WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |

То есть, на уровне личности правонарушения выступают как результат деформации некоторых звеньев индивидуального психологического процесса мотивации и принятия решений. На структуру исходных побуждений и на динамику процесса мотивации преступного поведения неповторимый отпечаток накладывают психологические свойства (интеллектуальные, эмоциональные и волевые), психологические особенности (тип НС, темперамент, характер, способности) и психические процессы (восприятие, память, воображение, мышление) (Лунеев, 1991, с.139).

Но попытки части исследователей выделить комплекс качеств, присущих «криминальной личности» оказались мало продуктивными, хотя определенные отличительные особенности были зафиксированы. Некоторые авторы (Антонян, Голубев, Кудряков и др., 1987, 1995) утверждают, что преступники от не преступников на статистическом уровне отличаются весьма существенными психологическими особенностями, влияющими на противоправное поведение. Тем не менее, они признают, что у некоторых категорий преступников психологической специфичности не наблюдается. Другие исследователи (Гульдан, 1985; Букаев, Мальцев и др. 2006) считают, что не существует таких личностных особенностей, которые фатально предопределяли бы склонность человека к социальной дезадаптации. В данном исследовании мы имеем дело не с «криминальной личностью», а с криминальными характеристиками личности.

В работе приведены результаты эмпирических исследований, где дается развернутый анализ личностных особенностей несовершеннолетних делинквентов и преступников (в т.ч., в сравнении с законопослушными сверстниками), характеризующих эмоционально-волевую, мотивационно-потребностную сферу личности, особенности самооценки и ценностных ориентаций (Васильева, 1995;

Бочкарева,1972; Валицкас и Гиппенрейтер, 1988; Букаев, Мальцев, 2006 и др.).

Механизм формирования криминальных установок личности рассматривается также через призму характеристик возраста, в частности, кризиса идентичности, характерного для подросткового периода (Э.Эриксон, И.С.Кон) и роли психопатий и акцентуаций характера (Гульдан, 1985; Лунеев, 1991). Среди социальных и психологических факторов, коррелирующих с делинквентным поведением молодых людей, высокой степенью криминогенности отличаются бедность и низкий социальный статус, зависимость от сверстников и групповое давление, а также факторы личностного развития (в том числе возрастные аспекты), синдром гиперактивности и дефицита внимания, нарушения поведения, особенности пола, интеллектуального развития, стили родительского воспитания. Курт Бартол (Bartol, 2004) отмечает, что поведение преступников обусловлено многочисленными препятствиями, мешающими нормальному развитию. А лица, переживающие цепь неудач и страдающие от собственной неполноценности, склонны рассматривать многие аспекты своего окружения как потенциально опасные (Bandura,1989).

Для данного исследования наибольший интерес представляет иная исследовательская парадигма, представители которой подходят к проблеме преступности с точки зрения процессов декриминализации. В рамках этого подхода решающая роль для объяснения процесса прекращения криминальной карьеры отводится анализу актуальных личностных отношений с друзьями, семьей или партнером и актуальным вовлечением в работу или учебу. Например, в результате исследования, проведенного в Штутгарте (Stelly W., Thomas J., 1998) в группе судимых молодых людей в возрасте от 17 до 22 лет, установлено, что изменение их моделей поведения является следствием оценки испытуемыми соотношения пользы и издержек преступных действий и принятие новых взрослых ролей при условии интеграции в трудовой процесс.

Трудности изменения привычных, в данном случае, криминальных моделей поведения, обусловлены тем, что в ситуациях выбора либо спонтанного действия срабатывают те установки личности, которые сформировались с той или иной степенью прочности в процессе социализации индивида. Ломка стереотипа, сдвиг этих установок – базовый процесс трансформации личности, изучение которого позволит определить мишени превентивных и коррекционных воздействий на личность судимых несовершеннолетних.

Во втором разделе, «Установки личности и детерминация их изменений», анализируется история изучения и современные концепции проблемы установочной регуляции деятельности.

В советской психологии наиболее развернутое исследование установки осуществили Д.Н. Узнадзе и его ученики и последователи (Прангишвили, 1967;

Ходжава, 1960; Чхартишвили, 1971 и др).

Установка рассматривалась ими как сложное образование, определяющее направленность поведения. Узнадзе отмечает наличие двух основных условий, без которых акты поведения человека или какого-либо другого живого существа были бы невозможны. Это, прежде всего наличие какой-либо потребности у субъекта поведения, а затем и ситуации, в которой эта потребность могла бы быть удовлетворена. Это - основные условия возникновения всякого поведения и, прежде всего установки к нему.

