WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В третьем параграфе первой главы рассматриваются особенности передачи и реализации властных полномочий в условиях представительной демократии. В минималистской трактовке представительная демократия определяется как политический режим, при котором основным источником власти признаётся народ, но управление государством делегируется различным представительным органам, формируемым посредством свободных выборов. Основополагающими для представительной демократии является соблюдение принципов выборности и подконтрольности власти.

В отличие от систем авторитарного или полуавторитарного типа, где в политике чрезвычайно сильна роль отдельных персоналий, в демократических странах на первый план выходят коллективные субъекты представительства, прежде всего, политические партии. Объяснение тому следующее. Институт 15 O'Donnell, G. Schmitter, P. Transition from Authoritarian Rule. Tentative Conclusions about Uncertain Democracies. - Baltimore and London: Johns Hopkins University Press, 1986.

президентства по свой сути более близок мажоритарной системе: за «всенародно избранного» лидера голосует лишь определённая доля избирателей, интересы остальной части населения оказываются непредставленными. В то же время законодательное собрание, в котором присутствует несколько политических партий, призванных отстаивать интересы различных социальных групп, являет собой основной орган демократической власти, позволяющий рядовым гражданам участвовать в управлении государством через своих представителей.

В заключении главы делается вывод о том, что нарушение принципов представительства возможно не только в условиях переходных и гибридных режимов, но и в странах, относящихся к консолидированным репрезентативным демократиям конкурентного типа. Так, большинство исследователей политических партий, хоть и считают последние важным институтом представительства, отмечают стремление партийного руководства воспользоваться предоставленной им властью в своих личных целях. Иными словами, существует угроза узурпации власти со стороны партийных лидеров и бюрократизации системы представительной власти. Об этом феномене узурпации дарованной народом власти писали М.Я. Острогорский и Р. Михельс, М. Дюверже, а затем и П. Бурдье и А. Панебьянко16.

Возможность «узурпации» политической власти чиновниками, а также тенденция к тесному сближению партий и государственного аппарата, отмечается в ряде последних политических исследований17. Следует отметить, что сам факт наличия относительно закрытой группы профессиональных управленцев, принимающих ключевые политические решения, не является нарушением основ демократического правления – в современных условиях Острогорский М.Я. Демократия и политические партии – М.: РОССПЭН, 1997; Michels R. Political parties: a sociological study of the oligarchical tendencies of modern democracy. - New York: Free Press, 1962; Дюверже М.

Политические партии. - М.: Академический Проект, 2002; Бурдье. П. Начала - М.: Socio-Logos, 1994;

Panebianco A. Political Parties: Organization and Power. - Cambridge: University Press, 1988.

Katz R. & Mair P. Changing Models of Party Organization and Party Democracy: the emergence of the cartel party.

// Party Politics. 1995. - Vol.1. - P. 5-28; Lewis P.G. Party States and State Party. // Handbook of Party Politics. - London: Sage Publications, 2006. - P. 471-481; Kopeck P. Political Parties and the State in Post-Communist Europe:

the nature of Symbiosis. // The Journal of Communist Studies and Transition Politics. 2006. - Vol.22, №3. - P. 251273; Hopkin J. Clientelism and Party Politics. // Handbook of Party Politics. - London: Sage Publications, 2006. - P.

406-412.

государственная бюрократия не только неизбежна, но и необходима.

Искажение принципа представительства имеет место в том случае, когда отсутствуют эффективно работающие механизмы обратной связи между правящей элитой и обществом, граждане не имеют возможности оказывать влияние на деятельность своих избирателей, а существующий политический режим использует специальные механизмы, препятствующие передаче политической власти альтернативным игрокам.

Вторая глава данного исследования «Становление системы партийного представительства и делегирования в России» посвящена проблеме трансформации системы партийного представительства в России.

