по поводу исхода ситуации; белым – менее типичные ожидания.

Рис.1. Модель восприятия ситуации «Собака» Данная модель, как и остальные сконструированные нами модели, фиксирует сложный разноплановый процесс формирования ожиданий, причиной чему служит ориентация реципиента, в первую очередь, на внутренний контекст интерпретации. На рисунке видно, что, помимо ожидаемого финала ситуации «Собака не достала кость из ведра по какойлибо причине», который был предложен большинством ии. «обычной» группы и несколькими ии. «непредсказуемой» группы, у большинства ии. последней сформировались иные, менее предсказуемые ожидания, которые привели к совершенно другим исходам ситуации «Кость утащила другая кошка/ собака», «Кость оказалась не костью, а каким-то другим предметом». Так, можно сделать вывод о том, что, если бы данная ситуация обсуждалась в форме диалога, между участниками общения могло бы возникнуть непонимание, то есть несовпадение ожиданий говорящего и воспринимающего речь субъекта спровоцировало бы появление эффекта обманутого ожидания.

Обращаясь к анализу процесса понимания текста «непредсказуемых» ситуаций, следует заметить, что данный тип ситуаций накладывал на воображение ии. больше ограничений. Если в «обычных» ситуациях события второго предложения как бы дополняли и разворачивали мысль, высказанную в первом предложении, «непредсказуемые» ситуации отличались тем, что второе предложение стимульного текста являло собой новую мысль, которая как бы направляла исход ситуации и сужала пространство ожиданий, связанных с развязкой событий.

Например:

Чашка кофе стояла на подлокотнике кресла.

Неожиданно Николай Павлович чихнул.

В связи с данной ситуацией формируется пространство ожидания, связанное тем, чтo случилось с чашкой кофе, балансировавшей на неустойчивом подлокотнике кресла: то ли она разбилась, и кофе разлился, то ли Николаю Павловичу удалось ее удержать и т.д.

Анализируя стратегии понимания данной ситуации испытуемыми, следует отметить, что контртексты, полученные в обеих группах, говорят о том, что прогнозирование ситуации велось именно в соответствии с ожиданиями, связанными с «судьбой» чашки кофе. Ведь, как, скорее всего, рассуждают ии., неслучайно же она упомянута в первом предложении. Такой принцип мышления хорошо отражен в широко известной логоэпистеме «Если в первом акте на стене висит ружье, то во втором акте оно обязательно выстрелит».

Так, большинство реакций, 36% в двух группах и 55% в «предсказуемой группе», содержало пропозицию «Кофе разлился/ Чашка разбилась»:

Предсказуемая группа Креативная группа И чашка полетела вниз, и, Он так чихнул, что даже разлетевшись на кусочки, оставила огромное подпрыгнул, и эта чашка пролилась пятно от налитого в нее кофе на белоснежном не на кресло, а на его брюки ковре Чашка упала, кофе разлился. Чашка опрокинулась на Н.П., обожгла его, и он от страха и боли отшвырнул ее в сторону.

Чашка упала и разбилась (3 реакции) И чашка опрокинулась на лежащую на столе, почти законченную диссертацию его жены.

Чашка полетела вниз и разбилась вдребезги (2 реакции).

Дернул рукой, и чашка упала Определенные слова-стимулы, входящие в текст ситуации, повлекли за собой определенные реакции. Так, слово «чашка» чаще всего сопровождалась словами «упала»/ «опрокинулась», «разбилась», «полетела»; слово-стимул «кофе» - словом «разлился». Такой тип реакций оказался типичным, в основном, для «предсказуемой» группы. В «творческой» группе помимо основной пропозиции предлагались еще и дополнительные идеи относительно того, куда именно разлился кофе и что вследствие этого испортилось; каковы были сопровождающие действия Н.П.

Испытуемые «творческой» группы оказались более изобретательными. Та же самая пропозиция «Кофе разлился/ Чашка разбилась» выражалась в скрытом имплицитном виде:

Креативная группа 1. «Давно пора купить новый ковер», - вздохнула его жена.

2. Впервые в жизни у него получилось пятно в форме жирафа на брюках 3. Да так чихнул, что ночью не уснул: сильно ногу обжег.

Несмотря на то, что пропозиция остается той же, в пространство ожидания включаются дополнительные аспекты: в первом случае ии. видит ситуацию дальше пролитого кофе и прогнозирует реакцию жены на то, что произошло; во второй реакции актуализируется дополнительный смысл, характеризующий героя ситуации, а именно, что он неряха и постоянно ставит пятна на своей одежде. В третьем случае налицо опора на формальные мотивирующие элементы (влияние фонетического прайминга): рифмовка «чихнул» - «уснул», раскрывающие идею о последствиях того, что чашка с кофе упала и обожгла Н.П.