Установку можно рассматривать как особый модус субъекта. Узнадзе выделяет первичную и фиксированную установки. Для контекста данного исследования имеет значение мысль Узнадзе, что опыт не может непосредственно влиять на поведение субъекта, а оказывает влияние только через особое образование - только через установку (Узнадзе, 1961).

Установка как фактор, обеспечивающий идентичность личности, обусловливает константность поведения, его тождественность.

Данное исследование опирается на концепцию А.Г.Асмолова (1979), рассматривавшего понятие “установка” с позиций деятельностного подхода.

Исследовав место и функции установочных явлений в деятельности субъекта, он разработал концепцию установки как механизма стабилизации деятельности. Будучи соотнесена с объективными факторами деятельности (мотив, цель, условия осуществления действия) и структурными моментами процесса деятельности (деятельность, действие, операция, психофизиологические реализаторы деятельности), установка выступает как иерархическая уровневая структура.

Ведущим уровнем установочной регуляции деятельности является уровень смысловых установок. Смысловая установка актуализируется мотивом деятельности и представляет собой форму выражения личностного смысла. Целевая установка, возникает в процессе целеобразования. Цель, представленная в форме образа осознаваемого предвидимого результата, актуализирует готовность субъекта к ее достижению и тем самым определяет направление данного действия. Под операциональной установкой понимается готовность к осуществлению определенного способа действия в ситуации решения задачи на основе учета и предвосхищения условий ситуации с опорой на прошлый опыт поведения в подобных случаях.

Выделение установок различных уровней зависит как от объективного фактора, вызывающего установки, так и от того содержания сознания («значения» или «личностного смысла»), которое установки выражают в деятельности.

«Установки различных уровней стабилизируют движение деятельности, позволяя, несмотря на разнообразные сбивающие воздействия, сохранять ее направленность; и они же выступают как консервативные моменты деятельности, «барьеры внутри нас», затрудняя приспособление к новым ситуациям и феноменально проявляясь при столкновении развертывающейся деятельности с тем или иным препятствием» (Асмолов, 1979).

В нашем исследовании мы исходили из предположения о том, что степень выраженности тех или иных проявлений мотивационно-эмоциональной сферы личности зависит от того, к какому уровню регуляции поведения личности относятся эти проявления (Асмолов, Ениколопов, Иванченко,1991). Они могут относиться к мотивационному уровню регуляции поведения личности в целом и в этом случае функционировать в форме смысловых установок личности. Однако все эти проявления, например совершение преступных действий, могут относиться и к инструментальному операциональному уровню регуляции поведения и соответственно функционировать в форме операциональных установок, определяющих способы осуществления действий.

Таким образом, психологическим объектом воспитания является смысловая сфера личности, система личностных смыслов и реализующих их в деятельности установок. Из этого следует, что перевоспитание личности всегда идет через изменение деятельности, а тем самым, и через изменение смысловых установок и в принципе не может осуществляться посредством воздействий чисто вербального характера. Только установки целевого и операционального уровней подвержены прямому влиянию различных инструкций. Пути изменения установок смыслового уровня и установок нижележащих уровней коренным образом отличаются друг от друга: смысловые установки личности перевоспитываются, а целевые и операциональные – переучиваются (Асмолов, 1979).

В отношении преступного поведения криминологи выделяют антиобщественную установку как готовность в соответствии со своими взглядами, потребностями и интересами действовать вопреки интересам общества (Антонян, 1987). К.Е Игошев в зависимости от субъективных и объективных показателей выделяет ситуативную и личностную установки на преступную деятельность. Ситуативная установка представляет собой антиобщественную форму реагирования личности на ситуацию.

Основным доминирующим элементом такой установки является эмоциональное состояние готовности реагировать определенным образом на сложившиеся обстоятельства. Личностная установка представляет собой такую готовность и предрасположенность к преступлению, которые основываются на твердо занятой антисоциальной позиции. Таким образом, по мнению Игошева, преступная деятельность во всех случаях есть форма объективизации установки личности на преступную деятельность: в большинстве случаев – ситуативной, реже – личностной (Игошев, 1974).

Итак, проанализировав существующие подходы к изучению природы преступного поведения, мы пришли к выводу, что необходимо перенести направление исследовательского внимания с процессов деструктивного характера на процессы позитивных личностных и поведенческих трансформаций.