В первом параграфе второй главы кратко представлена история развития политических партий России: от революционных партий до становления партии-государства в рамках советской политической системы. Особенностью генезиса многопартийности в дореволюционной России было то, что ее становление происходило в условиях фактического запрета на деятельность любых независимых от власти политических организаций. Переломным для российских политических партий стал 1905 г., когда императорским Манифестом от 17 октября в Российской империи были узаконены определённые гражданские свободы и возможность созыва законодательной Государственной Думы. В результате издания указанного манифеста политическая жизнь России вступила в совершенно новую фазу, одной из главных примет которой были бурное развитие политических объединений, оживлённая деятельность и острая конкуренция различных партий, союзов и организаций. Между тем, уже в период конца 1917 - начала 20-х гг. ситуация коренным образом изменилась: большевикам удалось из революционной партии превратиться в единственно возможную политическую силу в стране.

В данной части исследования рассматривается процесс трансформации большевистской партии: от радикального оппозиционного объединения, ратующего за гражданские свободы, до сверхцентрализованной бюрократической организации, законодательно закрепившей свою монополию на власть. Для характеристики природы коммунистической партии используются понятия «партия-государство» и «партия-картель».

Во втором параграфе второй главы анализируется процесс становления и развития политических партий в России в период крушения советской политической системы и возникновения современной многопартийности.

Период 1985-1991 гг. характеризовался небывалым ростом количества спонтанных движений и неформальных организаций. На волне ожидания демократических преобразований и всеобщего воодушевления значительная часть населения оказалась вовлечена в политическую активность. Между тем, краткое мгновение небывалого всплеска гражданского участия или просто заинтересованности в политической жизни в конце 1990-х гг., сменилось периодом, когда большая часть населения разочаровалась в своих «представителях», а вопрос негативного отношения к политическим партиям стал особенно остро. Таким образом, со временем партии в России не только не приобрели дополнительного влияния на политической арене, но и потеряли большую существенную часть того, что имели в 1990-е гг.

В третьем параграфе второй главы рассматривается изменение отношения избирателей к конкретным субъектам представительства - политическим объединениям и отдельным лидерам. В результате анализа данных ряда лонгитюдных социологических исследований, делается вывод о маргинализации роли политических партий и возрастании популярности идеи персонифицированной власти. Так, если ещё в конце 1990-х гг. разнородные конкурирующие между собой политические объединения пользовались поддержкой значительной части российского общества, то в последние годы наблюдается устойчивая тенденция к смешению общественных симпатий в сторону персонифицированной авторитарной власти. Эта проблема более подробно рассматривается в заключительной части нашего исследования.

В заключении второй главы перечисляются основные факторы, воспрепятствовавшие становлению в России эффективно работающей системы партийного представительства. К таковым мы, в первую очередь, относим слабость дореволюционной партийной культуры, негативное влияние советского тоталитарного прошлого на формирование современной партийной системы, а также чрезвычайно высокую степень персонификации политической власти.

В качестве ещё одной причины слабости системы представительства выделяется популярность в среде правящей элиты современной России советской модели партийного строительства, предполагающей чрезвычайно высокую роль государства в формировании «представительных» органов.

В третьей главе данного исследования «Основные характеристики системы политического делегирования в России» рассматриваются отличительные черты системы передачи и осуществления властных полномочий в России. Таковыми, по мнению автора, являются: 1) ограничение политической конкуренции; 2) создание управляемой партийной системы;

3) бюрократический характер системы передачи и реализации власти;

4) наличие относительно высокого уровня общественной поддержки и одобрения авторитарной модели государственного управления.

В первом параграфе третьей главы рассматривается проблема ограничения свободы политической конкуренции.

Мы полагаем, что действия правящего режима в области ограничения политической конкуренции можно условно разделить на две категории. В первом случае речь идет об изменении избирательного законодательства в направлении, позволяющем упрочить положение поддерживаемых режимом политических игроков и ослабить положение их оппонентов. Во вторую категорию мы относим неформальные меры, блокирующие участие в политическом процессе любых независимых игроков, прежде всего, представителей бизнеса и региональные элиты.

В начале параграфе анализируются законодательные нововведения, ограничивающие поле политической конкуренции. К изменениям такого рода мы относим переход от избрания глав регионов к их фактическому назначению Президентом, ужесточение правил регистрации новых политических объединений, относящихся к численности партий (минимум 10 000 членов) и наличию разветвлённой сети территориальных подразделений.