Вторая по частотности упоминаемая пропозиция была противоположна первой «Чашка не упала, кофе не разлился». Данная мысль была высказана ии.

«творческой» группы.

Креативная группа Ему пожелали быть здоровым, а чашка кофе так и продолжала стоять на подлокотнике кресла.

Чашка не упала, но кофе пить уже было невозможно.

Случайно он задел рукой чашку, но удержал ее, и она не упала.

Чашка осталась на месте, Н.П. чихнул еще, потом еще, а чашка все стояла и стояла, Н.П. позвал жену и детей, и так они чихали по очереди весь вечер.

Да так чихнул, что чашка продолжала стоять на подлокотнике кресла, а, вот Николаю Павловичу пришлось помочь встать.

Очевидно, что в процессе понимания текста ситуации пространство ожидания, сформированное авторами данных реакций, идентично экспектациям ии., чьи котртексты содержали пропозицию «Кофе разлился/ Чашка разбилась». Однако инструкции, обязывавшие придумать нетипичные исходы ситуаций, натолкнули ии. на идею мыслить «от противного». Так, в большинстве реакций мы наблюдаем следующие фразы: «чашка кофе так и продолжала стоять на подлокотнике кресла», «чашка не упала», «чашка все стояла и стояла». Вследствие этого можно сделать вывод о том, что несмотря на кажущееся отличие данных реакций от предыдущих, стратегии понимания текста этой ситуации были сходны.

Нельзя не упомянуть и те единичные реакции, произведенные ии.

«творческой группы», которые содержали другие качественно отличные пропозиции:

Креативная группа Подлокотник отвалился (1).

Чашка не упала бы, если бы кот, лежавший рядом, не столкнул бы ее от страха (2) У Н.П. была аллергия на кофе (3).

Так появился новый аромат кофе (4).

Реакция, представленная в таблице под № 2, отличается тем, что пространство ожидания, сформированное в процессе восприятия текста ситуации, помимо реалий, заложенных в тексте-стимуле, включают и иные реалии, в данном случае кота. Такому исходу ситуации наиболее подходит наименование «нетипичный», однако, как мы видим из анализа процесса понимания ситуации «Чашка кофе», да, впрочем, и остальных ситуаций, испытуемым очень сложно выйти за рамки своего внутреннего контекста (знаний, убеждений, стереотипов) и произвести воистину «нетипичный» контртекст.

Принимая во внимание все вышеописанные опоры и стратегии понимания ситуации «Чашка кофе», можно сконструировать следующую модель восприятия текста данной ситуации (Рис. 2):

Рис.2. Модель восприятия ситуации «Чашка кофе» На рисунке темно-серым цветом обозначены зоны интеграции пространств ожидания; светло-серым – наиболее типичные ожидания по поводу исхода ситуации; белым – менее типичные ожидания.

Формальный и семантический анализ полученных эмпирических данных позволил выявить и охарактеризовать ментальные пространства ожидания, возникающие в ходе прогнозирования речевого сообщения, а также определить, как и в какой степени эти ожидания влияют на восприятие и порождение речи.

Так, обработка полученных контртекстов позволяет сделать вывод о том, что в процессе понимания речевого сообщения и конструирования встречного речевого высказывания воспринимающий субъект «проигрывает», прогнозирует и оценивает вероятность того или иного исхода ситуации, описываемой в тексте. Вероятностное прогнозирование основывается на ожиданиях, которые формируются в соответствии со знаниями и убеждениями, полученными из прошлого опыта, внешним (текстуальным) контекстом и информацией, полученной в качестве выводного знания.

Специфика формирующихся в процессе восприятия ментальных пространств ожидания определяется влиянием эффекта прайминга, или эффекта предшествования. По данным проведенного эксперимента основанием для возникновения эффекта обманутого ожидания выступает, преимущественно, семантический тип прайминга, подразумевающий вовлеченность ассоциативного мышления, речемыслительных образов, установление ассоциативных связей в процессе построения проекции текста.

Проведенное исследование подтвердило перспективность конструирования лингво-когнитивных стратегических моделей, центрированных на воспринимающем речь субъекте. Так, согласно построенным моделям, в ситуации обманутого ожидания информация на входе соотносится со схемой индивидуальных знаний, полученных из предшествующего опыта; категоризируется и направляется согласно устройству ассоциативных связей данного конкретного реципиента - все это определяет характер формирующихся ожиданий, которые, в свою очередь, напрямую влияют на особенности построения встречного речевого высказывания.

Описанный механизм обработки речевого сообщения подобен механизму производства речи, так как процесс восприятия представляет собой формирование встречного речевого высказывания. Таким образом, можно говорить о том, что в процессах производства и восприятия речи задействуются подобные единицы (ассоциации, эмоции, оценка, представление и др.), что подтверждается данными проведенного нами эмпирического исследования.