Во второй главе, «Эмпирическое исследование динамики установок личности на примере лиц, судимых за уголовные преступления в несовершеннолетнем возрасте», приведены программа, анализ и обсуждение результатов исследования установок личности испытуемых, находящихся на разных стадиях вовлеченности в систему уголовного правосудия. Глава состоит из шести разделов.

В первом разделе в соответствии с целью, задачами и гипотезой работы представлены описание объекта, программы и этапов эмпирического исследования.

Основной массив исследовательских процедур был реализован в 2005-07 гг на базе Энгельсской ВК, СИЗО №1 (УФСИН по Саратовской области), Брянской ВК, Можайской ВК, Рязанской ВК для девочек, УИИ (уголовно-исполнительных инспекций) Энгельсского районного и Московских окружных отделений УВД, Энгельсского ПМСС-Центра «Позитив» и Сар РОО «Социум». В исследовании принимали участие 245 человек, совершивших уголовно наказуемые деяния в несовершеннолетнем возрасте. В выборку вошли 220 лиц мужского и 25 – женского пола.

Для сравнения результатов по некоторым показателям (цели, риски, факторы сдерживания) нашей выборки с несудимыми сверстниками было проведено анкетирование в группе законопослушных молодых людей в возрасте от 15 лет до года. Контрольную группу представляют 37 человек (59% юношей и 41% девушек):

жителей Москвы и других регионов России, учащихся общеобразовательных школ, профучилищ, колледжей и вузов.

Во втором разделе дана развернутая характеристика исследуемых групп.

Для проверки выдвинутой нами гипотезы об изменении установок личности делинквентов в зависимости от этапа уголовно-правовой соотнесенности выборку разделили на три основные группы: 1) условно осужденные, 2) находящиеся в местах лишения свободы, 3) освободившиеся из заключения, которые для краткости в дальнейшем будут обозначены как группы УОС, МЛС и ОСВ. Базовые процессы, определяющие содержание установок, в нашем исследовании были представлены также количеством судимостей, сроком пребывания в неволе и возрастом испытуемых.

В группу условно осужденных (УОС) вошли 42 человека (18% от всей выборки).

Возрастной диапазон – от 14 до 22 лет, 38 юношей и 4 девушки. Первоначально группа состояла из 59 человек, но в процессе работы 17 человек изменили свой статус, нарушив ограничительные предписания суда либо совершив новое преступление, и перешли на следующую ступень уголовного процесса. Основной вид преступлений – корыстные (31 человек – 74%), хулиганские действия – 6 человек (14%), прочие преступления 12%. Как правило, у всех одна, первая судимость. Опыт лишения свободы отсутствует или составляет меньше полугода (пребывание в ИВС и СИЗО в период следствия).

В группе находящихся в местах лишения свободы (МЛС) 158 человек, из них 17 девушек. Возрастной диапазон от 15 до 25 лет, половину составляют 16-18-летние, четверть - от 18 до 21 года. Половина испытуемых группы имеет только одну судимость, 14% больше двух. Из имеющих две или более судимостей большинство приговаривалось по нескольким статьям. 48% преступлений в группе составляют корыстные (средней тяжести и тяжелые), 25% - преступления против личности, 10% против сексуальной неприкосновенности, 11,5% - совершили хулиганские действия, 5% преступлений связаны с наркотиками. Большинство испытуемых (64%) имеют опыт пребывания в неволе от года до трех лет, 20% провели за решеткой меньше года, 16% - от 4 до 7 лет.

Группу освободившихся из мест лишения свободы (ОСВ) и длительное время (от 1,5 до 5 лет) не попадающих в поле зрения уголовного правосудия составили человек. Первоначально их было 51, но 6 человек из них совершили рецидив и оказались снова за решеткой. В группе только 4 женщины. Несовершеннолетних здесь 8 человек (18%), основная возрастная группа 21-25 лет (55,6%), около 27% старше лет. Возрастной перевес совершеннолетних в группе освободившихся обусловлен тем, что большинство выходит из колоний, особенно после длительных сроков или если осуждены незадолго до 18 лет, уже совершеннолетними.

В третьем разделе представлены описание и обсуждение результатов сравнительного анализа исследуемых групп на материале изучения риска рецидива, целевых установок и факторов отказа от совершения преступлений в уголовнорелевантных ситуациях.

Исследование факторов риска, влияющих на криминальный выбор несовершеннолетних, проводилось на основе авторского опросника, сформированного в процессе пилотного этапа. Сравнивая исследуемые группы по характеру оценки ситуаций с точки зрения их рецидивной провокационности, мы выявляем возможную степень готовности к противоправному способу реагирования на данную ситуацию/состояние.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 7 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»