Ещё одним законодательным новшеством, позволяющим ограничить участие «нежелательных» партий в борьбе за места в Государственной Думе мы считаем снижение до 5% числа подписей, недостоверность которых влечёт за собой отказ в регистрации списка. К числу законодательных нововведений, ограничивающих поле политической конкуренции, относится и повышение заградительного барьера с 5% до 7%, и поправки к закону об общественных объединениях, значительно усложнившие порядок их финансирования, прежде всего из-за границы.

В заключительной части параграфа на примере взаимодействия власти с представителями бизнеса и региональными элитами рассматриваются неформальные способы ограничения политической конкуренции.

Во втором параграфе третьей главы исследуется ещё один механизм, позволяющий правящей элите ограничить или даже предотвратить передачу власти альтернативным игрокам. Таким механизмом, на наш взгляд, стала подконтрольная режиму партийная система. Для характеристики зависимых от правящей элиты партий используется типология Х. Оверслута и Р. Верхейла.

Согласно указанной модели, весь спектр политических объединений современной России делится на семь категорий: 1) Коммунистическую Партию Российской Федерации (видимую как преемницу уникальной тоталитарной партии - КПСС) 2) «истинные партии» 3) «партии власти» 4) «партии помощников «партии власти» 5) «поощряемые или разрешённые оппозиционные партии», 6) враждебные партии 7) «партии тщеславия»18.

Следует отметить, что, несмотря на то, что порой возникают сомнения, к какой категории отнести ту или иную российскую партию, в целом, мы находим указанную классификацию применимой для оценки состояния партийной системы современной России.

Oversloot H. and Verheul R. Managing Democracy: Political Parties and the State in Russia. // The Journal of Communist Studies and Transition Politics. 2006. - Vol.22, №3, - P. 383-405.

В третьем параграфе третьей главы рассматривается проблема бюрократизации системы передачи властных полномочий, в том числе, проблема превалирования номенклатурного принципа при формировании «представительных» органов. В данном параграфе анализируются основные структурные изменения в сфере распределения полномочий в нижней палате российского парламента, закрепившие исключительно положение «партии власти». В результате анализа статистки распределения административных должностей в Государственной Думе, согласно которой подавляющее большинство позиций отводится представителям «партии власти, делается вывод, что в российском парламенте нарушены ключевые принципы парламентаризма, предполагающие защиту прав парламентского меньшинства при распределении должностных постов.

В данной части исследования также рассматриваются изменения, затрагивающие работу Совета Думы - постоянно действующего коллегиального органа, созданного для подготовки и предварительного рассмотрения организационных вопросов. В результате внесения указанных изменений в регламент Совета Думы оказались совмещёнными администрация нижней палаты, обладающая организационными и распорядительными функциями, и Совет Думы, что также нарушает принцип представительства интересов различных групп.

В четвертом параграфе заключительной главы диссертационного исследования рассматривается проблема изменения отношения граждан к политическому режиму современной России. Данные ряда исследований приводят к выводу, что, начиная с 1998 г. в российском обществе происходит «неоконсервативная революция», меняющая «вектор общественного запроса и основные парадигмы массового сознания». Главная черта обозначенных изменений – возрождение традиционной «русской власти» со своей традиционной социальной базой и традиционными политическими приоритетами19.. Как показывают результаты социологических исследований, в сознании россиян наблюдается сочетание приверженности нормативной демократии с тяготением к «сильной руке». Существенная часть наших сограждан «готовы без особой рефлексии делегировать свои права и полномочия «наверх»20, и даже отказаться от ряда своих конституционных прав (от права участвовать в выборах, к примеру) - им достаточно убеждения в том, что избранный политик будет действовать на благо стране. В результате, делается вывод о том, что в последнее время в российском обществе отчетливо проявляется тенденция к возрастанию популярности авторитарной модели управления на фоне снижения значимости многих достижений представительной демократии.

В Заключении подводятся итоги исследования и формулируются основные выводы: описываются отличительные характеристики института политического делегирования в России, а также указываются возможные направления его трансформации.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»