Настоящее исследование является еще одним шагом на пути к созданию интегративной модели, одновременно иллюстрирующей основные этапы протекания механизмов как производства, так и восприятия речевого сообщения.

В заключении формулируются основные выводы по итогам диссертационного исследования. Библиографический список содержит источники на русском и английском языках, а также электронные ресурсы.

Приложения представляют собой таблицы, отображающие промежуточные результаты эксперимента.

Основное содержание и результаты исследования отражены в публикациях автора в рецензируемых научных журналах, включенных в перечень ВАК:

1. Умеренкова, А.В. Специфика феномена обманутого ожидания:

психолингвистический подход [Текст] / А.В. Умеренкова // Вестник костромского университета имени Н.А. Некрасова. Том 14. – Кострома, 2008. – С. 147-151.

2. Умеренкова, А.В. Эффект обманутого ожидания в моделях восприятия речи [Текст] / А.В. Умеренкова // Вопросы когнитивной лингвистики. № 4. – Москва – Тамбов: Институт языкознания РАН - ТГУ им. Державина, 2008. – С. 145 – 150.

а также в следующих публикациях автора:

1. Власенко (Умеренкова), А.В. Лингвокогнитивное моделирование эффекта обманутого ожидания: к постановке вопроса [Текст] / А.В. Умеренкова // Речевая деятельность. Языковое сознание, Общающиеся личности. ХI Международный симпозиум по психолингвистике и теории коммуникации.

Тезисы докладов. Москва, 30 мая – 2 июня 2006 г. – Калуга: «Эйдос». – С. 6061.

2. Умеренкова, А.В. Вероятностностное прогнозирование и эффект обманутого ожидания [Текст] / А.В. Умеренкова // Теория языка и межкультурная коммуникация: Курский государственный университет – Курск, 2006.- С. 85-90.

3. Умеренкова, А.В. Понимание как диалог в лингвофилософии М.М. Бахтина [Текст] / А.В. Умеренкова // Вероятностностное прогнозирование и эффект обманутого ожидания // Теория языка и межкультурная коммуникация:

Курский государственный университет – Курск, 2006.- С. 90-97.

4. Умеренкова, А.В. К вопросу о лингво-когнитивном моделировании [Текст] / А.В. Умеренкова // Филология и культура: сборник материалов международной научной конференции. 17-19 октября 2007г. – Тамбов: Изд-во ТГУ им.

Державина, 2007. – С. 67-69.

5. Сазонова, Т.Ю., Умеренкова, А.В. Эффект обманутого ожидания: лингвокогнитивное моделирование [Текст] / Т.Ю. Сазонова, А.В. Умеренкова // Вопросы психолингвистики. Вып.5.- Воронеж: Издательство «Истоки», 2007. – 132 с. – С. 30-32.

6. Умеренкова, А.В. Ситуация обманутого ожидания как источник моделирования процессов понимания текста [Текст] / А.В. Умеренкова // Вопросы обучения иностранным языкам: методика, лингвистика, психология. – Уфа: Изд-во Уфимского государственного авиатехнического университета, 2007. – С. 331-337.

7. Умеренкова, А.В. Проблема непонимания: эффект обманутого ожидания [Текст] / А.В. Умеренкова // Лингвистические основы межкультурной коммуникации: Сборник материалов международной научной конференции.

20-21 сентября 2007г. – Нижний Новгород: Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова, 2007. – С. 306-307.

8. Умеренкова, А.В. Эффект обманутого ожидания в свете теории внутреннего контекста интерпретации [Текст] / А.В. Умеренкова // Язык для специальных целей: система, функции, среда: Сборник материалов 11 научно-практической конференции – Курск: КГТУ, 2008. – С. 201-203.

9. Umerenkovа, A. EXPECTANCY VIOLATION EFFECT: LINGUO-COGNITIVE MODELING // Сборник материалов международной научной конференции «ЯЗЫК – СОЗНАНИЕ – КУЛЬТУРА – СОЦИУМ» (6-8 октября 2008 года) – Саратов: Саратовский госуниверситет, 2008. – C. 328-331.

Умеренкова Анна Валерьевна Лингво-когнитивное моделирование эффекта обманутого ожидания Автореферат Лицензия на издательскую деятельность ИД № 06248 от 12.11.2001 г.

Подписано в печать.01.2009 г.

Формат 60Х84/16. Печать офсетная. Бумага офсетная.

Усл. печ. л.

Тираж 100 экз. Заказ № Издательство Курского государственного университета 305000, г. Курск, ул. Радищева, д. 33.

Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»